Убийство на троих

Наталья Александрова
Убийство на троих

В коридоре раздались приближающиеся мужские шаги. Времени на раздумья и переживания не оставалось. Шатенка выскользнула на балкон, плотно затворив за собой дверь, перелезла на соседний балкон, еще один. Здесь дверь оказалась только слегка притворена. Стараясь не шуметь, она открыла дверь и вошла в номер. Увидев, что в нем происходит, она усмехнулась: две подруги, которых она постоянно встречала в столовой, на широкой двуспальной кровати были так увлечены друг другом, что не заметили ее появления. Крадучись пройдя через их комнату, шатенка выглянула в коридор. Дверь ее номера была приоткрыта, но в коридоре не было ни души. Она добежала до служебной лестницы, сбежала по ней вниз и выскочила прямо на автостоянку. Посторонних не было видно. Открыв дверцу синего «опеля», она трясущейся от волнения рукой вставила ключ в зажигание. К счастью, мотор завелся с полуоборота.

* * *

Убедившись, что в номере никого нет, оперативники бросились вниз по лестнице: их фигурантка могла уехать из «Ольгина» только на своем «опеле», поэтому ее нужно было перехватить на стоянке.

В холле дорогу им преградили двое дюжих молодцов спортивного вида и хорошо одетый мужчина средних лет.

– Молодые люди, – процедил мужчина сквозь зубы, – я полагаю, вы не из правоохранительных органов?

– А в чем дело? – насторожились парни.

– Дело в том, что вы находитесь на территории частного оздоровительного центра, в котором я отвечаю за покой и безопасность клиентов. Вы здесь бегаете как у себя дома, задаете нашему персоналу массу вопросов, отрывая его от работы, и самое главное – беспокоя наших гостей. Сегодня три наших посетительницы покинули оздоровительный центр, не закончив курса лечения. Возможно, это случилось из-за ваших дурацких расспросов. Конечно, они уже оплатили свое пребывание, так что мы не внакладе, но они могли остаться недовольными и не приедут к нам в следующий раз. Кроме того, они могут плохо отозваться о нашем центре и не порекомендуют его своим знакомым. Вы видите – по-моему, я вам все наглядно объяснил, – что вы причинили нашему центру заметный моральный и материальный урон. Так что валите отсюда, козлы вонючие, пока мы вам ребра не переломали.

– За козлов ответишь… – начал было более молодой и вспыльчивый из оперативников, но второй придержал его за плечо: бравые молодцы, стоявшие рядом с шефом безопасности, произвели на него впечатление, кроме того, он успел обратить внимание на то, что у них неприятно оттопыриваются пиджаки в том месте, где настоящий джентльмен обычно носит пистолет.

Они и сами собирались покинуть гостеприимные стены оздоровительного центра, поэтому он, подняв руку в успокаивающем жесте, сказал:

– Все, все, шеф. Мы удаляемся. Мы были не правы, это ваша территория, нас уже нету.

– И чтобы я больше ваших морд здесь не видел! – прошипел им вслед мужчина. – И всех ребят я предупрежу, чтобы вас близко сюда не подпускали.

Оперативники выскочили из здания центра, бросились к автостоянке, но уже издали поняли, что опоздали – синего «опеля» и след простыл.

– Вот козел! – оглянувшись назад, крикнул более молодой и вспыльчивый. – Если бы он нас не задержал, мы бы ее перехватили.

– Остынь, – успокоил его напарник, – ничего бы мы ее не перехватили. Я думаю, она нас еще внизу засекла. Помнишь, там баба какая-то промелькнула?

– Нет, я не заметил.

– А надо замечать, такая у нас работа.

– Что же ты, если такой наблюдательный, дал ей уйти?

– Согласен, я тоже прокололся. Тут этих баб шляется чертова прорва, все оздоравливаются, а она описанию не соответствовала: та была брюнетка, а эта вроде рыжая.

– Сам знаешь, женщине перекраситься или парик надеть – плевое дело…

– Оба мы были не на высоте, но начальству не обязательно знать про это. Ушла фигурантка – и все. Без подробностей.

