# Отпетые любовники

Владимир Григорьевич Колычев

Из потайного домашнего сейфа бизнесмена Макара Сиднева пропадает ни много ни мало шестьсот тысяч евро. Майор уголовного розыска Максим Одинцов осматривает место преступления и приходит к выводу, что сейф был вскрыт кем-то из ближайшего окружения Сиднева, так как следов взлома нет. Первой под подозрение попадает жена бизнесмена – разбитная красотка Эмма, которая не прочь выпить и погулять на стороне, пока муж ворочает миллионами. Одинцов начинает раскручивать версию с Эммой, но в процессе расследования случайно выходит на банду, которая буквально на днях «разбогатела» как раз на шестьсот тысяч европейских рублей. Майор объявляет охоту на братков, но те вдруг начинают один за другим погибать…

© Колычев В., 2015

© ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

## Часть первая

Глава 1

Овал – классическая форма лица. К ней подходят практически все виды женских причесок: симметричные и нет, с челкой и без, высокие и низкие, с любым типом пробора или вообще без него. Правда, не рекомендуется носить распущенные волосы, а раз так, то Инге придется забыть о таком удовольствии.

Впрочем, ей вполне нравилась прическа, любезно навязанная тетушкой – по своему подобию. Классическое каре с челкой на волосы средней длины. Локоны у Инги густые, гладкие, с насыщенным здоровым блеском, и ей очень идет такая прическа. Особенно если ее делает тетушка, большой мастер по этой части. И пропорции она четко соблюдает, и окантовка у нее идеально ровная.

– Нет, посмотри, какая кожа! – глядя на Ингу, весело сказала тетя Кира. – Косметика только портит!.. Ну, чего сидишь? К Эльвире давай!

Она и сама для своих тридцати четырех лет выглядела очень хорошо. И кожа у нее нежная, без единой морщинки, и волосы такие же густые, как у Инги. Есть возможность следить за собой – у нее в подчинении дамские мастера, косметологи. «Элегант» – большой салон, по-настоящему элитный.

Рабочий день для Инги начался с укладки волос и коррекции бровей. Тетя Кира называла ее иконой стиля в масштабах отдельно взятого предприятия, а конкретно – салона красоты. Инга работала здесь администратором и должна была выглядеть как ходячая, вернее, сидячая реклама заведения. Прическу ей подправили, сейчас Эльвира наведет макияж, и можно будет возвращаться за стойку.

Кожа у Инги действительно нежная и чистая, форма и пропорции лица правильные. Поэтому мудрить с ней не надо, вполне хватит простого повседневного макияжа. Губы корректировать нет смысла. Они у нее в меру полные, верхняя – в форме натянутого лука.

Одеваться Инге тоже приходилось так, чтобы впечатлять клиентов. Вроде бы и стандартный у нее наряд – белый верх, черный низ, но рубашка стильная, приталенная, с двойным воротом. Легкий шелковый платок с цветочным принтом повязан в виде галстука.

Ей-то все равно, как она выглядит, пока Илья из армии не вернулся. Но тетушка настаивает, Инга должна ей подчиняться. Тетя Кира не просто женский мастер в салоне, она здесь еще и директор.

Девушка навела красоту, вернулась к стойке администратора, глянула на часы. Без пятнадцати девять, еще оставалось немного времени до открытия, но к дверям уже подходил какой-то парень с жесткими курчавыми темно-русыми волосами. Среднего роста, плотного спортивного сложения. Глаза маленькие, глубокие, сходящиеся к узкой переносице. Черты лица грубоватые, но не отталкивающие. Некрасивый, но было в нем что-то притягательное.

Впрочем, Инге все равно, какой он, симпатичный или не очень. Ее внимание привлекли его волосы. Жесткие, курчавые, справиться с такими не просто, но кому-то придется работать.

Пятнадцать минут до открытия, но клиента держать за дверью нельзя. Инга растянула губы в милой дежурной улыбке, подошла к двери. Надо было бы качнуть бедрами, но у Инги это не получилось. С улыбкой она справлялась легко, но соблазнительная походка ей не давалась. Качать бедрами она, в принципе, умела, но не хотела.

Она открыла дверь, отошла в сторонку, пропуская клиента. В холле салона стояли кожаный диван и кресла. Ждать мастера нужно в комфортной обстановке.

– Здравствуйте! Вам назначено? – спросила Инга.

Парень собрался ответить на ее вопрос, но не смог произнести ни слова. Как будто у него спазм челюстных мышц случился. Он завороженно смотрел на нее.

– Как вас зовут? – Она знала имена всех клиентов, которые были записаны на девять утра.

– Игорь, – выдавил он.

– Вы не записаны?

Сейчас ее улыбка могла показаться неискренней. Инге не нравилось, как парень смотрел на нее, но нельзя было выдавать свое раздражение. Обязанность у нее такая, быть милой с клиентом, даже если он не записан.

– Нет. Может, у вас есть свободное окошко?

– Сегодня суббота, все расписано заранее. – Инга изобразила сожаление.

– Ну, может, кто-то откажется? – Игорь взял себя в руки, уже не смотрел на нее с благоговением.

Голос у него густой, глубокий. Черты лица приятные, хотя и некрасивые.

Одет он был непритязательно – обычные джинсы, такая же жилетка, футболка. Ему больше подошел бы костюм, не обязательно строгий, но в классической комбинации – пиджак, брюки. Во всяком случае, так подумала Инга.

