Александра Попова В ловушке кошмаров

Глава 1

— Ну что, Эйбрамсон, каков на вкус член Томаса Боймана? Ты же отсосала ему прямо здесь, в этой кабинке.

Внутри меня бушует ураган эмоций. Как бы это не было ужасно, но я являюсь главным эпицентром грязных слухов в нашей школе. По словам Кристианы, я сплю со всеми в школе и большую часть времени нахожусь в туалете, ублажая всех парней вокруг вместо того, чтобы заниматься уроками.

И, чёрт возьми, я даже не знаю, кто такой Томас Бойман…

Здесь я никогда не была какой-то значимой персоной. Впрочем, я и не хотела бы быть известной и популярной. Мне достаточно того, что было ранее, буквально пару месяцев назад. Когда обо мне ещё никто толком не знал, а в моём классе не появилась новенькая – Кристиана Крейн.

Эта ведьма стала моей одноклассницей, терроризируя меня уже второй месяц. Спустя месяц после появления в школе она каким-то образом стала Королевой осеннего бала, придя в школу в самом красивом и откровенном платье песочного цвета. С тех пор её популярность не угасает ни на день.

Меня не удивляет, что практически все парни в нашей школе обращают на неё внимание. Не буду спорить, она довольно красива. Её тонкая талия всегда подчёркнута корсетами и рубашками, составленными в образе с короткими юбками и туфлями на невысоком каблуке. Светлые волнистые волосы легко струятся по плечам, а зелёные глаза и пухлые губы идеально дополняют её шикарный образ.

Примерная девочка. Жаль, что только с виду… И мало кто знает, какая она на самом деле внутри. Она полна злобы и подлости, которую мало кому удалось увидеть. Основная её миссия - уничтожить всех своих соперниц, даже если те и не являются таковыми. Она уже свергла из школы 4 девочки. Им пришлось забрать документы и поступить в соседние заведения. Теперь же она преследует и меня, надеясь на положительных исход в своих действиях.

— Это всё неправда. – всё, что я могу сказать, сглотнув ком в горле. Мои ноги постепенно выходят из-под контроля и я чувствую, как по телу разливается мелкая дрожь. Даже челюсть начинает стучать от страха.

— Не льсти себе и тем-более мне… – Кристиана холодно усмехается и делает ко мне шаг. Я упираюсь в холодную бетонную стену и понимаю, что дальше мне некуда бежать. Две её подруги встают по бокам, образуя вокруг меня капкан. – Скажи, что ты это сделала и какого это на вкус. Ты это любишь, вся школа знает.

Жаль, что вся школа не знает, какая ты идиотка, Кристиана…

– Грязные сплетни – ещё не повод того, что я действительно себя так веду, Кристиана.

Я замечаю укор в её глазах. Ей явно не понравилось то, что я обратилась к ней по имени. Но меня это мало волнует. Куда более меня волнует то, что сердце стучит у меня в горле, а не в моей груди и оно вот-вот готово выпрыгнуть наружу.

Сейчас она особенно агрессивна. И я действительно начинаю переживать за свою жизнь…

– Вот это дела… – причитает её подружка, стоя от меня слева. – Все же знают, что это правда.

Мои губы задрожали. Пот холодной струйкой пробегает по моей спине и я чувствую, что вот-вот рухну на пол от того, что потеряю сознание. Сердце скачет, словно бешеное.

– Послушай… – набираюсь смелости я, решительно сделав небольшой шаг вперёд, но тут же вновь отступая назад от страха.

– Я? Тебя? Слушать? – из её рта вырывается пронзительный смех, в то время её подружки чуть ли не бьются в истерике от смеха. – Кто ты такая, чтобы я тебя слушала?

Я сжимаю кулаки, пытаясь хоть как-нибудь отвлечь себя от догоняющего меня ужаса. Мне хочется кричать, бежать, исчезнуть… Что угодно, только бы не находиться здесь…

Глаза Кристианы горят огнём. Ещё немного и она вовсе разорвёт меня на несколько кусков или прожжёт своим взглядом. Внутри меня всё ещё бурлит тревога, но я не позволяю себе отступать.

– Ты действительно думаешь, что я тебя боюсь?

Мои слова звучат уверенно, хоть и комок в горле даёт о себе знать и я всего в паре секунд от того, чтобы не расплакаться. Мне давно не было так страшно…

Подружки переглянулись между собой. Кристиана не сводит с меня своего животного взгяда, полного ярости.

