Александр Иванников Мидсайд

Альдо прикрывая своего братца, превращал этих тварей в абстрактное искусство из шрапнели и проводов. Это была мясорубка.

Прорываясь сквозь волну жужжащего металла, они, наконец, увидели ее. Гермодверь. «СЕРВЕРНАЯ. УРОВЕНЬ -1». Заблокирована.

Конечно, б**ть, заблокирована, а вы как думали?

Альдо ткнул стволом в сторону Носорога:

– Громила, сегодня ты наш ключ.

Носорог хрустнул костяшками, но не успел даже вперед шагнуть.

Мышь, этот нервный ублюдок с пальцами как у пианиста-наркомана, выскочил вперёд:

– Стоять! Мой выход.

Присел на корточки. Достал свой "рабочий" набор – отмычки, сканер, еще какую-то хренотень. Через 5 секунд замок щёлкнул.

Как девка, что сдалась после первого коктейля.

– Так работают профи. Запомните хорошенько. – расплылся в довольной ухмылке. – Без грохота, без…

– Заткнись и двигай, – оборвала Рыжая.

Главный коридор. Бетонные стены, трубы, гудящие, как похоронный марш, неоновые лампы, моргающие в предсмертной агонии. Немного прогулки – и впереди забрезжил свет. Холодный, клинический. Серверная.

Она встретила их открытой дверью.

Плохой знак. Открытые двери в таких местах – это либо ловушка, либо кто-то настолько **нутый, что верит в свою неприкосновенность.

Приглашение? Или ловушка? В Сан-Риччи разницы не было.

Мышь первым заглянул внутрь, потом махнул остальным. Вошли.

Серверная, размером с баскетбольную площадку, встретила их гулом турбин и мерцанием тысяч светодиодов – зеленых, красных, синих, как новогодняя елка на кислоте. Стены из серверных стоек тянулись к потолку. Мозги корпорации. Посередине – стеклянная рубка.

И силуэт внутри.

Альдо даже не стал разбираться. Вскинул обрез – БАМ! Стекло вздрогнуло. Второй выстрел. На поверхности появилась белая паутинка, но ни трещины.

– Эй, сученыш! – заорал Альдо, перезаряжая ствол. – Твоя контора давно сдохла! Не в курсе?

Силуэт дернулся. Шагнул ближе к стеклу. Теперь его видно. Тощий очкарик лет тридцати, с прической, которую стригла мама в детстве, и взглядом фанатика, готового умереть за идею. На шее – значок “Сотрудник месяца”. Пиджак, а под ним футболка с иероглифами.

– Директива двенадцать! – раздалось из динамиков снаружи. Голос клерка звенел от "праведного" гнева.

Альдо нахмурился:

– Чё?

– Ни шагу назад! Охрана критической инфраструктуры до последнего! Перед вами – ронин филиала! Хранитель врат! Мой меч – Бусидо, мой щит – это честь, и я…

– Понятно, **нутый значит…

От стеба Мясника лицо клерка стало красным, словно ГМО-помидор.

– Покиньте священные земли, или познаете гнев протокола! Последнее предупреждение!

– Значит так, самурай, – Альдо усмехнулся, – вот как все будет. Мы войдем в этот аквариум, и никто тебя не спасет. Ни корпорация, ни директивы, ни твои аниме-подружки с плаката! Так что будь добр, завали **ало и открой дверь, пока я еще добр…

Очкарик выдержал паузу. Потом медленно, театрально, положил руку на консоль.

– Сами напросились.... Сейчас вы познаете холод Ёми – мира мертвых! Да пожрет вас Дракон Севера!

Альдо только усмехнулся. Широко. Безумно.

– Уже интересно.

За спиной банды с грохотом захлопнулась дверь. Замки встали на место. Потолок ожил – из вентиляционных решеток хлынул белый туман. Жидкий азот. Он оседал на пол, расползаясь, как живой организм, пожирающий пространство. Температура в комнате начала падать со скоростью камня брошенного с небоскреба.

[ВНИМАНИЕ. ИНИЦИИРОВАНО ЭКСТРЕННОЕ ОХЛАЖДЕНИЕ КВАНТОВОГО ЯДРА . ВНИМАНИЕ. ПОКИНЬТЕ ПОМЕЩЕНИЕ. ВНИМАНИЕ…]

Мелкий стоял, изучая комнату. Искал аварийный выход, рубильник, что угодно. Но все было за стеклом. У этого ***нутого самурая.

Туман ползал все ближе. Уже можно было видеть, как на полу образуется иней.

– Что дальше, мелкий? – В голосе Мясника не паника, а азарт.