Впрочем, ей все равно, как одет клиент, лишь бы на бомжа не был похож, не смущал своим видом посетителей. Она даже не думала рассматривать его на предмет личных симпатий. У нее Илья есть, и она его очень-очень любит.

Он уже демобилизовался, вот-вот домой должен вернуться. Еще в мае уволился, а уже июнь. Звонил недавно, сказал, что у армейского друга загостился. Тот живет в Новороссийске. Море там!..

– Оставьте свой телефон, я вам позвоню, – сказала она.

– Я могу и подождать, – Игорь кивком показал на диван, стоявший в глубине холла.

– Долго ждать придется.

– Ничего, я не спешу.

Инга пожала плечами и вернулась за стойку. Дверь она закрывать не стала. Все, рабочий день начался.

Игорь сел в кресло, взял журнал и украдкой глянул на Ингу. Понравилась она ему, но это ее не удивляло. Может, она и не красавица, но мужчины на нее заглядываются. И просто прохожие, и клиенты. Она привыкла к таким взглядам и уже научилась не обращать на них внимания.

Ждать Игорю пришлось долго. Часа через три позвонил клиент, сказал, что не может подъехать в назначенное время. Парень обслужился, расплатился, влюбленно глянул на Ингу и ушел, чтобы вскоре забыть о ней.

С ним-то понятно, Инга ему никто. Все три часа поглядывал на нее, но даже не попытался познакомиться. Ушел под впечатлением от нее, но в никуда.

А с Ильей они вместе уже четыре года. Их роман начался еще в одиннадцатом классе и продолжался до сих пор. Они очень любили друг друга.

Только вот непонятно, почему он до сих пор не возвращается? Может, нашел себе кого-то в Новороссийске?..

По будням салон закрывался в восемь вечера, но сегодня суббота, и рабочий день короткий, всего до шести. Инга уходила последней. Она поставила салон на сигнализацию, закрыла за собой дверь, опустила рольставни. Все, можно домой. Ночные клубы и дискотеки ее не интересовали, в кино ходить не с кем. Вот с Ильей она погуляла бы…

– Инга, вас подвезти?

Она вздрогнула, услышав знакомый голос, и недовольно глянула на Игоря. Он и без того был смущен, а под ее взглядом и вовсе сконфузился.

– Нет, не надо, тут недалеко.

До дома полкилометра, не больше. Инга с удовольствием проходила это расстояние пешком и даже тетушке не позволяла подвозить себя. Работа у нее сидячая. Если есть возможность размять мышцы, то глупо ее упускать. Тем более что погода отличная – тепло, безветренно, небо чистое. Путь проходил через центр города, по парковой алее, где так ароматно пахло сиренью и ожиданием скорого счастья.

– Я вас провожу? – подрагивающим от волнения голосом спросил Игорь.

– Не надо, я сама.

– А если вдруг пристанут?.. – Он проводил взглядом двух излишне веселых парней, которые прошли навстречу.

Один из них глянул на Ингу с каверзным интересом. Высокий парень, сильный, а она такая худенькая и слабенькая. Ей действительно нужна была защита. Но Бочаров – город, в общем-то, спокойный, тем более центр, светлое время суток. Патрули курсируют. Нет, ей не страшно.

– Уже пристали!.. – Она усмехнулась.

– Кто? Я?!

– Сам спросил, сам ответил.

– Я так понял… – Игорь продолжал идти рядом с ней.

– Нет, ты непонятливый.

– Я хочу с вами познакомиться.

– Не надо.

– Почему?

– Парень у меня есть.

– Тогда почему он вас не провожает?

– Вернется из армии, будет провожать. Шел бы ты домой, – тихо сказала Инга.

Она не хотела обижать парня, но, увы, его нужно было прогнать. Пусть не тешит себя иллюзиями.

– Да, я понимаю.

– Не понимаешь. – Она покачала головой.

– Понимаю. Только ноги не поворачивают. Иду за тобой, как нитка за иголкой. И ничего не могу с собой поделать. Боюсь, что я влюбился. У меня есть шанс?

– Ни одного!

– Тогда я ухожу, – сказал Игорь.

Он действительно помахал ей рукой и ушел, но только после того, как она скрылась в подъезде своего дома. Не повезло ему. Вакантное место рядом с Ингой было занято.

О том, что Игорь не особо хорош на лицо, она даже не думала. Настоящий мужчина и не должен быть красивым. В этом парне было что-то притягательное, но шансов у него действительно не имелось. И хорошо, если она его больше не увидит.


Пышный букет роз, а за ним улыбка до ушей и тельняшка с голубой полосой на всю ширину души.

– Инга, любимая!

Илья должен был вручить ей букет, но цветы вдруг отлетели в сторону. Он распахнул объятия, а она повисла у него на шее. Цветы действительно мешали обниматься, поэтому в сторону их!..

– Илья! – восторженно протянула она, отрывая ноги от земли.

Он парень высокий, крепкий, легко удержит ее на весу. Сильный, боевой и еще красивый. Во всяком случае, Игорь ему не чета.

Инга очень-очень его любила. Только не понимала, почему от восторга не сжималось сердце и душа не рвалась к небу от сильных чувств. Даже голова не кружилась.

Она поставила ноги на землю, отстранилась от Ильи. Пусть он поцелует ее в губы, пусть она ощутит счастье долгожданной встречи.

