Амалия Эльстес Обитель лесных душ

Глава 3

Звук шагов почти не слышался в прохладе леса. Расстояние между могучими стволами было достаточно большим, чтобы спокойно раскинуть руки в стороны. А вот в узких проходах ветви цеплялись за одежду, словно живые, пытаясь задержать, не пустить дальше. Каждый шаг давался с трудом: колючки рвали ткань, а корни подставляли подножки. Я шла уже несколько часов, а лес оставался неизменно бесконечным.

Время привала. Ну, почему здесь нет сваленных веток или пней? Сидеть на сырой земле не нравилось, да и перспектива заболеть не радовала. Я растёрла мышцы ног и вытащила книгу. Никаких видений. Надо понять, как работает этот явно волшебный предмет. Вчерашняя невидимая стена, которая корректировала путь, привела меня к ночлегу. Причём к безопасному, с едой, водой и светом. Прямо выигрыш в лотерею в древнем лесу.

Кай дал мне книгу, сказал про какой-то контракт. Почему тогда книга обожгла меня и вырвала из сна? Почему она сейчас не ведёт меня к населённому пункту? Слишком много вопросов и слишком мало ответов.

Я хотела подняться, но левую щиколотку что-то удержало. Сердце забарабанило, ладони вспотели. Я выдохнула, чтобы заглушить панику. Не дергаться, не делать глупостей и не принимать поспешных решений.

Ногу медленно оплетала зелёная колючая проволока. В нескольких местах на ней росли маленькие красные цветы, похожие на тюльпаны. Корней или места, откуда растение берёт своё начало не видно. Я вытащила из кармана цепочку, которую после вчерашнего так и не надела на шею, и поднесла к коленке.

Проволока чуть зашипела и начала отступать. Я вела цепочку дальше к ступне, продолжая освобождение. Растение уменьшилось в размерах и выглядело так, как будто сложили гофрированную трубу. Один из цветков раскрыл лепестки, как пасть и напоследок укусил мою щиколотку, а затем уполз в траву.

Под штаниной, на месте укуса, кожа слега покраснела, но ранок не было. Ткань защитила ногу от повреждений. Радость и облегчение смешались с гордость. Эта маленькая победа придала сил.

Я поднялась и мысленно поблагодарила маму ещё раз. Небольшой круглый медальон с несколькими цветными камушками был подарком на мой 10 день рождения. А длинную цепочку к нему в тот же год отдала бабуля.

Я вернусь домой. Выберусь. А пока нужна дорога, хоть какой-нибудь ориентир, который выведет к людям. Или нелюдям. Кем там считаются лесные жители? Альмиры... Альтаиры... Тьфу ты. Я прижала руку к стволу ближайшей ели. Кора оказалась влажной и шершавой и пахла смолой. Где-то впереди должен был быть просвет, тропа, река – что угодно, что означало бы конец этому зеленому лабиринту.

Продолжать брести вперёд, стараясь выдерживать одно направление, было непросто. В какой-то момент услышала его – далекий, едва различимый звон. Не птичья трель и не журчание ручья. Это был низкий, глубокий гул, похожий на биение сердца земли. Звук шел откуда-то справа. Не похоже на живое существо, хотя кто знает, какие твари тут водятся

Соблюдая осторожность, я двигалась к источнику звука. Гул становился отчетливее, ритмичнее. Ощущение, что кто-то бьёт огромным молотом по камню, но при этом звук будто из-под земли. Наконец, деревья расступились, открыв небольшую поляну. Посередине, прямо посреди зарослей крапивы и лопухов, лежал каменный куб в метр высотой, а на нем толстая плита, покрытая трещинами. Но не она привлекла внимание.

Двое молодых людей стояли по разные стороны от плиты. Кай сказал искать местных, потому что они не навредят мне. Стоит познакомиться. Я оглядела себя, стряхнула пыль и грязь и насколько возможно поправила волосы. Натянув приветливую улыбку, я зашагала к паре.

Тот человек, что был ближе ко мне держал несколько каменей разной формы и размера. Девушка, которая стояла напротив, водила руками над плитой. Я присмотрелась: камни оплетало растения, фиксируя сомнительную конструкцию. Парень добавлял новые элементы выше и по бокам. Звук здесь был куда громче, и по телу от него словно шла волна.

В нескольких шагах от ребят я остановилась, не решаясь их отвлечь. Звук прекратился, камушки рухнули, а растение жалобно скукожилось. Девушка негромко выругалась и посмотрела на меня:

– Ты кто?

– Анна. Извините, что отвлекла, – наверное стоило подготовиться к диалогу и придумать, что отвечать, – Ребят, а где тут ближайшая деревня?

– Минут 10 идти, – парень очаровательно улыбнулся, махнув в сторону, – А ты не местная?

– Ага, – сложно заводить знакомства в чужом мире, где не знаешь, как себя вести, – а вы что делали?

Ребята переглянулись:

– Пробуем строить, – девушка перекинула через плечо светлую косу, – но без плиты гиблое дело.

– Говори за себя, – парень расправил плечи, – у меня отлично получалось. Я кстати Ирм.

Это явно подростки, на вид не старше 16 лет. Мальчишка светлый, кудрявый и кажется с бушующими гормонами. А девушка похоже ревнует кавалера. Маршрут известен, но почему бы не поговорить? Пригодится любая информация.

– А почему плита перестала работать? – надеюсь любопытство меня не погубит, – время ограничено?

– Ну, как сказать, – парень почесал нос, – раньше после запуска на полчаса хватало.

– А теперь каждые 15 минут заводить по новой, – девушка сложила руки на груди, – ещё и не всегда срабатывает.

– Давай может перерыв? – парень косился на меня.

– Ещё чего! Работай, Ирм.

С тяжёлым вздохом он стал гладить камень, что-то бубня. Начался лёгкий гул, снова пошла пульсация. Я ощутила её сначала ногами. Видимо энергия шла действительно из-под земли.

– Ты же в деревню собиралась? – девушка стрельнула глазками, – Мы тут надолго, так что провожать не будем. Зайди в дом с синими цветами у крыши, там могут помочь.

Какая она милая. Попрощавшись, я зашагала прочь с поляны. А ведь это даже интересно. Здесь есть магические приборы, к тому же ребята умеют что-то строить с помощью способностей.

Если вокруг плиты земля была твердой, утоптанной до состояния камня, то дальше снова стала рыхловатой. Я быстро вышла на тропинку. Никаких следов травы или мха, только плотно слежавшаяся почва, испещренная глубокими колеями. Старая, но настоящая тропа.

Я шла вперед, вдоль колеи, чувствуя, как с каждым шагом уходит напряжение из мышц. Лес по обе стороны становился менее густым, словно расступался. Впереди, за последними стволами, замаячил просвет. Сердце забилось быстрее. Я ускорила шаг, продираясь сквозь последние кусты, и вышла на край огромной поляны. И замерла.

Впереди, окруженная стеной вековых дубов, раскинулась деревня.

Лес поглотил деревню целиком, сделав её своей неотъемлемой частью. Здесь не было прямых углов и ровных линий — всё жило, дышало и медленно пульсировало в такт сердцу древнего бора. Дома росли прямо из земли: их стены представляли собой переплетение живых ветвей, в некоторых местах, покрытых бархатистым мхом, а крыши устилали плотные шапки папоротника.

Дом с синими цветами стоял немного в стороне, отдельно от остальных. Само дерево было темнее остальных, а его кора сочилась прозрачной смолой, похожей на застывшие слезы. Изба казалась больным зверем: стены разбухли, замшелая крыша тяжело провисла к самой земле. У дверей стоял сладковатый, удушливый запах чего-то жженого. Я остановилась в шаге от гнилого порога, не решаясь войти. Зато дверь со змеиным шипением поползла внутрь сама, открывая проход в темноту.

— Входи, коль пришла. Или так и будешь стоять до утра, пугая моих жаб? — голос раздался не из глубины комнаты, а откуда-то сверху, с тяжелых потолочных балок.

Женщина сидела в глубоком кресле из живых, переплетенных корней. Выглядела она не многим старше меня, но куда бледнее. Глаза её были двумя лужицами янтаря, а чёрные с проседью волосы сплетены на макушке.

Тонкие руки непрерывно двигались над низким глиняным горшком, разминая в ступке комья чего-то черного и склизкого. Чистое светлое платье казалось чужим на фоне всей мрачной и тёмной атмосферы.

Я сделала несколько робких шагов. Внутри дом оказался куда просторнее, чем выглядел снаружи. На стенах свисали связки омелы, веники полыни и пучки трав, названия которым я не знала. В углу комнаты горел огонь цвета старого вина, а над ним булькал в котле вар.

— Садись, — ведьма кивнула подбородком на трехногий табурет перед собой. — Голодная небось? У меня только вчерашняя похлебка да чай из дурмана. Мясо нынче дорого.

Я осталась стоять. Пальцы судорожно сжались.

— Мне сказали, что вы можете помочь, — голос охрип.

Я не знала можно ли ей доверять, да и какой из вопросов задать непонятно. Лучше бы я стороной обошла этот дом.

Женщина перестала тереть свою ступку. Она прищурила янтарные глаза, всматриваясь не в моё лицо, а сквозь него, в самую суть. Взгляд стал тяжелым, как камень.

— Заблудшая душа — протянула она, и слова прозвучали, как сухой треск ломаемой кости. — ты в западне девочка. Один цикл луны отведён, 28 дней осталось, чтобы вернуться.

— Что это значит? — мой голос дрогнул, — Что значит заблудшая душа?

Ведьма тихо рассмеялась:

— Твоим страхом сейчас пропах весь мой порог. Ты в своём мире места не нашла, жила бесцельно, бездумно. Заплутала так сказать, вот и стала уязвима для тёмной магии.

Я хотела спросить, как мне вернуться, но ведьма жестом остановила меня. То, что она ведьма я уже не сомневалась.

– Если хочешь помощи или информации ответь: готова ли ты отдать то, что делает тебя теплой?

Я побледнела, в глазах на мгновенье потемнело. Ответ повис в воздухе избы тяжелее любого металла:

– О чём ты просишь?

– Душу, конечно, – я дернулась назад, но ведьма показала открытые ладони, – не всю твою душу, нет. Маленький кусочек.

– Я на такое не подписывалась. Спасибо, конечно за предложение, но воздержусь.

– Зря, – бросила ведьма в след, – всё равно он заберёт.

Я выскочила наружу, не веря, что ведьма не стала меня держать. Дышалось снаружи так легко. Сбросив оцепенение, я двинулась дальше в глубь деревушки. Часть домов были целиком из дерева, но не выпилены или вырезаны, нет, это было настоящее и кажется живое дерево, внутри которого селились люди. Воздух пах листвой и сладким цветочным нектаром.

Местные жители двигались сквозь эту сказку с ленивой грацией. Внешне они почти не отличались от людей, но я почти физически чувствовала, как магия текла под их кожей вместо крови. Они не ходили, а словно плыли над землей, едва касаясь травы.

Один старик у колодца небрежно взмахнул рукой, и пустая бадья сама поднялась в воздух и полетела в сторону, пока он дремал, прислонившись к стволу. Молодые девушки сплетали венки, заставляя полевые цветы распускаться прямо в их пальцах, а дети играли, подбрасывая цветастые игрушки. Их разговоры звучали, как шелест ветра в кронах — тихие, переливчатые, без единого резкого звука. Никто здесь не спешил; время в деревне казалось вязким медом, растянутым на тысячелетия.

Я ловила некоторые взгляды, но большая часть населения жила свою жизнь. Стараясь скрывать удивление, смешанное с восторгом, я двигалась дальше. Какой-то мальчонка врезался в меня, почти сбив с ног, легко извинился и побежал дальше. Следом таким же вихрем пролетело ещё двое детей с заливистым смехом.

В центре этого зачарованного места, там, где деревья смыкались особенно плотно, стояла таверна. В отличие от изящных жилых домов, это место выглядело старым и угрюмым. Может когда-то его создали из красивых и живых деревьев, но сейчас те выглядели потемневшими от времени брёвнами, которые местные маги отказались оживлять.

Когда я входила, дверь скрипнула, впуская внутрь порыв холодного воздуха. Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь тусклым светом лампы. Ещё и лампа была блеклая и явно без огня. Пахло здесь не травами и медом, а крепким элем, старой древесиной и мокрой шерстью.

Я замерла на пороге, щурясь от темноты. Наверное, я выглядела чужой в этом мире плавных линий: одежда смотрелась грубой, движения – суетливыми, а взгляд, как я не пыталась, метался по стенам со смесью восторга и паники.

Хозяйка таверны даже не повернула головы. Это была женщина с тяжелым лицом и руками, похожими на узловатые корни дуба. Она методично протирала глиняную кружку грязноватой тряпкой, глядя куда-то в стену поверх голов посетителей.

– У нас закрыто для праздных зевак, – бросила она хриплым голосом, когда я сделала неуверенный шаг внутрь. Слова прозвучали резко, царапая слух среди общего шепота деревни.

Я вздрогнула, но уверенными шагами подошла ближе.

– Я заблудилась. Ребята с поляны подсказали дорогу, – присесть я не решилась.

Хозяйка наконец удостоила меня взглядом. Ее глаза оказались вовсе не добрыми, как можно было ожидать от трактирщицы в волшебном лесу, а цвета болотной тины — мутными, оценивающими и совершенно лишенными гостеприимства. Магический светильник над стойкой вдруг моргнул, погрузив девушку в полную темноту на долю секунды.

– Заплатишь? – хозяйка усмехнулась, обнажив желтоватый зуб, и положила кружку на стойку с громким стуком. Звук получился нарочито грубым, – или ты решила так, за спасибо отъесться за мой счёт?

К этому я как-то не подготовилась. Мне ведь на самом деле нечем платить. За всей опасностью чужого мира, я напрочь забыла про деньги.

– Могу помочь с какой-то работой – единственная мысль подходящая, как мне казалось под ситуацию.

– Что умеешь? – женщина скрестила руки на груди, и ближайший к ней стул сам собой отъехал назад, освобождая пространство.

– А что нужно? – я начала теряться. Желание просто уйти стремительно росло.

– Таких помощниц мне не надо. Либо плати, либо идти прочь.

Я развернулась, но услышала вдогонку:

– Хотя стой. Присядь-ка.

Женщина облокотилась на стойку, за которой стояла, и заговорщицким шёпотом произнесла:

– Видишь, вон там сидят разные мужчины, – она кивнула в дальний угол.

Я кивнула, встретившись взглядом, с одним из тех мужчин. Хозяйка продолжила:

– Если договоришься с кем-то, то тебя могут накормить, да и не только едой. Мне порой платят за ночлег ветреных дам.

Я отшатнулась, как от пощечины. Может я что-то не так поняла? Хотя, как ещё можно понять «ночлег ветреных дам».

Хозяйка расхохоталась, глядя на моё растерянное лицо.

— Зачем ты пришла? — спросила она тише, но от этой тишины по спине пробежал мороз. — Деревня не держит проходящих путников. Особенно бедных.

Я сглотнула ком в горле. Свет на стенах внезапно показался давящим, а взгляды местных жителей, сидевших за дальними столиками, стали острыми, как осколки стекла. Я поняла, что попала не в добрую сказку, и хозяева этого места совсем не рады непрошеному гостю.

– Я не хотела нарушать ваш покой, – голос дрогнул, но я заставила себя выпрямиться, – мне просто нужен ночлег, но раз так – лучше уйду.

Хозяйка секунду молчала, буравя меня тяжелым взглядом. Я уже поднялась, чтобы выполнить сказанное, но женщина наклонилась через стойку, приблизив свое лицо. Пахнуло перегаром и землей.

– А тебе есть куда идти? – спросила она.

– Я найду дорогу. Спасибо за разговор.

– Оставайся. Садись. Налей себе эля. И сделай так, чтобы твой страх не пророс плесенью в моем погребе.

Она резко отвернулась, схватила новую кружку и принялась тереть ее, давая понять, что разговор окончен, но незваная гостья может остаться.

Они тут всё такие дикие или только те, что пьяны? Поиздевалась, прогнала, посмеялась, а потом разрешает налить эля. Вот и что мне делать? Уйти теперь невежливо, же сказали остаться. А оставаться я тут не хочу.

Дверь таверны распахнулась снова, впуская сразу нескольких рослых мужчин в одинаковой форме. Один оправился к хозяйке, а трое других разместились за ближайшим пустым столом. Женщина у стойки убрала кружку, отряхнула руки и очаровательно улыбнулась, обнажая жёлтые зубы:

– Чем могу помочь добрым королевским стражам?

– Обед горячий на тот стол и порцию свежих местных сплетен, – мужчина вытащил несколько монет и положил на прилавок.

– Конечно-конечно, свежий суп и жаркое только приготовилось, – хозяйка обернулась и крикнула, чтоб подали еду, – а вот со сплетнями не помогу.

– Чего бы это?

– Никаких новостей. Молодежь жалуется, что плиты туго работают, но так ведь всегда к концу декады, – хозяйка собрала монеты и спрятала их в фартук, – ещё горчие распоясались, одна забрела чуть ли не в дом недавно.

– Чужаков не приносило?

Женщина глянула на меня. Я немного смутилась, словно подслушала секретную информацию. Но они-то даже не шептались

– Вот сидит одна, говорит, что заблудилась. За еду платить нечем.

Светловолосый мужчина осмотрел меня с ног до головы:

– Как зовут? Откуда приехала?

– Анна, – надо делать ноги, – извините, мне пора.

– Не спеши, – мужчина преградил дорогу, – садись, отобедай с нами.

– Ой, непутёвая, не вздумай стражу королевскому отказать! – хозяйка прошла мимо и поставила пару дымящих тарелок на стол.

– Не бойся, не обидим, – мужчина жестом отодвинул стул.

Я сомневалась, но ведь во многих культурах приглашение поесть несёт добро. К тому же мы в таверне, что они мне сделают? Хотя четверо стражей, даже если побегу – нагонят.

Я прошла к столу и поблагодарила. Тот мужчина, что говорил со мной вернулся к хозяйке и что-то зашептал ей. Вместе они ушли наверх по скрипучей лестнице.

Остальные мужчины за столом со мной не говорили, только пожелали приятного аппетита. Я и не заметила, как проголодалась. Томатный суп немного острил, но это даже согревало. От жаркое исходил пар, крупные кусочки разных овощей и совсем немного мяса. Как в дешевом придорожном кафе, только с голода всё казалось особенно вкусным.

Пока мы молча ели, я думала, как завести диалог и планировала побег. Непонятно зачем меня угостил страж и куда пропал вместе с хозяйкой. Хотя может она сама «ветреная».

Как будто услышав мои слова, лестница заскрипела, возвращая стража. Он подошёл к столу, присел и стал есть:

– Вы отправитесь с нами в столицу, Анна, – мужчина поднёс ложку ко рту и аккуратно подул.

– Зачем? – я отл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.