Полная версия:
Александра Павловская Коэффициенты любви
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Парень сглотнул невесть откуда появившийся в горле комок и сразу же отступил в кусты, а для надежности, для безопасности еще и отбежал тихонько в сторону и, не медля ни секунды, нырнул в мраморный коридор, что открылся прямо в стене.
Жизнь в родном мире, где он, сирота с гениальными мозгами и неуклюжим, хрупким телом, с пониженным болевым порогом и повышенной чувствительностью, выживал среди «настоящих людей», что не ленились пнуть и унизить «мутанта-выпендрежника», научила его двигаться тихо и быстро.
Вот так тихо и быстро он и влетел в мраморный туалет — и прямо в лапы своих соперников. Тех самых, которым он несколько минут назад помог советами и щедро поделился знаниями. Придурок.
Лукас привычно закрылся руками и свернулся в комок. Он каждый раз проклинал себя и стыдил за слабость, но ничего не мог поделать с тем, что его тело боялось боли. Били его неумело и даже не так страшно, как дома, но его гениальный мозг успел просчитать, что теперь его шансы пройти последний этап собеседования и получить наконец-то безопасность и защиту — отрицательные.
В момент, когда по опыту Лукаса должна была начаться самая унизительная и болючая часть, раздался резкий звук и послышался отборный мат.
Нежнейшее сопрано, выплевывавшее матерные слова, настолько поразило бывшего «заклинателя адских разумов», что он отвлекся от боли, отчаяния и стыда и смог повернуть голову.
Рыжая ведьма, которую он еще недавно видел в зале, где шел отбор, перестала материть его обидчиков, кинула в них символ, известный во всех мирах, — ИЗЫДИ. В замкнутом пространстве эффект получился ожидаемый: несостоявшиеся бесплатные стажеры распластались по стенам.
Ведьма же сосредоточилась на напуганном до ужаса пареньке, что хрупкой сломанной фигуркой валялся в розовой от его крови воде и продолжал закрываться от ударов.
— … Боги вас вразуми! ….! Ах вы ж, мелкие изверги! Прибить бы вас да на зелье, как раз соседи просили паразитов потравить! — Ведьма зыркнула на перепуганных агрессоров и занялась своим будущим стажером.
***
Довольная до почти открытой улыбки Ирекле сбежала, отделавшись от своих потенциальных стажеров. Возню в гостевых туалетах магиня почуяла, как и то, что ее присутствие там не требуется — подруга на месте и все разрулит сама. Да и от тревожного ожидания Живой воды отвлечется!
Так и вышло — уже спустя каких-то десять минут Фелисия утащила своего новенького спасенного паренька мыться, кормиться и приходить в себя. Удивительно, сколько любви и добра было у их ведьмы. Хватало на всех и оставалось сверху!
Лиса по ментальной связи объявила всем, что ее стажером будет вот этот странный малый, что так вовремя был ею спасен, и собираться после перерыва нет смысла.
Практически сразу после того, как территория оказалась свободной от всех соискателей, Эйнар унесся «по делам», что означало поступление новых редких ковров в его любимую лавочку «Летают все», а Арьен ушел в свой кабинет и сосредоточился на расчетах для новеньких.
Бывший жрец чертил пентаграммы, рисовал понятные любому обученному аркху и непонятные больше никому формулы, вычислял сочетание дальних созвездий в родных измерениях их новичков и погрузился в любимое дело настолько глубоко, что на несколько минут перестал любоваться образом Ирекле с полуулыбкой. Магиня редко улыбалась настолько искренне, радостно и открыто. Тут же был достойный повод: ее драгоценная свобода! Свобода от О-БЯ-ЗА-ТЕЛЬСТВ была спасена!
Вежливый стук в дверь заставил его слегка вздрогнуть.
Золотой Офис принимал посетителей круглосуточно, но попасть к основателям фирмы без записи, расчетов и согласования было практически невозможно. Особенно к нему, к Арьену. И тут внезапный стук.
— Арьен, мы глубоко чтим саму возможность диалога с вами, — высокий вампир в дорогой (как у вампиров принято), стильной (как у вампиров принято) одежде долго не мог решиться и перейти к сути дела (что у вампиров совершенно не принято).
