bannerbannerbanner
Тот, для кого живу

Александра Ронис
Тот, для кого живу

ГЛАВА 8

Ксения переступила порог квартиры и замерла в изумлении. В обширной прихожей практически не осталось свободного места, все сплошь было завалено разноцветными воздушными шарами. Они висели под потолком, забились по углам, разлетались под ногами. На некоторых из них виднелась надпись – «Денис».

– Проходи, проходи, – Саша с ребенком на руках протиснулся в коридор. – Нравится?

– Да, спасибо, – неуверенно протянула девушка, расстегивая куртку и кладя цветы на полку у зеркала. Сюрприз получился неожиданный и приятный.

В зале шаров было не меньше. У окна стояла собранная кроватка, именно та, которую они с Юлей когда-то присмотрели в торговом центре, рядом с ней – отсвечивала блестящими спицами коляска. На разложенной гладильной доске высилась гора отутюженного детского белья. На кухне был накрыт стол, Юля, в фартуке, хлопотала вокруг него. Даниил крутился тут же рядом, Полина спала. Увидев Сашу, жена сразу же забрала у него малыша, положив его на диван, стала осторожно разворачивать, стараясь не разбудить. Любопытный Даниил, быстро расчистив себе дорогу, забрался с ногами на диван, поближе к столь интересному для него кулечку.

– Влад не звонил? – озабоченно спросил Саша у Ксении, наблюдая за тем, как Юля аккуратно обращается с ребенком. Вспомнив что-то, удалился на минуту в прихожую, вернувшись, с гордостью вручил ей свидетельство о рождении. – Держи. Денискин первый документ.

Затаив дыхание, девушка прочла «Демидов Денис Владиславович». В графе родители значились: отец – Демидов Владислав Дмитриевич, мать – Демидова Ксения Дмитриевна. Теперь у нее есть «свой» Денис. И каждый раз, зовя сына по имени, она будет наслаждаться звучанием этого имени. Может, и забудет про «того» Дениса, общение с которым не имело будущего и приносило лишь горечь сожаления. Ведь так хотелось услышать от него слова, дающие хотя бы призрачную надежду на то, что она ему небезразлична.

За предшествующие родам недели она так и не смогла отказаться от общения с ним. Он был для нее единственным другом, связующей ниточкой с «нормальной» жизнью, без страшных тайн. К тому же ничего лишнего они себе не позволяли, переписывались просто как друзья, на отвлеченные темы. Денис даже представления не имел о том, как круто поменялась ее жизнь с момента их последней встречи. Ни к чему ему знать об этом. Хотя в душе Ксения жаждала услышать «те самые» слова и со страхом надеялась, что однажды они прозвучат, одновременно отчаянно боясь, что откликнется, позволит себе с головой окунуться в воздушные замки, выстроенные в собственном воображении. Теперь же «ее» родной Денис будет удерживать ее в реальности.

Остаток дня прошел для нее в заботах. Юля показывала, как купать ребенка, делать ему массаж, обрабатывать пупок. Вечером «смену приняла» соседка, Вера Григорьевна. Воронов настоял на том, чтобы молодая мама не оставалась в первую же ночь одна. Как знал!

Ближе к полуночи сын «закатил концерт», и если бы не Вера Григорьевна… Когда глаза уже слипались, и единственным желанием было прислонить тяжелую голову на подушку и вытянуться на постели во весь рост, она забрала у Ксюши ребенка, унесла его в другую комнату, и как-то незаметно он успокоился, затих.

Невольно Ксения засомневалась, по силам ли ей такая ноша. Справится ли она самостоятельно? Ведь это не кукла!

– Спи, – соседка осторожно внесла спящего малыша в комнату, уложила в кроватку. – Спи, пока ребенок спит, я за ним присмотрю.

Ксюша с облегчением прикрыла глаза, запоздало подумав о том, что «непослушание» сына задевает ее. Как будто она и не нужна ему вовсе!

