Алексей Шипицин Снежка

— Они как зомби, — прошептала пораженная Снежка.

— Может, их напоили чем-то? — предположил Рик. — У них начисто отсутствует инстинкт самосохранения. Что за массовое безумие и коллективный суицид?

— А смысл в чем? Пришли, напали, все погибли. Зачем? О чем их начальники думают? Никакой логики!

Вскоре в живых не осталось никого из сумасшедшего отряда, так неожиданно выскочившего на поляну и вероломно напавшего на мирных жителей. Но и защитники деревни не прыгали и не кричали от радости, не праздновали победу. Слишком дорогой ценой она им досталась. Их вождь, так успешно организовавший и возглавивший оборону, получил несколько тяжелых ран и, судя по всему, был при смерти. Соратники отнесли его в дом на импровизированных носилках. Вся деревня погрузилась в печаль…

Поле битвы опустело, убитых и раненых унесли, только многочисленные трупы врагов остались лежать неубранными. Стая ворон медленно кружила над обширной поляной, постепенно опускаясь все ниже, явно готовясь к пиршеству.

— Да, Вираж, ты прав, — грустно сказала Снежка. — Сегодня у них будет повод собраться. И это будет печальный повод. Неужели они всегда так живут?

— Как? — не понял Рик.

— Нападают, воюют, погибают… — объяснила она.

— Ты же прекрасно знаешь, что история всех цивилизаций это непрерывные войны.

— Знаю, — кивнула Снежка. — Но одно дело знать, а совсем другое своими глазами увидеть этот ужас.

— Ну, считай, что сегодня ты побывала на уроке истории…

— И все равно не понятно, в чем смысл этого нападения? — Снежка посмотрела на Рика таким взглядом, как будто это именно он был виноват, самолично узаконив такое неразумное развитие разумных цивилизаций. — Или они еще не очень далеко ушли от первобытного состояния, так что звериные инстинкты по-прежнему сильны? Не дают им спокойно жить? Вот и грызутся, вот и дерутся. Воюют.

— Да какие звериные инстинкты? — не согласился Рик. — Ты о чем говоришь? Звери не нападают на себе подобных!

— Да, ты прав. Самый страшный зверь это человек, — задумчиво сказала Снежка. — И не только здесь. Так во всей вселенной. Дай бог, чтобы через века, к тому времени, когда они изобретут атомную бомбу и выйдут в космос, их натура изменилась…

…Изображение на мониторе вдруг снова задергалось, картинки замельтешили, как в калейдоскопе.

— Что происходит? Снова кто-то камень запустил? — Снежка перевела взгляд на экран.

— Нет, вороны напали, — объяснил Рик, судорожно пытаясь вывести дрон из-под массированного удара. — В гриль всех отправлю! На шампурах поджарю! Чужака опознали. Мальчишка своим камнем, видимо, настройки голограммы повредил. Я же не виноват, что с достижениями генной инженерии и биотехнологии они не знакомы, и ворона с четырьмя несущими винтами и встроенной видеокамерой их ввергла в состояние агрессии.

И в самом деле, даже вороны поняли, что помесь дрона и птички — нонсенс. Хотя справедливости ради надо отметить, что поняли не сразу. Зато потом дружно набросились всей стаей. Да с таким энтузиазмом, что бедному дрону-самозванцу мало не показалось.

Последнее, что они увидели на экране — крупный план зарослей травы.

— Все, нет больше дрона, — вздохнула Снежка.

— Он еще работает, только летать не может, — Рик показал на экран, который по-прежнему показывал зеленую траву, слегка шевелящуюся от ветра, и даже каких-то мелких насекомых. — Видеосигнал идет, аудио тоже работает.

— Ну, от видео никакой пользы нет, как трава выглядит, я знаю, да и местные жуки меня сейчас меньше всего интересуют, — сказала Снежка. — А вот микрофон нам еще пригодится.

— Зачем? — не понял Рик.

— Рядом все военачальники деревни собрались, обсуждают битву. Надо послушать. Может быть, поймем, что здесь происходит.

