современная русская литература

исторические детективы

советская эпоха

семейные хроники

политические репрессии

Последние майские дни 1936 года, разгар репрессий. Офицерский заговор против Чопура (Сталина) и советско-польская война (1919–1921), события которой проходят через весь роман.
Троцкист Ефим Милькин бежит от чекистов в Баку с помощью бывшей гражданской жены, актрисы и кинорежиссера Маргариты Барской. В городе ветров случайно встречает московского друга, корреспондента газеты «Правда», который тоже скрывается в Баку. Друг приглашает Ефима к себе на субботнюю трапезу, и тот влюбляется в его младшую сестру. Застолье незаметно переходит на балкон дома 20/67, угол Второй Параллельной. Всю ночь Ефим рассказывает молодым людям историю из жизни полкового комиссара Ефимыча.
Удастся ли талантливому литератору и кинодраматургу, в прошлом красному командиру, избежать преследования чекистов и дописать роман или предатель, которого Ефиму долгие годы не удается вычислить, уже вышел на его след?
«Пароход Бабелон» – это сплав из семейных хроник и исторического детектива с политической подоплекой, в котором трудно отличить вымысел от правды, исторический факт от фантазии автора. Судьбы героев романа похожи на судьбы многих наших соотечественников, оказавшихся на символическом пароходе «Бабелон» в первой половине XX века.

публицистическая литература

учебная и научная литература

военное дело / спецслужбы

зарубежная старинная литература

зарубежная образовательная литература

древневосточная литература

книги по философии

государственное и муниципальное управление

знания и навыки

Пароход Бабелон

«Верно говорят: поскреби прозу и обнаружишь автора. Автора „Парохода Бабелон“ я обнаружил много лет назад, открыв для себя его во многом автобиографический роман „Фрау Шрам“. Тогда и оценил качество этой прозы – неспешной, с особым ароматом и колоритностью. Новый роман Афанасия Мамедова „Пароход Бабелон“ – по-старому своеобычен, но по-новому несет в себе информационную бурю: время, в котором разворачивается действие романа, все еще оставляет много вопросов. Афанасий Мамедов ориентируется в историческом материале, на базе которого работает, как рыба в воде. Он сам признается, что „Пароход Бабелон“ навеян семейными хрониками. И я склонен верить ему: и в этом романе я без труда нахожу автора и снова убеждаюсь – это и делает его прозу настоящей». – Давид Маркиш (писатель)
«Время больших исторических романов прошло, но задача понимания прошлого, работы с памятью, воображения безвозвратно утраченного – как никогда актуальна. Компактный, многоплановый и словно сгущенный „Пароход Бабелон“ Афанасия Мамедова – попытка вернуться к недосказанным тайнам прошлого посредством искусства воображения. Роман отталкивается от семейной истории, пáрой пластически точных мазков намечает катастрофические приметы эпохи и приоткрывает перед читателем совершенно другую, незнакомую по учебникам историю с ее забытыми героями и злодеями. 
Вложенные один в другой, как китайские шкатулки, обрамленные и обрамляющие рассказы кружат вокруг одних и тех же трагических событий первых послереволюционных десятилетий, воссоздают южно-кавказское и польско-белорусско-литовское пограничье всякий раз с нового ракурса, добавляя одну за другой недостающие детали и предлагая нам разные точки входа в пространство плывущего к неминуемой гибели Вавилона. И окончательно сложить эту мозаику должен сам читатель». – Мадина Тлостанова (писатель, доктор филологических наук, профессор Линчепингского Университета (Швеция))

Русский Декамерон

Москва, девяностые. Студент московского Литинститута Илья едет в родной Баку, чтобы повидаться с матерью и разобраться в себе. На фоне политических и социальных потрясений и личного кризиса у Ильи случается роман, ставший точкой невозврата в его собственной жизни. «Фрау Шрам» – история о прошлом и настоящем, о любви и долге, о горькой романтике «каникул» в стране, где еще теплятся отголоски империи и зарождаются новые идентичности. Голос этого текста – исключительно мужской, прямой, удивляющий откровенностью, при этом герой тонко чувствует происходящее и рефлексирует, сопоставляя собственную жизнь с перспективной Москвой и ретроспективным Баку, в декорациях которых разворачиваются события. Тема социальных этажей, личной свободы и выбора становится метафорой того, как живут и меняются люди в переломные времена.