Он поцеловал ее крепко-крепко. Приятное ощущение. Но не более того. Странно, должны мурашки под кожей бежать, но нет страстного, захватывающего волнения. Разгоряченная кровь не тяжелит тело, не щекочет его изнутри.

Инга отстранилась от Ильи, удивленно посмотрела на него. Все-те же черты лица, тот же градус мужского обаяния. И еще эта военная форма, героический вид…

– Что-то случилось? – спросил он, с подозрением глянув на нее.

– Нет.

– А почему ты на меня так смотришь?

– Как?..

Она и сама поняла причину его смущения. Инга смотрела на него не влюбленно, с удивлением, обращенным к самой себе. Она так любила Илью, с таким нетерпением ждала его, и вдруг все исчезло. Как будто лампочка перегорела. Слишком ярко светилась в ней нить накаливания, поэтому и не выдержала.

– Не так. Что-то случилось?

Инга кивнула. Да, с ней действительно что-то случилось. Она разлюбила Илью. Нет, он хороший, красивый, но прежних чувств к нему нет. Как будто Инга все это время любила не его, а разлуку с ним. Холила свои чувства, лелеяла, раздувала их до вселенской величины, но разлука закончилась, и они вдруг померкли. Как будто и не было ничего.

– Ты где был? – спросила она.

Еще сегодня утром она переживала за Илью, ревновала его к морю, к пляжным девушкам, а сейчас ей вдруг стало все равно. Было у него там что-то, ну и ладно.

– Так я у Лешки был. У него там дом рядом с морем…

– Только дом? Только море?

– А что еще? Девчонки? Ты думаешь, я там без тебя?.. – Илья удивленно выпучил глаза.

Инга заметила в них фальшь. Возмущение парня выглядело наигранным. И море у него было, и девочки.

– Я тебя ждала.

– Так я хотел!.. Лешка у меня военник забрал! Черта с два, говорит, отпущу, пока… – Илья запнулся.

– Что «пока»?

– Да мы с Лешкой целый год неразлейвода!..

– Вот и оставался бы с ним!

– Инга, ты что, ревнуешь? – Он спросил об этом как о чем-то невероятном. Как будто Инга не могла его ревновать. Как будто он безгрешный ангел какой-то. А почему глазки у этого ангела такие блудные?

– Нет, ты ревнуешь! – Он засмеялся и зачем-то ткнул в нее пальцем.

– Не дождешься.

Инга не должна была поворачиваться к нему спиной, но сделала это. И рукой на него махнула – как в прямом, так и в переносном смысле.

– Эй, ты куда? – возмущенно протянул Илья и грубо схватил ее за руку.

– Пусти! – Она дернулась, пытаясь высвободиться, но Илья еще крепче вцепился в ее предплечье.

– Эй, что с тобой? Что за дела?

– Пусти! Мне больно!

Пять минут назад она чуть в обморок от восторга не упала, когда увидела Илью, выскочила из салона красоты, бросилась к нему, чуть со ступенек не упала. И вдруг весь восторг куда-то улетучился. Сейчас она хотела только одного – чтобы Илья убрался.

– Да я отпущу! Только сначала ты мне объясни, что за дела? У тебя кто-то есть?

Инга кривилась от боли, но Илья этого как будто не замечал. Бешеные глаза, невменяемое выражение лица, злость в голосе.

– Мне больно!

Этот крик должен был привести его в чувство, но нет, он и не думал отпускать Ингу.

– Ты что делаешь? – Кто-то вдруг схватил Илью за плечо, рванул на себя.

Это был Игорь. Два дня он ходил за Ингой по пятам, потом вдруг пропал, и сейчас вот снова объявился. Она даже обрадовалась, увидев его.

– Не понял!.. – Илья отпустил Ингу, резко развернулся к Игорю.

– Спокойно, парень, не бузи! – Игорь смотрел на него без страха, но и агрессии в нем не было.

Казалось, он хотел только одного, чтобы Илья успокоился. Но тот не унимался.

– Ты кто такой? – взревел он.

– Ингу не трогай, больно ей.

– А ты знаешь, когда ей больно, а когда нет? – Илья ударил быстро, по прямой, без замаха.

Он метил в лицо, но рука распрямилась в пустоте. Игорь уклонился в сторону, подался назад, поймал эту руку. Последовал хитрый, внешне неторопливый прием, и его противник вдруг оказался на земле, высоко вскинул ноги.

Игорь спокойно отошел назад. Илья в бешенстве вскочил, снова атаковал, но и в этот раз оказался в той же позиции. Игорь не бил Илью, не выкручивал ему руки, он просто ронял его на землю, используя силу удара.

Илья в очередной раз поднялся, размахнулся и снова оказался на земле. На этот раз Игорь не позволил ему подняться, взял его руку на излом.

– Слушай, парень, ты охотник или как? – насмешливо спросил он.

Инга тоже засмеялась, но в кулачок, чтобы не обидеть Илью. Все-таки он заметил этот смешок и с ненавистью глянул на нее.

Глава 2

Ирония судьбы, не иначе. Кто бы мог подумать, что Эмма уехала из Бочарова в Москву для того, чтобы через три года сюда вернуться. Впрочем, жаловаться ей грех. Приехала она женой богатого человека, и не к родителям, а в свой дом в элитном поселке. Только полезной площади триста квадратов, пруд с водопадом, горничная, приходящий садовник, все дела. Красный «мерс», прикид из лучших домов Италии и Франции. Даже шуба, и та брендовая. А ведь когда-то она ходила в дешевых китайских подделках, в зашитых колготках и убогих тяжеловесных сапогах. Вот по этим улицам и шагала!..