– Как же все-таки хорошо, что она дома не одна, – было последнее, что подумалось ей перед тем, как она окончательно уснула.

А утром все началось заново. Если Денис не спал, то он плакал. Ксюша совала ему грудь, сжав зубы, терпела первые болезненные мгновения от незаживающих трещин. Ребенок успокаивался, но ненадолго. Наевшись, засыпал у груди, но стоило положить его в кроватку, как он тут же заходился в плаче. О том, чтобы оставить его на несколько минут в комнате и самой поесть по-человечески, речи не было. К тому же неизвестно откуда взялся страх, что он упадет, перевернется, задохнется.

Пользуясь краткими минутами затишья, молодая мама спешила в ванную стирать пеленки – при выписке педиатр советовала не увлекаться подгузниками, давать коже ребенка дышать. А еще их нужно было гладить, обязательно с двух сторон, это Ксения вычитала уже давно где-то в интернете.

Третья за день чашка чая благополучно остывала на кухне, пока Ксения пыталась усыпить ребенка в неизвестно который по счету раз. Уже и кормление не помогало. Переевший Денис начал срыгивать, приводя девушку в тихий ужас. Господи, неужели все дети такие? Или только ее Денис настолько беспокойный? Ксюша не помнила, чтобы Юля так мучилась с Полиной. Это всего лишь первый день дома, а она уже чувствует себя измотанной!

Чуть больше суток прошло с момента выписки, а кажется, что вечность. Для нее исчезли такие понятия как «время», «пространство», осталось только «сейчас» и «здесь». Не верилось, что за окном что-то существует, кто-то живет. Только она и сын.

Юля. Надо позвонить Юле. Ксения бросилась искать телефон. Ни в сумке, ни на полке в прихожей, ни в кармане куртки его не было. Когда она держала его в руках последний раз, девушка тоже не помнила.

Денис снова захныкал. Да что ж ему надо?! Нет, она так с ума сойдет!

Положив плачущего ребенка на диван, Ксения принялась за поиски телефона, не обращая внимания на сына. К счастью, пропажа обнаружилась быстро – «трубка» завалилась в щель между диваном и креслом. Понятно, почему про нее «забыли». Батарея сдохла окончательно.

Пока она искала зарядку, пока подключала телефон к розетке, сын весь изошелся криком. Крошечное личико покраснело, а бровки, наоборот, побелели. Незакрывающийся розовый ротик жалостью полоснул по сердцу. Ксения вновь принялась укачивать малыша.

Телефон запищал уведомлениями. Одной рукой удерживая сына, второй девушка быстро пролистала «ленту». Девять пропущенных звонков! Два от Юли, два – с незнакомого номера, остальные пять – от Воронова. И сообщения от Юли и Саши с практически идентичным содержанием: Данил заболел, Юля прийти не сможет, Саша забежит после работы.

Ксения хмыкнула, еще бы дожить до вечера!

Нервы начали потихоньку сдавать. Кроме того, на нее напал просто зверский голод, но вот утолить его возможности не было. Есть с Денисом на руках она не рискнула – боялась ненароком обжечь сына горячим чаем. И Вера Григорьевна куда-то запропастилась, как назло! Вскоре ей стало казаться, что к ним вообще никто не заглянет. Так и останутся они вдвоем с Денисом в этой квартире. В клетке, откуда не выйти. Как в могиле.

Когда наконец раздался тихий стук в дверь, Ксения с отрешенным видом сидела в кресле, закрыв глаза, обессиленно подперев голову рукой. На щеках еще не высохли дорожки от слез, помимо воли пролившиеся из глаз под несмолкающий плач сына. Как бы она его ни укачивала, тот не успокаивался. Поэтому она просто положила его в кроватку в надежде, что он сам успокоится. Видимо, напрасно.

