Амаль Штейн Она прыгала выше всех

Глава 1

«Интересно, сколько она сможет не дышать?» — Саймон слегка сдавил шею девушки. Она натянуто улыбнулась, приняв это за часть игры, и попыталась отстраниться. Но Саймон не отпустил, а навалился всем телом и сжал руки еще сильнее. «Тридцать секунд? Пятьдесят?» Темная прядь волос приятно щекотала локоть, а жилка на тонкой шее билась, как пойманная в силки птица. Девушка замерла, силясь разжать его хватку своими тонкими пальцами. Потом дернулась, пытаясь ослабить тиски и вдохнуть. Ее губы раскрылись, но звука не было — только сухой сдавленный хрип.

Живот пронзила резкая боль, и Саймон в панике открыл глаза. В комнате все еще витал запах дыма, но вместо вековых елей взгляд наткнулся на купленную им к Рождеству «плазму».

– Саймон! — чувствительный толчок в плечо заставил его проснуться окончательно. — Ты совсем свихнулся? Ты чуть не придушил меня!

Девушка вскочила с кровати и схватилась за покрасневшую шею.

– Джина?.. — возвращение в реальность далось с трудом. Мышцы налились свинцом, язык не слушался. — Что случилось?

Растрепанная брюнетка щелкнула выключателем.

– Ты меня спрашиваешь, что случилось?! Ты напугал меня, недоумок!

Джина плотно закуталась в банный халат и схватила сумку. В наружном кармашке она всегда носила газовый баллончик. Сейчас ее пальцы лихорадочно нашаривали застежку-молнию.

– Сколько времени? — прохрипел Саймон и потянулся за телефоном. Руки не слушались — они все еще помнили чужое тепло и бешеное биение девичьего пульса. Лишь когда запах гари полностью улетучился через приоткрытое окно, он решился сбросить одеяло.

– Не подходи ко мне, слышишь? — Визгливый голос с истеричными нотками не мог принадлежать его всегда уравновешенной Джине. Но сухой звук раскрывающейся молнии показал, что девушка настроена серьезно.

– Я в ванную, — Саймон сполз с кровати и на ватных ногах вышел из спальни.

Отражение в зеркале выглядело жутко: синие губы, налившиеся кровью глаза и кожа цвета пчелиного воска. Саймон моргнул, и за спиной появилась девушка из кошмара. Она снова двигалась на фоне огненных всполохов в жутком ритуальном танце. Темные волосы разметались по плечам, белое платье плотно прилипло к разгоряченному телу. А на длинной шее пульсировала темная жилка. Саймон, не раздеваясь, шагнул под душ и включил ледяную воду. Стоял долго, пока не начали стучать зубы, а из зеркала не исчезло лицо чудовища с расширенными зрачками.

Вернувшись в спальню, Саймон остановился у двери, привыкая к темноте.

– Джин, я… Слушай, я вообще не понял, что произошло. Просто приснился кошмар. Я не хотел причинить тебе боль…

Джина ничего не ответила.

– Джина, ты где?

Он включил свет, но увидел лишь пустую постель. Розовый халат небрежно валялся на сброшенном на пол одеяле. Саймон заглянул в гостиную — девушка исчезла.

– Абонент выключен или находится вне зоны действия сети, — равнодушно сообщил механический голос.

Саймон чертыхнулся и, на ходу натягивая ветровку, выбежал на улицу. Машина стояла на том же месте, где он припарковался после смены. А вот велосипед пропал.

– Ну же, Джина, ответь!

Саймон в очередной раз набрал ее номер. Гудок пошел, но трубку никто не взял.

– Черт! Черт! Черт! — он пнул колесо машины и выскочил на пустынную улицу.

Бег никогда не нравился Саймону, но два квартала до дома родителей Джины он преодолел со спринтерской скоростью. Семья Холтеров уже неделю загорала во Флориде, но в одной из комнат горел свет. А вон и велосипед, брошенный у крыльца. Саймон забарабанил в дверь. Ноль реакции. Он записал голосовое, отправил сообщение, второе, десятое Ответ пришел в мессенджер: «Не уберешься — вызову полицию». Саймон замер, глядя на светящиеся буквы. Экран погас.

Из ступора Саймона вывела громкая трель будильника. 05:30. До начала дежурства на окружной станции скорой помощи оставалось полтора часа. Саймон спрятал мобильный в карман и медленно побрел к своему дому. Ему нужно было ехать спасать людей.

***

Сначала не сработала магнитная карта. Затем отклеилась подошва, и один за другим последовали два вызова на ДТП с кодом «три». Потом бездомный Рон в очередной раз симулировал приступ, чтобы поесть бесплатного супа и отоспаться на чистых простынях в больнице. За двадцать минут, которые бродяга провел в машине, фургон полностью пропитался запахом мочи, гноя и давно немытого тела. Пришлось проводить глубокую дезинфекцию, но даже усиленная санобработка не смогла устранить этот запах — запах болезни, страха, отчаяния. Саймон тешил себя надеждой, что хотя бы последние часы его смены пройдут спокойно. Но у провидения были другие планы на сегодняшний день:

– Третья бригада, на выезд! Девушка, около двадцати лет, не дышит. Возможна передозировка.

– Принял, — ответил напарник, поворачивая ключ.

Машина сорвалась с места. Саймон уже застегивал кейс, когда автомобиль тряхнуло на выбоине, и чемодан перевернулся. Дзинь. Тонкая ампула покатилась и застряла в щели у перегородки. Реанимобиль подбрасывало так, что Саймону пришлось схватиться за поручень, чтобы не приложиться носом.

– Макс, притормози, мать твою! — рявкнул он. — У меня фентанил укатился!

Саймон лег на живот, вжимаясь щекой в холодный алюминий. Пахнуло машинным маслом, блевотиной и застарелым хлором. Он с трудом просунул ладонь в узкую щель и медленно вытянул руку с чудом уцелевшей ампулой.

– Мы на месте! — Макс ударил по тормозам так, что его коллегу впечатало плечом в шкаф с медикаментами. — Выходим!

Дверь на первом этаже распахнулась сразу. Саймон влетел внутрь и замер. На полу, среди разбросанных пивных банок и грязного тряпья, лежала девушка. Белое, испачканное в пыли платье нелепо задралось. Темные волосы разметались по хрупким плечам. На секунду Саймону показалось, что он все еще спит, а из углов комнаты вот-вот вырвутся огненные всполохи.

– Сай, работаем! — крик Макса вернул его в реальность.

Саймон упал на колени рядом с телом.

– Дыхания нет. Пульс…

Пальцы легли на шею. Он задержал их чуть дольше, чем нужно, фиксируя точку.

– Слабый, нитевидный. Суженные зрачки. Готовь налоксон.

Пульс под пальцами ослабевал Пропал. Саймон нахмурился, его лицо покрылось крупными каплями пота. Он сместил руку ниже, продолжая давить на каротидный синус.

– Давай мешок, — скомандовал он и приступил к СЛР.

Губы шептали Stayin Alive – слова этой песни Саймон как Отче наш помнил со студенческой скамьи. Хрустнули ребра, но девушка даже не вздрогнула.

– Черт, — напарник проверил пульс. — Я ничего не чувствую. На мониторе асистолия.

Саймон не остановился: тридцать — два вдоха — снова тридцать. Он качал и качал, яростно вдавливая ладони в грудную клетку. Перед глазами стояло лицо девушки из утреннего сна.

– Эй! — Макс перехватил его руку. — Хватит!

Саймон замер. Монитор рисовал ровную линию.

Глава 2

Проклятая смена не заканчивалась вторые сутки. Голова перестала соображать уже на втором отчете, глаза слипались, и даже литр крепкого кофе не сделал Саймона бодрее. Колени дрожали, и он прислонился спиной к стене перед кабинетом директора. На столе перед доктором Вилсоном лежал «чек» – распечатка ЭКГ с монитора Lifepak. Парамедик мгновенно узнал прямую линию, с которой боролся последние двадцать минут смены.

– Присядьте, мистер Камински, – Вилсон не поднял глаз. Он обводил красным маркером временные метки в отчете.

Саймон медленно опустился на край стула. Напарник, Макс, уже побывал здесь и теперь ждал в коридоре.

– Мы, конечно, еще не получили окончательный отчет коронера, – Вилсон устало откинулся на спинку кресла. – Предварительно смерть наступила от остановки дыхания на фоне интоксикации. Обычный передоз, у нас их по три штуки за ночь. Но у окружного департамента возникли очень серьезные вопросы к твоему таймингу, Саймон.

Он привстал и развернул к нему монитор ноутбука. На экране замер стоп-кадр с нательной камеры Макса, и Саймон узнал свои руки на шее девушки.

– Посмотри на счетчик, Камински. Ты зафиксировал пальцы на сонной артерии в 17:02:10. Макс уже приготовил «Амбу» и ждал твоей команды. Но ты не начинал СЛР. Ты просто замер и не шевелился ровно двенадцать секунд.

– Я искал пульс, – голос Саймона прозвучал хрипло. – Пытался понять, вводить атропин или сразу качать...

– Двенадцать секунд, Камински! — Вилсон ударил ладонью по столу. – Протокол ACLS дает тебе максимум десять. На записи видно, что Макс чуть ли не тряс тебя, пытаясь вывести из ступора. И посмотри сюда.

Директор пододвинул фотографию шеи. Там, где совсем недавно лежали пальцы Саймона, отчетливо проступали четыре багровых пятна.

– Это не похоже на следы классического удушения, – быстро добавил Вилсон, заметив, как Саймон стремительно побледнел. – Но весьма напоминает чрезмерное усердие. Ты буквально вдавил ее артерию в позвонки.