Микрофон в самом деле еще работал, но с огромными помехами. Снежке пришлось надеть гарнитуру лингватора, чтобы хоть что-то разобрать.

Там и в самом деле начинался импровизированный митинг.

— Ну, о чем они говорят? — теребил ее Рик.

— Да помолчи, не мешай. И так почти ничего не слышно! До чего же странный язык…

Но, видя его нетерпение, сжалилась и занялась синхронным переводом:

— Значит, так. Уже через несколько часов здесь будут основные силы врага. Огромное войско. Не знаю, какой численности. Они называют его «тьма». И, насколько я могу судить, это очень много. Сейчас же напал небольшой разведывательный отряд. Дальше… Их вождь при смерти. Если уже не умер. И теперь некому вести их в бой, некому командовать. Сам понимаешь, средневековье, дикость. Все завязано на одного человека. Погибает вождь, и сдается вся армия… Но эти, кажется, сдаваться не собираются. Они называют его «воевода» или «сотник».

— Понятно. Значит, сотней бойцов командует, — сообразил Рик.

— Надо же, хоть какая-то логика присутствует. А я думала, совсем пропащий, — не упустила случая съязвить Снежка.

— Ну да, в битве примерно столько деревенских и участвовало, — он уже не обращал внимания на ее колкости.

— Нет, это у него только звание такое. А воинов на самом деле гораздо меньше. Гарнизон крепости небольшой, воюют в основном ополченцы-добровольцы.

— Да, я это заметил во время боя. Большей частью партизаны.

— Они разослали гонцов во все ближайшие поселения, но никто не успеет подойти на помощь. Еще вчера разослали, когда о приближении вражеского войска стало известно. Ты был прав, пограничные заставы успели предупредить. А того, кто им на помощь должен прийти, они зовут «князем». У него в подчинении несколько таких сотников. А все большое княжеское войско называется «дружина». Так вот, у князя есть и конница, и пешие ратники. Их много, — она отложила гарнитуру лингватора в сторону. — Все, они закончили разговор и разошлись.

— Много это сколько? — тут же спросил Рик. — Если у этого самого князя, как ты сказала, несколько сотников… Ну даже если десять, то можно предположить, что во всей княжеской дружине никак не больше тысячи воинов. Но этого мало! Ты же видела, враги хуже зомби, их явно чем-то напоили. Сама подумай, если это был только передовой отряд врагов, то по идее они должны были провести обычную разведку боем, выяснить особенности обороны и отступить. Все! И дожидаться подхода основных сил. А вместо этого они предпринимают какую-то психическую атаку и дружно все погибают. Точно психи! И что же будет, когда все их войско здесь окажется?

— Самое страшное не в этом, — тихо ответила Снежка. — Я так поняла, что в принципе даже не один князь со своей дружиной должен был бы подойти. Таких князей несколько, и все они родственники. То есть объединенное войско достаточно большим получается. И вполне боеспособным. Но… Наши местные друзья боятся, что никто к ним на помощь так и не придет.

— Как? Почему? — не понял Рик.

— Потому что эта деревня… Они ее называют «крепость»…

— Какая же это крепость?! — удивился Рик. — А где замок? Где каменные стены, ров с мостом? Ну, крепость так крепость. Им виднее.

Обычная стандартная деревня переходила в категорию крепости, судя по всему, после того, как вокруг нее возводился сплошной высокий частокол из толстых заостренных сверху бревен. Здесь таковой существовал, поэтому гордое название «крепость» они использовали, видимо, с полным правом.

— Так вот, — продолжила Снежка. — Крепость эта стоит на самой границе их земель. И князь… Или все князи… Одним словом, ее могут принести в жертву, а генеральное сражение захватчикам дать на более удобном месте. Такое уже бывало. Поэтому задача этих воинов — задержать нападающих. И все…

— И все? — Рик удивился отсутствию эмоций в ее голосе. — Получается, что буквально через несколько часов они все погибнут?

— Ну да. Зато выиграют время, княжеские дружины успеют соединиться, занять выгодную позицию и в результате разобьют врага. Страна будет спасена. Ценой жизни защитников одной крепости. Поэтому они становятся кем-то вроде смертников.