– А я в больницу ходила да коммунальные оплачивала, – объяснила свое отсутствие Вера Григорьевна, быстро оценив обстановку в квартире и замученный вид мамочки. – Чтобы больше не отлучаться. Да вот не угадала, везде очереди, – вымыв руки, она подхватила Дениса на руки, что-то заворковала ему.

Ксения с легкой завистью наблюдала за тем, как ловко управляется женщина с малышом. Почему у нее так не получается?!

– Хороший мой, да у тебя животик болит, скорее всего, – Вера Григорьевна продолжала ласково беседовать с Денисом, оглаживая его животик. – С ним разговаривать надо, Ксюш, – обратилась она к девушке, замершей позади нее в недоумении от того, как быстро сынишка успокоился. – Дети, они же все-все чувствуют и все-все понимают. Ты сама-то ела?

Ксения лишь покачала головой.

Пришла пора девушки заняться собой – хотя бы легкий перекус, чтобы не валиться с ног, скорый душ, обработка собственного шва. Приходилось учиться все делать быстро, на лету.

Последующие будни как один были похожи на самый первый день. Только к ним еще добавились визиты участкового врача, патронажной медсестры, ответные посещения педиатра. Ксения даже представить себе не могла, как бы она справлялась без помощи сердобольной и заботливой Веры Григорьевны. В любое время дня и ночи та готова была нянчиться с Денисом – сказывалось отсутствие близких родственников. Иногда Ксении даже было неудобно, что пожилая женщина, годящаяся ей чуть ли не в бабушки, сидит без сна у коляски сына, в то время как она сама безмятежно спит.

Да, женщина высыпалась днем, оставляя малыша на несколько часов на попечение матери, но! Денис перепутал день с ночью и наибольшую активность проявлял начиная с вечера. Ксения сначала порывалась сама засиживаться допоздна, но новоиспеченная «нянечка» несмотря на все ее поползновения отправляла ее спать. И постепенно Ксюша привыкла.

Возможно, Вера Григорьевна действовала так по указке Воронова. Возможно, ее услуги щедро оплачивались. Возможно, она была просто уверена, что сама Ксения еще не созрела для материнства. Тем не менее ее заботы значительно облегчали жизнь Ксении – матери-одиночки по ее мнению. Ксения не знала, чего там напридумывал Воронов, но Вера Григорьевна никогда не спрашивала о том, кто же является отцом ребенка.

Поначалу и сам Саша заходил ежедневно по вечерам, днем мог отправить какого-нибудь сотрудника, чтобы он принес свежие продукты из магазина, тем самым избавив Ксению от необходимости выходить за покупками. Но однажды став свидетелем визита врача, Воронов наслушался ее советов о том, что маму просто необходимо отпускать на улицу, без ребенка, хотя бы чтобы развеяться. Теперь Ксения смогла выходить из дома без «сопровождения». Не то, чтобы ее «напрягали» прогулки с Денисом, часто в компании Юли с детьми, просто иногда ненадолго хотелось остаться в одиночестве, чтобы никто не мешал.

 

Дни, похожие друг на друга, замелькали перед глазами. Не успевала Ксения оглянуться, как заканчивалась очередная неделя, следом набегал целый месяц, близилось очередное посещение педиатра. Постепенно она научилась самостоятельно справляться с сыном, понимать его настроение, по малейшим оттенкам плача распознавать его потребности и желания. Грязно-белое убранство города сменилось на серое, потом на нежно-зеленое. Воздух наполнился весенней свежестью.

Денис заметно округлился. Вместо кричащего, тощего свертка он превратился в забавного карапуза, каким и должен быть ребенок. Улыбающегося, гулящего что-то на своем языке, вкусно пахнущего неповторимым детским запахом. Ксения стала получать удовольствие от возни с сыном. На прогулках испытывала затаенную гордость, вот, мол, какой у меня сын. Даже перестала обращать внимание на поначалу задевающие ее удивленные, порой многозначительные взгляды за спиной, словно говорящие:

– Все понятно. Малолетка. Нагуляла, – ведь кольца-то на ней больше не было.