– Идиоты! – Полищук брызгал слюной и стучал кулаком по столу. – Вам все, можно сказать, поднесли на блюдечке, а вы умудрились ее упустить. Прямо из-под носа у вас ушла! За что я вам деньги плачу?!

– Но мы теперь знаем, кто она такая, – промямлил один из оперативников, – теперь найти ее не составит труда…

– Да? – саркастически усмехнулся Полищук. – Очень интересно! Сидорова Ольга Ивановна. Вы что, считаете, что это ее настоящее имя? Единственное, во что я могу поверить, – это в то, что ее действительно зовут Ольга. Имя она назвала настоящее, чтобы не путаться и отзываться вовремя, если ее окликнут, а уж фамилия и отчество – не говорите мне, что вы сами в это верите! Это не то что вымысел, а просто чистой воды издевательство! Короче, благодаря вашей тупости мы пришли к тому, с чего начали: у нас есть только «опель». Снова вся надежда на ГАИ. Я чувствую, придется вас всех уволить и взять капитана, раз он за вас всю работу делает. Все, выметайтесь и ищите синий «опель» и вашу «Ольгу Ивановну».

Синий «опель» нашли на следующее утро. Он был брошен на проселочной дороге неподалеку от Белоострова. Следы «Ольги Ивановны» окончательно затерялись.

Мобильный телефон зазвонил у него в кармане, когда машина остановилась на красный свет.

– Я слушаю, – произнес он спокойным твердым голосом уверенного в себе делового человека.

– Куда ты дел деньги? – Голос в трубке был неживой – сухой, металлический, с искусственными механическими модуляциями.

– Какие деньги? – переспросил деловой мужчина с вежливым интересом.

– Прекрасно знаешь какие. Миллион зеленых.

– О чем вы говорите? Я вас не понимаю.

На самом деле он прекрасно все понял. Ладони его вспотели, горло резко пересохло. Сзади послышались гудки рассерженных водителей: оказывается, давно уже горел зеленый, а он так взволновался, что пропустил переключение светофора и сейчас задерживает движение. Тронувшись с места, прижимая трубку плечом, он произнес:

– Вы, наверное, меня с кем-то перепутали.

– Ни с кем я тебя не перепутал, погань толстомордая! Голос-то вон как у тебя задрожал!

– Все нормально с моим голосом, – огрызнулся бизнесмен. – О каких, к черту, деньгах идет речь, если вы убили заложника! Деньги были вам приготовлены. – Сам не зная почему, он начал говорить вполголоса, как будто был в машине не один.

– Мы его убили, козел жирный, когда ты нам пустышку подсунул! И нечего передо мной идиота изображать!

– Ладно, вы тоже не придуривайтесь. Прекрасно знаете, что деньги пропали, что Черкасов успел их спрятать, а если бы вы, сами идиоты, не поторопились его убить, то деньги были бы у нас.

– Не у нас, а у меня! – проскрипел голос.

– Вот как? – холодно проговорил бизнесмен. – Но теперь, когда делом интересуется милиция, когда деньги пропали, а Рубен убит, говорить нам не о чем.

– Слушай, если будешь дальше ваньку валять, я твоим компаньонам прибабахнутым – или они тебе хозяева? – дам пленочку послушать, на которой наш разговор записан, как ты со мной договаривался своих кинуть, за Рубена выкуп получить и поделить… Что, валидольчик ищешь? Ищи, ищи, дорогой, ты мне живой нужен.

– Какая… какая пленка? Это блеф. Не может быть никакой пленки… Это на набережной было, рядом никого и ничего.

Ответом ему был сухой металлический смех.

– Ты наивный, как целлулоидный пупс! Что, не знаешь, как далеко техника зашла? Короче, ищешь деньги, только теперь уже делим их не на твоих условиях, а на моих: мне – сто процентов, тебе за моральный ущерб – ничего. Если такой вариант тебя не устраивает – опять-таки, как в анекдоте, возможны два варианта: или я тебя сам на кусочки нашинкую, или открою глаза твоим дорогим коллегам и они эту процедуру произведут вместо меня. Я лично склоняюсь ко второму варианту: удовольствие такое же, а возни меньше. Особенно китаец у вас суров: деловой мужчина, спокойный, но если его кто подставил или кинуть попытался – страшнее его никого нету.

