современная русская литература

мистика

попаданцы

триллеры

героическое фэнтези

Отец, недавно потерявший семью, внезапно получает возможность ещё раз увидеть дочь.
Простая, классическая история, хорошо передающая дух будущей книги.
Этот рассказ её пролог.
Небольшой рассказ из будущего сборника "Хроники Синевы", который является частью вселенной с романом "Хозяйка Старых Ключей".
Будущий пролог романа-продолжения "Хозяйки...". Рабочее название "Радиочастоты".

современные любовные романы

короткие любовные романы

Папочка!

Больной человек, серийный похититель, убийца, поддавшийся влиянию Синевы медленно растворяется в ней.
Река-Богиня для убийцы становится причиной и следствием его действий.
Этот рассказ часть готовящейся антологии "Хроники Синевы".
Анонс третьей книги в серии "Слияние", первой из которых является "Хозяйка Старых Ключей".

книги о путешествиях

Отвергнутый

Трое сильных экстрасенсов впервые сталкиваются с такой опасностью. Ведьма, полностью подчинившая себе деревню, погрузила всех жителей в пучину ужаса, из которого не выбраться.
Вся деревня её охотничьи угодья.
Что сделало её такой?
Почему изводит жителей?
Это и предстоит узнать нашим героям. Медиум, чернокнижник и ведьма - те, кто сможет изгнать её с насиженного места.
Смогут ли?
Навсегда ли?
Посмотрим.

эротические романы

эротическая литература

эротические рассказы и истории

Ведьма из Старых Ключей

Он живёт тихо, мало тратит, не создаёт проблем и никому особенно не мешает. Однажды его вызывают в Комитет оценки целесообразности граждан и сообщают: государству без него будет лучше.
Рассказ о том, как может выглядеть общество, где ценность человека измеряется только его выгодой для системы.

любовь и отношения

Нецелесообразные люди

Абаддон  город, которого нет на карте Земли. Это цифровая тюрьма внутри Системы, где людские сознания живут в симуляции, пока их тела хранятся в подземных комплексах.
Мрак  один из тех, кому не повезло чуть больше остальных. Он рифтер, Чистильщик, Падальщик: элитный агент Цитадели, которого отправляют в нестабильные сектора системы, где фрагменты чужого кода сплелись в одну смертельно опасную аномалию.
Задача проста: войти в Нулевую зону, найти ядро сбоя, зачистить и вернуться. Так было всегда, пока в одной из зон Мрак не сталкивается с чемто, что Система называет Искрой. Чужой код влезает ему в голову и встраивается в тактический интерфейс под видом обновления  P.I.N.
Теперь Падальщик слышит второй голос. Для Системы он всё ещё инструмент. Для Искры  шанс изменить правила изнутри. А для него самого  начало слишком честных вопросов о том, кто именно здесь подлежит очистке.
Первый том цикла Падальщик во вселенной Земля наша и Re:Action. Взгляд изнутри Системы.

стихи и поэзия

Падальщик. Нулевая Зона

Он всегда жил фрагментами — вечера, стримы, сторис, лайки.

Пока одна «удачная» ночь не закончилась на перекрёстке, где кто‑то не доехал до больницы.

Теперь он существует только там, где о нём вспоминают те, кому он принёс боль.

эзотерика / оккультизм

здоровье

Цена

Это сборник о мире, в котором смотреть стало проще, чем жить.
Жизнь здесь превращается в контент, боль — в метрику, раскаяние — в просмотры, а исчезновение — в строку в логах.

Блогеры, операторы, модули ИИ и обычные зрители по очереди рассказывают, как легко отдать право на свою жизнь ленте, сервису, алгоритму — и что остаётся, когда камера отключена, уведомления молчат, а на экране впервые появляется тишина.

боевая фантастика

космическая фантастика

Мы наблюдаем

В мире, сотканном из Света и Тьмы, Песнь Трёх уже спета. Боги дали Мирру всё, что могли. Но Кто-то дал больше, чем просили.
Богиня душ Мара погружена в загадочный сон: её силы медленно выкачивает невидимая Темница в глубинах мира. Вал исчез на дальних рубежах, исчерпав себя в битве. Хор, БогМеч, заточён под Малым Кругом и незримо чинит творение посвоему, искажая основы Мирра.
Скверна расползается. Малый Круг трещит, Писцы наверху шепчутся о неудавшемся свитке. Если ничего не предпринять  Мара умрёт, Песнь оборвётся  и Мирр просто спишут.
Мирия  дочь спящей Богини. Запрещённое видение показывает ей истинное лицо Темницы и умирающую Мару. Ждать  значит медленно убивать свою богинюмать.
Цепь, тянущая силы из Мары, ведёт туда, где сидит Хор.
Сбежав из Обители, Мирия впервые попадает в настоящий мир: в мир чудовищ Скверны и Орден Хранителей, которые рубят гниющее, не вглядываясь в лица. Примут ли простые люди потомка Богов, о которых они помнят только из выцветших легенд?

