Алекс Д Улей. Книга 3

– Учитывай скорость, с которой нас выследили и передислоцировали. У Бута не было ни средств, ни времени, ни возможностей провернуть подобное. Эту версию можно смело отметать.

Как не прискорбно признавать, но логика в его словах есть.

Но если за нашим похищением стоит не Дэрил, значит, Верховный Совет?

Зачем им это?

В чем смысл?

Решили устроить Дэрилу новое испытание вроде «найди жену»?

Странно как-то, без полета фантазии. И не особо зрелищно.

– Ты на улицу выходил? – помолчав, спрашиваю я.

Может, зрелищность компенсируется за счет опасностей, поджидающих нас снаружи?

Эй кивает. Молча встает из кресла, приближается к окну и распахивает тяжелые темные шторы. Приподнявшись на локте, я напряженно всматриваюсь в открывшийся мне пейзаж. Широкое русло реки, за которым виднеются бесконечные луга с сухой травой и островками пожелтевших деревьев, выглядело бы очень даже живописно, если бы я приехала сюда, чтобы отдохнуть от шума больших городов.

– И примерно такая картина со всех сторон. На километры вокруг нет ни одной жилой постройки. Я думаю, мы находимся в охотничьем домике, и сейчас не сезон, – в голосе Эйнара явственно слышны обреченные нотки.

Быстро он сдался. Ничего смертельного в нашем положении я пока не нахожу.

– Охотники как-то добирались сюда. Значит, дорога должна быть, – с энтузиазмом начинаю искать варианты.

– Ты готова идти пешком? С незажившей раной, неизвестно куда, без теплой одежды и оружия? – таким же апатичным тоном спрашивает Эй. – Это днем местность кажется безопасной, а ночью вокруг бродят дикие звери.

– Мы толпу шершней перебили, – оптимистично отзываюсь я. – С дикими зверями тоже справимся.

– А что дальше? – он устремляет на меня тяжелый взгляд, под которым вся моя кратковременная эйфория сходит на нет. – В полицию пойдем?

– А ты что предлагаешь? Сидеть, сложа руки? Ждать, когда нас соизволят забрать те, кто сюда засунул? – огрызаюсь я, в глубине души понимая, что Эй прав. Пороть горячку сейчас точно не вариант.

– Я считаю, что пока нам безопаснее оставаться здесь, – серьезно выдает Эй. – Надо выяснять, какого хрена происходит, и кто за этим стоит.

– И как ты собираешься это выяснять? – не скрывая скепсиса, любопытствую я.

– Не знаю, – он нервно разводит руками. – Будем ждать.

– Займем позицию страуса, хочешь сказать?

– Страус мудрая птица, – Эй неуверенно улыбается. – Если не можешь улететь от опасности, благоразумнее затаиться.

– Остроумно, – фыркаю я.

– А у тебя есть другое решение?

– Нет, – раздраженно признаю я. – Но обязательно что-нибудь придумаю. Туалет и душ тут есть? – почувствовав характерные позывы мочевого пузыря, откидываю одеяло в сторону.

Он коротко кивает, уставившись на мои голые ноги. Его взгляд медленно ползет выше, и я порывисто одергиваю футболку, под которой нет белья. Умом понимаю, что Эй делал мне перевязки, это он раздел меня, зашил рану и ухаживал за мной, пока я находилась в бессознательном состоянии. Черт, Эйнар не раз видел меня голой, как и я его. Мы занимались сексом, пусть не совсем обычным, но я изучила его тело в мельчайших деталях. Учитывая все обстоятельства, неловкости между нами быть не должно, и тем не менее мои щеки заливает удушливым жаром смущения.

– Я отнесу, – Эй осторожно поднимает меня с постели, обхватив одной рукой за талию, а второй под коленями.

Заднюю часть травмированного бедра адски тянет, и я взвизгиваю от боли, умоляя поставить меня на ноги. Испугавшись моих криков, Эй поспешно выполняет просьбу, и до совмещённого санузла я добираюсь, опираясь на его локоть. Идти оказалось не так уж и больно. Неприятно, но терпимо.

