Анастасия Угля Осколки прошлого

Глава 1 Глеб Царёв

Я сижу, казалось бы, на самом краю света. Передо мной городские огни расплываются в грязных разводах, а я затягиваюсь так, что легкие прожигает насквозь. Выдыхаю этот едкий дым, который царапает горло, будто наждачка. И мне насрать. Потому что внутри точно такая же пустота и гарь.

Я, блядь, вымотан. Вымотан так, что хочется разрыдаться здесь, на этом холодном бетонном парапете, но вместо этого я давлю бычок в крошево и закуриваю новую. Я устал от дерьма, которое навалилось на голову бетонной плитой. Еще вчера я думал, что у меня есть всё: дружная семья, надежный тыл, люди, которые прикроют спину. А сегодня я понял — нихера подобного. Для моего дохуя богатого отца я всегда был не сыном, а очередным гребаным проектом. Инвестицией, которая должна окупиться по его уставу.

Вы спросите, что произошло? Да всё банально до зубовного скрежета. Отец решил, что я проживу свою жизнь за него. И знаете что? Он решил это, сука, очень давно. Просто я, слепой идиот, смотревший на него с открытым ртом, считавший его божеством, только сегодня доебался до истины. Когда правда вскрылась, я так знатно охуел, что в голове до сих пор звенит набат. Словно мне дали пиздюлей, а я даже не понял, с какой стороны прилетело.

Ну а что теперь? Раз судьба с разбегу пнула меня под дых и швырнула на этот бетонный край, давайте знакомиться по-честному. Без соплей.

Меня зовут Царёв Глеб Валентинович. Двадцать восемь лет. Мой папаша, Царёв Валентин — это, блядь, человек-легенда, охренительный магнат, у которого денег столько, что, если начать их считать, можно поседеть раньше, чем закончишь. Когда строишь по всей стране и уже вышел на международный уровень, бабла, конечно, мало не бывает. В семье я средний: есть старший брат Влад, он был правильным, до недавнего времени, и младшая сестра Ангелина, «папина дочка». И всю свою гребаную жизнь я верил, что мы — неприступная крепость. Что мы — семья.

Отец был для меня примером. Да что там пример, я его боготворил. Я пыжился из кожи вон, чтобы он мной гордился. После школы пахал как конь, чтобы поступить на архитектурный в самый престижный универ страны, да еще и на бюджет. Батя тогда аж прослезился, гордился, наверное. И вот я дошел до пятого курса. Решающий год.

5 лет назад

Сегодня на улице погода просто офигенная, теплынь, солнце заливает этот вечно серый город. Я решил, что раз учебный год только начался, а первокурсниц в этом году как грибов после дождя, грех не воспользоваться популярностью. Надо сразу приметить, какая из них скрасит мой ближайший месяцок. О да, я мажор и бабник. А что такого? У меня нет ни желания, ни времени вступать в серьезные отношения. На первом месте — будущее, карьера, амбиции. Поэтому девчонок я меняю как перчатки. Ни одна еще не задерживалась дольше, чем на месяц.

По всему универу про мою репутацию ходят слухи. И это кайфово — никто не строит иллюзий, никто не приходит с дурацкими надеждами на свадьбу. Все сразу знают расклад: тридцать дней качественного, отвязного секса, вкусные ужины и красивые подарки. А потом — легкий, безболезненный разлет. Так было всегда.

По-другому в моей жизни не бывает, поэтому сегодня я решаю, что погода сама благоволит и можно ехать в универ на кабриолете. Проверенная схема, девчонок он ух как цепляет. И вот я, весь такой шикарно одетый, спускаюсь к завтраку, где сидит семья. Как всегда, отец во главе стола, по правую руку от него мама, по левую — брат Влад с женой Никой, а рядом с Никой моя сестра Ангелинка. У нее сегодня тоже важный день, первый курс, но, слава богу, не в моем универе, и пересекаться мы не будем.

— Семья, доброе утро, — прохожу и сажусь за стол, кивая всем.