научная фантастика

ужасы

Песнь Мирра. Темница Хора

Кобс умирает за монитором и приходит в себя в чужом теле стрелка на краю мира. Город стоит на костях гиганта, в шахтах шевелится Эфрис, а в голове комментирует всё ехидный Некс. Прошлую жизнь он помнит отрывками, путь домой туманен, зато Гильдия охотников очень реальна: дырявая крыша, жёсткая койка, задания с пометкой «вероятная смерть» и слишком много красивых девушек, которые почему-то считают его привлекательным заочно.
Первый рейд в шахту заканчивается успешно. Первой разблокированной способностью и неожиданным открытием: где-то между мирами есть лавка, где за честно заработанные монеты можно купить детали для нормальной жизни. Путь домой пока закрыт, значит, придётся обустраивать быт здесь – шаг за шагом превращая Гильдию из конуры в место, где хочется не только выживать, но и жить. И, конечно, все девушки гильдии, и не только, будут ему очень за всё благодарны.

Стрелок Гильдии Эфриса

Александра Ковальчук — проходчица. Она одна из очень немногих, кто способен проходить сквозь завесу миров и погружаться в Лимб, возникший во время Великой войны.
Она живёт в Новограде и, будучи связанная контрактом, который она не может разорвать, вынуждена погружаться в карманы Лимба, в которых демонические сущности паразитируют на ничего не подозревающих людях.
Она немного цинична и ко всему относится с лёгкой иронией, но это всего лишь защита, и единственное, что её продолжает удерживать в здравом уме — жизнерадостный пёсик Майло и позволяющая себя любить кошка Азатот. И, конечно, кофе на балконе. А помогать ей будут её родной дядя и бывший военный, а ныне полицейский, Алексей. И... демон. Хранитель её контракта и по совместительству... не будем пока об этом.
Городское фэнтези о проходчице, которая старается, чтобы мрак оставался уютным, а не безнадёжным.

критика

Проходчица. Последняя смена. Том 1

Он пережил Исчезновение, но не пережил внимательных взглядов.

Каждый раз, когда что‑то внутри него срывается — боль, страх, истерический смех, — пустой город наполняется людьми. Они появляются у дверей, витрин, между деревьями на площади. Не моргают. Только улыбаются. Ждут продолжения — как зрители, зависшие в бесконечном скроллинге чужой жизни.

Поняв, что больше не может быть чьим‑то контентом, герой записывает свою последнюю речь и делает выбор, в котором впервые нет оглядки на чужие глаза.

«Зрители» — мрачная притча о страхе, вине и мире, который так привык смотреть бесконечные видео, что продолжает наблюдать даже после конца света.

общая психология

Зрители

В безымянном продакшене оператор каждый день нажимает rec и stop, настраивает свет и звук и отворачивается от готовых роликов. Ему достаточно видеть закулисье: крики, срывы, пустые глаза после команды снято. Лица стираются, остаётся только картинка. 
Единственное устойчивое присутствие здесь  менеджер: идеальный пиджак, рекламная улыбка и взгляд, проходящий сквозь людей, как через стекло. Он говорит про рынок, алгоритмы и то, что зритель быстро забывает тех, кто больше не в кадре. 
Однажды в архивах оператор находит странную пустоту: стул, студия, свет  и никаких гостей, словно их вырезали из реальности без шва. Менеджер называет это гуманным забвением. У героя есть возможность нарушить тишину. Как же он поступит...

саморазвитие / личностный рост

За кадром

Небольшая деревня вымерла, но рядом в лесу упрямо держится старый военный бункер, построенный на костях чужой войны. Для сталкеров это просто локация ради контента. Для сноходца Лёши — очередное дело в загадочной книге деда.
С напарницей-выживальщицей он едет «как всегда»: дорога, шутки, ночёвка в заброшенном доме, планы съёмки и спуска. Но первая ночь в деревне подключает его к чужой истории: фельдшер-ведьма, её сын, запертый «на слабо» в бункере, пустая могила и проклятие, снявшее с деревни защиту.
Теперь бункер — не только цель вылазки, но и место, откуда нужно вынести кости и вину, чтобы вернуть их на кладбище и развязать узел между лесом, деревней и подземельем.
Атмосферное путешествие по вымершей деревне, лесу и многоуровневому бункеру, где юмор напарников держит на плаву, пока старый бетон и граница между сном и реальностью трещат под ногами.

Андрей Анатольевич Кобелев