Алексей Ворм Такси

Глава 1. Вертушка детства

Красная Поляна. Туристическая база. Меня укачало в вертолёте Ми-6 — я смотрел в маленькое окно на горы, а папа держал за плечо, чтобы не упал.

Потом мы приземлились. Я выскочил на воздух и побежал. У меня была палка — простая, деревянная, нашёл у крыльца. Я бегал по базе, держал палку как руль и развозил выдуманных пассажиров.

Кого — не помню. Выдумывал на ходу.

Помню ощущение: я нужен. Я везу людей.

---

Прошло много лет. Я вырос, отслужил, работаю на основной работе — кормит, но не греет.

14 апреля 2026 года я приехал в таксопарк после ночной смены. Прошёл анкету, службу безопасности. Мне сказали: «Идите выберите машину, которая понравится. Посидите внутри».

Я ходил между рядами, трогал ручки, заглядывал в салоны. Думал: «А вдруг не получится?»

Планировал взять на три дня. Просто попробовать.

Выбрал одну. Отошёл, посмотрел на другую.

Позвонил менеджер: «Машину выбрали?»

Назвал номер.

Обратной дороги не было.

---

Сейчас я работаю на арендованной Chery Artizo 8. Плачу 3300 рублей в день. Почти половина ночной выручки.

Но каждая поездка — это возвращение в то детство, где я с палкой бегал по турбазе и развозил никого.

Теперь пассажиры настоящие. И иногда улыбаются.

Глава 2. Выезд разрешён

Я не планировал, что такси станет главным. Оно было страховкой. Планом Б.

За две недели до этого я работал по графику «день — ночь — отсыпной — выходной». Ипотека, счета, продукты. Стабильность, знаете ли. Внутри, под рёбрами, жило смутное: я могу больше. Но если основная работа рухнет, у меня останутся пустые руки и кредитная история.

Я выбрал таксопарк «Гараж Worms» — без залога, посменная аренда. Договор подписал в приложении, даже не распечатывая. Юридическая сила — по СМС.

---

Первый раз сел за руль арендованной Chery Arrizo 8. Салон пах новой тканью и чужим освежителем. Ключ тяжёлый, с кнопкой автозапуска. Двигатель завёлся — я выдохнул.

И затрясся. Не от холода. От страха.

Первый заказ пришёл через десять минут. Маленькая иконка на экране: подача к дому, две минуты езды. Я нажал «Принять» — и внутри всё оборвалось. Горло сжалось. Я вдруг понял, что не помню, где у этой машины поворотники. Что не знаю, как открыть багажник. Что я — идиот, который взял машину в аренду, а теперь везёт живого человека.

Женщина села на заднее сиденье, достала телефон. Всю дорогу смотрела в экран, не поднимая головы. Она не знала, что для меня это экзамен. Что пальцы впились в руль так, что костяшки побелели. Что я боялся затормозить резче, чем нужно.

Я смотрел на неё в зеркало. Лицо усталое, под глазами синие круги. Может, она возвращается с ночной смены. Может, едет к больной матери. Может, просто хочет, чтобы её не трогали. Я не спрашивал. Просто вёз.

— Приехали, — сказал я осипшим голосом.

— Спасибо, — ответила она и вышла.

Первый заказ. Первые деньги. Законные.

Не считая дочки, которую я отвёз утром в институт — но та поездка была не за деньги. А это — первый реальный заказ.

Я отключил поиск, съехал на парковку и пять минут просто сидел, глядя в одну точку.

---

Первые дни — хаос. Я брал все заказы подряд: короткие по 200 рублей, средние по 400, редко — дальние. В пятницу, в первый вечер, сделал восемь заказов. Выручка — около четырёх тысяч на руки. Казалось, что гребу лопатой.

Потом вычел аренду. 3300.

Потом бензин.

Потом комиссию сервиса.

Чистыми осталось пятьсот рублей. За четыре часа работы.

Я не расстроился. Я понял.

Такси — это не «покатался и заработал». Это математика. И каждый день один и тот же вопрос: сколько часов я готов вытянуть, чтобы закрыть аренду?

---

А через три дня случился первый дальний. Пресненский Вал — неизвестная улица в области. Полтора километра до пассажира, потом трасса, деревья, редкие заправки. Чек — 1250 рублей.

