Алекс Годман Локдаун

Андрей соскочил с кровати, натянул джинсы и майку и, сунув пистолет за пояс, спустился в темноту, царившую в коридорах по причине закрытых ставней первого этажа.

В видеофоне была не Вика. Экран показывал какого-то мужика лет шестидесяти в гавайской рубашке и соломенной короткополой шляпе.

«Гавайская рубашка? Серьёзно? Это вообще законно в наше время?» – подбодрил себя несмешной шуткой Андрей.

– Слушаю, – нажав на кнопку, спросил он через видеофон.

– Это… Доброе утро, сосед. – Андрей напрягся: мужик не из соседнего ли особняка, который он собирался занять? На лицо вроде не он. Хотя уже столько времени прошло, мог и растолстеть. – Я свой, из шестого дома. – Андрей жил в двенадцатом, значит, точно не соседний дом. – Тут такое… Обхожу всех соседей поселка. Поговорить бы, дело есть. – Андрей снял бутылку с ручки, аккуратно поставил её на комод и, открыв дверь, небрежно закинул правую руку за спину, якобы в задний карман джинсов, но держа её около рукоятки пистолета.

– Да, привет… Ещё раз, – мужчина оценивающе осмотрел Андрея с ног до головы. – Короче, я по такой теме… Сосед, вы же в курсе ситуации, что происходит в мире?

– Привет. Да, смотрю, читаю новости. Как и все. – Андрей придал голосу максимальное спокойствие и отрешённость.

– Просто я тут подумал, пообщался по старой памяти с разными людьми, я-то уже давно на пенсии, но друзья остались. Вот, собираю единомышленников в посёлке. Короче, есть вероятность, что это всё может затянуться надолго. Ну вы, наверное, и так в курсе… – он кивнул на припаркованный у гаража чёрный «Мерседес» с мигалкой, и Андрей подумал, что служебный автомобиль подводит его уже в который раз. – Хотя, может, и секретарь вы просто какой. Бумажки возите. Мигалки сейчас раздают направо и… – мужчина внезапно осёкся, то ли сообразив, что откровенность зашкаливает, то ли что уходит от сути разговора. – Кхм… Так вот о чём я. Это всё может несколько затянуться на неопределенное время, – он как-то слишком аккуратно обходил острые углы, будто не зная, с чего начать, и хотя его взгляд был довольно холоден и решителен, такой разговор явно для него был непривычным. Мужчина, почесав подбородок, продолжил.

– И тут возникает вопрос безопасности нашего посёлка в целом и жителей в частности.

– Можно ближе к делу, всё нормально. – Андрей уже устал от такого долгого введения.

– Фух, – мужчина явно расслабился. – А то тут кто только не живёт. Такие попадаются воздушные и ранимые существа, прям ебнуть по харе хочется! – Андрей по-доброму усмехнулся от такого быстрого переключения речи.

– Гена, – гость протянул руку.

– Андрей, – на долю секунды замешкавшись и размышляя, стоит ли убирать руку из-за спины или нет, Андрей всё же ответил на рукопожатие.

– Кофейку, может? – это почему-то не прозвучало, как наглость, а наоборот, будто Гена приглашал Андрея.

– Заходи, – заперев дверь, Андрей проводил гостя на кухню, идя на всякий случай за ним. Включил свет, засыпал в кофеварку молотый кофе и, стараясь боковым зрением не упускать его из виду, залил воду в контейнер.

Геннадий, вальяжно усевшись за стол, осмотрелся.

– Готовишься, стало быть? – Андрей вопросительно поднял бровь, посмотрев Гене прямо в глаза. – Ну, как бы ставни закрыл, продукты вчера грузил, то, сё. – Гена обезоруживающе засмеялся. – Я тут давно, всех знаю, даже если мы не знакомы лично, – это был явный сарказм в сторону Андрея, – за всеми наблюдаю. Не подумай плохого, по-соседски просто, да и профессиональное. Чужих пасу, чтобы чего не натворили, своих опекаю. – Геннадий сделал пальцем круг в воздухе, давая понять, что «своими» считает всех соседей. – Мало ли что. По сути-то тут все нормальные. Ну, кроме второго дома. Пидарасы какие-то въехали пару месяцев назад.

– Да? Не видел. – Андрею было неинтересно, но он решил поддержать беседу.