Мужчина за рулем побледнел как полотно. Потеряв контроль над собой, он проскочил перекресток на красный свет и чуть не врезался в чей-то «мерседес». С трудом справившись с управлением, он свернул к тротуару, остановил машину и перевел дыхание. Затем нажал кнопку отключения мобильника.

Вот они и наступили, настоящие неприятности, а он-то по наивности думал, что все обойдется. Тогда, полтора месяца назад, он думал, что в голове у него созрела вполне приемлемая идея. Похитить Рубена, запросить выкуп, концерн вынужден будет заплатить, никуда не денется. Деньги поделить с похитителями и быстро переправить свою часть за границу, пока есть надежный канал. А то тут, в России, становится трудно существовать, пора уже переезжать в спокойные страны. Он никогда бы не решился на подобное, но уж очень достал его Рубен, а потом он нашел надежных, как ему казалось, людей совершенно со стороны. Это были гастролеры, приехали ненадолго, сделали свое дело – и отбыли в неизвестном направлении. Долго им тут гулять не позволили бы, местные бандиты замучили бы разборками. И все бы удалось, если бы сволочь Черкасов не спутал все карты. Черкасова эти кретины сгоряча убили, баба его смылась, в концерне все смирились с тем, что деньги пропали, и он сам почти смирился, утешая себя тем, что избавился от Рубена, хотя без Рубена дела в концерне действительно пошли плоховато. И вот теперь, через полтора месяца, вдруг прорезались похитители и требуют, видите ли, денег. Он понимал, почему они так долго ждали – их не было в городе, удрали и отсиживались где-то, после того как устроили такой шум в городе. И чем ему это грозит? Могут расстрелять его машину, как Черкасова, но еще больше его беспокоило то, что дело может дойти до Ли Фана. С китайцем действительно шутки плохи. Значит, надо действовать. Лежат где-то проклятые деньги, спрятанные Черкасовым, и он должен их найти. Конечно, никому отдавать их он не собирается, искать надо лично для себя, а потом бросить тут все и линять.

Раздался звонок.

– Что замолчал? – послышалось в трубке. – Перевариваешь информацию?

– Да, перевариваю. Дайте мне хотя бы месяц. Ничего не предпринимайте. – Мужчина постарался, чтобы в его голосе послышался страх.

 

– У тебя времени почти два месяца было, а ты еще просишь!

– Я искал деньги, все это время искал…

– Плохо искал!

– Как умел, – огрызнулся мужчина, – появилась ниточка…

– Почему я должен тебе верить? – тянул похититель.

– А что еще тебе остается? – спросил мужчина. – Ну сдашь ты меня китайцу, а тебе-то с этого какая корысть? У китайца денег точно не получишь. Так что жди месяц.

«Дожидайся!» – подумал он про себя.

– Ладно, но не думай, что от меня сможешь уйти. За тобой мои ребята постоянно следить будут. Так что за рулем будь осторожен, еще врежешься в джип какой-нибудь, платить придется, а у тебя сейчас с деньгами туго будет.

В трубке раздался сигнал отбоя.

«Как же, следить ты будешь, – зло подумал мужчина, – у тебя у самого сейчас земля под ногами горит».

Однако ему было страшно. Больше всего он боялся спокойного, сдержанного китайского бизнесмена господина Ли Фана. Он знал, какие слухи ходят по городу о том, как господин Фан расправляется с теми, кто пытается его обмануть. Такие люди пропадали бесследно, а если потом случайно находили то, что от них осталось, даже у бывалых людей волосы вставали дыбом от увиденного.

Придя в себя, отдышавшись и обдумав сложившуюся ситуацию, мужчина выработал первоначальный план действий. Первым делом он отправится в оздоровительный центр «Ольгино».

К стойке администратора подошел полноватый, хорошо одетый мужчина и робко кашлянул. Женщина за стойкой отложила любовный роман и подняла на мужчину вопросительный взгляд.

