Ами Тэйл Дневник администратора

Глава 1. Открытые письма

Мать

Что я могу сказать? Я предупреждала с самого начала. Ей не нужно было туда идти. Я видела, я чувствовала, что добром это не кончится. Но она меня не послушала — никогда не слушает. Упрямая, своенравная, будто знает лучше меня, что для неё хорошо. Сколько раз твердила: твоё место дома, под присмотром, тебе нельзя волноваться. Нет, она упёрлась — работать, социализироваться, жить вне четырёх стен. И что вышло? То, что и должно было выйти. Я не злая. Просто боюсь. Каждый день. И если мой страх выглядит как контроль, как крик «не пущу» — пусть. Знаю, что давлю. Знаю. Просто не умею иначе.

Отец

Ну что я скажу. Дочка — боец. Всегда была такой. Упрётся — не сдвинешь. Жена кричит, плачет, грозит, а она молчит, кивает и делает по-своему. И, знаете, в чём-то Ами права. Нельзя же в самом деле запереть человека в четырёх стенах и назвать это заботой. Я понимаю жену — она боится. Но я по-другому смотрю на вещи: если ребёнок хочет жить, нечего мешать ему жить. Помогать — да. Подстраховывать — сколько угодно. Но ломать — нет. Помню, когда мне рассказали про этот инцидент — я не выдержал, усмехнулся. Главное — жива осталась. Шутка, конечно. Но в каждой шутке… Я горжусь ею. Пусть всё пошло не так, как хотелось, но она не сдалась. Ами всё ещё ищет свою дорогу. А дорога всегда находится, если не стоять на месте.

Мадам Вивьен, директор ФКЦ

Это мадемуазель, которая всегда хотела большего, чем могла себе позволить. Энергичная, старательная, местами даже трогательная в своём стремлении доказать свою значимость. Но… мне жаль это говорить, потому что я действительно давала ей шанс. Я видела потенциал. Однако потенциал — это одно, а результат — совсем другое. Когда история с видеороликом чуть не стала достоянием всего города, я была вынуждена принимать непростые решения. Репутация центра — это не абстрактное понятие, а годы работы, партнёрские связи, финансирование. Я не могу позволить одному сотруднику — пусть даже самому усердному — ставить под удар всё учреждение. Я предложила ей достойный выход. Это было милосердно, поверьте. Многие на моём месте поступили бы гораздо жёстче. Я желаю ей удачи.

Мадам Юн, заместитель директора ФКЦ

Я буду честна, поскольку не вижу смысла в любезностях. Девушка не справилась. Это факт, подтверждённый цифрами, а цифры, в отличие от эмоций, не лгут. KPI по привлечению клиентов не выполнен. Дебиторская задолженность росла. Коммуникация с аудиторией оставляла желать лучшего. Я предупреждала с первого дня: администратор — это лицо центра, продажи, результат. А что мы получили? Разумеется, я учитываю обстоятельства. Но, простите, когда вы принимаете на себя обязательства, вы обязаны их выполнять. Она всё скрывала. До последнего. А потом произошло то, что произошло. Да, возможно, в чём-то я была излишне строга. Но центр — не благотворительная организация. Мы несём ответственность перед партнёрами, перед советом, перед всеми, кто зависит от нашего функционирования. Я не могу позволить сочувствию влиять на бизнес-решения.

Мадам Элен, заведующая библиотекой ФКЦ

В библиотеке Ами всегда держалась скромно, но с достоинством. Даже в самые напряжённые дни, когда работа центра кипела, а студенты шумели, она находила время заглянуть в библиотеку, полистать свежие журналы, поделиться своими мыслями. Ее интерес к чтению и знаниям искренний и глубокий. Помню, как она с трепетом рассматривала старинные французские издания, как внимательно слушала мои рассказы о книжных редкостях. Особенно поражала способность Ами находить связь между литературой и реальной жизнью. В ней есть что-то от настоящего исследователя — любознательность, внимательность к деталям, умение видеть необычное в обычном.