Когда посетителя чуть не понесло в сторону речи про дружбу аркхов и вампиров, Арьен счел возможным завершить молчание и помог гостю сказать то, что тот хотел.
А хотел он многого. И готов был заплатить очень дорого.
Представив, как отреагирует на итог их переговоров Ирекле, Арьен беззвучно хмыкнул.
Впрочем, когда его познакомили с их новым стажером лично, он захотел вернуть всё «как было» — до вежливого стука в дверь, но было поздно. Они договорились с высоким вампиром об очень дорогой оплате и обязательстве клана перед агентством, от личного долга аркх отказался категорически. Значит, нужно выполнять контракт.
Контракт истерил.
Худой тщедушный вампир сообщил высокому, что те — «подлецы и предатели, продавшие его иноземцам», что он «докажет, что он гений в маркетинге и сделает любых дурацких снобов богатыми, успешными и знаменитыми», что они «утонут в золоте и он всем покажет».
Где-то к этой реплике Арьен обнаружил, что бледная кожа немертвых созданий умеет покрываться розовыми пятнами стыда, хотя их природа отрицала физическую возможность такой реакции.
Действительно, таких вампиров он видел впервые и теперь был полностью согласен с главой клана, что «его же уничтожат при первой возможности, то есть сразу, как только мы перестанем его охранять». Яснее стало и про «мы обязаны его пристроить, я не могу умолять, но умоляю вас, Арьен, взять его стажером, мы заплатим. Заплатим так, что вы не пожалеете». Что клан вампиров не мог позволить другим кланам уничтожить одного из своих членов, Арьен понимал как никто. Понятия чести и преданности своим у аркхов и вампиров действительно были схожи.
Проводив ожидаемо-неожиданных гостей, Арьен продолжил расчеты. Теперь всё сходилось, динамическое равновесие вернулось к оптимальным параметрам, и можно было не особо беспокоиться, как их агентство пройдет через череду мощных геомагнитных и магических бурь, о которых второй месяц судачил весь Перекресток. Их ожидали через пару-тройку недель. И вообще всё уже сложилось настолько верно, что можно было переходить к следующему этапу и начинать переезд. Недалеко, в пределах Перекрестка, но подальше от эпицентра магических бурь, что начнутся уже совсем скоро. Совсем-совсем скоро. О, боги! Похоже, переезжать придется прямо сегодня. По всем расчетам выходило, что лучшее время для начала переезда — сейчас.
Что ж, его ждет увлекательный вечер и активная ночь. Арьен встал из-за стола и решительно направился к служебным помещениям Золотого офиса.
Глава 2
Михей увидел падающий моток искрящейся проволоки и дернулся подхватить, но был остановлен сердитым окриком:
— Стой! Куды без перчатков лезешь?! Не видишь, какой заряд магии там! — от непонятного существа малого росточка с окладистой бородищей.
Он остановился, но ему тут же, буквально в лицо, прилетели перчатки, и он включился в работу. Следующие часы ракитианец честно таскал короба и ящики, укладывал ценные свитки, держал «крепче, вишь, сорвется жиж» провода — активно занимался сверхсрочным и внеплановым переездом.
И Михей был рад. Рад пыли, грязи, гвалту, суете, хотя и совершенно иначе представлял себе первый день стажировки в «самом дорогом, элитном и успешном» (среди тысяч миров, что имели точки выхода на их Перекресток) агентстве «Магия, Практика и Закон».
Ночь накануне он не спал, фантазировал. Вот как придет он, недотепище неуклюжее, его и выгонят сразу. Засмеют и выгонят. Как пить дать выгонят… А ему поручение следует исполнять. Иначе семье и не жить вовсе… Образ маленького брата, сладко спящего в кроватке, и мамы, глядящей на него, старшего сына, с беззащитной тревогой, рвал сердце, и он снова и снова бегал по комнатке, думая, как бы ему продержаться подольше.
А получилось вон что. В измерении настойчиво предупреждали о предстоящих магических бурях небывалой силы. Уже несколько дней небо вместо оранжевого, привычного глазу, было малиново-сиреневым, а магические энерголинии рвались, ломались и искрились. Не иначе собственники агентства не стали ждать, чем дело кончится, а сразу после отбора стажеров начали переезжать в спокойный сектор.