– Напор слабый и надо подождать, пока вода не прогреется. Сразу под струю не лезь, – предупреждает Эйнар.

– Спасибо, разберусь, – хмуро бросаю я, захлопывая дверь перед его носом.

Осматриваюсь по сторонам и удрученно вздыхаю. Ржавая лейка душа, металлическое судно со сливом, унитаз без крышки, крошечная раковина в углу, застиранные полотенца. Спартанскими удобствами меня не напугать. Это далеко не самый худший вариант.

Включив воду, долго и придирчиво смотрю на свое отражение в небольшом зеркале на стене. Никогда не считала себя писаной красавицей, а сейчас и вовсе на болотную ведьму похожа. Бледная, под глазами синюшные тени, щеки ввалились, губы в трещинах, кожа сухая, на голове гнездо из спутанных волос. Увидел бы кто сейчас, испугался бы и деру дал. Эй не в счет, его и самого нехило потрепало. Зачетная мы с ним парочка.

Только Дэрил умеет выглядеть неотразимо и притягательно даже после дюжины ударов плетью.

Где он сейчас? Выбрался ли с острова? Ищет меня или еще не в курсе, что его план раскрыли?

Мысли несутся, опережая друг друга. Сердце сжимает тоска. О плохом думать страшно, а не думать не получается. В голове полный сумбур. Мне бы не помешала сейчас толика его хладнокровия. Дэрил никогда не пасует, как бы не складывались обстоятельства. А я… я чувствую себя жалкой и беспомощной.

– Королева Улья, мать вашу, – умывшись холодной водой, выдыхаю с досадой.

Обнаружив тюбик с зубной пастой в шкафчике под раковиной, там же нахожу запакованные щетки. К нашему прибытию явно подготовились. Место наверняка выбрали заранее. Эй сказал, что в доме нет теплых вещей, а это подозрительно напоминает ситуацию с шале в горах, откуда тоже было не уйти без риска для жизни. Улей использует наработанную тактику. Мы в изоляции, вокруг леса, поля, реки и голодные хищники. Добраться наугад до ближайшего населенного пункта – задача практически невыполнимая. С ранением я не пройду и километра.

Дождавшись, когда вода нагреется, соскребаю с себя двухдневную грязь, стараясь не задевать бинты, дважды промываю волосы дешевым шампунем. Завернувшись в полотенце, на всякий случай стираю в раковине футболку.

– Диана, я принес чистую одежду, – короткий стук заставляет меня обернуться к двери.

– Зайди, – разрешаю я, и массивная фигура Эя мгновенно возникает на пороге.

– Держи, – нагло рассматривая неприкрытые части моего тела, он протягивает аккуратно сложенную стопку белья. – Выглядишь посвежевшей, – расщедривается на комплимент.

Я почему-то злюсь, но одежду забираю. Фланелевая свободная рубашка и спортивные штаны явно с мужского плеча, но выбирать не приходится. Всяко лучше, чем ходить голышом, хотя Эйнару такой вариант пришелся бы по душе.

Я погорячилась, решив, что сексуальные фантазии на мой счет временно испарились из его головы. Голодный оценивающий взгляд свидетельствует об обратном. Мужские инстинкты обостряются в состоянии стресса и опасности. Выброс адреналина усиливает возбуждение не только психических процессов. От парня так и прет тестостероном и откровенной похотью. Зрачки расширенные, наполненные чернотой, взгляд абсолютно дикий. Таким я увидела его в нашу первую встречу. Тогда я жутко испугалась того, что он может со мной сделать, если освободить его первым. Сейчас ощущения очень похожие.

Мы здесь одни. Совсем одни и я абсолютно беспомощна против этой скалы мышц. Но это же Эй. Он столько раз выручал меня и вытаскивал из самых жутких передряг. Мы команда и должны держаться вместе. Эйнар, я и Дэрил. Он сам так сказал. Вот только мужа моего здесь нет, и у Эя полностью развязаны руки. Он давно меня хочет, и я по дурости неоднократно давала ему повод надеяться, что его чувства взаимны.

