Алекс Годман Локдаун

И у нас-то, возможно, всё ещё впереди. Сегодня ночью или уже завтра интернет наводнится разоблачениями, интригами, постами и видеороликами скептически настроенных лидеров мнений и оппозиции, теоретиков заговоров и многих других противников режима, и это может стать спичкой, поднесённой к канистре с бензином.

Два дня – и интернет будет изолирован, начнутся блокировки, аресты, но успеет ли это что-то изменить? Надо блокировать связь полностью, всю и прямо сейчас! Не оставлять даже внутреннюю! Это, конечно, не остановит, но сильно задержит по времени передачу информации, а значит, и организацию. Всё правильно сказал глава безопасности.

Андрей глотнул из стакана воздух – напиток закончился. Он подскочил и пошёл по гостиной по кругу, пытаясь справиться с волнением: не каждый день мир кардинально меняется на твоих глазах всего за несколько часов.

«Итак… – он потёр лоб, продолжая ходить кругами вокруг кресла. – Суть в том, что всё идёт в жопу. Глобально и мощно. И везде. И даже, сука, уже не свалишь! – он подошёл к бару и налил ещё виски. – Наши тоже могут кинуть, но пока надо делать вид послушной собачки, а там смотреть по ситуации…»

На очередном круге Андрей захватил айфон и открыл Телеграм: ещё в одной стране начались спонтанные столкновения молодёжи с полицией. Пролистав вниз по перепискам и каналам, он нашёл Виктора.

«Кто сейчас отвечает за пиар, повестки и внимание?» – быстро набрал он текст.

– Итак, – повторил он уже вслух, медленно накручивая круги по комнате. – Вытаскивание денег пока теряет смысл, валить некуда, да и бабло сейчас, похоже, уже не поможет. Если всё вернётся, как было, тогда и решу с финансами, а если реализуют план «А» и закроются, то в бумажках не будет никакого смысла. Ок, минус один пункт. – Он пытался структурировать свои мысли. – По Маске тухло, зацепок пока никаких. По пиару всё понятно. – Он дошёл до кресла и сел, отхлебнув из бокала. – Но в целом по ситуации не ясно ни-ху-я…

«Дмитрий», – прислал Виктор контакт с номером телефона.

Андрей посмотрел на часы: 23:57 – поздновато для знакомства.

«Назначь встречу с ним на завтра! Срочно!» – написал он в ответ.

Несмотря на кучу проблем, Андрей почувствовал укол одиночества, пробившийся через рой мыслей в голове. Сейчас ему очень не хватало рядом Алисы – она всегда успокаивала его своим присутствием, логикой, спокойствием и умением выслушать. В моменты сильной загруженности он просто мог долго рассказывать ей о своей проблеме, и она никогда не задавала глупых вопросов и не спорила; может, даже и не слушала, думая о чём-то своем, но часто выдавала какие-то лёгкие и нестандартные советы, которых, в свою очередь, он уже не видел, погрузившись в свои многоходовки. С Алисой ему всегда было легко и надёжно. Всё-таки человек зависит от социума, и неважно, кто его поддерживает – толпа или один человек. И сейчас ему почему-то показалось, что встреча с Дмитрием может если и не помочь, то хотя бы натолкнуть на новые мысли или поддержать.

«Ладно, подумаем утром…» – прервал он свои лирические воспоминания.

Город стоял в десятибалльных пробках, советуя ехать на общественном транспорте. Навигатор показывал, что большинство улиц в центре перекрыто, и если бы не мигалка, нормально передвигаться было бы невозможно – навигатор не врал. Водитель гнал по встречке в сторону центра в потоке таких же чёрных служебных машин с мигалками. По мере приближения к центру встречка становилась всё свободнее, пока совсем не опустела.

Изредка навстречу по крайней правой полосе проезжали чёрные автомобили с выключенными мигалками. При подъезде к офисам цепочка автомобилей впереди замедлила движение, и они остановились. Андрей выглянул вперёд между передними сидениями и увидел, что за несколько километров до центра города обе стороны главного шоссе перегороженывоенными броневиками и оранжевыми грузовиками городских служб.

Водитель вопросительно посмотрел на него в зеркало заднего вида.

– Едем, – приказал Андрей.

Они медленно продвигались в очереди, и вот уже впереди показался импровизированный КПП, на котором какие-то машины пропускали между броневиками, а какие-то разворачивали обратно, несмотря на яростные пререкания пассажиров.