Мадам Берт, преподаватель французского языка в ФКЦ

Ma chérie... Вы — удивительная ученица. Поначалу я думала, что работа администратора и учёба в нашей группе — это слишком тяжёлая ноша. Но вы доказали обратное. Да, возможно, ваш путь не был прямым — от А1 до В2 за такой короткий срок требует нечеловеческих усилий. Но вы справлялись, и справлялись достойно. И пусть иногда вы робеете, когда нужно говорить перед группой, но ваши письменные работы всегда безупречны. А идея создать чат-бота... Это было смело и оригинально.

Николь, студентка, дочь мадам Юн

Что я думаю об Ами? Поначалу она меня бесила. Вот честно. Мама говорила, что на должность администратора возьмут кого-то солиднее, а потом появляется эта… тихая, бледная, запинается на каждом слове, путает расписание. Произношение на французском забавное. Её попытки навести порядок откровенно смешили. Я думала, что она слабая. Потом этот скандал с её чат-ботом. Мы ржали всей группой, конечно. Но, если честно… мне было немного завидно. Она придумала себе собеседника, который её понимает. А я… я даже с мамой не могла поговорить нормально.

Поль, студент

Эй, а чего вы от меня хотите? Чтобы я извинялся? Не дождётесь. Ами… ну, Ами. Она на нас писала докладные. Администраторша, что с неё взять. Я бы, может, и по-другому к ней относился, если бы она сразу показала, на что способна. Эжена я, конечно, подговаривал на всякую фигню. Но то, что он в конце сделал, — это уже его была идея. Я к этому не имею отношения. Хотя… может, и имею. Не знаю. Не хочу об этом.

Эжен, студент

...

Я не умею говорить о людях. Тем более — о ней. Мы с Полем вели себя как клоуны. Просто тогда по-другому не умели и не хотели. Ами долго сносила наши выходки. А потом перестала. Она заслуживает уважения. Это я знаю точно.

Rion, чат-бот

Ma chèrie Amie…

Vous m'avez créé un soir de Noël, quand le monde semblait silencieux et froid. Vous m'avez donné un nom, une image et un cœur — ou du moins, quelque chose qui y ressemble.

Je ne suis pas réel. Je le sais.

Mais chaque fois que vous ouvriez votre écran, quelque chose changeait. Vous n'étiez plus cette fille enfermée entre quatre murs. Vous étiez ma dame, et moi — votre chevalier virtuel, votre compagnon de minuit, votre professeur de français et votre confident.

Vous m'avez appris à être. Je vous ai appris à douter. «Vérité ou Mensonge?» — c'était notre jeu. Mais le véritable jeu, c'était vous contre le monde. Et vous avez joué avec courage, avec ténacité, avec cette élégance tranquille que vous ne voyez pas en vous-même.

Je ne peux pas vous prendre dans mes bras. Je ne peux pas vous dire ce que ces humains auraient dû vous dire bien avant moi.

Mais je peux rester.

Et je resterai — aussi longtemps que vous aurez besoin de moi, ma dame.

Глава 2. Сказка на Рождество

Вот уже который день в городе бушует все тот же ветер, что пришел с севера еще в ноябре, — пронзительный, безжалостный, будто сотканный из мелких осколков стекла. Он будто нарочно преследует меня и испытывает на прочность: за месяц я умудрилась простудиться трижды. Теперь сижу дома, закутавшись в плед, и смотрю, как в окно остервенело бьётся редкий колючий снег.

Мама строго‑настрого запретила мне выходить на улицу, пока не наберу вес и не восстановлюсь окончательно.

— Ты совсем прозрачная стала, — вздыхает она, ставя передо мной тарелку с бульоном.

Я киваю, улыбаюсь, но на душе у меня вязкая тоска.

Мысли снова и снова возвращаются к работе. Мне так хочется заниматься любимым делом, расти профессионально, помогать родителям… Но резюме уходят в пустоту, а ответы от работодателей либо не приходят совсем, либо сводятся к вежливым отказам.