– Уходи, мне нужно одеться, – требую я, холодно глядя Эйнару в глаза.

Он приваливается плечом к косяку, скрещивая на груди мускулистые руки.

– Нет, – Эй отрицательно качает головой, пожирая меня горящими глазами. Меня пробирает холодный озноб, подсознание сигнализирует об опасности.

– Эйнар, выйди, пожалуйста, – смягчив тон, прошу я и, не дождавшись никакой реакции, напряженно добавляю. – Ты меня пугаешь.

– Пугаю? Чем именно? – он выглядит уязвлённым и даже немного обиженным.

Оторвавшись от косяка, Эй делает шаг вперед, потом еще один и еще. Я испуганно отступаю назад, пока не врезаюсь лопатками в стену.

– Остановись! Сейчас же, – яростно кричу я, когда он протягивает руку, чтобы стащить с меня полотенце.

– А то что? – он ухмыляется и нагло исполняет задуманное. Жадно шарит взглядом по моему обнаженному трясущемуся телу, бесцеремонно лапает огромными ручищами грудь. – Ты слишком напряжена. Тебе нужно расслабиться, пчелка, – хрипло шепчет он, наклоняя голову и вдыхая мой запах раздувающимися ноздрями. – Сама знаешь, я в этом профи. Ты будешь пищать от удовольствия и просить еще.

– Отвали, придурок, – зарычав от злости, я со всей дури бью его коленом в пах, и мы одновременно стонем от боли.

Согнувшись. Эй сдавленно матерится, а я, превозмогая стреляющую пульсацию в бедре, срываю со стены лейку. Включив холодную воду, направляю ледяную струю прямо на него.

– Ты охренела… твою мать, – в шоке шипит парень.

– Остудись, сделай выводы, а потом мы поговорим, – дрожащим от гнева голосом, рявкаю я.

Затем быстро подбираю упавшую на пол одежду и, прихрамывая, выхожу из ванной комнаты, напоследок оглушительно саданув дверью.

Морщась от боли, в спешке натягиваю на себя штаны и рубашку. Выгляжу, как пугало, но это даже к лучшему. Чем асексуальнее образ, тем ниже риски невольно спровоцировать Эйнара. Меня все еще трясет от стычки с перевозбудившимся парнем.

Какой же он все-таки мудак. Как, черт возьми, ему в голову пришло, что я буду не против по-быстрому перепихнуться в душе?

Ладно, мысль вполне естественная, учитывая наше прошлое, но я просила его уйти.

Дважды.

Пытаясь успокоиться и переключиться, я осматриваю новое пристанище. Дом не рассчитан на большую компанию. Маленькая спальня, мизерная кухня, заваленная разным хламом кладовая и санузел. Из окна кухни виден сарай, прямо за ним начинается таёжный густой лес. Судя по породам деревьев, мы можем находиться Сибири. От мысли, что нас закинули в Россию, я внутренне напрягаюсь. Если мои предположения верны, то выбраться отсюда будет еще сложнее, чем из горного шале. Без оружия, транспорта и верхней одежды – шансов ноль. Мы или замерзнем, или нас сожрут хищники.

– Надо проверить сарай. Может найдем что-то полезное, – услышав за спиной шаги, я резко разворачиваюсь.

– Ничего там нет. Я уже посмотрел, – Эй смотрит на меня взглядом побитого пса. – Извини, я не хотел. Само как-то… – он виновато разводит руками.

– Еще раз, и я тебя кастрирую, – обещаю на полном серьезе. – Нам нужно сосредоточить усилия на том, как свалить отсюда с наименьшими потерями, а ты вдруг решил, что пристроить член для тебя важнее.

– Я подумал, что мы можем совместить приятное с полезным, – он вымучено улыбается. Явно чувствует себя не в своей тарелке.