Эмма сидела в ресторане и через витринное стекло смотрела на прохожих. Когда-то и она сама была такой же серостью, зато сейчас у нее все о’кей и сбоку бантик. Только вот скучно что-то. Макар уехал на симпозиум, а женщина теперь должна два дня торчать дома.

Подружек своих московских, что ли, позвать? А если они вопросы начнут задавать? Мол, что за дела, Эмма, почему ты не на Рублевке прописалась, а в каком-то Бочарове? Попробуй им объясни, что Бочаров – это тоже круто. До Москвы рукой подать, и места здесь престижные. Одна Семьяновка чего стоит. Там старые деревенские дома выведены под корень, сплошь элитные особняки для избранных.

Конечно, Рублевка – это круче, но и здесь неплохо. Бочаров – красивый городок, благоустроенный, дороги отличные, стояночные карманы на каждом шагу. Ресторан цивильный, кормят вкусно. Но как же тут скучно!

А в Москву нельзя! Макар запрещает. Дома, сказал, сидеть надо. Эмма к родителям на часок съездила, и назад. По пути в ресторан заглянула. Бокал коньяка заказала к ужину. Повторила пару раз. Все, пора закруглятся. Велел муж дома сидеть, значит, так и надо делать.

А может, ну его в пень со своими запретами? Почему бы не заглянуть в «Первый Рим». В свою прежнюю отстойную бытность Эмма заглядывала туда. Однажды она наглоталась там какого-то дерьма и проснулась рядом с каким-то хачем. Но все равно было прикольно. Может, сходить туда?

Она курила и рассеянно смотрела в окно, как будто надеялась разглядеть там ответ, но увидела свою школьную подружку. Инга шла в компании с каким-то непонятным парнем. Она в офисном костюме, он в стремной джинсовой жилетке, в каких гастарбайтеры метут улицы. Мало того, что прикид у него убогий, он и сам не фонтан. Не красавец, мягко говоря.

На его фоне Инга смотрелась как королева. И прическа у нее супер, и макияж в тему, и даже прикид ничего себе, хотя реальными брендами там и не пахнет. Видно, в офисе где-то работает, может, секретаршей у какого-нибудь мелкотравчатого босса. Уж она-то точно не в состоянии похвастаться особыми успехами.

А ведь когда-то Эмма сама смотрелась на фоне этой девчонки серой мышкой. Красота у Инги не вызывающая, мягкая, нежная, спокойная. Эмма рядом с ней казалась гадким утенком. Зато сейчас она превратилась в прекрасного лебедя, а Инга осталась той же милой, нежной, но уточкой.

Эмма сорвалась с места, выскочила из ресторана, цокая тонкими каблуками. Инга скользнула по ней безучастным взглядом. Не узнала. Но Эмма на это и рассчитывала. Сейчас она уже не та, что прежде. Похудела здорово, грудь подправила, губки слегка подкачала, наводила красоту в лучших московских салонах.

– Эй, красотка! Ты что, зазналась? – с высоты своего положения спросила Эмма.

Стильная, ухоженная от и до, утонченная. Роскошные длинные волосы цвета воронова крыла, короткое черное платье и летние сапожки от-кутюр.

Инга должна была затаить дыхание, глядя на нее, но она всего лишь мило улыбнулась и спросила:

– Эмма?!

– Не узнаешь?

– Узнаю. С трудом.

– А я тут со скуки маюсь, – весело сказала Эмма, кивком показав на окно, за которым втихую накачивалась коньяком. – Не составишь компанию? – спросила она и тут же пожалела об этом.

Ведь за стол придется сажать не только Ингу, но и ее парня. Если тот, конечно, не догадается исчезнуть. А он явно не относится к числу платежеспособных экземпляров. Но это была лишь легкая досада. Будь Эмма трезвой, страшная жаба села бы ей на грудь.

– Не знаю… – Инга озадаченно глянула на парня.

Тот кивнул, соглашаясь. Ну да, на халяву и уксус сладкий, а Эмма пила дорогой коньяк. В самом простом варианте «Людовик Тринадцатый» стоил штуку баксов, и это в магазине. А ресторан утраивал цену. Она сама не особо разгонялась, а если Инга с парнем в три горла начнут пить, то!.. Нет, сегодня денег хватит, но завтра утром жаба придет, за горло схватит.

– Слушай, а может, ко мне? Я тут недалеко живу! – Эмма вспомнила, что у нее дома есть несколько бутылок «Людовика», две в хрустальной таре, а остальные – в стеклянной.

Можно взять пару флаконов попроще. Или перейти на «Хеннесси», который будет подешевле. Есть и еще более простой вариант, армянский. Да, действительно, можно перенести праздник души в дом! Даже нужно! Макар велел дома сидеть!..

Заодно подружка посмотрит, как живут белые люди!

– Не знаю, – снова замялась Инга.

В этот раз на своего парня она и не глянула.

– Слышь, подруга, мы уже сто лет не виделись!

– Ну, если Игорь поедет со мной…

– И поедет! – Эмма через силу улыбнулась парню.

Макар не разрешал ей водить чужих мужиков в дом, но, в принципе, это парень Инги, так что ничего страшного. К тому же он такой стремный, что с ним на один гектар лечь впадлу.

