русская классика

мистика

биографии и мемуары

литература 19 века

публицистика

«Актриса (входитъ). Простите…
Фельетонистъ. Чѣмъ могу служить?
Актриса. Простите… я безпокою васъ, помѣшала… вы заняты… эти бумаги…
Фелъетонистъ. Съ кѣмъ имѣю удовольствіе говоритъ?
Актриса. Мое имя? но… не все ли вамъ равно?
Фельетонистъ. Однако?
Aктриса. Мое имя не скажетъ вамъ ровно ничего. Софья Ивановна, Ольга Петровна, Надежда Андреевна – вѣдь это же песчинки въ степи, капли въ морѣ, похожія песчинка на песчинку, капля на каплю, какъ родныя сестры. Вы видите ихъ сотни, тысячи. Развѣ можно запомнить каждую песчинку и одну каплю отличить отъ другой?..»
Произведение дается в дореформенном алфавите.

научная фантастика

Анна Дэмби

Женское нестроение

Первобытные верования, мир сновидений, психические расстройства и магия – эти темы вдохновили Александра Амфитеатрова (1862—1938) на создание оккультного романа «Жар-Цвет».
Произведение представляет собой сборник повестей, объединенных фигурой графа Гичовского – авантюриста и мистика. Здесь оживает легенда о цветке папоротника, дарующем бессмертие и богатство, а также история о мертвой любовнице-самоубийце, которая преследует московского банкира даже после смерти.
Увлекательный сюжет переплетается с атмосферой восточноевропейских легенд, алхимии, масонских тайн и спиритизма.

любовное фэнтези

эротическое фэнтези

магические академии

Жар-Цвет

Магистраль. Главный тренд

«Это случилось в июльское полнолуние 1883 года.
Я был в гостях у моей соседки по имению, Зинаиды Петровны Берновой, праздновавшей в тот день свое рождение.
Когда гости собрались прощаться, уже совсем свечерело. Кто, по настоянию хозяйки, остался ночевать, кто отправился восвояси. К числу последних примкнул и я…»

ценные бумаги / инвестиции

трейдинг

финансовые инструменты

Белый охотник

«В течение 1913 года я получал очень много писем, предлагавших мне высказаться печатно о взаимных отношениях А. С. Суворина с А. П. Чеховым. В последнее время количество таких писем значительно увеличилось. Тон некоторых из них звучит уже не предложением, а требованием, а в двух я прочел дословно, что будет нехорошо, если я не напишу о Чехове и Суворине…»

боевики, остросюжетная литература

фэнтези

детективы

криминальные боевики

триллеры

русское фэнтези

детективное фэнтези

Десятилетняя годовщина

«Каждый праздник нисходит на землю, как некий царь, – в сопровождении ярко расцвеченной свиты обычаев, преданий, поверий, примет и суеверий, накопленных веками, в пышном ореоле символов, часто заслоняющих в мировоззрении среднего человека религиозную или историческую основу празднуемого события. Так, – за блеском легенды о „святом“, за лучезарным сиянием поэтического венца вокруг его головы, теряются зрительные представления о действительных чертах его лика…»

манга / манхва / маньхуа

вебтун

Красное яичко

«Жил-был в стародавние времена некий человек, по имени Прокопий.
Жил он в новгородской земле – в лесной глуши, на краю обширного болота. От леса к болоту падал невысокий глинистый яр; в яру Прокопий вырыл пещеру и укрылся в ней на подвиг…»

детективная фантастика

Прокопий

любовные романы

современные любовные романы

короткие любовные романы

«Ветхозаветный библейский мир сравнительно слабо отражён сказочною фантазией христианских народов. Собственно говоря, это странно: казалось бы, времена чудес, какими полна каждая страница Пятикнижия, книги Иисуса Навина, книги Судей, Пророки, воинственный эпос книги Царств и Маккавейской, должны были глубоко запасть в душу дикаря-неофита когда он менял простодушную мистику своей первобытной, стихийной мифологии на возвышенную простоту религии Христа, за которую, как основной фон её, просвечивала религия Моисея и тысячелетняя таинственная история „избранного“ народа, ею созданного, ею управляемого…»

книги про волшебников

Илья-Громовник

«Их было пятеро, и все они, как на подбор, были щёголи-матросы. Хозяйка кабачка то и дело меняла на столе пред ними жестяные кружки с кислым монферрато, и они каждый раз аккуратно расплачивались, доставая из штанов горстями тяжело звучащие медные монеты. Выпили они много, но пьяны не были, сидели тихо и вели философскую беседу…»

техника продаж

управление продажами

холодные продажи

Морская сказка

«Храповицкий мещанин Тимофей Курлянков стоял на коленях в глубине „котла“, выветренного в пластовой шиферной скале над Енисеем, и чинил рыболовную сеть. Он был очень не в духе. Сегодня утром нежданно-негаданно пожаловала к нему из города на одинокую заимку жена его Ульяна, баба еще молодая, но пьяная и гулящая. Тимофей, человек степенный и работящий, ее терпеть не мог…»