Андрей пристально наблюдал за машиной впереди, когда она подъехала к пропускному пункту. К ней подошли три бойца в полном снаряжении и балаклавах, коротко что-то обсудили с водителем и показали рукой в обратную сторону. Задняя дверь открылась, оттуда выглянул упитанный мужчина в чёрном костюме. У него был взволнованный вид, и даже из машины было заметно, как напряглась его шея, когда он, активно жестикулируя правой рукой с красной корочкой, что-то объяснял солдатам. Однако те, не поменяв своего решения, ещё раз показали рукой, что ему следует развернуться и ехать в обратную сторону.

Мужчина, стукнув кулаком по крыше, сел в машину и с силой захлопнул дверь. Чёрный «Мерседес» развернулся, водитель утопил педаль газа в пол, и машина с рёвом рванула прочь.

– Ну, послушаем, что нам скажут, – Андрей попытался поддержать позитивную атмосферу в салоне весёлым голосом, чувствуя, как напряжены водитель и охранник. Они медленно подъехали к посту.

– Пропуск, – равнодушным тоном обратился боец, заглядывая в открытое окно и быстро осматривая всех сидящих. Водитель показал удостоверение. – Это не работает. Ещё есть что-то?

Андрей с заднего сидения протянул свою ксиву.

– Тоже не то. Разворачивайтесь.

– Ты охренел?! У меня важная встреча! Ты не видишь, кто едет? – Андрей вспылил, указывая пальцем на своё удостоверение в руках проверяющего.

Боец устало вздохнул, закатив глаза, и продолжил спокойным голосом:

– И это не работает. Спецпропуск есть?

Андрей вспомнил про полученную чёрную карту с треугольником.

– Стоп. А это работает? – быстро достал её из портмоне и протянул через водителя.

Солдат взял карту, провел висевшим на разгрузке сканером по чипу и протянул обратно, посмотрев на мониторе.

– Это работает. Проезжайте, – он махнул рукой, и броневик сдвинулся вбок, освобождая дорогу.

Проехав вперёд, они упёрлись ещё в один кордон с военными, где их вежливо попросили выйти из машины. У охранников забрали пистолеты, положив их в пластиковый контейнер, машину обыскали и попросили показать содержимое карманов.

– Такие инструкции, – равнодушно буркнул Андрею боец в балаклаве. – Можете ехать дальше. Вещи заберёте только на обратном пути. – Андрей кивнул головой. Военный сложил все гаджеты в контейнер с пистолетами, написал на стикере номер машины и передал другому солдату.

Центр выглядел непривычно пустым. По дорогам проезжали редкие автомобили, в основном с мигалками, и военные броневики, но было много автобусов, припаркованных один за другим вдоль тротуаров на протяжении всей дороги с обеих сторон. Между ними передвигались патрулирующие солдаты. Таким Андрей не видел центр никогда. И вроде была будто обычная обстановка перед каким-нибудь митингом или шествием, но вид закрытых магазинов и ресторанов, пустых дорог и тротуаров сильно угнетал.

Медленно проезжая мимо жилого дома старой постройки, Андрей увидел, как военные выводили стройной цепочкой из подъездов жильцов и сажали их в автобусы. Монотонный голос, усиленный громкоговорителем в руках бойца, с электронным хрипом повторял текст про временную эвакуацию, необходимость взять с собой документы и необходимые вещи. На лицах людей были видны растерянность и страх. Андрея удивила смиренность людей: никто не спорил, не ругался. Они просто шли друг за другом.

Из окна автобуса, будто сквозь тонированное стекло «Мерседеса», прямо в глаза Андрею смотрела девочка лет семи-восьми, сжимающая у груди игрушку какого-то кислотно-зелёного цвета. Эта картина вызывала какие-то неуютные ощущения, и он перевёл взгляд на огромный рекламный монитор.

– Ох-ре-не-ть… – удивлённо выдохнул Андрей, увидев на экране президента, сидящего за массивным столом на синем фоне и что-то говорившего. Президент иногда сопровождал свои слова жестами и жёсткой мимикой. Андрей даже открыл окно, ожидая услышать речь из динамиков, но понял, что информация доносилась лишь титрами под изображением главы государства: «…соблюдайте спокойствие и не поддавайтесь на провокации. Мы обеспечиваем вашу…» – успел он прочитать, и экран остался позади.