Под напором ежедневных, нескончаемых забот даже некогда было думать о том, «первом» Денисе. Когда руки были свободны, рядом всегда кто-то находился. Когда можно было, особо не светясь, посвятить время переписке с далекой Англией, обычно не было сил и времени. Так и затихло общение с милым сердцу другом, незаметно сойдя на нет.

Ксения привыкла, приспособилась жить с легкой грустью в душе, смирилась. Вроде даже была довольна жизнью, пока однажды Воронов не заявил:

– Влад просит приехать к нему на свидание. Хочет увидеть сына.

Ксения подумала, что ослышалась. Приехать на свидание?! С ребенком?! Куда?! В тюрьму?! Как до этого вообще могли додуматься?!

– Он до тебя дозвониться не может, – Саша вопросительно приподнял бровь. – Ты трубку не берешь. Почему? – спросил мягко, как бы «между прочим».

Девушка задумалась. Когда она трубку не брала? Она всегда на связи. Если только… Давно, вскоре после выписки из роддома, было несколько звонков с незнакомых номеров. Но она их банально не услышала и перезванивать не стала, рассудив, что если кому-то нужно, и если это не ошиблись номером, ей перезвонят сами.

– Я всегда на телефоне, – пожав плечами, произнесла неуверенно Ксения.

– Ну, так, что? Поедешь?

Она задумалась. Однозначно, никого желания ехать у нее не было, но нужно было найти резонные и логичные доводы для мужчины в пользу своего отказа. Неужели он станет настаивать, если она откажется?

– Нет, – наконец ответила твердо. – Денис еще маленький, и… я не думаю, что это удачная идея.

– Я дам сопровождающего, – продолжил уговоры Воронов, но без нажима. В глубине души он целиком и полностью поддерживал Ксению, но и не понять желания друга не мог. Хотя сам даже представить не мог, чтобы его Юлька поперлась известно куда с грудным ребенком на руках. Места лишения свободы – не самое приятное место для визитов столь юной девушки. Он и в прошлый раз думал, что зря она туда едет.

– Нет. Не поеду, – с растущей уверенностью подвела итог их беседе Ксения, внутренне готовая идти в своем желании до конца, и, если понадобится, отстаивать свое мнение. – Не поеду.

Что ж, Воронов предпринял попытку уговорить ее – ожидаемо получил отказ. Попросил ее почаще фотографировать сына в разных ракурсах, особо удачные кадры скидывать ему, и больше они к этой теме не возвращались.

ГЛАВА 9

За весной пришло лето. Жаром проникло в квартиру, выгоняя обитателей душных комнат куда-нибудь поближе к морю, на горячий песок, под ласковые солнечные лучи. И Вороновы в долгожданный, до обидного короткий Сашин отпуск, повезли детей, выражаясь языком Данечки, «на волны». Звали и Ксению с Денисом, но Ксюша отказалась – у сына полезли первые зубки. Все это сопровождалось температурой, капризами, «жидким стулом». Не до путешествий. К тому же совсем недавно она отказалась везти сына к Владу, мотивируя это тем, что ребенок еще мал, а тут вдруг спустя всего лишь пару месяцев повезет его на курорт.

Помня о том, что Влад может звонить ей с незнакомого номера, она старалась постоянно держать телефон поблизости на случай его звонка. Чтобы не возникло у него настойчивого желания добиваться ее приезда к нему. Лучше им просто общаться по телефону, раз ему так не терпится. Пусть услышит голос сына, а вот о чем самой говорить с ним, она не знала, потому и дергалась каждый раз, когда телефон оживал. Вздрогнула и сейчас, а увидев, что номер незнакомый, оробела. Влад?

Кинув взгляд на сладко сопящего в коляске сына, беспомощно оглянувшись вокруг словно в поисках поддержки, вспотевшими пальцами Ксюша смахнула в сторону трубку. Детская площадка с шумной ребятней исчезла. Осталась только она и…

– Алло, – требовательный голос в динамиках был явно не голосом Влада. Скорее женский голос. – Алло, вы меня слышите?! – говорящая нервничала.