Вилсон вздохнул, достал из стола синюю папку и зашуршал страницами.

– Согласно регламенту службы, твои привилегии на оказание медицинской помощи приостановлены с текущего момента. Ты отправляешься в административный отпуск без права доступа к медикаментам и оборудованию.

– Вы думаете, я ее задушил? Вы же понимаете, что это бред? – Саймон почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.

– Я не уполномочен делать выводы. К счастью, подъязычная кость не сломана, – отрезал Вилсон, протягивая ручку. – Коронер установит, не стало ли давление на каротидный синус причиной окончательной остановки сердца. Если это просто гематомы от «слишком ретивой» проверки – поедешь на курсы переподготовки и психологическую экспертизу. Если нет... делом займется полиция. Распишись здесь.

Саймон взял ручку и размашисто расписался, оставив на бумаге рваный след. Его измазанные чернилами пальцы мелко дрожали.

– Иди домой, Саймон, – тихо добавил доктор, забирая документ. – Увидимся через две недели.

***

Но оказалось, что дома у него тоже не было. Саймон долго стучал в дверь – ключи остались на станции, а возвращаться за ними не было ни сил, ни желания. Наконец щелкнул замок, дверь повисла на цепочке. В узкую щель Саймон увидел бледное лицо Джины. Серые глаза смотрели настороженно, волосы, обычно тщательно уложенные, были собраны в небрежный хвост. Шею плотно закрывал высокий ворот свитера.

– Я собрала твои вещи, – холодно бросила она. – Ты что, не прочитал мое сообщение?

– Джина, впусти. Нам надо поговорить, пожалуйста. Я с ног валюсь.

Цепочка лязгнула, дверь приоткрылась. Саймон протиснулся в крошечную прихожую. Противоположную стену подпирали два черных пакета, битком набитые вещами. Из одного из них торчал рукав куртки, на котором в позе египетского сфинкса восседал мистер Эф.

– Ты кого-то убила? – он кивнул на мусорные мешки.

Джина проигнорировала шутку.

– Звонил Вилсон. Сказал, что тебя отстранили из-за какого-то инцидента. Интересовался, не замечала ли я за тобой проявлений агрессии. Не употребляешь ли ты чего.

Саймон усмехнулся, пытаясь проглотить ком в горле.

– И что ты ответила?

Она молча оттянула ворот свитера. На тонкой коже багровели четыре пятна. Саймон смотрел на них, а в голове возникла картинка с камеры Макса. То же место, те же руки.

– Я не – начал он. Джина сделала шаг назад, выставив перед собой руку. В ее глазах появился страх, которого он не замечал раньше.

– Это случайность, Джина! Посттравматика! – он шагнул вперед, пакеты под ногами протестующе зашуршали. Мистер Эф недовольно дернул хвостом. – Я на смене двадцать четыре часа, вокруг меня одни жмуры и наркоманы! Ты же знаешь, какая это работа!

– Не смей прикрываться работой, – она оттолкнула его руку. – Ты не единственный парамедик на свете. Но трудная работа, оказывается, только у тебя! – Она коснулась пальцами своей шеи, но тут же отдернула руку. – ТЫ ХОТЕЛ МЕНЯ ЗАДУШИТЬ! Опять. Второй раз за неделю. Ты даже не помнишь, да?

– Что за чушь ты несешь! – Дышать стало трудно, словно грудь стянули жгутом. Саймон закрыл глаза и снова увидел монитор Lifepak, прямую линию и пальцы на чужой шее. В глазах резко потемнело, и он схватился за косяк, чтобы не упасть. – Я бы никогда

– Прошу по-хорошему – уходи! – Джина сорвалась на крик.

– Значит, все, конец? Из-за ночного кошмара? Год жизни – в мусорные мешки?

– Я устала, Саймон. Устала бояться собственного парня. Устала не спать ночами и прислушиваться к твоему дыханию, ожидая, когда у тебя в башке снова перемкнет. Тебе лечиться надо.

Она хотела что-то добавить, но осеклась, увидев его осунувшееся лицо с затравленным взглядом. Он резко нагнулся и схватил пакеты. С него хватит!

– Иди к черту, Джина. Ты просто ждала повода, чтобы свалить.

– У тебя проблемы, – крикнула она ему в спину. — Тебе нужен психиатр! Эй! Кота своего не забудь!

Саймон, не оборачиваясь, схватил Эфа свободной рукой. Дверь за ними захлопнулась с громким стуком. Мистер Эф запустил когти в плечо хозяина – он ненавидел громкие звуки и закрытые двери. Саймон прижал его к груди, чувствуя, как под пальцами колотится маленькое горячее сердце.

Джина сползла по стене, из ее глаз покатились слезы. Она рыдала беззвучно, чтобы он не услышал и не вернулся. Чтобы все не повторилось снова.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.