И вот они носились: транспортные гномы грузили все на платформы, те проседали под весом коробов, но хоть и низенько, а летели, куда сказано. Михей включился сразу и почувствовал себя спокойнее — уж чего-чего, а работы он никогда не боялся.
Слева послышалось негромкое:
— Офис мы сегодня перевезем, а с домами у кого что? — смуглый худой аристократ (этих Михей за версту чуял), из тех главных, кто был тогда в Зале, делал какие-то расчеты на странно светящихся листах. Темные волосы, собранные в хвост из десятков косичек, шоколадно-фиолетовые глаза с охровыми крапинками вокруг радужки, высокий, поджарый, плечи широкие.
«Интересно, какого он рода и откуда?» — Михей прислушивался, пока помогал упаковывать странного вида артефакты. Когда кураторы готовили его к собеседованию, акцент делали на известных им данных: рыжей ведьме Фелисии и викинге Эйнаре. Магиню рекомендовали опасаться и обходить стороной. Четвертый основатель фирмы шел под грифом «темная лошадка», и именно он считался причиной краха двух почти успешных миссий.
— У нас дома трындец, канал оборвали, а мне надо срочно сегодня до второй полуночи отправить все изменения в наши учредительные документы по ремонту и усилению защиты Золотого офиса!
Отвечала «аристократу» Фелисия, тут он бы и без предварительной подготовки не промахнулся — ведьма, этих сразу видно. Краем глаза он отследил, как она тут же уткнулась в свитки и начала что-то строчить странным продолговатым предметом. Михей никогда бы не подумал, что волшебной палочкой писать можно…
— Значит, перевозим. Сейчас Равьену скажу. Работай, не отвлекайся, к вечеру все твои будут в Убежище, — смуглый кивнул и пошел выяснять что-то дальше.
Михей обернулся, чтобы увидеть, как он начертил в воздухе какой-то знак, удовлетворенно хмыкнул и зашагал в сторону уже практически полупустого офиса.
***
— Во имя Дев-Воительниц!!! — Ирекле дернула ведьму за руку, отвлекая от горы свитков. Та оглянулась на подругу, и они обе уставились на диво дивное, чудо чудное.
Посреди хаоса срочного переезда стоял красавец неимоверный. В мирах не было художника, способного передать столь потрясающую, тонкую, живую мужскую красоту. Ирекле особенно зацепили губы красивого незнакомца, форма изогнутого лука, а цвет — между вишней и кораллом, если такое вообще возможно. В лучах двух солнц Перекрестка мужчина смотрелся произведением искусства.
— И он же настоящий…
— Реально? — ведьма с удивлением перевела взгляд на подругу. Ирекле не видела иллюзий. Вот совсем. Никак. Даже когда хотела. И если прищуриться. А иллюзиями в Измерениях пользовались практически все.
Получалось, что красавец был взаправдашний.
— Подожди… тут что-то странное… — магиня выглядела слегка озадаченной и даже растерянной.
— Как он тебе?
— Как? Красава, конечно, но у меня еще гора свитков не оформлена! А этих бедолаг нужно расселить, контракты подписать, об ответственности предупредить, амулеты раздать и талисманы… их уже утащили на Базу!
— Именно!
— …?
— Ты смотришь на самого красивого мужчину, что мы видели за все эти времена в Измерениях, и думаешь про глупых стажеров и свитки!
— И ничего они не глупые! Хорошие стажеры!
— У тебя все хорошие. Но ты не про то сейчас, смотри — ты видишь, что он невообразимо красивый?
Девушки снова воззрились на потерянного посреди хаоса красивейшего молодого мужчину.
— И что с ним не так? — ведьма явно гораздо больше интересовалась свитками и стажерами, а еще амулетами, и вот опять же, куда там талисманы увезли?
— Я его не хочу. Он НЕ секси. Совсем, — задумчиво ответила магиня.
— Хм?
— Боги, ну все же просто. Оглянись. Посмотри на каждого мужчину на поляне. Можешь себя представить с ними?
— Буэ… — взгляд ведьмы задержался на непонятном существе с бородой лопатой.
— «Буэ» — это да. Местами. Но ты можешь представить себя с любым из них. Поблевать там, или «ууууууу, дайте пять», это уже опционально.
