Александр Тимофеевич Филичкин Переговорная капсула (издание второе, исправленное)

«Красный директор»

В 1977-м году, Руслан Андреевич Нестеров успешно окончил Куйбышевский политехнический институт. К удивлению большинства одногруппников, в его потёртой зачётке не оказалось ни одного «трояка». Там находились оценки только «хорошо» и «отлично».

Мало того, целых пять лет, молодой человек проявлял большую активность в общественной жизни. Уже к третьему курсу он стал секретарём комсомольской организации своего факультета.

Нужно напомнить читателям, что в те времена, в Советском Союзе существовала на редкость разумная практика трудоустройства выпускников высших и средних образовательных учреждений. Каждый учащийся, получивший диплом, был обязан пойти на работу на то предприятие, или в то заведение, куда его направлял деканат.

В те давние годы наша держава занимала значительно большую площадь, чем на сегодняшний день. Она простиралась с востока на запад от острова имени мореплавателя Макара Ратманова, что расположен на холодной Чукотке, до Балтийской косы, далеко протянувшейся в Калининградской губернии в Балтийское море. Ну, а с севера к югу страна вольно раскинулась от Земли Франца-Иосифа, в Архангельской области, до тихого города Кушка в жаркой Туркмении.

Прибыв на место, что обозначено в его документах, молодой человек занимал штатную должность по профилю своего обучения. Он получал положенный государством оклад и свободную койку в заводском общежитии.

Кроме того, за ним закреплялся особенный статус «молодого специалиста». То есть, в течение нескольких лет, его нельзя было уволить ни при каких обстоятельствах. Только учись дорогой.

Всё это называлось тогда «распределением» и продолжалось целых три года. Лишь после этого, инженер или техник мог свободно сменить место работы. Тех, кто не хотел, поехать по указанию своей альма-матер, лишали диплома. После чего, такой бедолага не мог куда-то устроиться по данной специальности.

Так же, как все студенты страны, Руслан Андреевич Нестеров был распределён на работу. После чего, он оказался на одном из заводов, что находился в Верхнем Поволжье.

Весь Советский Союз доподлинно знал, что там выпускался неплохой внедорожник, которым оснащалась вся армия, «родная» милиция и прочие «государевы» службы. Однако, мало кто слышал о том, что на той же площадке производились и очень надёжные ракетно-зенитные комплексы.

Явившись на место, Руслан Андреевич прибыл в отдел по трудоустройству. Он посидел в тесной приёмной минут десять-пятнадцать, вошёл в кабинет начальника службы и предъявил свой синий диплом. В нём, как мы чётко помним, были только оценки четыре и пять.

Кадрик увидел, что к ним прикатил довольно приятный отличник учёбы. Чиновник немного подумал и зачислил его в проектно-конструкторское бюро предприятия. Так наш герой начал трудиться рядовым инженером за обычным проектным столом.

Тогда ещё в мире не было персональных компьютеров, как в настоящее время. Имелись только огромные «электронные вычислительные машины» размером с приличную комнату. Специальных программ ещё не создали, и чертить приходилось с помощью карандаша, линейки и ластика. Чертежи создавались на листах плотной бумаги, под названием ватман, прикреплённых к широкой доске.

Активная юность Руслана сыграла свою важную роль. Удивительно скоро, молодой человек стал секретарём ВЛКСМ небольшого КБ. Затем, он поднялся чуть выше и вошёл в комитет комсомола большого завода.

Он вступил в коммунистическую партию СССР и стал очень стремительно продвигаться всё выше и выше, как по служебной, так и по партийной стезе. Сначала он стал руководителем группы конструкторского бюро, а следом, за этим, начальником технической службы.

Потом, занял должность парторга и, одновременно с этим, кресло главного инженера всего предприятия. Затем, к радости всего коллектива, превратился в директора.

Все эти славные годы, он был настоящим радетелем за интересы местных трудяг. Всегда и во всём, Руслан выступал на их стороне. Старался улучшить условия трудной работы на шумном конвейере и хоть как-то облегчить тяжёлую жизнь обычных людей. Выбивал из горкома общаги, квартиры и места в детских садах.

