Аля Кьют Катя и Лев

Глава 1. Возвращение блудного сына

Катя

Я ждала его с самого утра. Смешно, глупо и немного стыдно. Мне восемнадцать, а не восемь. У меня на носу поступление, куча дел и вполне взрослая жизнь.

Но внутри всё равно было это странное, почти детское волнение.

Лев должен был приехать сегодня.

Я уже дважды заглядывала в окно, проверяла телефон, перечитывала его короткое «буду днём» и ловила себя на том, что улыбаюсь… просто так.

Глупое волнение снова привело меня к шкафу. Я в третий раз решила переодеться. Короткое платье показалось глупым и давило в груди.

- Да господи… - пыхтела я, стягивая с себя платье.

Оно не хотело меня покидать, цеплялось за волосы, прилипало к коже. Освободившись, я бросила платье на кровать и открыла дверцу шкафа шире. Провела рукой по вешалкам, остановилась на комбинезоне, передумала. Он слишком нарядный, что ли?

Я не хочу наряжаться для Льва. Много чести. Он всего лишь сын Богдана и мой сводный брат.

Громко дыша, я стала перебирать вещи, бормоча под нос.

- Слишком простое, слишком яркое, слишком прозрачное. А такое я вообще сто лет не ношу…

Я осталась в одних трусиках, было приятно. Жара стояла адская. Кондиционер едва справлялся. Я упёрла руки в бока и тряхнула растрепанными волосами.

Веду себя как идиотка.

- Ну и что ты делаешь вообще… - пробормотала я себе под нос.

Оставив в покое шкаф, я полезла на полку, где лежали мои любимые футболки. Бросила одну из них на кровать к платью и стала доставать шорты.

- Есть кто живой? - раздалось у меня за спиной. - Эй?

Мы увидели друг друга одновременно.

Я - в трусах, с шортами в руках, с распущенными волосами, стоящая посреди комнаты, как пойманная на месте преступления.

Он - в проёме, с сумкой через плечо, запыхавшийся после дороги.

Я почувствовала, как лицо мгновенно вспыхнуло. Наверное, на моих щеках можно было жарить яичницу. Я запоздало догадалась прикрыться шортами, которые держала в руках, и скрестила зачем-то ноги.

А Лев… Он смотрел на меня не моргая.

- Ты… - выдохнула я.

Мой так называемый братец и не думал отвернуться, прикрыть глаза рукой или уйти.

Едва я осознала это, меня накрыло.

- Ты что, вообще охренел?! - хрипло рявкнула я.

Я схватила майку с кровати и прижала к груди вместе с шортами, будто это могло хоть как-то меня спасти.

- Стучать не учили?!

Лев не двигался. Вообще. Он стоял и смотрел.

И этот взгляд, неподвижный, ошеломлённый, слишком сосредоточенный, выбесил меня ещё сильнее.

- Лев! - я почти закричала. - Отвернись!

Он резко моргнул, будто только сейчас очнулся, повернул голову в сторону резко и неловко.

- Я думал… - начал он, но запнулся.

- Отлично ты думал! - отрезала я.

Я быстро натянула футболку, дернула её вниз, чувствуя, как пальцы всё ещё дрожат.

- Ты совсем с ума сошёл? - прошипела я. - Врываешься без стука!

Он провел рукой по затылку, пока я натягивала шорты. Ноги тоже дрожали. Хорошо, что я не упала к ногам братца.

- Я не знал, что ты здесь.

- А если бы знал - постучал бы, да?

- Да, - спокойно ответил Лев. - Это была моя комната, Катерина.

Я фыркнула.

- Сто лет назад.

Он всё ещё стоял спиной.

- Можно повернуться? - спросил Лев.

Я раздраженно цокнула, но позволила.

- Уже да.

Он повернулся и снова посмотрел на меня, но теперь иначе. Более сдержанно. Почти осторожно.

И всё равно… не так, как раньше.

- Привет, - сказал он, будто ничего не произошло.

Я уставилась на него.

- Серьёзно? Вот так?

Он чуть усмехнулся.

- А как надо?

Я развела руками.

- Ну, не знаю… может, надо извиниться?

- Я уже извинился.

- Нет, ты сказал, что «думал, что никого нет».

- Это и было извинение.

Я уставилась на него и невольно стала рассматривать. Лев изменился.

Черты стали жёстче. Взгляд - спокойнее, тяжелее. В нём появилось что-то, чего раньше не было.

И это немного пугало и одновременно разжигало любопытство.

Я совсем не знала, как теперь с ним общаться. Как только я подумала, что мы оба теперь взрослые, Лев сделал шаг вперед и растрепал мои волосы до электрического треска.

- Брось дуться, мелкая, - беспечно проговорил он и стиснул мои плечи. - Я рад, что ты дома.

Лев прижал меня к себе на несколько секунд, крепко обнял. Косточки хрустнули от его медвежьей ласки, но, кажется, я услышала, как быстро стучит его сердце. Или это был мой бешеный пульс в ушах?

Разорвав краткие объятия, Лев взял меня за руку и потащил вниз.

- Налей мне чего-нибудь холодного, - проговорил он, продолжая сжимать мою ладонь.

Мы спустились вниз по лестнице, и в гостиной я отстранилась. От греха подальше.

- Кухня там, - указала я. - Или хочешь пообедать на террасе?

- Чтобы зажариться? Нет, спасибо. Так просто ты меня не сживешь со свету, мелкая.

Искать остроумный ответ у меня не было сил и желания. Поэтому я просто махнула на него рукой и прошла к холодильнику.

Я достала сок, стакан и налила целый.

- Ты хотел пить, - напомнила я Льву.

Он не торопился утолить жажду, стоял, подпирая косяк плечом, осматривал кухню.

- Тут вообще ничего не изменилось, - сделал он вывод.

- Тебя не было четыре года, а не четыреста лет.

Лев покосился на стакан, что я оставила на столе, и его взгляд смягчился.

- Ты помнишь, что я люблю грейпфрутовый сок.

Я почему-то снова вспыхнула. Потому что действительно помнила и налила его на автомате, не задумываясь. Чтобы немного отвлечь внимание, я сказала:

- Да, мама купила его вчера. И сделала твою любимую пасту с морепродуктами.

- Вы ждали меня, - проговорил он и сглотнул. - Это чертовски приятно.

Я замерла, решив, что сейчас он снова полезет обниматься. Мне нужно приготовиться даже для короткой близости.

Но Лев еще раз прочистил горло и не стал ко мне прикасаться. Он сел за стол поднес стакан к губам. Сделав несколько глотков, скривил лицо.

Я тоже передернула плечами, вспомнив вкус грейпфрута.

- Кошмар. Как ты пьёшь эту кислятину.

– Кайф, - не согласился Лев. - В этом и суть. Не люблю сладкое.

Достав тарелку, я наложила ему пасту.

- Она немного остыла. Подогреть?

- Нет, так пойдет.

Я вручила ему еду.

- Мммм, обалденно, - оценил Лев сразу. - Почти горячая. С ума сойти. Нина ушла недавно?

- Да. У Матео в школе родительский день.

- Отец на тренировке?

- Как обычно.

- А ты…

- А я дома. Встречаю тебя.

Закручивая пасту на вилку, он посмеивался.

- Все-таки кое-что изменилось. Теперь ты меня встречаешь и кормишь.

Он ослепительно улыбнулся, и я хихикнула.

- Ага, раньше все было наоборот. Ты меня встречал со школы, кормил и присматривал, - закивала я.

- Вот это были времена, да?

Лев подмигнул и снова все внимание обратил на еду.

- Ты надолго приехал? - спросила я.

- Посмотрим, - промямлил он с набитым ртом.

Богдан тоже ничего толком не сказал про планы Льва. Он просто приехал, хотя до этого как будто забыл о нас. На четыре года.

- Дорога нормальная была?

- Да.

- Без приключений?

- К сожалению, - хмыкнул он.

Я невольно усмехнулась.

- Ты как всегда.

- А ты, как всегда, задаёшь странные вопросы.

- Они не странные, а вежливые.

- Слишком вежливые, - поправил Лев.

Я закатила глаза.

- Ну извини, что не ору на тебя, как пять минут назад.

Он сделал глоток сока.

- Можешь орать, если хочешь.

- Не хочу. Уже наоралась.

Он кивнул, будто принял это, и продолжил есть. Лев больше ничего не говорил, пока не вычистил тарелку до последней крошки.

Я наблюдала.

И снова ловила себя на мысли - он стал другим.

Движения увереннее, медленнее.

В нём появилось какое-то внутреннее спокойствие, которого раньше не было.

Когда он доел, я забрала тарелку и поставила в раковину.

- Ты надолго? - снова спросила я.

- Я же сказал - посмотрим.

- Это не ответ.

Он поднял взгляд.

- А какой тебе нужен?

Я пожала плечами.

- Конкретный.

Он чуть наклонил голову.

- Пару месяцев, может.

Я замерла.

- Серьёзно?

- Да.

- Просто… поживёшь тут?

- Ну да.

- А работа? Учёба? Жизнь?

Он усмехнулся.

- Это всё и есть жизнь.

Я поморщилась.

- Ты невозможный.

- Я в поиске, - спокойно сказал он.

- Ты валяешь дурака.

Он не обиделся.

- Возможно.

Я скрестила руки на груди.

- Тебе двадцать два, Лев. Ты толком нигде не учился и не работал.

- Спасибо, что напомнила. Мать выгнала меня из дома два дня назад. Без ее нотаций я почти забыл, что ни черта не умею.

У меня дыхание перехватило.

- Мать тебя выгнала? - повторила я как попугай.

- Угу, - промычал Лев.

- Я не знала.

- Я не писал об этом в соцсетях.

- А Богдан…

- Не знает, - кратко ответил Лев. - Буду признателен, если ты пока об этом помолчишь.

Я прикусила губу и кивнула.

Воинственный тон Льва не оставил мне шанса на продолжение расспросов. Если честно, я уже узнала больше, чем хотела.

Родители никогда не обсуждали при мне своих бывших, но я все равно знала, что мама Льва - та еще заноза. Собственно, сам Лев регулярно ругался с ней по телефону с самого детства. Кто бы мог подумать, что она может поступить с ним так.

Переваривая новости, я неловко топталась у стола. Вроде надо его поддержать, но у меня не было идей, как сделать это без жалости. Ее Лев точно не потерпит.

- А ты? - спросил он через минуту моего напряженного молчания. - Какие планы?

Я выдохнула. Вот это было проще, понятнее.

- Поступать буду.

- Куда?

- Милан или Флоренция. Еще не решила. И не факт, что возьмут.

Он кивнул и сразу уточнил:

- История искусств?

Я вздрогнула.

- Откуда ты знаешь? Богдан говорил?

- Нет. Но это же логично.

- Почему?

- Ты всегда этим жила. Ходила в художественную школу, а рисовать толком не умела никогда. Но обожала теорию. Это твой любимый предмет в художественной школе.

Я на секунду растерялась.

- Ты помнишь?

Он посмотрел прямо на меня и сказал:

- Я много чего помню.

Мне снова стало неуютно от его слов и от этого взгляда. Я отвела взгляд.

- Ну да, - тихо сказала я. - Хочу попробовать.

- Получится.

Я усмехнулась.

- Ты так уверен?

- Да.

- С чего вдруг?

Он пожал плечами.

- Потому что ты не из тех, кто сдаётся.

Я замолчала. Почему-то его слова тронули меня до глубины души. Во мне все сомневались, а Лев вдруг свалился как снег на голову и уверен в моем успехе.

Очень странно, но приятно.

- Посмотрим, - сказала я, возвращая ему его же слова.

Он чуть улыбнулся и повторил эхом:

- Посмотрим.

Тишина снова повисла в воздухе.

Я подняла взгляд и снова встретилась с его глазами. Лев смотрел на меня спокойно и внимательно. На этот раз я не отвернулась сразу.

И это было ошибкой. Потому что внутри снова что-то сдвинулось. Медленно, но уже необратимо. Чтобы отвлечься, я решила помыть посуду.

- Чем собираешься заниматься? - продолжала я его допрашивать, пока споласкивала тарелку.

- Жить.

Я закатила глаза.

- Ты вообще не меняешься. Совсем как наша кухня и паста.

Я сразу пожалела, что нагрубила. Но слово - не воробей. Лев не обиделся. Он продолжал потягивать свой кислый сок и сверлить меня глазами.

- А ты - наоборот, Кать. Очень изменилась. Внешне особенно.

Я вытерла и убрала тарелку, захлопнула дверцу шкафа чуть громче, чем нужно.

- Это плохо?

Лев не ответил сразу. И это молчание было хуже любого ответа.

- Нет. Пожалуй, все с тобой хорошо, - хрипло проговорил он спустя бесконечные десять секунд.

Я повернулась и поймала его взгляд. Тот самый.

Слишком внимательный.

Слишком взрослый.

Слишком… личный.

И в этот момент меня пробрало. Потому что я вдруг поняла одну неприятную вещь. Он помнит не только, как я любила историю искусств, но и как я выгляжу без одежды. Он раздевал меня глазами! Поэтому я и нервничала.

Меня бросило в жар. По спине потек пот.

