Хроники Гонзо
Нескучные истории за жизнь
Игорь Буторин

© Игорь Буторин, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Несчастная любовь

Однажды Гонзо влюбился в культурную девушку. Она работала в музыкальном театре и очень хотела замуж, а, быть может, просто секса. Ни того, ни другого по месту ее работы случиться не могло, так как в театре практически не было мужчин, а водились одни лишь пидорасы. А тут появился Гонзо. Конечно, она его тоже сразу полюбила.

Девушка была очень культурная, она несколько раз посмотрела фильм «Раба любви» и решила во всем походить на главную героиню киноленты. Потом даже прочитала до середины толстую книжку «Анна Каренина», когда же ей рассказали, чем же там все дело кончится, то оставила чтение, но решила брать пример еще и с Анны. Эти два события в ее жизни сыграли немаловажную роль.

Она из ревности, а порой и просто так, часто устраивала Гонзо скандалы. Просто так всегда делала ее мама. И у этой девушки сложился четкий стереотип, что так и должно быть в нормальной семье – женщина всегда права и должна по поводу и без него пилить мужчину, а тот в свою очередь всегда должен просить прощения. Во время скандалов она кричала, визжала, била посуду и даже пыталась убить Гонзо раскаленной плойкой, потому что тот огрызался и никогда не просил прощения.

Плойка и довела Гонзо до крайней степени кипения. Это и понятно, ведь она была горячая, как любовь культурной девушки.

Тогда Гонзо понял, что любовь – это не вздохи на скамейке… и ушел от культурной девушки. На хрен надо, нервы себе мотать.

А культурная девушка из музыкального театра скоро состарилась и умерла, потому что – ну, как на свете без любви прожить. Если бы она не умерла, то обязательно бы бросилась под трамвай, зря, что ли она прочитала половину книги про Каренину Анну. Но трамвайное движение в городе закрыли, а бросаться под электричку было страшно, ведь она так громко свистит, что скорее хочется в туалет, чем падать на рельсы. Так что гештальт ее жизни так и остался не выполненным.

Вот такая грустная история про любовь.

Гонзо и Фидель

Когда Гонзо был маленький, он жил на Кубе. Однажды на площади Свободы он два часа слушал выступление команданте. Когда ему надоело слушать лидера кубинской революции, он вытащил камень, который прятал за пазухой и метанул его в сторону трибуны. Заметим, что Гонза был мастер по бросанию различных предметов на дальность приземления. Камень угодил прямо в сигару Фиделя.

Охранники выловили Гонзо и доставили его к бородатому Кастро. Фидель задумался, на что бы употребить такие замечательные способности юного революционера. А Че Гевара в ту пору был еще жив.

– Мальчик, пошел на хер с моего острова Свободы, – по-доброму, влепляя пацану отеческого пинкаря, сказал команданте. – Вот убьют товарища Че, тогда приходи, а пока нет для тебя места в мировом революционном процессе…

Фидель еще долго что-то рассказывал и курил дорогие сигары, но Гонзо уже его не слушал. А кому понравится, когда тебе на взлете подрезают крылья…

Тем более, когда угондошили Че Гевару, то его святое место занял Уго Чавес, который тоже не любил американцев, зато очень любил их злить и всегда публично грозил США кулаком. А с этим, как известно, не поспоришь.

Так Гонзо чуть не стал революционером.

Гонзо и Оло

Оло появился в жизни Гонзо неожиданно. Он пришел во двор, где маленький Гонзо тиранил маленьких девочек. Оло мучился зубной болью и постоянно от этого плакал.

Плач незнакомого мальчика портил все удовольствие Гонзо от тирании над девочками. Когда Гонзо надоел рёв Оло, он нашел в кустах большую лесину и выбил Оло больной зуб. О том, что Гонзо поступил правильно, он догадался сразу, потому что Оло больше не плакал, но уже как-то иначе стал смотреть на своего спасителя.

