– Ты можешь их увести?
Я кивнул головой, взял Ольгу за руку и мы всей группой пошли вниз с 4-ого этажа, не пользуясь лифтом. Внизу, в машине сидел Валериан Шубладзе, и мы кортежем поехали на фабрику.
У нас в отстое стоял старенький послевоенный трактор. Давно списанный по всем бумагам. На него давно засматривался один фермер, у которого был большой свинарник. Ольга позвонила ему. Он привез какие-то деньги, мы отдали ему трактор и… поехали в шашлычку всей командой. И просадили эти тракторные деньги напрочь!
Когда я думаю, о своем звездном часе, то убеждаюсь, что он был не тогда, когда меня наградили медалью, не тогда, когда перевели в Москву в Министерство «Росимущество», не Грамота ГосДумы, не почетное звание – мой звездный час наступил, когда эти женщины, которых я должен уволить с работы, ворвались в приемную Губернатора Камчатки и встали рядом со мной.
Я иногда говорил молодым арбитражникам, что первое предприятие, это, как первая любовь.
А, ведь это правда.
Рассказывая о трудовых коллективах предприятий-банкротов, я всегда подчеркиваю необычайную находчивость и компетентность женщин, работающих на этих предприятиях.
Конечно, все начинается от птицефабрики «Восточная»:
Бухгалтерия – это женщины;
Экономисты – женщины;
Склады – женщины;
Коммунальное хозяйство – тоже женщины.
Их участие, активность, выносливость и мужество (я не оговорился) трудно переоценить
Удивительное существо – женщина! У нее сын принес двойку из школы. Муж остался без работы. Зарплату дают редко и мало. Болит голова, горло, температура +38. А она приезжает на работу, улыбается, и отмечает День рождения подруги.
Простите меня, мужики, но мы так не можем! Мы слабее.
Эти женщины – моя вечная любовь. Когда я прилетаю на Камчатку, то мы видимся обязательно. Мы перезваниваемся, знаем как зовут наших всех детей и внуков. Мы стали друг другу родными людьми!
На судоремонтно-механическом заводе меня встретила Вера Владимировна Макарова, финансовый директор. Завод работал, только было много долгов, которые невозможно было погасить.
Вера Макарова, очень миловидная и очень добрая женщина, бухгалтер от Бога, душа любой компании, грамотна, эрудированна, с тонким чувством юмора. И вся бухгалтерская команда была ей под стать.
Мы как-то очень быстро сдружились. Все. Приезжали женщины с птицефабрики. Перезнакомились. Поскольку птицефабрика распродавалась, заводские спецы частенько ездили туда в поисках тех или иных запчастей. Главный инженер завода В. Н. Скрипаль часто бывал в мастерских птицефабрики, на что та же Вера Макарова в шутку осаживала его, напоминая, что у него есть «свой курятник». Это было удивительно доброе время. Я один день работал на ПСРМЗ (Петропавловский судоремонтно-механический завод), следующий – на птицефабрике, и все шло по довольно-таки отработанной схеме. Мы почему-то понимали друг друга сразу.
Тоже отмечали праздники и дни рождений. Очень хорошим праздником с фуршетом и банкетом, с участием ветеранов и Губернатора отметили 80-летие мехзавода. Кредиторы отпустили на это средства.
Вере Владимировне кредиторы разрешили командировку в Москву, на курсы повышения квалификации.
А архивом завода занимались две бабушки, которые проработали на заводе всю сознательную жизнь, занимали должности, но с возрастом перешли на архив, переплетали папки и очень добросовестно готовили архив к сдаче.
И на каждой вечеринке поднимали тост «За любовь!»
Галина Павловна Варзина и Евгения Митрофановна Агеева.
Галина Павловна, к сожалению, уже покинула нас
Это великие женщины! Я горжусь знакомством и дружбой с ними.
А Вера Владимировна сейчас работает на «Судоремсервисе», бывшем межколхозном заводе. Также возглавляет бухгалтерию. Мы не потеряли друг друга. Перезваниваемся и переписываемся.
Кстати, когда я принимал ПСРМЗ у бывшего директора А. А. Щукина, он передал мне шефство над Детским Домом № 5 по Рябиковской улице. Через какое-то время, мне, как шефу, пришлось туда заехать и познакомиться с руководителем – Светланой Михайловной Козелковой.
Я впервые увидел воспитанников детского дома. Абсолютно нормальные, совершенно адекватные дети, очень дружные и …… очень ранимые. Еще бы!
Некоторые из них похоронили родителей, но большинство оказались преданы своими родителями. И в этом их отличие от домашних детей.
Детский Дом – это такое учреждение, куда по служебной обязанности можно прийти только один раз. После этого будешь ходить по собственному желанию. Притягивает. Приближает. Очищает. Дает энергию.