Как только автомобиль остановился у нужного дома, из машины сразу выскочил охранник, осмотрелся и открыл дверь Андрею.

– Со мной пойдёшь, – буркнул Андрей телохранителю.

Зайдя в просторное пустое фойе офисного здания, они поднялись по широкой лестнице, покрытой красным ковром, на второй этаж и уткнулись в двух бойцов в городском камуфляже.

– Мы к Дмитрию, – Андрей показал пластиковую карту и заодно своё удостоверение, не разбираясь, что сработает лучше.

– Туда, – махнул боец на дверь в конце коридора и сразу же доложил о приходе в рацию.

Открыв тяжёлую резную дубовую дверь, Андрей вошёл в большой зал, который создавал довольно противоречивые ощущения. Высокие белые сводчатые потолки, огромные окна во всю стену, красные бархатные шторы с кисточками, на стенах деревянные панели. Интерьер эпохи сороковых годов резко контрастировал с большими мониторами, развешанными на стенах, на которых показывались какие-то графики и бегущие строчки, и стеклянными столами с ноутбуками и компьютерами.

Комнату заполнял тихий звук электронной музыки. Странность добавляли девушки на рабочих местах, одетые только в нижнее белье.

Он обратился к ближайшему мужчине за столом:

– Где Дмитрий? – тот, не отрываясь от монитора, кивнул головой в центр зала.

Огибая столы с людьми, Андрей с охранником дошли до круглого стола в центре комнаты, за которым сидел в кресле парень лет двадцати пяти на вид, одетый в шорты и майку. Руки его были забиты татуировками, на голове – бейсболка. Парень закинул на стол ноги в массивных ярких кроссовках.

– Дмитрий где? – не здороваясь, обратился к нему Андрей, начиная терять терпение.

– А чё надо? Я Дмитрий, – парень бодро вскочил, едва не уронив ноутбук с колен. – Кто такие? А, ну да. Ты – «утренний звонок в такую рань господню» Андрей?

– Смешно. Весело. Юморно. – Без тени улыбки серьёзным тоном ответил Андрей. – Да, – он пожал Дмитрию руку и, сев в свободное кресло, демонстративно огляделся вокруг. – Смотрю, у тебя тут своя униформа? – кивнул он в сторону проходящей мимо девушки.

– Своя атмосфера для креатива, – усмехнулся Дмитрий, быстро смахивая со стола на пол белую пыль.

– Оно и видно. – Андрей всё ещё рассматривал собеседника. – Хорошо, у мужиков такой нет… Как-то я тебя по-другому представлял. Не молод ли ещё такое вести?

– Пф-ф-ф, да хорош. Кто в наши дни оценивает по виду? Я в лучшие свои годы так-то создал, по сути, все наши оппозиции и бо́льшую часть блогеров, которые теперь миллионники. Охуенное было время. Было где развернуться. Не то что сейчас.

– Ну, тогда ты неплохо сохранился, – кивнул Андрей, рассмотрев седину в бороде Дмитрия и догадавшись, что ему, скорей всего, уже не меньше тридцати пяти, а то и больше. – Какой план?

– Как и в последние годы: отвлекать, развлекать, нагнетать, – Дмитрий откинулся на спинку кресла, опять закинув ноги на стол. – Все та же скука-сука-скукотень.

– Президент на мониторах?

– Забавная отсылка, да? Пол-инета в мемах на эту тему! Завтра ещё выйдет на экранах телебашни и на самом высоком небоскребе в Сити… – он потёр глаз. – Забыл, как называется. Да неважно. Десять этажей экран. Плюс все остальные экраны на домах, какие есть. Нормально отвлекает. Тут мир меняется, а они мемы строчат.

– Ещё что?

– Ещё отрабатываем защиту государственного строя от посягательств внешнего врага. Все по методичке, – недовольно пробурчал Дмитрий. – Угроза нападения на город, вывод людей в безопасное место, интриги, разоблачения, бла-бла-бла. Что заказывали, то и делаем. Лена! Кофе! – крикнул он в никуда. – Будешь? – Андрей отрицательно качнул головой и Дмитрий продолжил: – Так вот, сегодня выйдут уже посты и видео блогеров с намёками на всю эту хрень и мнением, что надо делать. Оппозицию тоже подключили, – он усмехнулся, заметив поднятую бровь Андрея. – Не парься, все ок, во всём, конечно, виноваты власти, но типа временно надо потерпеть неудобства и лучше свалить из города, пока тут всех не перемочат или само не разрулится как-то. Забьём все эфиры. Вы просили спокойно освободить центр – мы делаем.