– Я вас слушаю, – вежливо ответила Ксения, незаметно переводя дыхание и зачем-то покачивая коляску.

– Вы хозяйка девяносто третьей квартиры?

– Какой? – Ксения никак не могла сообразить, о чем речь. Она в другой квартире живет.

– Девяносто третьей! На четырнадцатом этаже! – голос в трубке начал терять терпение.

– А… да, – теперь Ксения поняла. Это квартира Влада.

– Я живу под вами, и вы меня топите! – наконец-то высказала свои претензии дама.

– Да, но я там не живу. Там другие люди… – попыталась объяснить Ксения, но ее оборвали:

– Квартиранты, я знаю! Но они уехали в отпуск, а меня топит!

– А я что могу сделать? – искренне удивилась девушка.

– Господи! Девушка, вы хозяйка или нет? Мне ваш номер дали!

– Ну, да… Наверное, хозяйка, – раз Влада нет, значит, она хозяйка.

– Тогда приезжайте, открывайте квартиру, пока вы мне окончательно все потолки не испортили!

– Но у меня даже ключей нет, – да уж, хороша хозяйка.

– О боже! – застонала женщина. – Тогда я вызову участкового, чтобы он квартиру вскрыл! Но вам все равно придется приехать! И чем быстрее, тем лучше! Иначе я вас засужу! – и трубку бросили.

Пришлось Ксении сворачивать прогулку, договариваться с Верой Григорьевной и, оставив ей Дениса, сломя голову нестись по старому адресу. Не хватало ей еще разборок с соседями! Но что она там делать будет? Собственноручно затыкать прорвавшие трубы? Выслушивать справедливые претензии и извиняться за причиненный ущерб? А если та и вправду в суд на нее подаст?

Решив, что этим по возвращении будет заниматься Воронов, девушка, уже отчасти успокоившись, поднялась со станции метро на поверхность и направилась знакомым путем к дому, в котором ей довелось испытать так много. Стоило ступить в ничуть не изменившийся двор, как воспоминания нахлынули неудержимой волной. Именно здесь, год назад, по ее вине под колесами машины погибла Лена. Здесь же, на окрашенной в зеленый цвет лавочке под раскидистым тополем на детской площадке, она познакомилась с Денисом. И в одну из темных, страшных ночей в квартире на четырнадцатом этаже был зачат «ее» Денис. Где-то тут рядом, наверное, продолжают жить родители ее бывших одноклассников, которых… Жаль, что прошлого не вернуть и ничего уже не исправить.

Загнав глубоко внутрь разыгравшиеся эмоции, Ксения потянула на себя тяжелую дверь подъезда, поднялась на лифте на нужный этаж. У квартиры ее уже ждала целая «делегация» в составе любопытствующих соседок, полицейского в форме и седовласого мужчины в сине-красной заляпанной робе, видимо, сантехника. Последний, сидя на корточках, внимательно изучал замок.

– О, вот она, – при появлении Ксении вся компания оживилась.

Ксюша узнала статную женщину в возрасте в полосатом халате, жившую на одной площадке с ними, вторая же, молодая, стервозного вида дамочка, была ей незнакома. Но стоило той лишь открыть рот, как стало понятно, по чьей воле Ксения сюда приехала.

– Наконец-то, – скрестив руки на груди, поджала губы молодая. – Я уж думала, не дождемся. Вода-то подтекает!

– Ты – хозяйка? – полицейский перебил слишком разговорчивую гражданку. Заглянув в папку, он сверился с какими-то записями и уточнил: – Хозяином числится Демидов Владислав Дмитриевич. В данный момент находится, – кинув взгляд на притихших женщин, произнес чуть тише, практически себе под нос: – там, где находится. Ты ему кем приходишься?