— И ты так спокойно об этом говоришь?

— Вираж, ты же сам сказал, что это урок истории. И ты совершенно прав. Такое происходило бесчисленное количество раз в бесчисленном количестве цивилизаций. И будет происходить снова и снова. Мы ничего не можем исправить…

— Но так не должно быть! — воскликнул Рик.

— Вираж, тебе не кажется, что мы поменялись ролями? — усмехнулась Снежка. — Еще немного, ты и слезу пустишь. Ладно, будем считать, что наш дрон приказал долго жить.

— Да, — кивнул Рик. — Получается, что мы остались слепыми…

— Почему же, — не согласилась Снежка. — Я сейчас запущу стратосферный зонд. Видимость еще лучше будет, тем более небо безоблачное. И, главное, он работает во всех диапазонах излучений. А ты пока перенастрой экраны сферовизора и запусти многоканальный ретранслятор…

Снежка активировала зонд, пошел процесс синхронизации системы наведения. Она отрегулировала параметры, чтобы зонд смог смотреть на строго определенную точку, постоянно делая поправку на скорость воздушных потоков в верхних слоях атмосферы.

— У меня все готово!

— У меня тоже, — отозвался Рик.

— Надо же, удивил. Неужели справился? Иногда с тобой даже приятно иметь дело. Жаль, что очень редко… Ладно, включай. Посмотрим…

Экраны несколько раз мигнули, потом изображение стабилизировалось. Появилась деревня со всей прилегающей территорией.

— Смотри! — Рик показал на ту самую девушку с длинной косой. Качество картинки на экране было отличным. Он смог даже разглядеть красивые разноцветные камешки в заколках на ее голове.

Девушка пыталась выйти за частокол, ограждавший крепость, но ее не пускали несколько воинов.

Снежка вздохнула и объяснила:

— Они это обсуждали, еще когда я слушала. Сестра видела, как преследователь бежал за ее братом и как попал ему в спину двумя стрелами. Этот мальчишка оказался единственным, кто погиб не на поле боя, а вдали. Вот она и хочет пойти за его телом. Найти, принести, похоронить. Но старейшины запретили.

— Как запретили? Почему? — удивился Рик.

— Ну, не совсем запретили, — уточнила Снежка. — Пока. Они боятся, что в лесу полно вражеских шпионов. И ее поймают. А охрану ей пока выделить не могут, все заняты подготовкой к новой битве.

— Но ведь он еще может быть жив! — воскликнул Рик.

— В том-то и дело. И вообще… Даже если он погиб, еще есть время, пока полная децеребрация не наступила. Надо только реабилитацию вовремя успеть провести. Вот что, переведу-ка я сигнал в инфракрасный диапазон. Пусть наш сферовизор поработает как тепловизор…

— Слушай, а если они правы, и шпионы дикарей на самом деле бродят вокруг? — вдруг с тревогой спросил Рик.

— И что? — Снежка работала с настройками приемника сигнала зонда и всем своим видом продемонстрировала, что нечего ее отвлекать всякими глупостями.

— Значит, они и нас могут обнаружить!

— Не переживай. Я защитное поле активировала. И голограмму, — она все-таки отвлеклась, чтобы успокоить по-настоящему разволновавшегося Рика. — Так, на всякий случай. Если и обнаружат, что они увидят? Большой серый камень, заросший мхом. И все. Ну, даже не камень, а скалу. Могут и потрогать, и постучать, убедятся, что он твердый и холодный. Поле сработает. Ладно, на всякий случай переведу его в усиленный режим. Доволен? А чтобы совсем успокоился, могу добавить, что биодатчики и датчики движения установлены в три эшелона. И непрерывно работают сканеры дальнего обнаружения. Но, вообще говоря, это стандартный режим работы любого корабля на чужой планете. Должен бы знать. Или опять лекцию прогулял? Ой!

— Что такое?

Она молча показала на экран тепловизора.

Маленькое пятнышко показывало, что мальчишка еще жив.