– Здравствуйте. – Смущению посетителя не было границ. – Вы понимаете, у вас здесь несколько недель назад… отдыхала моя жена, Ольга Ивановна Сидорова…

Дама-администратор заинтересовалась. Мужчина производил приятное впечатление, во всяком случае, сразу видно, что человек небедный. Что-то уже было у них с этой Сидоровой… В голове смутно бродили какие-то воспоминания.

– Ну и что вы хотели бы? – поощрила она робкого посетителя.

– Понимаете, – он смущался и прятал глаза, – я хотел бы спросить вас, с кем она здесь встречалась, с кем общалась, с кем проводила время… Честно говоря, я подозреваю, что она здесь встречалась… ну, сами понимаете…

На стойке что-то приятно зашуршало. Администраторша сделала неуловимое глазом движение рукой, и купюра исчезла, как исчезает легкомысленная муха, засидевшаяся на солнышке и не заметившая в опасной близости изумрудно-зеленую лягушку.

– Ах вот что вас интересует… – протянула администраторша потеплевшим голосом. Ситуация стала ей понятна: она вспомнила Ольгу Сидорову, это была молодая интересная женщина, моложе ее собеседника лет на пятнадцать, что само по себе ни о чем не говорило. Просто муж слишком ревнив. Администраторша была не та, которую в свое время расспрашивали ребята из концерна. Той страшно попало, ее чуть не уволили с работы. Она бы не поверила в историю с ревнивым мужем, потому что помнила, как серьезно парни расспрашивали ее про Ольгу Сидорову. Но эта, нынешняя, ни о чем не подозревала, она посчитала, что дело вполне житейское.

– Голубчик, – заворковала она, – да вы представляете себе, что у нас тут происходит? Да ведь у нас оздоровительный центр! Дамы приезжают сюда поправить здоровье и внешность, так что ни о каких любовных свиданиях не может быть и речи. Какая женщина потерпит, чтобы любимый человек видел ее в разобранном, так сказать, состоянии! А уж потом, когда пройдут курс процедур и похорошеют, тогда уж во всеоружии… Но это не у нас, смею вас заверить, не у нас.

Администраторша успокаивала как могла ревнивого мужа, но он не очень-то ей верил. Есть же такие зануды! Наверное, очень богат, раз Ольга Сидорова его до сих пор не бросила!

– А с кем же она жила в одном номере?

– В номере? Так они как приехали вчетвером, так и поселились. И уехали все в один день, не дождавшись окончания срока, мы даже забеспокоились, что им у нас не понравилось, но ничего, никаких претензий не высказали. Кстати, я сейчас вспоминаю, жена ваша какие-то вещи не забрала. Так это надо к сестре-хозяйке…

– Что вы, что вы, – замахал руками мужчина, – я этим заниматься не буду.

– Так я вам с уверенностью скажу, что никаких мужчин возле вашей… гм… жены и не мелькало. Она и с подругами своими не очень-то общалась, все одна да одна.

– А что за подруги с ней были? Одна такая полная брюнетка – Нина.

– Нет, полная – это рыженькая. И не Нина…

Взгляд администраторши стал печально-задумчивым, в нем отразилась мучительная борьба с ускользавшими воспоминаниями. Мужчина оказался понятливым, и на стойке снова что-то приятно зашуршало. Администраторша молниеносно смахнула купюру. Лицо ее озарилось внутренним светом, и она, оглядевшись по сторонам, открыла перед симпатичным посетителем нужную страницу книги записи приезжающих.

– Вот, они все подряд записаны. Вот полненькая – Дронова Екатерина. А вот эта – Ташьян Жанна, такая худая брюнетка, южного типа. Вот ваша – гм! – жена, а за ней Снегирева Ирина, светленькая такая, симпатичная.

Мужчина очень внимательно просмотрел записи, стараясь запомнить как следует подруг своей жены. Сами по себе имена и фамилии производили впечатление подлинных, не то что «Сидорова Ольга Ивановна».

– А не скажете ли вы мне, – снова обратился он к женщине за стойкой, – с кем из персонала мне стоило бы поговорить? Кто может подробнее рассказать мне, что делала здесь Ольга?