Взгляд Ирекле был теперь направлен прямо на Арьена. Темноволосый аркх сделал полшага назад и обозначил молчаливый полупоклон-извинение, мол, не хотел подслушивать, что было неправдой. За знание о том, где он для Ирекле между «ууууууу» и «буэ», он отдал бы два из трех своих любимых алтарей аналитики.
Ведьма уже поняла, что насторожило подругу. Она внимательно… так, нет! Внимательно!.. да что ж такое?!!! Она хотела внимательно рассмотреть красавца, но взгляд на нем не фокусировался. Он был картонный. Никакой. Мысль о прикосновении не вызывала ничего. Фелисия осмотрела поляну, каждого из гномов и стажеров, задержала взгляд на домовом и снова попробовала собрать внимание на красавце. Никак. Картон.
— Наш первый клиент на сегодня, походу… А у меня еще свитки не заполнены, данные не проверены, согласие кровью и иными жидкостями тела не получены! И куда унесли талисманы?!!! Стой! Это коробка с амулетами!! — она рванулась за парой потных гномов, красавец словно исчез из ее памяти.
***
— Что с твоим домом? Перевозим тебя? — Арьен шагнул ближе.
Магиня посмотрела на совсем не оранжевое небо, посозерцала молнии и фейерверки чистой магии из рвущихся по всему сектору проводов, задумчиво поразглядывала темноволосого аркха, споткнулась взглядом о старые изощренные шрамы, причудливым узором опоясывающие смуглую сильную шею, прислушалась к Дому, напиталась откликом покоя и защиты и вынырнула в сейчас.
— У меня самый защищенный сектор Перекрестка. Наоборот, зайди, посмотри, может, пора рядом Убежище поставить, малышню разместишь, — она мотнула головой, обозначая всех детей сотрудников, и тут же скривилась.
Про отношения Ирекле и детей ходили легенды и анекдоты. Дети ее любили и хотели как лучший подарок и чудо, Ирекле же больше всего в жизни любила свободу, деньги и хороший секс. И никаких связей. Никаких обязательств. Никогда.
— Лучше давай решим, чей этот красавчик клиент будет? И кто Золотым Офисом займется? Где Стефан? И где стажеры ваши? — магиня накануне сумела избавиться от своего возможного стажера и счастливо праздновала свободу где-то в Диких секторах Перекрестка почти до утра.
Вместо четырех стажеров будет только три! Она не при делах. Это стоило того, чтобы как следует отметить!
Аркх усмехнулся. И молча показал взглядом на тощего вампира, у которого эфирное тело висело клочьями.
— Это ЧТО? Клиент…?
— Стажер. Твой. — Арьен улыбался. Удивительно. Они так долго вместе, они так глубоко познали формулы Вселенной. И Ирекле каждый раз в погоне за своей излюбленной свободой пытается нарушить Базовые Законы Физики Мироздания.
— Он маркетолог.
— Кто?!!!!
— Он твой стажер. И он — мар-ке-то-лог, — Аркх смеялся. Беззвучно. Почти без улыбки. Даже магический шторм затих, настолько это было зрелище уровня «затаить дыхание и впитывать».
Мгновение — и момент единения-восхищения прошел. Снова бухнулась реальность с шумом, криками, коробами и «куда дели талисманы». И маркетологом. Вампиром, который походил на недоубитое зомби из отсталых миров.
Ирекле возмущенно зашипела.
***
Пока Арьен занимался переездом, Эйнар улетел договариваться о дополнительных бригадах для ремонта. Фелисия каждую свободную минутку проводила с Равьеном, не могла нарадоваться на него и надышаться.
Живую Воду ему дали выпить сразу же, как только купец оформил контракт об оплате за дочку и они все буквально выдохнули. Теперь у них снова есть время, они могут активно продолжать поиски и однажды найдут способ вернуть жизнь любимому мужу Лисы насовсем, а не выторговать, вырвать очередной кусок.
Ирекле была настолько рада и счастлива за подругу, что ее даже не особо огорчило непойми что в стажерах. Разберется. Как-нибудь.
Главное, что ей предстояло сделать сегодня, это провести предварительные встречи с клиентами.
