Александр Викторович Стенников Попутные рассказы

ХОЧЕШЬ ЛИ ТЫ ВЕРНУТЬСЯ, ВОТ В ЧЕМ ВОПРОС …

/На основе реальных событий/

- Давайте знакомиться! Я, Георгий Сергиенко, работаю, как вы уже заметили, журналистом, публикуюсь в альманахе «Россия современная». По роду своей писательской деятельности - по заданию издательского дома, в котором я имею честь трудиться, - мне приходится часто «мотаться» в разные заброшенные (и не очень) уголки нашей необъятной Родины. А поскольку, не вдаваясь в тонкости физики и аэродинамики, я решительно не понимаю, как эта многотонная железяка под названием «самолёт», умудряется взлететь выше облаков и нестись с такой не приличной скоростью. По той самой причине, в каждой клеточке моего сознания и тела зародился несоизмеримый ни с чем протест на уровне животного страха: ни при каких обстоятельствах не садиться в эту железную птицу. Исходя из этого, мне пришлось искать другие способы путешествовать наземным и водным транспортом. Которые, по мнению моего дорогого шеф – редактора, в десятки раз увеличивают временные отрезки. По этой причине, вся «прелесть горячего репортажа» теряет смысл вообще куда-то ехать. Но, все – же, шеф утверждает, что мои публикации нравятся читательской аудитории. Поэтому, мне доверили вести, не менее привлекательную рублику - «Частное расследование». Поначалу эта рублика показалась мне не очень «романтичной», потому что – «чем дальше в лес, тем ну его на … три буквы!». Хотя… у каждого в голове, свой лес. Однако от одного расследования к другому сыскной азарт не угасал, а, напротив, разгорался еще сильнее более жарким желанием побывать в роли знаменитых сыщиков: Мегре, Пуаро или Шерлока Холмса. К тому же почти в каждом расследовании, есть вероятность «получить на свою пятую точку определённую порцию приключений», что многократно «разжигает» профессиональный интерес.

Но, я, однако, отвлёкся от главной темы сегодняшнего повествования. Итак, мне предстоит дальняя командировка, почти через всю страну, - на поезде, в загадочный город N, в котором произошли не менее загадочные события…

Если честно, дорогой мой читатель, в пути мне попадаются персонажи, с которыми не только интересно поговорить, поспорить, или скоротать время за стаканчиком чая неопределённого сорта. Но иногда и послушать душещипательную историю, которая так и просится на бумагу, вместо очередного сомнительного расследования, которое ждет меня в незнакомом городе…

Сегодня - Старый Новый год (по старому стилю), 14 января 2019 года. Я зашёл, в полупустой, по-праздничному уютный, вагон-ресторан. В ночном полумраке, развешанные по окнам, в такт покачивания вагона, «веселились» разноцветными огоньками - гирлянды. Из динамиков тихо, под стук колес, лилась приятная мелодия, заполняя все пространство пустого ресторана. На столах, за которыми ужинали немногочисленные пассажиры, горели свечи…

За третьим столиком сидел, на первый взгляд, еще совсем молодой человек. Точнее сказать, человек без возраста. Со следами не растерянной молодецкой удали и стати, которые когда-то были предметом его гордости, залогом успеха и силы…

Он - брюнет, с висками, подернутыми сединой. У него проницательный взгляд, прямой и не блуждающий. Наверняка, этот мужчина всегда был любим женщинами, поэтому его взгляд априори, не мог быть другим. В его движениях «улавливается» одна особенность, мимо которой не пройдет ни один художник: неторопливость и обязательная завершенность во всем. Кто-то назвал бы это педантичностью – в аккуратно сложенной салфетке, в тарелочке с нарезанным лимоном, стоящей строго по центру, в идеальном порядке разложенных столовых приборов, в отсутствии морщинок на скатерти и на лице. Ничто не может нарушить покой в его душе, вероятно, раньше там царил хаос, а теперь, все пришло в равновесие, и всё в его жизни «выстраивается» как нельзя лучше.

В тот момент, этот мужчина выглядел абсолютно счастливым человеком…

Я шут, я клоун, скоморох...

Король иллюзии, хозяин масок.

И кто скажите, объяснить мне б смог,

Что мир и так живой, и без моих красок.

А я художник, гений злой,

Все малевал свое уродство,

Писал отравленной иглой

На душах тех, в ком нет притворства.