Эмма заскочила в ресторан, расплатилась за ужин и вернулась к Инге. Она провела пальцами по правой передней дверце машины, приглашая Ингу занять это место. Но та устроилась сзади, рядом со своим парнем.

Это Эмме не понравилось, и она вдруг вспомнила про Илью Давыдова, с которым Инга дружила в школе. Да и она сама когда-то сохла по нему. В десятом классе, кажется, это было, потом как-то само собой перегорело.

– А как у тебя с Давыдовым дела? – спросила она, чтобы уколоть Игорька.

Машина плавно тронулась с места и покатила в сторону Семьяновки. Эмма была под градусом, но это ее ничуть не смущало.

– Никак.

– А раньше такая любовь была!

– Что было, то прошло.

– Жаль. Илья такой красавчик! Жаль, что я замужем, а то!..

– А ты замужем?

– Не век же в девках сидеть. А у тебя как?

– Пока никак.

– У нас все впереди, – подал голос Игорек.

– А тебе сколько лет? – спросила у него Эмма.

– Двадцать семь.

– На семь лет старше Инги. В принципе, неплохо.

Плевать ей, сколько лет парню. Она хотела обратить его внимание на возраст Инги. Двадцать лет ей, а она все еще в девках. Если вдруг и выйдет замуж, то за неудачника.

– Очень хорошо, – сказал Игорек.

– Инга у нас девушка красивая. Такому бриллианту нужна золотая оправа. – Эмма усмехнулась.

– Разберемся.

– Ну-ну…

Она не стала накалять обстановку. Игорек и сам понял, что не пара он Инге. А если она сама этого не уразумела, то это ее проблемы.

Макар купил дом в охраняемой зоне, но Эмме не пришлось показывать пропуск. Охрана знала ее машину. А ворота во двор открылись автоматически.

Инга чуть не ахнула, когда увидела, в какую красоту она попала. Роскошный дом, продвинутый ландшафтный дизайн по полной программе. Эмма сама охренела, когда Макар ее сюда привел. Но она знала, что теперь это все принадлежало ей, поэтому задыхалась тогда от восторга, а не от зависти.

И в доме все на высшем уровне. Мраморные арки, хрустальная люстра, лепнина с позолотой, лестница из красного дерева!..

Инга не скрывала своего восторга, зато Игорек изображал равнодушие. Зря он так.

Эмма провела гостей в каминный зал, усадила их за стойку бара, велела горничной подать закуску, выставила бутылку «Хеннесси». Это для затравки, а там и армянский коньяк пойдет.

– Всего-то полштуки баксов, – небрежно пояснила она.

– Можно чего и попроще, – заявил Игорек и пожал плечами.

– Можно, но не у меня. А ты, значит, подруга, замуж собралась?

– Кто сказал? – удивилась Инга.

Эмма усмехнулась. Похоже, подруга увидела, как надо жить. Ей уже не хотелось выходить замуж за жалкое ничтожество.

– Да ладно тебе. У меня Макар тоже не идеал. Но мужик и должен быть чуть-чуть красивей обезьяны, если у него деньги есть. У Макара их немало.

– Хочешь сказать, что деньги делают из обезьяны человека? – с никчемной иронией осведомился Игорек.

– Суровая правда жизни. – Эмма уничижительно глянула на него.

– Возможно. Но иногда и с деньгами человек остается… – Он осекся, не решаясь продолжать.

Впрочем, Эмма и без того догадалась, что ее сравнили с обезьяной или даже со скотиной.

– А ты чем занимаешься, Игорек? – язвительно спросила она.

– Инвестициями.

– Это как?

– В банке работаю, в отделе инвестиций.

– Офисный планктон?

– Офисный планктон – это живая среда. Я бы не стал говорить о нем в пренебрежительном тоне.

– Живая среда? А я думала, это корм для крупных акул.

– Да, без планктона не будет и акул.

– Эмма, мы, наверное, пойдем?..

Наконец-то до Инги дошло, что над ее недалеким френдом банально издеваются. Зато сам Игорек не собирался никуда уходить. Ну да, не каждый день дорогой коньяк на халяву подают.

– Нет уж! А давайте за знакомство?..

Они выпили раз, другой. Сначала у Эммы затяжелел язык, а затем и мысли. Ей больше не хотелось разбрасываться шпильками, накатил приступ веселья, даже интерес к Игорьку проснулся. Да, он не красавец, и вид у него затрапезный, но в нем есть обаяние, угадывается внутренняя сила.

Эмма врубила музыку, потащила Игорька танцевать. К ним присоединилась Инга, и процесс, что называется, пошел. Эмма распалилась, вошла в раж. Она вдруг повисла на Игорьке, поцеловала его в губы и даже нащупала кое-что.

Да уж, размер там очень даже! Может, Инга и повелась на такое дело? Счастье не только в деньгах, но и в этом. Что ж, иногда Эмма могла согласиться с таким утверждением.

Она снова полезла к Игорьку, но не дотянулась до него. Он удерживал ее на вытянутых руках и смотрел прямо в глаза, качая головой. Дескать, шутка, повторенная дважды, это уже пошлость. Инга держала его за руку. Сговорились!..

– Ладно, я сейчас.

Эмма поднялась в спальню, включила компьютер, нашла сайт «Первого Рима», узнала номер телефона. Через полчаса к дому подъехала машина. Стриптиз с доставкой на дом. Парень в костюме Бэтмена и Красная Шапочка с роскошным бюстом. Девка должна была распалить Игорька, а парень – Ингу.

