Анастасия Шерр Даркнет

- Мамоська, посему ты плацес? – Ульяна, увидев в садике мое побитое лицо, не произнесла ни слова. Такое она уже видела, когда меня метелил ее отец. А сейчас она стояла возле стола и смотрела на меня непонимающим взглядом. Она чувствует, что что-то изменилось.

- Все хорошо, крошка моя. Мама уже не плачет, - я взяла ее на руки, крепко прижала к себе.

Вздрогнули вместе с дочерью, когда запищал мой телефон, уведомляя о входящем сообщении. Я взглянула на экран и обомлела.

«Ты не спрячешься от меня. Я буду ходить у тебя попятам, пока ты не отдашь мои деньги. Подруге привет.»

Сообщение пришло из засекреченного номера, но я знала, кто его написал. Убийца.

Откуда у него мой номер? Он все это время следил за мной? Видел мою дочь?.. И, похоже, знает, где мы сейчас находимся.

Я судорожно схватила ртом воздух, прижалась губами к виску Ульяши.

- Не бойся, малышка моя. Нам больше никто не навредит. Мама всегда будет рядом, - я врала ей. Пусть хотя бы дочь не боится.

Несколько дней мы с Ульяшей не выходили на улицу. Оля уходила на работу утром, а возвращалась к вечеру. Мы с доченькой играли, вместе готовили еду и отсыпались. В сад я ее больше не водила. Боялась, что убийца нагрянет и туда. Ему ничего не стоит похитить моего ребенка и требовать деньги.

Я не знала, как мы протянем эти полгода, но другого выхода не видела. Только сидеть взаперти и ждать.

Но на седьмой день мне все же пришлось выйти из дома. Закончились продукты и я не хотела напрягать Олю. Она и так приняла нас, как родных.

Достав из своей сумочки заначку, я отсчитала несколько купюр и включила Ульяше мультики.

- Малыш, посмотри пока телевизор, а мамочка быстро сходит в магазин и вернется. Договорились?

- А ты купис мне соколадку? – глазами милого котенка дочь взглянула на меня.

- Куплю. Только сиди и к двери не подходи, ладно?

- Холосо, - согласилось мое солнышко.

Заперев входную дверь на три оборота, я быстро побежала по лестнице. Перед этим надела Олино пальто и шляпу, которую надвинула на глаза. Шла до магазина быстро, стараясь не оглядываться по сторонам. И все равно мне казалось, что кто-то следит за мной. Он следит…

Нырнув в теплое помещение небольшого супермаркета, взяла корзину и быстро пошла по рядам, хватая нужные продукты. Врезавшись в высокого мужчину, отпрянула и подняла на него глаза.

Высокий, в бейсболке… С темной щетиной и пронзительным взглядом. Я успела заметить только это. Он опустил голову, надвинул бейсболку на лоб и закрыл козырьком половину лица.

Я застыла. Это он. Это точно он.

- Ты долго не выходила из укрытия, - из-под козырька было видно, как он ухмыльнулся одним уголком рта. – Что с твоим лицом?

Я развернулась и побежала, уронив корзину с продуктами. Налетела на какую-то женщину и едва не сбила ее с ног. Та что-то крикнула мне вслед, но я уже ничего не слышала из-за стука пульса в висках. Добежав до дома, я заскочила в подъезд и, превозмогая боль в мышцах, добежала по лестнице до квартиры.

Только заперевшись на все замки, я смогла выдохнуть и осесть под дверью.

- Мамоська, ты купила соколадку? – увидела перед собой дочь и, закрыв глаза, откинула голову назад.

ГЛАВА 7

Время шло, а я понимала, что дальше так не может продолжаться. Я не могу прятаться всю жизнь. Не могу держать дочь все время взаперти. Рано или поздно, я должна выйти на улицу.

Решив повторить поход в магазин, я оделась и бросила в сумочку Олин перцовый баллончик. Вряд ли он спасет меня от убийцы, но может хотя бы задержит.