– Я ничего не просил, – отметил Андрей.

– Да понятно, что не ты. Ты такой же, как я, исполнитель, – Дмитрий ехидно улыбнулся.

Андрей пытался понять его, но, кроме раздражения от напыщенности и странного веселья Дмитрия в нынешней ситуации, пока не испытывал ничего. Хотелось ударить в ухмыляющееся лицо, сбив эту грёбаную бейсболку, чтобы вернуть парня в реальность.

– Небось, не в своей тарелке сейчас? – Дмитрий продолжал лучиться жизнерадостностью. – Была спокойная жизнь, бабосики капали, карьера развивалась, и тут на́ тебе – всё рушится, как карточный домик.

С этим Андрей не мог не согласиться, но ничего не ответил.

– Забей, начинается самое веселье. – Девушка в стрингах принесла кофе. Дмитрий проводил взглядом её упругую попку. – Там, за периметром.

– Меня пригласили внутрь, – Андрей дал понять, что он на короткой ноге с руководством страны.

– Ой, да ладно! – засмеялся Дмитрий. – Сейчас ты им нужен, чтобы, возможно, не пришлось доводить до конца план «А», который когда-то был «Б»… Да в жопу обозначение! Его всё равно уже не остановить. Мы не найдём Маску. А потом мы станем не нужны. Я-то точно – там пропаганда уже не нужна. А ты… Ну, возьмут винду переустанавливать, возможно. И то не точно. Ты ж не айтишник, так, только что-то руководишь. А там таких «руководителей» – жопой ешь. Война внутри за тёплое местечко уже началась. Там желающих с куда большей властью хватает и без нас, – он будто считывал мысли Андрея, не боясь произносить их вслух.

Дмитрий отпил кофе и, сбросив ноги со стола, подался вперёд:

– Мы все на хуй там не нужны, Андрей.

– Оптимистичные мысли у тебя для ведения повестки.

– Какая разница, что я думаю и что транслирую в массы? Это вообще никогда не пересекается в реальности. Когда перекапывали весь город, лично я готовил инфу, убеждая всех, что это обычное благоустройство, но я ведь знаю, что это была, в том числе, подготовка к плану «Б», который теперь «А». – Дмитрий усмехнулся: игра с буквами приносила ему явное удовольствие. – Ты тоже знал бы, если бы не думал только о деньгах, а смотрел и слушал внимательнее. Но кто ж знал, что это наступит быстрее, чем ожидалось? Они готовились к этому. С Маской или как-то иначе – неважно. Они давно просчитали все риски. Всё давно уже стало слишком сложно для тех, кто не умеет, а главное – не хочет разбираться в переменах мира без границ. И ты – лишь один из тех, на кого есть мизерная надежда найти Маску, или кто там за ней стоит, чтобы вернуть всё в план. Но рано или поздно всё равно будет так же. Всё закрывается не из-за Маски. А потому что это неизбежное развитие прогресса и человечества. Не Маска, так что-то другое. Найдёшь и остановишь Маску – это лишь отсрочит на какой-то срок и всё равно приведёт к такому же результату. Так зачем ждать? Кстати, что ты будешь делать, когда периметр закроется, и ты останешься за стеной? – Дмитрий подпёр кулаком подбородок и с усмешкой уставился на Андрея.

Андрей не знал, что ответить. Представил, что всё-таки это случится: он останется без власти, охраны и помощников, без денег, связей и связи, один среди бушующей анархии вокруг. Он слишком явственно это представил, и где-то глубоко внутри опять влажной тягучей густотой начала подкрадываться паника.

Он чувствовал, как она медленно ползёт снизу плотным комком к его горлу, чтобы перекрыть доступ воздуха. Ладони, став ледяными, слегка вспотели, и он автоматически вытер их о штанины.

– Ладно, – Дмитрий как-то резко, но в то же время мягко отсёк только что сказанное. – Ещё есть время всё исправить. Конечно, я утрирую. – Андрей понял, что Дмитрий специально пошёл на попятную в нагнетании ситуации, и почувствовал благодарность за это. – Но ты всё же на досуге подумай, что делать при самом негативном варианте.

– А ты? Подготовился? – Андрей выдавил из себя расслабленную ухмылку.