– Вот те зуб даю – пидоры! Живут вдвоём, холёные такие, что моя любовница бы позавидовала! – Андрей поставил на стол две кружки и налил кофе. – М-м-м, отличный кофе. А может быть, есть, что добавить в него? – Геннадий посмотрел на Андрея театрально жалостливым взглядом.

– Сахар? Молоко? Сливки?

– Не, не то… – загадочно улыбнулся Геннадий.

Андрей посмотрел на настенные часы – 09:37 – улыбнувшись, кивнул:

– Конечно, самое ж время, – и, вытащив из шкафчика наполовину пустую бутылку коньяка, поставил перед соседом. Тот осмотрел бутылку, удовлетворённо кивнул и, открыв с лёгким хлопком пробковую крышку, плеснул добрую порцию янтарной жидкости в кофе.

Вопросительно посмотрел на Андрея, занеся бутылку над его кружкой с кофе и, получив утвердительный кивок, налил.

– Во-о-о-т, это уже нормальное утро, – громко отхлебнув из кружки, Гена с удовольствием зажмурился. – Ладно, к делу. Короче, ситуация вообще патовая. Пока там разбираются, что к чему, закрывают город, хуё-моё, вокруг вот-вот начнется анархия и революция. И гасить её вряд ли будут – наверху забот и так хватает. А революции у нас в стране, как ты помнишь, если хорошо учился в школе… – сделав паузу, сосед оценивающе осмотрел Андрея ещё раз, будто прикидывая в уме его возраст и успеваемость в школе, – до хорошего никогда не доводят. Всегда в первую очередь бьют морду богатым, независимо от того, кто как разбогател. Даже если ты из нищеты вырвался в миллиардеры, потому что гений и разработал вакцину от рака, или работал как проклятый двадцать четыре часа в сутки, всё равно спрашивать не станут: отпиздят – мама не горюй! – и раскулачат. – Он отпил ещё кофе и долил в кружку коньяка. – И пока там будут идти все эти разборки, то, сё, я подумал, как нам обезопасить наш посёлок со всеми жителями. – Геннадий задумался. – Ну, не со всеми… Пидоров можно и выгнать.

Андрей улыбнулся, но не стал оспаривать свободу чужой личной жизни – разговор явно был не об этом.

– Так вот, сосед. Тема такая: собираю желающих жить в более-менее относительном спокойствии и тех, кто готов платить за это.

– Крышевать нас собираешься? – усмехаясь, шутливо поинтересовался Андрей, но взгляд его был серьёзным, давая понять, что в этой шутке лишь доля шутки.

– Боже упаси. Столько лет потратил на борьбу с этим… Не. – Гена облокотился на стол, потом, поморщившись от удовольствия, сделал ещё глоток, и, долив немного коньяка, встретился взглядом с Андреем. – Усилить охрану посёлка, сделать закрытую территорию, обустроиться тут плотно на какое-то время революции и раздрая. Сделать городок для своих как бы.

«Тоже с блекджеком и шлюхами?» – снова пошутил про себя Андрей, но отметил, что мысли о своём, закрытом, городке, похоже, возникают у многих. Кроме, почему-то, Андрея.

– Так, и какой план?

– Да особо много думать и не надо. Стены вокруг посёлка и так высокие, сам посёлок в лесу, до нас от шоссе узкая дорога тупиковая через лес, хрен кто наткнётся случайно. Осталось КПП усилить, да ещё пару нюансов сделать. Плюс охрану привезти. У меня есть ребята надёжные. Если семьи их сюда пустим, то будут рвать за нас любого. Сделаем зону отчуждения, от стены по периметру, будут патрулировать и лес, и сам посёлок. Да не заморачивайся, это уже мои вопросы. Ещё надо едой всем запастись, чтобы спокойно перекантоваться хотя бы полгодика, пока всё не утихнет. Вода есть из скважин. С электричеством решим что-нибудь. Минимум, по крайней мере, обеспечить точно можно. И спокойно переждём, пока там все перегрызутся, а потом по ситуации решим, что делать будем. – Гена пристально смотрел в глаза Андрея, ожидая реакции.

– План хорош, – польстил Андрей соседу. – Подробностей не хватает, но суть понятна. А что с жителей надо для этого?