– Сестра, – с едва заметной запинкой ответила Ксения.

– Ключи у тебя есть, сестра? – он как-то странно усмехнулся? Или ей показалось? – Нет?

Пока Ксения раздумывала над словами участкового, тот уже успел дать знак второму мужчине, и тот приступил к вскрытию двери. Стоило им шагнуть за порог квартиры, как стало понятно, что паника соседки снизу была небезосновательна. На кухне и в коридор натекла приличная лужа, такое маленькое море в рамках одной квартиры.

– Неудивительно, что тут потоп, – быстро определил источник проблемы сантехник. – Шланг на смесителе у вас «полетел», – его громкий голос отчетливо доносился из кухни. – Менять нужно, – он прошел в туалет, чем-то там поскрежетал и с довольным видом появился в прихожей. – Я воду перекрыл. Если нужна будет помощь со сменой шланга, вот моя визитка, – в ладонь Ксении лег небольшой кусочек с написанным от руки номером сотового телефона.

– Девушка, воду с пола быстрее вытирайте! – чуть ли не приказала соседка. – Пока все еще хуже не стало! А потом ко мне зайдите, посмотрите, что у меня творится по вашей вине! – возмущение из нее так и хлестало.

Ксении стоило больших трудов уговорить ее уйти к себе. Пообещав при участковом, что она прямо сейчас все уберет и без лишних споров возместит любую сумму, девушка отправила назойливую соседку прочь. Раз хочет результат, пусть не мешает тогда.

Вытереть насухо залитый водой пол, да еще и в отсутствии чистой, проточной воды, оказалось малоприятным делом. Ксюша провозилась не меньше часа. Пока закончила, вся взмокла. Присев отдохнуть немного на кухонный диванчик, обвела глазами стены, потолок, чутко прислушиваясь к внутренним ощущениям. Не было такого чувства, что вернулась домой. Все здесь напоминало о Владе.

Вспомнив о закинутых когда-то в сердцах в шкаф игрушках, Ксюша прошла в свою прежнюю комнату. Чувствуя неловкость оттого, что как будто роется в чужих вещах, она приоткрыла створки платяного шкафа, стоявшего на том же самом месте, что и год назад. Ни куклы, подаренной родителями в детстве, ни Вороновского медведя не было – только стопки чужого белья возвышались ровными рядами. Ну что ж, может, оно и к лучшему…

Оставив свои данные соседке для дальнейшего решения вопроса возмещения материального ущерба, Ксения поспешила к сыну. Уже и грудь заметно налилась, требуя скорейшего опорожнения.

– Денис уже проснулся, наверное, и плачет от голода, – тревожно заныло на душе.

Выйдя из подъезда и ничего не замечая вокруг, девушка торопливым шагом направилась в сторону станции метро. Погруженная в свои мысли, она не обратила внимания на звуковой сигнал автомобиля, как раз собирающегося выезжать со двора в противоположную сторону, не слышала, как ее несколько раз окликнули по имени. Когда за спиной раздался громкий топот бегущих ног, она посторонилась, чтобы уступить дорогу бегуну, и даже не повернула головы.

– Ксюш! – знакомый, слишком знакомый голос, зазвучал совсем рядом, и ей преградили дорогу. – Привет!

Девушка не могла поверить своим глазам. Затаив дыхание, она изумленно смотрела на выросшего перед ней парня. Улыбающийся, счастливый, невероятно красивый Денис, кажется, вытеснил собой весь воздух из окружающего мира. Воздуха не хватало не то, чтобы ответить на его приветствие, даже просто вздохнуть было неимоверно трудно.

– Привет, – еще раз поздоровался парень, на этот раз тихо, не отводя сияющих глаз от девушки. Видя, что она никак не реагирует на его появление, осторожно коснулся ее руки. – Я так рад тебя видеть.

