Василий Брусянин
За покойником

Скучный день. Небо завешено тяжёлыми серыми тучами. Моросит дождь. Холодно и сыро. Серые, неприветливые улицы; раздражённые, невесёлые люди…

У светло-коричневого пятиэтажного дома на Литейной стоят тёмные погребальные дроги, запряжённые парой лошадей в тёмных попонах. Люди в чёрных длинных балахонах и в чёрных же цилиндрах толпятся около печальной колесницы. На козлах, съёжившись от холода и непогоды, сидит хмурый возница и угрюмо посматривает на грязную и сырую мостовую. Две тёмные фигуры стоят под навесом подъезда и о чём-то беседуют. Их смеющиеся лица, громкий говор как-то странно не гармонируют с трауром их одежды. Молодой бритый факельщик, сдвинув цилиндр на затылок, рассказывает что-то своему товарищу с рыженькой бородкой, часто припадая к его уху и сообщая что-то, очевидно, пикантное, – и тот смеётся и прищёлкивает языком.

Из ворот, скрестив на животе руки, вышел старик с жёлтым морщинистым лицом, с большими седыми усами и с узенькими подслеповатыми глазками. Приподняв воротник балахона и сдвинув на лоб цилиндр, шёл он медленно, свесив голову на грудь.

– Что, Капустин, нос повесил? Верно, прозяб? – спросил старика факельщик с рыженькой бородкой.

Старик поднял лицо, пожал плечами и после паузы ответил:

– А то и нос повесил, что Сергея Николаича Истомина хоронить поедем!

– А каков таков этот Истомин?..

– А таков вот: штабс-ротмистр в отставке. Большой барин был…

– Знавал ты его?

– Ещё бы! Служил у него когда-то в лакеях… В этом самом доме мы и жили.

Старик отошёл от факельщиков, которые снова принялись смеяться, прошёлся по панели до подъезда следующего дома, повернул назад и, опустив голову, тихо прошёл мимо товарищей, весёлая беседа которых почему-то не нравилась ему. Отойдя немного от подъезда, он остановился у тумбы и задумался.

«Этакое дело! Вот тут и узнай, кого придётся хоронить», – размышлял он.

Капустин поднял голову и подошёл к соседнему подъезду. Он знал этот подъезд с тонкими чугунными колонками, поддерживавшими широкий железный навес; знал он и входную дверь, с медной дощечкой какого-то врача. За дверью была площадка с зеркальцем и столиком, а дальше шла широкая лестница с резными перилами. На втором этаже по этой лестнице, налево, жил когда-то Сергей Николаевич Истомин.

Дверь отворилась, и на подъезде появился швейцар, высокий, стройный, с белобрысыми усами и с рыжими ресницами узких красноватых глаз. Капустин в первый раз видел рыжего швейцара: раньше на этом подъезде был его приятель, старик Фёдорыч, а теперь вон какой бравый молодец. Капустин посмотрел на швейцара и спросил:

– Фёдорыча-то, верно, уж нет?

– Какого Фёдорыча?

– Тут раньше был швейцаром.

– Не знаю никакого Фёдорыча, – холодно ответил рыжий человек и пристально посмотрел на худощавое лицо Капустина, – я вступил на место Лаврентия Николаевича; теперь он у нас старшим дворником.

Швейцар сухо закончил свою речь, посвистал и закурил папиросу.

– Тоже вот и Сергей-то Николаич раньше по этой лестнице жил… в четвёртом номере, налево…

– Присяжный поверенный Лукин живут теперь там, – прервал Капустина швейцар.

– Не знаю, кто теперь живёт. Раньше-то, говорю, Сергей Николаич Истомин жил, а теперь вон где пришлось Богу душу отдать, в 37 номере, во дворе, на грязной лестнице…

Старик немного помолчал и, вздохнув, добавил:

– Время-то прошло! Всё-то, всё тут переменилось. – Вот и Фёдорыч, мотри, тоже умер, да вот и Сергей-то Николаич…

– А ты знал его? Истомина-то?

– Лакеем у него служил, тут вот, в четвёртом номере, и жили в то время…

К подъезду подкатила пара гнедых, запряжённых в карету. Сидевший в экипаже полковник опустил раму и, высунув усатое лицо, громко спросил:

– А-а… послушай, швейцар… Квартира Истомина тут?

Полковник оттопырил указательный палец руки, затянутой в белую перчатку, и указал на подъезд.

– Никак нет, ваше-ство… во дворе, подъезд направо, на четвёртом этаже, – отвечал швейцар, обнажив голову.

Полковник вышел из кареты и, следуя за швейцаром, скрылся во дворе. Рассматривая черты лица полковника, Капустин припоминал, кто бы это мог быть? И после некоторого усилия узнал в нём знакомого своего бывшего барина, полковника Рено. «А когда-то так же как Сергей Николаич штабс-ротмистром был! А? Вот оно, времечко-то!» – снова сам с собою рассуждал Капустин.

Швейцар, проводив полковника до квартиры Истомина, возвратился и прошёл под крышу подъезда, где теперь беседовал Капустин с товарищами.

– А хороший, верно, барин-то – четвертак дал! – с усмешкой поведал швейцар.

– Ещё бы! Знаем мы его, полковник Рено… товарищ Сергея Николаевича, – вставил Капустин.

– А, верно, барин – как стать, был этот Истомин-то? – спрашивал швейцар, внимательно рассматривая Капустина.

– Второй-то этаж весь занимал, на две квартиры жил: в одной он, а в другой-то жила одна полька, Бронислава Викентьевна, певица она, – рассказывал старик.

– А-а, вот ты и смотри! Теперь-то вон где живёт: на четвёртом, во дворе! – удивлялся швейцар.

– Теперь, брат, мы его на новое жительство повезём! – вставил рыжебородый факельщик и усмехнулся.

Шутки его, однако, никто из беседовавших не поддержал.

– Как же это так вышло-то? – любопытствовал швейцар.

– Что?

– Да что он раньше-то так жил, а теперь у Надежды Ивановны… Портниха она.

И швейцар рассказал слушателям, что Истомин жил у портнихи Надежды Ивановны, намекая на интимные отношения жильца и квартирной хозяйки. Говорил он также и о том, что Сергей Николаевич эксплуатировал бедную труженицу, когда запивал, а последний год, лишившись места, окончательно уже жил на её счёт.

– Уж и не знаю, как! Лет десять или больше ничего не слыхал я о барине Сергее Николаиче. Как только тогда меня рассчитали, так и уехали в провинцию… Когда богат-то был, так у всех на виду, а вот обеднел, отощал – и с глаз долой…

К дому подъехал рысак. Рыжебородый кучер осадил лошадь, и когда она разом остановилась как вкопанная, с пролётки соскочил седой господин, с приподнятым воротником пальто и в цилиндре с трауром. Сидевшая с ним рядом дама ниже опустила над собою зонтик и что-то проговорила, обращаясь к спутнику, который в это время расспрашивал подскочившего швейцара о квартире Истомина. Швейцар предупредительно провёл вновь прибывших во двор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.