Пацан лишь достал кибердек, дрожащей от холода рукой воткнул интерфейс в порт за ухом и… рухнул на холодный пол, как подстреленный.

– Какого?! – Альдо подхватил пацана за капюшон. – Очнись! Слизняк!

– В сеть нырнул! – Рыжая поняла первой. – Держи, пока он там возится!

Носорог и Змей сгрудились вокруг обмякшего тела, прикрывая Нико от надвигающегося холода.

// СЕТЬ // ПРОТОКОЛ ВТОРЖЕНИЯ: АКТИВЕН //

[ЗАГРУЗКА… 10%… 43%… 78%… СИНХРОНИЗАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА]

Нико открыл глаза… и ох**л.

Он стоял в феодальной Японии. Традиционный сад. Карликовые сосны, карпы в пруду, мостик из красного дерева. И впереди – додзё, крыша с загнутыми краями, бумажные стены с подсветкой изнутри.

– Какого… – Нико сделал шаг. Земля под ногами была настоящей. Запах цветущей сакуры бил в нос.

VR-защита. Кто-то вложил бабки в эту цифровую крепость.

И этот кто-то явно дрочил на самураев.

Мелкий двинул к додзё. Бумажные створки разъехались сами собой, словно приглашая.

Шагнул внутрь.

Пустой зал. Полированный пол. Запах сандала.

И мужик посередине.

Классический мидлайф-кризис-самурай. Лысина спереди, волосы на затылке, закреплённые в узел металлической шпилькой. На нём была традиционная хакама, чёрная с белым. А сам сидел в позе лотоса, спиной к Нико.

– Значит, даже дворовые псы освоили джек-ин… Впечатляет.

– Я в этом профи, можешь не сомневаться. – Нико шагнул вперёд. Голос здесь, в сети, звучал увереннее. В гребаном Зазеркалье, он мог себе это позволить. – А ты… сейчас уберёшь свою криогенную херню, или…

Самурай медленно поднялся.

Лицо – молодое, азиатские черты, но глаза горели фанатизмом. На поясе – катана в ножнах, инкрустированных киберсхемами.

– Я – Кэндзи Ямада, технический администратор уровня пять. А ты, только что подписал себе смертный приговор.

– Увидим.

В руке Нико материализовалась катана. Стандартное оружие для виртуального боя. Он поднял её в защитную стойку.

Кэндзи рассмеялся – звук был как битое стекло.

– Бросаешь вызов мастеру в его же додзё! Что ж… – "мастер" выхватил свой клинок.

И Нико о**ел во второй раз за минуту:

– Больной ублюдок…

Это была не просто катана. На лезвии вращалась цепная пила, ревущая, словно ржавый Кавасаки. Зубья сверкали в свете виртуальных лучей.

– …придется разобраться с угрозой сразу в двух мирах! Может, тогда премию выпишут!

И рванул. С места в карьер, что называется.

Первый удар прошел мимо. В стену.

Цепная пила вгрызлась в деревянный каркас. В воздух взметнулись клочья рисовой бумаги и щепки. Между оппонентами возник проём, сквозь который виднелся идиллический сад. Идиллия продлилась секунду. Клерк, не останавливаясь, пронесся сквозь новоиспеченный проход, а Нико, отскакивая, получил удар под дых.

Откатился, едва удерживаясь на ногах.

Унижение тут же продолжилось.

Удар. Искры. Мелкий едва успел поднять блокировать. Руки затряслись от отдачи. Второй. Третий. Ямада был резким, как торнадо, и безжалостным, словно алгоритм.

Пришлось пятиться. Шаг. Еще один. Катана звенела, отбивая бешеные выпады. Но каждый удар откидывал его дальше, теснил к выходу, в сад.

Финальный натиск. Атака клерка стала бешеной. Прошибала стволы карликовых сосен, отскакивала от валунов в саду камней, высекая снопы искр. Он загнал Нико к старой сакуре. Той самой.

– В ТЕБЕ НЕТ ДУХА! – рычал Ямада. – НЕТ ЧЕСТИ!

Финальный удар – и клинок вышибло из рук Нико. Самурай занес свою катана-пилу над головой. Цепь завыла, готовясь разорвать Слизняка на куски.

Тот рухнул спиной к дереву.

– ВОТ И ВСЕ, ПАЦАН! – Клерк замер в триумфальной позе. – Последнее слово?!

Мир сузился до безумных глаз Ямады, воя пилы и хрупкой коры за спиной. И тут его взгляд зацепился за… "спасительный билет". Естественную, нелогичную деталь в этом вылизанном цифровом мире. Дупло.

Пацан усмехнулся:

– Да, есть одно.