К восьмидесятым годах двадцатого века, всё вокруг изменилось. Начальство советских заводов и фабрик начало вдруг отрываться от остального народа. У них появились прекрасные автомобили, шикарные комнаты отдыха, сауны и отдельные домики на территории заводских туристических баз. Об огромных квартирах и говорить не приходиться. Жильё они получили значительно раньше и совершенно бесплатно. За всё это платила родная страна.

Как это ни странно, Руслан Андреевич не поддался той общей тенденции и на подобные мелочи не обращал никакого внимания. Его кабинет не видел ремонта уже три пятилетки и выглядел настолько обшарпанным, что всем посетителям становилось в нём неудобно. В раздевалках рабочих было намного уютней, чем в том большом корпусе, где упорно трудилась администрация всего предприятия.

Все, от уборщицы до секретаря обкома компартии области, считали Руслана Андреевича по-настоящему «красным директором». Все видели в нём того человека, который «грудью стоит за советскую власть». Мужчина не думает о собственной выгоде, а постоянно заботится о производстве и благе трудящихся масс.

Так продолжалось до наступления девяностых годов. Затем, к власти прорвался «вечно нажравшийся Борька беспалый и его камарилья». Они быстро присвоили всю общенародную собственность СССР, который разрушила верхушка компартии под управлением американской разведки.

Стараясь не допустить беспорядков в стране, Верховный Совет позволил «приватизацию средств производства трудовым коллективам». После чего, ярко-рыжий Чубайс подготовил указ президента, что позволял, легко обойти данный закон.

Директора предприятий использовали его с большим удовольствием и объявляли банкротами «свои» заводы и фабрики. Затем, «нужные» правительству люди, почти за бесценок скупали их все на корню.

К удивлению поволжского города, то же самое сделал и всеми любимый, уважаемый «красный директор» Руслан Алексеевич. То ли, он долгие годы лишь притворялся хорошим начальником, который во всём был ревнителем прав трудового народа?

То ли, решил, раз руководство державы хапает всё, что возможно, то и ему, это сделать не грех? То ли на это, мужчину подвигли угрозы чиновников или бандитов, желавших урвать себе жирный кусок? Как бы то ни было, но он ни в чём не отстал от других проходимцев, и сегодня сидящих на больших должностях.

Самое главное, выяснилось немного позднее. Как оказалось, все оборотные средства большого завода давно перечислены на счёт старшего сына директора. Именно этот молодой человек стал вдруг владельцем всего предприятия.

Узнав подобные новости, рабочие тотчас возроптали. Они написали во все городские инстанции и даже хотели, начать забастовку. Однако, власть предержащие в городе, им всё хорошо объяснили.

По всему выходило, «приХватизация» проведена по всей букве закона. Поэтому, если людишки не желают лишиться свободы, то пусть немедля заткнуться. Иначе их всех возьмут на учёт, как бунтарей и смутьянов.

Тех, кто продолжал выступать, тотчас перебросили на более низкую должность. Особенно рьяных, уволили без выходного пособия, а кое-кого просто засунули в милицейскую камеру на пару-тройку недель. На этом шумиха закончилось.

К этому времени, все остальные заводы в округе благополучно закрылись. Владельцы всех предприятий продали станки и конвейеры в металлолом в соседний Китай и в Европу, а обнищавшие вдруг работяги, слонялись по городу целыми толпами.

Глядя на это, разгорячённые люди быстро смирились. Они поскрипели зубами от злости и постепенно вернулись к конвейеру. Только теперь, они все «пахали на дядю», а не на родную державу, как было месяц назад.

В великой России прошло тридцать лет. Руслан Андреевич Нестеров оставил завод на старого друга, которому он доверял, как кровному брату. Сам перебрался в столицу страны и построил себе огромный дворец в Подмосковье.

Мужчина обставил все помещения мебелью в стиле одного из Людовиков, то ли четырнадцатого, то ли пятнадцатого, и обитал теперь там, словно кум королю. Вернее сказать, как ближневосточный сатрап. Разве что, не порол батогами безропотных слуг и служанок.

