Полуденные призраки

Александр Конторович
Полуденные призраки

Идущие же с рудника машины очень часто могут остановить. Не для грабежа – а на предмет досмотра. За рулём обычно сидит свой же сосед, и он не станет рисковать головой, тайком перевозя часть рудничной добычи. Алмазы – это дело руководства, пусть у него на эту тему голова и болит.

При том уровне практически повсеместной болтовни и хронического недержания слов, сохранить в тайне факт подготовки груза к отправке – вещь невозможная просто в принципе. Поэтому от идеи тайного вывоза добычи отказались сразу же и повсеместно. Ввиду того, что машина ещё и за ворота выйти не успеет, а её уже будут поджидать сразу в нескольких местах.

Кстати, одна из причин нашей успешной работы – мы не согласовываем свои маршруты и время выхода ни с кем. Даже сам караван всегда готовится в разных местах. И автоколонна окончательно формируется только в условной точке. До которой все машины следуют самостоятельно из разных мест. Да, с охраной. А уж чего стоило пробить решение этого вопроса у местного чиновничества…

– Мины – понятно, – кивает Николай Ребров. Он наш главный сапёр – спец просто запредельный! – Но ведь не могут же они только ими и работать?

– Нет, конечно, – соглашается шеф. – Мины – только повод для остановки транспорта. Иногда их даже и не прячут – ставят прямо перед идущей колонной.

– "Нахальное" минирование?

– Оно самое… Широко применяют и гранатомёты – но только по отдельным целям и выборочно. Каждая граната – это деньги! За промах могу т а к взгреть… Основное – стрелковка, вот это – во весь рост!

– Угу… – задумывается на секунду наш главвзрывник. – "MRAP"?

Молчание – народ переваривает полученную информацию.

– Нет… – качает головой Рощин. – Не вариант – "Де Бирс" их уже привозил. Две штуки – раздолбали из РПГ. Не держат они таких гранат… А одной машине взрывом колесо оторвало, она так и осталась там, на дороге, стоять. С подобной техникой оппозиция воевать уже научилась.

Что-то вертится у меня в голове, какая-то мысль… Правильно Николай про эти защищённые грузовики упомянул, что-то такое мы, в своё время…

– "Вепрь"!

– В смысле? – удивлённо смотрит на меня Рощин. – Где? Какой-такой…

– БМР-3?! – цокает языком главвзрывник. – Охренеть, это же настоящий танк!

– Я такую машинку на службе водил – никаким гранатомётом её не взять! Это же, реально, – танк! С динамической защитой и всё такое прочее… только пушки нет.

– А подрыв?

– Местную мину переедет – не поморщится!

– Так… где ж её тут взять-то…

– Их и на продажу уже делать стали. М-м-м… Во! БМР-3МС – экспортная! В Африку их поставляли точно – сам такие и опробовал на полигоне, они у нас обкатку проходили.

– То есть – водить можешь? – прищуривается шеф.

– Ну, не мастер-механик, конечно… но ехать могу.

– Отлично! – потирает руки генеральный. – Займёмся…

– Ну, вы, парни, и даёте… – полковник Штраух обходит вокруг машины. – Вы точно уверены, что это всего лишь "защищённое транспортное средство"?

Он наизусть цитирует выдержку из сопроводительных документов, которые мы ему предоставили.

Дитмару Штрауху уже далеко за шестьдесят – и он, действительно, полковник. Хотя у охранников "Де Бирс" нет воинских званий, к нему обращаются именно таким образом. «Железный Дитмар» – такое прозвище надо заслужить! И ему это удалось! Он – отставной военный армии ГДР, служил в мотопехоте и ушёл в запас в этом звании. Ну, точнее было бы сказать, что его "ушли". После объединения Германии новые власти постарались как можно скорее избавиться от тех офицеров, в которых не были полностью уверены. А уж тем более, от тех, кто учился в учебных заведениях СССР. И хотя Штрауху было ещё далековато до пенсии, для него сделали исключение. Внезапно "озаботились" его здоровьем, провели обследование – и с глубокомысленным видом покачав головой, с должным пиететом отправили в запас. Напоследок присвоив ему очередное звание. Видимо, для того, чтобы он не слишком бухтел…

Но новоявленный пенсионер ни единой лишней минуты не задержался в объединённой стране, она ему совсем не понравилась. Да, пенсия полковника позволяла относительно неплохо жить… но его это не устраивало.

