Анастасия Бекей Saṃsāra: I

Глава 24. Храм, сны и касты

Мы с Лукасом прогуливались по парку, который находился недалеко от храма Шри Лакшми Нараяна, в который мы планировали заглянуть на обратном пути. Так получилось, потому что таксист, которого мы вызвали, нас не слишком хорошо понял и привез не туда. Он очень извинялся, но я проблемы не видела – погуляем. Тем более, мне было бы полезно отвлечься, потому что в моей голове гудели роем мысли.

Странный сон, казавшийся реальным, не пришедший на встречу Сиита. Что могло случиться, чтобы он отказался от возможности еще раз на меня надавить? Я даже просмотрела сводку новостей – ну мало ли… Хотя и сама не знала, что хотела (или, наоборот, не хотела) там найти.

В конце концов, мои мысли окончательно меня задавили, и я решила позвонить Дивиту. Сказав Лукасу, что мне надо срочно найти что-то попить и заглянуть в уборную, мы добрались до ближайшего кафе. Лукас уселся за столик и принялся изучать не слишком разнообразное меню, а я рванула в дамскую комнату.

Дивит ответил через несколько гудков.

— Привет, Джия, — раздался в динамике его голос.

— Не отвлекаю? Привет.

— Все нормально. — Мне кажется, что он улыбается. — Я чем-то могу помочь?

Я отчего-то смутилась – показалось, будто Дивит думает, что я его использую для своих целей. Мне эта мысль совершенно не понравилась – я не собиралась пользоваться его добротой по отношению ко мне, но, получалось, что только это и делала.

— Разве не могу просто позвонить?

На другом конце несуществующего провода повисает тишина. Я устало вздыхаю.

— На самом деле, я хотела посоветоваться… прости. Но это не значит, что я не хотела тебя услышать, — вот черт! Я замолкаю. Как он интерпретирует мои слова?.. А, с другой стороны, ну какой смысл скрывать, что я хотела просто услышать его голос? Это было правдой, так что не стоило смущаться.

— Я тоже рад тебя слышать, — тихо говорит Дивит и мои щеки заливает краска. — Но давай, говори, чем я могу помочь, я с удовольствием, — он явно улыбается.

Я думаю, с чего мне начать. Говорить о сне по телефону не хочется.

— Вчера мне пришло сообщение с неизвестного мне номера.

Голос Дивита становится серьезным.

— Что там было?

Я озвучила. Он немного помолчал.

— Ты ездила в кафе?

— Да. Но никто не пришел.

— Джия, — он говорит вкрадчиво, но я чувствую, что Дивит напряжен и не очень доволен, — это могло быть опасно.

— Никто не пришел, — повторила я.

— А если за тобой наблюдали?

— Это было людное место, со мной ничего бы не случилось, — вяло говорю я, чувствуя себя неимоверно глупо.

— Не делай так больше, пожалуйста, — тихо говорит Дивит. — Сообщай сразу мне, договорились?

— Я не хотела тебя беспокоить по такому поводу…

— Это не беспокойство, это правильно. — Ответил он. — Ты звонила по номеру?

— Нет. Я… не хотела.

— И не нужно. Перешли мне этот номер, — сказал Дивит, — я посмотрю, принадлежит он Ситалу или… — мужчина замолчал.

— Или?

— Или не ему, — ответил он.

— Спасибо.

— Есть что-то еще? Мне кажется… что это не все, о чем ты хотела рассказать.

Черт, какой проницательный!..

— Да, но… я не хочу обсуждать это по телефону.

— Я могу приехать, — тут же предлагает Дивит.

— Я сейчас в городе, гуляю… с Лукасом.

— Хорошо, — говорит Дивит и в его голосе я слышу тьму, — если что случится, то сразу позвони мне. Ладно?

— Что может случиться?

— Не знаю. Что угодно, что тебя взволнует, напряжет… просто позвони мне и скажи. А о том, о чем бы ты хотела поговорить не по телефону… У меня есть кое-какие дела днем, но вечером я могу приехать и мы все обсудим.

Я не против.

— Хорошо. Ты позвонишь?

— Разумеется.

— Тогда… до встречи?