– Хочешь я заставлю тебя меня бояться, если ты ещё раз подойдёшь к Биллу?

Вот она – истинная причина того, почему она хочет прибить меня прямо здесь и сейчас. Билл Аттвуд. Парень из старшего выпускного класса.

Я не сразу заметила, как она схватила меня за волосы и поволокла вниз. Больно ударившись о холодный мокрый пол, я взвизгиваю и инстинктивно тянусь к кулаку, который крепко сжимает мою шевелюру.

Из глаз разом хлынули слёзы. Я пытаюсь дать отпор руками и ногами, но понимаю, что пинаю воздух. Попытки освободиться оказываются тщетными и я реву только больше, ощущая на себе удары кроссовками в грудь, живот и лицо.

Кристиана отпускает мои волосы и моя голова тяжело падает на грязный и вонючий пол. Я не до конца соображаю, что происходит, чувствую боль во всём своём теле и стараюсь закрыть лицо руками.

Из носа течёт кровь. Они резко перестают меня избивать и отступают на пару шагов.

С трудом я приподнимаюсь на локтях и ощущаю, будто все кости в моём организме сломаны. Нос кровит и болит неимоверно сильно. Кажется, его мне точно сломали…

И за что? За какого-то парня? И что, что я стояла на школьной линейке рядом с ним, она чокнулась?

Мир вокруг расплывается. Я с трудом потираю глаза от слёз, размазывая их и кровь по щекам. Поджав колени ближе, я пячусь к стене и понимаю, что встать на ноги я уже не могу. По хорошему, нужно бы вызвать скорую…

Одна из подружек Кристианы хватает мой рюкзак, расстёгивает его и демонстративно трясёт вниз. Всё содержимое падает прямо на мокрый пол туалета, тетради мгновенно пропитываются грязью.

Вторая подружка “танцует” на моих вещах, окончательно их испортив. Первая бросает пустой рюкзак прямо в меня и я успеваю схватить его и прижать к себе, утыкаясь лицом в колени, но продолжая наблюдать за всем происходящим сквозь водопад из слёз.

Кристиана с ехидной улыбкой опускается передо мной на корточки, заглядывая прямо в мои глаза.

Я трясусь, словно заяц перед хищником. Все мои вещи испорчены… Всё грязное, убитое. Мне придётся приложить много усилий, чтобы вернуть всё это в более-менее нормальное состояние.

Кристиана с нескрываемым восхищением рассматривает моё лицо и слегка приподнимает мой подбородок своим пальчиком. Её губы содрогаются, а затем растягиваются в насмешке.

– Запомни, Эйбрамсон, если я ещё раз увижу тебя рядом с Биллом – я на самом деле тебя прибью. Не знаю, кем ты себя возомнила, но ты никому не нужна. Ты просто несчастный кусок дерьма, застрявшего в этом туалете и ты никогда отсюда по настоящему не выберешься.

Её слова звучат ужасно грубо, но спокойно. Кажется, избиение меня доставило ей определённое удовольствие. Вот же сука…

Кристиана встаёт на ноги и, пнув одну из моих тетрадей ближе в кабинке, выходит из туалета вместе со своими подружками.

Помещение заполняет тишина. Вода на полу смешивается с моей кровью. Слёзы водопадом текут по моим щекам, оставляя горячие дорожки и это – единственное, что меня сейчас греет.

Каждое движение в теле отдаёт неимоверной болью. Я с трудом ползу по полу в этот грёбаном туалете и собираю свои испорченные тетради в рюкзак. Живот начинает болеть и у меня появляется чувство, что мои органы достали, сыграли ими в футбол и засунули обратно.

Она ещё никогда не избивала меня настолько сильно… Впервые за долгое время я понимаю, что мне действительно нужна скорая помощь. И вообще помощь…

С трудом я подползаю к раковине и, обхватив её края, пытаюсь поднять своё тело. Все мышцы ноют, я вскрикиваю от боли и пытаюсь не упасть снова. Взглянув в зеркало, я пугаюсь собственного отражения.

Всё лицо в крови, глаза красные и заплаканные. Моя душа горит адским пламенем и совсем скоро превратится в пепел. Я открываю воду и смываю с себя кровь, которая, словно ожог, оставляет болезненные следы на моём теле, одежде и душе.