– Ну, вообще согласие и поддержка, конечно. Один я не справлюсь. Да и странно, если я вообще тут это всё начну мутить, а остальные будут против. Но главное и срочное именно сейчас – деньги. Много, – Геннадий сделал рукой неопределенное движение в воздухе. – Ну как много… Относительно, конечно. Кому – много, кому – немного. Но точно мало относительно своей жизни. Деньги не мне, конечно, – лицо Геннадия стало серьёзным. – На закуп, обустройство, плату ребятам и многое другое надо успеть. А времени всё меньше. Начнется хаос – хрен что достанем. Мародёрство, грабежи, насилие… Страшно представить. А у меня, Андрей, шесть дочерей дома, – жёсткость в глазах соседа на долю секунды сменилась страхом. – Только разбитой мордой и грабежом могу не отделаться, – он сделал большой глоток и долил в кружку ещё коньяка.

– Так, и сколько? – видя этот момент страха, Андрей проникся неким доверием к соседу. Хотя его всё ещё сильно смущало будущее с каким-то ребятами Геннадия в мини-городке. Если они будут подчиняться только соседу – а так оно и будет, – то при полной анархии в стране очень быстро может образоваться новая диктатура и деспотизм одного человека, у которого имеется своя мини-армия.

С другой стороны, отказываться и оставаться в меньшинстве (а Андрей был уверен, что Геннадий убедит почти всех и даже тех геев из второго дома) он не хотел. И вообще, что он теряет? Первое время даже появится возможность, как сказал Гена, «перекантоваться». А там видно будет.

– Вот весь расклад, – Геннадий, вытащив из кармана мятый лист А4 с рукописными расчётами, протянул Андрею.

Андрей бегло просмотрел записи и остановился на конечной цифре.

– Это общая сумма?

– Нет, конечно, – фыркнул Гена и отпил из кружки уже, наверное, не кофе, а чистый коньяк. – С дома.

Андрей присвистнул: цифра впечатляла.

– И надо решать быстро. – Андрей почувствовал чисто маркетинговый ход ограничения временем, с которым, правда, сложно было не согласиться. – У нас максимум неделя на всё. Ну полторы. По крайней мере, на закуп. А дальше начнет всё схлопываться, если там, – он показал пальцем вверх, – не разрулят ситуацию. Но, судя по инфе от моих друзей, там, – он опять ткнул пальцем в потолок, – это не предвидится в ближайшем будущем.

Андрей встал, в раздумьях дошёл до холодильника, открыв дверь, посмотрел на полки с едой, вспомнил, что не ел уже больше суток, и закрыл холодильник.

Такая сумма у него была. Она действительно не была очень уж огромной: три «Майбаха». Но деньги находились на счетах в банках, которые уже вряд ли выдадут их быстро. Скорей всего, вообще наверняка никто ничего не получит, если уже сейчас такой большой наплыв желающих, по словам Вики.

Андрей постучал пальцами по столешнице. Имелась ещё пара общаков нала в городе, с которого делались оплаты нужным людям. Эти деньги не принадлежали Андрею, он был больше смотрящим и кассиром за процент, но есть ли теперь в них смысл и станет ли кто их искать? И когда? Да и заметна ли вообще будет эта капля в общей сумме общака?

Андрей всегда был максимально педантичен в денежных вопросах, поэтому ему и доверяли управлять большими суммами. Но проблема у него здесь и сейчас. Можно было приказать Виктору забрать нужную сумму и привезти…

Он взвешивал решение.

А плевать! Приспосабливаемся!

– Ок, я в теме! Деньги будут сегодня.

– Ну и отлично, по рукам! Я был в тебе уверен. – Гена повеселел и отхлебнул ещё коньяка из кружки. – Ты, кстати, уже двенадцатый с нами. За сегодня, уверен, всех соберу.

– День теряем, выходит?

– Нет, я уже начал со своего взноса, не парься. Сегодня уже приедут мои ребята и привезут часть необходимого для обустройства периметра. Я уже заказал генераторы, три цистерны горючего для них, некоторый провиант и медикаменты. Тоже на сегодня. Всё путём. Будем в графике.

– Времени зря не теряешь. – Андрей понял, что Геннадий уже всё продумал и прёт как танк. Главное, чтобы его истинная цель была хоть немного близка к заявленной. – Одно «но». – Андрей добавил в голос безапелляционные нотки: – В соседнем доме временно поживут мои люди. Он пустует пока. С владельцем это согласовано.

– Да ради бога, – вставая, добродушно отмахнулся Гена. – Только за их харчи. Ну или за твои, ты ж нормально затарился вчера, – он добродушно засмеялся.