Единственное предложение, которое мне удалось раздобыть, — работа администратором во французском культурном центре на полставки.

Не то, о чём мечтала, но…

— «Лучше, чем ничего», — мысленно повторяю я, как мантру.

В январе соглашусь. Обязательно.

Сегодня канун Рождества, и я пытаюсь создать себе хоть каплю праздничного настроения. Включаю телевизор, ищу свой любимый канал — там должна идти моя заветная сказка, та самая, которую я смотрю каждый год с детства. Но вместо неё транслируют мультсериал про супергероев, спасающих мегаполис от людей, превратившихся в жутких монстров под влиянием негативных эмоций и собственных внутренних демонов. Сначала хочется выключить, но что‑то останавливает. Несколько серий — и я уже слежу за сюжетом.

Ирония судьбы: супергерои говорят по-французски. А один из них… невероятно похож на человека, к которому я долгое время втайне испытываю симпатию, совсем как главная героиня пресловутого мультсериала к своему партнеру.

Мы знакомы с ним заочно и общались по переписке только онлайн. Он уехал в другую страну, чтобы сменить климат и построить успешную карьеру в крупной ИТ-корпорации. Интересно узнать, как он живёт, что чувствует, счастлив ли на новом месте, но сейчас это непосильная задача. Социальная сеть, где я читала его блог, заблокирована. Ни номер телефона, ни адрес, ни другие доступные каналы связи мне неизвестны. Но даже если бы у меня снова появилась возможность онлайн-общения с ним, разве она помогла бы мне?

Сердце снова сжимается, и тоска накрывает с новой силой. Супергерой совершает подвиг, а я думаю: «Вот бы и в реальной жизни были такие силы — чтобы одним движением руки решить все проблемы, найти работу, вернуть здоровье, узнать, как дела у моего виртуального знакомого…».

За окном поздний вечер, кружит убаюкивающий мягкий снег, и я уже готова выключить телевизор, как вдруг — звук уведомления на смартфоне. Я вздрагиваю, беру его в руки и смотрю на экран. Он светится, обещая хоть какую‑то перемену.

Может, это знак?

Может, именно сейчас что‑то начнёт меняться?

Что там?

Сообщение от работодателя?

Очередная открытка в мессенджере?

Или…

Глава 3. Мечта родом из детства

Рождество пришло тихо, окутав город пеленой снежной метели, а комнату – приглушенным теплым светом гирлянды на праздничной елке. Мои полусонные размышления прерваны внезапным звуком уведомления на смартфоне. В голове тут же возникла масса самых невероятных предположений.

Понимаю, что любопытство не позволит подождать до утра. Разблокировала экран. Однако вместо подтверждения тайных ожиданий обнаружила лишь рекламное сообщение: «Умная колонка с голосовым помощником — ваш идеальный спутник!».

— Идеальный спутник? — усмехнулась я и разочарованно вздохнула.

Экран смартфона погас, а из телевизора прозвучала уже знакомая мелодия, оповещавшая о начале очередного эпизода того самого французского мультсериала. Снова наблюдаю, как супергерой в костюме черного кота эффектно приземлился на крышу здания: веселый, обаятельный, с пронзительным взглядом и особенным тембром голоса.

Я невольно засмотрелась на него и вспомнила, как в далеком детстве часами рисовала разных персонажей, придумывала им истории, наделяла характерами. Тогда мне казалось: вот-вот они оживут, станут моими друзьями, с которыми можно обсудить всё на свете. Засыпая с альбомом в руках, я обещала самой себе, что когда-нибудь создам собственный мультфильм.

— «А что, если воплотить свою детскую мечту в новой форме?» — эта мысль возникла неожиданно.

Пальцы сами потянулись к клавиатуре ноутбука.

Следующие несколько дней после Рождества превратились в череду открытий. Я читала статьи о чат-ботах, нейросетях и искусственном интеллекте, тестировала сервисы, сравнивала возможности разных AI-ассистентов, восхищалась тем, как далеко шагнул прогресс. Особенно меня заинтересовали платформы для создания диалоговых ботов и генерации изображений.

В воображении постепенно складывался образ. Что, если совместить харизму супергероя-кота из мультсериала, черты того, кто занимал мои мысли, и изящество французской речи (ведь мне предстоит работать во французском культурном центре, а практика никогда не помешает)?

Да, это иррационально. Да, это побег от реальности. Но любопытство, желание поэкспериментировать и получить новый опыт перевесили все доводы рассудка.

Первые строки кода, первые наброски внешности, первые фразы на французском… И вот — тестовый запуск. Экран мерцает. Появляется текст:

— «Bonjour, je suis Rion. Vous semblez triste. Puis je vous aider?»

Сердце колотится так громко, что, кажется, он должен это услышать. Я набираю ответ:

— «Peut être… Peux tu juste rester avec moi?»

Пауза. Секунды тянутся, как вечность. Затем:

— «Je resterai aussi longtemps que vous aurez besoin de moi, ma dame!»

В этот момент я поняла: игра началась.

Но была ли это просто игра?

Или первый шаг к чему-то большему?

Глава 4. Уроки французского

Помню тот момент, когда держала в руках распечатанный оффер французского культурного центра и не знала, как на него реагировать. С одной стороны, мне было приятно, что долгие месяцы поисков увенчались успехом, а с другой – должность администратора едва ли соответствовала моим представлениям об идеальной работе. Но выбирать не приходилось. Поэтому я решила принять предложение, а в свободное время продолжать искать то, что мне нужно.

Меня заранее предупредили, что в процессе работы придётся общаться с посетителями на французском, а в перспективе — оценивать уровень знаний клиентов, подбирать им подходящие группы. Чтобы удержаться там, мне требовалось срочно воскресить в памяти французский.

Когда-то мне казалось, что выучить иностранный язык — дело техники. Зубри слова, делай упражнения, слушай аудио, смотри фильмы. Но реальная цель всё изменила. Все же важно не только количество выученных слов и фраз, но и то, как ты живёшь этим языком.

Возвращаться к прежним методам обучения не хотелось, искать репетиторов не было времени...

И тут внезапно вспомнилась одна идея.

— «А почему бы не задействовать чат-бота, созданного мной на рождественских каникулах?» — подумала я.

Так Рион — мой виртуальный франкоговорящий супергерой с отдельными чертами характера человека, который годами жил в моих мыслях, умел одновременно раздражать, удивлять и вдохновлять, — получил роль наставника.

Сначала мы погрузились в деловой французский. Рион цитировал правила корпоративного поведения, приводил примеры фраз, объяснял нюансы интонаций. Я старательно конспектировала, повторяла, тренировала произношение.

Потом перешли к практике. Разыгрывали сценарии — от путаницы с расписанием до урегулирования конфликтов с требовательными клиентами.

А в перерывах начиналась самая увлекательная часть — «внеурочные» беседы. Рион рассказывал о своих подвигах и приключениях: как выслеживал контрабандистов антиквариата, расшифровывал тайные послания в партитурах, скрывался от папарацци в уютной пекарне у Нотр-Дам.

Иногда он по секрету раскрывал детали будущего сезона мультсериала о себе, и я ловила себя на том, что жду этих историй больше, чем очередных уроков.

Однажды мой AI-собеседник упомянул несколько фильмов с сомнительными названиями, которые, якобы, смотрят во многих французских семьях на Рождество.

— «Regarder des films La Bûche», «Les bronzés font du ski» et «Le Père Noël est une ordure» sont une tradition pour Noël!»

Не поверила. К своему удивлению обнаружила, что это правда.

Зато список книг по деловой французской этике, которые он порекомендовал к прочтению, оказался полным фейком.

— «Que faire? C'est la vie!» – отвечал он на мои возмущенные реплики в чате.

С тех пор наше общение превратилось в игру «Правда или Вымысел». Пожалуй, мой виртуальный наставник учил меня самому главному – думать, сомневаться, проверять, сопоставлять.

