В один конец
Максим Александрович Шаров

© Максим Александрович Шаров, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Наверное, каждый из нас хотя бы раз да мечтал покорить космос. У всех свои причины: кто-то хотел бы прославиться, кем-то движет неудержимый дух приключений, третьи хотят сбежать от навалившихся на них проблем, четвертые просто уверенны в том, что если прилетят на какую-то другую планету, то их жизнь там непременно сложится лучше, чем на родной Земле. Вот только никто не задумывается, как оно – жить на другой планете, что это будет за мир, и что ждет там, за звездами. Все просто уверенны, что там будет лучше, чем дома. Да мало ли у кого какие причины? Всех этих людей можно понять. Еще бы, ведь в космосе нет собаки, что лает под окном и мешает спать в воскресенье, в космосе не надо забирать ребенка из детского садика и не надо выслушивать бесконечные нравоучения от собственной тещи. В космосе нет учебы и нет работы. Романтика. Летаешь, смотришь на звезды, планеты, астероиды, да еду из тюбиков высасываешь. Что может быть прекраснее? А как происходит сам запуск? Экипаж занимает свои места на корабле, волнуется. Но внутри все они собой гордятся. Еще бы. Они – герои. Их взлет протрубит на первых полосах множества газет, их покажут в новостных передачах всех каналов большинства стран мира. Множество людей соберутся вокруг стартовой площадки (настолько близко, насколько будет можно). И множество детей, которые увидят запуск корабля, твердо решат, что обязательно станут космонавтами. У некоторых из них даже получится, как у меня…

– Эй, Андрей, иди, поешь что-нибудь. Ты уже несколько часов пялишься в приборную панель. Ждешь, пока она покраснеет или что? – голос Сары выдернул меня из маленьких размышлений. Я обернулся. Она стояла, скрестив на груди руки. Сколько ее помню, она всегда серьезная, не приветливая и молчаливая. А в скафандре лицо двадцативосьмилетней уроженки Канады выглядело особенно сурово.

– Ты же знаешь, что нам на этой штуке, – я театрально обвел руками окружающее пространство, – домой скоро лететь. И мне бы очень хотелось, чтобы с ней все было в порядке. Иногда мне кажется, что я один беспокоюсь о состоянии корабля и слежу за приборами.

– Ты же знаешь, что это не так. – Отмахнулась девушка. – Карл не меньше твоего на этом помешан.

Да, тут она была права. Этот немец, пожалуй, торчал у приборов еще больше меня. Карл, с первого дня нашей экспедиции весьма болезненно реагировал на любые отклонения от нормы. Впрочем, немцы все такие, наверное. К своему стыду, я так и не узнал о нем ничего за несколько месяцев полета, даже не знаю, сколько ему лет. Выглядит на все сорок, как только тесты прошел.

– Ну да, согласен, Карл. Но сейчас его здесь нет, так что я не могу уйти. – Ответил я.

– Может тогда Васко тебя подменит? – не сдавалась Сара, кивнув на проходящего мимо испанца. Но тот лишь замахал руками и поспешил удалиться, бормоча что-то на своем родном диалекте. Да, не удивлен. Этот парень никогда не любил возиться с кораблем.

– Сама видишь. – Буркнул я.

– Тогда Кейт? – предприняла канадка последнюю попытку.

– Этой американке я свою жизнь не доверю. – Отрезал я.

Сара фыркнула и удалилась, оставив меня наедине с приборной панелью. Только я вздохнул свободно, как появился Карл. Как обычно этот немец улыбался. Мне даже казалось, что его глаза смеются над окружающим миром.

– Сара просила подменить тебя. Говорит, что ты весь день ничего не ел, переживает. – Выдал он на ломанном английском.

– Хорошо-хорошо, уже иду. – Пробурчал я. – Спасибо.

Обед не представлял из себя ничего интересно. Как обычно: пара тюбиков какой-то гадости. Я проглотил их так быстро, как только мог и заторопился обратно к приборам, но меня задержала Кейт.

– Андрей, почему ты ненавидишь меня?

– С чего ты взяла? – опешил я.

– Ты никогда не хочешь общаться, избегаешь меня и раздражаешься. – Сделала выпад американка, а я мысленно закатил глаза к небу.

– Извини, мне пора. – Я буквально оттеснил ее и вышел. Она мне не то что бы не нравилась, но и любить я ее не любил. Не знаю почему, но эта девушка меня раздражала. Может быть потому, что она была слишком болтливой и любопытной, не знаю…

Корабль резко тряхнуло. Я едва не упал. Еще рывок и еще. Затрещал корпус, снова качнуло. Вдруг меня осенило: мы движемся не в ту сторону. Я рванул к Карлу со всей доступной мне скоростью. То, что я увидел в кабине пилота, стало для меня полной неожиданностью: немец лежал на приборной панели с синим опухшим лицом, в уголках его рта была пена, а шлем от скафандра валялся на полу. Не знаю, что на него нашло, но он снял шлем и принял ужасную смерть, задохнулся. Сейчас думать об этом мне было некогда: корабль стремительно несся к так называемой черной дыре. Все мои попытки изменить курс не увенчались успехом. Притяжение было слишком сильным. Меньше, чем через минуту, мы провалились в эту черноту. Не могу описать, что я тогда почувствовал перед тем, как отключиться. Что-то вроде того, если бы меня взяли за ноги и за руки, хорошенько растянули, а затем резко отпустили. В ушах громко хлопнуло, и я потерял сознание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.