Андрей проводил взглядом Геннадия, идущего под ярким палящим солнцем к следующему дому слегка нетрезвой походкой, и запер входную дверь.

Отписав Виктору, с какого общака сколько привезти с собой и что надо закупить продовольствия на себя и команду на долгое время, скинул в конце адрес, куда всем ехать.

«Понял. К вечеру приедем», – прилетел через две секунды ответ от помощника.

Андрей прошёл на кухню и вылил в раковину свой нетронутый кофе с коньяком. Он был не готов пить на голодный желудок.

В интернете опять творился сущий ад. Новости, появляющиеся с невероятной скоростью, описывали страшные последствия нового вируса, подкреплённые фотографиями и видео, якобы снятыми на мобильники, с умирающими и кричащими от боли людьми, которые падали на асфальт, как подкошенные. Выглядело очень страшно, и, если бы Андрей не был в курсе постановок, с лёгкостью бы поверил.

В любом случае, даже зная подноготную, он отметил, как в подсознании, где-то глубоко в мозгу, засела мысль о нежелании ехать в город и лёгкая боязнь за своё здоровье. Неплохо.

Ютуб же поделился следующим: здесь появлялись одно за другим множество видео от малоизвестных блогеров о том, что всё это – заговор и истинные цели другие. Но их знатно мочили своими доводами миллионники.

Обновив главную страницу в поисках новых громких заголовков, он увидел в рекомендованных на первом месте превью с белой грязной Маской под капюшоном: это было что-то новое, до этого Маска вклинивалась лишь в рекламные модули. Может, конечно, это кто-то из блогеров теперь выдает себя за неё?

Андрей повременил немного, собираясь с мыслями, и ткнул пальцем в видео:

«Недобрый день, – знакомым голосом резанул слух Андрея человек на видео. Нет, это точно он. – Все мы сейчас осознаём, что мир кардинально меняется. Представители нашего поколения оказались наблюдателями величайшего перелома истории за очень короткий срок. Но в то время, как весь мир веками шёл к открытым границам, прогрессу и прозрачности управления, большинство правительств искусственно тормозило желание всей планеты, не понимая и не принимая перемен. К сожалению, и сейчас не все выбранные нами управляющие менеджеры во главе государств вняли нашим пожеланиям. Кроме некоторых исключений – остальные же правители решили погрузить свои народы во мрак средневековья и феодализма. Снова вернуть цивилизацию в рабство. Для этого они лишают вас общения друг с другом и выгоняют из больших городов, чтобы спокойно транслировать фейковые ужасы и строить высокие заборы, отделяясь от народа».

– С-с-сука! – прошипел Андрей.

«Забывая, между тем, что Конституция наделяет единственной властью страны тот самый народ, который они хотят забрать себе в слуги или оставить на произвол судьбы. Хотя достаточно было сделать лишь небольшое усилие, чтобы понять: мы все едины, мы люди и все мы смертны. Что деньги и власть не унесёшь с собой. Тем не менее мы видим, что улучшение условий и показная честность стали возможны лишь перед страхом той самой смерти, в которую они не верят, и это всё было лишь временным решением, чтобы осмотреться и принять радикальные меры против своего же народа. Я ни в коем случае не призываю вас к насилию. Я лишь хочу, чтобы вы знали правду. Что мир принадлежит вам, а не горстке зажравшихся чиновников. Распространите этот ролик среди своих друзей, знакомых и родственников.

Но, конечно, выбор за вами, когда день станет добрым…»

Андрей удостоверился, что ролик закончился.

– Сука, – обречённо повторил он и закрыл Ютуб. – И рыбку съел, и сковородочку не помыл, – размышления вслух в пустом доме придавали некое спокойствие. – Ловко: и к насилию не призывает, и «распространите». Все дальнейшие решения, типа, на вашей совести. – Андрей от злости сжал кулак. Он понимал, что, скорей всего, это сильно сейчас приблизило момент революций и бунтов.

«Видел ролик?» – прилетело сообщение от Дмитрия.

«Да», – коротко ответил Андрей, уже видя надпись «печатает сообщение…» под ником.

«Чётко манипулирует. Прямо огонь! Взял бы на работу за любые деньги!» – «печатает сообщение…». Андрей не разделял восхищения Дмитрия.