— До встречи, Джия. — Его голос не теплеет на этих словах, Дивит кладет трубку, я слышу срывающийся гудок, а потом меня оглушает тишина в динамике.

И все это мне крайне не нравится.

* * *

Храм, который мы пришли посмотреть с Лукасом, действительно красив. Он большой, монументальный, желто-бежево-красный. Этот храм – признанное место силы, который привлекает огромное число паломников.

Я бродила около него, не решаясь заглянуть внутрь, словно такой поступок мог бы сойти за святотатство. Лукас тенью следовал за мной, не проявляя особых восторгов по поводу этого места. Но я… я будто чувствовала какую-то незримую энергию и силу, что исходила от него…

Невдалеке от нас шла экскурсия – молодой индус рассказывал историю храма группе туристов. Осторожно подобравшись, я замерла рядом, делая вид, что рассматриваю красивый, но довольно скромно оформленный, вход. Из слов экскурсовода, я поняла, что экскурсии тут не проводятся, и это была группа, которая приехала сюда туром, и храм оказался лишь очередной небольшой точкой на их пути. Они не могли осознать, не могли прочувствовать, поэтому просто довольно равнодушно рассматривали строение и ждали, когда группа поедет дальше, к другим святым местам.

Из рассказа индуса я узнала, что храм имеет два названия: Лакшми-Нараян (народное) и Бирла-Мандир (официальное), и что идея строительства зародилась у самого Ганди, который хотел, чтобы храм был общим для всех, чтобы он выступа в роли символа кастового различия.

Речь экскурсовода была смазанной, он перепрыгивал с даты на дату, с факта на факт, поэтому мне это быстро наскучило. Я махнула рукой Лукасу, который скучающе топтался неподалеку.

Уже почти уходя прочь, я замерла, обернувшись и посмотрев на вход в храм…

Внутрь зайти хотелось неимоверно, но что-то меня удерживало… что-то, что я не могла объяснить…

* * *

С Дивитом мы договорились встретиться на заднем дворе особняка, там, за небольшим садом, была более уединенная часть. Лукасу я сказала, что хочу подышать воздухом и он, утомленный прогулками по паркам и храмам, лишь кивнул.

Когда я прошла по выложенным камнями дорожкам в дальнюю часть сада, Дивит уже ждал меня там, сидя на большом валуне, установленном явно в декоративных целях.

— Доброй ночи, Джия, — сказал он, когда я вышла из-за деревьев. Его глаза улыбались.

— Привет, — я улыбнулась, чувствуя, что рада его видеть.

— Как прошла прогулка?

— Храм Шри Лакшми очень красивый, — ответила я, — величественный… удивительный.

— Лакшми – богиня благополучия, изобилия, процветания, богатства, удачи и счастья. Ее храм должен быть светлым местом, — пояснил Дивит, — ты знала, что человек, который его построил, точнее, на чьи деньги он был построен, разбогател торгуя опиумом?

Я покачала головой.

— Я знаю лишь, что открытие сопровождалось огненным жертвоприношением.

Дивит улыбнулся.

— Не открытие, а церемония закладки первого камня будущего храма. Яджна – очень красивый обряд.

Мы помолчали.

— Я пока что не узнал, чей это номер, — сказал вдруг Дивит, — но он точно не… не Сииты Ситала.

Я с удивлением на него посмотрела.

— Но кто тогда хотел со мной встретиться?

Мужчина наклонился, сорвал травинку и принялся крутить ее в длинных бледных пальцах.

— Главное, что это был не… Ситал. Номер зарегистрирован на подставное лицо. Это… странно немного.

— Мне кажется, или ты предполагал, что это будет не он?

Дивит дернул плечом и отбросил травинку в сторону.

— Не имеет значения.

— Дивит?

Он встал с валуна и как-то стремительно приблизился ко мне. Цепкий взгляд черных глаз скользнул по моему лицу, пристально изучая каждую мою черту.

— Ты можешь мне сказать, — прошептала я, зачарованно следя за его глазами. Он вздохнул и сделал шаг назад. Между нами словно выросла невидимая стена и это было… неприятно.