Так что, через некоторое время он "всплыл" не где-нибудь, а в рядах охранной структуры под Иоханнесбургом. Всплыл – и быстро занял там подобающее место. Опыта у него было предостаточно, организаторские способности на уровне, и новые работодатели оценили это соответствующим образом. К тому же, отставной полковник появился не в гордом одиночестве: а во главе небольшого отряда из бывших сослуживцев – их тоже не стали задерживать в новой германской армии.

Так что костяк у него подобрался более чем внушительный.

Вот именно это подразделение и бросили сейчас на усиление охраны рудника.

К моменту нашего появления отряд полковника уже частым гребнем прошерстил окрестные леса. Не без потерь – но вооружённые оппозиционеры теперь уже не шастали в непосредственной близости от шахт и рудничных построек. Сказать по правде, они и раньше сюда "на чай" не заходили, но вот наблюдать невооружённым глазом за всем происходящим тут – могли. Теперь же их отогнали достаточно далеко, чтобы сделать таковое наблюдение если и не совсем невозможным, то весьма рискованным предприятием. Шанс получить пулю стал достаточно весомым – и дураков среди лесных сидельцев не нашлось…

Дитмар неплохо говорит по-русски – сказывается трехлетнее обучение в СССР. Нам он откровенно обрадовался, особенно когда узнал, что двое из прибывших – сапёры.

– Эти лесные черти суют свои хлопушки повсюду! – выругался полковник. – Причём ставят их именно там, где не ходят местные рабочие – на охранных тропинках!

Он поясняет – злодеи не хотят конфликтов с рабочими и именно по этой причине, не пробуют минировать дороги общего пользования. Ибо тогда местное население, до сей поры спокойно смотревшее на все эти свистопляски вокруг алмазов, может внезапно и осерчать. Не дай бог, подорвётся кто-то из местных жителей – и для оппозиционеров настанут весьма невесёлые времена.

С охраной воюй, хоть по полного посинения – они тут чужие. Но вот уже инженеров, трогать очень даже не рекомендуется: они помогают людям заработать денег! А в случае гибели рабочего…

– Оружия тут у всех полно! – пожимает плечами Штраух. – Да, старого. Но ведь пуля может и даже из фитильного мушкета прилететь – кому с того станет легче?

Так что, Реброва припахали тотчас же: он обучал охрану премудростям противоминной войны. Ну хоть на тропу сам не пошёл – уже хорошо!

Впрочем, полковник был мужиком умным и прекрасно понимал, что особо усердствовать мы тут не обязаны. Наше дело – довести "Вепря" до нужной точки.

– Вот… – разворачивает к нам дисплей ноутбука Дитмар. – Это ваш маршрут. Восемьдесят пять километров – и на каждом вас может ожидать какой-нибудь неприятный сюрприз!

Смотрим на экран.

Полковник, по мере рассказа, перемещает картинку, разворачивает на экране фотоснимки… в общем, мужик подготовился основательно!

– Дорога идёт по лесу, лишь в двух местах имеется относительно открытое пространство. Но – очень небольшое. Скорость передвижения вашей машины?

– В рабочем режиме, с тралением местности, до пятнадцати километров в час, – отвечаю я, разглядывая фотоснимки. – Но… тут есть весьма непростые участки… Так что, скорее всего, меньше…

– Ну я примерно так и предполагал, – кивает начальник охранников. – Мы установили на трассе четыре временных поста и выдвинули две рейдовые группы – они осуществляют скрытое патрулирование и наблюдение на опасных участках.

Новый фотоснимок. На нём изображено что-то типа временной стоянки.

– Это капониры под размещение техники – здесь будете ночевать. Мы не можем исключить обстрела стоянки, так что, машины будут укрыты от вероятного огня со стороны противника.

Да уж… бывший комполка явно раньше не парко-хозяйственными работами руководил!

– Маршрут первого дня имеет протяжённость в тридцать один километр, – снова смена изображения на экране. – Но пик активности противника мы ожидаем на третий день. Если ваша машина дойдёт до вот этой точки…

– Не если, – а когда! – набравшись нахальства, поправляю Штрауха.

Тот только хмыкает в ответ.

– Что ж, приму ваши слова на веру! – не изменившись ни на йоту в лице, соглашается полковник. – Когда вы сюда дойдёте…

Он указывает на экран.

– Ваша… х-м-м… машина будет стоять здесь. Отдохнуть вы можете вот в этом модуле – он защищён от обстрела и охраняется. Наутро, через час после выхода группы разведки, выдвигаетесь на маршрут и вы. Состав колонны – головным идёт джип охранения, потом – вы. Следом эта ваша… как вы называете свою машину?

– Ремлетучка.

– Хм! Ну, пусть будет так. Позади неё идёт грузовик с охраной и замыкающий джип с пулемётом. Кстати, у вас ведь тоже установлено оружие, так?

Переглядываемся. Как раз тот самый случай, о котором нас предупреждали на базе. Один выстрел по "партизанам" – и мы автоматом записываемся в охрану "Де Бирса". Именно так это и будет воспринято нападающими – со всеми вытекающими последствиями для фирмы в целом! Во всяком случае, нас особо предупреждали именно на эту тему. Мы не вызываемся в эту необъявленную войну, у нас совсем другие цели. Пока – мы отбиваемся исключительно от всевозможных бандитов и грабителей. Понятно, что разница между ними и вооружёнными отрядами оппозиции весьма условна, если вообще существует. Формально, мы ни на чьей стороне не выступаем. Возим грузы и отбиваемся от грабителей – и всё…

– Да, крупнокалиберный. Для расстрела подозрительных предметов. Обычным калибром его можно и не уничтожить.

– Вот как? – не удивлён, казалось, собеседник. – Хорошо, пусть так…

Не прокатило – и ничего. Он мужик умный, вполне способен придумать и ещё чего-нибудь.

– С вами в машине едет курьер и два охранника. Это – обязательное требование компании-нанимателя!

 

Так никто и не спорит… На эту тему нам всё пояснили уже давно. Везти ценности в джипе, при наличии хорошо защищённой машины – глупость невероятная! Ничего, места под бронёй достаточно. Авось, не бабушкин же сундук к нам туда запихивать станут?

– Прозвон цепи "А-6"!

– Принято… В норме!

– Цепь "А-7"!

– Сейчас… – Ребров чем-то звякает у контрольной панели. – Ага, вот она… В норме!

"Вепрь" – машина суровая. И набит сей агрегат не только панелями динамической защиты и всякими там железяками – тут и хитромудрой электроники предостаточно. Мы можем далеко видеть – днём и ночью, слышать – для этого в машине предусмотрены различные приборы и датчики. Есть даже комплекс охраны – с отстреливаемыми сейсмодатчиками. Нажимаешь кнопку, и вокруг БМР за несколько минут выстраивается невидимый периметр охраны – кошка не пройдёт!

Пришел, кстати, и курьер – тщедушного телосложения парень, в сопровождении двух охранников. Немец, который их привёл, пояснил, что с нами поедут именно эти люди и им надо осмотреть машину.

Надо – так надо. Открываю им дверь десантного отсека. Курьер забирается внутрь, усаживается, ёрзает на сиденье и удовлетворённо кивает – пойдёт! Более внимательно осматривают машину охранники, этих интересует буквально всё. Толщина брони, надежность ходовой и многие другие мелочи, понятные только специалисту. Но вот эти парни, надо думать, именно из таких. В конечном итоге и они выносят свой вердикт – нормально! Ехать можно.

Один из них кивает на пулемёт – мол, работает? Каким образом им управлять?

Поясняю – второй из охранников, немец, более-менее меня понимает и переводит своему товарищу.

– Это – для мин! Мало ли какие фокусы могут нам встретиться?

– Ну, да! – отвечает тот. – Здешние фокусы могут быть и на колёсах! Вы всё правильно понимаете!

Опа-здрасьте… а вот об этом нас не предупреждали!

Хитёр полковник… не мытьём, так катаньем, но он-таки постарается запихать нас в свои тесные ряды. Ладно, Николай уже понимающе кивает, похоже, что мы мыслим одинаково.

Утро!

Будь оно неладно…

Подъём, неизбежная суматоха – и колонна вытягивается вдоль дороги. Странное дело, но нас отчего-то никто об этом не предупреждал!

Рёв моторов… и машины скрываются за поворотом.

Так… что-то я не просекаю… они, что, уже вышли? Без нас?!

Но нет, из соседнего здания появляется знакомая фигура – курьер! М-м-м… без нас – ладно, а вот его-то, отчего оставили? Чего они там везут вообще?

Вопрос прояснился уже к обеду – колонна вернулась. Минус один автомобиль, а на бортах других явственно видны следы от попаданий пуль и осколков.

– Всем просьба прибыть в здание администрации! – появляется на пороге нашей комнаты посыльный.

У охраны тут целое крыло, туда, кстати, никого постороннего не пропускают. Но нас – пустили. То есть, мы уже и не совсем чужие?

– Прошу садиться, джентльмены! – полковник стоит около большого экрана в комнате инструктажа. Окон тут нет, шелестит на стенке кондиционер, и вообще всё как-то уютно. Прямо-таки офис какой-нибудь фирмы юридических услуг…

Гаснут лампы, и на экране появляется картинка.

– Противник применил стандартную тактику – осколочные заряды были установлены на обочине дороги.

На экране видны воронки и накренившийся набок джип.

– Подорвавшийся автомобиль был немедленно обстрелян из лесу. После чего, атакован…

Камера показывает лежащие на земле тела.

– Атака успеха не имела, личный состав, находившийся в машине, был успешно эвакуирован.

Бегущие фигурки, кто-то тащит основательный ящик. Падает, его тотчас же подхватывают под руки, а один из бегущих пробует подобрать и груз. Неудачно, около ящика сразу же начинает влетать земля – огнём отсекается подход.

– Ввиду плотного обстрела, подобрать груз не удалось. И ящик был захвачен противником.

Группа разномастно одетых людей, отстреливаясь из автоматов и винтовок, тащит вожделенный ящик.

Так… что-то я не врубаюсь…

– Час назад, с дежурного беспилотника был зафиксирован мощный взрыв вот в этом квадрате.

Съёмка с воздуха. Поваленные деревья, лежащие в беспорядке мертвые тела, горящий автомобиль.

– По-видимому, противник предпринял попытку вскрытия украденного ящика, – сухо поясняет Штраух. – Там было порядка тридцати килограммов взрывчатки… Результат вы можете видеть своими глазами.

– Наши потери, герр полковник? – спрашивает кто-то позади меня.

– Двое убитых, четверо раненых и один сгоревший автомобиль. Потери противника, по нашим предварительным выводам, составляют не менее пятнадцати человек только на месте боя. Количество пострадавших в лагере оценить затруднительно – вы и сами всё видели… Там очень густая растительность. При использовании тепловизора, насчитано порядка тридцати неподвижных тел. Но, кто из них убит, а кто ранен…

– Слушай, – наклоняюсь я к Николаю, – а по ушам ему за такие потери не прилетит? Тут всё же не война…

– В этом выезде участвовала преимущественно местная охрана, – пожимает плечами мой товарищ. – Для них такие потери – норма. Караваны отсюда водят два раза в год, и в процессе каждой проводки имеются жертвы среди охраны и полиции.

– И как много?

– В последний раз погибло восемнадцать человек охранников и девять полицейских. За раненых – точно не скажу, но их было больше.

Хренасе они тут живут…

– А у противника?

– Достоверных данных, как понимаешь, ни у кого нет… Но только на поле боя было подобрано свыше сорока человек убитых. Понятное дело, что нашли далеко не всех, да и кто-то явно сумел оттуда уползти… чтобы позднее помереть уже от ран. Но, с их точки зрения, оно того стоило – алмазов взяли на громадную сумму! Сколько именно – неизвестно до сих пор… Назвали цифру в тридцать миллионов долларов – но её так никто, по понятным причинам, не подтвердил.

А, учитывая, что четыреста долларов для большинства местного населения – это прямо-таки царские деньги…

Рабочий на руднике получает треть этой суммы – и вполне доволен.

Охранник рискует жизнью за двести, с прибавками и премиальными.

Но туда – на рудники, еще тоже надо как-то попасть! Тут тоже клановость и семейственность – во весь рост! Чужака и близко не подпустят. Раз уж повезло туда пролезть – будут всеми правдами и неправдами держаться за это место. Для многих семей это уже потомственная работа.

Тем паче, что хозяева рудников ещё и платят семьям погибших охранников…

– А когда же пойдут подчинённые полковника?

– Уже пошли. Они сидят на блокпостах – это относительно новая придумка. Ранее они располагались только в начале и в конце дороги – Штраух поставил ещё несколько, чтобы контролировать опасные участки. Так что для оппозиции это оказалось крайне неприятным сюрпризом – их встретили огнём при попытке только нос из лесу высунуть.

Ну, блин, и дела у них тут… Я уже ничуть не удивляюсь тому, что совместно с охранниками дежурят ещё и местные полицейские. Таким хитрым вывертом полковник разом решил все юридические формальности. По местным странным законам охрана имеет право стрелять только в случае непосредственного на них нападения. Либо атаки на охраняемый объект или тот же караван машин. Открывать же огонь на упреждение им нельзя.

Но!

Если при этом присутствует представитель закона, то, формально, он имеет право отдать такое приказание – и охрана обязана его выполнить. В том числе – и преследовать убегающих, вплоть до полного их уничтожения. Ответственность – на нём. То же самое может потребовать и представитель армии – в том, разумеется, случае, когда она привлечена к охране порядка. А она всегда тут к этому привлечена…

Так что, никаких претензий к охране нет – да и быть не может, всё сделано строго по закону! Хотя… многие годы тут и без этого прекрасно обходились.

Но – немец!

Этим всё сказано.

Видать, владельцев рудников конкретно напрягла местная свистопляска, раз они командировали сюда этого крутого дядьку.

– Господин Ребров! – полковник, наконец-то обращает внимание и на нас.

– Слушаю, – встаёт с места мой товарищ.

– Насколько я в курсе дела, ваша техника может нормально работать уже с шести часов утра?

В принципе, это не так – БМР и ночью может ехать достаточно уверенно. Но на свету – разумеется, спокойнее. Просто, видимость при дневном свете намного лучше.

– Совершенно верно, господин полковник. В это время мы можем работать достаточно эффективно. И не пользоваться при этом источниками дополнительного освещения.

– Отлично! В таком случае, выход колонны назначаю на завтра, на пять часов тридцать минут утра. Все свободны!

Следовало ли упоминать, что за оставшееся время мы ещё и ещё раз облазили свой агрегат сверху донизу? А когда, наконец, потопали спать, около машины образовался усиленный пост – и не из числа местных охранников, а из парней Штрауха. Даже и с пулемётом!

Утро…

Как сказал один умный дядька – оно добрым не бывает.

А тут ещё и вездесущее солнце за тучки ушло… типа, дождик собирается. Местный "дождик", скажу я вам, то ещё природное явление! Ни разу не грибной – мосты, бывало, сносит в мгновение ока! Не сам, разумеется, дождь – а реки, которых он щедро наполняет. Да и дороги развозит моментом. Они, правда, так же быстро и подсыхают… но всё равно, удовольствия от этого мало. Не всякий и грузовик-то пройдёт! Я уж молчу про обычные легковушки…

"Мерседесов" тут, откровенно говоря, почти и не имеется, а вот всевозможный мультинациональный автохлам юзают с удовольствием и неслабым энтузиазмом. Любой наш автолюбитель поперхнулся бы утренним чаем, доведись ему взглянуть, например, на местное "такси".

Легковая машина неведомой марки (ибо стекла и двери тут могут быть вообще какие угодно – лишь бы исполняли свою функцию) и неизвестного года выпуска. Движок… ну, мне трудно сказать, почему он ещё не вываливается по пути. За выхлоп – вообще молчу, любой эколог, узрев сизые клубы дыма из выхлопной трубы, схватился бы тотчас же за сердце. Поскольку заправить автомобиль могут вообще чем угодно – лишь бы ехал! Главное – чтобы дешевле!

А вот музыка – непременный атрибут, на это тут никаких денег не жалеют! Громче, чем у конкурента – и здорово!

Возят на этих машинах всё подряд. Нет, людей, разумеется, тоже… Но вполне могут и нескольких коз в салон затолкать, это тут в порядке вещей. Если есть багажник на крыше – то и он почти никогда не пустует. Под него ещё и подложить что-нибудь могут, чтобы не так откровенно прогибался бы. Ну, а продавленная крыша – это такие мелочи!

Вот такой "автотранспорт" иногда тонет в образовавшейся грязи почти по окна. И это нимало не смущает водителя и пассажиров. Вытащат из багажника топор и пилу (это почти у каждого водителя с собою всегда есть), свалят несколько деревьев, подкопают что-нибудь… – и в путь! Оставив позади себя немаленькую яму посреди дороги. Закапывать её, само собою, никто и не собирается – не своё же!

Так что местные дороги – это вообще отдельная песня… Никто почти никогда их и не чинит, во всяком случае – централизованно. Кое-как поддерживают в относительном порядке парочку центральных шоссе – и хорош! Если кому-то нужно отремонтировать дорогу между деревнями или небольшими городками (по причине полной непроходимости для большинства видов колёсного транспорта), то никто мешать не станет. Помогать, правда, тоже…

Так что, наш "Вепрь" для местных дорог – самый подходящий транспорт!

Никаких сирен и автомобильных гудков – машины занимают указанные места без суеты. Для этого у выезда стоят несколько охранников, жестами указывая водителям направление движения. Чувствуется хорошая организация и неслабый опыт руководства!

Заняв место в колонне, подключаемся к радиосети.

– Number five was on the warrant. Ready to move!

– O'kay, number five. Wait for instructions.[1]

Проходит несколько минут. Двигатель не глушим, ожидая команды.

В десантном отсеке притих курьер с охранниками. Кстати, нас специально предупредили, чтобы (ни при каких ситуациях!) никто из нас и не пробовал бы подойти к курьеру или начал оказывать ему хоть какую-нибудь помощь. Мол – это не ваше дело!

Ладно… была бы честь предложена…

– Attention, let's go straight ahead![2]

 

Тронулись!

Вообще, со стороны наша колонна, должно быть, выглядит весьма внушительно. Особенно "доставляет" "Вепрь". Сюда-то его на трейлере везли, под брезентом. Та ещё, если честно, операция была…

По сложившейся практике, идущие на рудник машины оппозиция не трогает. Тому есть множество причин, и недовольство местного населения такими поползновениями – далеко не на последнем месте.

Вот и трейлер с БМР проскочил беспрепятственно, небось, за очередное буровое оборудование приняли.

Но сейчас наше участие уже не скрыть!

Представляю себе, какое впечатление на лесных сидельцев производит этот жутковатый агрегат! Он и так-то выглядит весьма сурово…

– Трал – опустить!

Сейчас на борту главный – я. Да, Николай старший машины, но за рычагами-то сидит не он. А в любой машине рулит всегда один, всех прочих – везут! Так что и командую теперь я…

Лязгнуло, машину тряхнуло – и сразу же взвыл дизель. Нагрузка-то возросла!

– Включить электромагнитный трал!

– Есть!

– Проверить закрытие люков и герметизацию корпуса! Включить кондиционер.

Тоже, между прочим, ни разу не прихоть.

Дождь там за бортом или что – а привычные тридцать градусов никуда не делись. А внутри "Вепря" всё же пять человек сидит! Жарковато будет…

Впрочем, если тут и впрямь серьёзная работа пойдёт… то никакой кондиционер не поможет – упреем!

Первый километр пройден. Пока всё в норме, никаких фокусов. Впрочем, так близко к руднику ещё ни разу никто не борзел – в случае чего, подкрепление подойдёт достаточно быстро, и это все прекрасно понимают. Не будет тут, скорее всего, и никаких "сюрпризов" – по той же причине.

Второй километр… третий…

Первый блокпост – тут дорога делает петлю, и скорость снижается очень ощутимо. Впрочем, колонна и так идет медленно – всех тормозит "Вепрь", он-то – и при самых благоприятных условиях, более пятнадцати километров в час, не пойдёт. Но блокпост для того тут и поставлен, чтобы ни у кого не возникало бы соблазна подловить колонну на этих поворотах.

С блока получаем сообщение – началось какое-то движение в лесу, передала мобильная разведгруппа.

Отмечаю на тактическом дисплее эту точку – до неё ещё километров пять…

– Number five, report back.

– Everything is normal, moving on schedule.[3]

Старший колонны подтверждает приём.

И снова ползёт вперёд стальная крепость. Какие-то упавшие на дорогу ветки, подмытые дождём деревья – машина презрительно отшвыривает всю эту мелочь или перемалывает её тяжелыми катками тралов.

Ещё километр… и ещё один…

Отметка на дисплее приближается.

Во все глаза смотрю по сторонам и на дорогу.

Какие бы тут хитрые черти не ставили мины, некоторые следы от такой работы всегда остаются. Сильно сомневаюсь в том, что кто-то их учил маскировать следы минных постановок… нужды-то никакой в этом и не возникало никогда! Что ж, ребятки… всё когда-то случается в первый раз.

– "Pilot" – to "Pathfinder 5!" I'm seeing suspicious activity in sector 3![4]

Ага… пошёл движняк!

– Всем внимание! – прижимаю кнопку внутреннего переговорного устройства. – Разведка сигнализирует о наличии подозрительной активности! Охрана – отдельная просьба – патроны в ствол не досылать!

Дублирую это и по-английски, хотя, сильно сомневаюсь в том, что сумел подобрать для этого правильные слова. Да и фиг с ними, откровенно-то говоря, главное, чтобы смысл поняли!

Дах!

Из-под катка левого трала поднимается столб пыли.[5]

Подрыв!

Но, пока это что-то не слишком серьёзное. Нет, какому-нибудь джипу колесо точно бы нафиг оторвало, но тому, же танку.… Ну, не думаю, что там что-нибудь капитально удалось бы разнести. Гусеницу – эту, в принципе, и могли порвать, да…

Однако, чтобы как-то нам навредить – тут посерьёзнее оттопыриться надо!

А передний джип – везунчики, они эту мину не задели!

– "Pilot" – to number five! Mine detonation under the trawl! I have no injuries.[6]

А заодно объясняю старшему колонны, что передовой джип теперь целесообразнее поставить позади нашей машины. Иначе, на следующей мине ему может так и не повезти…

Принято, джип сдаёт вправо, пропуская бронированную громадину.

Проходя мимо, вижу, как нам приветливо машут оттуда руками. Не дураки парни… поняли, от чего мы их сейчас уберегли.

Мы и километра не проползли, как рвануло снова – и всё под тем же катком! Но, почему слева-то? Справа откос, и скинуть туда взрывом машину – дело нехитрое… Почему не с той стороны рвануло?

Да, потому, что в случае повреждения ходовой, те, кто станет её чинить, будут укрываться бортом от обстрела. Ага, это со стороны откоса-то? Там ведь, ближе двухсот метров к дороге и не подойти! А вот с другой стороны… там заросли всего в десятке метров!

Щелчок тумблера – задействовать тепловизор.

Ну, как я и думал…

– "Pilot" – to number five! Enemy left in the forest![7]

Рявкнули пулемёты на джипах, осыпая свинцом лес. Мол, мы вас видим – катитесь отсюда!

В ответ – ни выстрела.

Понял народ, эту стальную коробку так просто не взять…

А раз так, то и смысла в бесполезной перестрелке никакого нет. Ушли тихо…

И снова рычит двигатель, "Вепрь" преодолевает очередную яму на дороге. Со стороны лесных сидельцев пока тишина, никто и никак пока себя не проявил. Стрелять по стальной коробке бессмысленно, а мины её пока не берут. Совсем уж непроходимых идиотов там явно, скорее всего, не имеется, а поэтому атаковать нас в лоб никто и не пробует. Но… это пока не пробуют…

До следующего блокпоста был ещё один подрыв – и снова под тралом. Похоже, что мину поставили заранее и попросту не успели ничего изменить. Судя по мощности взрыва, это уже было что-то близкое к противотанковой мине, но эффекта никакого не принесло и в данном случае.

Блокпост!

Повинуясь указаниям выскочившего откуда-то регулировщика, заезжаем в капонир. И сразу же, с подошедших машин спрыгивают охранники, беря под контроль все подходы к этой точке.