Вновь заглянув в зеркало, я пытаюсь собрать себя воедино и не рухнуть вниз. Голова раскалывается. Тело всё ещё ломит. Я сжимаю зубы, хватаясь за раковину, чтобы не потерять равновесие. Слёзы, наконец, постепенно исчезают, заменяя собой боль в моих глазах. В носу что-то больно кольнуло и я снова вскрикнула.

Накинув грязный рюкзак на плечо, я держусь за стену слева и выхожу из туалета. Голова кружится, ноги путаются. Зажав нос пальцами, я выдыхаю и делаю уверенный шаг вперёд, едва не падая на пол.

В коридоре пусто. Сейчас идёт урок, но благодаря Кристиане я его прогуляла вместе с ней и её подружками. Не скажу, что я отличница, но лучше бы я сидела в кабинете и терпела до дома, чем вышла в туалет на перемене…

И кое в чём эта сучка права.

Чёртов Билл Аттвуд. Наивно было полагать, что если половина школы за ним бегает, то среди них вовсе нет меня. Даже если это звучит максимально глупо…

Этот красавчик засел в мою голову, когда я его впервые увидела на уроке физкультуры. Тогда я была рада тому, кто составлял школьное расписание и случайно впихнул наш класс вместе с его… Учитель был в шоке, но смог занять нас всех футболом, волейболом и прочими видами активностей. И когда Билл подал мне мячик, то я совсем потеряла голову… Его голубые глаза и небрежно уложенные русые волосы просто свели меня с ума. Представляю, как глупо я выглядела, когда пялилась на него не меньше минуты, не сдвигаясь с места. А он в тот момент провёл пальцем по моей руке и я пришла в себя. И его безумный, непонятный взгляд до сих пор живёт в моей голове.

Теперь его образ постоянно маячит в моих мыслях. А я всё чаще ловлю себя на мысли, что стараюсь казаться спокойной и равнодушной при виде него, но внутри у меня постоянно бушует ураган. И я не могу перестать о нём думать, даже когда это стоит мне сломанных рёбер или носа. Я же не знала, что эта дурочка умеет читать мысли…

Я с трудом дохожу до какой-то двери. Разум туманится. Кажется, кабинет математики.

Педантично постучав, я открываю дверь, сталкиваясь с осуждающим взглядом какой-то женщины пожилых лет. Но затем её взгляд меняется на испуганный, а глаза бегают по мне сверху-вниз.

– Помогите… – с трудом выдавливаю я из себя и начинаю кашлять, задыхаясь.

Кто-то что-то кричит, но я уже не могу разобрать ни слова. Я падаю на пол, продолжая справляться с кашлем, но у меня ничего не выходит. Свет вокруг меня гаснет.

Кто-то подхватывает меня на руки. Я стону от боли во всём своём теле и жадно хватаю воздух ртом. Рюкзак с моего плеча слетает и я уже не в силах, чтобы повернуть голову и посмотреть, где он.

– Мой телефон… – шепчу я. – Мама…

– Ей совсем плохо! – кричит мне в ухо какой-то парень. – Вызывайте скорую, иначе она умрёт прямо тут!

Мои веки постепенно тяжелеют. Кашель меня отпускает, но я чувствую себя какой-то жижей, не способной управлять своим телом. Кажется, моё сознание покидает моё тело. Всё вокруг становится размытым и далёким. Я больше ничего не слышу и не чувствую.

Я что, действительно умираю?

***

К счастью или к сожалению, я не умерла. Меня привели в чувства и я сморщилась от запаха ядовитой ваты, которая засвербила мне нос. Очнулась я уже в палате с ватными тампонами, торчащими у меня из носа.

Врач сказал, что мне немного вправили нос, а в остальном у меня, как ни странно, всё в порядке. Синяки скоро пройдут, внутренние органы целые, а значит я буду жить. Это не может не радовать.

К вечеру меня пообещали выписать. Поэтому моей маме не стали сообщать о случившемся. Впрочем, я не думаю, что мама побежала бы меня спасать…

С мамой у нас натянутые отношения. Она с детства была ко мне холодна. 3 года назад, когда мой отец умер, отношения у нас стали ещё хуже. Больше нас с ней почти ничего не связывает… А с тех пор, как год назад в её жизни появился Марк и она почти сразу забеременела – она перестала вообще меня замечать.

“Люблю” ли я Марка? Ненавижу! Это самый поганый человек в моей жизни, который никогда не ставит никого в приоритет, кроме себя. Цепляется, кошмарит всех вокруг и всех ненавидит… Никогда бы не подумала, что это каким-то образом сможет меня коснуться.

Мне некуда бежать… В школе слухи и избиения, дома оскорбления и унижения… Везде одно и то же. Единственное место, где я рада оказаться – на могиле моего отца.

Я давно там не была. И пока не очень холодно и не наступила зима, нужно будет обязательно съездить к нему “в гости”. Я безумно по нему скучаю… И мне каждый раз больно, что папа покинул этот мир.

– Привет. – говорит низкий мужской голос, напрочь отвлекая меня от моих мыслей.

Я поднимаю голову с подушки, смотря в дверной проём и замираю на месте. На лице появляется улыбка. У меня ещё и галлюцинации вдобавок с моему избиению?

Иначе я не знаю, как это объяснить.

– Привет. – неуверенно отвечаю я.

Билл медленно подходит ближе и садится у моей кровати. На его плечи накинут белый халат. В глазах читается беспокойство, но они намного мягче, чем я помнила. Его взгляд кажется мне… Заботливым?

– Как ты? – спрашивает он, заглядывая мне прямо в глаза и осматривая мою грязную одежду.

Мне становится стыдно… Он видит меня в таком состоянии, в отвратительной одежде, которая напрочь провонялась туалетом, с разбитым носом, заплаканными глазами и спутанными волосами.

Но он здесь. Почему?

– Не очень. – я сглотнула ком в горле и тяжело выдохнула. – Что ты здесь делаешь?

– Ты упала в мои объятия. – его улыбка озаряет меня и согревает моё сердце, словно солнце. – Когда ты зашла в кабинет, я как раз стоял у доски, но ты, кажется, уже меня не увидела.

О, Господи, какой позор… Я ужасно себя чувствую и хочу провалиться сквозь землю, чтобы Билл больше никогда в жизни меня не видел.

Кошмар… Ужас… ПОЗОРИЩЕ!

– И ты привёз меня сюда? – задаю я тупой и очевидный вопрос.

– Не я, а скорая помощь.

Он снова улыбается. Мне становится неловко от того, что я не умею улыбаться так много и так часто…

И он действительно очень симпатичный. Веснушки рассыпались по его лицу в хаотичном порядке, но это дополняет его прекрасный образ. Глаза светятся так ярко, что скоро начнут осветлять всё вокруг.

– Спасибо, Билл. Ты спас меня.

– И кто это с тобой сотворил?

Рассказать ли ему? А что потом? Вдруг это вновь обернётся против меня?

– Тебе правда интересно? – в моей груди нарастает паника, когда я вспоминаю пройденный этап в туалете с Кристианой. На глаза наворачиваются слёзы и единственное, чего я хочу – навсегда забыть этот ужас и больше не позволять ей меня трогать.

– Да. И, судя по твоим синякам, избили тебя несколько, а не один. Я прав?

Молча киваю головой. Слёзы сами заполняют мои глаза, постепенно скатываясь по щекам. Вспоминать всё это неприятно…

Но я хочу ему доверять. Он в буквальном смысле меня спас. Привёз в больницу, приехал сам и интересуется моим состоянием… Если я сплю – не будите меня.

А если не сплю, то об этой встрече нельзя никому рассказывать. Иначе Кристиана снова распустит свои когти и тогда мне будет не выбраться из её мёртвой хватки… Она окончательно меня убьёт.

– Не думаю, что тебе будет это интересно. – отмахиваюсь я, не желая ему рассказывать истинную правду. – Просто поругалась с одной… Девочкой.

Последнее слово далось мне особенно тяжко. Назвать Кристиану “Девочкой” – уже подвиг. Учитывая, что она вытворила и обычно девочки так себя не ведут.

– Ладно. – вздыхает он. – Но если вдруг захочешь рассказать, то я буду рад тебя выслушать.

Я улыбаюсь, чувствуя нервное напряжение. Ну я точно сплю, без сомнений…

– Спасибо, Билл.

Он вновь озаряет меня своей улыбкой, и я таю при этом зрелище. Я всё ещё не верю во всё происходящее.

-Эбби, я… – он делает вдох и моё сердце сжимается от того, что он произнёс моё имя. – Ты можешь держать меня в курсе своего состояния? Я боюсь, что тебе всё-таки что-нибудь сломали.

Я перестаю дышать, в упор глядя на парня. Он что, серьёзно сейчас? Он волнуется за меня?