Я должна была запретить ему пялиться и улыбаться так пошло, но не хватило смелости. Вместо этого решила просто сбежать от этих наглых синих глаз.

- Если не возражаешь, я приму душ, - буркнула я и пошла к лестнице.

Лев догнал меня на второй ступеньке.

- Да, я бы тоже сполоснулся с дороги, - проговорил он, дыша мне в спину. - Какую комнату мне можно занять?

Я чуть не застонала в голос. Именно это мне и поручила мама - показать Льву его комнату. Но у нас все пошло наперекосяк, и я забыла.

- В конце коридора, - махнула я рукой.

- Окей. Спасибо.

Он пошел к себе, взялся за ручку двери и обернулся.

- Эй, Кать…

- Чего? - Я тоже притормозила.

- Если ты переживаешь, что я видел твою грудь, то можешь посмотреть на меня голого. И будем квиты.

Я открыла рот и подавилась воздухом, закашлялась.

Лев заржал. Он застал меня врасплох и снова заставил покраснеть.

- Пошел ты! - гаркнула я, едва смогла снова говорить и дышать.

- Пошел, пошел, - согласился он, продолжая смеяться.

- И я не переживаю. Мне плевать!

- Да-да, я так и подумал. Но если что - заходи. Я оставлю дверь открытой.

Мне уже хотелось чем-нибудь в него бросить, но под руку ничего не попалось. Лев ушел к себе. Дверь оставил приоткрытой.

Сволочь.

Своей дверью я зачем-то хлопнула.

Истеричка.

Яростно раздевшись, я побросала одежду на кровать. Там уже собралась маленькая кучка из отвергнутых вещей. Я пошла в душ, быстро сполоснулась и надела другую футболку и любимую джинсовую юбку.

А что? Наверное, Лев прав. Чтобы избавиться от неловкости, я тоже должна увидеть его голым. Тогда мы снова будем как брат и сестра. Без этого странного напряжения.

Я прошагала к его комнате и уверенно распахнула приоткрытую дверь.

- Ладно! Показывай себя без майки. Я согласна, - громко сказала я.

Только меня никто не услышал. На полу лежала раскрытая сумка. Рядом валялись джинсы, носки и футболка, в которых Лев приехал. Дверь в ванную была открыта, и там никого не было.

Он ушел.

Я присела на его кровать и вдруг почувствовала совершенно дурацкую обиду.

Как будто меня бросили посреди разговора, который только начался.

А как же я?

Зачем вообще приезжать, если сразу куда-то удрал?

Глава 2. Не вовремя

Лев

Я вернулся домой поздно. Настолько, насколько это вообще возможно в маленьком тосканском городке, где после девяти вечера жизнь словно сворачивается сама в себя.

Если честно - я тянул время.

Бесцельно бродил по улицам, сворачивал в переулки, останавливался у витрин уже закрытых кафе, делал вид, что куда-то иду, хотя прекрасно понимал - никуда.

Просто не хотелось возвращаться.

Я рассчитывал на Тоньо. Мой друг детства точно помог бы скоротать этот день подальше от дома и Кати. Но он, как назло, уехал в соседний город к родственникам.

Я провёл рукой по волосам и остановился на углу, глядя в темнеющее небо.

Дом был всего в паре минут отсюда. Давно стоило вернуться. Отец точно закончил тренировку. Да и Нина должна была вернуться с открытых уроков у мелкого. Я скучал по ним и хотел увидеться.

Но мне было стыдно.

По дороге я сто раз представил разочарование в глазах отца, когда скажу, что мать от меня отказалась и мне банально негде жить. Знал, что сам виноват. Знал, что Нина за меня заступится. Знал, что папа вздохнет, но не станет сыпать соль на рану прям сразу.

Все эти разговоры - и так испытание. И мне не стоило забывать о Кате.

Вот уж не думал, что она настолько усложнит мне жизнь.

После сегодняшнего инцидента мысль остаться с ней наедине вызывала странное, неприятное напряжение. А может, и приятное, но от этого я чувствовал себя еще хуже.

Даже минимальная возможность оказаться с ней дома вдвоем меня почему-то пугала. Если быть честным, дело было не только в неловкости.

Я усмехнулся себе под нос и отвернулся от витрины, в которой на секунду поймал своё отражение.

Спокойный. Собранный. Как будто всё под контролем.

Ложь.

Сцена из её комнаты до сих пор стояла перед глазами - слишком чёткая, слишком живая, чтобы просто отмахнуться. Я точно не был готов увидеть Катю в таком виде.