— Есть человек, его зовут Бхарат Арана. Он относится к касте кшатрийцев, что означает «воины». Сейчас он занимает должность влиятельного государственного чиновника, но его власть в городе меньше и менее значимая, чем власть Ситалов. Бхарат, в принципе, не опасен, но он пристально следит за Сиитой, ожидая, когда тот оступится. Их противостояние может достичь вселенских масштабов, когда Арана поймет, что у него есть рычаг влияния на Ситала.

— Рычаг? О чем ты?

— Сиите нужен дом. А дом связан с тобой. Понимаешь?

— Он… может попытаться подобраться к Ситалу через меня? — ошарашенно спрашиваю я.

— Я не позволю, — взгляд Дивита смягчается. — Но будь начеку. Арана – руки бога Брахмы.

— Что?

— В Индии четыре основные касты: брахманы, кшатрии, вайшьи и шудры, все они, по очень древней легенде, символизируют уста, руки, бедра и ступни бога Брахмы. Раньше к такой иерархии относились очень серьезно, сейчас чуть проще, но и в современном мире у них есть весьма большое влияние в Индии, так не стоит недооценивать тех, кто относится к высшим.

Я отчаянно затрясла головой.

— Я не понимаю, Дивит… ну какое отношение имею к этому всему я?

— Все из-за дома, — мягко говорит он, — и из-за того, что Ситалы вытворяют в Дели.

— А что они вытворяют?

Дивит не ответил.

— Ты ведь хотела поговорить о чем-то еще? Сказала, что не хочешь об этом по телефону.

Я отбрасываю от себя мысли о кастах и этом неведомом Аране, и рассказываю Дивиту свой сон.

Глава 25. Потерянные дворцы

— Дивит?

Мой голос отдается эхом от стен храма, того самого, в котором я оказалась уже в третий раз. Я чувствую – он где-то тут. А мне нужно, нужно, нужно! его найти. Даже если на это уйдут века.

Я замерла на месте, не в силах двинуться дальше. Странная мысль про века была будто чужой, словно она частично принадлежала мне, а частично – кому-то совершенно другому, постороннему, кто смог как-то проникнуть в мою голову.

Это было пугающе.

Отчего-то хотелось кричать – протяжно, жалобно, моляще… Словно я надеялась, что на мой крик он придет, отзовется, услышит… Но, быть может, я могла призвать сюда не Дивита, а кого-то другого, того, кто не желает мне добра, а лишь наоборот…

Я подумала об Авани и о глазах, которые видела за красной ширмой… Что все это значит? Почему я получаю только больше и больше вопросов, а ответов – никаких?.. Что мне со всем этим делать, как разобраться?..

Я брела по пустым коридорам, которые явно не могли относиться к храму, и размышляла. Кого я могла здесь встретить – воплощение добра или зла? Чего мне ожидать от мира, от Индии, от… Сииты.

Мой взгляд уперся во фреску на стене справа. Мысли путались, но были довольно четкими – не так, как бывает в кошмарах. Я все осознавала, могла думать, могла делать выводы… И это немного пугало. Все, что происходило со мной здесь, в Индии, – пугало.

Чем это было для меня – наследием или проклятьем?.. Кто даст ответ?..

Я отвожу взгляд от странной фреске – на ней женщина с синей кожей, растрепанными волосами и ожерельем из черепов. Что-то внутри меня шевелится, я пытаюсь вспомнить, кто она такая, но не могу. Хочется уйти.

И я продолжаю путь.

Иду, иду, иду…

А потом оказываюсь в зале, но это не тот зал, с большими сводами и ширмой винного цвета. Он – просторнее, светлее, через окна без стекол падает лунный свет.

И там – Дивит. Он стоит в этом лунном свете, истинный бог, красивый, властный… Свой…

— Дивит? — зову я, не уверенная, что он мне не кажется, не мерещится.

Мужчина оборачивается.

— Тебе нельзя быть здесь.

Свечи, они везде – на полу, на подставках, на каких-то креплениях в стенах, – загораются. Их свет кажется мне могильным и это меня пугает. Они не могут греть, они могут лишь освещать смерть… Не более…

Это был сон или явь?.. Так странно, так близко и так незримо…

— Дивит?..

— Я здесь.

Его бархатный голос, бледная кожа, черные глаза… Казалось, это именно то, что я так долго искала. Он подходит ко мне, смотрит пристально, как тогда, в саду за особняком, но взгляд темных глаз неимоверно грустный. Мне кажется, что я сделала что-то очень неправильное, что-то, за что скоро буду должна ответить…

— Не уходи… прошу тебя… — почти умоляю я. Остаться здесь в одиночестве, что может быть страшнее? Кажется, что стоит ему отойти, и меня поглотит тьма. Та самая, которая пожирает сердца, та, что страшнее смерти.

— Я здесь, — повторил он, касаясь моей щеки. — Но ты боишься. Чего же?

— Себя, — я перехватываю его руку, и прижимаю своей сверху. Глаза Дивита расширяются. Придвигаюсь ближе, моя грудь касается его, и я чувствую, что он дрожит. — Дивит?

— Ты же знаешь, где ты, — шепчет он, почти в мои губы, — но это не значит, что все не правда.

— Знаю. — Поднимаю руку. Касаюсь его виска. Дивит вздрагивает.

На самом деле, мне кажется, что я совершенно ничего не знаю. Но здесь, около него, я готова поверить в обратное.

Миг.

И он ловит мои губы своими. Такие теплые, податливые. Я углубляю поцелуй, желая стать чем-то единым… но Дивит отстраняется.

— Это не ты, — качает он головой. Его черные глаза – грустные, и мне так неприятно видеть их такими… без задорного блеска, без серьезности или насмешки… Он словно здесь… но будто его нет.

— Кажется, что в первый раз – я. — Шепчу я в ответ и снова завладеваю его губами. В этот раз он не отстраняется, его руки опускаются мне на талию и властно притягивают к себе.

Мечтала ли я об этом, грезила ли?.. Ведь это трансформировалось в сон, в то место, где я могла себе позволить все и даже больше. Я могла целовать Дивита и не думать ни о чем, могла верить, что я не схожу с ума, а связана с чем-то высшим, могла отрешиться от всех проблем – от чувства потерянности, в котором я старалась себе не признаваться, от обязанностей, которые так резко вдруг легли на меня… От Ситала…

Я робко дернула головой, пытаясь отогнать мысли, которые были не к месту. Я ведь здесь, в каком-то странном храме или дворце, около Дивита, целую его… мне не нужно думать о странном Сиите Ситале, которому так необходим дом, который я получила в наследство… Который меня неимоверно пугает…

Через несколько секунд, таких долгих и сладких, отстраняюсь я.

Дивит смотрит с удивлением. Он будто уже привык к моим губам… Ко мне, такой робкой и податливой в его руках…

— Ты моя Северная Звезда, — шепчу я, — you are my North Star…

Кажется, это слова из какого-то текста или песни, но здесь и сейчас они идут из моей души…

Северная звезда – Полярная звезда, – это самая значимая точка на нашем небосводе… ориентир. Яркая и неподвижная. Неизменная в веках…

Это он. Это все о нем – о Дивите.

Он снова меня целует, его руки бродят по всему телу, а я плавлюсь в его объятиях, словно так и должно быть… Под прикрытые веки проникает белый свет…

А потом этот свет заполняет все мое существо.

И хочется кричать от радости…

* * *

Я просыпаюсь и быстро осматриваюсь – но Дивита, разумеется, рядом нет.

* * *

— Нееет! — крик раздается по залу, отлетает от стен и затихает.

Девушка, упавшая на колени, поднимает голову. Из глаз льется красный свет, а лицо искажается, деформируется, становится злым и отталкивающим.

— Ты не мог, нет, — шепчет она в пустоту, — суть моя, смысл мой, мое воплощение, боль, счастье, ярость… — ее бормотание затихает. — Я – есть все. Я – время. Я – ночь смерти. Я – не паду. Не сдамся. Не оставлю! — девушка снова кричит.

Она мотает головой, стараясь что-то сдержать, что-то яростное, незримое, мощное… Темные волосы путаются, падают на лицо, противно прилипают прядями к взмокшему лбу…

— Он не мог… ты не мог… — снова шепчет она и кривится, — я есть все, я – космос, я – гнев, я – жизнь! Я… смерть!..

Девушка с трудом встает с пола. Ее лицо снова искажается от невыносимых мук, тело по бокам идет волнами, будто что-то пытается прорваться из нее…

— Вечная жизнь имеет цену, — бесцветным голосом говорит она, смотря в пустоту, — и да настанет ночь смерти.

Глава 26. Горящая в пламени

— Что ты решила на счет дома?

Я подняла голову и посмотрела на Лукаса. Мы сидели с ним за обеденным столом в особняке, который предоставил нам Дивит, и отчаянно делали вид, что никаких ссор между нами не было и в помине. После того дня, когда мы провели вместе за просмотром роликов в интернете и фильмов, между нами установилось перемирие.

— Прости?

— На счет дома, который тебе достался в наследство, — уточнил он.

Я тряхнула головой, пытаясь вырваться из собственных мыслей.

— Не знаю… — пробормотала в ответ.

— А что говорит… Дивит?

Я удивленно смотрю на Лукаса.

— При чем тут?..

— Да не лги, — он морщится, — а то я не знаю, что ты с ним это обсуждаешь.

— Да дело не в нем, — вдруг признаю я, — а в том, кто хочет купить дом.

Лукас подается вперед.

— В смысле? Кто-то хочет купить эту развалюху?

Я внутренне морщусь, но стараюсь не подавать вида.

— Это не развалюха, — отвечаю я, стараясь сдержать злость, — это мое наследие.

Мое наследие… боже, ведь это и правда так… Моя кара, моя ноша… Что угодно, но не просто дом…

* * *

День протек противно, остался на мне липким, неприятным, следом, поэтому я только была рада лечь поскорее в постель.

Я надеялась, что мне снова приснится приятный сон, сон, в котором я могла быть собой.

Рядом с Дивитом.

Пусть не наяву, а хотя бы так.

* * *

Я чувствовала, что на меня наваливается тьма – тягучая, обжигающая и очень страшная. Перед глазами оживали образы горящего храма, кричащие люди, выбегающие оттуда, в полыхающих одеждах... А посреди всего этого кошмара, прямо в эпицентре огненного буйства, стоял старик в коричнево-рыжих одеяниях, и просто смотрел.

Он не сделал ни одной попытки спастись, так и остался на своем месте, пока какая-то обрушившаяся конструкция не отрезала ему путь к выходу…

Выскочив из опутывающего сна я едва не закричала, таким реалистичным и вселяющим ужас он был.

Поспешно провела рукой по лицу и почувствовала, что она стала мокрой. Лицо горело, будто я и правда побывала около полыхающего храма…

Шатаясь, будто пьяная, вышла на балкон, и вдохнула приятный прохладный воздух. Он остудил лицо и мысли, даровал покой… Я наслаждалась тишиной и этим покоем, пока вдруг в углу не шевельнулась тень…

— Что за… — я отшатнулась и поняла, что мне не показалось – в углу кто-то сидел.

— Это я, — раздался негромкий голос, который в этой тишине едва меня не оглушил.

— Дивит?!

Мужчина встал с плетеного кресла, в котором сидел, и чуть поклонился. Как мне показалось, слегка насмешливо.

— Доброй ночи, Джия.

— Ты что тут делаешь?!

— Пришел на твой кошмар, — просто ответил он.

— Но как ты… узнал?

— Ты забываешь кто я. Я чувствую все кошмары этого мира. Да и не только этого, — в голосе Дивита я явственно услышала неимоверную грусть.

— Тогда ты можешь мне ответить – это действительно когда-то случилось? — казалось, это было единственным, что меня волновало в этот момент. Даже странное поведение Дивита и его присутствие тут отошло на второй план.

— Что именно? Пожар в храме?

— Да.

— К сожалению, — подтвердил он, — это было, очень-очень давно, но было.

— А старик?..

Мужчина посмотрел на меня с грустью.

— И старик тоже.

— Кто он?

Дивит подошел к перилам балкона и прислонился к ним. Его взгляд устремился вперед, туда, где простирался мир. А, быть может, он смотрел в прошлое.

— Один из провидцев, если сказать просто. Это очень долгая и очень старая история, я ее тебе когда-нибудь расскажу, но не сейчас.

— Почему мне это приснилось? Как такое возможно?

— Ты забываешь и о том, кто ты.

Я тряхнула головой. Не хотела слушать его слова, не хотела задумываться, не хотела верить… глупость, бред… реальность… Моя больная реальность.

— Это какое-то безумие, не больше.

— Весь мир безумен. Это давно не новость. — Немного скучающе сказал Дивит и пристально посмотрел на меня. В его черных глазах была тьма. Он снова подошел к креслу и опустился в него.

Я промолчала, не зная, что на это ответить.

— Дивит… стало слишком много секретов… расскажи мне хотя бы часть…

— О безумии? Или?.. — он смотрит на меня с легким подозрением, но я знаю – он в курсе.

— Обо мне. — Твердо сказала я. — Почему я это вижу. Это ведь не просто кошмары, не так ли? Ты сам только что сказал – «ты забываешь, кто ты», но я не забываю – я просто не знаю.

— Кошмары… Нет, не просто так, — с легкостью признал он.

— Так что же это? И кто я? О чем я должна помнить?

Дивит встал с кресла и сделал порывистый шаг ко мне. Удивительно – отшатнуться не захотелось. Наоборот, я хотела, чтобы он встал еще ближе.

— Я чувствую, что ты все еще пытаешься отторгать свою суть, — тихо сказал он. — Но из этого ничего хорошего не выйдет, Джия. Уж поверь мне, я знаю.

— Так что же я тогда должна делать?

— Принять себя.

— Какой? — я болезненно усмехнулась. — Такой? Сумасшедшей?

— Ты же понимаешь сама, что ты не сумасшедшая.

— Но ты не даешь мне ответов. Что мне еще остается думать?

Дивит не смотрит на меня и я вдруг понимаю, что его что-то гложет. Он не такой, как обычно, а напряженный, ожесточенный… старающийся не показать, что ему плохо.

— Дивит? — мне страшно. Что должно произойти, чтобы он был… таким?.. — Что случилось?

Он мотает головой.

— Все нормально.

— Не лги. Не мне. Только не мне… Прошу.

Он морщится, и я понимаю – это нечестно с моей стороны. Я его будто принуждаю.

— Джия, твоя фамилия Десаи. И ты тоже относишься к одной из каст.

Кажется, о чем-то таком я подсознательно догадывалась.

И догадывалась к какой.

— Брахманы, — равнодушно произношу я, а Дивит просто кивает. Хочется укрыться, но мне нечем… и негде. Кажется, я все это знала, просто не хотела признаваться даже себе.

— Чем мне это грозит?

Дивит смотрит на меня удивленно.

— Ты думаешь об опасности?

— Я не знаю, что мне думать.

— Я не допущу, чтобы у тебя были проблемы, — вкрадчиво говорит он, а у меня внутри все горит от этих слов, сказанных так просто, так легко…

— Но все ли в твоих силах?

Мне кажется, Дивит вздрагивает, когда я это произношу.

— Я сделаю все, что в моих силах. — Повторят он мои слова, а мне становится страшно.

Будто он обещает то, что не сможет выполнить…

Словно его слова – лишь пустой звук во вселенной…

Но я верю. Вопреки всему – верю. Большего и не остается. Только лишь вера – бесконечная, всесильная… беспощадная…

Глава 27. Часть ответов

Первое, что я сделала утром – это поехала к Дивиту. Не дожидаясь Арны, вызвав обычное такси, и послав ко всем чертям Лукаса, который пытался меня остановить. Мне казалось, что мои руки пахнут дымом и кровью, и оставаться наедине с собой я просто не могла. Сон, встреча на балконе – это все было уже чем-то, выходящим за грань. Его обещание… чему мне верить? И было ли тут хоть что-то, во что я реально могла веровать?..

Я не могла больше мириться с тем, что происходило, не иметь ответов, стараясь скрыть свой страх за равнодушием… Мне нужно было знать. Знать, что со мной происходит, кто я такая и, что более важно, – кто такой Дивит. Человек, защитивший меня от тени, человек ли?.. Я тогда сделала предположение, что он божество, но с этим было трудно смириться, поэтому я просто отбросила размышления на сей счет, старательно сделав вид, что этогоне было.