–... Да, конечно. – неуверенно выдавливаю я из себя. – Только мне нужна… Какая-то связь с тобой. И мне нужен мой телефон.

Парень молча протягивает мне мою вещь и я беру его в руки. Разбит… Так и думала.

Разблокировав телефон, я понимаю, что дисплей сильно потёк и видна всего-лишь половина экрана. В целом, им ещё можно пользоваться, но теперь мне придётся где-то заработать на новый… Мама мне точно его не купит, придётся справляться самой.

Билл диктует мне свой номер телефона и я с трудом сохраняю его в телефонную книгу. А затем нахожу его в социальной сети и отправляю в сообщения смайлик, чтобы у нас появилось диалоговое окно.

– Отлично, есть. – говорит парень, заглядывая в свой мобильник, а затем переведя взгляд на меня. – Прости, мне нужно идти. Но я рад был с тобой познакомиться, пусть даже таким способом. Держи меня в курсе.

Я снова молча киваю головой и с грустью наблюдаю, как он выходит из моей палаты, улыбнувшись на прощание.

И только сейчас я чувствую, как сильно колотится моё сердце и руки совсем онемели. Я не верю в произошедшее, ссылаясь на мою бурную фантазию и на то, что всё является сном. Но, ущипнув себя за руку, я лишь подтверждаю, что нахожусь в действительности.

И я, кажется, слишком ударилась головой.

***

Заходить домой всегда “опасно”, словно на минное поле. Я никогда не знаю, смогу зайти домой спокойно или меня сейчас растерзают криками и требованиями об уборке дома.

Осторожно сняв обувь, я прохожу по коридору, чувствуя запах блинов и негативную атмосферу в воздухе. Выдыхаю. Нужно скорее пройти к себе в комнату и больше никогда оттуда не выходить…

– Ты где была так долго? – пугает меня мама, появляясь из-за угла с острым оскалом. Её взгляд сейчас прожжёт во мне 2 дырки. – Почему ты вся грязная?

Я молчу. Меньше всего на свете мне сейчас хочется устраивать разборки и рассказывать все детали сегодняшнего дня…

– Я подскользнулась и упала в школе на грязный пол.

– И ты решила по нему покататься что ли?

Я незаметно выдыхаю, искренне пытаясь скрыть своё недовольство тупым вопросам мамы. Почему она не может от меня просто отстать? Зачем сразу с порога начинать ругаться?

Другие мамы рады и счастливы, когда их дети со школы приходят домой. Обнимают, целуют их, спрашивают, как прошёл день.

Но не моя…

– Блины на столе, мне нужно в поликлинику. – она сбрасывает с себя фартук и уходит обратно на кухню. – И посуду не забудь вымыть.

Я закатываю глаза к потолку, тихо продолжая ненавидеть всё и всех в этом доме. Но пока выбора у меня нет – придётся мыть эту чёртову посуду и играть роль золушки, мечтая о принце на белом коне.

Дойдя до своей комнаты, я ликую. Сбросив с себя всё грязное, я надеваю халат и мчусь в ванную. Быстро засовываю грязные вещи в стирку, ёжась от боли в теле, и встаю под душ.

Мне хочется смыть с себя всю грязь, но я думаю, что сделать это не удастся. Кристиана напрочь испортила всю мою репутацию нормальной и адекватной девушки, поэтому теперь мне нужно будет защищаться и каждый раз стирать одежду с огромной кучей порошка. Да и самой отмываться от всей этой гадости…

Билл каким-то непонятным образом появился в моей жизни, и меня пугает, что он решил интересоваться моим состоянием. Впрочем, то, что я рухнула именно в его объятия – чистая случайность, зато какая удачная. Как и то, что я открыла случайную дверь, оказавшись прямо перед ним и именно перед его классом.

А теперь всё это ведёт в какую-то очень странную и непонятную сторону.

Я намыливаю волосы и смотрю в стену ванной. Горячие капли струятся по моему телу, мягко обжигая мою кожу. Кристиана точно убьёт меня, когда узнает, что именно сегодня произошло… Но если мы с Биллом начнём встречаться, то он определённо даст ей фору, чтобы она больше меня не трогала. Так ведь? Эта мысль меня успокаивает.

А вообще, в своих самых заветных мечтах я представляю, как вырываю ей все волосы, избиваю её до полусмерти и оставляю в этом вонючем туалете умирать также, как и она меня. Чтобы она ходила по школе и боялась ко мне подойти ровно также, как и я к ней сейчас. И чтобы она получала по шее каждый раз за то, что оказывается рядом с Биллом.