До администраторши давно уже дошло, что дело тут вовсе не в ревнивом муже, посетитель явно переходил уже всякие границы. Она нахмурилась и отчеканила:

– Вот этого я вам делать очень не советую, гражданин. Будете болтаться по этажам, вас могут заметить ребята из охраны центра, как бы неприятностей у вас не было. Так что ступайте-ка по-хорошему. – Она убрала подальше в карман зеленые купюры.

«Сука», – подумал мужчина и вышел.

Агентство не производило впечатление процветающего: хотя приемная была недавно отремонтирована, но мебель в ней стояла разномастная, что называется, «с бору по сосенке»: несколько современных офисных стульев из гнутой хромированной трубки, но один из них уже нуждался в починке, несколько стульев советского делового стиля семидесятых годов – деревянных, с обтянутым гобеленом сиденьем; диванчик, обитый потертым кожзаменителем…

Девушка за стойкой улыбнулась посетителю:

– Здравствуйте, чем я могу вам помочь?

– Я хотел бы поговорить с вашим шефом.

Девушка нажала клавишу переговорного устройства:

– Юрий Васильевич, клиент хочет говорить с вами… да, хорошо… – и тут же обратилась к посетителю: – Юрий Васильевич сейчас вас примет. Вот в эту дверь, пожалуйста.

Кабинет шефа тоже оставлял желать лучшего: он не поражал своими размерами, не был устлан пушистым ковром, а стол, за которым с важным и занятым видом сидел хозяин кабинета, хранил следы множества пролитых чашек кофе и еще большего количества небрежно затушенных сигарет.

– Я вас слушаю. – Человек за столом оторвался от своих бумаг, среди которых посетитель наблюдательным взглядом успел заметить краешек кроссворда.

– Я хотел бы поручить вашему агентству небольшое расследование.

– Это понятно, – слегка улыбнулся Юрий Васильевич, – никаких иных работ мы не выполняем. Если бы вы хотели починить телевизор, вы открыли бы другую дверь. Но продолжайте, прошу вас.

– Это расследование должно быть сугубо конфиденциально.

– Опять-таки в этом нет ничего необычного. Того же самого хотят все наши клиенты.

«Этот парень слишком разговорчив, – подумал посетитель, – хороший специалист его профиля должен слушать и молчать, а этот не может не высказаться по любому поводу».

– Я слушаю вас, – поощрил его Юрий Васильевич. – Конфиденциальность мы, естественно, гарантируем.

– Очень хорошо. Но я хотел бы, чтобы вы, прежде чем поручить мое дело кому-либо из своих сотрудников, кратко охарактеризовали бы мне возможных кандидатов, чтобы я сам смог выбрать среди них того, кто, по моему мнению, больше всего мне подходит.

Юрий Васильевич взглянул на клиента с удивлением:

– Обычно мы так не делаем. Заказчик излагает мне суть дела, и я сам исходя из особенностей работы подбираю исполнителя. Заказчик с исполнителем обычно не встречается. И даже не знает его, вся информация поступает через меня. Кстати, именно такой подход к делу обеспечивает максимальную конфиденциальность.

– Но в моем случае я хочу, чтобы вы отошли от ваших правил. Я лично хочу ознакомиться с послужным списком ваших людей и выбрать того из них, кто мне больше подходит.

Юрий Васильевич пожал плечами:

– Клиент всегда прав. Конечно, я не буду называть вам имена своих людей и показывать их фотографии, пока вы не остановите свой выбор на одном из них. Что ж, выбирайте. – Он достал из ящика стола папку и, держа ее перед собой так, чтобы клиенту не было видно ее обложку с именем, начал читать: «Образование высшее юридическое, окончил юрфак с красным дипломом. Поступил на работу в городское управление внутренних дел. Успешно продвигался по службе. К тридцати годам – майор, сотрудник отдела по расследованию особо тяжких преступлений. На его счету целый ряд успешно расследованных дел. Хороший спортсмен, кандидат в мастера спорта по самбо и дзюдо, первый разряд по стрельбе. Блестящие показатели по тестам Айзенка. Интеллект значительно выше среднего». Честно вам скажу, – Юрий Васильевич поднял глаза от папки, – это наш лучший сотрудник. Я рекомендовал бы вам его не задумываясь.