«Это очень интересный кейс! Завтра усилимся. А там, после отключения от внешнего мира, будет уже проще», – Андрей, не увидев привычную уже надпись под именем, отложил телефон и, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза.

Он почувствовал дикую усталость и где-то глубоко внутри полное опустошение. Его раздражало, что ситуация не пугает Дмитрия, не настораживает, а только веселит и развеивает его скуку. Этот пиарщик явно отмороженный на всю голову.

«Может, он и создал это всё для развлечения? Или просто в теме. Куратор у нас тут как бы. Хех, – Андрей отмахнулся от этой идеи. – Хотя… Почему бы и нет? Он же ебанутый!» – появившийся недавно спорщик в голове всё не унимался.

Он вздрогнул от прозвучавшего дверного звонка. Монитор видеофона на этот раз показал Вику.

– Команда будет к вечеру, – заходя, с порога отрапортовала она. – Виктор задержится, у него ребёнок заболел.

Они прошли на кухню.

– Насколько серьёзно? – не то чтобы Андрей действительно беспокоился, но видимость заботы о сотрудниках поднимала в их глазах его авторитет руководителя.

– Не знаю, рвота там, слабость – что-то такое. Я не вдавалась в детали, траванулся, наверно, – равнодушно ответила она, стоя у стола, и Андрей кивнул, приглашая её присесть. – Всё основное я взяла с собой и готова к выполнению задач, – проигнорировав приглашение, Вика осталась стоять, показывая всем своим видом стремление как можно быстрее окунуться в дела.

Андрей нехотя встал и, поправив за поясом ПМ, прошёл с Викой в коридор, нашёл в комоде ключи от соседского дома. Они вышли в залитый ярким солнцем тяжёлый жаркий воздух.

– Он полностью в нашем распоряжении. Пока настрой связь, пятое-десятое. Выбери спальню, остальные распределите. Их тут вроде шесть, – стоя в холле с высоченным, в два этажа, потолком, Андрей, давал указания, стараясь говорить тише, чтобы не вызывать эха. Странно, ведь раньше его не было, когда он был тут в гостях, но стоило дому опустеть, и эхо появилось, хотя единственное изменение заключалось в том, что мебель накрыли белыми покрывалами от пыли.

Андрей дёрнул головой, отгоняя ненужные сейчас размышления о физике звука.

– К мебели и вещам относиться бережно, лишние простыни не сдергивать. Кухня вроде там… – он показал пальцем вглубь дома. – Ну, короче, сами всё найдете и разберётесь. Пока Вити нет, ты за главную.

– Ок, – коротко резюмировала Вика и пошла за вещами в машину. Андрей постоял ещё минуту, оглядывая помещение и всё пытаясь понять причину возникновения эха. Выйдя на улицу и пройдя мимо Вики, вытаскивающей чемодан из багажника, он зашёл домой. Помогать ей не хотелось. Несмотря на желание последних дней не оставаться в одиночестве, Андрею именно сейчас вдруг ужасно захотелось остаться наедине со своими мыслями.

Season 3. Episode 4

– Неизвестный вирус распространяется по стране с невероятной скоростью! – кадры по телевизору показывали лежащую на асфальте молодую девушку, неестественно дёргающуюся в эпилептическом припадке. Видео с мобильного телефона сильно тряслось в руках снимающего, показывая, как несколько человек, подбежав к девушке, пытались её удержать. – Нам пока неизвестно, каким способом передаётся вирус, – продолжил закадровый голос. – Поэтому настоятельно рекомендуем не выходить из дома, избегать контактов с людьми и желательно, по возможности, уехать на некоторое время из города до выяснения обстоятельств появления инфекции. При обнаружении заражённого человека необходимо сразу же сообщать по номеру… – девушку на видео удалось успокоить, прижав руки и тело к асфальту. Её тут же обильно вырвало прямо на ноги нескольким помогающим. Кадр резко сменился на похожий случай с мужчиной, снятый на камеру телефона с ещё более худшим разрешением.

«Охуеть, как реально сняли! – отметил Андрей. – Отличные кадры в новостях. Оскара людям дали?» – отправил он Дмитрию сообщение со смайликом в конце и выключил телевизор. В узких прорезях ставней на окнах начало вечереть.

«Чувак, это уже не наше. Тут полный пиздец!» – в каждой букве Дмитрия чувствовалось напряжение.