Он всё собирался, оставить свой бизнес и жить, как настоящий старосветский помещик. То есть, спокойно кататься на простеньком джипе «Mitsubishi Pajero Sport» последней модели и ездить на нём по лесам и полям большого именья. Там, где не очень давно, трудился колхоз приличных размеров.

Ещё он хотел, собирать там грибы, ягоды и душистые травы для заварки целебных и вкусных чаёв. Плюс ко всему, ходить на охоту на зайцев и птиц в его личных дубравах, ловить рыбу в реке и озёрах, которых на его территории имелось чуть больше десятка.

К сожалению, вельможному барину не позволяли, этого делать всё время. Иногда, приходилось, бросать все дела, садиться в дорогой лимузин и ехать в большой шумный город, заполненный копотью, пылью и ядовитой бензиновой гарью.

Там он подолгу сидел в модном офисе какой-нибудь крупной промышленной фирмы и тесно общался с «акулами российского бизнеса». Он торговался и спорил по поводу очередного контракта на гигантскую сумму.

Хорошо, что Руслан Андреевич купил для себя довольно удобный, чёрный, как ночь, «Cadillac CT6» под названьем «The Beast». Это английское слово переводиться на русский язык, как «крупный, безжалостный зверь».

Таких монстров в броне во всем мире имелось штук двадцать пять-двадцать восемь. В основном, их пользовали президенты Соединённых Штатов Америки, несколько коллекционеров Европы и Азии и весьма эксцентричный правитель Брунея.

Как слышал Руслан Андреевич, собрание автомобилей султана оценивалось в четыре миллиарда «зелёных». Жемчужиной его гаража являлся «Rolls-Royce Silver Spur Limo», чей внушительный корпус был покрыт толстым слоем 24-каратного золота. Во время покупки такой лимузин стоил четырнадцать миллионов «гринов». На данный момент, эта махина тянет, наверное, на значительно большую сумму.

Между прочим, после «приХватизации» родного завода, Руслан Андреевич провернул ещё несколько столь же больших операций. Поэтому, в настоящее время он мог позволить себе шикарную «тачку». Причём, нисколько не хуже чем та, которой владеет какой-то араб. Кроме того, он мог бы ещё, покрыть лобовую решётку брильянтами лимонов на десять-пятнадцать.

К несчастью мужчины, он обитал не в патриархальных странах Востока. Там, где обожали верховных правителей и почитали их, как божества. К своему сожалению, он проживал в удивительно дикой и некультурной провинции мира. Неблагодарный российский народец, относился к нему без всякой любви и почтения.

Все норовили, ни за что, ни про что, оскорбить бизнесмена и делали это везде, где только возможно, по радио, в прессе, и, совершенно естественно, в сетях интернета. А если, неблагодарные твари заметят поблизости золотой лимузин, то сразу его разберут на запчасти. На крайний случай, соскребут позолоту.

Впрочем, что можно взять с этого быдла, которое не шевельнуло и пальцем, чтобы стать богачом, так же как он? Теперь, они все сидят в своих убогих «хрущёбах», смотрят по телику на успешных людей и тупо исходят на жуткую злобу.

Длинный «Cadillac CT6», с ощутимым трудом, еле протиснулся в неприметную улочку, что находилась в «тихом центре» Москвы. Следом за ним двигался чёрный внушительный джип «Range Rover D350 Long V» с крепким водителем и четвёркой людей из охраны. Причём, все они были с оружием.

Скромный кортеж подъехал к крыльцу высокого старинного дома. Как утверждали историки, в нём часто бывали знаменитые люди: поэты, писатели и композиторы прошедших эпох.

Большой лимузин затормозил, открыл толстую переднюю дверцу и выпустил из себя пассажира лет тридцати. Статный, ловкий мужчина переглянулся с парой местных секьюрити, стоявших у двери, что вела вособняк. Охранник увидел спокойный кивок, горящий о том, что вокруг всё в порядке, и неспешно направился к средней части салона.