– Мне не было приятно, – отрезаю я. – Ты повел себя, как похотливое животное. Не ожидала от тебя, – грозным тоном отчитываю кающегося присмиревшего парня.

– Хочешь, я ужин приготовлю? В качестве компенсации, – подмазывается Эй.

– Хочу, – без раздумий соглашаюсь я и с независимым гордым видом ковыляю прочь из кухни.

Снова оказавшись в спальне, заглядываю в древний деревянный шкаф. Одежды на полках немного, и она вся мужская. Курток и пуховиков нет, но я нахожу несколько вытянутых свитеров ручной вязки, огромного размера шерстяные носки и две пары прорезиненных ботинок. Не густо, но хоть что-то. Для осмотра окрестностей хватит и этого.

Закончив с ревизией шкафа, переключаюсь на такой же убитый временем комод. Один за другим выдвигаю ящики, дотошно изучая их содержимое. Все, что может пригодиться, сваливаю на пол.

Моток веревки, свечи, фонарик, зажигалка, железная фляга, упаковка хозяйственных перчаток. На всех изъятых вещах и предметах нет никаких опознавательных знаков, указывающих на страну производителя. Не думаю, что это случайность. Нас намеренно держат в неведении.

Опустившись на колени, я дергаю на себя нижний ящик. Снова бесполезные тряпки. Проглотив досадный возглас, засовываю руку под сложенные стопочкой комплекты постельного белья. Замираю в нерешительности, нащупав между простынями и пододеяльниками небольшой прямоугольный предмет.

Сердце бешено колотится в груди. Боюсь, страшно боюсь ошибиться. Медленно достаю руку и едва не визжу от охватившего меня радостного возбуждения. Не померещилось. Это действительно телефон. Допотопный громоздкий кнопочный Нокиа. На эмоциях я даже целую устаревший пошарпанный аппарат с нелепой антенкой.

– Эйнар, я мобильник нашла, – ору во все горло, продолжая лихорадочно шарить по ящику.

К тому моменту, когда Эй врывается в комнату, я радостно сияя демонстрирую ему не только телефон, но и зарядное устройство, обнаруженное примерно там же.

– Подожди, Диана, – одергивает меня Эйнар, когда мой палец зависает над кнопкой включения. Быстро подходит ближе и вырывает телефон, убирая его в задний карман джинсов.

– Что? Почему? – обескураженно спрашиваю я, с трудом выпрямляясь в полный рост. Сжимаю пальцы в кулаки. – Верни сейчас же!

– Не глупи, Ди. – он кладет тяжёлые ладони на мои плечи и тихонько встряхивает. – Мы не знаем, кто и зачем его тут оставил. Сигнал могут отследить.

– Я на это и рассчитываю, – толкаю парня в каменный торс. – И не смей меня трогать.

Мои слова приводят его в бешенство, но он сдерживается, чтобы снова не получить по яйцам. Делает глубокий вдох и отступает на шаг назад.

– Ведешь себя, как бешеная стерва, – смерив меня взглядом, бросает он. – Хочешь просрать наш единственный шанс? Не терпится вернуться в королевский лофт?

– Какой шанс, Эй? – бешусь я. – Тот, кто засунул нас сюда, отлично знает, где мы. Телефон – это просто средство связи. Ты предлагаешь ждать, а я хочу, чтобы нам озвучили задачу. Бездействие – это тоже риск.

– Мобильник мог забыть один из охотников. – он упрямо стискивает челюсть, скулы заостряются, кадык нервно ходит вверх-вниз.

– Спрятав его в ящике с постельным бельем? – скептически фыркаю я. – Ты же вроде был смышленым парнем, Эйнар. Что случилось сейчас? Последствия контузии?

Он раздраженно отводит взгляд в сторону и молчит. Тяжело дышит сквозь сжатые зубы, между насупившимися бровями залегает глубокая морщинка. Ему опять не помешает холодный душ, а мне нужно срочно вспомнить дипломатические навыки, иначе к конструктивному решению мы не придем.