Наверное, я ненормальная, но я считаю, что она должна испытать то же самое, что и я когда-то.

Сейчас мочалка кажется особо грубой для моей кожи. Тело всё ещё ломит. Кое-где на ногах и руках появились жёлтые синяки. Если это ещё можно скрыть под объёмными свитерами и штанами, то вот синяк на лице, который появится завтра, скрыть будет крайне трудно. Я не особо слежу за своей внешностью, но факт о синяке меня смущает. Как и то, что со мной вообще произошло.

Мысли начинают меня есть, и я как можно быстрее покидаю ванную комнату. Разгорячённая и влажная я ложусь в кровать и выдыхаю, ощущая болезненность в носу. Телефон вибрирует и я беру его в руки, вновь ужаснувшись тем, что он разбит.

С трудом его разблокировав, я вижу уведомление от Билла. Сердце уходит в пятки, танцуя чечётку и я снова не верю во всё происходящее.

“ Как ты? Уже дома? Мама видела, что с тобой сделали?”

Кровь закипает и приливает к щекам и я чувствую, как они краснеют. Для меня всё это так странно… Он действительно интересуется моим состоянием. И у меня есть капля надежды, что мы скоро сможем быть вместе.

Пытаясь сохранить хоть немного спокойствия, я набираю ответ и вижу, как сильно трясутся мои руки. Из-за разбитого экрана я набираю не те буквы, которые мне нужны и начинаю психовать. Твою же мать…

“Я в порядке. Спасибо, что беспокоишься”

Мне не видно, прочитал он моё сообщение или нет и это начинает меня выводить из себя. Чёртова Кристиана, которая разбила мне телефон… Вот бы привлечь её к ответственности хотя-бы за порчу имущества…

Выдыхаю. Снова боль в носу. Нужно успокоиться… У меня есть вариант. Надеюсь, что он рабочий.

Я встаю с кровати и лезу в комод. Господи, сколько же тут хлама… Коробки из-под украшений, чехлы для моего телефона, бумажки, фантики,.. Мда, нужно бы как-нибудь заняться этим и разобрать всё. Иначе я потом вообще ничего не смогу найти…

Сквозь весь свой хлам я всё-таки нахожу коробку со своим стареньким планшетом. В последний раз я пользовалась им в пятом классе и сейчас я безмерно рада тому, что оставила его, а не отдала какой-нибудь своей дальней кузине, как мне тогда велела мама.

С находкой в руках и трепещущим сердцем я сажусь на кровать и достаю из коробки зарядку. У планшета слегка потёрта крышка, но в данной ситуации я не считаю это великой проблемой. Особенно по сравнению с моим разбитым телефоном.

Поставив планшет на зарядку, я умиляюсь изображению андроида и улыбаюсь. Он включается, я активирую пароль и улыбаюсь только больше. Планшет цел и чувствует себя неплохо. Также, как и несколько лет назад. Правда, я помню, что здесь плохая камера и мало памяти… Впрочем, ладно. Я и не блогер, устроит.

Я быстро подключаюсь к сети и скачиваю нужные приложения. В этот момент мой телефон вновь отзывается вибрацией. Взяв его в руки, я понимаю, что матрица постепенно растекается по всему экрану и скоро он будет полностью чёрный…

“Я завтра устраиваю вечеринку у себя дома в честь успешной игры. Может, сможешь прийти? Буду рад тебя видеть” – Билл.

Живот закрутило, и я почувствовала, что вот-вот навернусь с кровати. Смотря в стену напротив в полном исступлении, я переосмысливаю происходящее. И отказываюсь во всё это верить…

Пока я думала, что ему ответить, телефону стало совсем плохо. На экране остался совсем маленький кусочек слева, который тоже уже пошёл полосами. Я больше ничего не вижу…

Выключив телефон, я вытаскиваю из него симку и вставляю её в планшет. Быстро зайдя в свой профиль в социальной сети, я вновь вижу сообщение от Билла и с трясущимися руками открываю его.

“Надеюсь на твой положительный ответ, Эбби”

Давление в ушах заставляет меня держаться изо всех сил, чтобы не потерять сознание. Я сжимаю губы, вновь пытаясь собраться с мыслями, чтобы не рухнуть на пол от перенапряжения. Сглотнув ком в горле, я судорожно набираю ответ. Руки стали холодными. Странная у меня реакция на Билла…