– «Все военные в городе в химкостюмах» – "печатает сообщение…"

– «Мы съехали из центра на мою базу и закрылись на карантин на пару дней. Удачи, мэн», – следом прилетела фотка Дмитрия в защитном комбинезоне и респираторе.

– Бля-я-я-ять… – чувствуя холодок всепоглощающего страха, прошептал Андрей.

Они всё-таки распылили что-то серьёзное, чтобы отвадить людей от центра города и возможных митингов. Интересно, есть ли у них антидот? Ведь должен быть, чтобы самим не заразиться. Или они просто изолировались? Нет, нелогично и слишком опасно… Значит, всё-таки есть. Андрей пробежался мысленно по всем вещам в доме и понял, что никакой химзащиты у него нет.

– Бля… – повторил он удрученно.

Звонок в дверь заставил Андрея снова вздрогнуть.

– Да твою ж мать! Хватит ссать-то! – со злостью обругал себя Андрей, вставая с дивана.

На пороге стояла Вика:

– Наших не пускают.

– Куда?

– Сюда. Они у шлагбаумов ждут.

Привычный пункт въезда в поселок сильно изменился за этот день. Сразу за шлагбаумами дорогу перегородили поставленные поперёк чёрные джипы. Справа от въезда, у домика охраны, сделанного в стиле маленького коттеджа, молча сновали крепкие ребята в камуфляже, разгружая в свете уличных фонарей грузовичок с мешками, и укладывали их у выезда, перекрывая проезд.

Андрей с Викой подошли ближе. С внешней стороны о́кна домика охраны уже наполовину заставили такими же зелёными мешками.

– О! Эм… Андрей? – полувопросительно, видимо, вспоминая имя, громко окликнул Геннадий, подходя со спины. Андрей обернулся, поприветствовав того кивком головы.

Сосед уже протрезвел и был одет в зелёный камуфляж, который был немного мал и сидел на нём уж слишком в обтяжку. На ремне висел пистолет в кобуре, и по появившейся выправке и задору было видно, что он явно чувствует себя в своей тарелке.

– Я же говорил, время не потеряем. Усиливаем КПП наш.

– Да это целый блокпост, – отрешённо заметил Андрей.

– Ну а чё ты хотел? Положение такое. – Геннадий ухмыльнулся. – Пока временно сейчас накидаем мешков с песком, усилим окна, въезд. Завтра приедет сварочный аппарат и железо, заварим окна на хер, а мешками стены укрепим с внешней стороны. Ух, крепость будет! – он с явным удовольствием посмотрел на пункт пропуска.

– Аккуратней! – послышался крик за джипами, и Андрей, наклонив голову, увидел перед КПП грузовичок, разгружающий манипулятором бетонные блоки, устанавливая их в шахматном порядке, чтобы невозможно было, разогнавшись, пойти на таран. Разгрузкой руководили двое в зелёных резиновых комбинезонах химзащиты. Геннадий явно подготовился к любым нештатным ситуациям. В отдалении за блоками Андрей заметил несколько заведённых автомобилей, стоящих на обочине с включёнными фарами.

– Периметр сейчас тоже обходят на предмет выявления слабых мест. Короче, не паникуй, всё будет в ажуре.

– Да я не паникую, – Андрей напустил на себя полное спокойствие. – Тут ребят моих не пускают.

– А, да… – замялся на секунду Геннадий. – Но пойми правильно, как бы и не хотелось пускать их… сосед.

– Причина? Они деньги привезли так-то, – Андрей сразу начал с козыря.

– Про вирус слышал? – Андрей утвердительно кивнул. – Ну вот и причина. Они из города. Я не могу рисковать, – безапелляционно резюмировал Геннадий. – А деньги пусть передадут. Миша! – крикнул он в сторону, и через две секунды подбежал худощавый мужчина. – У кого забрать? – обратился Гена уже к Андрею.

– Стоп, – Андрей не спешил сдаваться. – У нас был уговор…

– Да, – перебил резко Геннадий. – Ничего личного, но он был до эпидемии. У меня здесь пятьдесят четыре дома семей. Это риск для всей общины.

Андрей замешкался, пытаясь найти наиболее веский аргумент, но логика соседа была непробиваемой, и Андрей был с ней полностью согласен. С другой стороны, рядом стояла Вика, слушая разговор, и капитуляция перед чёткими доводами Геннадия поставила бы Андрея в неловкое положение, показывая, что ему плевать на своих людей.