Резко завёл руку назад. Нащупал что-то холодное, металлическое.

Аварийный выход. В каждой симуляции есть. Чтобы админы могли экстренно выйти при сбое.

Здесь этим выходом оказался револьвер.

Кольт «Миротворец». Классика Дикого Запада. Анахронизм в японском саду.

Нико выхватил его и ткнул в лицо самураю.

– Омаэ ва му шиндейру, ублюдок…

Выстрел.

Вспышка белого света разорвала симуляцию на лоскуты. Японский сад затрещал, посыпался пикселями, как старый телевизор. Админ завопил, его тело начало распадаться на полигоны:

– НЕТ! Я БЫЛ ИЗБРАН! Я! ТОЛЬКО Я! …

Голос растворился в статике.

Обратно в реал.

Температура в серверной успела упасть до минус сорока, когда Нико рывком вернулся в свое тело. Он задыхался, пытаясь втягивать ледяной воздух.

– Подъем! – рявкнул Альдо, тряся его за плечи. – Ну, мелкий, сработало? Или вот так сдохнем?

Нико не ответил. Только ухмыльнулся и поднял кибердек. Пальцы забегали по голографической клавиатуре. и через секунду:

[СМЕНА АДМИНИСТРАТОРА. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, USERNAME!]

Клерк в рубке бился в истерике. Руки летали по клавиатуре. Бесполезно:

[ДОСТУП ЗАБЛОКИРОВАН]

Система, эта послушная шавка, сменила хозяина.

Нико провёл пальцем по кибердеку – и вытяжка включилась. Азотный туман засосало обратно в вентиляцию.

Альдо смел остатки с эспаньолки и раскатисто заржал.

– Побольше бы такой херни, Слизняк, и я тебя зауважаю!

Стены рубки с механическим визгом разъехались в стороны.

За ними – очкарик. Клерк. Сидел под столом, обхватив голову руками.

Carne хлынули к нему, как стервятники на падаль. Тот направил в сторону Мясника табельный пистолет.

Даже не успел нажать на спуск, когда Змей выбил пукалку из его руки, в очередной раз, метнув нож.

Носорог схватил этот мешок с мусором, набитый уставом и протоколами, за грудки и поднял в воздух.

– Кусок дерьма! – В словах Носорога было больше правды, чем во всей жизни клерка.

– Я п-просто выполнял свою работу!

– Стой. Поставь его, – голос Альдо был холоднее жидкого азота.

Носорог, фыркнув, уронил мужика на пол.

Альдо сел перед ним на корточки. Красный свет визора врезался в дрожащую плоть.

– Вижу, ты верен своей верхушке. Уважаю, – он лгал, конечно. – Поэтому выбирай: сдохнуть за свои идеалы сейчас или послужить им в будущем? Где ваши игрушки? Прототипы, терминал…

На слове «терминал» в глазах клерка появился животный ужас. Ужас от того, что какие-то панки прознали про секретное хранилище.

Ноев ковчег финансов Орбитал-Эйр.

– Ни хрена не скажу, – прошептал клерк.

Последний всплеск синапсов, отравленных корпоративной пропагандой.

Альдо медленно кивнул.

– Я так и думал.

Поднялся, достал тяжелый ствол и, без всякой злости, как хирург, ампутирующий гангрену, отправил этого бедолагу к праотцам.

В наступившей тишине Нико стошнило.

Неженка…

План рушился на глазах. Единственный, кто мог открыть дверь, был мертв. Годы подготовки… все зря. Уже хотел показать клыки брату, вытирая блевотину рукавом, но вдруг.

Стена в конце зала серверной разъехалась. Массивная дверь хранилища с шипением гидравлики позволила гневу Слизняка улетучиться.

– Ты знал?

Знал ли этот отморозок, что последним замком к их богатому будущему будет пуля в башке неприметного клерка? Самому не смешно?

Альдо не ответил. Просто опустил обрез в кобуру с чувством выполненного долга.

Хранилище.

Это была не сокровищница из допотопных фильмов. Никаких тебе золотых слитков, ни изумрудов. Больше напоминало белую комнату в дурке, только по бокам стерильные стеллажи, стопки дата-чипов с секретами важных мудил, контейнеры с биоматериалами – частями тел, которые еще не родились.

Души корпоратов, разложенные по полочкам.

Посередине стоял обычный на первый взгляд терминал.

На деле – аварийный узел трансконтинентальной финансовой, мать ее, паутины.

Увидев его, Нико чуть ли не ссал кипятком. Будто увидел святой Грааль. Он ринулся к нему, спотыкаясь о собственные ноги.