Ксения отмерла. Почувствовала все и сразу: и кровь, хлынувшую к щекам, и мороз, обжегший кожу, и тяжесть, сковавшую ноги. Жар его горячей ладони на ее запястье. Но страшнее всего было то, что парень мог заметить, что ее тонкий, обтягивающий фигуру топик начал медленно намокать в районе правой груди. Пришло время кормления, а может, из-за неожиданной встречи-потрясения, молоко стало проступать сквозь ткань.

Она скрестила руки на груди, пытаясь скрыть пока еще маленькое пятно, но тут же пожалела. Под давлением молоко заструилось быстрее, влага стала расползаться по одежде. Хорошо еще, что топик был темным, не так резко бросался в глаза контраст.

Понимая, что со стороны это выглядит так, словно ей неприятно и появление Дениса, и его прикосновение, Ксения стояла молча. Сейчас он обидится на нее и уйдет! Обидится за холодный прием, за равнодушное выражение на лице, за отстраненность и безразличие. Она очень старалась держать под контролем эмоции, которые так и просились наружу. Радость от встречи с тем, кого и не надеялась никогда увидеть. Растерянность от неожиданности и сожаление от невозможности вести себя так же естественно, как и он. Счастье от осознания искренности его слов, горечь от своего нового статуса. Пусть он уходит. Пусть он уходит поскорее!

 

– Молодой человек, уберите машину с дороги! – где-то за спиной прокричала женщина, обращаясь к Денису, отвлекая его внимания на себя.

– Да, пусть он уйдет, – как заклинание твердила про себя Ксюша, надеясь, что сможет убежать от него. Уже и слезы начали подкрадываться к глазам, и губы задрожали. Зачем она сюда пришла?! Зачем они встретились?!

– Ксюш, не уходи, пожалуйста! – Денис попятился задом по направлению к машине, не сводя с девушки глаз. Словно чувствовал, что она готова сорваться с места и исчезнуть. – Я сейчас!

Садясь за руль, разворачивая машину на узкой дороге, он неизменно кидал на нее взгляды, и она не могла тронуться с места. Как будто приросла к земле. Как будто единственной точкой в пространстве, от которой невозможно отвести глаз, осталась серебристая машина Дениса. С тяжелым сердцем наблюдала Ксения, как он, пропустив автоледи вперед, подъехал к ней.

Все так же лучезарно улыбаясь, парень заглушил двигатель и вылез из машины. Пока приближался к ней, она вновь успела задохнуться, на этот раз от восторга. Денис был как кинозвезда, как бог, как олицетворение всех девчоночьих грез. Крепкий, симпатичный, хорошо одетый, уверенный в себе.

– Привет, – смеясь, поздоровался он в третий раз.

– Привет, – наконец-то смогла выдавить Ксения, усиленно пытаясь не отвести предательски заблестевшие глаза.

– Как дела? – Денис смотрел на девушку с восхищением. – Ты все такая же… – он замолчал, будучи не в силах подобрать слова. Красивая. Нежная. Печальная. Загадочная.

Ксюша смутилась. Опустила голову, чтобы спрятать заалевшие щеки. Как же мучительно приятно угадывать скрывающуюся за его молчанием недосказанность, находить ее отблески в его глазах.

– Ты куда-то идешь? – спохватился парень. – Я тебя задерживаю?

– Нет, – покачала головой Ксения. Еще крепче обхватив себя руками, извиняющимся тоном пояснила: – Меня дома ждут. Я пойду.

– Дома? – удивился Денис. – А разве… – он указал в сторону «панельки».

– Мы теперь не здесь живем, – девушка тоже посмотрела на многоэтажку, возвышающуюся позади них. Главное, смотреть куда-нибудь, а не на парня. Так легче.

– Переехали? – догадался Денис. Он умолчал о том, что уже несколько раз специально наведывался в гости к бабушке в надежде увидеть Ксению во дворе. Пытался даже вычислить номер ее квартиры, но безуспешно. Зато теперь до него дошло, насколько ему повезло сегодня!