А мир дышал, звонил в колокола...

Он цвел, он пах, благоухал цветами,

Но только мой не радовало глаз,

Если щепотки яда нет в кармане.

И вот я раб, с отравленной душой.

Мой холст - прогнил, корона спала,

Я заигрался собственной игрой,

В которой правила мне смерть писала.

Но жизнь шептала: «Встань, беги, борись!

Я верю, можешь, справишься, попробуй...»

Но я упорно брался вновь за эту кисть,

Хоть красок нет и сил сопротивляться тоже.

И вот финал, в душе осколки льда,

Изорванное сердце кровоточит.

И разве важно, чья теперь вина,

Коль жизни нет во мне, лишь клочья чёрной ночи...

А мир живет и движется вперёд!

Он так же светел, красками насыщен,

Ведь матушке природе невдомёк,

Свою дорогу в жизни каждый, сыщет!

- Я – Антон. - Эта история, должна была стать последней в моей не путевой жизни…

Но даже в самой безвыходной ситуации Господь дает этот последний шанс - дабы спасти еще одну заблудшую душу…

Было двадцать девятое апреля 2015 года. Томская область.

И история началась…

- Мне тридцать семь лет, и я – «конченный наркоман…». С этим невероятно трудно согласиться и признаться самому себе. Но это - первое, что необходимо сделать, чтобы появился хотя бы один шанс вернуться в нормальную, человеческую жизнь. Признать, что у меня есть проблема. Так говорит милый нарколог, по совместительству - мой сосед по лестничной площадке…

Голос Антона завораживал. Он был густым, монотонным баритоном, без особых эмоций, разбавляемый прокуренной хрипотцой…

- Мое скатывание в низ происходило так же постепенно, как, наверное, у любого зависимого, - задумчиво продолжил свой рассказ издалека мой попутчик. - Первая сигарета в подъезде, алкоголь, девочки и песни под гитару, первая затяжка травки, хапка плана изредка, то «колеса» глотал, то клей нюхал, то «фен» на язык...

Но… Всё это поблекло, потеряло свою «привлекательность» после первой дорожки «белого…». И совсем потеряло смысл после первого укола - «вмазаться» и ощутить «волокушу» (ввести наркотик внутривенно и временно ощутить приятный приход…)

Чем и капнул глубоко себе ямку, покатившись стремительно по наклонной, деградируя по полной программе…

Продолжался этот АД, долгих 13 лет…

Потом был реабилитационный центр. После курса лечения, неожиданно для себя стал его директором. И - семь лет, наполненных ЖИЗНЬю, счастьем и радостью. У меня было всё! Семья, достойная работа, дети, друзья, учёба, спорт и масса увлечений. Но однажды всё закончилось, у меня случился СРЫВ…

Антон периодически замолкал, задумчиво глядя в темноту окна. Его взгляд застывал на какой-то неопределенной точке. В такие моменты мне казалось, что он находится там - в далеком невозврате. В безудержной молодости, в дурмане свободы, в желании и жажде попробовать эту жизнь всю целиком: не только с наружи, но и изнутри, вывернув ее на изнанку…

- Я согласен с соседом – наркологом: у меня огромная проблема. Но, даже при таких обстоятельствах для моего слуха не вяжется с самим с собой фраза: «конченный наркоман». В отличие, от совсем конченных «торчков», я выгляжу внешне, более-менее здоровым человеком…

И мозг у нас пока что работает по-разному. У них вообще не способен что-либо оценивать и выстраивать мысли в логические цепочки, если только это не касается наркотиков и их добычи - тут они проявляют настоящие чудеса сообразительности…

Рассказывая свою историю, Антон словно заново проживал ее, возвращаясь в тот момент и пропуская через себя все заново…

- Но, тем не менее, эту, мою проблему, необходимо решать - с этим я не спорю. А вот каким образом - ума не приложу! До сегодняшнего дня я ширялся без какого-либо перерыва уже полтора месяца. Изо дня в день, по нескончаемому кругу, и понимал, что так дальше продолжаться уже не может, но при этом…

При этом, было страшно: решиться, принять правильное решение, сдаться, «отскочить – слезть с иглы», начать жить по-другому. В голове постоянно, буравчиком сверлила мысль - покончить с этой зависимостью раз и навсегда! Что, именно сегодня я приму эту хрень в последний раз и окончательно завяжу с этим грязным делом: «Все, сдаюсь, я в завязке!..».