Но они вдруг куда-то пропали, зато Эмма оказалась в самом эпицентре развратного танца. Она уже собралась подыграть стриптизеру встречным движением, когда вспомнила о горничной. Эта сучка наверняка тайком наблюдала за ней, может быть, и снимала все на камеру. С нее станется!..

Эмма потерла пальцами виски, хлебнула коньяка, чтобы прочистить мозги. Бардак нужно заканчивать. Макару она скажет, что стриптиз был подан для гостей. Люди они дикие, к дарам цивилизации не приученные. Вот и пришлось им показать, как нужно жить.

Инга и Игорек сейчас наверняка где-то здесь. Просто они решили сделать перерыв. Возбудились от вида полуобнаженной плоти, закрылись в гостевой спальне. Надо их вернуть, пусть любуются зрелищем.

Есть на что посмотреть. И парень очень даже, и девочка высший сорт. Они здорово взбалтывали страсть в своем танце, даже не касались друг друга, а Эмма разволновалась.

Она-то смогла пересилить себя, а вот как гости?.. Хотелось бы увидеть, как они предаются пороку в компании профессиональных извращенцев.

Эмма заглянула в гостевую спальню на первом этаже, но никого там не нашла. Она повернула назад, но сильно качнулась и вдруг жутко захотела спать. Эмма опустилась на кровать, свернулась калачиком и выпала из реальности.


Проснулась она только утром, в той же спальне, на кровати поверх одеяла, в одежде. Голова раскалывалась от боли, во рту засуха, в глазах белые мушки. Надо же было так нажраться!

Она заставила себя подняться, зашла в зал. Там чисто, все на местах, никакого напоминания о вчерашнем бардаке. Ни гостей, не стриптизеров.

Риту Эмма нашла на кухне, с тряпкой в руке. Симпатичная у них горничная, и на лицо смазливая, и фигурка ничего. Но это напрягало. Как бы Макар к ней не повадился!..

Может, сказать ему, что Рита стриптиз на дом вызвала? Если, конечно, этот изврат имел место быть. Мало ли, вдруг стриптизеры ей приснились?.. Хотя вряд ли.

– Что-то с памятью моей стало, – потирая виски, сказала Эмма.

Рита кивнула. Дескать, бывает такое. Она спрятала шельмовскую улыбку под нос, посмеялась втихую над своей непутевой хозяйкой, но вроде бы не осудила. Может, и у самой рыльце в пушку? Чем она тут занималась, пока Эмма спала?

– Гости были?

– Были.

– И где они?

– Ушли.

– Когда?

– А как только Бэтмен к Красной Шапочке приставать начал.

– И где Бэтмен? – сдавленно простонала Эмма.

– Улетел. – Рита помахала ладошками, как пингвин – крыльями.

– Значит, теперь главное, чтобы ты не залетела! – уколола ее Эмма.

Ей не нравилось поведение служанки. Эта дрянь слишком много себе позволяла. Похоже, забыла, в каком стойле ее место.

– Я?

– А кто?! – возмущенно протянула Эмма. – Где я была, когда они тут летали?

– Вы спали.

– Тогда какие ко мне претензии?

– Так никто и не предъявляет.

– Еще бы ты предъявляла!.. А ну-ка, подошла сюда!

Рита неловко оправила рукой фартук, с плохо скрытым чувством вины подошла к Эмме.

– А ну-ка, дыхни!

Горничная подчинилась, и хозяйка уловила запах коньячного перегара.

– Ну и чем ты тут занималась, пока я спала? – возмущенно протянула Эмма.

Рита опустила глаза.

– Чего заглохла?

– Я когда убиралась, попробовала чуть-чуть.

– У кого попробовала? У Бэтмена?

– Нет, сама…

– А Бэтмен, значит, улетел? – Эмма скривилась, потирая виски.

Головная боль вроде бы отступила, но в сознание вдруг вонзилась мысль о деньгах, которые Макар оставил ей на хранение.

Почему она не подумала о них вчера, когда ложилась спать? Почему эта мысль вылетела из головы, когда она звонила в ночной клуб?..

Эмма оставила Риту в покое, поднялась на второй этаж, зашла в кабинет Макара. В глаза ей бросилась дверца сейфа, встроенного в стену.

Ее можно было бы закрыть какой-нибудь картиной, но Макар нарочно не делал этого. Сейф на виду – это своего рода психологический прием против преступника. Вор попробует вскрыть сейф или, как вариант, вырвет его из стены. Грабитель потребует вскрыть этот бронированный ящик.

На то и расчет. Сейф практически пустой. Там тысяч пятьдесят для отвода глаз и на мелкие домашние расходы. Вскроет вор сейф, возьмет деньги и свалит, а настоящий тайник останется в неприкосновенности.

Второй сейф находился за шкафом. Нужно было открыть дверцы, вытащить книги, отодвинуть перегородку, ввести код.

Сначала Эмма закрыла дверь в кабинет, затем занялась потайным сейфом. Она с облегчением вздохнула, обнаружив пакет с деньгами. Шестьсот тысяч евро в самых крупных купюрах, всего двенадцать пачек.

Макар ворочал миллионами. Для него это, в общем-то, не деньги, но все-таки он за них переживал. Очень даже.