– Есть местечко у меня в десяти километрах от будущей стены, – Дмитрий перешёл на заговорщический шёпот, и Андрей придвинулся ближе, пытаясь разобрать его слова, тонущие в тихом басе фоновой музыки в помещении.

– Несколько лет назад я вложился в заброшенный завод с большой территорией. Там, конечно, сейчас всё по фэн-шую – лофт-офисы для хипстеров. Но мы уже перестраиваем эту территорию в свой закрытый городок. – Дмитрий опять откинулся на спинку кресла. – Да это и не секрет. Кому сейчас до этого есть дело? Но это будет мой городок, с моими законами и установленным порядком. И, конечно, с блекджеком и шлюхами.

– И за кого ты будешь, когда окажешься за основным периметром? – улыбаясь от этого странного и нелепого плана, с сарказмом спросил Андрей.

– Да пох! Сам за себя. А там как пойдёт. Это вы планировщики. Вы планируете свои маленькие мирки. – Андрей, не скрывая, закатил глаза от этой отсылки. – А я подстраиваюсь под ситуацию. Заходи как-нибудь, когда останешься один. – Дмитрий засмеялся. – Если докричишься через мою стену.

– А ты дай проходку и, желательно, плюс один, – Андрей всё ещё улыбался, но уже понимал, что даже этот придурок реально готовится к новым условиям и сейчас находится в более выигрышном положении вне зависимости от того, как будут развиваться события.

– Я пока дам тебе кое-что получше. Пошли. Чувака этого оставь только. Пусть подождёт, на задницы позырит.

Андрей кивнул охраннику и проследовал между столами за Дмитрием.

Войдя в дверь в другом конце зала, они оказались в небольшой комнате без окон. Там стояли два бильярдных стола, застеленных зелёной клеёнкой, над которыми висели яркие лампы дневного света. Четыре девушки в нижнем белье, надев респираторы, из больших пакетов фасовали на столах какой-то порошок и разноцветные таблетки в пакетики поменьше.

— Мука и витаминки. Пироги будем печь, да от витаминоза спасаться. — ответил Дмитрий на повисший в воздухе вопрос и засмеялся. — Новая валюта это теперь. Бумажки будут скоро никому не нужны. Костры разве что разводить. Многие ещё не понимают, так что можно пока всё скупать по старым ценам. Дебилы близорукие. А вот тебе и стартер-пак для постапокалипсиса, — с усилием подняв с пола одну из чёрных сумок, он поставил её на край стола. — Подарок от меня лично, от нашей компании, так сказать, от души душевно.

Андрей открыл молнию, раздвинул края и увидел чёрный укороченный «калашников» со складным прикладом.

— Тут тебе «калаш» нулёвый. Смотри, даже с планками! Всё модно, современно. Нацепишь фонарик, лазерную указку и будешь как Рембо. Последняя версия, топчик. И скоро станет полезнее айфона. Хотя и сейчас уже как бы… — Дмитрий почесал задумчиво нос. — Там ещеё под ним три рожка, патронов на запас и вот ещё... — схватив из кучи пригоршню пакетиков с порошком и таблетками, он кинул их в сумку. — Это задёшево не отдавай. Подрастёт скоро в цене быстрее, чем крипта. Расфасуй по грамму-два, нормально будет.

— С чего такая щедрость? — Андрей немного опешил.

— Я уже столько скупил за неделю — армию вооружить можно. Это на подарочки тут оставил. Мой город должен быть защищен, так ведь? — показав кулак куда-то в воздух и не дожидаясь ответа, Дмитрий продолжил: — А ты просто мне нравишься. Ещё не потерян для общества. Не галстук прожжённый, я это вижу сразу. И деньги ещё не совсем испортили. Да и мало ли, связи в будущем не помешают, — он весело подмигнул.

— А ты всё же планировщик, — усмехнулся Андрей.

Дмитрий изобразил загадочную улыбку.

— А для ПМ есть патроны? — Андрей решил не скромничать, раз уж появилась возможность.

— Вот ведь какой, всё мало! Только для будущих друзей, и только здесь и сейчас, — широко улыбаясь, Дмитрий вынул из стенного шкафа несколько запечатанных коробок и небрежно докинул в сумку. — Ладно, держи ещё на сдачу, — в сумку полетел и ПМ.

— И как это вывезти через КПП?