Так часто бывает…

И я уже неоднократно выходил на эту позицию. Пытался, давал всем обещание - и самое что не наесть - честное пионерское слово - выбраться из этого болота! Клялся самому себе, всеми святыми, но… так, часто бывает… слаба, душа во грехе…

Нарушив очередные обещания, мы вновь лукаво каемся, просим прощение у близких, сыплем заверениями - и так по бесконечному, порочному, замкнутому кругу…

И в то же время я прекрасно понимал, что это бесконечным быть не может. Скорее, я уже чувствовал: вот он, апогей - черта, за которую заступать не следует! Уже были предпосылки некой моей неадекватности. Но зависимость переворачивает все с ног на голову, еще и еще, и это «еще» - каждый раз обещанный самому себе, как последний…

Но этот - «последний раз», был особенным…

Я приехал домой, отдал жене все деньги, пластиковые карты, ключи от офиса. На всякий случай объяснил, где и какие документы находятся, договора по сделкам. Сказал, чтоб не ждала. Что обязательно вернусь на следующий день. И поехал - куда глаза глядят…

В нетерпении и наркотическом ознобе я доехал до озера. Остановился на берегу. Это было мое уединенное, любимое место: для рыбалки, отдыха, чтобы побыть одному…

В такие моменты, как бы хорошо мне не было в «трезвой» жизни, зависимость никуда не уходила. Мысли о том, чтобы покурить, понюхать, ширнуться, преследовали меня постоянно. Уверяю вас, бывших наркоманов, к сожалению, не бывает!

В общем, я был как никогда полон решимости, что вот - сегодняшний день, станет последним днем употребления. Что к завтрашнем я приду в себя, и буду, окончательно, что-то с ЭТИМ решать... И я «укололся…».

Но, в этот день, как говорится, - «что-то пошло не так…».

Видимо, я употребил слишком большую дозу, или накопительный эффект был уже на пределе - и черти в моей голове заплясали! Я слышал то, что нельзя услышать и видел то, что нельзя увидеть. «Белочка», сумасшествие, глюки, мультики - как угодно назови, но это в тот день со мной произошло. Я слышал звуки, которые постоянно менялись: то это были голоса моей мамы, то моей жены, то плакали мои дети. То какие-то мужики беседовали, где и как меня поймать, и что со мной сделать…

В ужасе я прыгнул за руль своей машины и полетел, спасаясь, не разбирая дороги...

Почему я выбрал именно это направление и эту дорогу - не помню. Бесы гнались за мной, и я летел туда, куда летел…

Мне было страшно, одиноко и отчаяние душило. Я не понимал, что происходит, мне постоянно казалось, что за мной: следят, гонятся, что слежка ведется через мои гаджеты - которые я тут же выбросил в окно: телефон, планшет - все, что могло связывать меня с внешним миром, я постарался выбросить по дороге.

Спустя минут сорок стремительной езды по бездорожью, по лесным проселочным дорогам я выскочил в район поселка под названием «Восемьдесят шестой квартал».

И подумал: «Ну вот, вроде оторвался - могу здесь затеряться». Много раз сворачивал, плутал по поселку и на какой-то очередной улице, возле заброшенного сарая, припарковался…

Не выключая мотор, вышел из машины. Какое-то время стоял, прислушиваясь: то выглядывал из-за угла сарая, то присев, смотрел под машину…

Но в оцепенении от страха я не мог просто притаившись, сидеть на одном месте - адреналин в крови, требовал движения, динамики. И я снова прыгнул за руль и помчался. Выбрался на большую трассу и гнал по ней не сбавляя скорости, пугая редкие встречные машины. В тот момент я не думал ни о машине, ни о последствиях, главное - сбежать от НИХ, от тех, кто меня преследует и догоняет…

Но то, что гнало меня вперед с такой скоростью, было лишь безумием в моей голове - и от этого я убежать не мог! И именно ЭТО, на тот момент, было главным, чего я никак не мог осознать: то, что меня преследовало, оно было внутри меня, а не снаружи!..

Но, тем не менее, я видел фары, слышал визг шин и тормозов, голоса преследователей от которых летел, летел как сумасшедший на пролом: через кусты, через деревья, пытаясь пробраться туда, где наверное - Макар телят не пас…

Понять и осмыслить происходящее просто не было времени. Были только ужас, отчаяние и безысходность. Страх не отпускал ни на секунду, понужая и понужая своим хлыстом…

Как долго это продолжалось, сейчас уже не вспомнить, но мне казалось, что я промчал уже километров двести. И там, посреди леса, на проселочной и совершенно не проходимой дороге, я окончательно «сел брюхом». «Зарюхался», в такую грязь, из которой реально выбраться было невозможно…

Но страх, не давал мне возможности, даже выйти из машины. Казалось, что меня все-таки догнали, окружили и собираются взять штурмом. И, что удивительно, на тот момент, я видел этих людей – наблюдал за ними в боковые зеркала: они двигались и договаривались, как будут меня вытаскивать. Мне мерещилось, что кто-то из них уже карабкается по крыше, пытаясь взломать ее и проникнуть в машину через люк. Я в панике кричал, звал на помощь, отбивался и изо всех сил жал на газ до упора. Но машина только ревела и выплевывала жидкую грязь колесами, при этом, никуда не двигалась…

Я был уверен, что в этот момент борюсь за свою жизнь…

А потом, произошло то, чего я никак не ожидал. Огонь пыхнул в районе правого колеса, и салон моего новенького «Лексуса» стал наполняться едким дымом. Я стал задыхаться; пришлось выкатиться из машины - с охотничьим ножом в руках, будучи уверенным, что эти сволочи и подожгли авто, и сейчас я их буду за это наказывать! Но ничего не менялось, меня, никто не хватал, и не связывал…

И в этот момент пришло какое-то временное прозрение. Я побежал к багажнику в надежде спасти автомобиль. Но пока искал огнетушитель - машина пыхнула, как свечка, до самых верхушек деревьев. Я напугался, отбежал в сторону и минут тридцать, наверное, наблюдал, как моя машина полыхает факелом. Да, я думаю с полчаса от силы - это было очень быстро. Трижды она взорвалась. Один взрыв, был такой, достаточно мощный, от которого я не устоял и сел на задницу. От взрывного свиста, в ушах, чуть не вылетели перепонки…

Когда все потухло, стало безумно холодно и темно. Но почему-то в этот момент, страха уже не было. Напротив, я почувствовал облегчение, словно выпрямился, скинув с себя груз. Я неподвижно, стоял посреди леса, не понимая, где я и зачем здесь…

Вместе с машиной сгорели все теплые вещи, я остался в трико и мокасинах. Обойдя пожарище, я нашел свою курточку - легкая такая курточка - сумку с документами и плед. Все это «богатство» я успел выбросить из багажника, пока искал огнетушитель.

Накинув куртку и укутавшись в плед, не секунды не задумавшись, пошел, а куда и зачем… так нужно, нужно идти…

Мне казалось, что, меня, кто-то там, в той стороне, зовет…

Вопреки здравому смыслу и логике, я, конечно же, пошел совсем не туда, откуда приехал, а совершенно в другом направлении. Я был уверен, что звуки, которые я слышу, ведут меня - прям туда, куда нужно…

Я не знаю, сколько времени шел по дороге – она ведь была, я помню. И не понимал, почему с нее свернул. Помню только одно, вокруг была кромешная тьма! Видимо, было очень облачно, от чего ни луны, ни звезд на небе не было видно. Поэтому впереди, только черный сгусток космоса, в который я, ежесекундно проваливался. Делая очередной шаг, реально ожидал, что вот сейчас, сорвусь в какую-то пропасть…

Вокруг меня, в этой, глаз выколи - темноте, стояла необычно густая тишина. Я напрягал слух, чтоб хоть как-то сориентироваться, но казалось, что я вовсе не двигаюсь, а просто стою на месте. Как вдруг, впереди раздался треск сухих веток, от чего я вздрогнул в испуге. Толи это деревья так низко свисали, толи зверь какой пробежал. И тогда я решил обойти это место вокруг - а там какие-то возвышенности, холмы, все выше и выше, а потом резко в низ, при этом кругом еще снег и не совсем замерзшие лужи, какой-то колючий кустарник…

Обходя «страшное» место по этим холмам, я окончательно потерял ту дорогу - или тропинку - по которой шел до этого, и выйти на нее уже не получалось…

Всю ночь я боролся с деревьями, ухабами, кустарником и холодом. Трижды забредал в болото. В первом утонула моя обувь. Где-то по дороге я потерял сумку с документами. Единственное, что со мной оставалось, это плед и нож. И то совсем ненадолго, потому что очередное болото, вместе с надеждой на лучший исход, очередной моей глупости засосало и остальное мое «богатство».

По мере того, как я трезвел и приходил в себя, ощущая наконец от реальности холода, что это тело действительно мое, осознанно понимал, что все это, как-то совсем не совместимо с жизнью…

Мне вдруг подумалось: кто такой есть в моем близком окружении, что смог оплатить столь реалистично-дорогой розыгрыш?! Как в фильме «Игра», где главный герой фильма, весьма богатый банкир Николас - получает странный подарок от своего младшего брата – бездельника: предложение сыграть. И если он согласится, игра изменит его жизнь…

Но, Николас не понимает, что игра уже началась…

Так происходит падение в «кроличью нору», которая озадачивает, ужасает и возбуждает Николаса к жизни…

Это многослойное, полное падение в персональный ад, в котором он десятки раз погибает и возрождается как новая личность - со стремлением просто жить…

Но, шел я видимо, не туда - и людей, которые бы могли участвовать в «розыгрыше», не встречал…

Окончательно я осознал свое положение только к утру, когда расцвело. Это была ЖУТЬ! На мне было трико «Адидас», насквозь и поверх которого - толстым слоем сплошная холодная грязь - и олимпийка той же свежести и цвета. Я шел босыми ногами по мерзлой земле, температура воздуха достигала примерно минус шести градусов, местами лежали сугробы, которые обойти я не мог…

Что такое идти босиком по лесу - я не знаю, какими словами это описать. А тем более при таких минусовых условиях! Одно скажу, это вам не по травке, летом прогудяться!

Но жить хотелось - и я продолжал идти…

Так я протопал целый день. После относительно тихой ночи я никак не мог предположить, что лес в Сибири днем, в самом начале весны, может быть, настолько живым и многоголосым! Оказывается, в нем огромное количество звуков, имитирующих повседневную городскую жизнь. Есть, к примеру, птичка, крик которой напоминает звук сигнализации при закрывании автомобиля. Вот это звонкое «пилик», она повторяла с интервалом пять-десять минут, на протяжении всего моего скитания. И сводила меня с ума. Мне постоянно казалось, что вот сейчас, точно, где-то рядом, кто-то закрыл машину. И каждый раз я, как ошпаренный, подрывался в том направлении, откуда доносился звук. Я уходил с дороги, пробирался через немыслимые буреломы, чтобы успеть - пока эти люди не уехали. И орал, и орал как сумасшедший: «ААААУУУУ, СПАСИИИТЕЕЕЕ, ПООМОГИТЕЕЕ…» - от чего совсем сорвал голос, и уже потом произносил те же слова, только уже хриплым шепотом…

Иногда я слышал рокот, будто запускалась бензопила, и валят лес. И, естественно, я сломя голову бежал в ту сторону. Ну, как можно сказать «сломя голову», на таких ногах… Я закусывал губу до крови и пытался двигаться, как можно быстрее. В такие моменты, когда кажется, что вот-вот спасение, находишь в себе предпоследние резервы и на минуту забываешь про боль. А когда понимаешь, что это всего лишь звуковой самообман, с разочарованием возвращается боль, с двойной силой. Подливает масло в огонь то, что начинаешь себя жалеть и ненавидеть одновременно: становишься мерзким и жалким! Да, жалеть себя – это, отвратительно…

Это только в первую ночь, была густая тишина… Или - показалось, из-за того, что продолжал быть «под дурью» и было все по барабану. Да и бравада: «Я ж крутой! Какие пустяки - сейчас выйду, вон на ту опушку леса, и мой «прогулочный поход» на этом закончится…».

Но, он не заканчивался…

Всем своим, промерзшим до мозга костей существом, я понимал: времени на то, чтобы посидеть, отдохнуть у меня нет. Запросто, могу заснуть и больше никогда не проснуться. Поэтому - должен идти, и обязательно выйти к людям.

Я по-прежнему не понимал, где нахожусь, в каком направлении нужно идти и вообще - встречу ли когда, долгожданное спасение…

Вышел на лесную дорогу и подумал, что рано или поздно она меня куда-то обязательно выведет. И она вывела - к перекрестку четырех дорог. Я выбрал одну из них, и спустя несколько часов, вышел обратно к этому же перекрестку, сделав бесполезно большой крюк. Сказать, что я был разочарован? Нет, я был подавлен, сломлен, раздавлен. Я просто сел на пенек и заплакал. Плакал и понимал: от слез, что текут по щекам, не чего не изменится, теплее не становится, меня никто не находит. А значит, жалеть себя и расслабляться, не стоит! Пришлось встать, и идти по другой дороге. Но разочарования на сегодняшний день не закончились, они пришли в виде миражей. Скорее, они стали появляться, от чрезмерной усталости, недосыпания, голода, от истощения организма наркотой, да и элементарного самообмана - принять желаемое за действительность. Я видел что-то похожее на машину, на избушку, на людей. От радости ускорялся, кричал, даже пытался бежать. Теплилась в это мгновение надежда, что вот оно спасение, но каждый раз подходя ближе, машина оказывалась сугробом, охотничий домик, превращался в останки какого-то древнего сарая, или железнодорожного вагона, неизвестно для чего и каким образом, в эту глушь, попавшего. Деревенька, оказывалась просто холмами, заснеженными в тумане, или навалом деревьев. Каждый раз, это было больно…

Но, я продолжал идти, оставаться на месте в такое время года было не разумным - хоть что-то я понимал прекрасно, и здраво отдавал этому отчет…

Когда вновь начало темнеть, я стал искать место для ночлега. Увидел большой, высокий, не покрытый снегом, заросший молодым ельником холм. Забравшись на него, нашел там канаву, надрал в нее сухой травы, вырвал с корнем не большую елку, лег и накрылся этой елкой сверху. Чтобы окончательно не замерзнуть, я снял трико и обеими ногами залез в одну штанину. Сжавшись в комочек и тресясь всем телом от холода и озноба, подумал, - «вот сейчас бы не мешало «поправиться» (ввести в вену дозу, для улучшения состояния) это б решило некие проблемы. Так провел ночь, в полузабытье, в полубессознательном состоянии, но все равно какое-то время, наверное, поспал…

А еще, перед тем как уснуть, «мечтал о костерке и трех картошечках в «мундире…»

Наутро, я кое - как вылез оттуда, весь затек как деревяшка, меня знобило, и зуб на зуб не попадал. Все было одним словом - плачевно! О, небеса! Сейчас я согласен и на «децел» (очень маленькая доза наркоты). Или хотя бы «забить косую» и «заторчать» (приготовить папироску с анашой и закурить).

Солнце уже светило, но пока не грело. Так плохо, мне, никогда еще не было…

Я подумал о маме…

А каково ей? Она ведь всю жизнь медленно умирает! Пил муж, запойно, месяцами, затем сын, переплюнул во всём батю и стал наркоманом! Потом у нее определили РАК, и началась борьба за ЖИЗНЬ. Сколько ж испытаний выпало на долю моей милой мамы… Каждый раз, испытывала все более нестерпимую БОЛЬ, безнадежное ОТЧАЯНИЕ и ужасный СТРАХ, и ведь не за себя, а больше все за близких – «как же мы без нее…».

Но ведь живёт, движется вперёд, не опустила рук, не сдалась, имея огромное терпение и человеческое смирение…

И мне, оставалось только одно, хочешь жить - ИДИ!

ОТ АВТОРА: Внутреннее состояние человека может быть бесконечно разнообразным: он может быть счастлив или угрюм и печален, здоров или в болезненном упадке, пребывать в эйфории от любви или испытывать удручающую ненависть ко всему на свете. Внутреннее, болезненное состояние каждого человека индивидуально - и пока ты в нем прибываешь, оно принадлежит только тебе! И как бы ты ни старался рассказать о нем словами, доводами, ощущениями, впечатлениями и чувствами другому человеку, он все равно ничего не поймет, пока сам не окажется в таком положении и не переживет его в полной мере…

Почти все состояния человека в той или иной степени являются «зависимостью» – «вредной» или временно – приносящей, так сказать «счастье». И каждый из нас, на этой планете - осознанно или по ошибке по глупости или не знанию, от рождения или по статусу, или же благодаря возвышенным чувствам – ЗАВИСИМ!