Все нормально, деньги на месте. Можно закрыть сейф, принять контрастный душ, перекусить под лечебное пивко, завалиться в постель и просто спать, без всяких приключений на свое мягкое место.

Глава 3

Шашлыки хорошо жарить на природе. Поставить мангал на зеленой поляне в окружении пышных кустов и деревьев, желательно у реки, достать кастрюлю с маринадом, шампуры. Но все-таки лучше делать это в собственном дворе.

Максим Одинцов подумал об этом, осматриваясь по сторонам. Роскошный дом, двор, выложенный плиткой, английские газоны, молодые темнохвойные ели стройными рядами, круглая беседка и фонтан идеально вписывались в ландшафтный дизайн. За домом газоны пошире, беседка побольше, пруд с альпийской горкой. Вот где хорошо жарить шашлыки, а потом чинно употреблять их под холодную водочку. Тем более что и погода к этому располагала.

Но это чужой дом, и никто не позволит ему здесь хозяйничать. Да и не для того он тут, чтобы развлекаться. Работа у него. Хозяину этого дома потребовались его услуги. Деньги у него пропали, большая сумма. Майор полиции Одинцов должен был их найти чисто по долгу службы.

– Слышишь, начальник, давай так. Ты находишь деньги, и десять процентов с них твои!

Максим с интересом посмотрел на хозяина дома. Солидный мужчина средних лет, круглолицый, полнощекий, шишконосый. От волнения у него на лбу выступила крупная рельефная вена. Имя и отчество чисто русские – Макар Ефремович.

Ему бы картуз с цветком на околыше, косоворотку, штаны в полоску, сафьяновые сапоги. Да, он очень хорошо смотрелся бы в русской народной одежде. Впрочем, этот человек и в дорогом летнем костюме выглядел неплохо. Фундаментальный такой мужчина, колоритный.

Его предложение Максиму понравилось. Десять процентов от шестисот тысяч евро!.. Да уж, было бы неплохо прибрать к рукам такой куш.

– У нас благотворительная организация, – с улыбкой проговорил Одинцов. – Так что без процентов.

– Так я же от души!

– Когда вы обнаружили пропажу?

– Сегодня утром. Я же говорил. Открываю сейф, а там пусто.

В кабинете Сиднева работала группа. Эти люди свое дело знали. И Максим уже побывал в этой комнате.

Дом у Сиднева большой, снаружи роскошный, да и внутри просто великолепный. Только дышать тут почему-то трудно. Вроде бы и простор в доме, и света много, а такое ощущение, как будто темная энергия по углам клубится.

Максима потянуло на воздух. Здесь он и вдохнул полной грудью. Хозяин дома вышел к нему. Следователя он почему-то проигнорировал, а к начальнику уголовного розыска отнесся со всей серьезностью, даже сделал ему деловое предложение.

– Видеокамеры у вас, – в раздумье проговорил Максим.

Он уже поставил задачу изучить видеозапись. Этим занялся старший лейтенант Кустарев. Он в этих делах разбирался лучше всех.

– Ну да, видеокамеры.

– Сами не смотрели, что там в записи?

– Да как-то не подумал.

– На кого-то из своих грешите? – спросил Максим.

– На своих?.. С чего вы взяли?

– Да так. Кто с вами сегодня ночевал?

– Как кто? Жена и горничная. Конечно, не в одной постели, – поспешил откреститься Сиднев.

Максим усмехнулся. Видел он эту горничную. Симпатичная девушка, на лицо смазливая, да и фигурка более чем. Если оговорка у Сиднева по Фрейду, то есть у него тайное желание увидеть свою горничную в одной постели с женой. Увы, но сотрудника уголовного розыска должны интересовать такие непотребные желания. В корзину с грязным бельем он должен лезть без страха и упрека.

Возможно, у Сиднева с горничной даже что-то было. Может, именно поэтому он и боялся предъявить ей обвинение в краже. Вот и позвонил, вызвал, чтобы полиция во всем разобралась.

А действительно, почему Сиднев не просмотрел запись с видеокамер, не заподозрил проникновение со стороны? Он подозревал кого-то из своих или действительно забыл о технических возможностях?

– Охраны, я так понимаю, у вас нет?

– А зачем? Поселок охраняется, а в доме сигнализация. И собака у нас. – Сиднев кивнул в сторону вольера за домом. – Кавказец там, мы его на ночь спускаем.

Максим согласно кивнул. Поселок действительно охранялся, к тому же был огорожен высоким забором. Дом на сигнализации, собака во дворе – все это хорошо.

Плюс секрет в домашнем кабинете. Один сейф там был для отвода глаз, а деньги хранились в другом, хорошо спрятанном. Такой сейф мог вскрыть кто-то из своих. Жена или служанка. Нужно разбираться с обеими.

– Кто знал код сейфа?

– Жена.

– А горничная?

– Нет, она даже про второй сейф не знала. В принципе, могла увидеть. Она же убирается в кабинете. Сразу скажу, что на жену я не думаю. Зачем она будет обворовывать меня? Если я обанкрочусь, ей какое от этого счастье?

– А вы обанкротитесь?

– Не думаю. – Сиднев уныло вздохнул. – Хотя шестьсот тысяч евро – сумма немаленькая. Мне сейчас деньги позарез нужны.

– Чем вы занимаетесь, если не секрет?