- Мамоська, я тозе хоцю на улицу, - дочь заглянула мне в лицо с надеждой в глазах.

- Малыш… Нельзя. Не сейчас.

- Ну, мамаааа, - Ульяша скривилась, готовясь заплакать. – Позалуйста! – без своих передних зубиков и с огромными голубыми глазами малышка вызывала улыбку и умиление.

- Хорошо. Давай оденем тебя, - вздохнула я.

Рано или поздно мне придется вывести ее на улицу. Вдруг убийца потерял наш след? А если нет… Он все равно знает, что у меня есть дочь. Если что, я смогу ее защитить. Буду орать, драться, выцарапаю ему глаза. Но он не прикоснется к моей малышке.

Выйдя из подъезда, я огляделась вокруг. Ни подозрительных машин, ни подозрительных людей. Все тихо. Открыв дверь подъезда, позвала Ульяну и крепко взяла ее за руку.

Шли мы медленно, я все время оглядывалась, готовая в любой момент схватить дочь на руки и бежать. Но бежать не пришлось. Мы зашли в магазин, купили продукты домой и сладости для Ульяши.

Назад дочь шла в припрыжку, посасывая леденец. Домой мы добрались без происшествий, и я облегченно вздохнула. Ровно до тех пор, пока не пришло сообщение со скрытого номера.

«У тебя милая дочь. Она знает, что мама убила папу?»

Сердце ухнуло вниз, я сглотнула. Поставила пакеты на кухне и села на стул, не сводя взгляда с сообщения. Он снова следил за мной. За нами. И теперь намекает на то, что моей дочери может грозить опасность.

«Не смей трогать мою дочь! Оставь нас в покое!» - быстро настучала ответ и кликнула на «Отправить». Только сообщение не скрытый номер не отправилось и зависло с красным восклицательным знаком.

Я выдохнула, уронив голову на стол.

Я пойду к нему сама. Это нужно прекращать.

Пока Ульяша смотрела мультики, облизывая свой леденец, я тихо оделась и выскользнула из квартиры. На улице уже вечерело, и я поежилась от холода.

Встав посреди двора, я застыла. Не двинусь с места, пока он не придет. А он где-то рядом – это я знала наверняка.

И он пришел. Будто понял, что я его жду. Я не услышала его шагов. Но почувствовала его присутствие кожей. Резко повернулась, посмотрела ему в лицо. Правда, мало что увидела, кроме щетины. Хотелось сорвать с него бейсболку и посмотреть в глаза. Но я, конечно же, не решилась.

- Что скажешь, красавица? – криво изогнулись его губы. – Деньги приготовила?

- Нет. У меня их нет. Месяц уже прошел. Наследство я получу уже через пять месяцев. Это не так много, ты мог бы и подождать, а не преследовать меня и угрожать дочерью.

- Угрожать? Ты еще не знаешь, как я угрожаю. И уж точно я не воюю с детьми. Я просто дал тебе знать, что все вижу. Каждый твой шаг. Я всегда рядом. Почти.

- Так что насчет наследства? Ты подождешь? Прекратишь меня преследовать? – обнаглела я и прикусила щеку изнутри. Ему ничего не стоит сейчас свернуть мне шею.

- Не прекращу. Пока ты под моим присмотром. Чтобы не наделала глупостей. Ты ведь умная девочка?

- Ты о том, пойду ли я в полицию?

- И об этом тоже.

- И что же ты сделаешь, если я решусь на это?

- Мне придется заткнуть тебе рот. Не спрашивай как. Тебе не понравится.

- То есть, ты будешь ходить за мной еще пять месяцев?

- Именно.

Я вздохнула, осмотрелась по сторонам. Как назло ни единой живой души вокруг.

- Но ты ведь не навредишь нам?

Он молчал. Стоял передо мной и молчал. И от этой тишины по коже пополз мороз.

- Ты думаешь об этом, да?

- Думаю, - согласился он. – Кстати, почему ты переехала?

- Это не… Не важно, - промямлила я.

- А кто тебя избил месяц назад?