К этому времени, рядом с ним появились две пары бойцов, одетых в дорогие костюмы от неплохих кутюрье из Европы. Они вышли из чёрного джипа, подъехавшего вслед за хозяином. Внимательный взор наблюдателя, мог бы сразу заметить, у каждого телохранителя, под левой подмышкой висит кобура с боевым пистолетом.

Начальник охраны широко распахнул тяжёлую заднюю створку, встал спиною к багажнику и собрался подать левую руку своему господину. А если понадобиться, то и взять локоток старика.

Всё-таки, как ни крути, а он ведь уже пожилой человек. Возраст стремится к концу шестого десятка. По современным законам великой России, ему бы пора уйти на покой.

Весьма постаревший Руслан Андреевич Нестеров не очень уверенно выбрался из огромной машины. Он ощутил на затылке чей-то холодный уверенный взгляд и торопливо рванулся к крыльцу.

Бизнесмен приезжал сюда не однажды, и всегда ощущал, за ним кто-то усердно следит. Поэтому нужно, как можно скорее, пройти небольшое открытое место и скрыться в глубинах особняка Беклемишева.

Это в своём обширном имении он был почти в безопасности. Ведь там имеются люди со служебными псами. Они хорошо охраняли забор, что установлен вокруг всей его территории.

Поверху прочной стены шла «егоза», а множество чувствительных датчиков следило за тем, чтобы никто не проник на личную землю вельможного барина. Ни сверху, ни снизу, ни сквозь стальную преграду.

Небо над головой, защищали радары и зенитные комплексы, что готовы отбить любую атаку крылатых машин. От самых обычных маленьких дронов, которыми играются дети, вплоть до больших беспилотников, а так же боевых самолётов и штурмовых геликопте́ров.

Здесь же, в огромной Москве, всё было совсем по-другому. Улица удивительно узкая. Дома расположены вплотную друг к другу с обеих сторон. В любую секунду, из любого окна может вдруг выглянуть ствол автомата и плюнуть свинцом в незащищённое тело.

В такой ситуации, бронежилет ни за что не спасёт. Тяжёлая пуля пройдёт сквозь него, без всяких усилий, и проскочит навылет. Впрочем, дело не только в короткой дистанции. Умелые снайперы постоянно используют миниатюрный компьютер и уверенно бьют на три, а то и четыре тысячи метров.

Дрожащий от страха, старик почти что, вбежал в пустой вестибюль. Он протрусил вглубь помещения, ушёл на расстоянье от входа, и только тогда, двинулся с прежней вальяжностью.

Навстречу вельможному гостю спешил владелец крупной нефтяной корпорации Беклемишев Малик Сабитович. Это был невысокий, прилично упитанный, плотный татарин. Его большое лицо походило на диск полной луны, висящей в безоблачном небе в летнюю ночь. Широкая улыбка мужчины казалась очень приятной и весьма добродушной.

Хозяин огромного дома часто и очень удачно шутил, но глаза, почему-то, у него никогда не смеялись. Они укрывались во внушительных складках подкожного жира и сверкали оттуда стальными холодными искрами.

Пожилые мужчины знали друг друга довольно давно. С тех самых пор, когда они были ещё молодыми. Лет сорок назад, они, почти одновременно, женились на сёстрах, происходивших из очень приличной семьи.

За прошедшие годы, свояки провернули немало афёр и, чаще всего, не оставались внакладе. Как говорил знаменитый торгаш: – Сделка тогда хороша, когда продавец с покупателем, совершенно уверены, что обманули другого.

Вот и сейчас, они собрались обсудить поглощение своего конкурента. От совместных усилий, должен был быстро погибнуть, удивительно крупный и чрезвычайно успешный российский концерн.

Тысячи простых обывателей могли очень скоро, лишиться работы, но, как всем известно, большим бизнесменам плевать на людей. Что им чьи-то потери по сравнению с их ошеломительной прибылью. С той, которую они собирались урвать, в ходе начавшейся драки? Как говорят америкашки в такой ситуации: – Ничего личного, это лишь бизнес.