Его затрясло как припадочного когда подключил свой кибердек к этой невзрачной херне.

– Л-ладно. Начинаю… Шифрование… Незасвеченные счета… П-перевод… – Слизняк мямлил это, пытаясь удержаться на ногах от волнения.

Секунд двадцать все стояли в ожидании чуда, пока нетраннер обходил примитивную защиту, оставшуюся после затопления основной системы. И наконец…

– ДА, СУКА! Пара лямов уже наши…! – Победоносно заорал Слизняк.

Когда счет на кибердек прибавил еще несколько нулей, Нико нервно выдернул порт.

– Больше не рискну, могут отследить…

Как-то все тухло получилось, не находишь? Ни аплодисментов, ни гребаных фанфар.

В воздухе повис запах подставы. Животный инстинкт, который орет тебе, что ты уже в капкане.

Нашли чем пугать лидера мазохиста…

– Разбирай! – рявкнул Альдо, и стая, забыв про инстинкты, кинулась на стерильные алтари, сгребая все в кофры. Футляры и кейсы отлетали в воду как не нужный мусор.

– На черном рынке это с руками оторвут! – присвистнул Змей, пытаясь запустить военный имплант с отдельно стоящего стелажа. Тот загорелся зеленым осветив его удивленную гримасу.

Зря ты это взял, чумба…

Из-под воды, просочившейся через пробоину в углу хранилища, поднялась фигура. Дерганный ублюдок, будто робота Чаппи трахнул боевой дроид. Он пошатнулся, встал в позу спринтера и одним рывком до Змея, схватил его руку.

– СУКА! – успел выкрикнуть Сайлас, он же Змей, прежде чем эта железка швырнула его в стену, как мокрую тряпку.

Однако триумф ведра с болтами был недолгим. В хранилище вошел Носорог. Робот попытался что-то ему прохрипеть через сдохший динамик.

Протокол б**ть предупреждения…

Носорог только лениво поковырял в ухе, а потом схлопнул башку андроида, как перезрелый арбуз. Микросхемы брызнули во все стороны.

– Сильно не зазнавайся. Просто ржавая банка застала врасплох, – поднимаясь, прохрипел Змей.

– Ну да… – с издевкой хмыкнул Носорог.

– Слышь! – Змей откинул рукава и в его ладонях «материализовались» охотничьи ножи. По лезвиям стекал парализующий яд.

Пока пацаны начинали мериться силой, Нико поднял чемоданчик, улетевший из рук Сайласа, прямо ему под ноги. Вытер от мутной воды находку и, прочитав кодовый шифр на обороте, с блеском в глазах, положил кейс в карман худи.

Я бы на вашем месте в воду смотрел.

С тихим жужжанием из-под пола поднялись еще трое. Получше того старичка, которого прихлопнул Носорог. Модели последнего поколения.

Так вот куда шли налоги…

– КОНТАКТ! – предупредила Соня, вскидывая револьвер.

Центральный робот рванул вперед. Из его руки с неестественной скоростью выстрелил мономолекулярный клинок. Мышь, который все еще набивал карманы чипами, даже не пикнул. Клинок пригвоздил его к стеллажу, словно жука к картону.

Второй, создал что-то вроде циркулярки. Горизонтальный взмах. Еще двое из «Carne», оказавшиеся на пути, разлетелись. Туловища рухнули в воду, которая тут же покраснела.

Три трупа, за три секунды. Вот это я понимаю, рок-н-ролл.

Банда открыла беспорядочный огонь. Пули только рикошетили от брони.

Одним выстрелом дроби Мясник высек искры из плеча одного из дроидов. Тот на секунду остановился, а затем продолжил ход.

Военная разработка, мать его.

Носорог приобнял самый высокий стеллаж и вырвал его из бетона. Используя эту груду железа как щит, он бросился на робота. Скрежет. Удар. Машина отлетела в стену, вмявшись в белоснежную плитку. Но буквально через секунду ублюдок снова стоял на ногах, будто ничего не было.

Ситуация требовала до посинения отчаянных мер. И раз мелкий завел их в это дерьмо – ему и расхлебывать. В сумотахе, укрывшись за стеллажом, пацан снова открыл кейс. Авантюра могла лишить его рассудка, но парень, видимо, готов на все ради признания. Чип искушающе засветился в его культяпках. Времени на колебания не было, когда он услышал истошный крик Бикфорда. Щелчок, и в башку провинциального нетраннера встал прототип от Арм-корп. На зрачках появилась греющая душу надпись: «Внимание, включен пробный период».