– Фанерное производство у меня, два завода, третий вот поднимаю. А там проект серьезный, в кредиты пришлось влезть, а их отдавать надо. Еще падение продаж было. Сейчас вроде бы все налаживается, но темпы не очень. В общем, эти деньги для меня как спасательный круг.

– А жена знает о ваших проблемах?

– Я с ней в подробности не вдаюсь. Незачем ее расстраивать. Нет, она не могла. Я доверяю Эмме!

– А вдруг она?

– Я бы не хотел так думать.

Из дома на широкое полукруглое крыльцо вышел Кустарев.

– Товарищ майор! – Он помахал рукой, приглашая Одинцова зайти в дом.

Выражение лица у него важное, сосредоточенное. Наверняка нашел что-то интересное.

Высокий парень атлетического сложения, молодой. Окончил школу, пять лет отучился в академии МВД, после чего сразу пошел работать в уголовный розыск. Даже в армии не служил. Ему всего двадцать четыре года.

Еще совсем недавно Максим за глаза мог назвать его мальчишкой, но сейчас язык не повернется. Кустарев раскрывал серьезные дела, задерживал опасных преступников, участвовал в перестрелках. Ему приходилось и убивать. На нем два трупа и один раненый. Такая вот статистика – не самая приятная, но заслуживающая уважения. Грише не раз приходилось рисковать жизнью.

А оно ему надо?.. Его родители жили здесь, в Семьяновке, на соседней улице, и дом у них даже посолиднее, чем у Сиднева. Гриша мог бы уйти в семейный бизнес, ан нет, он служит в уголовном розыске и, как говорится, не парится.

Кустарев провел начальника в каминный зал, усадил его перед телевизором, на экране которого застыло изображение, взял пульт, запустил картинку.

Максим увидел, как сами по себе открылись откатные ворота. Во двор въехала полицейская «девятка». Из нее выбрались люди в форме, пошли к дому. Как будто вневедомственная охрана пожаловала.

В поле зрения камеры не попало, как эти люди открыли дверь и вошли в дом. В руках у одного из них Максим увидел пластиковый ящик для инструментов.

Через восемнадцать минут они вышли из дома, сели в машину и спокойно уехали. Ворота закрылись сами по себе. Ящик с инструментами они увезли с собой. Возможно, в нем находились похищенные деньги.

Событие было датировано вчерашним днем. Все началось в шестнадцать часов девятнадцать минут.

– У вас договор с вневедомственной охраной? – обращаясь к Сидневу, спросил Максим.

– Нет, с частным охранным предприятием.

Судя по выражению его лица, Макар Ефремович и сам пребывал в состоянии, близком к прострации. Он ничего не понимал.

– Тогда откуда здесь вневедомственная охрана?

– Не знаю.

– Где вы были вчера в районе шестнадцати часов?

– Это суббота была. Мы с Эммой в Москву ездили. Сначала театр, потом ресторан. Культурная программа, так сказать.

– А горничная?

– Не знаю. Надо спросить!

Девушка по имени Рита не заставила себя долго ждать. Оказывается, вчера в половине четвертого пополудни она отправилась в Бочаров, в магазин, за покупками.

– А в доме кто остался? – спросил Максим.

– Никого. – Горничная хлопнула ресницами, мотнула головой. – Я здесь одна. Юрий Борисович во дворе работает, он в дом не заходит.

Симпатичная девушка, светловолосая, но брови черные как смоль. В глазах показная покорность, за которой пряталась хитринка, хорошо, если безобидная. Скромное светло-серое платье средней длины с темным фартуком не имело ничего общего с эротическим костюмом горничной для ролевых игр.

– Юрий Борисович – это кто?

– Садовник наш, он тут недалеко живет, – пояснил Сиднев. – Суббота и воскресенье – выходные. Не было его вчера.

– Рита, вы дом на сигнализацию ставили?

– Да, конечно.

– Макар Ефремович, вы вчера домой когда вернулись? – осведомился Максим.

– В районе десяти.

– В сейф заглядывали?

– Нет, как-то не подумал. Рита дома была, что могло случиться? – Сиднев сурово посмотрел на горничную.

Девушка на мгновение вжала голову в плечи, но тут же вскинула подбородок и заявила:

– А ужин из чего прикажете готовить? Из воздуха?.. Я вам говорила, что повара нужно нанять. Он ездил бы за продуктами и готовил. А я тут одна, кручусь как белка…

– На полторы ставки. – Сиднев усмехнулся.

– А из магазина когда вы вернулись? – спросил Максим.

– В половине шестого.

– В семнадцать часов сорок две минуты. – Кустарев показал на экран.

Там снова открылись ворота. На этот раз во двор въехал «Фольксваген», из которого вышла Рита, достала из багажника пакеты, занесла их в дом. Выражение лица безмятежное. Она явно не ждала какого-то подвоха. Будь горничная в сговоре с преступниками, не вела бы себя так спокойно.

– Пока все свободны. – Одинцов посмотрел на входную арку, затем – на Риту и Сиднева.

Ему нужно было поговорить с Кустаревым наедине. Он велел подчиненному поставить запись на самое начало.

Ворота раскрылись, во двор въехала полицейская машина. Максим подал знак, и Кустарев нажал на паузу. «Девятка» белого цвета с синей опознавательной полосой, на которой красовалась надпись «полиция». На одной двери виднелся трехзначный номер, на другой – аббревиатура «ОВО». Сигнальная громкоговорящая установка на крыше. Регистрационные номера синего цвета, вполне читаемые.