- Я пойду, - осторожно проговорила я, не поднимая глаз.

- Иди. Увидимся, - снова усмехнулся он.

Я быстро повернулась и бросилась прочь, проклиная киллера, даркнет и все, что меня сподвигло ввязаться в это дело.

Забежав в квартиру, я быстро заперлась на все замки и сняла куртку. Тут же пропищал телефон, уведомляя о сообщении.

«А знаешь, ты могла бы расплатиться со мной по-другому»

Я прилипла к стене, не понимая, что только что прочитала. Это он… О чем?

ГЛАВА 8

- Не надо! Не убивай! Сколько тебе за меня заплатили? Я дам больше! – пузатый мужик полз на заднице по полу, пытаясь сбежать от Ивана, но тот медленно наступал, поднимая оружие.

- Больше не получится. Я всегда выполняю свои заказы.

- Ннннеее… - раздался тихий хлопок, жирдяй свалился на пол.

Иван бросил на пол использованное оружие, неспеша пошел к лифту, не боясь камер видеонаблюдения. Маска и капюшон скрывали его лицо.

Вышел на улицу, глубоко вдохнул. Пора ехать к ней.

К сногсшибательной красотке, которой не повезло попасть в его лапы. Усмехнулся. Она пугливая, но в то же время смелая. С ним еще никто так не разговаривал.

Иван знал, что Ника не будет бежать или жаловаться полиции. Но ему нравилось за ней следить. Как за испуганной зайчишкой.

Она боится за свою дочь, но даже не подозревает, что нужна ему вовсе не девчонка. Ему нравится играть с ней, с Никой Воропаевой. С некоторых пор одинокой вдовой. Интересно, что побудило ее заказать мужа? Наследство?

Ну, конечно же, оно. Все женщины любят деньги. А муж… Ну, видать, не угодил чем-то. Или ей просто захотелось иметь деньги без придатка в виде муженька. Опасная девка. Хоть и привлекательная.

Приехав к дому ее подружки, припарковался, откинулся на спинку сидения. Отпил из бумажного стакана кофе, глянул на ее окно. Свет горел. Значит, она дома. Ее подружка приходит позже. Просто наблюдать за ее окнами было уже мало и он, допив кофе, вышел из машины. Приложил уже готовый магнитный ключ к замку подъезда. Дверь с писком открылась и он проскользнул вовнутрь.

Позвонил в дверь, закрыл глазок ладонью.

- Кто там? – услышал ее голос и поймал удовольствие от него. В нем звучали нотки страха и это крыло даже больше ее испуганных глаз. – Оль, это ты?

- Нет, Ника. Это не Оля, - проговорил негромко, но был уверен, она расслышала.

За дверью повисла тишина. Она поняла, кто пришел. Хотел бы он сейчас видеть ее лицо.

- Что… Что тебе нужно? Мы же договорились…

- Я пришел за ответом на мое сообщение.

- Каким еще… А что ты имел в виду? Как еще я могу с тобой рассчитаться?

Иван оценил дверь. Хлипкая. Такую он снесет за несколько ударов. Но шуметь не хотелось. Он никогда не забывает об осторожности.

- Выйди, Ника. Поговорим.

Она на некоторое время затихла, но вопреки его мыслям вышла, осторожно открыв дверь.

- Откуда ты знаешь мое имя? Что тебе нужно? – испуганно взглянула на его маску. – Зачем ты пришел?..

- Тебя увидеть, - ухмыльнулся он.

- Зачем? – повторила она упрямо и, оглянувшись назад, шагнула в подъезд, закрыла за собой дверь.

- Я хочу предложить тебе поиграть. Выиграешь – прощу долг.

- Поиграть? – нахмурилась она и это тоже показалось ему привлекательным.

- Да. Приходи сюда завтра. Одна, разумеется. Попытаешься кому-то растрепать – грохну всех, кого ты притащишь за собой, - протянул ей сложенную вчетверо бумажку и она взяла ее дрожащей рукой.

*****

Развернула лист бумаги, прочитала адрес гостиницы, подняла глаза и… Поняла, что он уже ушел. Тихо и бесшумно. Как всегда.

- Что это значит? Зачем? – прошептала в пустоту и аккуратно сложила бумагу. – Чего тебе от меня нужно? – захныкала от страха и поймала на себе взгляд соседа, поднимающегося по лестнице.

Быстро забежала в квартиру, захлопнула дверь.

- Мамоська, посли иглать! – Ульяша, как оказалось, все это время стояла под дверью.

- Не сейчас, малыш. Пойди поиграй со своим зайкой, ладно? А мама пойдет готовить ужин.

Ужин готовила на автомате. И то только для Оли и Ульяны. У самой аппетита не было. Я была в ужасе от своих догадок. Неужели этот человек позвал меня в гостиницу, чтобы… Ну, разумеется. Что еще делают в таких местах малознакомые люди?

К такому повороту я не была готова. Я согласна находиться под его присмотром хоть все пять месяцев, но только не это! Я не продаюсь. И я пойду завтра в эту проклятую гостиницу, чтобы сказать ему это в лицо!

Когда пришла Оля, я вздрогнула и осторожно выглянула из кухни.

— Привет! — устало улыбнулась подруга. — Вкусно пахнет, что готовишь?

За ужином мы с Олей выпили бутылку вина, и я немного расслабилась. Но горький осадок в душе всё-таки остался.

— Ты какая-то задумчивая стала, — заметила подруга. — Всё о свекрови думаешь? Да пусть подавится этой квартирой.

— Нет, Оль. У меня проблемы посерьезнее. Только я не могу пока тебе об этом рассказать. Прости.

Я боялась реакции Оли, боялась, что она меня не поймет. Никто бы не понял. Я заказала собственного мужа и теперь на крючке у исполнителя. Узнай она это, и сразу перестанет быть моей подругой.

— Ну, как знаешь. Только дам всё же совет: не загоняйся. Всё само собой решится.

— Ага. Хотелось бы мне в это верить…

ГЛАВА 9

Такси остановилось прямо у входа. Я вышла из машины и подняла взгляд. Гостиница не из дешевых. Может, это какая-то ошибка? Посмотрела еще раз на адрес на помятой бумажке. Все верно. Он уже ждет меня в сто одиннадцатом номере. Но как же не хочется туда идти… А вдруг он, помимо того что исполнитель, еще и маньяк? Что если он сделает со мной что-то непоправимое?

Телефон завибрировал в кармане. Я достала его и прочла:

«Смелее, красавица. Я не кусаюсь. Почти».

Я снова подняла голову, пытаясь разглядеть его в окнах. Облизнула пересохшие губы, кивнула сама себе.

— Ладно. Я смогу постоять за себя, — и решительно зашагала к двери.

На ресепшене меня встретила улыбчивая девушка в форме. Я молча, трясущейся рукой показала ей бумажку.

— А, вас уже ожидают. Вам к лифту и налево.

— Спасибо, — буркнула я и неспеша побрела к номеру.

Дверь была приоткрыта. Он ждал. Я потопталась на пороге, а потом толкнула дверь и вошла. Он стоял спиной ко мне, глядя в окно. Вот откуда он меня видел.

— Закрой дверь, Ника.

Я на секунду прикрыла глаза. Куда я вляпалась? Да лучше бы сама прибила Влада сковородкой… Дверь закрыла, но проходить вглубь комнаты не торопилась.

— Знаешь, зачем я позвал тебя сюда?

— Нет, — хотя чего уж там, догадываюсь.

— Я предлагаю тебе закрыть долг здесь и сейчас. Это будет твоя плата за свободу. Соглашайся, и мы в расчете.

Я сделала несколько несмелых шагов, откашлялась, возвращая себе голос.

— Я не стану этого делать. Я отдам деньги, как договаривались.

— Да-да, я помню. Через пять месяцев, — по голосу было слышно, что он усмехается. И эта его самоуверенность меня взбесила.

— Да. Через пять месяцев. Так уж вышло, и я в этом не виновата. Но расплачиваться с тобой таким образом я не намерена.

— А за что еще ты готова быть со мной? — он повернулся, и я уставилась на его маску. Я видела лишь щетинистый подбородок и его глаза. Взгляд острый, опасный. А губы, как я и догадывалась, изогнуты в ухмылке. — К примеру, за свой покой? Или за дочь?

— Ты же говорил, что не воюешь с детьми, — выдохнула я, задрожав от ужаса.

— Говорил. Не воюю. Мне просто интересны твои границы.

— Мои границы таковы, что я не буду расплачиваться таким образом. Я лучше потерплю твоё присутствие еще пять месяцев и отдам деньги.

Я заметила, что он медленно приближается, и застыла, не в силах двинуться с места. Так и стояла столбом, пока он не подошел вплотную. Склонив голову набок, он изучал моё лицо.

— Почему ты заказала своего мужа?

Я словно прилипла к полу под его пронзительным взглядом, незаметно сунула руку в карман куртки и сжала перцовый баллончик.

— Тебя это не касается.

— Ты не любила его?

— Я же сказала, тебя это не… — договорить он мне не дал: перехватил за шею и приблизил свое лицо к моему.

— Если я спросил — ты отвечаешь.

Я дернулась, когда его губы коснулись моего виска. Меня словно током пробило от этого контакта.

— Он… издевался надо мной. Бил меня. И я боялась, что он переключится на дочь.

— Хм… — он о чем-то задумался. — А я думал, ты просто хотела прибрать к рукам его наследство.

— И это тоже, — честно ответила я. — Я заслужила спокойную, обеспеченную жизнь.

— Тогда почему ты ушла из дома и кто тебя избил месяц назад? — его голос звучал почти шепотом у самого уха.

— Свекровь. Наняла бандита, и тот избил меня.

— Получается, это она тебя выставила, — заключил он.

— Мне плевать. Главное, что я теперь свободна от них.

— Ты не свободна, Ника. Ты сейчас принадлежишь мне.

— Это ненадолго. Я потерплю. Но на твои условия я не согласна, — я еще крепче сжала баллончик в кармане.

— Как знаешь. Я не насильник. Хотя для тебя это был бы самый простой вариант избавиться от долга. И отпусти уже эту штуку в кармане. Ты ведь всё равно не рискнешь её использовать.

Я широко распахнула глаза и медленно разжала пальцы. Вытащила руку из кармана.

— Я могу уйти?

— Можешь. Я не держу тебя силой.

— И мне ничего за это не будет? — уточнила я настороженно.

Он усмехнулся:

— Нет. Если ты пообещаешь приходить сюда. Я напишу тебе.

— Зачем?

— Мне так хочется, Ника, — он произнес моё имя с какой-то недоброй ухмылкой.

— А тебя?.. Как зовут тебя? — осмелилась спросить я.

— Может быть, со временем узнаешь. А теперь иди. Ты свободна. Пока.

ГЛАВА 10

За окном мело, снег облеплял стекло пушистыми хлопьями. Мы с Ульяшей сидели на подоконнике, пили горячий шоколад. Малышка считала пальчиком снежинки, а я смотрела на его машину. Большую, черную… Страшную. Это был он. Я знала это. Я видела его почти каждый день.

Из-за снегопада было плохо видно, но я знала, что он там, внутри. Сидит и смотрит на мои окна. Зачем? Почему он следит за мной? Неужели это когда-то закончится?

Оставалось четыре месяца. Всего ничего, казалось бы…

Но для меня каждый день был вечностью.

- Мамоська, пойдем лепить снеговика? – подняла на меня мордашку дочь.

- Нет, малыш, не сейчас. Позже.

Ульяша надула губы и прилипла лбом к стеклу. А у меня пиликнул телефон.

Сообщение. От него.

«Выходи, Ника. Я тебя жду.»

