Алексей Бессонов
Заложники Волка

© Бессонов А., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

Легкий, быстрый весенний дождик, промчавшийся над центром Уорвика, едва успел намочить листву ясеней, что затеняли собой угол авеню Дарвина и Павлов-стрит. Высоченные деревья нависали над КПП вербовочного участка Флота, тихого и уже сонного в послеобеденный час. Вербовщики соседствовали с биофаком Уорвикского университета, одного из старейших на Кассандане, а там как раз начиналась возня: время дневных лекций вышло, и студиозусы, оставив на сегодня учебный корпус, рассаживались с вином на газонах либо же, спеша домой, заводили свои мотоциклы.

Седой лейтенант с алой бахромой на погонах форменной безрукавки, сидевший в полупрозрачной будке КПП, вздохнул и без всякого интереса посмотрел на округлый желтый автобус, остановившийся неподалеку, почти у самых ворот факультета. Смена случилась тусклой, как было и всегда. В девять утра два деда привезли «юниоров» – двух девиц четырнадцати и пятнадцати, да красного от восторга парнишку, четырнадцатилетие которого было отпраздновано вчера в одном из роскошных местных отелей. Лейтенант видел все это тысячи раз: богатые фермерские семьи с флотской традицией, макеты звездолетов в холле старого (или отчаянно кажущегося старым) дома, мальчишки и девчонки, с колыбели напичканные романтическими легендами. Таких привозят уже после медкомиссии, после бесед с семейным психологом,с гарантией! – а впереди их ждут четыре года мучений в одной из сотен школ нижних чинов и, может быть, смерть в первом же боевом вылете. О смерти Флот не вспоминает, потому что ему незачем ее забывать…

Из желтого автобуса выбрались десятка два женщин с какими-то свертками в руках. Некоторые держали пластиковые мешки, довольно тяжелые на вид. Лейтенант задумчиво шевельнул бровью: зачем биофак потрепанным домохозяйкам из тех, что привыкли отираться на благотворительных распродажах? Университет – заведение респектабельное, этих жалких пьянчужек даже к воротам не подпустят!

Через несколько секунд лейтенант, хмурясь, выбрался из кресла.

Домохозяйки двигались в сторону его КПП, разматывая на ходу свои «свертки». Полосы красной ткани метра в два длиной, прикрепленные к каким-то палкам, несли на себе текст столь странный, что дежурный сперва даже не понял, о чем идет речь.

«ИМПЕРИЯ УБИЙЦ!» – вот что было написано на ткани большими белыми буквами. «Верните наших детей!» – и на пяти полотнищах сразу: «Отдайте нам ЭДДИ!»

– Империя убийц!!! – рявкнул в самые уши лейтенанта стройный хор. – Империя убийц!

Дежурный по КПП получил свой офицерский меч не в Академии, а в наполовину выгоревшем линкоре, который, выжив в бою, шел на базу с тысячей трупов в заклиненных отсеках; за полстолетия службы седой вояка, наверное, впервые опешил – большой палец воткнулся в клавишу экстренного вызова.

– Что у тебя, Никлас? – голос начальника участка звякнул тревогой.

– Не пойму, ваша милость… Клянусь, никогда такого не видел!..

Мгновение спустя в пластик над головой старого лейтенанта ударил первый камень.

Глава 1

Йорг устало подмигнул начальнику смены охраны, спрятал в карман кителя служебное удостоверение и вошел в лифт. Идиотская суматоха, начавшаяся делом о фальшивых векселях Имперского банка на сумму в несколько миллиардов, закончилась позавчера долгими десятью часами судебного заседания, после которого майор Детеринг получил свои трое суток отдыха, и решительно ничто не могло вернуть его сейчас в Резидентуру. Ничто! – если бы не вызов полковника Кольмана, который и начальником-то для Йорга не являлся, но, увы, очень часто назначался оперативным дежурным.

Лифт поехал не вверх, как обычно, а вниз, в подземелья гигантского офисного билдинга, строившегося для нескольких имперских учреждений сразу. Когда серые, непритязательного вида двери разъехались в стороны, Йорг вдохнул характерный озонированный воздух боевого информационного центра. Он сделал несколько шагов по широкому коридору, повернул налево и остановился, едва не столкнувшись с молодым капитаном, на комбинезоне которого болталась бирка помощника оперативного дежурного.

– Милорд Йорг, – два пальца почтительно взлетели к пилотке, – Кольман ждет вас. Надеюсь, вы уже в курсе?..

– Я пока ничего не понимаю. – Йорг страдальчески хмыкнул. – Вот вы, Питти, вы знаете, сколько мне сейчас положено?

– Ну, трое суток – это приказом, – поднял брови капитан. – А так… неделя?

– Да уж как минимум!

Детеринг перешагнул через металлокерамический комингс шлюза, изолирующего при необходимости БИЦ от атмосферы планеты, миновал еще один коридор и оказался, наконец, в помещении узла связи, где навстречу ему поднялся из кресла высокий, худощавый полковник в полурасстегнутом служебном комбезе.

– Вы меня простите, майор, – развел он руками, – но тут ситуация такая…

– Это просто кошмар какой-то, милорд. – Йорг ответил на рукопожатие и достал из кармана галифе серебряный портсигар. – Не хочу, чтобы обо мне подумали дурно, однако… Кассандана – это все-таки не королевские галеры. Не так ли?

– Лорд Йорг…

– Другой на моем месте устроил бы скандал и принялся звать на помощь наших генералов.

– Йорг, ну кого мне туда послать? Бистольфи? Касперса? Ну вот что бы вы делали на моем месте?

– Если мне не изменяет память, дежурный следак на сегодня – капитан Марьян. Что бы ему не сесть в служебный катер и не размяться до Уорвика, благо лететь тут всего-то два часа?

– Уже летел бы… только капитана там мало.

– О!..

– Вот-вот. Начальник вербовочного офиса напуган до слез, а ведь вояка был хоть куда. Полиция получила указание дело замять, и будут там только штрафы за нарушение общественного порядка. Как-то все непонятно, Йорг! Парень этот, Эдвард Вольф, – обычный вроде мальчишка, по гимназической характеристике – умница, математик, Флотом бредил… Мамаша – там да, букет еще тот. Бухло, асоциалка, двадцать лет полнейшего безделья… Йорг, вы же умеете разговаривать с людьми, как мало кто из наших. Успокойте старого полковника и летите обратно, отгуливайте свое. Отчета я от вас не потребую.

Детеринг грустно кивнул и погасил едва раскуренную сигару в огромной бронзовой пепельнице.

– Я готов, ваша милость… зовите дежурного пилотягу, да и поехали. Успокаивать – значит, будем успокаивать.

Собирался Йорг недолго, только поднялся в свой кабинет и забрал служебный инфор, без которого вести официальную беседу не следовало. Потом он опять спустился вниз, но теперь уже не в бункер, а, пройдя длинным коридором, вышел на отдельную площадку для атмосферных машин Резидентуры, обустроенную под северной стеной небоскреба.

Дежурный катер, небронированный восьмиместный ТА-12, уже ждал его с распахнутым атмосферным створом.

– Вот так-так, – устроившись в кресле справа от пилота, Детеринг протянул тому руку и сделал большие глаза: – Что с тобой такое, Курт? То ты помощником оперативного сидишь, то дежурным следователем, то вот опять?.. Кто тебя в «вечный наряд» загнал?

Первый лейтенант Курт Гальвес, с которым Йорг подружился пару месяцев назад во время совместной работы в космопорте, печально подмигнул и нажал клавишу запуска двигателей.

– Да вот есть добрые люди.

– Может, помочь?

– Ерунда. Время лечит…

– Ну… молчишь – молчи. Куда ехать, знаешь?

– Сказали! Никак не думал, что тебя отправят. Ты ж вроде в отпуске!

– Сам же говоришь – есть добрые люди. Любит меня Кольман. Да и то – скучно ему, что тут сделаешь?

– А сам ты что думаешь?

– По-моему такое уже бывало, нет?

– Такое? – Гальвес с сомнением покачал головой. – Нападение на флотский офис?

– Там, как я понял, никто не собирается квалифицировать это дело как нападение на офис. – Йорг поморщился и хлопнул ладонью по приборной доске перед собой. – Что за нападение, в самом деле – бабы какие-то сумасшедшие. Ну, удрал сынок от мамаши, подумаешь… Мало их потом орет под воротами, этих чертовых мамаш? А начальствующий чин, полковник чертов, никогда ничего подобного не видел – ну что ж тут теперь нам делать!

Пилот кивнул – спорить с Детерингом ему не хотелось, уж очень тот был раздражен неожиданным вызовом оперативного. Башни Порт-Кассанданы растаяли в дымке за кормой катера, и Йорг, откинув спинку кресла, прикрыл глаза. Усталость, накопившаяся за последние, самые тяжелые недели расследования, теперь ощущалась буквально каждой клеточкой. Несколько месяцев он ковырялся в мошеннических схемах, которые вывели его бригаду сперва на местный космопорт, а потом, как, впрочем, и следовало ожидать, – на поставщиков «черного» оружия и снаряжения, изрядная часть которого уходила в пиратские группировки. Дело находилось на контроле Метрополии, так что вся следственная бригада Резидентуры рыла носом землю без сна и отдыха. В итоге кое-кто получил по медальке, засидевшиеся в лейтенантах стали капитанами, а Йорга, как полагается начальнику, отправили в суд.