– Нет, спасибо, – клиент поморщился, – он мне не подходит.

Юрий Васильевич взглянул на посетителя удивленно:

– Воля ваша, не понимаю. Может быть, вас смущает то, что человек ушел из МВД, несмотря на такую блестящую карьеру? Я объясню, в чем дело: сами понимаете, в отделе по расследованию особо тяжких люди работают днем и ночью, день ненормированный – это мягко сказано. Работа очень опасная. Его жена поставила вопрос ребром: или он меняет работу, или развод. А он к ней был очень привязан. Ну, тут мы ему и сделали предложение: деньги неплохие, работа безопасная и относительно спокойная – в основном проблемы семейные, он и согласился.

– Дело не в этом, – остановил его клиент, – он просто мне не подходит.

«Уж больно умен, – подумал мужчина про себя, – начнет копать, до сути доискиваться, проводить параллели…»

– Ну что ж. Тогда, пожалуйста, другая кандидатура. – Юрий Васильевич открыл следующую папку. – «Сотрудник ФСБ с большим стажем работы. Послужной список в ФСБ засекречен, но отзывы коллег самые хвалебные. Блестящий аналитический ум, отличные физические данные, свободно владеет тремя языками… впрочем, вам это, наверное, ни к чему. К нам попал в связи с сокращением. Замечательный работник, прекрасный психолог».

– Спасибо, этот человек мне тоже не подходит.

«Еще из ФСБ мне не хватало, – думал клиент, – покойный Черкасов был из ФСБ, небось знают уже о его смерти, свяжут мое дело с ним, выйдут на концерн, а там узнают про деньги. Нет, из ФСБ мне никого не нужно».

– Ну, я просто теряюсь… Ума не приложу, как вам угодить. Ну вот, еще один человек. – Перед хозяином кабинета появилась следующая папка. – Он значительно моложе первых двух, окончил факультет психологии. До того, как пришел к нам, работал консультантом в РУОП. Молод, энергичен, умен, у нас справляется с любой работой блестяще, прекрасно находит подход к женщинам, что в нашей профессии немаловажно…

– Нет-нет, этот мне тоже не подходит.

«Тоже больно молодой и шустрый. Как бы бабы ему лишнего не наболтали. Опять никакой секретности не выйдет».

Юрий Васильевич явно разозлился на привередливого клиента. Стараясь не проявлять эмоций, он с еле заметной усмешкой вытащил папку из нижнего ящика стола.

– Если вам не подошли те кандидатуры, то, возможно, этот человек вас устроит. Агентство у нас небольшое, персонала мало, кое-кто занят, так что не обессудьте. Мы, правда, собирались уже с этим сотрудником расстаться… В прошлом – журналист криминальной хроники, сменил несколько мест работы, не сойдясь характером с руководством. Сорок два года. Физическая форма… когда-то была неплохая, в молодости занимался борьбой, но бросил спорт и форму не поддерживает.

– А почему вы собирались его уволить? – Клиент явно насторожился. – Он что, с вами тоже не сошелся характером?

– Нет, конфликтов у нас не было, просто у меня к нему накопились претензии. Он… как бы вам сказать? Он профессиональный неудачник. Ни одного порученного дела не довел полностью до конца.

– Что, совсем дурак? – напрямик спросил клиент, усмехаясь.

– Нет, вы поймите меня правильно, совершенного дурака мы бы не взяли на работу, – спохватился Юрий Васильевич, – но у этого все время какие-то досадные срывы.

– Но он может выполнять простые, четко поставленные задачи?

 

– Разумеется, но именно простые, хотя он не глуп, и в людях разбирается, но… думаю, он просто не подходит для нашей работы.

– Ничего, у меня задание несложное, – усмехнулся заказчик, – этот человек меня устроит.

– Хорошо, – Юрий Васильевич пожал плечами, – как скажете. Я вас предупредил, а дальше – воля ваша. Будете ставить ему задачу через меня?