Рассказать им, какие варианты их ждут. Дать выбор без выбора: или их дело ведет стажер, или они идут искать другую фирму.
Некоторые начинали капризничать, поэтому до первой встречи со стажерами следовало получить их согласие и подписи на столь ценимых Фелисией контрактах.
Забавно, что контракты делала Лиса, а вот подписывали их чаще всего или с ней, или с Арьеном, или с Эйнаром. Видимо, ведьма для большинства казалась слишком доброй? Интересно, стоит это обсудить.
Ирекле снова вспомнила вчерашний огненный вечер, отлично удалось отпраздновать, как теперь стало ясно, совершенно беспричинно, и пошла в сторону полупустого Золотого офиса, лавируя между строительными лесами.
Ей предстояла встреча с магом. С картонным красавчиком-невидимкой она поговорила вчера, кто же будет их третьим делом? И как их распределить? Стажеры в этом году уж совсем какие-то убогие подобрались.
Трудно придется с ними Стефану.
Она совсем далеко ушла в свои мысли и чуть не налетела на каких-то людей, что сидели около их офиса и грустно ели бутерброды.
Со времени встречи с Лисой Ирекле настолько привыкла к доброй еде, к заботе, к комфорту, что теперь каждый раз обращала внимание на чужую неустроенность.
Бутерброды были нарезаны кривыми неровными кусками, хлеб был толстым, а салат, что торчал из-под странного вида паштета, сдох еще дня три назад.
Жиденький чаек, что прихлебывали гости, выглядел так, словно жил свою седьмую жизнь.
— Вы к кому? — Когда ты маг, у тебя нет возможности тихо проскользнуть мимо почти десятка людей и сделать вид, что тебя тут не было. Ты заметна. Тебя видят. Твою энергию чувствуют. К тебе тянет.
Ей пришлось повторить вопрос довольно громко, чтобы уставшие люди, с понурым видом жевавшие невкусную еду, обратили на нее внимание.
Очень новые и необычные ощущения. Видимо, о чем-то таком говорил тот картонный парень, красавчик. Хм, стоило понадеяться, что его проклятие не заразно.
***
Три часа подряд Ирекле усиленно пыталась понять, что от нее хотят эти… пострадальцы.
— Давайте еще раз пройдем по фактам, — магиня умела быть очень терпеливой, когда ей что-то было нужно. Конкретно сегодня ей было нужно, чтобы все новые клиенты были готовы к работе со стажерами, чтобы никто не дергал Фелисию и та могла насладиться своей радостью с Равьеном как можно дольше. — В вашем мире двоюродный брат короля отравил невестку его старшего сына, и поэтому ваш король пошел войной на царство сводной сестры его кузена.
Несколько человек согласно закивали головами.
— Вам это не понравилось, и вы наняли проводника и Тропой ушли в другое измерение, так?
Простой вопрос вызвал волну гнева и возмущения. Ирекле слушала крики обиды и ярости на ее непонимание важности перемен, случившихся в родном королевстве пострадальцев, и прикидывала, кто же из стажеров будет способен слушать эти бесконечные бессмысленные стоны.
В конце концов им удалось разобраться, что уже почти десять лет несколько семей бродят по разным измерениям и никак не могут обрести свой дом. Они мечтали жить в Аморилии, до этого начинали осваиваться в разных местах, но снова и снова их что-то сгоняло, и они шли, и шли, и шли. Деньги почти кончились. Все было довольно плохо.
И да, многие из них думали про возвращение домой, где так и продолжалась десятилетняя война, но они не могли.
— Чем вы собираетесь платить, если золото кончилось? Наши услуги стоят дорого.
Магов считают эгоистичными, равнодушными и циничными. Ирекле это всегда поражало. А почему она должна быть доброй к совершенно незнакомым ей существам? Зачем? Она не Фелисия, чтобы спасать всех подранков, до которых сможет дотянуться.
Оказалось, что, натерпевшись лишений и испытаний, пострадальцы сумели передать письмо домой, и их родные собрали что только смогли, чтобы можно было оплатить работу фирмы по коррекции судьбы.
Глянув на мешочек с деньгами, Ирекле мысленно выругалась. Сейчас еще несколько часов уйдет на отказ, их стоны, а затем вопли и проклятия. Сумма даже близко не приближалась к необходимой.