Я улыбнулся и поехал.

На обратном пути поймал ещё один длинный заказ — в Пушкино, почти на час. Ещё 1390.

Домой вернулся в полдень. Выручка за смену — 3627 рублей на руки. Четыре с половиной часа. Чистыми, после аренды и бензина — около тысячи пятисот.

Маленькая победа. Личная.

Я сидел в машине, смотрел на статистику и думал: «Я сделал это. Не на основной работе, где график выжимает как лимон, а здесь — в тачке, с телефоном на панели и бесконечной жёлтой лентой дорог».

Такси оказалось не просто работой. Это был способ убежать от предсказуемости. От кабинета, от начальника, от чувства, что ты — винтик.

Здесь ты — барин. Включил поиск — получаешь заказы. Выключил — спишь.

Правда, цена этой свободы — аренда, бензин и дни, когда за четыре часа не набираешь даже на ноль.

---

Сейчас час ночи. Завтра у меня основная работа с семи утра. Я должен спать. Но вместо этого пишу.

Потому что такси — это не только проезд и деньги. Это ещё и про людей. Про города, которые раскрываются ночью совсем иначе. Про чувство, когда ты один, а вокруг — весь мир.

Увидите жёлтую «Шери» с шашечками — может быть, это буду я.

Выезд разрешён. Поехали.

Глава 3. Первый платный

Пассажиров я уже возил. Дочь, друзей, знакомых. Но впервые в жизни кто-то сел ко мне в машину и заплатил за это деньги. Это было иначе. Это было всерьёз.

Самый первый пассажир был не за деньги. Я вёз дочь Дашу от дома до института. Просто папа, который подвозит. Она вышла, хлопнула дверью, помахала из-за стекла — и ушла.

В салоне ещё витал её цветочный запах. Я посидел двадцать секунд. Потом перегнал машину к карману, подальше от перехода.

Вышел. Утро свежее, но не холодное. Закурил, опершись о дверь. Мимо прошла женщина с корги — собака деловито цокала когтями. Я докурил, затушил бычок в новую пепельницу.

Сел обратно. Нажал «Выйти на линию».

Экран моргнул — и сразу звонок. Короткий, резкий, как укол. Я ткнул пальцем — не с первого раза, пальцы дрожали. Навигатор проложил маршрут.

Поехал.

---

Пассажирка ждала у подъезда. Женщина средних лет, чёрная куртка, сумка через плечо. Я аккуратно припарковался. Она села сзади — скрипнула обивка.

— Добрый день, — сказал я. Старался, чтобы голос звучал уверенно.

— Добрый, — ответила она и назвала адрес.

Навигатор показал двадцать километров. Я подумал: ничего себе, первый нормальный заказ — и сразу дальняк.

Плечи напряжены, челюсть сжата. Потом отпустило. Я старался не дёргать, плавно разгонялся, заранее сбрасывал скорость.

Один раз проехал по автобусной полосе — не специально, просто не сориентировался. Надеюсь, камеры не заметили.

Разговора не получилось. Женщина смотрела в телефон — я видел отблески на потолке. Я смотрел на дорогу. На заднем сиденье тихо, только шум шин и щелчки поворотников.

Я смотрел на неё в зеркало. Лицо усталое, под глазами синие круги. Может, она возвращается с ночной смены. Может, едет к больной матери. Может, просто хочет, чтобы её не трогали. Я не спрашивал. Просто вёз.

---

Довёз. Навигатор сказал: «Вы прибыли». Я остановился.

В окошке приложения высветилась сумма: 1100 рублей. Комиссия Яндекса — 287. Комиссия таксопарка — 48.

Я смотрел на цифры и понимал: работает. Система работает.

Пассажирка вышла. Поблагодарила. Кивнула и ушла, не оглядываясь.

---

Потом я поставил маршрут к дедушке — просто по делам. Выехал со двора — и снова звонок. Новый вызов.

Я не глядя нажал «Принять». И только потом сообразил: я еду в одну сторону, а пассажир ждёт в другой. Геолокация — штука честная. Он увидел, что машина удаляется, и отменил заказ.

Экран погас. Тишина.