– Сделаем так. Вы проведете с ним беседу, ну… о том, что этот заказ будет для него решающим, испытательным, так сказать, а я уж сам с ним потом встречусь и поставлю задачу.

«До чего ж ты мне надоел!» – подумал Юрий Васильевич, любезно улыбаясь заказчику.

В мексиканском ресторане «Кукарача», что на набережной реки Фонтанки сразу за зданием бывшего Дворца пионеров, было малолюдно. Время было не то чтобы обеденное, но и не совсем для ужина – пять часов вечера. Ресторан, вернее, ресторанчик, потому что еда, а главное – цены были там ресторанные, а само помещение находилось в полуподвале и обставлено было просто; так вот, ресторан бывал полон только по вечерам. Причем ходила туда преимущественно молодежь, люди посолиднее предпочитали места иные.

В уютном уголке сидели три женщины, чувствовалось, что пришли они сюда не столько поесть, сколько пообщаться.

В зал вошел новый посетитель, мужчина лет сорока. Он огляделся, выбрал уединенный столик, сказал официантке, что ждет приятеля и чтобы пока она принесла ему минеральной воды и кофе. Когда официантка отошла, он с любопытством огляделся, потому что был здесь впервые, как-то раньше не случалось. Стены в помещении ресторана были расписаны черепахами и толстыми мексиканцами, на стенах висели гитары и сомбреро. Рядом с его столиком в аквариуме плавала большая живая черепаха.

– Привет, старушка! – улыбнулся он черепахе.

Официантки все были латиноамериканского типа – очевидно, учатся здесь и подрабатывают в свободное от учебы время. Все они были ничего себе, смуглые, яркие и улыбчивые, но хорошенькая только одна, та, что подошла к его столику.

«Это хороший знак, она принесет мне удачу», – подумал посетитель.

Он неторопливо повернул голову и скользнул рассеянным взглядом по залу. Вон там в углу сидит его будущая работа. Он вспомнил известный анекдот про трех интеллигентных дам и усмехнулся. Действительно, три интеллигентные дамы, достаточно молодые и интересные. Через полчаса он узнает про них кое-что, а недели через две должен будет узнать все. А пока знает очень немногое: одна из них – юрист, вернее нотариус, преуспевающая деловая женщина, вторая – художник, но не живопись, а что-то прикладное, дамское, а третья – домохозяйка. Три подруги, такие разные. Интересно, что их связывает?

Мужчина передвинул вазу с цветами и пригляделся к дамам повнимательнее. Он напрасно беспокоился, дамы не смотрели по сторонам, они были поглощены разговором. Небось сплетничают или обсуждают новый способ похудеть. Пока у него есть время, можно попробовать определить, кто из них кто. Это не составит труда, он любит наблюдать и анализировать. Вон та пепельная блондинка в дорогом черном костюме, естественно, нотариус. Выглядит, правда, молодо для нотариуса, но бывает всякое. Очевидно, это ее новенький «фольксваген-гольф» стоит на парковке у ресторана. Машина абсолютно дамская, а больше деловых и обеспеченных женщин он в зале не видит. Издалека ему было не разглядеть, что дамы пили – коктейли или сок, но, надо полагать, насчет блондинки он прав. Яркая брюнетка, сильно накрашенная, в чем-то бордово-трикотажном, с огромными серебряными серьгами в ушах, – это, разумеется, художница. На шее блестящее ожерелье, волосы собраны в прическу – что-то немыслимое, но художники любят производить впечатление. И наконец, вон та рыжеватая веснушчатая толстушка с минимумом косметики и безвкусно одетая – это, разумеется, домохозяйка. Наверняка требовательный муж и дети-оболтусы, изредка выбирается пообщаться с подругами, чтобы чувствовать себя современной женщиной.

За дамским столиком шла чисто дамская беседа, когда участницы разговора непоследовательно перескакивают с предмета на предмет и ничуть этим не тяготятся.

– Ой, девочки, как я рада вас видеть! Такая жизнь суматошная, почти два месяца не встречались!

– А действительно, почему мы не перезванивались? Жанка, ты что усмехаешься? У тебя новый роман?

– Может, и так!

– Да уж, Жанночка у нас всегда при кавалере, не то что мы, растяпы.

– Не обобщай!

– А ты, Катерина, опять растолстела! Зря мы, Ирка, ее в «Ольгино» возили, столько сил на нее потратили. Она небось по приезде сразу в пышечную побежала.

– Ну люблю я мучное, что же делать! Конечно, некоторым можно по десять пирожных на ночь съедать, все равно они как жерди, не в коня, что называется, корм.

– Неправда, Ирка на диете сидит, я знаю.

– Ничего не на диете, только не ем столько мучного и сладкого, как Катька! Но авокадо, девочки, я просто обожаю, ничего с собой сделать не могу. И еще креветки, какое же все калорийное!

– Катерина, не ешь столько картошки, скоро не в одну дверь не пролезешь! С тобой в автобусе в проходе небось не разминуться!

– Своими секретаршами командуй, – огрызнулась Катерина, – весь аппетит сбила! И потом, меня теперь на машине возят, общественным транспортом почти не пользуюсь.

– Интересно, кто же это?

– Хахаля завела? – Последние реплики подруги произнесли хором.

– Ой, девочки, я, кажется, влюбилась!

– Ну начинается, – вздохнула Жанна.

Разговору помешала официантка, она убрала тарелки из-под закуски и принесла горячее. Из солидарности с подругой за рулем остальные двое тоже отказались от спиртного и пили сок.

Мужчина за дальним столиком неохотно перевел взгляд на черепаху в аквариуме.

– Сергей Анатольевич? – негромко окликнули его. – Мы с вами уговаривались по телефону о встрече.

– Да, это я.

Вошедший присел за стол, кивнул официантке.

– Вот, рекомендую «Буритас», очень вкусно, а впрочем, это не важно, заказывайте что хотите. Итак, вот вам задание. Те три женщины за угловым столиком, мне нужно знать о них все. Где они бывают, с кем живут, с кем просто встречаются, как проводят свободное время – друзья, любовники. Сведения эти мне нужны как можно быстрее и должны быть как можно подробнее. Необходимое условие – полная конфиденциальность, ну и, разумеется, они не должны почувствовать слежку. Надеюсь на ваш профессионализм, мне вас рекомендовали с самой лучшей стороны. – Мужчина любезно улыбнулся. – Теперь вот вам кое-какие первичные данные. – Он протянул через стол листок бумаги, на котором было напечатано всего несколько строк: Ташьян Жанна Георгиевна, домашний адрес и телефон. Кроме этого, там был еще номер машины. – Как вы, наверное, догадались, – продолжал заказчик, – Ташьян – та яркая брюнетка. Она нотариус, ее контора находится на улице Восстания, почти на углу с Невским проспектом, напротив метро.

При этих словах Сергей Анатольевич опустил глаза на листок. Надо же так ошибиться! Но ведь она совершенно не похожа на деловую женщину, с этакими-то монистами.

– Далее, номер второй: Дронова Екатерина Михайловна – художник, вон та, рыженькая. Тоже адрес и телефон, она работает дома.

Сергей Анатольевич почувствовал сильнейшее желание полюбоваться черепахой. Если рыжая толстуха – художник, то та интересная блондинка в черном костюме – домохозяйка. Умеют же эти бабы морочить людям головы! Хорошо, что он сдержался и не стал распространяться заказчику о своих наблюдениях, ведь он был уверен, что правильно вычислил, кто есть кто. Тогда не видать бы ему этой работы как своих ушей.

Дамы в углу продолжали оживленно беседовать.

– Катерина, немедленно расскажи, кто у тебя есть, откуда он взялся и где вы познакомились.

– Душа моя, это несущественно, – самодовольно заговорила было Катерина, но потом счастливо рассмеялась: – Ой, девочки, он такой хороший, просто прелесть! Обещал летом взять меня с собой в Италию!

– Кто же он по профессии?

– Он… – задумалась было Катерина, – у него своя фирма, что-то торговое, но очень интеллигентный человек!

– Я себе представляю, – тихонько проговорила Жанна. – И где же он тебя подцепил?

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru