Александр Зельгейм ПРОПАСТЬ МИРОВ

Рассказ

Станция «Скрижаль» висела в пустоте, как игла, воткнутая в шов между реальностями. Её задача была проста: контролировать Пропасть — единственную стабильную трещину в пространстве-времени, через которую корабли переходили из одной вселенной в другую. Каждый переход требовал цифровой подписи, биосканирования экипажа и трёхуровневого одобрения от Инспектората.

Алина была лучшим инспектором сектора. Ей было двадцать семь, но за плечами — пять лет безупречной службы, восемнадцать закрытых нелегальных порталов и тридцать четыре осуждённых контрабандиста. Её индекс дисциплины — 100%. Её прозвище среди коллег — «Железная дева». Она никогда не опаздывала, никогда не спорила с протоколом и никогда не позволяла эмоциям влиять на решения.

— Порядок — это единственное, что держит миры от столкновения, — часто повторяла она новичкам. — Нарушь одно правило — и вся конструкция рухнет.

Её кабинет на станции был стерильно чистым: голографические экраны, строгие линии, ни одной лишней детали. На стене висел портрет основателя Инспектората — человека, который когда-то объединил разрозненные колонии и создал систему, предотвратившую межмировую войну. Алина смотрела на него каждое утро и напоминала себе: порядок выше чувств.

Но сегодня утром что-то было не так. Система зафиксировала аномалию в секторе D-14 — там, где находилась колония «Надежда», умирающий мир с разреженной атмосферой и почти исчерпанными ресурсами. По всем протоколам, Пропасть в том секторе должна была быть запечатана ещё три года назад. Однако датчики показывали: там открыт теневой портал, грубо сколоченный из краденых генераторов, работающий в обход Инспектората.

Алина вызвала оператора:

— Доклад.

— Инспектор, нелегальный переход активен 47 минут. Нарушение класса «Альфа». На той стороне — транспортный челнок с колонистами. Они готовятся к прыжку.

Алина уже открыла протокол блокировки. Её пальцы сами бегали по голограмме, выбирая параметры подавления. Она видела на экране серый, израненный шахтами мир, видела людей в потёртых скафандрах, грузивших детей в обшарпанный челнок. Но она не позволила себе смотреть на лица.

— Начать процедуру схлопывания, — сказала она ледяным тоном. — Время до закрытия?

— 18 минут, инспектор.

Она кивнула. Всё правильно. Если пропустить один нелегальный переход, завтра их будут тысячи. Система рухнет. Миры столкнутся, и погибнут миллионы, а не несколько десятков.