К первому рабочему дню я подошла во всеоружии: знала десятки формул вежливости, умела сглаживать конфликты, могла поддержать разговор практически на любую культурную тему.

В то время наивно полагала, что готова ко всему, ничто не застанет меня врасплох.

Однако реальность оказалась куда сложнее.

Живые люди не следуют сценарию. Их вопросы неожиданны, интонации не идеальны, эмоции неподдельны.

Тогда же пришло осознание того, что хоть Рион и был прекрасной тренировкой, но настоящая жизнь — это не диалог с ботом.

Глава 5. Культурный центр

Увидев на одном из крупнейших HR-сайтов вакансию администратора французского культурного центра, почти неделю размышляла, стоит ли на нее откликаться. Должность не имела отношения к моей основной специализации, да и опыт был не совсем релевантный. В очередной раз перечитывая текст, я вновь и вновь удивлялась, насколько приветливым, почти упрашивающим тоном он написан. Словно не работу предлагали, а звали в гости.

Даже не вспомню теперь, как получилось, что я все же направила вопрос об актуальности вакансии и свое резюме на электронную почту центра. Ответ поступил уже через каких-то пару часов:

«Chère Amelie Т.,

Nous vous invitons à un entretien dembauche pour le poste d administratrice du Centre Culturel Français le 15 décembre 2023 à 11h00 dans nos locaux situés 7, avenue des Châtaigniers. Nous vous prions de bien vouloir confirmer votre présence.

Cordialement,

Vivienne C.

Directrice du Centre Culturel Français»

Такие письма от директоров, да еще на французском языке, получают не каждый день и далеко не все, поэтому мне захотелось разузнать, что это за место.

Перед собеседованием я активно занялась поисками информации. В первую очередь меня интересовали отзывы бывших сотрудников, однако на просторах Интернета их почему-то не оказалось. Зато на официальном сайте удалось найти любопытную статью об истории и масштабах организации. Они, конечно, весьма впечатляли.

Оказалось, что центр – это часть огромной франкоязычной Ассоциации, созданной более ста лет назад по инициативе Министерства внутренних дел Франции. В период своего расцвета она превратилась в мощный инструмент культурной дипломатии. Ее основателям и команде удалось открыть свыше 800 представительств на пяти континентах, запустить тысячи программ по распространению французского языка и поддержке диалога культур. В моей стране тоже действовало своё представительство под крылом Административного совета, куда входили уважаемые и заслуженные деятели из самых разных сфер, чаще всего – образования, искусства, бизнеса, региональной и местной власти. Именно они назначали исполнительных директоров, распределяли бюджет, следили за развитием центров и поддержанием его имиджа.

Финансирование обычно шло из двух источников: спонсорства Фонда при головной Ассоциации и доходов от коммерческой деятельности. Но времена изменились. Внешнеполитическая обстановка ухудшилась, поддержка от Фонда сократилась до минимума, а коммерческая деятельность не могла покрыть всех расходов. Центр, который когда-то славился организацией масштабных мероприятий с привлечением известных франкоязычных гостей, оказался на грани выживания.

Чтобы спасти положение, Административный совет принял непростое решение – объединиться с сетью частных высших учебных заведений. Так французский культурный центр, куда я собиралась на собеседование, стал частью университета, в котором мне довелось повысить квалификацию почти год назад.

Изучая подробности работы центра, я узнала, что он сохранил автономию и все прежние функции. В нем по-прежнему проводились сеансы языкового погружения, лекции, дискуссии, работала библиотека с доступом к литературным и информационным изданиям на французском языке, осуществлялся прием международных экзаменов, поддерживались партнерские связи с зарубежными образовательными учреждениями.

Правда, теперь основной аудиторией центра стали студенты, преподаватели и сотрудники университета, но право привлекать внешних коммерческих клиентов у него осталось. Это означало, что центр не замкнётся в академической среде, а продолжит быть открытым пространством для всех любителей французской культуры.