Теперь я вряд ли готов спокойно видеть её в любом виде.

- Что за бред, - тихо пробормотал я.

И всё-таки пошёл домой.

Когда я открыл дверь, в доме уже было светло и шумно. Голоса доносились из столовой - тёплые, живые, домашние.

Нина что-то рассказывала, Матвей перебивал её на каждом слове, отец смеялся - негромко, но искренне.

Обычный вечер в кругу семьи.

Моей семьи?

Я на секунду остановился в коридоре, прислушался и вдруг поймал себя на странном ощущении: будто я смотрю на всё это со стороны.

Слишком спокойно. Слишком правильно. Я разулся, стараясь не шуметь, и прошёл внутрь. Думал, проскользну сначала к себе, но Нина меня заметила.

- О, пришёл! Где ты пропадал?

Я застыл на месте, пожал плечами.

- Гулял.

Она встала из-за стола, подошла ко мне, взяла мое лицо в ладони и внимательно рассмотрела.

- Что за мужчина! С возвращением.

Я усмехнулся и обнял жену отца.

- Спасибо, Нин. Ты тоже отлично выглядишь.

- Подхалим. - Она ласково стукнула меня по плечу.

Нина посмотрела внимательнее, чуть дольше, чем обычно, но ничего не сказала. Просто кивнула.

- Иди, поешь. Мы как раз сели.

Я кивнул и прошёл к столу. Катя сидела сбоку. Я почувствовал её взгляд раньше, чем поднял глаза. И всё равно посмотрел.

Наши глаза встретились на секунду, но она показалась мне слишком долгой.

В её взгляде мелькнуло что-то - неловкость, напряжение, может, даже лёгкий вызов.

Она отвела глаза первой.

- Привет, - сказала тихо.

- Привет.

Мы оба сделали вид, что этого достаточно.

- Лева, привет. Ты приехал! - брат радостно замахал мне рукой.

Я взъерошил его волосы и подошел к отцу.

- Па…

Он встал и обнял меня крепко, похлопал по спине и приподнял над полом. Я ухнул от неожиданности и захохотал. Старик в форме.

- Где носило такого дяденьку красивого, - пробасил отец.

- Гулял, - ответил я ему кратко, как и Нине.

- Четыре года?

Папа покачал головой, понимая, что я ему не буду отвечать. Мы уже все это обсуждали. Вернее, он делился своим мнением, а я молчал как сыч.

- Ладно. Ты здесь, и это уже неплохо, - сделал вывод он, отпуская меня. - Присоединяйся. Мы ужинаем.

Я сел напротив Кати, потому что это было единственное свободное место.

Везение.

Нина поставила передо мной тарелку и налила стакан сока. Грейпфрутовый сок, как всегда.

- Голодный ведь?

- Нормальный.

Она улыбнулась.

- Это не ответ.

- Голодный, - поправился я.

Отец хмыкнул, не поднимая взгляда от тарелки.

- Вот, другое дело.

Я взял вилку и принялся заглатывать запечённый картофель.

Разговор за столом продолжался, словно ничего не изменилось. Обсуждали школу Матео, какие-то смешные мелочи, кто что забыл, кто что уронил. Матвей размахивал руками, перебивал сам себя, Нина пыталась его успокоить, отец вставлял короткие реплики.

Я слушал вполуха. Слова проходили мимо, не задевая.

Зато слишком отчётливо ощущалось другое - её присутствие.

Катя сидела прямо. Ее плечи были напряжены. Я видел это прекрасно. Она смотрела на мать, на Богдана, улыбалась брату, но избегала меня.

Зато я постоянно пялился на нее. Она притягивала внимание сильнее, чем любой разговор.

Каждое движение, каждый шорох, даже то, как она поправляла волосы, - всё это почему-то меня теперь очень сильно интересовало.

А я ведь раньше пытался всеми способами отделаться от мелкой сестры-прилипалы.

- Лев, ты слышал? - голос Нины вернул меня в реальность.

- А?

- Я говорю, Катя поступать в Милан собирается.

В ее голосе звучала гордость и тревога одновременно. Нина переживала за дочь, но не могла не похвастаться. Я изо всех сил постарался подавить в себе зависть, раздражение и ревность.

Вся семья теперь глазела на меня. Даже Матео. Они ждали ответа, и простым мычанием я точно не отделаюсь. Надо иметь свое мнение по поводу важных семейных событий. Для меня это непривычно. Я совсем забыл, как живет отец и нормальные люди.