Я сглотнула и закрыла глаза. Ему что, скучно? Зачем он надо мной издевается?

- Солнышко, я выйду на улицу. Ненадолго. Скоро вернусь и принесу тебе что-нибудь вкусненькое, - в последнее время я старалась экономить деньги. Их у меня осталось не так много. А еще нужно как-то протянуть до вступления в наследство.

- А морозеное купис? – с надеждой посмотрела на меня дочь.

- Куплю, - вздохнула я.

Накинув куртку, я вышла на улицу, дошла до его машины. Дверь открылась и я нырнула в теплый салон. Молча прижалась боком к двери, стараясь на него не смотреть. Он все равно был в бейсболке, закрывающей глаза.

- Не поздороваешься со старым другом? – услышала насмешливое. Как же, с другом.

- Что тебе нужно?

- Ты. Поедем в гостиницу?

- Нет. У меня… Не важно. Я никуда не поеду.

- У тебя дочь одна дома, - с первого раза угадал он.

- И это тоже.

- А что еще?

- Я не буду с тобой расплачиваться собой, говорила уже.

- Я не для этого тебя зову в гостиницу.

- А для чего?

- Хочу кое-что показать тебе.

- А может просто подождешь свои деньги?

Он хмыкнул и взял меня за подбородок, чтобы повернуть мое лицо к себе. Я вздрогнула сначала от горячего касания его пальцев, а потом от его взгляда. Я видела его лицо полностью впервые. Довольно красивое лицо. По-мужски красивое. Несколько шрамов у правой брови, высокий лоб, прямой нос. На какое-то мгновение я застыла.

- А может мы о них забудем? А ты станешь посговорчивее?

- Это вряд ли. Я отдам деньги, - проморгавшись, пришла в себя.

- И все же я хочу показать тебе свой сюрприз.

- Какой еще сюрприз? – напряглась я, стиснув пальцы в кулаки.

- Пойдем к багажнику, - бросил он и вышел из машины.

Я неосторожно вывалилась из джипа и пошла куда он сказал.

Я неловко выбралась из джипа и пошла следом. В багажнике лежал связанный бандит, тот самый, который избил меня по приказу свекрови. Я вытаращила глаза, не в силах вымолвить ни слова. Его лицо было сплошным кровоподтеком, рот заклеен скотчем, но я узнала эту сволочь.

- Узнаешь? – спросил убийца.

- Да, нооо…

- Что с ним сделать?

- У меня нет денег. Просто отпусти его.

- Деньги мне не нужны. Считай это бонусной услугой.

- Мне не нужны твои услуги.

- Ладно. Дам время тебе подумать, - киллер захлопнул багажник. – А теперь поехали в гостиницу. Это ненадолго.

- Я не могу оставить дочь, - занервничала я. Я категорически не понимала, что он делает и зачем.

- Сегодня у твоей подруги короткий рабочий день. Через полчаса она придет домой и присмотрит за твоей дочерью. А ты поедешь со мной.

- Откуда ты… - я не договорила. И так понятно, что он следит за мной днем и, возможно даже, ночью. Он уже все знает обо мне.

Оля, и правда, пришла через полчаса. Согласилась посидеть с Ульяшей, а я оделась и пошла к нему. Перцовый баллончик так и остался стоять на тумбочке. Он мне вряд ли поможет.

А в гостинице меня ждала свекровь. И какой-то мужчина в очках. Нет, свекровь не была избита или связана, но напугана до предела. Ее руки тряслись, а глаза бегали по сторонам. Увидев меня и его, она всхлипнула.

- Я все подписала! Вот! Возьми! – она протянула мне какие-то бумаги, второй рукой смахивая слезы. – Только скажи ему, чтобы отпустил меня. Ты меня больше не увидишь! Прости за все!

Я ошарашенно взяла бумаги, опустила на них взгляд. Свекровь отказывалась от своей доли в квартире в мою пользу. Внизу стояла печать и подпись нотариуса. Этот мужчина в очках, видимо, и был тем самым нотариусом.