Вопрос, что предстояло решить, оказался весьма щепетильным. Переговоры велись с глазу на глаз, так чтобы их, никто не сумел бы подслушать. Иначе, осведомлённая жертва могла предпринять кое-какие контршаги. И что после этого выйдет, никому не известно. Вдруг, ты и сам разоришься к чертям?

Для соблюденья секретности Малик Сабитович приложил много усилий и обустроил для этого, специальную переговорную комнату. Она находилась в глубинах шикарного дома и не примыкала к каким-либо стенам, выходящим на улицу.

В ней не имелось окон, а каналы приточно-вытяжной вентиляции не тянулись на крышу. Они завершались на чердаке старинного здания. Ну, а туда удавалось попасть лишь чрезвычайно надёжным сотрудникам фирмы и только в определённые дни, по спецпропускам.

Охрана нефтяного магната всегда состояла из профессионалов высшего класса. Всё большое строение, от техэтажа наверху, до подвала в земле, принадлежало ему одному. Никто из чужих не мог бы проникнуть в большой особняк и выведать то, о чём говорится внутри.

Осторожный татарин не остановился на этом и велел оборудовать специальное место для проведения секретных бесед. Оно представляло собой нечто подобное бочке из металла и пластика, и весьма походило, на модуль космической станции, который лежал на боку.

Огромная капсула имела прочные стенки непроницаемые для любых излучений и, тем более, обычного звука. Она имела диаметр в три с лишним метра, длину почти пять, и опиралась на «столбики», стоящие на перекрытии здания. Благо, размер и высота помещения позволяли ей там разместиться.

Уникальная «бочка» имела автономное электроснабжение и вентиляцию. Эти системы питались от аккумуляторов, размещённых в полу современной конструкции. Так что, все разговоры никак не могли, просочиться наружу.

Единственным недостатком была теснота, весьма непривычная форма и сам интерьер. Ты словно сидел в одном из железных вагончиков, в которых в советское время, жили работники крайнего севера.

Перед приездом вельможного гостя, охранники нефтяного магната не болтались без дела. Они взяли в руки коробочки, с торчащими в разные стороны усами антенн и провели дотошный осмотр всех помещений строения.

В последнюю очередь, двое секьюрити вошли в большой пустой зал, где находилась переговорная капсула. Они провели особыми датчиками по полу, стенам, потолку и проверили, нет ли, каких-то сюрпризов, появившихся там неизвестно откуда?

Хитроумные штучки не смогли обнаружить ничего подозрительного. В каменной кладке и перекрытиях здания не нашлось микрофонов, видеокамер и опасных устройств, что содержат в себе взрывоопасные и, тем более, отравляющие людей вещества.

Два больших бизнесмена очень ценили своё драгоценное время, и даже минуты не тратили на пустые беседы. Особенно на ту болтовню, что обычно ведут совершенно никчёмные светские люди. Обменявшись рукопожатием, они сразу отправились в почти что, пустой, внушительный зал особняка Беклемишева.

Свояки быстро прошли метра три от порога и оказались возле торца удивительной «бочки». Они оба стояли перед низким крылечком, что было сварено из ярко блестящих металлических профилей.

Оно походило те узкие лесенки, которые постоянно встречаются на предприятиях и часто ведут куда-то наверх. Туда, где стоит оборудование вентиляционных и прочих систем. Только здесь все детали соорудили, не из ржавых железок, а из какого-то приличного сплава.

По праву владельца огромного здания, Малик Сабитович двинулся первым. Полный мужчина поднялся на четыре ступени, оказался на узкой площадке и устремился в переговорную капсулу. За ним поспешил Руслан Андреевич Нестеров.

Свояки заперли прочную дверь, шагнули к большому столу и уселись в удобные кресла, друг против друга. В ближайшее время им предстояло решить много важных и сложных вопросов.

Проводив богачей к обширному залу, секьюрити остались за дверью. Здесь, в большом, хорошо охраняемом доме, они могли быть, совершенно спокойны за жизнь дорогих подопечных.

Ведь возле крыльца особняка Беклемишева постоянно находятся четверо сильных, вооружённых мужчин. Два бойца от Руслана Андреевича и два от Малика Сабитовича.