И Светлана со своими детьми (воспитанниками и собственными) шефствовала над каждым моим банкротным предприятием. И работники мехзавода, УТРФ, МУП «Южного» и других предприятий принимали их, как родных людей. Мы ставили спектакли совместно с детьми. Я играл роль графа Розанова («Юнона и Авось»), а Яна Нечипоренко (воспитанница) – губернаторскую дочку. Это было так здорово!
Во время многочисленных доносов на меня от «доброжелателей» после Камчатского БАСУ Светлана Михайловна по собственной инициативе пришла на прием к Прокурору Камчатской области и очень требовательным тоном убедила его прекратить многочисленные проверки моей лояльности.
Когда я бываю на Камчатке, мы обязательно видимся. Я знаю ее детей, она дружит с моей женой и, бывая в Москве, заезжает к нам.
Кстати, особой моей гордостью является Почетная Грамота Министра образования России, где Министр благодарит меня за шефство над Детским Домом № 5.
До самого переезда в Москву я числился председателем Попечительского Совета Детского Дома.
В Камчатском Бассейновом аварийно-спасательном управлении с экономистом Галиной Сергеевной Елефтериади у нас возникла сначала глухая вражда, потом трудное примирение, потом глубокая и настоящая дружба.
Когда у меня после окончания процедуры на этом предприятии возникли по доносам недоброжелателей неприятности, она не побоялась сказать правду, после чего осталась без работы, и я позвал ее работать со мной.
Пошла. Мы вместе работали до самого моего переезда в Москву. Отважная женщина! Когда на меня поступали жалобы, она выходила вперед и брала на себя все разборки, когда приходили журналисты хвалить – она выталкивала меня вперед. Мои гос. награды, почетные звания и грамоты – наполовину ее заслуга. Закончила еще один институт. Получила диплом юриста. Имеет медаль от Президента и грамоту Губернатора. Ветеран труда.
Несколько лет назад переехала с семьей в Подмосковье, прошла обучение, стала арбитражным управляющим, и работала со мной в одной саморегулируемой организации.
Вместе с ней, Натальей Квитко, Оксаной Карулиной, мы закрывали Ордена Ленина УТРФ.
Оксана Карулина работает в Правительстве Камчатского Края, Наталья Квитко переехала с семьей в Новороссийск.
Перезваниваемся. Переписываемся. Встречаемся. Это команда!
Я бы добавил еще Ингу Шеремет, которая занимала ответственный пост в УВД г. Петропавловска, когда пришла к нам в команду, очень быстро переучилась с уголовных дел, на арбитражные, ее выступления в арбитражном суде всегда были показательны. Она и сейчас работает в области банкротства. Переписываемся и перезваниваемся.
Рассказывая о предприятиях рыбного хозяйства, нельзя не сказать добрых слов об Ирине Орловой, которая много лет возглавляла рыбацкий профсоюз.
Легендарный УТРФ (Управление Ордена Ленина тралового и рефрижераторного флота) и «УТРФ-Холдинг» мы закрывали вместе. Сколько вопросов, которые могли решить только депутаты или Губернатор, брала на себя Ирина Леонтьевна, и все они решались. Очень многие рыбаки получили ветеранские звания с легкой руки Ирины Орловой. И вообще, она – человек неравнодушный к своему делу, и рыбаки области (Края) были для нее близкими людьми. Руководители рыбных компаний зачастую опасались ее, относились настороженно, частенько возникали острые баталии, но рыбаками она была любима и уважаема.
Сейчас она живет недалеко от Москвы, в Тульской области, мы перезваниваемся, переписываемся и встречаемся.
На 19-м километре, недалеко от бывшей птицефабрики стоит небольшое общежитие, принадлежавшее тогда «Камчатсклесу». Оно представляло из себя одно-двухкомнатные квартирки, довольно благоустроенные. Сам «Камчатсклес» и это общежитие были у меня в производстве. Однажды раздался телефонный звонок и незнакомая женщина срывающимся от волнения голосом сказала мне, что она жительница этого общежития и собирается сейчас совершить акт самосожжения прямо в этом общежитии.
Сначала я не очень поверил в реальность этих намерений, поэтому мой голос был спокоен, видимо это тоже сыграло роль, короче, я упросил эту женщину дождаться моего приезда, выехал туда сразу же.
Ее звали Ирина Прядка. Недавно умер муж. Остались она и двое сыновей. Средств к существованию нет. Работы нет. Несколько дней назад за неуплату долгов по электроэнергии на базе «Камчатсклеса» (и в общежитии тоже) отключили электроэнергию – света и отопления тоже нет. Это декабрь месяц. Через несколько дней Новый год. Ее отчаяние дошло до предела.