Прошло совсем немного времени, и когда Гонзо погнался за очередной девочкой-жертвой, которой он намеревался насыпать полный рот песка (что с детей возьмешь – жестокие сволочи), его остановил камень. Половарик пущенный ловкой рукой Оло выбил зуб Гонзо, чем и восстановил паритет в отношениях двух пацанов. Да и зуб был, что называется, молочный, то есть временный. Что его жалеть-то?

Так родилась настоящая мужская дружба Гонзо и Оло. А как же иначе? У друзей всего должно быть поровну, даже зубов во рту.

Имя Гонзо

Существует несколько версий, откуда у простого русского парня по фамилии Громов, взялось такое необычное имя – Гонзо. С такой фамилией впору становиться горняком, или отважным гаишником, ну, на худой конец, губернатором. Но эти биографии обязательно бы споткнулись об имя Гонзо, и оно окончательно сломало бы судьбу героя нашего неспокойного времени.

Одна из версий гласит, что это сокращенное имя от полного Гонзалес. (Просьба не путать с Родригес. Все Родригесы – бандиты и мафиозы и их обычно убивают в середине фильма).

Хотя эта версия неправильная. Ну, не мог же отец Гонзо – простой русский мужик Иван Громов, назвать своего сына дурацким именем. Гонзо очень не любил эту версию, и он даже не мог так подумать о своем отце, потому что очень его любил. Хотя Иван Громов сильно пил, но сын его за это любил еще больше.

Мама Гонзо, тоже вне всяких подозрений. Она всю свою жизнь проработала нянечкой в дурдоме на улице имени соратника отца народов Валериана Куйбышева. В подведомственной ей палате отродясь не было ни одного испанца или там японца. Барак Обама был, но только белый. Да и никто из персонажей дурдома, а там, по давней традиции собирается самое изысканное общество, на нее никогда не производил большего впечатления, чем ее муж, которого она, как и Гонзо, тоже очень любила.

Некоторые умники, бывало, выуживали в интернете разные версии имени Гонзо. Большой знаток итальянского языка некая дамочка Википедия, утверждала, что гонзо – это дурак или глупец. Но пусть эта версия останется на совести этой самой Википедии. С ее-то именем тоже, наверное, несладко в жизни приходится.

Что же касается самого Гонзо, то его совершенно не беспокоило его необычное имя. Он даже им гордился, потому что знал, что с таким звонким именем в жизни его ждут слава, почет и легендарная биография, которая и отражается в Хрониках Гонзо.

Гонзо и Лада-Калина

Однажды друг Оло дал Гонзо Ладу-Калина покататься. Друзья должны помогать друг другу, вот Оло и не пожалел новой машины для друга.

Гонзо быстро научился ездить. Он, как всякий человек, который что-то не умеет делать, делает это самоотверженно. Вот если человек, скажем, не умеет петь, то он поет очень громко. Потому что когда громко поешь, то уже никому не слышно, попадаешь ли ты в ноты и вообще, есть ли у тебя музыкальный слух и голос. Или вот другой пример. Когда человек не знает иностранного языка, тогда он общается со всякой нерусью криком, потому что уверен – так чучмеку будет понятнее его русская речь.

Так и Гонзо. За руль он сел впервые, поэтому старался ездить как можно быстрее, выжимая все что возможно из бедной Лады-Калины. Так он гонял по городу, пока не наступила ночь. Оло показал другу, где включаются фары и Гонзо продолжил свой выезд.

Здесь надо заметить, что, когда на заводе собирали эту самую Калину, то сборщик Самуил Громов. (Надо же такая ирония судьбы, ведь Гонзо тоже носил фамилию Громов. Быть может, они даже были родственниками.) Так вот этот Самуил маялся бодуном и на этой самой Калине на две крутки что-то там не докрутил, а про две вёртки вообще забыл. Ну, что, вы никогда не болели бодуном? Болели, поэтому понять человека сможете.

И вот надо же, как раз, именно, когда Гонзо гонял на Ладе-Калине по ночному городу, эти самые крутки с вёрками раскрутились и развинтились. От такого неожиданного поворота событий у машины отлетела выхлопная труба. Однако Гонзо не заметил потери, потому что в салоне громко работало радио Шансон, и там Вилли Токарев аккурат пел про небоскребы и «а я маленький такой».