– Давно я такого не видел, дорогой милорд, – сообщил ему планетарный прокурор, выставляя за свой счет самый дорогой виски в судебном буфете. – Давно я не видел на скамье всех без исключения… Любезный Йорг, поделитесь методой: как вам удалось собрать их вместе и никто у вас не удрал? В последних делах подобного рода – сами ведь знаете…

– Ловкость рук, – мучительно улыбнулся Детеринг. – Меня считают неплохим фехтовальщиком, ваша милость.

– Вот вы все шутите, – нахмурился прокурор и залпом принял свои сто пятьдесят, – а между тем майор – в качестве главы следственной бригады такого уровня – это, доложу я вам, нонсенс. Дело-то полковничье, Йорг, да и вы уже, скажем честно, не отрок. Девонька, милочка, – поднял он глаза на официантку, которая мигом подлетела к их столику, – еще по стаканчику, окажите уж нам честь…

– Вы добрый человек, милорд Бенедикт, – вздохнул Йорг. – Но поверьте, у нас есть свои оттенки серого…

– Понимаю, – покивал прокурор. – Пейте, майор, нам скоро снова в зал, минут через пять закончат читать приговор. Но знайте, – Бенедикт Шампо осторожно коснулся погона своего собеседника и блеснул глазами, – теперь, когда я познакомился с вами достаточно близко, могу обещать со всей смелостью: я буду на вашей стороне даже тогда, когда иному дело покажется сомнительным.

Суд закончился только вечером, но – все еще не для Йорга Детеринга. Выйдя на воздух, он выкурил короткую сигарку, раскланялся с чинами Надзорной Коллегии Кассанданы, которые не могли оставить без внимания процесс такого уровня, и отправился в Резидентуру заканчивать отчет. Садиться за руль, слава богу, не требовалось, ибо на сей раз начальство проявило невиданную щепетильность в вопросе соблюдения приличий, и его превосходительство главу следственной бригады ждал самый настоящий лимузин с четырьмя до зубов вооруженными лейтенантами.

Домой Йорга привезли за час до рассвета.

Впервые в жизни он видел людей, получивших «черную десятку», то есть десять лет рудников, и люди эти были отнюдь не юными бандитами, а вполне зрелыми, с жирком, мужами. Зная приговор заранее, все они не смогли сдержать слез; судья встала, следом за ней поднялись и трое ее помощников. Удар молотка, заставивший содрогнуться присяжных, и всё, теперь уже всё: охрана поднимает приговоренных с длинной лаковой скамьи, звонко щелкают наручники. Суды Империи Человечества редко выносят смертные приговоры в мирное время. Настолько редко, что об этом, как правило, говорят долго и с ужасом. Десять лет рудников, однако, намного хуже милосердной казни. «Черную десятку» способен выдержать только молодой, хорошо подготовленный человек, обладающий исключительным здоровьем и весьма сбалансированной психикой. Десять лет! – в шахте, в древнем заплатанном скафандре с жестко ограниченной энергетикой, в аду невыносимого двенадцатичасового рабочего дня, при минимально необходимом пайке, – о нет, смерть будет для них милостью. Но что, если придет она не скоро?

Вспомнив приговоренных, Йорг раздраженно дернул щекой. Он знал, что высшая мера мирного времени – вынужденный садизм общества, не до конца уверенного в праведности своей судебной системы. При выявлении судебной ошибки приговоренного к рудникам можно успеть спасти; казненного и кремированного не спасешь. Знал он, увы, и другое – знаменитый маньяк Чэпмен, благополучно просидевший почти всю последнюю войну на рудниках, вышел на волю вполне живым и здоровым, вернулся на родной Орегон и на третий же день зверски изнасиловал 120-летнюю судью своего округа леди Леннон, после чего скрылся, захватив с собой изрядную долю ее офицерского арсенала. Ленноны – правнуки, ясное дело, полицию звать не стали. Подняв местного шерифа, они бросились в погоню и настигли Чэпмена на берегу океана, где тот, зарезав владельца небольшой яхты, готовился к броску на соседний континент. В короткой перестрелке погибли шериф и 19-летняя праправнучка леди Леннон, находившаяся на четвертом месяце беременности.

Легкораненый каторжник был привязан к четырем лошадям…

Дело капитана Чэпмена, бывшего командира десантной роты, кадету Детерингу вбили в голову накрепко.

– Метрополия, – говорил профессор-психолог уинг-генерал Лесли, – отреагировала на Чэпмена более чем резко. Пресса выставила негодяями именно Леннонов. Во-первых, потому, что в погоне принимала участие беременная леди Сесилия, а во-вторых, конечно же, из-за жестокости казни, которой Ленноны и их соседи подвергли бывшего каторжника. Следует знать, что тяжесть его нового преступления во внимание не принималась… Почему молодая леди Сесилия приняла участие в предприятии своей матери и своих дядьев? Потому что это – Орегон, и поступить иначе она не могла… Вам же, господа мои кадеты, я могу лишь повторить в сотый уже раз: мечу вас учат на тот случай, когда у вас закончатся боеприпасы. И не жалейте, будь я проклят, меча!

…Катер пошел на снижение, и Детеринг распахнул глаза.

– Отоспался? – лукаво улыбнулся Курт.

– Что-то вроде… – Йорг вздохнул, потянулся и глянул вниз – на экранах уже посверкивали предвечерним солнцем гелиобатареи фермерских хозяйств дистрикта Уорвик.

– Винный край, между прочим, – заметил Гальвес. – Таких коньяков, как здесь, больше нигде не сыщешь.

Детеринг кивнул. Пилот легко вышел по приводу на просторную посадочную площадку вербовочного офиса имперских ВКС, и вот шасси катера коснулись рыжеватого, порядком запыленного покрытия. Из невысокой башенки контрольно-дистанционного пункта выбрался усатый седой унтер в белой форменной безрукавке и шортах.

– Джентльмены… – буркнул он, – его милость ждет вас.

– Мы спешили, как могли, – не без сарказма отозвался Детеринг. – Но звездолетами нас пока еще не обеспечили.

– Мне идти с тобой? – спросил Гальвес, оставаясь в кабине.

– А китель твой где?

– Вон, в шкафчике… я ж в наряде, забыл?

– Иди, иди… портупею не забудь и постарайся вести себя прилично.

Качая головой, Йорг медленно двинулся к приземистому двухэтажному строению, почти скрытому пирамидальными тополями. Вербовочный офис находился на окраине города, и пахло здесь уже не душной жарой стекла и металла, а – цветочным ветром равнин. Всего шесть тысяч на северо-восток от Порт-Кассанданы, и вот совершенно другой климат, даже небо другое.

Характерная городская вонь, не ощущаемая для человека привычного, но бесконечно преследующая Детеринга в Порт-Кассе, осталась далеко-далеко за спиной. Пригород трехмиллионного Уорвика был тих и прозрачен. Ожидая, пока Гальвес накинет на себя китель и застегнет портупею, Йорг шагал по упругому покрытию площадки нарочито неспешно – ему хотелось отдохнуть от люто надоевшей столичной жары, и он цедил недолгие свои минуты этого неожиданного вечера, как дорогое вино.

Курт нагнал его у тополей.

– Покурим? – спросил он.

– Мне хочется поскорее управиться, – мотнул головой Детеринг. – Да и начальника, насколько я знаю, ждут шестеро детей и два внука. А дело тут к закату.

Гальвес понимающе кивнул и шагнул к стеклянным дверям первым.

В небольшом холле, который украшали цветы и модели звездолетов на стенах, из-за стойки резво выдернулась рослая, с густой каштановой косой дама в форменной блузке с погонами первого лейтенанта.

– Прошу прощения, джентльмены, – виновато улыбнулась она. – Я говорила с психологом по поводу…

– Да хоть с завхозом, лейтенант, – мрачно зевнул Детеринг, – бардак у вас тут превосходит все мною виденное, а на Флот я насмотрелся. Где шеф? Нет-нет, провожать нас не надо. Хватит с меня.

Они с Гальвесом взбежали на второй этаж раньше, чем начальник офиса успел распахнуть дверь своих апартаментов.

– Добрый вечер, – выдавил улыбку Йорг. – Майор Детеринг, исполняющий обязанности дежурного следователя. Первый лейтенант Гальвес – мой помощник…

– Мартин Лоде. – Крупный седой полковник с густым загаром на морщинистом лице развернул кресла возле своего письменного стола и вытащил из стенного шкафа пепельницу, на которую Йорг не обратил ни малейшего внимания, – достав из портфеля свой инфор, он приготовился к записи.

– Вы собираетесь фиксировать нашу беседу? – нервно заломил бровь начальник офиса.

– Разумеется, – кивнул, не поднимая глаз, Детеринг. – А иначе какой смысл в нашем прибытии? Вы же не думаете, что Резидентура начнет официальное расследование инцидента, не имея протокольной записи?

– Собственно…

– Что – собственно, ваша милость? Вы хотели просто побеседовать с глазу на глаз? Но, может быть, вам следовало обратиться к духовнику? Нет уж, извините. Вы подняли оперативного дежурного планетарной Резидентуры СБ, оперативный направил к вам следователя – и теперь вы не хотите, чтобы разговор шел под протокол?

Лоде махнул рукой.

– Пусть будет так, как вы решите. Но прежде, чем вы начнете запись, выслушайте одну вещь… это все – далеко не случайность. Мы имеем дело с первым звеном в цепи событий, которая неминуемо приведет ко взрыву.

– Цепь? Взрыв? Давайте-ка с самого начала, ваша милость.

Полковник говорил сбивчиво, часто перескакивая с одного на другое, и в конце концов Детеринг поймал себя на мысли, что перед ним вовсе не военный, а просто старый склочник, порядком вызверившийся на весь белый свет. По словам начальника вербовочного участка, в Уорвике действуют как минимум два благотворительных фонда из Метрополии, представители которых «ведут разговорчики», пропагандируют пацифизм и настраивают население против Флота. Когда Лоде помянул доблестные ВКС в пятый раз подряд, Йорг потерял терпение.

– Почему именно Флот? – поинтересовался он как можно более безразлично. – А Десант?

– Десант? – машинально переспросил Лоде. – А при чем тут Десант?

– А Десант к Вооруженным Силам уже не относится?

– Какая чепуха! – фыркнул полковник. – Ну что такое Десант, кому они нужны, в самом-то деле? Все знают, что Флот, и только Флот, является основой устоев, платформой, на которой зиждется храм имперской морали…

– Ну и дела, – шевельнулись губы Курта Гальвеса.

– Хорошо, – кивнул Детеринг. – И вы утверждаете, что вся городская полиция ими подкуплена?..

– Давно и с потрохами!

– А на какие, простите, деньги?

– Что-о?

Детеринг растерянно провел рукой по стрелке на правой штанине.

– Видите ли, ваша милость, – поднял он глаза на полковника, – благотворительные фонды, как правило, не слишком богаты… Особенно когда речь идет о фондах, занимающихся социально неблагополучными… все эти вдовы, вечно безработные алкоголички, обычно неспособные назвать имя отца очередного ребенка – ну вы ведь сами знаете, не правда ли? Обыватель не любит жертвовать на содержание бездельников, поэтому такие фонды зачастую сидят без гроша, с парой рваных штанов и все такое. А полиция обычно просит много, даже очень много, иначе нет смысла рисковать. Так вот понимаете, что у нас с вами получается – вы заявляете, что полиция подкуплена людьми, не имеющими для этого денег… И смотрите, тут у нас еще… допустим, я сейчас инициирую расследование финансовой деятельности этих самых провокаторов, и расследование покажет, что средств у них – только на молоко для убогих. И тогда что? А тогда мое начальство вынуждено будет связаться с вашим, и… вы понимаете?

– Вы мне не верите, – скривился Лоде. – Хорошо же… я… Я найду, куда мне обратиться.

– Вопрос не в том, верю я вам или не верю, – примирительно поднял руку Детеринг, – а в том, имею ли я основания для возбуждения дела, или же я их не имею. На данный момент я их не вижу, о чем заявляю вам, господин полковник, совершенно официально. Пропаганда, как вы говорите, пацифизма? Взбудораженные мамаши? Да вы представляете, сколько таких мамаш в масштабах Империи? Особенно в последнее время. И, разумеется, полиция в данном случае практически бессильна. Камень – не оружие, ваша милость, тем более когда речь идет о камне, неспособном даже причинить вред вашему офису. Мать кандидата Вольфа хотела привлечь внимание к своей персоне – увы, своего она добилась. Нам с вами остается только вздохнуть…

– Вздохнуть! Об этой мамаше мы еще услышим.

– Господин полковник… а давайте-ка мы с вами сделаем так: для того чтобы совесть ваша была чиста, я попробую лично побеседовать с этим парнем, Вольфом. Наверняка есть что-то, о чем он никогда не расскажет вам. А мне, быть может, удастся его разговорить. Я, в конце концов, ближе ему по возрасту и все такое. Что скажете, ваша милость?

– Отличная мысль, – поднял брови начальник офиса. – Вы и вправду молоды, майор, так что затея имеет смысл. Куда вам его доставить?

– Кабинет психолога свободен?

Старший офицер-психолог – вербовочному офису их полагалось двое – уже собирался домой и встретил незваных гостей настороженно:

– Мне не хотелось бы узнать, что после беседы с вами у парня произошел срыв. Он и так на грани… а ваши методы, знаете ли…

Детеринг мягко улыбнулся. Психолог выглядел едва ли не старше своего начальника, да и вообще ссориться с ним не хотелось – в отличие от Лоде, этот действительно можетнакарябать, и отмывайся потом до скончания века.

– Никаких «методов», господин полковник. Я все понимаю не хуже вас, но поймите и вы меня: у каждого свои обязанности.

– Ладно. – Психолог скривился в ухмылке и положил на стол ключи: – Автомат с напитками полностью заправлен, так что не стесняйтесь. И учтите: парню действительно тошно.

Йорг кивнул и сел за стол. Кандидата Вольфа привели буквально через минуту. Детеринг уже знал, что тот прибыл в офис два дня назад; гражданские шмотки остались в прошлом, теперь юноша носил легкую светло-серую рубашку и такие же серые бриджи. На воротнике у него переливалась объемная звезда ВКС Империи Человечества.

– Здравствуйте, джентльмены. – При виде черной формы Вольф непроизвольно моргнул, но все же голос его прозвучал достаточно твердо.

– Добрый день, мастер Эдди, – Детеринг встал и протянул руку, – меня зовут Йорг Детеринг, а моего помощника – Курт Гальвес. Я – дежурный следователь планетарной Резидентуры, и мне хотелось бы немного поболтать с тобой, коль ты не против, конечно. Ты должен знать, что принуждать тебя к беседе я не могу, так что если у тебя нет желания… тебе достаточно просто выйти в коридор.

– Нет-нет. – Юноша энергично дернул головой. – Я готов ответить на любые вопросы вашей милости.

– Меня зовут Йорг, – с нажимом повторил Детеринг. – А «вашей милостью» я для тебя стану, когда ты наденешь свои первые погоны. Я знаю, ты очень серьезно готовился к службе, но все же давай пока обойдемся без субординации…

Вольф понимающе кивнул и уселся в предложенное ему кресло. У мальчишки было умное, слишком взрослое для четырнадцати лет лицо, и Детеринг подумал, что Флоту с ним, наверное, повезло – такие парни действительно знают, чего хотят, добровольно отказываясь от беззаботной юности.

– Когда тебя отправляют? – спросил он.

– Должны были послезавтра, – дернул плечом Вольф.

– Какие-то проблемы? Ты думаешь, могут задержать?

– Я не знаю… Мне не повезло, вот и все. Я предполагал, что попаду под отправку на следующий же день, но минимальная группа никак не набиралась, и вот… черт.

– Не морочься. Не ты такой первый, поверь на слово. Флоту на все это начхать. Через год ты можешь написать бумагу о разрыве связей с семьей, и никто ни о чем никогда не вспомнит. Иногда так бывает, знаешь ли. Некоторые мамаши проклинают своих детей на веки вечные, что уж тут поделать.

– Мама вообще ничего не понимала, – вырвалось у юноши.

– Вообще?

– И она, и подружки ее… все одинаковые! Пьют каждый вечер и считают, что все кругом им должны. А скажи хоть слово – так вокруг одни сволочи. Ее отца, дескать, всю жизнь хозяева обворовывали, так она теперь работать не собирается, пускай дураки горбатятся.

– И вправду обворовывали?

– Да куда там! – Вольф махнул рукой и опустил голову. – Дед был инженером-исследователем и совсем небедным человеком. Работал в крупной компании. Я его не видел никогда, так, знаю… слышал. Мама удрала из дому в шестнадцать лет, бродила туда-сюда, потом осела здесь, на Кассандане. Тут с голоду не пропадешь, сами знаете. Квартиру ей какие-то типы через муниципалитет выбили, талоны дают, ну и денег немного. Хватает дураков. Я… в общем, я на все это смотреть не хочу. Мне давно все надоело. То у нее какие-то проповедники, то теперь эти, из «Райской долины» – вообще козлы.

– «Райская долина», – повторил Детеринг. – Это те, которые про справедливость?..

– У них эта справедливость какая-то странная. Я недавно читал про луддитов в старой Англии, так вот они похожи… хотя луддиты громили станки, а эти хотят разгромить Империю вообще. Предприниматели – воры, фермеры – подонки, потому что продают свои продукты за деньги, а военные вообще все поголовно – убийцы. Я давно еще решил, что лучше держаться от таких людей подальше, да и в гимназии мне то же самое говорили.

– Поэтому ты выбрал Флот? Знаешь, там своя справедливость…

– Флот я выбрал давно! – с вызовом поджал губы Вольф. – Если вы думаете, что я хотел просто удрать от мамы, то ошибаетесь. Я пошел бы в Академию, но там нужно согласие родителей, а она, уж конечно, никогда бы меня не отпустила, ведь на меня ей дополнительные деньги из фонда дают. Я ждал четырнадцати – пусть рядовым, но я хочу попасть во Флот. Противно, что я не смогу стать офицером… Но Академию можно закончить потом, вы же сами знаете.

– Да, я знаю, Эдди, – успокаивающе улыбнулся Йорг. – Многие и до четырнадцати пытаются. Главное – не разочароваться потом. Вряд ли ты представляешь себе, что такое Школа нижних чинов. Это ведь четыре года. Там, знаешь – ох-х… Там ломают и не таких, как ты. Как бы ни гуляла твоя мать, как бы ни был свободен ты – там, парень, дисциплину вбивают жестоко. И дисциплина эта должна быть осознанной! Иначе никак. Других Флот не держит. Ты слышал, что с математикой у них куда страшнее, чем в Десанте? Трехмерные интегралы ты должен брать сразу, без раздумий!

– Я знаю, – юноша усмехнулся и поднял на Йорга острые темные глаза, – я целых три года смотрю все материалы, которые только можно найти в сетях. И с математикой у меня все в полном порядке, и военной историей я давно занимаюсь. И еще – легкой атлетикой, плаванием. Вы сами можете посмотреть в моем досье, я принес характеристики из гимназии. Упросил ректора, хотя он не хотел давать… отговаривал.

– За мать переживал?

– Ну да… не то чтобы он ее жалел… н-не-а, не думаю. Но эти типы из фонда ей серьезно мозги накрутили.

Йорг понимающе кивнул и выбрался из кресла. Подойдя к автомату, он достал три пластиковых стакана с вишневым соком, поставил их на стол и вытащил портсигар.

– Чепуха какая-то с этим фондом, – задумчиво проговорил он. – Они ведь из Метрополии, так?

– Ну да, – закивал Вольф. – Только они уже и местных благотворителей подключили. Нет, с ними они, конечно, по-другому разговаривают. Что-то крутят, наверное. Сами знаете – Метрополия!

– Да-а… а подружек твоей матушки используют для того, чтобы отчитываться перед своим начальством. Никогда о таком не думал? А зря. Ведь туда же и все эти разговоры – чтоб клиентов было побольше. Постоянных клиентов, понимаешь? В Метрополии такое любят. В итоге одураченные люди начинают совершать глупости. А им этого только и надо. Они-то зарплату получают, верно? И немаленькую.

– С зарплатой понятно, – возразил Вольф. – Но понимаете, мастер Йорг, я их пару раз послушал на собрании, и аж мурашки по коже. Они там какие-то такие… ну, упертые, что ли. Сам верить начинаешь.

– Ты в церковь ходишь? – спросил Детеринг, пыхтя сигарой.

– Н-нет, а что? Мама не ходит, да у нас вообще никто почти…

– Прилетишь в свой первый учебный лагерь, сходи к капеллану. Всю эту ерунду как рукой снимет. Ладно! Ступай, солдат, служи славно!

Вольф удивленно поднялся.

– Все, что ли?

– А ты чего ждал? Я убедился, что парень ты нормальный, никаких вопросов к тебе у меня нет. Иди и забудь всю эту херню. Выбрось ее из головы ко всем чертям. Тебя ждут очень нелегкие четыре года, так что нечего мучиться всякими глупостями. Иди, Эдди, иди…

Когда катер поднялся на полтора километра, Курт включил обзор нижней полусферы и принялся что-то высматривать.

– Что ты там потерял? – сонно поинтересовался Детеринг.

– Виноградник, – дернул лохматой головой пилот. – Серьезный, добрый виноградник. Такого вина, как тут, у здешних фермеров, не купишь больше нигде.

– Да ты свихнулся! А если?..

– Никаких «если». Где сесть, я найду. Ты мне объясни лучше, какого ты отпустил этого парнягу?.. Там явно что-то не по делу, клянусь тебе.

– С ним все «по делу», и нечего портить ему жизнь. – Йорг выпрямился в кресле, махнул раздраженно рукой. – А «Райскую долину» пускай просеивает мой дружбан подполковник Фарж, благо сито у него мелкое. А!.. Вон, я вижу какую-то усадьбу. И там же виноградники, если не ошибаюсь. Садись уже, поскорее домой хочется!

Глава 2

Около одиннадцати утра позвонил Фарж. Увидев на мониторе коммуникатора служебный код своего друга, майор успел подумать, что без него в Резидентуре опять слишком скучно, однако о службе речи не было:

– Ты помнишь, что сегодня день рождения у нашего братишки Тео? – жуя что-то, поинтересовался Фарж.

– Я таких вещей не забываю, – насупился Йорг.

– Врешь ты все… Ну, ладно, слушай: насчет подарка не волнуйся, я уже послал одного парня в антикварный салон на Амстердам-авеню – Тео когда-то говорил, что хотел бы иметь старый корварский гобелен, а там как раз этого добра хватает. Думаю, вызывать такси тебе незачем: часиков в пять мы за тобой заедем.

– Мы?..

– Я буду с Энджи. Через неделю мы хотим объявить о дате свадьбы, так что пора уже познакомить ее с некоторыми друзьями. Да, кстати… я только что с совещания начальников отделов – подменял Грасса, – так вот наш дорогой «папочка», Его Превосходительство господин начальник Резидентуры, выражал крайнее недовольство по поводу твоего отсутствия.

– Он там что, спятил? – изумился Детеринг. – Или мне, может, уже вообще из кабинета не выходить?

– Ну, ему объяснили, конечно, в чем дело, – только он, кажется, распалился еще сильнее. Суть в том, что из Метрополии на тебя пришло какое-то представление, но без его подписи – сам понимаешь…

– Да пошли они все, – пожал плечами Йорг. – Я им не шавка, чтобы косточку выпрашивать. У меня законный внеочередной отпуск, и точка. Хватит с меня вчерашнего Уорвика.

– Я получил твою записку, – кивнул Фарж. – Ну, ладно, делай как знаешь, тут я тебе не советчик.

– К пяти я буду готов, – буркнул Йорг и отключился. – Вот урод, – пробормотал он, думая о начальнике Резидентуры. – Тупой, спесивый урод. Впрочем, как он поднялся – дело известное!

По большому счету награды не интересовали Йорга вовсе. Крестики, шнурочки и прочие поощрения – это все для столичных франтов, мечтающих «войти в хороший дом». Серьезных служак в СБ волнует другое: должность. А вот с этим у майора Детеринга все обстояло ой как непросто. Уже почти год он занимался весьма крупными делами, числясь при этом «офицером по особым поручениям». Картинка складывалась парадоксальная. С одной стороны, такой расклад предоставлял большие возможности, с другой же – от самого Йорга мало что зависело. Принимать решения самостоятельно он не мог, и это бесило.

Скандальное «дело о голове» крепко испоганило ему жизнь. Где-то на «ведьминой горе», в недрах Второго Управления, решили «тормознуть» излишне ретивого парня. Раз так, изменить сложившуюся ситуацию могло только нечто экстраординарное – но Йорг уже сомневался, что когда-нибудь сумеет оказаться в нужное время в нужном месте…

Закончив свой непривычно поздний завтрак, Йорг глотнул вишневого сока и засобирался на пляж. Весна, долго мучившая Порт-Кассандану холодными дождями, три дня назад вдруг вспыхнула жарой, и вода, по его прикидкам, уже достаточно прогрелась для первого в этом году купания.

Детеринг вывел свой «Блюстар» на улицу, с ухмылкой коснулся сенсора на передней панели, посмотрел, как недавно выкрашенные в светло-зеленый цвет створки ворот бесшумно сомкнулись и встали на стопор, и привычно двинулся вниз, к перекрестку. После того как начальство предложило ему остаться в кассанданской Резидентуре надолго, Йорг съездил на ферму, где проживал старик, сдававший ему этот домик, и договорился о продлении аренды на два года. Ему здесь нравилось: уютный, изолированный от городской суеты район, когда-то застроенный небольшими коттеджами, считался малопрестижным, и населяли его в основном люди степенные, далекие от дурацкой суеты гламурных кварталов. Соседство со старшим офицером Службы Безопасности они восприняли без эмоций, прекрасно зная, что такие, как Йорг, вовсе не заинтересованы в лишнем шуме. Вскоре Детерингу стало казаться, что он живет в небольшом фермерском поселке. В пятницу вечером все жарили мясо на вертеле, по субботам отправлялись с детьми на спортивные состязания, воскресенья были отданы набегам на торговые центры. Здесь не бывало пьяных, и никто не задавал дурацких вопросов – впервые за долгие годы Йорг по-настоящему наслаждался покоем. Он собрал неплохой урожай винограда и поставил свое вино, которое созрело к началу зимы, а потом, закупив в специализированном магазине кувшины, заполнил ими полки в кухне и прихожей. Зима выдалась адски холодной, так что запас пришелся весьма кстати. Еще осенью Детеринг подремонтировал старый садовый трактор, найденный в хозяйском сарае, и с первым теплом обработал небольшой огород, чтобы посадить кое-какие овощи: иметь землю, но не заниматься ею, казалось ему кощунством.

Скоро город остался позади, и кабриолет понес его вдоль побережья, в сторону многочисленных рыбачьих поселков. Не мудрствуя с навигатором, Детеринг свернул на первой же развязке и рванул по узкой серой полосе, петляющей между холмами, поросшими кипарисами. Шум океана становился все ближе. Причалы и серебристые блоки рыбообрабатывающего комплекса остались слева: обогнув поселок, Йорг съехал на грунт, чтобы через пару минут остановиться в небольшой рощице почти у самого берега. Некоторое время он просто сидел, слушая крики птиц над бухтой, потом улыбнулся и выбрался из машины.

Волна, лизнувшая его ноги, оказалась куда холоднее, чем ожидалось, но отказываться от задуманного Детеринг не стал – взмахнул руками, бросился навстречу океану и поплыл, с хохотом встречая грудью леденящую пену. Морские птицы изумленно таращились на него, иногда спускаясь совсем низко, и что-то вопили на своем непонятном языке. Отплыв от берега на сотню метров, Йорг перевернулся на спину. Ему не было холодно: долгая практика в горных монастырях Росса научила Детеринга способам перераспределения энергии, и сейчас он просто наслаждался покоем, болтаясь на мелкой волне.

Впрочем, продолжалось это недолго.

Сперва Йорг ощутил слабую вибрацию и почти тотчас же услышал негромкое гудение. Перевернувшись на живот, он вытянул шею и увидел несущееся в его сторону кургузое рыбацкое суденышко. На носу посудины стояли двое в желтых спасательных жилетах и озабоченно размахивали руками.

– Делать им нечего, – с раздражением буркнул Детеринг.

Орать не имело смысла: все равно подойдут и устроят психоз… Йорг развернулся и неторопливо поплыл к берегу. Как он и ожидал, спустя полминуты мини-траулер оказался рядом с ним.

– Держите, мастер! – звонко крикнул кто-то, и рядом с Йоргом упал спасательный круг, за которым тянулся тонкий оранжевый трос. – Держитесь, сейчас мы вас вытащим!

– Спасибо! – рявкнул Детеринг, по пояс выскакивая из воды. – Только я не тону! И не собираюсь, честное слово!

Девушка, стоящая на носу траулера, то ли не расслышала его слов, то ли не поверила своим ушам.

– Цепляйтесь! – что есть мочи завопила она, и Йорг неожиданно понял, что сейчас это курносое чудо прыгнет в воду. – Держитесь за круг!

– Я купаюсь! – проорал Детеринг, стоя в воде и слабо подрабатывая ногами. – Купаюсь, понятно? Не… не трогайте меня, я голый! Черт вас всех побери! Черт! Девушка, на мне… А, чтоб тебя!!!

Быстро сказав что-то своему напарнику – совсем юному кудрявому парнишке, – девица закрыла глаза и шагнула за борт.

Если бы Детеринг не шарахнулся в сторону, она упала бы ему на голову. Шлепнувшись в воду, девчонка жалобно вскрикнула, замолотила ногами и схватила Йорга за шею. Проклиная все на свете, Детеринг попытался всунуть ее в круг, но храбрая спасительница упрямо била его этим самым кругом по носу, не желая бросать утопающего.

– Тяни! – заорал Детеринг, одной рукой хватаясь за круг, а второй прижимая к себе извивающуюся девицу. – Тяни, болван!

На носу суденышка появился третий член экипажа: плотная, широколицая девушка в зеленом комбезе – очевидно, она исполняла обязанности рулевого. Завыла лебедка, и спасательный круг быстро пошел вверх. Выпрыгнув на палубу, Йорг поставил перед собой насквозь мокрую энтузиастку спасения на водах и посмотрел на нее, склонив набок голову:

– Ну, и?.. Довольна?

Та молчала, лишь дрожали синие от холода губы. Йорг фыркнул и, не обращая внимания на застывших в легком ступоре остальных, принялся быстро расстегивать на своей «спасительнице» жилет.

– Тащите ее в тепло! – рявкнул он. – Живо, ну!

Широколицая пришла в себя первой. Схватив мокрую подругу, она поволокла ее сторону рубки. Йорг пошел следом: теперь ему хотелось по крайней мере вытереться. Как он и предполагал, за рубкой находился трап, ведущий под палубу.

– Дайте мне полотенце, – попросил Детеринг, входя в небольшой кубрик с шестью койками.

Его «спасительница», уже замотанная в теплый полосатый халат, кашлянула, но не потеряла расположения духа.

– Вам… не холодно? – спросила она, глядя на Йорга круглыми глазами.

– Не очень. – Детеринг с раздражением выжал свои волосы, откинул их за спину и принял протянутое широколицей ворсистое полотенце. – Извините. Мне кажется, что поворачиваться к вам спиной уже нет решительно никакого смысла.

Он вытерся, обмотал полотенце вокруг бедер и принялся массировать шею.

– Мы же не знали, что вы купаетесь голышом, – осторожно кашлянула широколицая. – Мы думали, вы просто тонете.

– Феноменально, – вздохнул Детеринг. – Позвольте поинтересоваться, миледи, в каком университете вы изучали логику?

– Вам нужно выпить виски. – Широколицая метнулась к настенному шкафчику и достала початую литровую бутыль.

Своей подруге она налила кружку крепкого вина. Получив стакан с довольно дерьмовым напитком, Йорг осторожно присел на застеленную койку.

– После такого дела мне только и остается, что назначить вам свидание, – усмехнулся он, глядя на светловолосую спасительницу. – Простите, что не представился: Йорг лорд Детеринг.

– Я Нина, – чуточку нервно засмеялась та и стала натягивать толстые шерстяные носки. А мою кузину зовут Тея. Я и в самом деле решила, что вы тонете – ну кто будет купаться в такой воде, да еще так далеко от берега?

– А как бы я оказался там, «так далеко»? – хохотнул в ответ Детеринг. – Выпал из лодки?

– Некоторые городские сейчас ловят рыбу… А вы военный?

– Что-то вроде, – скривился Йорг. – Ладно. – Он поставил стакан на полку и встал. – Я чувствую, мы уже почти подошли к берегу…

Нина поднялась на палубу вместе с ним.

– Я не заболею, вы не бойтесь, – сказала она. – Я ведь привычная. К тому же я в колледже входила в сборную по плаванию.

– Да? – удивился Детеринг.

– Угу… и жарко ведь, сами видите. Вода только в бухте еще не прогрелась, так что купаться я бы не стала.

Мальчишка, стоявший за штурвалом, заглушил двигатель. До берега было метров пятнадцать: Йорг подмигнул девушке и шагнул к борту.

– Там мелко! – Нина метнулась за ним. – Вы можете ноги поломать!

– Не волнуйтесь, – обернулся Йорг. – Не сломаю.

– А свидание?

– Ах, ну да!

Детеринг задержался у леера.

– Бар «Кубик» в Эллсдейле, знаете?

– Я найду! – улыбнулась Нина.

– Тогда завтра в два часа пополудни.

– Годится!

* * *

Ровно в пять за воротами раздался басовитый гудок. Детеринг одернул на себе светло-серый пиджак, набросил на голову широкополую шляпу и вышел из дома. На улочке стоял гигантский «Лэнгли» с затемненными окнами. Детеринг уселся рядом с водителем, повернулся назад, протягивая руку Фаржу:

– Привет, старина… Рад вас видеть, леди Энджи.

– Вы и впрямь выглядите измученным, Йорг, – рассмеялась женщина. – Макс говорил мне, что последнее расследование ужасно вымотало вас.

– Увы, увы, миледи, – вздохнул Йорг. – Дела такого уровня и впрямь требуют большого напряжения.

– Ситуация с твоим награждением выглядит довольно дурацкой, – произнес Фарж, дымя сигарой. – Монсальво объяснил мне, что твое отсутствие на совещании – не более чем повод, причем совершенно нелепый. Не исключено, что Его Превосходительство не желает подписывать представление по каким-то личным причинам.

– Личным? – поднял брови Детеринг. – Да я с ним едва знаком!

– И тем не менее… Знаешь, Йорг, не считай меня сумасшедшим – но я бы подумал о людях, которые имели отношение к твоему досье во время твоей последней миссии на Россе. Я догадываюсь, что ты мне ответишь… да, у тебя с ними не было никаких проблем. А у них с тобой?