Она посмотрела на неуместных в Золотом офисе унылых потрепанных людей, собираясь уверенно сказать: «нет», но тут маг, к которому она так и не дошла, прошел прямо к ней и бухнул на стол еще три увесистых мешка с золотом.
— Ваши контракты позволяют заплатить за них? — он дождался согласного кивка Ирекле. — Тогда вот двойная цена за вашу работу для этих людей. И, пойдемте, обсудим мое дело!
***
— Полагаю, насколько для меня данная ситуация неприемлема, можно не объяснять?
Маг выглядел напряженным. А напряженный маг — это маг, который через несколько мгновений совершит заведомо непрогнозируемое действие.
Ирекле отошла к оставшемуся в кабинете креслу, посмотрела в окно, магическая буря снова рвала пространство. Найти слова не получалось. Было невозможно ответить искренне. А ответить искренне было необходимо и срочно, иначе они тут получат такой взрыв!
— У нас есть чудесная ведьма, Фелисия. Наверняка вы слышали про нее. У нее есть дар — лично меня она когда-то научила принимать помощь.
Магиня улыбнулась, вспоминая. Теплая, нежная, легкая, мягкая улыбка изменила конфигурацию пространства, и гость Золотого офиса словно выдохнул. Градус напряжения снизился, и появилась возможность поговорить, рассказать условия и подписать контракт.
***
Ему пришлось неимоверно трудно. Открыться. Признать, что он — маг, и маг известный, сильный, можно даже сказать, прославленный, — совершенно не справляется.
Не справляется настолько, что вынужден обратиться за помощью, и хорошо, что досточтимая госпожа Ирекле понимает, насколько это «за гранью» для любого мага.
Существенной частью проблемы было то, что он не мог сформулировать, а что не так? Его сила утекала, у него не было энергии делать простейшие вещи.
— Я словно стал обычным человеком, причем самым никчемным, самым ленивым неудачником из всех обычных людей. Самая ужасная участь для мага — наблюдать и осознавать, как твоя Сила тебя покидает, и ты совершенно ничего не можешь с этим сделать.
— Но Сила не может нас покинуть, она же и есть мы, — Ирекле была растеряна и даже не стала это скрывать. Ее искренность позволяла гостю выдерживать беспрецедентный стыд беспомощности.
— Я знаю, поэтому долго пытался самостоятельно разобраться с проблемой, пока все не стало ощутимо хуже.
— Насколько хуже?
— В некоторые дни у меня словно совсем нет энергии, я полностью обесточен. В другие — процентов десять, редко пятнадцать от моего обычного уровня. Сейчас, наверное, тридцать пять.
Она смотрела на него спокойно. Никакого ужаса и жалости во взгляде темно-серых глаз. Это давало облегчение. Возможность не умереть от стыда и позора.
— Проклятье? Удалось кому-то могущественному наступить на… кхм… мозоль?
— Думаю, да. Чем еще это может быть?
— Чем бы ни было, мы разберемся. Фелисия, ведьма, про которую я говорила, — то, что нужно в вашем случае. У нее как раз сейчас юный гений в стажерах. Надеюсь, против этого нет возражений?
Он устало-равнодушно мотнул головой. Ведьма, гений-стажер, магиня, кто угодно, он нуждался в помощи, но почти не верил в то, что его проблему можно решить.
— Если у вас, у вашей фирмы, не получится за разумный срок решить мою проблему, полагаю, прогулка по Тропе будет для меня приемлемым выходом.
Маг, который сдался, — это маг, который не просто разрушает самого себя, он будет разрушать и пространство вокруг себя, и судьбы существ, с которыми соприкоснется.
И этот конкретный маг более чем прекрасно это понимал. Хуже того, он уже принял для себя решение — прогулка по Тропе могла быть не только из одного места в другое, можно было уйти в бесконечность, раствориться в Тумане, чем бы он ни был по своей изначальной природе. И это было едва ли не единственным способом для магов покинуть жизнь преждевременно, по доброй воле.
— Наш аркх, Арьен, уже сделал расчеты. У нас не было нерешенных случаев клиентов, и в этот раз не будет. Начинайте планировать, что вы сделаете с тем существом, что вас столь жестоко и изощренно прокляло.