Катя тоже смотрела на меня в упор и не моргала.

- Да, - сказала она, будто между прочим. - Я говорила Лёве днем. Он в курсе.

Я кивнул.

- Угу, в Милане вроде крутой факультет. Мелкой там будет интересно, - сказал я, едва прожевал.

Отец сразу включился в обсуждение:

-Там конкурс большой, Кать. Нужна хорошая презентация.

- Я знаю, - ответила она немного раздраженно.

Кажется, они не в первый раз заводят эту тему, и Кате это не нравится.

- Подготовка нужна серьезная, - вторила мужу Нина.

- Я готовлюсь, мам.

В голосе Кати появилась жёсткость.

Я невольно усмехнулся. Вот это я помнил хорошо. Упрямая как бык. Уверен, родители сто раз пытались на нее повлиять и без результата. Хитрый папа теперь пытается привлечь меня.

- Помни, что в местном колледже тоже есть похожий факультет, - напомнил ей отец. И тебя уже туда зачислили автоматом.

Катя закатила глаза.

- Меня не интересует сельский колледж, Богдан. Сто раз уже говорила. Милан, Фло и Болонья в крайнем случае.

Катя сжала губы, готовясь отстаивать свое мнение. Нина попыталась вторить мужу.

- На всякий случай, Кать…

- Она справится, - перебил я. - Поступит в Милан.

Все на секунду замолчали. Нина посмотрела на меня с лёгким удивлением, отец - с интересом.

Только Матвей потерял интерес и весь свой энтузиазм направил на картошку и жареные колбаски.

Катя чуть прищурилась, будто пыталась понять, серьёзно я или просто ляпнул.

- Спасибо, - тихо проговорила она.

Я пожал плечами и отвёл взгляд.

Лучше не смотреть на нее слишком долго, а то опять начну вспоминать нечто неприличное и несвоевременное. Я дёрнул уголком губ, принимая Катину благодарность, и тоже стал тыкать вилкой в колбаски на тарелке.

- А ты, сын? - вдруг спросил отец.

Да, отличный маневр, Лев. Отвлечь внимание от Кати на себя, как будто отец забыл бы меня допросить и без этого.

- Какие у тебя планы?

Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как внутри поднимается привычное раздражение.

- Не знаю. Я пока думаю.

- О чём?

- О жизни. О будущем.

Папа усмехнулся.

- Опять? Ты так часто думаешь о жизни и будущем. Может, стоит попробовать поступить на философский?

Пришла моя очередь сжимать губы и раздраженно выдыхать.

Нина мягко вмешалась, сглаживая:

- Лев, и правда. Может, тебе тоже попробовать поступить? Если вы с Катей будете учиться вместе…

- О, мам, перестань, - вмешалась Катерина. - Мне не нужна в универе двухметровая нянька. Я уже взрослая.

Катя посмотрела на меня, снова нуждаясь в поддержке, но в этот раз я был готов встать на сторону Нины. Катерина, конечно, совершеннолетняя, но не очень взрослая. Представив толпу отутюженных миланских придурков, которые будут крутиться вокруг нее, я напрягся.

- У меня не сложилось с науками, - проговорил я нейтрально. - Не уверен, что хочу учиться.

- Пора хоть в чем-то определиться, Лев, - сказал отец. - Нельзя всё время плыть по течению.

Я сжал челюсть. Пауза повисла в воздухе, плотная, тяжёлая.

Катя молчала, но я чувствовал - слушает.

- Я разберусь, - коротко сказал я.

Отец кивнул, принимая ответ, но не соглашаясь. Матвей уронил на колени спагетти, и Нина стала помогать ему почистить штаны. В этот момент мелкий пожелал сок. Богдан велел жене сидеть, и сам пошел на кухню.

Разговор свернули. Все сделали вид, что всё в порядке. Ужин продолжился.

Но внутри у меня полыхал огонь, и хотелось скорее свалить от неудобных вопросов и взглядов.

Я доел быстрее всех.

- Я к себе, - сказал, вставая из-за стола.

Отец не оценил мою попытку дезертировать, но Нина быстренько сказала:

- Давай. Отдохни после дороги. Выспись как следует.

Я вышел из столовой, поднялся по лестнице и закрыл за собой дверь.

Тишина накрыла сразу. Я сел на кровать, провёл руками по лицу и медленно выдохнул. Сбежал я удачно, но зря. Придется поговорить с отцом и Ниной. Мне нужно объясниться.