В жизни каждого человека бывают случаи, которые он считает невероятными, удивительными, фантастическими…
Со мной это случилось именно тогда. Суть не в том, что мне удалось убедить Ирину не совершать страшного поступка, удивительное и невероятное в том, что когда мы с ней приехали в Елизовскую электросеть, после окончания рабочего дня, и я начал сбивчиво и путано рассказывать диспетчеру, что под раздачу у них попало общежитие с людьми, они обесточены и замерзают, он почему-то сразу поверил! Начал звонить в областной центр и соединил меня с самым главным энергетиком области, передал мне трубку, я проговорил свой монолог и… чиновник разрешил найти электрика и подключить общежитие. Это было невероятно! Столько лет прошло, а я до сих пор сам себе не верю.
Мы с ней искали электрика, потом подключали здание, потом у какого-то киоска пили горячий чай с сосисками в тесте, и я чувствовал себя совершенно счастливым. Я привез Ирину на 19-й километр, на радостях отдал ей продуктовые подарки и шампанское, которые на Жестяно-Баночной фабрике мне дали к Новому году. Мы стали друзьями. Настоящими. Надолго. Ирина работала со мной еще на двух банкротных предприятиях. Работала сторожем, мыла полы, заведовала складом и т. д. Получила квартиру на 20-м километре, была у меня на юбилее.
Когда мы с женой ехали в аэропорт, покидая Камчатку, я остановил машину на 20-м километре, Ирина прибежала на остановку и обняла меня.
Я до сих пор чувствую её объятия и её слезы.
Больше я ее не видел. Где она?
Попробую разыскать.
Я не могу не сказать о работницах коммунального хозяйства. Мне довелось работать с тремя крупными предприятиями: ЖКХ «Южное», МУП «Жилремуслуга» и Елизовским ЖКХ. Работу коммуналки я знал очень отдаленно. Я ежедневно в разных районах города видел дворников, но мне казалось, что мы живем параллельно друг другу.
А здесь пришлось окунуться в эту работу с головой. Я увидел и узнал, какой это тяжкий труд! Процесс коммуналки остановить нельзя, потому что люди замерзнут в домах, остановится водопровод, дворы и улицы зарастут мусором.
Дворники – это, в основном, женщины. Дворники – это целое явление!
Оказывается, дворники – это умнейшие люди! Бывшие продавцы, медицинские сестры, был художник, был судовой механик, а когда дворники-женщины сбрасывали с себя дворницкие хламиды, то превращались в очень хорошеньких женщин, с добрыми глазами, тонкой талией, красивыми ножками! Честное слово!
И еще – они очень добрые и честные люди!
Мне очень помогла разобраться в сложнейшей коммунальной кухне Елена Ивановна Яковлева, которая возглавляла профсоюз работников коммунальной сферы. Неутомимая женщина! Умела найти подход к любому работнику, будь то начальник ЖЭКа или рядовой дворник. Ей верили и ее понимали.
Один из участков возглавляла Валентина Бащук – интеллигентная женщина, умница, красавица.
Сначала она наговорила мне много горьких слов, и только потом, поняв суть моей работы, сама подошла ко мне и изменила свое мнение. Мы до сих пор переписываемся. Как-то меня вызвали на административную комиссию за плохую расчистку снега, зам. градоначальника оштрафовал на 2 тысячи рублей, прошел слух, что меня снимут с работы…
А наутро я встретил в коридоре пожилую женщину-дворника Галину Бокову, которая собирала от работников МУП «Жилремуслуга» подписи… в мою защиту!
Это же парадокс! Я пришел сюда по судебному определению, чтобы все продать и уволить этих людей, а они просят администрацию города не отстранять меня от должности.
У меня предательски защипало в носу и покраснели глаза. Я и сейчас не могу сдержать волнения, когда вспоминаю этот случай. Ну, разве я мог предать теперь этих людей? Они до сих пор работают в коммуналке. А этой женщине я лично вручал грамоту Министра ЖКХ России, теперь она ветеран труда. Кстати, на прощальной вечеринке я с ней танцевал. Галина Бокова оказалась обалденно красивой, стройной и совсем не пожилой женщиной!
И тогда, тоже в марте, ко Дню работников коммунального хозяйства в газете «Вести» появилась статья «Снимите перед дворником шляпу».
Сейчас бы я не только снял шляпу, а низко поклонился бы этим людям! За их удивительную щедрость и первозданную красоту.
Я рассказал о женщинах, которые прошли вместе со мной трудный путь несостоятельности и банкротства.
А может быть, это я прошел этот путь с ними?
Ведь им было намного труднее, чем мне.
Мне закон обеспечивал зарплату вне очереди. А они ждали свою зарплату.
Они помогали мне закрывать предприятия, которые сами создавали десятилетиями. Я представляю, как это больно. Но они поверили мне и встали рядом.
Они не просто мои сослуживицы или подчиненные. Нет!
Они мои товарищи по оружию.
Я учился у них гражданскому мужеству. Я учился у них порядочности. Доброте. Правдивости и требовательности к самому себе, в первую очередь.
Об этих женщинах песни нужно писать, а не только статьи в газету.
И еще: все они удивительно, просто сказочно красивы!
Я влюблен в каждую из них!