ужасы

Побег Лизы Басовой

«Дьявол – первый виновник греха и родоначальник всех зол. Прежде него никто не грешил. „Печать совершенства, полнота мудрости и венец красоты, совершенен был в путях своих со дня творения, доколе не нашлось в нем беззакония“. Дьявол пал и многих увлек с собою в отступление. Зло составляет насущную потребность демонов, которые ни о чем не мыслят, кроме зла, ни в чем не находят успокоения или наслаждения, кроме злой деятельности. Чувство добра ненавистно им. Главный грех их – иступленная ненависть к Богу, выражающаяся страшным непрестанным богохульством. Демоны – враги Бога. Но они ничего не могут сделать Творцу. Дьявол находится в полной власти Господа, против которого он мнит вооружаться и воевать в слепоте своей. Поэтому всю свою злобу они обратили на человека, являющегося образом Божьим и, зная, что Господь любит Свое создание, стремятся как можно больше навредить предмету Его любви…»

Классическая демонология

«Макса, то есть Максимилиана Александровича, Волошина я знал хорошо, близко, дружески (несмотря на разницу наших лет) в его парижские молодые дни. В течение двух лет он прикатывал к нам на виллу Монморанси почти ежедневно, редко пропуская день-другой. Тогда это был самый жизнерадостный и общительный молодой человек из всей литературно-артистической богемы не только русского (с ним Макс, пожалуй, меньше знался), но и „всего“ Парижа. Цвел здоровьем телесным и душевным и так вкусно наслаждался прелестью юного бытия, что даже возмущал некоторых…»

ужасы / мистика

эротика и секс

эротические романы

любовно-фантастические романы

Чудодей

«– A теперь, синьор форестьер, если вам угодно меня выслушать, я желал бы сказать вам несколько слов.
Говоря это, Альберто опустил весла. Лодка, шибко разогнанная им против невысокой волны, с размаху через нее перескочила и мерно закачалась на зыби моря, белого, как молоко, под белым облачным небом. Иностранец, к кому Альберто обратился с речью, поднял глаза, удивленный резким тоном лодочника. Взгляд, встреченный им под нахмуренными бровями Альберто, оказался таким же недружелюбным, как и голос…»

юмористическая литература

попаданцы

сказки

юмор и сатира

В стране любви

«Михаил Александрович Бакунин – ровесник Михаила Юрьевича Лермонтова. Одна и та же эпоха выработала для мира наиболее европейского из русских поэтов и наиболее европейского из русских политических деятелей. Между ними много личной разницы и еще более типического сходства. Если хотите, Бакунин – живое и замечательно полное воплощение той положительной половины Лермонтовского гения, которым определяется его творческое, разрушением создающее, революционное значение…»

личная эффективность

тайм-менеджмент

мотивация

М. А. Бакунин

«В „Киевской мысли“ появилась статья г. Л. Войтоловского „Шлиссельбургское последействие“, написанная на основании записок бывших шлиссельбургских узников М. Фроленко и М. Новорусского о выходе их на свободу. Статья г. Войтоловского, воспевающая величие коллективного инстинкта, пользуется трагическим примером шлиссельбуржцев для показания, как изоляция личности от коллектива толпы приводит даже „богатые и тонко одаренные натуры“ к „оскоплению души“. Не нахожу вообще удобным выставлять еще живых и здравствующих шлиссельбургских мучеников перед толпою в качестве субъектов, в которых будто бы „смерть коллективного инстинкта опустошила сознание“. Но сверх того, обобщение в этом смысле, которое делает г. Л. Войтоловский, глубоко несправедливо…»

литературоведение

Шлиссельбуржцы

«Мы, русские эмигранты, переживаем теперь период десятилетних годовщин трагической осени 1921 года, когда каждый день знаменовался истреблением лучших интеллигентов стойких и жалким падением шатких. Страшные переживались дни.
Только что поминали А. А. Блока. За ним – поминки Н. С. Гумилева. Рядом безвинно убиенные В. Н. Таганцев, Н. И. Лазаревский, Тихвинский, Ухтомский. Теперь на очереди поминок – А. Н. Чеботаревская и Ф. К. Сологуб. Впереди В. М. Дорошевич, А. Е. Кауфман… Литературный синодик одной осени!..»

Мои встречи с Сологубом и Чеботаревской

«Бедному сыну газеты снился сон.
Предстал ему Великий Дух и сказал:
– Бедный сын газеты! Проси у меня, чего ты хочешь. Я сегодня в таком добром настроении, что расположен исполнять беспрекословно все просьбы человеческие, хотя бы они были безумны…»

современная русская литература

Птичка Божия

«Гражданин Северо-Американских Соединенных Штатов Александр Николаевич Чилюк лежал на диване и сам себе не верил: неужели он опять в России, в захолустной деревушке своего отца, в том самом доме, откуда, двенадцать лет тому назад, ушел в свое всесветное бродяжничество?..»

Александр Валентинович Амфитеатров