современные любовные романы

короткие любовные романы

триллеры

эротические романы

остросюжетные любовные романы

Алессандро — хладнокровный коллекционер человеческих душ, одержимый поиском совершенного искусства. Он ищет тот самый шедевр, что  сможет искупить его проклятую душу. Но чем ближе он к цели, тем сильнее безумие разъедает его разум.  

Лили — непризнанная художница, чьи картины живут, дышат и кричат. Она видит то, что скрыто от других: боль в тенях, страх в мазках, душу в красках. Ее искусство — не просто холсты, а отражение мира, каким его не осмеливаются увидеть.  

Что произойдет, когда его безумие столкнется с ее видением? Когда последний штрих будет завершён, когда картина оживёт окончательно  он возьмёт то, что ему причитается. В этом мире холсты впитывают не только краски, но и крики. А последний шедевр может стоить не просто жизни — а души.

русская классика

литература 19 века

Шедевр безумия

Эми — девушка с душой из тонкого стекла, привыкшая прятаться от жестокого мира в книжных страницах. Её наивность граничит с безумием, а вера в добро — почти преступление в этом городе.  
Адам — человек, выкованный болью. Его правила просты: не доверять, не чувствовать, не открываться. Он пришёл взять то, что ему нужно, и исчезнуть.  
Но судьба сыграла с ними злую шутку. Он показал ей свою душу — грязную, израненную, непригодную для света.  Она увидела в нём то, чего не замечал никто — даже он сам.  
Смогут ли двое, привыкшие к одиночеству, перестать бояться того, что их свело вместе? Или их история закончится там, где началась — в темноте, без слов, без обещаний?  
Это исповедь. Зависимость. Падение.

городское фэнтези

72 часа вечности

Он вырос в мире контрактов, сделок и безупречно выверенных решений.
Его жизнь — цифры, репутация и фамилия, за которой не принято сомневаться.
Чувства в этом мире не учитываются. Они не входят в договор.
Она живёт иначе. Между больничными коридорами, заботой о младшем брате и мечтой, на которую всегда не хватало времени. Она не умеет притворяться, не знает правил чужой игры и не верит, что любовь можно купить.
Их встреча не должна была значить ничего.
Но стала слишком настоящей.

историческая литература

юмор и сатира

политика и власть

Пункт мелким шрифтом

Продолжение книги "72 часа вечности" 
Престон — человек, для которого доверие стало роскошью. Он не верит ни в слова, ни в обещания, а его прошлое оставило на сердце шрамы, которые не заживут никогда. Он привык полагаться только на себя, потому что знает: в этом мире каждый предаст — рано или поздно.  
Амели —  мечтательница, которая говорит то, что думает, даже когда это неуместно. Она верит в чудеса, пишет книгу, которую никто не прочитает, и упрямо следует за своей мечтой, будто мир не пытается её сломать.  
Их встреча — столкновение двух противоположностей. Он — лёд, который не должен таять. Она — пламя, которое не умеет гаснуть.  

юмористическая литература

анекдоты

Глубоко между строк

Софи живёт по чужому сценарию. Она следует правилам, делает «как надо» и «как правильно», но с каждым днём всё острее чувствует — это не её жизнь. Где-то там, за гранью страха и привычного комфорта, осталась её мечта. Но чтобы дотянуться до неё, придётся рискнуть всем.  
Тео, казалось бы, достиг всего, о чём грезил. Но теперь он заперт в золотой клетке обязательств, где каждый его шаг продиктован чужими ожиданиями. У него есть всё — кроме свободы.  
Их встреча — не случайность. Это столкновение двух душ, которые узнают друг в друге то, чего так не хватает им самим: смелости, вкуса к жизни, жажды настоящего. Но вкус к жизни не вернётся сам. Чтобы вырваться из плена, им придётся сделать то, чего они боятся больше всего — перестать играть по чужим правилам. Даже если это значит потерять всё, что у них есть.  
Иногда, чтобы обрести себя, нужно сначала осмелиться исчезнуть.

Рецепт мечты

Адриан — человек, который спрятался от жизни за стенами собственного разума. Он не верит в случайности, не ждёт перемен и живёт по правилу: чем меньше чувствуешь — тем безопаснее.
Камиль видит чудеса там, где другие видят рутину.
Она верит, что каждый день может стать началом чего-то нового  если просто осмелиться жить.
Их встреча — столкновение двух миров.
Она — свет, от которого он прячется.
Он — тишина, в которую она приносит жизнь.
И одно предложение Камиль способно навсегда изменить всё,
что Адриан считал невозможным.

историческая фантастика

попаданцы

исторические приключения

На глубине дыхания

документальная литература

зарубежная публицистика

зарубежная классика

литература 20 века

ужасы

мистика

русская драматургия

Итан Уэст построил свою жизнь на контроле и холодном расчёте. Сделки. Риски. Люди. В его мире чувствам нет места — случайные женщины сменяют одна другую, не задерживаясь в памяти. Никаких привязанностей. Никаких обещаний.
Мия Эллинг приезжает в Нью-Йорк с одной мечтой: писать музыку, от которой замирает сердце, и наконец стать свободной. Но чтобы сводить концы с концами и не возвращаться к матери-тирану, она вынуждена браться за любую работу. 
Они слишком разные. Слишком неправильные друг для друга. Но между ними происходит то, что Итан не планировал. Её музыка проникает туда, куда не доходят слова — в самую глубину, где контроль давно потерял власть. Одна случайная встреча переворачивает их мир навсегда.

Фермата

современная русская литература

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Эми — девушка с душой из тонкого стекла, привыкшая прятаться от жестокого мира в книжных страницах. Её наивность граничит с безумием, а вера в добро — почти преступление в этом городе.  
Адам — человек, выкованный болью. Его правила просты: не доверять, не чувствовать, не открываться. Он пришёл взять то, что ему нужно, и исчезнуть.  
Но судьба сыграла с ними злую шутку. Он показал ей свою душу — грязную, израненную, непригодную для света.  Она увидела в нём то, чего не замечал никто — даже он сам.  
Смогут ли двое, привыкшие к одиночеству, перестать бояться того, что их свело вместе? Или их история закончится там, где началась — в темноте, без слов, без обещаний?  
Это исповедь. Зависимость. Падение.

Ан Ми