В это же время генерал-лейтенант внутренней службы Сергей с крепкой фамилией Парамонов вышел на балкон покурить. А жил генерал на самой, что ни на есть центральной улице города. А тут на тебе – какой-то мудак без глушака гоняет и всем мешает отдыхать после трудового дня.

Зычным командным голосом, так чтобы было слышно даже на рабочих окраинах и в спальном районе, генерал-лейтенант провозгласил много нелицеприятных слов про драйвера и особенно, про Калину. Ей, Ладе-Калине, досталось больше всего. «Ведро с болтами, ёб твою мать» – стало самым ласковым выражением чувств главного полицейского. Гонзо ничего этого не слышал. Он слушал радио Шансон и Стаса Михайлова про «ты, только, ты».

Когда же слова у генерала кончились и он, наконец-то, с чувством выполненного долга закурил, то его жена Наталья Павловна тоже вышла на балкон и твердым голосом, такой бывает только у генеральш, сказала: «Сережа, ты совсем охренел! Ты что не видел, что Лада-Калина была желтого цвета?»

На следующий день генерал-лейтенант внутренней службы Сергей с крепкой фамилией Парамонов застрелился из табельного оружия в своем рабочем кабинете.

Вот что значит офицерская честь полицейского генерала.

Гонзо и сексуальная ориентация

Однажды Гонзо был в Таиланде в городе Патайя. Когда он осмотрел парк орхидей, покормил курями крокодилов, покатался на горбу у слона, накупался в Сиамском заливе, обожрался жаренными опарышами, лягушками и кузнечиками, то решил посетить всемирно известное гнездо разврата и свободных нравов улицу Walking street в Патайе.

На Walking street не было ничего интересного – праздная публика шкерилась по кафе – немцы гоготали, пиндосы чувствовали себя хозяевами мира, русские уничтожали запасы алкоголя. К соотечественникам и присоединился Гонзо. Дурная алкогольная наследственность папы-алканавта сказалась довольно быстро, и Гонзо не заметил, как на город упала липкая тропическая ночь.

Когда Walking street заблистала огнями, то Гонзо обнаружил у себя подмышкой милую тайскую девушку. Она преданно смотрела в его северные голубые глаза и что-то чирикала на своем птичьем языке приправленном английскими идиомами. Гонзо буквально утонул в ее черных, как тайская ночь, очах.

Когда степень погружения в эти раскосые глаза напротив, достигла критической глубины, Гонзо перешел от половых маневров к стремительному штурму. Имея в запасе только 15 американских денег, и взбунтовавшееся либидо, он мог рассчитывать лишь на неотразимость последнего и полез под юбку индокитайской прелестницы.

– Вы, что здесь все – пидорасы, что ли?! – Только и успел выкрикнуть на всю Walking street ошарашенный подъюбочным открытием Гонзо.

Когда кого-либо называют пидорасом – это обидно. А Гонзо даже и не догадывался, что в Таиланде пидорасов величают не иначе, как леди-бой, то есть леди-мальчик. Опять же тайские леди-бои уже давно общаются с нашими соотечественниками, поэтому смогли оценить не только удивление Гонзо, но и крайнюю степень обидности слова «пидорас».

Тайские пидорасы с Walking street с использованием приемов местного бокса сутки напролет метелили Гонзо, так им стало обидно за их поруганную честь. На излете сил, Гонзо сообщил, что через два часа он должен быть в аэропорту города Бангкок, где его ждет самолет, чтобы вернуть скитальца на Родину.

Тайские леди-бои с Walking street на такси доставили Гонзо к стойке регистрации рейсов и даже, в качестве моральной компенсации за побои, подарили ему бутылку тайского рома и портрет короля Рамы IX. Очень тайцы любят своего монарха. Одним словом, расстались они друзьями, кое-кто даже скупо всплакнул в момент расставания.

Гонза тогда понял, что даже у леди-боев, трансвеститов и просто пидорасов в душе всегда остается что-то мужское. Пусть это будет даже банальная мужская солидарность и взаимовыручка.

Гонзо и митьки

Как-то пришел Гонзо к митькам и сказал, что собирается у них поселиться. Просто не оказалось в Питере у нашего героя ни одного питерского персонажа с настоящей пропиской, у которого можно было бы на халяву пожить месяц-другой.

Митька ответили: «Дык, ёлы-палы, живи. Как говорится: мы гостям хорошим рады, смело в дом входите. Вытирайте ноги – гады, чистоту блюдите». Так Гонзо прижился у питерских художников.

Жили они дружно и весело. Гонзо рассказывал боевым единицам изобразительного субкультурного искусства о своей жизни и встречах с замечательными людьми. Многие его рассказы потом даже были отражены на митьковских полотнах. Дмитрий Шагин уже начал подумывать, а не подарить ли этому замечательному парню свою старую тельняшку, так сильно ему понравился малец – Гонзо.

Но давно известно, если все вот так замечательно складывается, значит, скоро случится какая-нибудь подляна. Так оно и вышло.

Как-то познакомился Гонзо с одной дамочкой. Знакомство произошло на Большой Пушкарской улице. Все знают питерских дамочек. Они очень любят заводить знакомства со случайными прохожими, потому что в большинстве своем все они приехали из Тамбова или там какой-нибудь Казани и, поэтому, никогда не теряют надежду связать свою жизнь с коренным питербуржцем, потому что это не только почетно.

Вот нахрена нормальной бабе, какой-то там почет? Главное – вдруг этот новый ухоед окажется не только внуком бабки-блокадницы, но еще и недобитым большевиками потомком аристократической питерской фамилии. А это уже совсем другой коленкор. Это уже ворота в аристократы. Так что есть смысл в этих случайных знакомствах.

У Гонзо в кармане было немного русских денег. То есть очень немного, на них даже не пригласишь подружку не то что в пивбар «Пушкарь», а даже в рюмочную на углу Мира и Кировского. Поэтому наш герой принял решение привезти девушку в мастерскую одного из митьков. И так как он рассчитывал завоевать не только сердце дамочки, но и проникнуть в прочие потаенные уголки ее тела, то, естественно распахнул перед ней чужой холодильник.

– Угощайся, – широкожестно сказал Гонзо. В холодильнике стояла недопитая бутылка портвейна «Три семерки» и целая буханка зельца.

– А ты не будешь? – Утвердительно спросила прелестница.

– Я уже ел, – галантно соврал Гонзо, намереваясь показать свою прыть позже, когда дело дойдет до любви, потому что уже знал народную мудрость – на голодный желудок мужики любят, не то чтобы жестче, а как-то самоотверженее.

Когда вернулись митьки, то первое, что они спросили, было: «Кто сожрал весь зельц?» Гонзо на это лишь загадочно улыбнулся, вспоминая свои половые подвиги. Он тогда еще не знал, что значит зельц для тонкой конституции правильного митька.

Не смогли эти добрые ребята – митьки, простить своему новому знакомому бессердечное уничтожение недельного запаса зельца в холодильнике. Так Гонзо был изгнан из сообщества питерских художников.

Этот случай показал ему, что за все в этом мире приходится платить. А за случайный секс – убытку вообще в два раза больше.

Поэтому, если уж знакомишься с девушками, то делай это на выходе из столовой, хоть какая-то гарантия, что она уже поела и у тебя нет опасности оказаться выброшенным на улицу, после того как она сожрет чужой хавчик. И вообще ищи порядочных женщин хотя бы не на Большой Пушкарской улице, чтобы потом не лечиться от триппера.

Не зря Гонзо побывал в Питере. Теперь он стал чуточку мудрее.

Гонзо и гендерные загадки

Когда Гонзо был женщиной… не стоит удивляться, ведь Гонзо был очень удивительным человеком. Поэтому порой он совершенно без всяких видимых и невидимых причин мог вдруг стать женщиной. Не потому что сменил пол при помощи современной хирургии или потому что ему стало неуютно в его мужском естестве. Эта метаморфоза происходила просто так. Раз и превращался в настоящую женщину со всеми ежемесячно вытекающими последствиями, анатомическими выпуклостями третьего размера и прочими интимными впадинами. Вот таким удивительным человеком был Гонзо.

Так вот, когда Гонзо был женщиной, то однажды подумал: какой все же урод и утырок Оло. Вечно припрётся, пива обдубасится, потом пердит, рыгает и козюльки на диван мажет. Странно, что когда я мужчина, то он мой лучший друг. Надо об этом хорошенько подумать, когда снова стану мужчиной.

Когда же Гонзо снова стал мужчиной, то они сидели с Оло и дули пиво. Вдруг Оло, как обычно громко рыгнул и тут же заметил: «Хорошо, что верхом пошло! Кстати, а ты знаешь, что ик – это заблудившийся пук!» И Оло громко и надолго разразился смехом, радуясь своей шутке-остроте. В этот момент Гонзо вспомнил про свои мысли об Оло, ну, те самые, которые ему приходили, когда он был женщиной.

Подумал он, подумал и решил – какие все-таки бабы – дуры. Вот Оло, совсем другое дело, классный остроумный и находчивый парень. Хорошо, что он мой лучший друг.

Трагическая любовь

Как-то Гонзо, превратившись в очередной раз в мужчину, полюбил одну девушку. Хорошая девушка. Без причины не зудела, могла не только разговор о козлах-гаишниках поддержать, но и пиво любила, и хоккей. Повезло, одним словом Гонзо.

Он за ней ухаживал долго. Ну, там, в кино водил за свой счет, попкорн ведрами покупал, не жопился и на другие девчачьи хотелки. Мог, к примеру, полдня ходить с ней по женским магазинам и оценивать «обалденность» нарядов, которые она примеряла. Любил короче он ее. Любил беззаветно, как Родину-мать. Конфетно-буфетный период у них затянулся на целый месяц. Но Гонзо даже и не намекал ей про проверку их сексуальной совместимости.

Однако, как не крути, а от постели никуда не спрячешься. Однажды они выпили пива, потом Гонзо купил шоколадку «Альпенгольд» с бутылкой шампанского и пригласил подругу в свое холостяцкое логово, предварительно помыв там пол, проветрив помещение и спрятав всю грязную одежду под ванну.

Вечер удался. И как-то оно само собой получилось, что оказались они в одной постели, причем совершенно голые. Толи вино подействовало, толи девушка расчувствовалась до неотвратимости соития, но очнулся Гонзо, только тогда, когда уже в гнезде из скомканных простыней, пыхтел на стонущей от вожделения прелестнице.

Когда взгляд девушки окончательно затуманился, она шепнула: «Я сейчас кончу», произошло страшное…

Быть может, подействовала недавняя реинкарнация Гонзо из женщины в мужчину, или просто он захотел немного нивелировать ситуацию, когда он поставил девушку в такое зависимое от его фрикций положение. Но, только он услышал это томное «ящаскончу», то среагировал мгновенно, не разбираясь в истоках этого импульса, и прямо в ухо девушке дурниной проорал: «Только не в меня!»

Остаток ночи Гонзо провел в одиночестве и неудовлетворенный. А история эта превратилась в анекдот и пошла, гулять по интернету.

Тогда Гонзо понял, что с любовью не шутят. Особенно в постели.

Гонзо и поэт

Однажды Гонзо подсел в уличном кафе к одному еврею. Это был настоящий породистый еврей, с огромным носом, сутулый, маленький и худенький, со слегка оттопыренной мясистой нижней губой.

– Надо же, как Вы похожи на Сережу Довлатова, – сказал сосед по столику. – Если бы он не умер, то я бы подумал, что Вы это он…

–?

– Был такой великолепный писатель, Сергей Довлатов, мой друг, – продолжил собеседник. – Он умер в Америке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.