– Да, – девушка явно не была настроена на общение. – Я пойду, – она как-то смазано улыбнулась. – Пока, – произнесла тихо, обходя Дениса.

– Подожди! – тот не сдавался. Обогнав Ксению, он вновь преградил ей путь. – Давай я тебя подвезу?

В последнее время она не отвечала на его сообщения в интернете, и Денис всерьез опасался, что если сейчас ее отпустит, не узнав хотя бы адреса, то их следующая встреча никогда не состоится. А ведь она не выходила у него из головы с прошлого лета!

– Спасибо, я лучше на метро, – она снова обошла его, но он не отступил.

– Почему ты всегда от меня убегаешь? – спросил вроде бы со смешком, но глаза смотрели серьезно. – Это из-за брата? Снова ругаться будет?

Заметив, как Ксения изменилась в лице, парень понял, что пошутил неудачно. Видимо, строгий брат стал еще строже, контролируя каждый шаг сестры. Денис знал, такие экземпляры встречаются – вместо того, чтобы заниматься своей жизнью, эти неудачники лезут в личную жизнь зависимых от них домочадцев, тираня и травя последних.

Желая замять собственную оплошность, Денис, с очаровательной улыбкой, настойчиво и игриво предложил:

– Давай подвезу!

И пока Ксения не успела ничего возразить, кинулся к машине. Открыв переднюю пассажирскую дверь, шутливо поклонился, замер в ожидании.

Ксюша, постояв еще немного в замешательстве, неуверенно двинулась к нему. В салоне она быстро пристегнулась, не отводя глаз от довольного, весело крутящего ключи на пальце парня, огибающего капот автомобиля, и снова приняла ту же напряженную позу – обхватив себя руками, спрятала следы молока на одежде. Постаралась принять непринужденный вид, а то на фоне Дениса она выглядела какой-то кислой и недовольной размазней. Разве ему будет интересна такая девушка?

Парня же ее скованность нисколько не смущала. Он был просто счастлив оттого, что Ксения рядом. Улыбка не сходила с его лица, глаза сверкали. И даже слова были не нужны.

– Ну, что, куда ехать? – он с трудом заставлял себя смотреть на дорогу. – Какой район?

И тут девушку словно ударило током изнутри. Что она делает?! Куда она едет с Денисом?! Показать ему, где она живет с сыном? Где в соседнем доме обитают ее «сторожа»? Где полный двор любопытных и вечно сующих свой длинный нос в чужие дела бабулек-соседок? Туда, где все докладывающая своему бешеному мужу Юля запросто может увидеть ее с окна?

Стоп, остудила она себя, Вороновы на отдыхе, а Денис больше не приедет. Так что, можно особо не переживать, но и рисковать излишне не стоит. Все равно, не нужно Денису знать ее точный адрес.

Быстро сориентировавшись в прилегающих к ее дому улицах, Ксения попросила высадить ее за пару автобусных остановок до нужного ей места. К тому же на оживленном проспекте ей будет намного легче скрыться от парня, и он не сможет проследить за ней. Самой тут же стало смешно. И с чего она взяла, что он непременно будет за ней следить? В надежде добыть ее адрес? Как в кино?

– Предлагаю завтра еще раз встретиться, – Денис всем корпусом развернулся к ней, закинул руку на изголовье ее сиденья. Теперь ничто не мешало им смотреть друг другу прямо в глаза. – А чтобы не возникло проблем с братом, отпросим тебя, идет?

– Не нужно, я сама отпрошусь, – Ксения наконец-то улыбнулась. Если ей удастся договориться с Верой Григорьевной как сегодня, то почему бы и нет. В конце концов, участковый педиатр сама говорила, что нет ничего плохого в том, чтобы мама могла отлучаться ненадолго. Чем спокойнее мама, тем счастливей малыш. – Только я долго не смогу. Часа на три, – хотя в уме девушка уже прикинула, что если она оставит сыну достаточно молока, то сможет задержаться и немного дольше.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru