Всякая всячина. Рисунки автора
Они подолгу беседовали на звучной латыни или на хрупком греческом. Карлик едва доставал астрологу до пояса, но был вдвое толще его. Казалось, что пивной бочонок болтает с накренившейся мачтой рыбацкой лодки.
Они подолгу беседовали на звучной латыни или на хрупком греческом. Карлик едва доставал астрологу до пояса, но был вдвое толще его. Казалось, что пивной бочонок болтает с накренившейся мачтой рыбацкой лодки.