Я выдохнул. Сжал руль, разжал пальцы. Поехал к дедушке.

---

Волнительно было. Но совсем не так страшно, как я себе представлял. Мне казалось, будет хуже — запутаюсь в навигаторе, пассажир нагрубит, я что-то сломаю. Ничего такого не случилось.

Чувство странное: вроде бы сделал дело, а осадок остался. Как будто съел что-то безвкусное — сытно, но не вкусно.

Первый настоящий пассажир. Не дочка. Не знакомый из соцсетей. Просто человек, который заплатил за поездку и ушёл.

Двадцать километров. Одна ошибка на автобусной полосе. Один отменённый заказ.

А в голове — одна мысль: «Получилось».

Но почему-то не понравилось.

Глава 4. Бюрократия и чиновники

Я думал, самое сложное — это первый заказ. Я ошибался.

На второй неделе в приложении «Яндекс Про» загорелось жёлтое предупреждение: «Разрешение перевозчика не подтверждено». Заказы пока давали, но система намекала: исправь, или будет поздно.

Я решил не рисковать.

Подал заявление через mos.ru. Приложил договоры, паспорт, права. Через день пришёл отказ: «Обращение лица, не являющегося получателем государственной услуги».

Я перечитал пять раз. Ничего не понял. Позвонил в поддержку. Девушка вежливо объяснила: вы не указали номер записи автомобиля в региональном реестре такси. Без него мы не знаем, к какой машине привязать разрешение.

— А где взять этот номер?

— В договоре с таксопарком.

Я открыл договор. Пролистал восемь страниц. В пункте 1.1 мелким шрифтом: «номер реестровой записи: 128128-1».

Я проглядел его. Буквально пробежал глазами. И чуть не провалил всё из-за одной строчки.

---

В тот же день подал новое заявление. Указал номер 128128-1. Добавил флажок «получить выписку из реестра». Теперь — жди.

Чиновники работают неспешно. «Срок — до пяти рабочих дней», — написал консультант. Я перевёл: жди неделю, а то и две.

Я представлял, как мои документы лежат в папке на столе в кабинете на Варшавке. Чиновник пьёт кофе. Чиновник говорит по телефону. Чиновник не торопится. А я не могу получить высший приоритет, пока не пришлют бумагу.

Коллега по «Гаражу Worms» сказал: «Ты слишком нервничаешь. Это просто формальность». Я промолчал. Формальность может длиться вечно, когда ты зависишь от чужой подписи.

---

Пока разрешение не пришло, приложение придумало новое испытание. В разделе «Диагностика» загорелось: «Фотоконтроль брендинга не пройден. Приоритет временно не действует».

Я сфотографировал машину со всех сторон. Отправил. Через час пришёл отказ: «Брендирование данного типа неактуально».

— Что значит «неактуально»? — спросил я в чате поддержки.

— На вашем автомобиле отсутствует оклейка заднего стекла. Подъезжайте на Варшавское шоссе, 170г, мы наклеим.

Я поехал. Техцентр — серое здание за забором, очередь из жёлтых машин. Механик в жилетке «Гараж Worms» кивнул на свободный бокс:

— Десять минут.

Мне наклеили на заднее стекло прозрачную плёнку с логотипом «Яндекс.Такси / Комфорт+». Я снова сфотографировал. Отправил. Через час пришло уведомление: «Фотоконтроль пройден. Приоритет восстановлен».

— Теперь вы в топе, — улыбнулся механик. — Система будет давать заказы в первую очередь.

Одна головная боль ушла. Осталась другая.

---

Разрешение пришло на пятый день. Файл PDF, две страницы. Герб Москвы вверху, электронные печати и долгожданная фраза: «Предоставить разрешение на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси».

Я загрузил файл в «Яндекс Про». Система подумала секунду и выдала: «Разрешение перевозчика подтверждено».

Жёлтое предупреждение погасло.

Я сидел в машине, смотрел на телефон и чувствовал странное облегчение. Бюрократия — это такая же дорога, как МКАД. Только вместо бензина — нервы. И никакого навигатора.

Теперь я официально легален. Никто не может спросить: «А почему без бумажки?»

Я завёл двигатель, включил «Поиск заказов» и поехал в ночь.

Выезд разрешён. Только теперь — официально.

Глава 5. Дождь, Шереметьево и правильное решение

Воскресенье. Серое небо, мелкий дождь.

Я выехал в десятом часу. Дворники шлёпали в такт, в динамике играло Relax FM — тихо, почти фоном.

Первый заказ пришёл быстро. От улицы Костикова до Шереметьево, терминал С. Пассажир — мужчина лет сорока, в кожаном портфеле и с дорогими часами. Сел на заднее сиденье, молча кивнул, уткнулся в телефон.

Я смотрел на него в зеркало. Лицо спокойное, без эмоций. Может, летит в командировку. Может, возвращается к семье. Может, просто хочет поспать полчаса в тишине. Я не спрашивал.

До Шереметьево доехали быстро — дождь разогнал пробки. Он расплатился картой. Через минуту телефон пиликнул: «Пассажир оставил вам 61,50 чаевых».

Мелочь. Но приятная. Значит, не зря я протирал салон.

---

Второй заказ пришёл из Химок, микрорайон Подрезково. Короткая поездка, 270 на руки. Пассажир спешил, почти выбежал из машины на ходу. Я не обиделся. Такие заказы просто держат колёса в движении.

Закончил смену около полудня. Два заказа, 1023 на руки. Не рекорд, но плотно, без простоев.

Дома я рухнул на диван и закрыл глаза. Ночная смена на основной работе давала о себе знать. Тело было чужим. Как будто его выжали, высушили и набили ватой. Я смотрел в потолок и не мог понять — я только что работал или это мне приснилось? Глаза горели, но веки не закрывались. Мысли ехали по кругу: аренда, бензин, завтра, снова аренда. И не было кнопки «стоп».

Я знал, что многие водители сейчас скажут: «Давай, дождь — самое время зарабатывать». Но я вспомнил своё правило: не бежать за длинным рублём в ущерб сну.

И свой рейтинг — 5.0. Пассажиры хвалили за комфорт. Я не хотел ронять планку из-за того, что засну на светофоре.

Многие так выгорают: сутками работают, срываются на пассажирах, получают низкие оценки, уходят в минус. Я не хотел стать таким.

Поставил будильник на 16:00. Отключился.

---

Проснулся за пять минут до сигнала. Дождь не стихал — становился только сильнее. Значит, вечером заказов будет много.

Снова завёл машину. Включил ту же радиостанцию — спокойную, фоновую.

Вечер воскресенья — время возвращений. С дач, из гостей, из аэропортов. Я взял три заказа, в том числе один длинный — до Долгопрудного.

Закончил в десятом часу. Выручка за вечер — почти 2500 на руки. Чистыми, после аренды и бензина — около тысячи.

---

Система не обманывает. Если работаешь на свежую голову, берёшь длинные заказы и уважаешь себя — деньги приходят. А если пытаешься выжать из организма больше, чем он может, — рано или поздно сломаешься.

Я выключил зажигание. Посидел в тишине. Дождь барабанил по крыше. Город шумел где-то за окнами.

Я чувствовал усталость. Но не ту, выматывающую, а здоровую — после хорошей работы.

Завтра у меня основная смена с семи утра. Значит, сегодня — спать. И точка.

Это моё главное открытие третьей недели: иногда лучший заказ, который ты можешь взять, — это отбой.

Глава 6. Шереметьево. Отстойник

Суббота, ночная смена на основной работе. С 19:30 до 7:30. Двенадцать часов за монитором, бумажки, согласования. Глаза слипаются.

Я решил: не заходить домой. Сразу сесть в такси.

Вышел во двор, завёл Chery. Салон ещё хранил утреннюю прохладу. Посмотрел на себя в зеркало — помятый, небритый, но глаза горят.

Поехал.

Практически сразу пришёл заказ. С Второй Черногрязской до улицы Костикова. Там ждала девушка. Вышла из подъезда с большим чемоданом на колёсиках, тёмная куртка, наушники в ушах. Я открыл багажник, закинул чемодан — тяжёлый, с трудом поднял. Села на заднее сиденье, даже не вынув наушники:

— В Шереметьево, терминал С.

Поехали. Она смотрела в окно. Иногда что-то печатала в телефоне. Я не лез. Моё дело — довезти.

Я смотрел на неё в зеркало. Лицо спокойное, но взгляд напряжённый. Может, боится опоздать на рейс. Может, летит к любимому. Может, наоборот — сбегает от кого-то. Я не спрашивал.

Через сорок минут — терминал С. Люди с чемоданами, стеклянные двери ходят туда-сюда. Я помог достать чемодан. Поблагодарила. «Счастливого полёта», — сказал я. Ушла, не обернулась.

Тысяча четыреста рублей.

---

А дальше я узнал то, чего не знал.

Шереметьево. Для таксистов там устроена парковка — я назвал её «отстойник». Девушку я отвёз, а потом система сказала: заезжай на парковку, под шлагбаум, и сразу выезжай.

Я заехал — чип сработал, шлагбаум поднялся. Парковка пустая, несколько такси. Выехал — шлагбаум снова поднялся.

Позже я понял: это идентификация. Ты заезжаешь — система тебя видит. Выезжаешь — понимает, что ты свободен. Если останешься — будешь ждать заказ на прилёт. Но тогда я этого не знал. Просто выехал и поехал в сторону дома.

---

Очень хотелось в туалет.

Терпел, сколько мог. Заехал на бензоколонку. Пусто, только фура на дальней колонке. Припарковался, забежал внутрь. Туалет оказался чище, чем я ожидал. Вышел, помыл руки.

Только вышел — телефон завибрировал. Новый заказ. Нажал «Принять». Поехал.

Завтрак на заправке, десять минут отдыха — и снова на линию. В этом вся жизнь таксиста.

Глава 7. Айтишники и снегопад

Из туалета на заправке — сразу на вызов. Адрес: придорожный отель. Огромная парковка, тусклый свет у входа. У крыльца стояли двое. С перегаром, устойчивым таким, въевшимся.

Мне показалось — айтишники. Один в толстовке, другой в ветровке. Оба с рюкзаками. Сели на заднее сиденье, загалдели. Спринты, дедлайны, ревью — я их не слушал. Включил музыку фоном, почти неслышно.

Довёз из одного отеля в другой. Минут пятнадцать. На выходе даже не попрощались. Я смотрел им вслед в зеркало: они шли, спотыкаясь, и обсуждали спринты — будто не выпили, а просто пришли с митинга. А я сидел и думал: как же у вас так получается — работать, пить и при этом не сойти с ума? Или я уже сошёл, но просто этого не замечаю?

Четыреста рублей.

Потом было ещё два утренних заказа. Какие — не помню. Устал так, что всё смешалось.

Поехал домой спать.

---

Встал в шесть вечера. Сон был тяжёлый — голова гудела, как после похмелья. Кофе, душ. Оформил смену в приложении. Заказ не приходил пять, десять, пятнадцать минут.

Начал нервничать. Написал в поддержку. Через несколько минут ответили: смену открыли, заказ прислали.

Выехал в половине девятого. Уже темно. Фонари горят, моросит дождь.

А потом пошёл снег. Сначала редкие снежинки, потом гуще, потом настоящий снегопад. Дворники на полную.

---

Первый заказ: нянечка. Добрая женщина, с большим пакетом. Вез её от Редсайда до улицы Кашенкин Луг. Всю дорогу благодарила, что приехал быстро.

Практически сразу — второй заказ. На том же Кашенкином Лугу. Мужчина средних лет, в деловом костюме.

— В Шереметьево. Спешу.

Я кивнул. Система попросила оплатить платную дорогу самому. Я оплатил. Потом спросил:

— Опаздываем?

— Нет, — ответил он. — Не опаздываем.

Я вообще не спрашиваю «торопимся или нет». Еду в своём режиме. Плавно, без рывков. Даже если у самого голова кругом.

Довёз до терминала В. Выскочил, портфель — и всё. Даже чемодана не было. Поблагодарил и убежал.

---

Опять отстойник в Шереметьево. Заехал, проехал пустую парковку, выехал. Сходил в туалет — там, оказывается, есть маленькое здание прямо на парковке. Покурил у машины, стоя под фонарём. Снег падал на плечи.

Система опять завела меня в отстойник. Заехал, завершил маршрут — и сразу пришёл заказ уже на прилёт. Нужно было доехать до парковки Б-16. Там стояла колонна машин — Майбахи, Мерседесы, чёрные, тонированные. Без шашечек. Водители в костюмах. Бизнес-класс. Я на их фоне — как дворник на балу.

Нашёл нужный выход. Ко мне села девушка. Молодая, весёлая, с двумя сумками. Всю дорогу смеялась, общалась с мамой по видеосвязи, показывала Москву в окне. Потом звонила дочке: «Я скоро буду, купила тебе подарок».

Я смотрел на неё в зеркало. Живая, тёплая. Ей нравится эта поездка. Мне тоже.

Довёз до Войковской. «Спасибо, очень приятная поездка». Помахала и ушла к метро.

---

По дороге взял ещё одного — мужчину в робе. От Войковской до улицы Зои и Александра Космодемьянских. Десять минут. Заплатил наличными — семьсот рублей. «Хорошей смены», — сказал.

Снова в сторону дома. Новый заказ: парнишка в наушниках. От улицы Космодемьянских до Можайского шоссе, 44. Всю дорогу смотрел сериал. Я не мешал. Заплатил 1400 за «Комфорт+».

Система продолжала подкидывать заказы, не успеваю завершить старый — новый уже пришёл.

Потом был мужик с «ТикТоком» на полную громкость. Песенки менялись каждые пятнадцать секунд. Я стиснул зубы, промолчал. Пассажир всегда прав. Почти всегда.

Довёз его до военной части в Кубинке. Темно, незнакомые улицы, только КПП светится вдали. 1400 рублей. «Бывай».

---

Глаза слипались. Снег всё шёл. А впереди была Кубинка, бензин на нуле и долгая дорога домой.

Глава 8. Кубинка. На нуле

От военной части в Кубинке — до другой стороны Кубинки. Десять минут по пустым улицам. Молчаливый мужчина. Короткая дорога, четыреста рублей.

Потом пришёл заказ на девчонку. Половина второго ночи. Сбитая геолокация, военная часть. Еле нашёл — ехал уже не по навигатору, а по карте. Несколько раз проехал мимо нужного дома. Двор тёмный, без фонарей.

Остановился на обочине, вышел. Посмотрел по сторонам — никого. Позвонил:

— Вы где?

Она объяснила. Я наконец понял.

Подъехал. Она вышла из подъезда — уже не чаяла меня дождаться.

— Слава богу, думала, не приедете.

Из Кубинки до Акулова. Дорога короткая. Вышла, поблагодарила. Поехал дальше.

---

Тогда я заметил: лампочка бензина на приборке. Стрелка упала почти до нуля.

Сердце забилось чаще.

Погода стала ухудшаться. Снег повалил густо, дворники не справлялись. На дороге — каша из снега и дождя, скользко, опасно.

Я вышел с линии. Не стал принимать новые заказы. Главное — дотянуть до заправки.

Другой дороги не было — только платка. Поехал по ней. Дорога жестокая: снег валит, разметку не видно, колея глубокая. Перестраиваться из полосы в полосу — сложно. Машину вело. Я держал руль обеими руками.

Сначала думал: правильно, что поехал по платке. Дорога прямая, ехать проще. Потом понял, что на платной заправок нет. И начал переживать по-настоящему.

До бензоколонки не дотяну? Останусь посреди трассы с пустым баком? Буду звонить диспетчеру, объяснять, почему не могу доставить заказы?

Выехал с платки. Шлагбаум, касса. Заплатил 260 рублей — практически последние.

На душе стало тоскливо.

---

Доехал до заправки. Заехал на свободную колонку, заглушил двигатель. Вставил шланг в бак, включил автоматом. Пошёл оплачивать.

— Мне на тысячу, девяносто пятого, — говорю кассирше.

— Так вы его включили. У вас уже на 2000 залилось.

У меня глаза округлились. Я выбежал на улицу, дёрнул рычаг — колонка всё ещё качала. Девушка вышла из кассы:

— Я остановила с пульта. Не переживайте.

В кошельке оказалось больше двух тысяч — просто забыл про наличку от вечерних заказов. Рассчитался, залил полный бак.