- Спасибо. Можешь идти, - киллер протянул мужчине несколько купюр и тот, молча взяв свой портфель, покинул номер.

Свекровь задрожала еще сильнее.

- Не убивайте, прошу!

- Решай, что с ней делать, - послышалось над моей головой.

- Отпусти ее. И того… в багажнике. Пожалуйста.

Мстить я никому не хотела. Тем более его руками. Его услуги мне дорого обходятся. Да и свекровь уже наказана.

- Как скажешь. Жди меня здесь. Я скоро вернусь, - он взял под руку мою бывшую свекровь, заставил ее подняться с дивана и повел прочь из номера. Я же опустилась на краешек того самого дивана, снова уставилась на бумаги.

ГЛАВА 11

— Ну что, теперь перестанешь дрожать? — спросил он, открывая бар. Что-то налил в бокал, протянул мне.

— Я не пью.

— М-м-м… Это хорошо. А я, если ты не против, выпью, — он уселся в кресло напротив, где недавно сидел нотариус.

Я неловко перекладывала из руки в руку бумаги, не зная, что с ними делать. Одно дело, если бы у свекрови проснулась совесть, но тут всё иначе…

— Сколько я тебе еще должна? За всё это? — я вновь посмотрела на него. Сегодня он решил не прятать лицо. Почему? Не боится меня? Или проверяет?

— Я же сказал, это бонус. Ты ведь хотела наладить свою жизнь, когда обратилась ко мне? Вот, забирай своё по праву.

— Почему ты это делаешь?

— Мне стало скучно, — еле заметно улыбнулся он, и на его щеках появились ямочки. Надо же… Киллер с ямочками.

— Я даже не знаю, что сказать…

— Скажи «спасибо».

— Спасибо.

— Вот так лучше.

— А я… могу идти? — спросила я, осторожно глянув на него.

— А ты хочешь?

— Хочу, — и это было правдой. В его присутствии мне страшно и неловко. Хотя пора бы привыкнуть, что он ходит по пятам, будто решая, что со мной делать. Вот и сейчас — замер, изучая меня долгим взглядом, перекатывая в пальцах бокал.

— А может, познакомимся поближе?

— В каком смысле? — я вытаращилась на него.

Он усмехнулся:

— Меня зовут Иван.

— А… ну, как зовут меня, ты знаешь, — я потупилась. Ему шло это имя. Простое, обычное, но очень подходящее.

— Знаю. Но хотел услышать что-то от тебя самой.

— Зачем?

Он залпом допил содержимое бокала и поставил его на стол.

— Мне интересно, как ты живешь, чем дышишь.

— Ты просто хочешь… — я мельком взглянула на кровать и прикусила губу.

— И это тоже. Почему нет? Мы взрослые люди.

— Сними себе кого-нибудь на ночь, а мне пора. Меня ждут, — я вскочила, забросив сумку на плечо.

— Я отвезу тебя, — он тоже поднялся.

— Вот уж нет!

— Да. Иначе ты не выйдешь отсюда. Останешься со мной здесь, — уголок его губ пополз вверх.

— Не останусь! — повысила я голос.

— Тогда я тебя отвезу, — монотонно повторил он и, надев бейсболку, открыл дверь. — Идешь или остаешься?

Я поспешила за ним. А что оставалось? Этот человек привязался ко мне намертво. В машине он с усмешкой наблюдал, как я пристегиваюсь.

— Что? — не выдержала я.

— Ничего. Ты забавная, Ника.

— Я обычная.

— Обычные не заказывают мужей. Ты смелая.

— Мне просто надоели издевательства.

— Почему он тебя бил? Как можно поднимать руку на такую… — он прикусил губу, а потом усмехнулся. — Красавицу?

Мне снова стало неловко от его слов.

— Ну, его это, судя по всему, мало волновало, — ответила я, отвернувшись к окну.

— Никогда не понимал мужиков, которые бьют женщин.

— Ты их вообще убиваешь, — вырвалось у меня. На сей раз я сама прикусила губу.