— В заднице, конечно. Думаешь, для чего мы перефасовываем в пакетики поменьше. Сумку сложновато, правда, будет засунуть, — Дмитрий задумчиво почесал затылок. — Но ты уж постарайся, это же в твоих интересах. Вон, девочки и не такое уже в себе перевезли, — он кивнул на девушек, безразлично продолжающих свою работу, и, не выдержав, громко расхохотался. Андрей не оценил шутки и с легким скепсисом смотрел на Дмитрия.

— Да не парься. Чё ты такой серьёзный? — Дмитрий похлопал Андрея по плечу. — В основном на въезд проверяют. Я уже весь склад вывез без проблем. Но если что, это не мое, — огорчённо поджав губы, он посмотрел на Андрея, потом обвёл девушек взглядом. — Блин, ну смешная же шутка была! — и, театрально закатив глаза, разочарованно махнул рукой. — С юмором у вас, конечно, так себе.

Андрей был в смешанных чувствах – не подстава ли это? С другой стороны, Дмитрий слишком странный для этого. Да и оружие сейчас не помешает. И да! Надо бы основательно продумать, что делать при наихудшем развитии событий. Хоть и ехидные, но доводы Дмитрия лишь укрепили мысли Андрея. И его «подарок» может быть очень кстати при таком варианте.

– А ведь так и не скажешь, что прошло всего лишь чуть больше недели, да? – задумчиво произнёс Дмитрий, провожая Андрея из комнаты.

Андрей вышел с охранником на улицу, открыл заднюю дверь, поднял на кресле мягкую подножку для ног и, запихав под неё сумку, неуклюже плюхнулся на сиденье машины.

– В офис, – приказал он водителю и добавил: – Через тот же КПП, надо вещи забрать.

Солнце ярко освещало стены домов, пока они медленно ехали по широкому пустынному проспекту. Количество автобусов уже поредело. Андрей рассматривал окна домов: неужели они все скоро опустеют? Кого тут поселят в периметре? Ну, миллион-два своих. Плюс военные. Обслуживающий персонал. Врачи. Рабочие. Как будут отбирать людей? Как они будут работать? Как рабы – за еду и безопасность? Ведь при таком планировании деньги теряли смысл. Или это будет какой-то утрированный социалистический строй с жёстким планированием?

Проезжая мимо площади, Андрей рассматривал пустые, но всё же красивые ярмарочные постройки, над которыми развевались растяжки из разноцветных флажков и гирлянд, закреплённые на натянутых между домами тросах. Абсолютно пустая площадь. Только группа солдат в чёрном камуфляже патрулировала площадь, провожая взглядом «Мерседес» Андрея.

Внезапная вспышка яркого пламени и громкий хлопок вслед за ней заставили вздрогнуть. Водитель вильнул влево от неожиданности, и Андрей успел увидеть, как из метро на площадь начала выбегать толпа людей. В сторону бойцов полетели горящие «коктейли Молотова». Водитель надавил на газ, и площадь скрылась за домом. Через закрытые окна автомобиля продолжали доноситься автоматные очереди. Андрей вжался в сиденье, но, оглянувшись назад, успел заметить, как часть толпы выбежала на дорогу.

Долетев до КПП, водитель лихо подрулил к воротам и, открыв окно, прокричал про вещи и про перестрелку сзади.

– Мы в курсе. Толя! – охранник посмотрел в блокнот. – Принеси 777мр77! Бегом!

Через полминуты солдат протянул водителю в окно пластиковый контейнер с вещами, и тут же сзади тишину разорвала глухая автоматная очередь, многократно отражённая от стен домов, и громкий басовитый хлопок взрыва. И ещё один. И ещё. Андрей инстинктивно пригнул голову.

– Хрен с вами, ящик обратно завезёте потом! – нервно крикнул солдат, закидывая контейнер прямо на колени водителю. – Валите! Тыл! Они уже близко! Занять позиции! – уже отвернувшись, кричал он другим бойцам, которые, рассредоточившись, встали наизготовку, прикрываясь техникой.

Перед «Мерседесом» отъехал броневик, и водитель со всей мощью шестисотсильного двигателя с глухим рёвом, отражённым от стен, рванул вперёд за периметр.

– Ебать-колотить! – выдохнул охранник на переднем пассажирском сидении. Андрей не стал уточнять, о чём он – о том, как вжало в кресло на старте или про увиденное – но был полностью согласен со всем.