Аманда Арчер С солью и любовью

Пролог

Вселенная устроена несправедливо. Например, атомная подводная лодка — это вам не круизный лайнер. Тут тебе и иллюминаторы заварены наглухо, и свежий воздух — понятие относительное, и мужики вокруг хмурые, потому что третье воскресенье подряд без пива.

Но Галина не жаловалась. Галина была коком. А кок на подводной лодке — это не просто повар. Это дипломат, психотерапевт, иногда священник и практически мать родная. Потому что голодный подводник — это опасно. Голодный подводник с торпедным аппаратом наперевес — это катастрофа локального масштаба.

— Галь, — капитан заглянул на камбуз, где Галина колдовала над котлом с борщом, — ты чего такая нервная?

— Капитан, — Галина бросила в борщ лавровый лист и прищурилась так, что капитан непроизвольно вытянулся по стойке смирно, — я нервная не потому, что нервная. Я нервная, потому что у нас картошка кончается, а до базы ещё две недели. Вы хотите кормить команду макаронами с тушёнкой?

— Ну, макароны с тушёнкой — это святое.

— Святое оно было вчера, — отрезала Галина, помешивая борщ. — Сегодня нам нужен борщ. Потому что борщ — это дом. Это воспоминание о том, что где-то там, наверху, есть солнце, женщины в платьях и всё такое. Борщ — это терапия.

Капитан хотел сказать что-то про устав, но в этот момент лодку тряхнуло так, что лавровый лист подпрыгнул в кастрюле и, кажется, обрёл временное сознание.

— А это что? — спросила Галина, хватаясь за нож.

— Понятия не имею, — честно сказал капитан, падая на пол. — Но, кажется, нас таранит кит.

— Киты не таранят подлодки!

— Этот таранит! — заорал капитан, и это были его последние слова перед тем, как Галину закрутило в водовороте из картошки, свеклы и капусты, а её любимый нож (подарок деда, между прочим) вонзился в кастрюлю с борщом, создав портал, которого не было ни в одной инструкции по эксплуатации.

Когда Галина открыла глаза, она лежала в лесу, пахло мхом, а в двух метрах от неё стояла кастрюля с борщом. Борщ был ещё тёплый, но совсем не готовый.

— Ну, — сказала Галина, обращаясь к пустоте, — это уже не хуже, чем прошлый рейс. Хотя прошлый рейс закончился штормом и дракой в кают-компании.

Она встала, отряхнула фартук (который каким-то чудом тоже оказался здесь), и прислушалась. Где-то вдалеке ругались. Ругались профессионально, с чувством, с толком и, кажется, с применлением заклинаний.

— Знакомый звук, — кивнула Галина. — Это вам не матросы срочной службы. Тут дело серьёзное.

Глава 1. Попаданка, которой дали кастрюлю

Лес, в котором оказалась Галина, был неправильным. Во-первых, деревья светились. Не сильно, так, легонько, как светятся старые советские телевизоры, которые забыли выключить из розетки. Во-вторых, трава под ногами шепталась. Не словами, но смысл улавливался: «Смотри, баба с кастрюлей», «И нож у неё занятный», «Тише, вдруг ударит».

Галина шла на звук ругани. Ругань была ей близка и понятна, даже если слова были незнакомы. Интонации не обманешь. Кто-то очень хотел кого-то послать, но делал это изысканно, с магическим подтекстом.

Она вышла на поляну. И там было... ну, как вам сказать. Представьте себе спецназ, но с мечами. Представьте себе эльфов, но не тех, что в кино поют и стреляют из луков, а тех, что не выспались и не получили премию. А посреди поляны стоял мужик. Хмурый. Такой хмурый, что вокруг него трава засыхала на корню.

— Именем Короля! — орал один из эльфов, тыча в Галину копьём. — Кто такая? Почему в лесу? Почему без разрешения?

— А что, в этом лесу нужен пропуск? — спросила Галина, ставя кастрюлю на землю. — У меня только борщ. Борщом возьмёте?

Эльфы переглянулись. Хмурый мужик (он стоял в стороне, опираясь на меч, и молчал — именно так, как молчат люди, которые умеют убивать быстрее, чем говорить) чуть приподнял бровь. Это было единственное движение за последние пять минут. Остальные стояли каквкопанные. Кажется, даже не моргали.

— Борщ? — переспросил главный эльф. — Это яд? Ты шпионка из Враждебного Леса?

— Я с подводной лодки, — честно сказала Галина. — И если вы меня сейчас не накормите, я вас всех построю и заставлю чистить картошку. У меня был очень тяжёлый день.

Её повязали. Не сильно, скорее для порядка. Кастрюлю, правда, отобрали, но нож она спрятала в рукаве (дед учил: «Галя, нож — это твой второй муж. Первый муж — это сковородка, но при муже мы так не говорим»).

По дороге в столицу (она поняла это по тому, что эльфы называли её «столица» и плевались при этом слове) Галина разглядывала местные пейзажи. Мир как мир. Солнце есть, облака есть, крестьяне на полях работают. Крестьяне, кстати, при виде патруля прятались, что тоже было знакомо. У них на базе, когда капитан шёл, тоже все прятались.

В столице было шумно. Люди (не только эльфы, но и гномы, и какие-то странные типы с рогами) сновали туда-сюда, торговали, ругались, смеялись. Галина отметила про себя, что торговля едой здесь поставлена из рук вон плохо. Пирожки какие-то серые, мясо на вид резиновое, а от запаха местных колбасок хотелось не есть, а плакать.

— Боже, — выдохнула она, — да как вы тут живёте?

— Молчать! — гаркнул эльф. — Твоё дело — говорить, когда спросят.

Её привели в караульню. И вот тут Галина поняла, что попала в настоящий ад.

В караульной столовой (если это можно было назвать столовой) сидели стражники и ели. Они ели серые брикеты, запивая их мутными эликсирами из стеклянных фляг. Лица у них были такие, будто они едят не еду, а исполняют служебный долг перед короной.

— Это что? — спросила Галина, забыв о конвоирах.

— Питательный паёк стражи, — гордо сказал эльф. — Разработан лучшими алхимиками королевства. Содержит всё необходимое для поддержания сил.

— А вкус?

— Вкус не предусмотрен, — эльф пожал плечами. — Это же еда, а не развлечение.

Галина закрыла глаза. Ей вспомнились подводники, которые жаловались на консервы тридцатилетней давности. Ей вспомнился боцман, который однажды расплакался над тарелкой гречки, потому что она была «не как у мамы». Ей стало страшно.

— Отведите меня к начальнику, — сказала она тихо. — У меня есть предложение.

В углу караульни сидел тот самый хмурый тип с поляны. Он не ел. Он просто сидел, смотрел в стену и молчал. Галина заметила, что фляга с эликсиром перед ним стоит нетронутая, а брикет лежит на столе, покрываясь плесенью. Плесень, кстати, была магическая — светилась фиолетовым.

— А этот чего не ест? — спросила Галина у конвоира.

— А этот... — конвоир понизил голос, — это капитан Рейнхард. Он вообще никогда не ест. Говорят, проклятие у него. Или травма. Или просто характер такой. Лучше к нему не подходи.

— Не подходить — это я умею, — кивнула Галина. — У меня таких половина экипажа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.