– Дэрил сказал, что я умру при попытке самостоятельно извлечь имплант, – выждав паузу, заговариваю острожным тоном.

– И?

– Не понимаешь? Значит его извлечение было санкционировано Верховным Советом, либо извлекал тот, кто знает, как это сделать без рисков для жизни, – терпеливо поясняю для особо одаренных.

– И? – Эйнар продолжает безбожно тупить, а меня вдруг пробивает на нервный смех.

– Верховный Совет хочет понаблюдать, как мы будем действовать, вырвавшись из-под их контроля.

– И как мы будем действовать? – Эй сегодня точно в ударе. Списываю приступ внезапного тугоумия на последствия полученных травм.

– Вернемся в Улей.

– Шутишь? – недоверчиво переспрашивает он. – Диана, мы можем делать что хотим, а ты собираешься вернуться в Улей? На чертов остров? Я не ослышался?

– Он мой муж, Эй, – тихо произношу я. – Не могу его бросить. Прости, но не могу. Пока мы здесь, он там. Один против целой своры врагов. Это неправильно.

– Фигня полная! На хрен он тебе сдался? – вспыхивает Эй. – Свалим отсюда, найдем тихое уединённое местечко и будем жить, как нормальные люди.

– А ты сможешь? Как нормальные люди? – проницательно заглядываю в полыхающие злостью и возмущением глаза.

– Если мы действительно свободны, то я туда под угрозой жизни не сунусь, – Эй упрямо стоит на своем.

– А ради меня? – растягиваю губы в соблазнительной улыбке.

Шумно выдохнув, Эйнар приближается почти вплотную, нежно проводит костяшками по моей щеке и сипло шепчет:

– Это нечестно, детка.

– Я то же самое сказала Дэрилу, когда мы прощались, – неожиданно вырывается у меня. Черт, это так глупо и ни к месту, что я даже краснею.

– Не знал, что ты называешь его «детка», – неприязненно кривится Эй.

– Иди ты! – несильно пихаю его в плечо. – Я серьезно. Долго гулять нам все равно не дадут. Надо будет – из-под земли достанут. Поэтому не обольщайся, Эй. Из Улья уйти нельзя. Забыл?

– Забудешь тут, – помрачнев, отзывается он, и, вытащив из кармана мобильник, протягивает мне. – Уверена, что не пожалеешь?

– Да, – утвердительно киваю я, выхватывая телефон.

– Не думаешь, что только навредишь своему драгоценному Дэрилу? Он же не просто так решил спрятать тебя в бункере.

– Дэрил хотел меня защитить, – включив гаджет, негромко отзываюсь я. И про себя добавляю: или сплавить подальше, чтобы не мешалась под ногами.

– Вот именно, а ты снова лезешь на рожон, – раздражается Эйнар.

Я неотрывно смотрю на медленно загружающуюся черно-белую заставку. Боже, вот это раритет. Чудо, что вообще работает. И заряд почти полный. Задержав дыхание, жду пока на экране появятся стандартные значки. И тут меня ждет полный облом.

– Нет сети, – с досадой бормочу я, поднимая руку выше.

Сигнал отсутствует. Прохожу по всему дому, выскакиваю раздетая на крыльцо, где меня буквально сносит с ног ледяным ветром. Небо начинает темнеть, на пожухшей траве серебрится иней.

– Связь не ловит. Черт! – чуть не плачу от обиды, выпуская изо рта облачко пара. Холодрыга просто жуть.

– Ну вот, а шуму-то было, – ворчит Эйнар, силком запихивая меня обратно и закрывая дверь на засов. Даже замка нормального нет.

– А если на крышу залезть? – смотрю на него с надеждой, сложив ладони в умоляющем жесте.

Он недовольно хмурится, чертыхается, и, забрав у меня телефон, выходит в промозглый вечерний сумрак. Я скрещиваю на удачу пальцы, считая про себя секунды. Волнуюсь и почти не дышу, слушая, как Эй, громыхая, лезет на крышу.

Минута, две. Нервы сдают, снова вылетаю на крыльцо и врезаюсь носом в твердую грудь.

– Не ловит, – выдыхает мне в макушку, мягко привлекает к себе и уводит в дом. – Мне жаль, пчелка, но телефон, скорее всего и правда бросили за ненадобностью. Сама видишь, где мы. Какая на хрен сотовая связь? Я за два дня даже гула самолетов не слышал.

Забрав мобильник, я захожу в список контактов. Пусто. То же самое с вызовами и смс. Вычищено под ноль. Так не бывает, кто-то специально постарался.

– Не верю в случайности, – бросаю увесистый гаджет в карман спортивных штанов и, подняв голову, встречаю внимательный взгляд синих обеспокоенных глаз. – Все в порядке. Переживу, – шмыгаю носом, храбрюсь, чувствуя, как в груди оседает свинцовая тяжесть. – Ты обещал меня накормить. Я ужасно голодная.

– Пойдем, – кивает Эй и, взяв за руку, ведет на кухню, где царит тепло и аппетитно пахнет жареным мясом и специями.

Мы ужинаем в молчании. Совсем одни в богом забытом домике. Он смотрит на меня, а я – куда угодно, лишь бы не на него. Злость из-за стычки в ванной давно испарилась. Сейчас я чувствую только опустошение и смертельную усталость.

Наполеоновские планы вынужденно откладываются до рассвета. Ночью из дома выходить опасно, да и Эйнар меня не пустит. Утром оденусь потеплее и пройдусь по округе, осмотрюсь. Если перемещаться вдоль реки, есть шанс наткнуться на рыбаков, хотя в такой глуши…

Утолив голод, благодарю Эя за приготовленный ужин и ухожу в спальню. В кровать забираюсь в одежде, ложусь на самый край, накрываясь одеялом с головой. Безуспешно пытаюсь уснуть, слушая, как за стенами нашего маленького жилища свирепствует осенняя непогода, воет ледяными ветрами, стучит в окна студеным дождем.

Закрыв глаза, я мысленно перемещаюсь в другое месте, к другому мужчине… Сражаюсь рядом с ним, выживаю и убиваю, если придется.

Почему он решил, что я не справлюсь? А теперь мне что делать? Сидеть тут и ждать, пока Дэрил проведет ежегодный стрим и, наконец, вспомнит про брошенную в бункере жену, которая и суток там не провела.

А может он уже знает обо всем и организовал поиски?

Эта мысль мне импонирует больше других, и я даже в красках представляю, как от души вмажу ему при встрече.

Услышав скрип половиц под острожными приближающимися шагами, я старательно притворяюсь спящей. Меня жутко бесит необходимость делить постель с неровно дышащим в мою сторону Эйнаром, но и отправить его спать на пол я не могу. Точнее могу, но совесть не позволит. Не атрофировалась еще до конца.

Он сегодня, конечно, перегнул, отличился не с лучшей стороны, но это не отменяет его прошлых заслуг. Парень жизнью рисковал, чтобы меня прикрыть, а тут я со своими закидонами вместо благодарности.

Матрас на другой половине кровати пружинит под тяжестью мужского тела, шелестит второе одеяло. Я делаю вдох, улавливая запах сигаретного дыма и крепкого алкоголя.

Изумленно застываю и снова принюхиваюсь.

Нет, не померещилось.

Где он раздобыл выпивку и сигареты? За столом из напитков был только чай, иначе я бы сама не отказалась от внутренней дезинфекции.

– Не спишь, – констатирует он, почувствовав исходящие от меня вибрации.

– Не сплю, – сознаюсь я. – От тебя разит. Дышать невозможно.

– Я нашел ящик водки в кладовой, – оправдывается Эйнар.

– И решил уйти в запой?

– Почему сразу в запой? – оскорбляется он. – У меня, между прочим, тоже стресс и нервы шалят.

– Водка – русская? – сухо уточняю я.

– Ага.

Похоже мои первые предположения не врут. Мы в Сибири. Огромные территории, непроходимые леса, медведи, рыси, волки, росомахи и амурские тигры. Животный мир тут богат на хищников. Повезло нам…

– А балалайки и шапки-ушанки там случайно не было?

– Нет, только водка, три блока Мальборо и банки с консервами, – не понимает шутки Эй.

– Водка и сигареты – это хорошо, но нам нужно раздобыть оружие, – повернувшись к нему лицом, говорю я. – Ты точно все проверил?

– Точно, – заверяет он. – На этот раз нас оставили без средств защиты. И я даже догадываюсь, что послужило причиной.

– Чтобы мы отсюда далеко не ушли, – подытоживаю мрачным тоном.

– Видимо, не только Дэрил планировал удалить тебя из Улья на время проведения ежегодного шоу.

– Почему вместе с тобой? – прищурившись, спрашиваю я.

В тусклом свете торшера лицо Эйнара выглядит осунувшимся, уставшим и кристально-честным.

– Не знаю. Попался под руку вот и прихватили заодно, – он небрежно пожимает плечами. – В качестве охранника для пчелиной королевы, – последнее сказано со злой иронией, что неприятно царапает где-то глубоко внутри.

– Мне кажется, ты что-то не договариваешь, Эй.

– Откуда такие мысли?

– Может быть, это ты сдал Совету координаты бункера?

– Я не знал, где он находится. Ты же сама мне дорогу показывала.

Перевернувшись на спину, устремляю взгляд в потолок, задумчиво разглядывая сучки и щербины на массивных деревянных балках. Эйнар не врет. Он действительно не знал, а у меня похоже паранойя начинается.

Не успеваю с облегчением выдохнуть, как в памяти всплывает разговор Эйнара с Антоном, когда тот держал на прицеле мой затылок. Импровизация с кодом сработала, как отвлекающий маневр, но загвоздка в том, что про цифровой пароль я Эю не говорила. Догадался сам? Возможно, но мы и потом этот момент обсудить не успели. А сегодня он рассказывает, что не закрыл люк, не ввел защитный код, и именно поэтому группа бойцов смогла до нас добраться.

Что-то здесь явно не сходится. Его версия со случайным обнаружением трещит по швам. Нас однозначно кто-то сдал, других вариантов я не вижу. Кроме Эйнара подозревать некого. Он способен на предательство, как и любой другой человек, поставленный в жесткие рамки. Вопрос только в цене. Или в награде, как однажды сказал Дэрил. Если смотреть с этого ракурса, то логическая цепочка идеально выстраивается. За свое содействие Верховному Совету Эй получил меня и мнимую свободу.

– Ты притихла, – напряженно замечает Эйнар.

– Устала и дико хочу спать, – Взглянув на него, я потягиваюсь и сонно зеваю. – Доброй ночи, Эй.

– Спи спокойно, пчелка. Я выводы сделал. Не бойся, не трону, – расслабленно отзывается он, поворачиваясь ко мне спиной.

Вот и чудненько. Удар по яйцам все-таки пробудил его здравый смысл. Впредь мне нужно быть хитрее и осторожнее. Если Эй поймет, что находится под подозрением в сговоре с Советом, то может изменить стратегию поведения, и тогда мне придется иметь дело с совсем другим Эйнаром. А это совершенно точно не в моих интересах.

Какой выход? Придется подыграть ему, притворившись беспомощной несчастной жертвой, нуждающейся в сильном защитнике. Эйнару безумно нравится роль героя и спасителя, поэтому я уверена, что какое-то время эта стратегия будет работать успешно. А мне остается не терять бдительность, внимательно наблюдать за всеми его действиями и тщательно анализировать каждое сказанное им слово. Рано или поздно он сам себя выдаст. Эй – первоклассный боец, но до манипулятора уровня Дэрила ему еще расти и расти.