Взгляд из-за укрытия на титановых ублюдков. С новой игрушкой они были похожи на ходячий код из гребаной Матрицы. Слизняк знал это измерение как свои пять пальцев, поэтому вальяжно вышел к угрозе лицом к лицу.

Вирус на мгновение парализовал процессоры железяк.

– Соня!

Рыжая сделала подкат, разбрызгивая воду. Из ее кибернетических рук, со скоростью звука, вырвались лезвия длинной с собственный локоть. Молниеносным рывком она яростно впилась шею дроида. Башка жестянки повисла на ее коготках.

Второй терминатор, рванул к нетраннеру.

Строки кода пробежали по глазам Нико. Робот замер. Клешня с плазменным клинком дернулась и вонзилась ему же в грудь. Машина забилась в конвульсиях и сдохла в облаке черного дыма.

Последнего механического мудака прикончил Носорог. Громила рванул на дроида, а тот на него. Но даже миллинов всаженных в эту консервную банку эдии не хватило, чтобы противостоять живому локомативу. Джером вмял его в стену с такой силой, что броня робота расплющила его же внутренности. Машина собиралась распилить здоровяка высунул пилу из грудков, когда Носорог вырвал ее и распилил робота, задев главный кабель в стене хранилища.

Кто выключил свет???

Через секунду, в комлинке Альдо раздался треск. Звук рвущейся реальности. Раздался панический голос Шрама, байкера, которого Мясник оставил на шухере.

– Босс, сейчас все на дно пойдет! Две минуты! МЕНЬШЕ!

Альдо услышав эту похоронную музыку, рванул за шкирку брата. Тот ни в какую…

– Больной ты ублюдок, уходим! Чего копаешься?!

– Оставлю… небольшой «подарок», – на лице Слизняка была тихая ухмылка.

Новая игрушка, видимо, по мозгам ударила…

Серверная вспыхнула аварийными лампами. Красный.

Цвет мести.

– НА ВЫХОД, БРАТВА! – заорал Альдо.

Carne, набив кофры чем успела, ломанулась обратно по коридорам. Носорог расчищал путь от мусора, который поток нес им под ноги с улицы.

Путь назад получился быстрее, но не легче. Вода прибывала так быстро, что отставших пришлось вытаскивать чуть ли не за волосы.

На улице, картина была похожа на морду корпората, который застал жену с боссом в собственной кровати. Стена воды метров восемь в гребаную высоту собиралась смыть все влажные мечты Сан-Риччи одним махом.

Против стихи не попрешь. Даже Альдо – этот отбитый наглухо псих знал, здесь рассчитывать можно лишь на свои ноги и колеса. Carne бежали до эстакады. Дорога была свободна, будто район делал последний вздох.

Отлив перед цунами.

Примяв зад на родных сиденьях, банда рванула до трассы, не оглядываясь.

Нико гнал последним. Его взгляд скользнул в зеркало заднего вида, где он увидел апокалипсис собственным глазами. Волна, как рука разгневанного бога, обрушилась на Стим-Вейв. ГЭС действительно рухнула. Игрушечные виллы ломались, как спички, курорт, забегаловки, спортзалы, бутики – от того, что было буквально полчаса назад обнесено стервятниками, ни осталось и следа. Однако Орбитал-Эйр – эта пощечина стихии, не собиралась сдаваться. По крайней мере, природе…

– Народ…

По земле прошел глубокий грохот.

– На салют посмотреть… не хотите? – робко крикнул Слизняк.

Клин байкеров почти синхронно развернулся, когда квантовые сервера хваленой компании, не выдержали напора новой игрушки Слизняка. Фундамент банка содрогнулся, и здание, которое корпы называли винцом своих амбиций, начало складываться.

Стая слезла с байков будто под гипнозом. С искренним восторгом, они глазели, на то, как незыблемый символ власти корпораций превращается в пыль и тонет в дерьме.

Вслед за зданием, воздух взорвался торжествующими криками отбросов, которые поимели эту систему. Они облепили Нико со всех сторон.

Носорог, проходя мимо Слизняка, схватил его и заключил в дружеский захват.

– Нико, красава!

– Дай я тебя расцелую, мелкий! – Рыжая бросилась на него.

Даже Альдо, оглянувшись на тонущие руины, одобрительно оскалился.

Он резко, почти грубо нахлобучил шлем на голову Нико.

Сквозь тонированное стекло он увидел настоящую улыбку. Улыбку брата.

Годы подготовки, годы унижений и пинков… все было не зря.

«Carne» вновь завела моторы и пустилась по трассе с утроенной скоростью, пока Стим-Вэйв продолжал погружаться в холодные объятия волн.

И в глубине этого хаоса рождался новый, впервые признанный авторитет.