— Опаньки, — только и смог произнести Рик.

3. Ничего не прояснилось

— Мы должны его спасти! — сразу же заявила Снежка. — Надо ему помочь.

Причем сказано это было тоном, который не предусматривал никаких возражений.

Тем не менее, Рик попробовал рискнуть:

— Кому помочь?! Ему? Он же наш дрон сбил!

— Ну, во-первых, сбил не он, а птицы, — уточнила Снежка.

— Но начал-то он! Настройки маскировки нарушил, вот и…

— А, во-вторых, ты сам виноват. Со своей идеей насчет птички… И вообще, хороший же пацан!

— Ничего себе хороший, — буркнул напоследок Рик, в очередной раз убедившись в том, что спорить с ней бесполезно. — И как ты это собираешься сделать?

— Элементарно. Биорегенарация плюс еще кое-какие мелочи.

— У нас же биорегенератора нет!

— Стационарного нет, зато есть портативный. Его будет достаточно. Давай, тащи его сюда!

— Что тащить? Регенератор? — не понял Рик.

— Да не что, а кого. Мальчишку тащи сюда!

— Кто, я?! — опешил Рик

— А кто еще? Ну не я же, в конце концов. Ты мужик или кто?

— И не ты ли возмущалась, когда я на гендерные признаки намекал! А сама…

— Вираж, ты не намекал, ты ими попрекал. А я наоборот, рассматриваю их как твое преимущество, — возразила Снежка. Потом, смерив его ироничным взглядом с головы до ног, сама же себе и возразила: — Хотя преимуществом это трудно назвать…

Но, увидев, что он готов в свою очередь тут же предъявить как минимум парочку аргументов в ответ, моментально остановила его:

— Все, хватит! Некогда спорить. Там мальчишка умирает. Давай быстро! Одна нога здесь, другая тут.

— Это как?

— Это вот так, — и она попыталась дать ему хорошего пинка, но Рик успел увернуться.

— Понял. Уже бегу!

— Ты еще здесь?

Чертыхнувшись и помянув Снежку недобрым словом, Рик высмотрел на экране тепловизора светлое пятнышко, и тут же помянул ее еще раз — мальчишка лежал в самом низу заросшего кустами склона. Получается, что тащить его на себе придется в крутую гору. И на довольно большое расстояние.

Но, когда Снежка не в духе, с ней лучше не спорить. И вообще, лучше держаться от нее подальше. В принципе, с ней лучше вообще никогда не спорить. И всегда держаться подальше. Кто-нибудь еще бы зафиксировал это простое правило в его, Рика, голове…

— Стой! — она вдруг остановила его уже на пороге шлюза.

Передумала? Отбой операции? А он себя уже настоящим спасителем возомнил. Представлял, как выживший пацан его благодарить будет…

— Что еще? — недовольно буркнул Рик, демонстрируя крайнюю степень возмущения тем, что ему не дают выполнить столь важную миссию.

Снежка хмыкнула:

— Куда отправился в таком виде, герой-спаситель? Голограмму себе сделай. Вдруг он в сознании? А тебя увидит в спецкомбинезоне выживания в пустыне, тут же на самом деле умрет. От разрыва сердца. Я не знаю, как мы здесь оказались, но на обитаемой планете нас быть не должно! Поэтому мы не можем засветиться, нам нельзя выдавать себя. Ни при каких обстоятельствах! Понял? Ни при каких!

— Легко сказать. А у нас есть ручные генераторы? И карманные излучатели?

Она открыла боковые панели каюты, порылась там и радостно воскликнула:

— Есть! И ровно два комплекта. Оба полностью заряженные. Бери один.

— А кому второй?

— А ты как думаешь? — ехидно фыркнула Снежка. — Нас тут очень много?

— Ты себе тоже образ хочешь создать?

— Уникальная сообразительность! Даже если он сейчас без сознания, то после моих процедур в себя придет. Значит, меня в любом случае увидит. Так что мне другой облик нужен еще больше, чем тебе. Вот ты, например, кем станешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.