Детеринг кивнул и отвернулся. Возможно, Фарж прав в своих догадках – но думать об этом не хотелось, по крайней мере сейчас. Кар выехал на большую развязку, свернул на юг, и вскоре за окнами появились характерные черепичные крыши пригородных особняков. Тео решил устроить свою вечеринку подальше от случайных глаз – на острове Барт, за Южным рогом бухты. Остров этот принадлежит семейству Малосси, состоящему в родстве с Харрисами, так что незваных гостей опасаться не стоило.

После того как загадочный Лупиньо сжег старое гнездо Харрисов в квартале Лотиан-бридж, Тео обосновался на ферме своей подруги леди Далтон, а в Лотиане почти не появлялся, невзирая на то, что дом был в рекордные сроки восстановлен и старик Энгус вел свои дела по прежнему адресу. Теопольд несколько отдалился от семьи; прошел даже слух, будто он собирается восстановиться на службе, однако дед категорически отверг эту идею, и полковнику Харрису не оставалось ничего иного, кроме как склонить голову.

За время, прошедшее с их возвращения на Кассандану, Йорг видел Тео всего несколько раз – заезжал на ферму Ирен Далтон, где они с Харрисом устраивали конные прогулки и заливали воспоминания густой ароматной граппой местных виноделов. Старые товарищи покинули его, не пожелав оставаться на Кассандане – Ломбарди вернулся в свое подразделение, а Резник занялся строительным бизнесом на Тайро, так что теперь драгоценную особу младшего Харриса охраняли несколько мрачных типов из тех, кому Йорг по здравом размышлении не доверил бы и доллара. Впрочем, такова была воля Энгуса. Перечить ему Тео не смел, но в то же время делами семьи если и занимался, то с крайней неохотой.

Трасса взлетела на холм, и над верхушками окружающих ее деревьев появился шпиль древнего маяка, установленного на оконечности Южного рога. Чуть пониже шпиля золотилась на солнце изящная корона, на самом деле выполняющая функции антенного узла. Практической надобности в этом маяке уже не было, ибо последние два столетия океанские суда использовали только орбитальную навигацию, – но тем не менее маяк по-прежнему работал, оставаясь одним из талисманов Порт-Кассанданы, а коль так, то вырубать его никто не смел и думать.

Кар ушел по развязке налево и через несколько минут остановился у небольшого причала, возле которого качались на мелкой волне два катера. Остров Барт, где ждал гостей именинник, виднелся на горизонте туманным серо-зеленым пятном.

– Вроде вовремя, – удовлетворенно кивнул Фарж. – Открывайте багажник, Филлипс, – скомандовал он водителю. – Дальше мы уже сами.

В багажнике «Лэнгли» лежал длинный, отделанный светлой замшей цилиндр с золочеными замками на крышке. Крякнув, Макс взгромоздил его себе на плечо и боднул головой, указывая на причал:

– Это за нами, как я понимаю.

– Может, помочь? – заботливо осведомился Йорг.

– Не надо, – буркнул в ответ Фарж. – Хотя гобелен, чтоб ты знал, четырехслойный…

Детеринг поднял брови. Старинный корварский гобелен в четыре слоя должен был весить килограммов тридцать. А уж сколько он мог стоить в крупном антикварном салоне – не хотелось и думать. Йорг вдруг почувствовал себя неуютно. Следовало как-то намекнуть Максу, что он поступил не совсем тактично, но Детеринг знал, что тот лишь отмахнется в ответ. Это действовало на нервы.

Тем временем из ближайшего катера на причал ловко выскочил юноша в белом костюме с декоративным золотым аксельбантом.

– Полагаю, – заулыбался он, – вы – гости милорда Теопольда? Разрешите помочь вам, миледи…

Энджи запахнула на груди жакет и с улыбкой протянула мальчишке левую руку. Фарж хмыкнул. Йорг прыгнул в катер, принял тяжеленный гобелен из рук приятеля:

– Так и свалиться недолго.

– Да ладно тебе. – Макс выглядел чем-то озабоченным, и по мере приближения к Тео эта озабоченность только росла. Йорг уже догадывался, что его ждет серьезный разговор – но о чем?.. Фарж не имел привычки болтать не к месту.

Катерок лихо развернулся и рванул в сторону острова. Вспомнив утреннее купание, Йорг негромко рассмеялся.

– Что это ты? – повернулся к нему Фарж.

– Я уже побывал сегодня на борту одного плавсредства, – подмигнул ему Детеринг. – И завтра у меня свидание с некоей юной морячкой.

– Везет тебе с неожиданными знакомствами.

– Мои знакомства бывают очень полезны. Иногда…

– Ну да.

Катер ткнулся носом в эластичный бордюр пристани, прополз еще немного вперед и замер, остановленный электромагнитными замками.

– Мы прибыли, господа! – гордо сообщил юный кормчий.

Харрис встречал гостей в просторном низком павильоне, который семейство Малосси выстроило специально для торжественных случаев. На имениннике был роскошный клубный костюм, и Йорг даже прищурился от неожиданности – в такой упаковке лорда Теопольда он еще не видел.

– Дорогой Тео, – демонстративно прокашлявшись, Фарж достал из кармана пиджака карточку с текстом поздравления, но Харрис, захохотав, отвел его руку в сторону:

– Этого еще не хватало! Я чертовски рад вас видеть, ребята, и на этом мы пока приостановимся. Здесь полно «друзей семьи», которые, честно говоря, мне не очень симпатичны – но к вам, как вы понимаете, отношение другое…

Он передал подарок подбежавшему слуге, хлопнул по плечу Детеринга и махнул рукой в глубь помещения, где стояли накрытые столы:

– Идемте, друзья мои. Леди Далтон занята болтовней с моим братцем, но выпить по маленькой нам это не помешает. Если, конечно, – Тео куснул губу и лукаво покосился на Энджи, – миледи Этан не станет возражать.

– Миледи не имеет привычки сверлить мозги господам офицерам, – наклонила голову та. – Это даже неприлично – вы не находите, полковник?

– Ай! – хлопнул себя по губам Харрис. – Разумеется, разумеется…

Выпив стаканчик, Йорг облегченно выдохнул и принялся осматриваться. Гостей было немного, и все они, насколько он видел, принадлежали исключительно к деловому кругу. Впрочем, он знал, что флотских приятелей у Тео на Кассандане нет – разве что знакомые, и не более. Детеринг хмыкнул и машинально поправил галстук.

– Я слышал, тебя тоже есть с чем поздравить? – повернулся к нему Харрис, держа в руке бутыль с каким-то редким авторским виски из Девенпорта. – Твое недавнее дело поставило на уши полгорода.

Детеринг иронично хрюкнул в ответ.

– Кто б чего боялся, – заметил он. – Хотя, если серьезно, я был даже немного удивлен.

– Чем же?

– Бесцеремонностью, Тео. Я долго думал над этой формулировкой и решил для себя именно так – да, бесцеремонностью в самом прямом смысле этого слова. Таких дел здесь еще не было, поверь мне. Многое осталось вне стен суда, но тебе я могу сказать: эти люди все продумали заранее, до мелочей. И сама по себе финансовая афера нужна им была именно для того, чтобы закупить оружие и снаряжение – и немедленно отправить его в две известные пиратские группировки. То есть это была не случайная какая-то сделка, не-ет. Все детали у них были проработаны с тщательностью хороших штабистов. Их «подцепили»-то на ерунде, на мелкой ошибке в логистике, которая по большому счету ни на что особо не влияла. А потом… Говорю тебе, Тео, – такого еще не было. И мне становится дурно при мысли о том, что кто-то где-то может заняться подобным бизнесом всерьез, на постоянной основе.

Харрис задумчиво покачал головой и прикрыл на пару мгновений глаза.

– Это серьезная дыра в системе, Йорг, – произнес он. – Боеприпасы и все прочее они покупали через лицензированных конвойников?

– Разумеется. Те легко отделались. Им даже сбыт краденого не припишешь, х-ха! Так, неаккуратность в бухгалтерии… Но они догадывались, что происходит, а потому их еще ждут кое-какие неприятности. Думаю, в профессии им теперь не остаться.

К Тео подошел слуга в темно-синем фраке, что-то негромко произнес, и Харрис, извинившись, поспешил ко входу. Фарж увел Энджи в компанию, стоящую у концертного рояля в дальнем углу зала. Бросив на них короткий взгляд, Детеринг узнал пару юристов, зарабатывающих вокруг космопорта, и понимающе усмехнулся. Он уныло посмотрел на столик, заставленный бутылками и мелкой закуской, достал из кармана портсигар и через боковую дверь вышел на веранду, опоясывающую павильон с трех сторон.

К вечеру вдруг похолодало, с моря задувал зябкий соленый ветерок. Едва Детеринг раскурил сигару, за его спиной хлопнула дверь. Обернувшись, он увидел Ирен Далтон – крепкую, светлоглазую, короткое замшевое платье в «фермерском» стиле очень шло ее ладной фигуре.

– С именинником, – произнес Йорг, приветственно поднимая руку. – Меня уже ищут?

– Пока нет, – улыбнулась женщина. – Там приехал посол от дорогого дедушки, так что Тео пока занят. Гостей, кажется, больше не будет.

– Скоро за стол?

– Тебе не терпится?

– Мне кажется, что я здесь не к месту. Тео чем-то озадачен или я стал слишком подозрителен?

– Последние два дня – да. – Ирен сломала пальцами свою тонкую сигарету, бросила в стоящую рядом мраморную урну. – У него что-то произошло, Йорг. И он очень ждал вас все это время.

– Если бы у него что-то произошло, – возразил Детеринг, – он не стал бы ждать.

– Тебя найти было невозможно, – напомнила Ирен.

– Значит, ему нужен именно я?

– Я не знаю. Мне кажется, это не связано с делами семьи.

– О, дьявол!

– Пойдем, – пальцы Ирен коснулись его рукава, – я думаю, тебе нужно как следует выпить после всей этой суеты. Я, кстати, видела тебя в суде, в новостной ленте. Никогда бы не подумала, что ты столь суров в мундире! Гром и молния!

Гости уже рассаживались за длинным столом. Кое-кого из них Детеринг знал, по крайней мере – шапочно. Соседями Йорга оказались крупный подрядчик, занимающийся вопросами инфраструктуры космопорта, и профсоюзный юрист, давно связанный с домом Харрисов. Едва они успели обменяться приветствиями, по левую руку от именинника встал очень высокий мужчина с нездоровым, одутловатым лицом. Не слушая здравицу, Детеринг незаметно повернулся к подрядчику:

– Кто это, Игорь? Я его видел, но не более…

– А, – поморщился тот, – Джонни Кинг, один из людей старого Энгуса. Настоящее его имя мало кому известно… он здесь неспроста, я так думаю.

Йорг понимающе кивнул. Тео не желал оправдывать ожидания своего почтенного деда – ему, вояке до мозга костей, сомнительный семейный бизнес был попросту неинтересен. Братья его звезд с неба не хватали, и Энгусу, похоже, оставалось лишь уповать на внучек, которых уже пора было начинать «пристраивать». Но, по всей видимости, глава клана все еще надеялся, что Теопольд «возьмется за ум», благо в наличии последнего сомневаться не приходилось.

«Сюжет дешевого романа, – думал Йорг, закусывая коньяк душистым орегонским сыром, – классного пилотягу ждет многомиллионный бизнес, а он сидит на ферме и стреляет кроликов… и как долго, интересно, это будет тянуться?»

После третьего тоста стол заметно оживился. Кое-кто поднялся со своих мест, доставая сигары, и Детеринг, встретившись глазами с натужно улыбающимся Тео, незаметно дернул головой. Вместе с именинником встал и Фарж, отчетливо измученный скукой.

– Оловянное мероприятие, – бросил он, подходя к Йоргу. – Уж пускай меня извинят, но в такой компании у меня начинает болеть голова. Увидишь, скоро они начнут блевать в цветочные горшки…

– Это – святое, – кивнул Детеринг. – Ну, где там Тео?

Харриса задержал зеленолицый Кинг. Дослушав его, полковник резко повернулся и пошел по залу, улыбаясь многочисленным дамам.

– Идемте, – произнес он, проходя мимо Макса с Йоргом.

Они вышли из павильона и зашагали вслед за именинником, который уверенно двигался по едва заметной узкой дорожке меж цветущих кустов. Вот впереди показалось нечто вроде застекленной зимней беседки – Харрис дернул дверь, пошарил рукой, включая небольшое бра на стене, и вздохнул:

– Посидим тут. Я, собственно, недолго…

На лакированном столике стояли две бутылки коньяка, три рюмки и блюдо с крохотными бутербродами.

– Что-то ты совсем невесел, – заметил Фарж, располагаясь в глубоком зеленом кресле. – Семейство замучило?

– И это тоже, – Харрис зубами выдернул пробку из бутылки, разлил коньяк по рюмкам, – но вас это не касается.

– Да уж понятно…

Рюмки звякнули, встречаясь; Детеринг покрутил в пальцах сигару и выжидательно уставился на Тео. Харрис хмыкнул в ответ.

– Не так давно, – начал он, – на небольшую торговую факторию клана Вейр было совершено весьма дерзкое нападение. Фактория находится в системе звезды, известной нам как Орри – не важно, где это… скажем так – далеко… Налет этот совершил не кто иной, как наш загадочный приятель Лупиньо. По крайней мере, в этом Вейры уверены. Я не стал бы мести пыль языком, но, видите ли, мы имеем как минимум два любопытных обстоятельства. Первое: Вейры по своим каналам вышли на представителей разведки нашего славного Флота и выразили немалое возмущение.

– Э-ээ, – выпучил глаза Детеринг. – А что, теперь пираты стали считаться чьей-то персональной проблемой?

– Погоди, – остановил его Харрис. – Нет, не стали. Но Вейры почему-то считают Лупиньо не просто пиратом, а проблемой ВКС Империи Человечества. Ты знаешь корварский мир куда лучше меня, ответь: Вейры, даже точнее – такой серьезный клан, как Вейр, стали бы предъявлять претензии, не имея для того весьма и весьма значительных оснований?

Йорг мотнул головой, и Харрис поднял палец:

– Вот. Но что это за основания, никто не знает. Хуже того – все в растерянности. Но это еще не все. По некоторым, как говорится, данным, Лупиньо в реале атаковал вовсе не торговую факторию, а секретный научный центр, принадлежащий одному из высших кланов Старого Корвара. И Вейры этот научный центр охраняли. Но со своей задачей не справились…

– При чем здесь мы? – резко спросил Фарж. – Вейры хотят списать свой провал на нас? И что это им даст?

– Погоди, – перебил его Детеринг. – Говорят же тебе – все «куда» хуже… Вейры посчитали нужным передать нам какую-то чрезвычайно важную для нас информацию. Но сделать это в полном объеме они не могут – очевидно, в силу своих обязательств перед нанимателем.

– Именно, – кивнул Харрис. – Лупиньо опасен в первую очередь для нас самих. Но каков вектор этой опасности?

– Мы даже не знаем, кто он и как его зовут, – сказал Детеринг. – А поскольку помимо Лупиньо у нас на горизонте хватает куда более докучливых героев эпохи – то кому он нужен? Кто будет «сажать» следственную бригаду на малозаметного персонажа? У нас и так всех, кого только можно, переводят сейчас на контрабанду… И что теперь? Не думай, что я забыл о наших делах и о непокрытом векселе, Тео. Но наш должничок, как назло, действует лишь на линиях, совершенно не интересных для СБ, поэтому у меня не было и нет ни малейшего повода вести какие бы то ни было разработки по его адресу.

– Ну, значит, – Харрис улыбнулся, но глаза его остались холодны, – тебе придется заняться этим делом в частном порядке, потому что помимо дела с Вейрами у меня есть еще одна малоприятная новость. Трое суток назад на Кассандану прибыл капитан Эдвин Ломбарди, начальник недавно образованного отдела А7 главного штаба Ц-службы ВКС.

– Что такое А7? – нахмурился Фарж. – А, это стратегическая разведка, но секций, насколько я помню, было всегда пять. Они образовали аж две новые?

– Что такое седьмой отдел, я пока сам не очень понимаю, – лорд Теопольд вернулся к коньяку и наполнил рюмки своих друзей, – знаю только, что это нечто до того секретное, что начальствовать туда поставили не генерала, а мало кому известного капитана, замеченного к тому же в разной придури.

– О, боже. Такая новость может хорошо попортить нервы нашему начальству на «ведьминой горе». Если уже не попортила.

– Не имеет значения, по крайней мере – пока. Впрочем, это мы еще, вероятно, обсудим. Проблема в том, что прибыть Ломбарди прибыл, но сразу после прибытия исчез. Учитывая, что визит его носит неофициальный характер, в розыск его пока еще не объявили – как бы некому. Теперь о деле. По словам Эда, он является носителем чрезвычайно важной информации, касающейся нашего с вами недавнего приключения. Целью его была беседа с командующей оперативной зоной Кассанданы вице-маршалом Роксаной Барилари. Я взялся эту встречу организовать, но Эд не прибыл в штаб-квартиру Барилари и не вышел на связь позже… Через двенадцать часов после того, как его рейсовый лайнер опустился в Порт-Кассандане, я начал поиски. Результатов они не дали…

– Барилари вот так просто согласилась принять некоего молодого капитана? – недоверчиво прищурился Фарж. – Что-то слабо я в такое верю.

– Роксана – его сводная сестра, – спокойно объяснил Тео. – А разница в двадцать пять лет ни о чем не говорит, ты же сам понимаешь.

– А я не в курсе. – Макс с удивлением посмотрел на Детеринга и схватился за свой коньяк. – Так вот живешь-живешь – и не знаешь таких важных вещей…

Йорг мрачно покачал головой. Похищение вооруженного (а как же иначе?) «синего льва» выглядело несколько феерично, особенно в таком месте, как Порт-Кассандана. Тут нужны специалисты, причем не просто хорошо подготовленные, а еще и весьма уверенные в себе. При большом тщании найти их можно, но операция получается очень затратной, а главное – требующей долгой подготовки.

Нет… невероятно.

– Силовой вариант я тоже исключаю, – поймав его взгляд, усмехнулся Харрис. – Мной были подняты люди, входившие в состав дежурной смены таможенного поста, которые видели, как Эдвин благополучно покинул контрольную зону, направляясь к площадке одной из прокатных фирм. Сотрудники фирмы сообщили, что мастер Ломбарди взял заранее арендованный на свое имя кар – «Санбим-Хаук» и уехал в сторону северной развязки. Все. Больше его никто не видел.

– С мэм командующей ты беседовал?

– Она связалась со мной тем же вечером. Ничего. Абсолютно. О целях его визита она как не знала, так и не знает, но у меня есть предположение, что люди из местной флотской разведки тоже уже начали поиски. Их возможности, по вполне понятным причинам, весьма и весьма ограниченны.

– Где потом нашли автомобиль?

– В одном из закоулков Броуди. Никаких следов борьбы, зафиксированный пробег – 40 километров, что абсолютно ни о чем не говорит. Маршрут, конечно, прокатная контора отследить не может, нашли, как бывает обычно, поисковым импульсом на маячок. Да – никаких знакомых, насколько я знаю, у него здесь не было.

– Он предполагал остановиться у тебя?

– Да, это было обговорено заранее.

– Что скажешь? – спросил Детеринг, поднимая глаза на Фаржа.

– Эксперты тачкой занимались? – спросил тот.

– Если бы что-то было, я бы сказал, – пожал плечами Харрис. – Пока, я повторяю, это все.

Фарж пожевал губами. Только сейчас Йорг заметил, что под глазами у него залегли темные круги усталости, каких раньше ему видеть не доводилось.

– Кто примет решение? – произнес Харрис, переводя взгляд с одного офицера на другого.

– Пока я. – Макс коротко усмехнулся и встал. – Мне потребуется не менее суток. Если я не справлюсь, в дело вступит Йорг, хотя его агентура, насколько я понимаю, не очень компетентна на Кассандане.

– Как знать, – пожал плечами Детеринг. – Ну что, вернемся к столу? Кажется, леди Энджи уже усадили за рояль…

– Да-да, мне пора, а то гости начнут строить всяческие гипотезы, – засмеялся Харрис. – Гостей моих вы видели, не так ли?

Йорг понимающе поднял руку. Именинник вышел из беседки первым и, не оглядываясь на друзей, быстро пошел к павильону, из которого доносились фортепианные пассажи. Фарж медленно шел рядом с Детерингом, попыхивая сигарой и, похоже, все никак не мог собраться с мыслями. Йорг не торопил его, понимая, что Макс должен сообщить ему что-то важное. В конце концов Фарж остановился и повернулся к морю.

– У меня убили одного агента, – глухо проговорил он. – И я прекрасно знаю, что это не обычная «бытовуха», как заявила полиция. Хотя бы потому, что после этого в молодежных сетях началась волна «белого шума» – масса локальных вирт-площадок заполнена идиотскими, априори фальшивыми лотами о создании протестных групп и так далее. Кто-то «погнал волну», но зачем?

– Убийство агента – серьезное дело, – осторожно заметил Детеринг. – Что сказало твое начальство?

– Ничего, и в этом я сам виноват – вечно перестраховываюсь…

– То есть ты работал с ним «без подписи»?

Макс глубоко вздохнул.

– В некоторых случаях другого выхода нет, и плевать мне, честно говоря, на все инструкции с уложениями. У нас в управлении, Йорг, работает «крот».

– Ч-что?!

– Да. – Темные глаза Фаржа яростно блеснули в слабом свете фонарей у павильона. – Да, черт возьми! Информация моего отдела до сих пор секретится по грифу «Е», то есть добраться до нее в принципе может любой сотрудник Резидентуры. Круг широк, не правда ли? Есть от чего свихнуться… Ты спросишь меня, почему? Да потому, что сразу две левацкие группировки, которым мои парни плотно сели на шею, неожиданно «захлопнулись» – следом убийство агента, и шумовая волна на вирт-территориях. Послушай, Йорг… у тебя мозги устроены не так, как у всех, так вот я прошу тебя… нужно провернуть внутреннее расследование, но совершенно неофициальным образом. Может, пустить слух о некоей проверке «с самого верху», о которой никому ничего не известно, но кое-кто якобы уже начал психовать…

– Ты подозреваешь кого-то? – спросил Детеринг.

– Кого? Если б я имел хоть какой-то намек… Видишь ли, «сдать» моего агента «крот» не мог, просто потому, что не имел о нем ни малейшего понятия. Но понимаешь, то ли я действительно спятил, то ли моим подопечным кто-то прочитал курс лекций по методикам контрразведки. Агента вычислили, в этом у меня нет ни малейших сомнений.

– То есть случайное стечение обстоятельств ты исключаешь? Агент не мог «сгореть» по собственной дурке?

– Мог, – согласился Фарж. – Но он ничего не знал о второй группе… конечно, они могли пересекаться в своих локалах, и все же я больше верю собственной интуиции, нежели «теории совпадений». Пока еще Кассандана не видела настоящих терров, но мы вступаем в новую эпоху… По статистике, в крупных колониях не желает работать каждый седьмой городской житель. Сейчас, конечно, им приходится как-то устраиваться, но если Метрополия продавит закон о соцминимуме, будущие «седьмые» уже не пойдут учиться после лицея, а с детства начнут садиться на пособие. И, соответственно, они будут убивать, Йорг. У них появятся вожди, способные шантажировать всех нас… потому что мы для них станем «остальными»… кормовой базой. Я уже вижу, как все это будет. И подрывы будут, и химические атаки будут, и много чего еще. Просто потому, что бесплатных благ много не бывает – их всегда мало. И те подонки, что сегодня орут о грядущем справедливом обществе, очень хорошо это понимают. Сегодня их лозунг – «Поделись со слабым». Завтра они завопят «Отдай или умри», и это не будет пустым звоном.

– Что-то тебя понесло, – прищурился Детеринг. – Ты начинаешь меня удивлять.

– Я сам себя удивляю, – отрывисто бросил Фарж. – Но скоро мы все удивимся еще сильнее!

Глава 3

К полудню Йорг закончил стрелковую тренировку в любимом клубе и вернулся домой. Три часа упражнений с винтовкой конца XIX столетия привели его к некоему решению: переодеваясь в домашнее, он набрал личный код Кшися Пулавски.

– Как тебе отдыхается, мэтр? – поинтересовался следователь.

– Даже не знаю, что ответить, – фыркнул Йорг, – ибо валяться пузом кверху я совершенно не приучен. Да еще в ожидании грядущих неприятностей.

Пулавски вздохнул.

– Да, Его Превосходительство изволил гневаться. Сам я этого не слышал, но мне уже рассказали. Правда, мне кажется, что у него обычный приступ служебной ревности, милорд. Предъявить вам абсолютно нечего. Просто у Полякова такой характер, что ж теперь поделаешь.

– Характер? – повторил Детеринг, осторожно пробуя только что сваренный роботом кофе. – Ишь ты. Ну, я слышал, что наш Начальствующий Чин привык считать Резидентуру чем-то вроде собственного курятника, но с таким подходом и до греха недалеко. Я помню, Таня Кампуш рассказывала мне какую-то давнюю историю с контрабандистами, которые угробили сразу троих наших ребят, а Поляков потом еле вывернулся из служебного расследования.

– Эта история не такая уж «давняя», – хмыкнул в ответ следователь. – Всего три года прошло, даже меньше. А расследование пытался устроить Бармин, который вдруг ни с того ни с сего помешался на «внутреннем враге».

– Бармин?.. Погоди, это тот самый, что уволился незадолго до моего назначения?

– Да, милорд, тот самый. Полякову он действительно потрепал нервы… Поляков прямо спрашивал его: на каком основании? – а Бармин только молчал в ответ и писал рапорты один за другим.

– Вот дела, – удивился Детеринг. – А почему Его Превосходительство препятствовал? Погибли люди, и внутреннее расследование – совершенно естественное в таких случаях дело.

– Да расследование провели, все чин по чину. Но виновных там действительно не было – они погибли в бою, и кого теперь винить? Только Бармин считал, что одного расследования мало. В общем, с трудом его тогда успокоили. Поляков, конечно, крайне не любит, когда кто-то пытается вытащить на свет неудачи его подчиненных – на этом они с Барминым и столкнулись.

– Вот так, служишь-служишь и не знаешь, где лоб расшибешь, – покачал головой Йорг. – Я, собственно, что от тебя хотел – мне тут Прокурор Кассанданы слегка намекнул на то, что раз дело закончилось открытым судом, значит, нам, то есть следственной коллегии, необходимо подготовить отдельную отчетность для Прокуратуры…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.