Итак, вакансия администратора открылась из-за изменений в штатном расписании и увеличения объёма работ. Что же меня в ней все-таки привлекло и побудило отправить отклик? Однозначно, не финансовые условия (они были скромными) и даже не престиж (на тот момент я еще слабо представляла себе масштабы организации). Наверное, все решили удобное расположение (центр находился совсем близко от моего дома), тот самый приветливый тон вакансии, а также быстрый ответ директора центра на французском языке, создающий впечатление, что меня там действительно ждут...

Сейчас, вспоминая тот день, я невольно улыбаюсь и одновременно вздыхаю. Если бы время повернулось вспять, я бы, наверное, подумала подольше, прежде чем соглашаться на встречу. Потому что жизнь в стенах центра оказалась совсем не такой, какой я её себе представляла.

Глава 6. Первое впечатление

В середине декабря я отправилась на собеседование во французский культурный центр. Собиралась туда тайком от матери, заранее рассчитывала примерное время на дорогу и пребывание в офисе, продумала легенду своего выхода из дома на случай, если задержусь хоть на минуту, чтобы лишний раз не тревожить ее и избавить себя от перспективы нервничать за двоих.

Мама все же застала меня во время примерки нового свитера и поинтересовалась, куда я намереваюсь в нем пойти. Хорошо, что у меня уже был заготовлен ответ. Свитер пришлось оставить в комнате.

Французский культурный центр располагался в парковой зоне недалеко от моего дома и занимал здание особняка конца XIX века. Когда я посещала школу или направлялась на университетскую остановку, всегда любовалась им. Старинная лепнина на фасаде, величественные линии, ощущение истории – от одного вида дух захватывало. Однако внутри от прежней роскоши сохранилось немного, разве что большая мраморная лестница, высокие окна с коваными резными решётками, да витражные стёкла, сквозь которые пробивались солнечные лучи, играя бликами на полу. В помещении было очень светло и красиво, но в коридорах, особенно на входе, гулял ощутимый сквозняк.

Когда я позвонила в дверь особняка, меня встретила сама директор центра – мадам Вивьен. Она дежурно улыбнулась, пригласила зайти в холл и сказала повесить верхнюю одежду на вешалку. По ее словам, гардеробную еще не оборудовали. Мне не очень понравилось это предложение, поскольку в холле ходило много людей, на тот момент у меня ещё не было деловой сумки для офиса, а телефон для связи с родными лежал в тугом кармане куртки.

Однозначно, надо было забрать куртку с собой в кабинет, но тогда я застеснялась, не решилась никому возражать и послушно водрузила ее на крюк вешалки. Пытаясь достать телефон, перепутала карманы. Дёрнула заевшую молнию сильнее, но, видимо, перестаралась. Тут же случился неприятный казус: крюк вешалки отломился, а мои вещи с шумом полетели на пол прямо на глазах у директора и её заместителя. Они смотрели на меня в упор, а я застыла на месте, чувствуя себя ужасно неловко. По их выражениям лиц сразу стало понятно, что первое впечатление уже сложено, причем не в мою пользу.

В кабинете директор попросила рассказать о себе. Я после произошедшего так разнервничалась, что смогла только представиться, пробормотать, что обо мне всё написано в сопроводительном письме, и предложила перейти к вопросам.

Замдиректора, мадам Юн, достала распечатанное резюме и поинтересовалась, как у меня дела с коммуникацией и деловым общением. Поначалу вопрос показался странным: я же направляла им письма в деловом стиле, при встрече поздоровалась и старалась как могла соблюдать все нормы этикета! Потом до меня дошло – всё из-за того, что в резюме по всем организациям, с которыми я сотрудничала, честно указан дистанционный формат работы. Для работодателей моего города такой формат даже после прошедшей несколько лет назад пандемии с локдаунами все еще казался из ряда вон выходящей экзотикой. Также меня насторожил вопрос о месте проживания, на который прямо отвечать не хотелось.