Здание это старинное, удивительно крепкое, с очень массивными кирпичными стенами на известковом растворе. Их вряд ли пробьёшь из ста миллиметрового полевого орудия. Двери главного входа, словно бы взяты у довольно массивного тяжёлого сейфа.

В окнах стояли стальные, поразительно прочные рамы с заполнением из достаточно толстого броневого стекла. Удар гранаты РПГ-32 они, конечно, не выдержат, а вот тяжёлые пули не представляют для них какой-либо проблемы.

Крыша настелена из железных волнистых листов толщиной полтора миллиметра. Балки и фермы из стального прокатного профиля. Так что поджечь, их никому никогда не удастся. Система внутреннего пожаротушения очень надёжная.

Поэтому, пока дорогие хозяева, решают свои большие проблемы, их телохранители могут чуть-чуть, отдохнуть. Бойцы тотчас разделись на мелкие группы. Они встали у входа в позицию «вольно» и, от нечего делать, завели разговор обо всём понемногу. О спорте, машинах, разнообразных напитках и, конечно, о женщинах. В возрасте, где-то под тридцать, это всем позволительно.

Начальник местной охраны тоже немного расслабился. Он неожиданно вспомнил о том, что давно не ходил по нужде, и поспешил в туалет для служивых, что находился рядом со входом.

После приезда Руслана Андреевича прошло ровно тридцать минут. Всё было тихо, спокойно и совсем ничего не предвещало беды. Именно в этот момент, внезапно раздался оглушительный шум.

В зале переговоров неожиданно грохнуло с ужасающей силой. Бывалый начальник охраны, сидевший в то время в клозете, сразу всё понял – произошёл мощный взрыв.

Волна детонации немедленно врезалась в богато украшенную широкую дверь. Та сорвалась с петель и ворвалась в вестибюль, словно мощный таран. Дубовые створки летели стоймя, так же, как прежде висели, в коробке большого проёма.

Огромная плоскость ударила в группу стоящих секьюрити, смела их, как лёгкие кегли из пластика и унесла вглубь помещения. Там они врезались в стойку ресепшена и разнесли её в мелкие щепки.

На месте вахтёра возникла приличная куча окровавленных тел. Руки и ноги у них, были согнуты под такими углами, которые никак невозможны для здоровых мужчин. Конечности изредка шевелись и отвратительно дёргались. Они походили на щупальца спрута, что вдруг оказался на пустом берегу.

Следом за дверью возникло огромное облако пыли и мелких обломков. Куски кирпичей и пласты штукатурки стрелой пронеслись через весь вестибюль. Словно охотничья дробь, они смачно влепились в противоположную стену, и оставили множество глубоких отметин.

Все лампы, висевшие на лепном потолке, мгновенно погасли. Туча из чёрного кислого дыма и мельчайших белёсых частиц мгновенно заполнила воздух. Он сделался совсем непригодным для дыханья людей.

Все, кто находился в большом помещении, в страшном испуге рухнули на пол. Они плотно зажмурились и, закрыв рот и нос рукавами своих пиджаков, дружно рванулись в сторону выхода. Откуда сочился солнечный свет и звал всех к себе, как маяк.

Наружная дверь широко распахнулась. В проёме возникли два человека. Они сдвинулись в разные стороны и встали немного пригнувшись. Оба держали пистолеты в руках, и напряжённо смотрели по сторонам. К своему сожалению, они ничего не могли разобрать.

Ещё два охранника находились чуть сзади и пытались понять, что здесь случилось мгновенье назад? Ядовитый туман наполнял вестибюль. Он забивал носоглотку и не позволял, что-нибудь разглядеть.

Секунду спустя, они заметили своих сослуживцев, ползущих к двери. Секьюрити задержали дыхание и рванулись вперёд. Они схватили товарищей под дрожащие руки, рывком подняли на ноги и бегом утащили на воздух. Когда первая двойка, утащила наружу оглушённых друзей, в помещение бросились другие бойцы и вынесли двух человек контуженных взрывом.