— Доброе, сынок. Ну что, с началом последнего рывка, — с теплой, но какой-то уставшей улыбкой говорит мама.

— Да, последний год, и начнется другая глава. Бать, я же могу рассчитывать на место младшего архитектора в отделе?

— Сын, ты хочешь поработать? — отец отрывает взгляд от планшета, смотрит на меня поверх очков.

— Да, до окончания универа хотелось бы поднабраться опыта, и для диплома лишним не будет.

— Конечно, приезжай после пар в офис, — говорит он так буднично, словно речь о замене туалетной бумаги.

— Ладно, семья, я поехал, пацаны ждут. Ника-Вероника, как там мой племяш? — спрашиваю, погладив ее большой живот.

— Растем.

Захожу в гараж, сажусь за руль своего нового Audi R8, включаю плейлист, и из динамиков на полную вырывается Nickelback «She Keeps Me Up». Настроение взлетает еще выше. Что в этот миг еще надо? Я бы сказал — ничего, но нет, мне нужен хороший, качественный трах. Две недели без секса дают о себе знать зудом в крови. Слежу за дорогой, совершенно не замечая, как заруливаю на парковку универа. Заезжаю с шиком, со свистом оглядывая толпы студентов. На лестнице уже стоит компания моих пацанов. Припарковав машину, выхожу, оглядываюсь, всматриваясь в лица новеньких. Заприметив парочку заинтересованных девчонок, подмигиваю им и направляюсь к парням.

— Здорово. Ну что, мужики, уже начали охоту? — говорю им, по очереди пожимая руки.

— Царь, ты же знаешь, все самое огненное достается тебе. У нас шансов мало, — с кривой ухмылкой тянет Ян.

— Влас, ты что, за лето где-то растерял самооценку? — подкалывает его Макс.

— Зак, он просто до сих пор не отошел от своей бывшей, да, Влас? — задевая его плечом со смехом, спрашивает Дамир.

— Дам, ты с утра так и просишься сходить нахуй! — с тем же смехом отвечает Ян.

— Лан, парни, что там по девчонкам? Есть симпатичные? — решаю разрядить обстановку.

— Царь, ты же знаешь, только пальцем помани, и любая упадет к твоим ногам, — со свистом выдает Дам, потирая руки.

— Не, Дам, не любая, — вдруг выдает Макс, выглядывая кого-то в толпе. — Вон та, — он кивком показывает на ту, которая, по его мыслям, отошьет меня. — Вон та блондинка не падёт у ног его высочества.

— Которая? — с интересом сканирую периметр.

— Вон стоит с Лизой Покровской, — указывает он на девушку, стоящую в пол-оборота ко мне, даже не глядя в нашу сторону.

— Думаешь? — приподнимаю бровь, оборачиваясь к Максу.

— Знаю, — говорит он вполне серьезно, даже мрачно.

— А спорим? Эта малышка уже через неделю будет греть мою постель, — азарт берет верх, кровь быстрее бежит по венам.

— Даже не пытайся, — бычит на меня Ян, делая шаг вперед.

— Не понял? Что, сам на неё запал? — прищуриваюсь, чувствуя знакомое напряжение.

— Нет. Но я тебя предупредил. Даже не смотри в сторону Киры! Она сестра Дениса Раевского, а он за сестру порвёт любого. Девочка чистая, не для таких, как ты. А Раевский для меня хороший друг, его отец — мой крестный. Я предупредил! — бросив мне напоследок свои слова, Ян разворачивается и уходит, чеканя шаг.

Мне глубоко плевать, кто её отец или брат. Мне плевать на предупреждения. Теперь это уже дело принципа.

— Ну он предупредил, а мне насрать. Ну что, Зак, забились? — протягиваю ему руку, чувствуя, как внутри разгорается огонь охотника.

— А договорились! — пожимает он мне руку, довольно ухмыляясь. — В случае проигрыша ты накрываешь поляну в «Импульсе»!

— По рукам.

Ну держись, Кира. Охотник Глеб идет за тобой. Только ты еще не знаешь, во что мы оба вляпались.

Глава 2 Кира Раевская

Открыв глаза с утра, я сразу чувствую, как внутри, вместе с пробуждением, разливается липкая, холодная тревога. Сегодня мой первый день в универе. Страшно ли мне? Ну, не то чтобы... Хотя кому я лгу? Страшно. До чертиков страшно.

Когда встал вопрос о выборе специальности, я сразу знала: кем я буду. Юристом. Тут даже думать не надо было. Спросите, почему? Я бы сказала, что всё просто и я хочу бороться за справедливость. Но нет, это не совсем так. Хотя в каком-то роде и так, но на самом деле всё решила ситуация, что произошла пять лет назад. Мою маму сбила машина, и она умерла на месте аварии. А виновника того страшного ДТП так и не нашли. Скрылся, как трусливая тварь. После этого я твёрдо решила, кем хочу стать. За пять лет я ни разу не передумала. Ни на секунду.

Так мы и остались втроём. Мой отец — Раевский Дмитрий Олегович, мой старший брат — Раевский Денис Дмитриевич и я, по их мнению, маленькая принцесса — Раевская Кира Дмитриевна. У нас прекрасная семья. Мои брат и отец — это мой надёжный тыл, моя броня. У отца сеть гостиниц, брат пошёл в универ на специальность «Менеджмент» и в этом году его оканчивает. Отец уже вводит его в курс всех дел, ведь после получения диплома он станет ему помогать. Меня тоже пытались, как они выразились, «вразумить», чтобы я поступила на факультет рекламы. Мол, девушке там самое место. Но я сказала своё твёрдое нет. И больше этот вопрос не поднимался.

Приняв душ, высушив волосы и накрасившись, я принялась перебирать одежду. Погода стояла солнечная. Хоть на улице уже осень, солнце всё ещё по-летнему жаркое, почти наглое. Я выбрала белую струящуюся короткую юбку, которая летит при каждом движении. Наверх — белый топ и пиджак цвета фуксии, чтобы добавить яркости. На ноги вместо каблуков нацепила белые кроссовки. Не хочу в первый же день ломать ноги. Посмотревшись в зеркало, я улыбнулась своему отражению: вроде бы ничего, собранно, свежо, по-боевому.

Спустилась в столовую, где уже сидели брат, отец и Катя. Моя мачеха, хотя язык не поворачивается её так назвать. Катя появилась в нашей жизни год назад, а полгода назад они с папой расписались тихо и скромно, без помпезности — так, как хотели сами. У Кати есть сын, Кирилл. Он работал у отца какое-то время, а затем ушёл в свободное плавание. Он айтишник, и после того, как разработал какое-то приложение, нашёл инвесторов, решивших, что его проект очень перспективный. И вот он уже три месяца как полноценный бизнесмен. Кирилл хороший парень, и для меня он тоже как старший брат, но с нами он не живёт. У него осталась квартира от покойного отца, там и поселился. Хотя, признаюсь честно, к Кириллу у меня не совсем получается относиться как к брату. Он мне нравится. Я не могу сказать, что влюблена. Хотя... я ведь даже не знаю, что это за чувство — влюблённость. Но у него есть девушка, Саша. Хорошая, светлая, и я радуюсь, что он с ней счастлив. Правда радуюсь. Даже если внутри иногда что-то предательски сжимается.

Пройдя в столовую, я по очереди поцеловала отца, брата, чмокнула в щёку Катю и заняла своё место. Родной запах кофе, утренняя суета, звяканье чашек — всё это успокаивает, но тревога всё равно сидит где-то в районе солнечного сплетения тугим узлом.

— Кирусь, как настрой на первый учебный день? — с улыбкой спрашивает отец, отодвигая газету.

— Волнуюсь. Но я справлюсь. Я же вся в тебя, пап, — отвечаю, сделав глоток кофе и улыбнувшись.

— Принцесса, ты главное помни, что мы все тебя поддержим. А если кто-то будет доставать или обижать — у тебя есть старший брат, который всегда защитит тебя от злых демонов, — сказал Денис, накрыв мою руку своей и слегка сжав её. Он всегда так делает — сжимает ладонь, и я чувствую, что я не одна.

— Да, милая, мы все тебя поддержим, — улыбаясь, говорит Катя. — А если старший брат начнёт наседать и не будет давать насладиться студенческим временем, ты всегда можешь набрать меня, — подмигивает она. Я смеюсь. С ней легко, она не пытается быть «мамой», она просто есть рядом.

— Кать, ну я же не изверг, — с улыбкой произносит Денис, закатывая глаза. — Просто есть особые экземпляры в нашем универе, которых стоит обходить стороной. А то потом будет больно, — говорит брат, и его тон становится серьёзным. Даже слишком серьёзным.

Я поднимаю взгляд.

— Что за экземпляры? — спрашиваю с любопытством, отставляя чашку.

— Да так. Кое-кто. У нас учится один тип. Царёв Глеб. И если увидишь его — просто проходи мимо. Он мажор, бабник, для него девушки — расходный материал. Он смотрит на них, как хищник на добычу. Я серьёзно, Кира. Не ведись на его красивые слова, дорогие тачки и улыбку. Это всё ловушка. Он ищет очередную игрушку, и я не хочу, чтобы ею стала моя сестра, — чеканит каждое слово брат, не сводя с меня глаз.

— Денис, ты меня вообще знаешь? Я не из тех, кто ведётся на побрякушки, — фыркаю я, хотя внутри неприятно ёкает. Значит, есть такой тип, да?

— Вот и славно. Просто держись от него подальше, — заключает брат.

Я киваю. Легко сказать — держись подальше. Универ большой, а если судьба решит подкинуть сюрприз? Внутри снова шевелится тревога, но теперь к ней примешивается странное, почти запретное любопытство. Кто же он, этот Глеб Царёв, если мой обычно спокойный брат так взведён?

Но я отгоняю эти мысли. Мне нужно сосредоточиться на учёбе. На своей цели. На том, ради чего я всё это затеяла. Я справлюсь. Я же Раевская.

Позавтракав, я выхожу из дома и сажусь к брату в машину. Мы учимся в одном универе, так что нет смысла тащиться на своей. Да, я получила права месяц назад, и водить мне нравится — это чувство свободы, когда ты сама решаешь, куда повернуть, — но, признаться честно, я немного побаиваюсь ездить за рулем одна. Город большой, люди за рулем иногда ведут себя так, будто правил не существует. Но ничего, когда-нибудь я смогу ездить так же лихо, как брат. Он за рулем — как рыба в воде.

По дороге мы едем почти молча, слушая музыку. Денис не пытается меня растормошить, чувствует, что я собираюсь с мыслями. Я смотрю в окно на мелькающие дома, деревья, людей и думаю о том, что вот она — новая глава. Сегодня она начинается по-настоящему.

Подъезжаем к университету. Здание огромное, величественное, толпа студентов у входа кажется бесконечной. Брат паркуется, глушит двигатель и поворачивается ко мне.

— Принцесса, после пар я поеду к отцу. Ты со мной? — спрашивает он, снимая руку с руля и глядя с теплотой.

— Нет, День. Я пойду с Лизой, прогуляемся. А потом позвоню. Если будешь в городе, пересечемся и вместе поедем домой, — говорю я, чмокаю его в щеку и тянусь к дверной ручке. — Ну всё, хороших пар!

— И тебе не хворать. И помни, что я тебе говорил за завтраком! — бросает он мне вслед с той самой стальной ноткой.

— Помню-помню, — отмахиваюсь я и выскакиваю из машины.

Брат выходит следом, треплет меня по голове на прощание и удаляется в сторону главного корпуса. А я остаюсь стоять на парковке, оглядываясь по сторонам. Дожидаюсь Лизу — мы списались ещё в дороге, и она обещала быть с минуты на минуту. Где же она? Вокруг мелькают незнакомые лица: первокурсники с огромными глазами, такие же, как я, и уверенные старшекурсники, чувствующие себя здесь как дома.

Поворачиваю голову и замечаю, как на парковку с лихим, нарочитым шиком въезжает черная Audi. Машина дорогая, стильная, и парень за рулем, судя по всему, тоже не промах. Он выходит — нет, выплывает, — поправляет очки, оглядывает толпу таким взглядом, будто оценивает, кто тут достоин его внимания. Столько понтов в одном появлении, что меня аж передергивает. Я морщусь от такого вида. Не люблю, когда человек пытается продавить окружающих своей крутостью. Но я мгновенно забываю об этом парне, потому что замечаю в толпе Лизку. Она несется ко мне, широко улыбаясь, раскинув руки, будто мы не виделись сто лет.

— Ну привет, студент! — выдыхает она и с размаху заключает меня в объятия.

— Привет, — смеюсь я, обнимая ее в ответ. От нее пахнет любимыми духами — сладкими, с ванилью, — и этот запах сразу успокаивает.

— Ну, пошли, что ли? — подхватывает она меня под руку и уверенно ведет вперед, прокладывая путь сквозь толпу.

Поднимаясь по лестнице, я замечаю Яна Власова. Он стоит поодаль, разговаривает с парнями, но, заметив меня, кивает в знак приветствия. Я киваю в ответ — мы знакомы с детства, наши семьи общаются, но близкими друзьями нас не назовешь. Ян — крестник моего отца, сын папиного лучшего друга. А ещё нас с детства пытались свести. Да, родители мечтали о нашей свадьбе, строили планы, подшучивали за ужинами. Потом как-то это сошло на нет, но осадочек остался. И сейчас, встретившись с ним взглядом, я чувствую легкую неловкость.

Поворачиваюсь к Лизе, пытаясь сосредоточиться на том, что она щебечет.

— Ну, Кир, ты слушаешь меня вообще? — вздыхает Лиза, заметив мой отсутствующий взгляд.

— А? Да, слушаю, — быстро говорю я. — Ты рассказывала про новый клуб.

— Ну почти, — она закатывает глаза. — Я говорю, давай в «Импульс» вместе сходим? Там обычно тусуется свита Царёва, а мне нравится Дамир Адамов. Я очень хочу с ним познакомиться. Я уже представляю, как мы будем вместе смотреться, — Лиза мечтательно закатывает глаза и прижимает руки к груди.

— Лиз, ну ты серьезно собралась бегать за парнем? — спрашиваю я с легким недоумением.

— Почему сразу бегать-то? Просто познакомлюсь. А может, ты познакомишь меня с ним? — смотрит она с надеждой.

— Как? — я удивленно вскидываю бровь. — Я с ним не знакома. И больше скажу — я даже не знаю, как он выглядит.

— Нууу... попроси Яна, — тянет Лиза, кивая в сторону, где только что стоял Ян. — С ним-то ты знакома.

Я бросаю взгляд туда, где он стоял. Ян уже ушел, и я чувствую, как внутри поднимается раздражение. Не на Лизу, а на ситуацию.

— Лиз, я не любитель клубов. И я говорила тебе, что для меня важнее всего учеба! — говорю твердо.

Я действительно так считаю. Я не для того пять лет готовилась, чтобы теперь тратить время на танцы до утра и сомнительные знакомства. Но Лизка смотрит на меня этими своими глазами, в которых плещется такая искренняя мольба, что я чувствую, как моя решительность трещит по швам.

— Ну милая, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — складывает она руки в умоляющем жесте.

Я тяжело вздыхаю. Ну как можно устоять?

— Хорошо, — сдаюсь я. — Поговорю с Яном об этом. Но будь уверена, он откажет, — предупреждаю я. — Поэтому ничего не обещаю!

Лиза радостно визжит и снова меня обнимает.

— Ты лучшая! Я тебя обожаю!

— Ладно-ладно, — смеюсь я. — Я пошла смотреть расписание. Потом спишемся.

— Давай, удачи в первый день! — кричит она мне вслед.

Я направляюсь к главному входу, а в голове уже прокручиваю, как буду разговаривать с Яном. С одной стороны, не хочется втягиваться в эти клубные разборки. С другой — Лизка подруга, и отказать ей, когда она так просит, просто язык не поворачивается.

Вхожу в здание. Просторный холл, высокие потолки, запах книг и чего-то нового. Вокруг снуют студенты, кто-то громко смеется, кто-то озабоченно листает конспекты. Я останавливаюсь на минуту, чтобы оглядеться, и вдруг ловлю на себе чей-то взгляд.

Поворачиваю голову и вижу того самого парня с черной Audi. Он стоит в компании приятелей, вальяжно прислонившись к колонне, и смотрит прямо на меня. Не просто смотрит — изучает. С ног до головы, медленно, будто оценивает. От этого взгляда становится неуютно, мурашки бегут по спине.

Царёв, значит? Сразу вспоминаются слова брата: «Мажор, бабник, расходный материал». Я с вызовом поднимаю подбородок и отвожу взгляд первой. Не хватало еще, чтобы он подумал, будто я готова упасть к его ногам, как остальные.

Расписание. Мне нужно найти расписание.

Я решительно направляюсь к стенду, стараясь не думать о том, что этот взгляд все еще чувствую спиной. Первый день только начался, а он уже обещает быть... насыщенным.

Глава 3 Глеб Царёв

Мы стояли с парнями в холле и болтали о том, как бы сегодня вечером отметить начало последнего учебного года. Решили, что пойдем в «Импульс» и оторвемся по полной. Дам уже терся об меня, предвкушая, как мы наберем ящик нормального виски и будем смотреть, как первокурсницы будут пялиться на нас с открытыми ртами. Я уже мысленно выбирал, кого из свеженьких приглашу за свой столик.

Пока мы говорили, я краем глаза заприметил свою малышку. Стоп. Не свою. Ну то есть чисто теоретически — впоследствии мою. Ну то есть... не мою. А, блин, ну вы поняли, да? Ту самую, на которую Макс указал. Блондинку, которая, по его словам, не упадет к моим ногам.

Она стояла чуть поодаль, разговаривала с какой-то девчонкой, и свет падал на ее волосы так, что они сияли, будто на них нанесли слой жидкого золота. Я невольно залип. Она повернула голову, встретившись со мной взглядом. Я даже бровью не повел, просто смотрел в упор, показывая всем видом: да, ты мне интересна. Я изучал ее, раздевал глазами, представлял, как она будет выглядеть в моей постели.

А малышка, надо признать, и правда красивая. Блондинка. С большими, чистыми глазами, в которых, блядь, ни капли пошлости. Не совсем в моем вкусе — я больше по жгучим брюнеткам, которые знают, чего хотят, — но красивая до невозможности. Настолько, что у меня аж дыхание перехватило. От взгляда на нее в штанах стало тесно, я уже прикидывал, в каких позах я ее трахну. Но вместо того, чтобы сделать шаг навстречу, как это делали все нормальные девушки, она просто вздернула подбородок, отвернулась и.… ушла.

В смысле, блядь, она решила уйти?

Я даже растерялся на секунду. Да от одного моего взгляда девки текли и прибегали ко мне с распростертыми объятиями, а эта сучка просто развернулась и испарилась, даже не моргнув. У меня внутри что-то щелкнуло. Не то чтобы я был уязвлен — нет, это был чистый, животный азарт. Ну окей, малышка. Будем с тобой знакомиться. Кира.

Смотрю: она вертит головой, явно что-то ищет. По всей видимости, расписание, чтобы понять, в какую аудиторию идти на первую пару. Потерялась, значит. Ну что ж, надо помочь даме. Побыть в роли экскурсовода, раз уж никто другой не вызывается.

Я разворачиваюсь к пацанам:

— Лан, я позже подойду. Встретимся на лекции.

Дам уже открыл рот, чтобы что-то вякнуть, но я его взглядом осадил. Не до него сейчас.

Иду в сторону малышки. Боковым зрением вижу лицо Яна — он стоит у колонны и прожигает во мне дыру. Его взгляд такой тяжелый, что хоть ножом режь. И я прекрасно понимаю, что мы обязательно еще об этом поговорим. Ну и пофиг. Я найду, что сказать. Ян, конечно, друг, но в этот раз пусть катится лесом.

Подхожу к ней. Она так увлечена поиском расписания, что даже не смотрит по сторонам. Стоит, чуть прикусив губу, водит пальцем по списку групп. Ноль реакции на меня. Это бесит. Но в то же время заводит.

— Привет, Ки-ира, — здороваюсь я, растягивая ее имя, давая понять, что я мальчик не гордый и могу первым пойти на контакт. Мой голос звучит мягко, даже вкрадчиво. Я включаю всё своё обаяние на полную катушку.

Она медленно поворачивается. Смотрит на меня спокойно, даже равнодушно. Ни тени улыбки, ни тени смущения. Будто перед ней не самый желанный парень в универе, а надоедливая муха.

— И чем обязана? — бросает она, даже не поздоровавшись. Голос холодный, как ледяная вода.

Я усмехаюсь про себя. Ну ладно, поиграем.

— Вот решил, что ты тут стоишь, по сторонам головой крутишь и не знаешь, куда идти. Значит, я, как старшекурсник, просто обязан провести экскурсию по сему зданию для самой красивой девушки в нем, — говорю я, делая шаг ближе и снова окидывая ее взглядом.

Она не отступает. Не опускает глаза. Смотрит прямо на меня, и в этом взгляде — сталь.

— Если не ошибаюсь, Глеб Царёв? — выгнув бровь, спрашивает девчушка тоном, будто называет мое имя через запятую в длинном списке неприятностей.

Ого. Так она меня знает. Ну уже хорошо. Мое имя у нее на слуху. Значит, не такая уж и равнодушная.

— Совершенно, верно. Всегда к вашим услугам! — я даже делаю шутливый полупоклон, широко улыбаясь.

А дальше происходит то, чего я никак не ожидал.

Она выпрямляется, поправляет лямку рюкзака на плече и начинает чеканить, словно приговор зачитывает:

— Так вот, Глеб Царёв. В ваших услугах гида по столь прекрасному учебному заведению я не нуждаюсь. Голова, руки, ноги на месте. Зрение стопроцентное. Поэтому сама найду дорогу и без помощников.

Я открываю рот, чтобы вставить слово, но она поднимает ладонь, жестом затыкая меня на хрен.

— Ко мне советую не подходить и не пытаться заговорить. Ах да, спросите почему?

У меня аж челюсть сводит от такого напора. Но я молчу. Потому что интересно. Потому что еще никто, блядь, никто не смел со мной так разговаривать.

— Отвечу, — продолжает она, и в ее глазах загорается такой холодный огонь, что у меня мурашки бегут по спине. — Во-первых, вы не в моем вкусе. Во-вторых, не люблю людей, которые пытаются выставить напоказ свои понты. В-третьих, секс с вами не входит в мои планы. А даже если вы мне сейчас скажете что-то по типу «Ты мне нравишься, и я не собираюсь тащить тебя в постель», я не поверю. Твоя репутация идет впереди тебя. Ах, ну и в-четвертых...

Она делает паузу, медленно окидывает меня взглядом с ног до головы, и на ее губах появляется легкая, едва заметная усмешка.

— Слюни вытри, мажорчик.

Она разворачивается и уходит. Спокойно, плавно, ни разу не обернувшись. Ее белые кроссовки тихо ступают по плитке, юбка колышется при каждом шаге, а я стою посреди холла, как последний идиот, с открытым ртом.