Что ж, надо пользоваться остановкой. Ну, топливо нам и без меня зальют… а вот трал надо бы осмотреть!

Фатальных повреждений не имелось, машина могла выдержать и не такое. Но, на всякий случай, прямо на броне лежат некоторые запчасти. Мы вполне способны их установить и самостоятельно – для этого у нас смонтирован небольшой кран. И тем не менее…

От работы меня отвлёк шум подъехавшего автомобиля.

Раз охрана подпустила машину так близко, то это явно кто-то серьёзный прибыл. Выбираюсь наружу, вытирая руки ветошью, и наталкиваюсь прямо на Штрауха. Он как раз разговаривает с Николаем.

Увидев меня, приветливо поднимает руку.

– Как машина?

– Всё в порядке, можем ехать дальше.

– Гут! – одобрительно кивает полковник. – У противника легкая растерянность, мы перехватываем их переговоры. Они никак не ожидали появления танка, и сейчас лихорадочно соображают – что же делать? Гранатомёт вам не страшен?

– Основные узлы защищены… – пожимаю я плечами, – Если только смогут прямо в гусеницу или в каток попасть… А так – выдержим.

– Хорошо! Выход через час!

Вышли мы раньше. И не потому, что так уж сильно торопились. Откуда-то из леса вдруг полетели мины! Небольшие, порядка 60-мм. Да ещё и взрывались они далеко не все. К тому же, миномёт у противника явно был только один, и наводчик был далеко не снайпером – большинство мин летело абы как. В районе целей взорвались только две, да и толку с того было… кот наплакал. И тем не менее, командир колонны дал команду на выход – по движущимся машинам из миномёта попасть довольно-таки сложно. А в данном конкретном случае – так и вовсе безнадёжно.

Выход!

С лязгом опускается трал, и "Вепрь", ревя дизелем, решительно прёт по дороге.

Информация – с беспилотника засекли позицию миномётчиков, и сейчас по ним ударят с блокпоста – там тоже стоят два миномёта внушительного калибра. Ну и славно… хоть, эти косорукие пока ни в кого и не попали, дразнить гусей всё же не следует!

– Enemy mortar suppressed, fire no longer leads.[8] – приходит новое сообщение по рации.

А вообще – это уже звоночек! Насколько я в курсе, такое вооружение ранее не использовалось при нападениях на караваны – нападающие старались беречь ценный груз. Или они рассчитывали подбить "танк"? Что ж… тогда им жирный минус!

Ещё километр хода.

Тут относительно прямой участок дороги, можно даже и скорость прибавить.

– Attack! Enemy grenade launcher front right![9]

Спереди справа?

Гранатомёт, вы говорите?

Машина резко дёргает в сторону.

И тут я вижу… или это мне только показалось?

Разматывая на ходу дымный след, откуда-то из кустов стартует граната.

Черт!

Вот так, сидеть в машине и ждать неминуемого попадания? И ведь ничего же нельзя сделать!

– Hold on! Grenade launcher![10] – кричу я, не оборачиваясь, в переговорное устройство. Мол, держитесь там все… хоть за воздух – сейчас по нам долбанут!

Секунда…

Хренак!

Против всяких ожиданий, машину ни на миллиметр не подбросило – всё же это очень массивный агрегат!

1Номер пять занял указанное место. Готов к движению Хорошо, номер пять. Ожидайте указаний.
2Внимание! Вперёд – пошли!
3Номер пять, доложите обстановку. Всё в норме, двигаемся по распорядку.
4"Кормчий" – "Следопыту-5"! Наблюдаю подозрительную активность в секторе 3!
5Фактически, трал на этой машине единый, но состоит из правой и левой секции, образованной несколькими соосными многосекционными катками. Поэтому в реальности, обычно и говорят – подрыв под левым/правым тралом – так принято.
6"Кормчий" – номеру пять! Подрыв мины под тралом! Повреждений не имею.
7"Кормчий" – номеру пять! Противник слева в лесу!
8Вражеский миномет подавлен, огонь больше не ведет.
9Атака! Гранатомётчик противника спереди справа!
10Держимся! Гранатомёт!
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru