# Тяжело быть студентом

Маргарита Блинова

Ангелина – самая обычная на вид девушка, которая учится на последнем курсе Университета Магии и Ворожбы. Причем магии в ней ни граммульки, поэтому приходится грызть гранит теоретической науки, особо ни на что в будущем не надеясь. Скучная однообразная жизнь среднестатистической зубрилки?

Да, именно такой Линка и старается казаться, тщательно скрывая свою работу в качестве консультанта управления безопасности и причастность к клану наемников.

И может быть, ей даже удалось бы спокойно получить диплом и выпорхнуть во «взрослую» жизнь, если бы в универ для обмена знаниями неожиданно не прислали Темных и директора не осенила «светлая» идея назначить Ангелину их куратором.

> © Блинова М., 2015

> © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

## Пролог

Я тихонько ругалась, стараясь поудобнее устроиться на холодном камне алтаря. Комфорту значительно мешали цепи, опутавшие руки и ноги, а дополнительного адреналина добавляли с десяток кожаных ремней, лишавших тело подвижности.

– Эй! – прошептала я, стараясь не отвлекать жреца, сосредоточенно бубнившего заклинание. – Эй, ты… в капюшоне!

Один из прислужников жреца недовольно дернул плечом и развернулся. Остальные бездушно меня проигнорировали.

Ну никакого сочувствия к бедной умирающей жертве! Что за люди пошли?

Умоляюще смотрю в бесстрастное лицо единственного, откликнувшегося на мой призыв.

– Почеши нос, пожалуйста! – жалобно протянула я.

Мрачный тип с соответствующим выражением лица посчитал сие занятие выше его статуса и молча отвернулся. Зато, на мое счастье, просьбу, видимо сочтя ее последней, решил выполнить прислужник, стоящий справа.

О-о-о, да-а-а… Как же мало надо человеку для кайфа!

– А мы с вами раньше не встречались?! – радостно заулыбалась я, вглядываясь в молодого и, надо сказать, симпатичного мужчину. – Лицо у вас такое знакомое… Я по нему случайно не била?

Парень отдернул руку. Нервные все тут какие-то!

И вообще, скучный у них ритуал получается! Анекдот, что ли, пошлый рассказать? Или частушку матерную спеть? А может, лучше вообще песню? Тем более что пою я громко и фальшиво.

К моменту, когда из весьма обширной коллекции кабацких песен была выбрана самая веселая и непристойная, жрец прекратил бубнить. Один взмах рукой, и прислужники бросились расставлять толстые бело-черные свечи.

На мой взгляд, работали они неорганизованно и чересчур суетливо, но, как говорится, – не критикуй чужое жертвоприношение, а то хуже будет.

Хотя куда уж хуже?

– Любезный жрец, – скучающим тоном позвала я, – надеюсь, ритуал не затянется надолго?

– Будь уверена – от тоски умереть не успеешь, – хрипло откликнулся мужчина, подходя к алтарю, на котором в весьма откровенной позе лежала я.

– М-м-м… – киваю головой. – Первая хорошая новость за весь день! Кстати, можно мне под спинку что-то подстелить, а то почки скоро отвалятся…

– Не переживай, – проверяя цепи, сковавшие мои руки, сказал жрец. – На том свете они тебе не понадобятся.

– Ну, знаете! – возмутилась я. – Хочу умереть в полной боевой комплектации.

– Не переживай, – снова «утешил» жрец, доставая кривой ритуальный нож и чашу, – диким зверям, разрывающим твое тело, будет все равно, здоровые у тебя почки или нет. Главное, что вкусные.

– В следующий раз хочу алтарь с подогревом! – недовольно надула губы я.

Жрец, запрокинув голову назад, громко и довольно противно рассмеялся. Все еще занятые правильной расстановкой свечей прислужники почтительно поддержали главного.

– Любой каприз, моя милая! – зло усмехнулся мужчина, обрывая немузыкальный смех подчиненных. Еще раз окинув взглядом прикованную жертву, он задумчиво почесал подбородок. – Что-то ты чересчур веселая…

– Стоит разок-другой умереть, и приоритеты меняются, – улыбнулась я.

Может быть, даже и руками бы развела, вот только оковы позволяли шевелить лишь головой, и то в ограниченном диапазоне.

Жрец окрикнул прислужников, ползающих по пентаграмме, словно улитки по виноградному листу, и взял в руки нож.

Я недовольно зажмурилась, готовая ощутить уже привычную за сегодня боль…

Но, наверное, следует начать с самого начала.

## Глава 1

> То, что для одного – серые будни, для другого – самое яркое событие в жизни

Заходя после долгого отсутствия в такое родное здание университета, я не удержалась от радостного возгласа:

– Как же хорошо в этом сарае!

– Ага, особенно если наблюдать, как он горит синим пламенем, – мечтательно произнес невольный свидетель моей несдержанности.

Я смерила сердитым взглядом первокурсника с лицом самодовольного гуся, и пока мозг лихорадочно скрипел и придумывал достойный ответ, тело отреагировало мгновенно – гордо выставив на защиту любимого универа средний палец. На последнем, словно некая пикантная изюминка, красовался гипс, добавляющий жесту внушительности.

Парень хмыкнул, видимо, пораженный красочностью аргументации, отошел от подоконника, который подпирал все это время, и шаркающей походкой хулигана убрался восвояси. А я с идиотской улыбкой на лице побрела по коридору учебного корпуса.

Радости в организме был такой переизбыток, что хотелось заключить в объятия все: стены, залитые какой-то зеленой слизью; кадку с наполовину высохшим, наполовину сгоревшим фикусом; летающих под потолком почтовых обезьянок и даже профессор Карода, мелькнувший в конце коридора, не показался таким уж противным маразматиком.

Вот что значит пара месяцев дикой жизни и ночевок в компании голодных волков и комаров. Поневоле научишься ценить привычный – пусть и казенный – уют. А уж как приятно вернуться туда, где тебя любят, ценят и ждут.

– Ангелина! – раздался за спиной радостный крик. – Линка, стой!

Я оборачиваюсь и с улыбкой смотрю на догоняющих меня двух высоких худых парней-старшекурсников.

С этой парочкой боевых магов – Ролли и Конни – я познакомилась еще на первом курсе. И хотя теоретики и практики редко общались между собой, с этими ребятами у меня сложились, можно сказать, приятельские отношения. В смысле – они защищали меня от хулиганов, а я иногда делала за них домашнюю работу.

– Лин, – сразу перешел к делу Ролли, – нам твоя помощь нужна!

– Проверь формулы, – протянул исписанные корявыми символами и тысячу раз перечеркнутые листы Конни.

М-да… Вот тебе – скучают и любят. Скорее уж, пользуются твоим многофункциональным мозгом!

– И вам привет! Спасибо, дела хорошо. – На ходу бросила я и, ехидно усмехнувшись, добавила: – Бесплатно извилины в аренду не сдаю.

Парни приуныли, но в карманы благоразумно полезли и совместными усилиями наскребли приличную сумму, которая тут же перекочевала ко мне в сумку.

Ну что ж, время подтверждать годами создаваемую репутацию заучки. Мозг, осознав, что настал момент реабилитироваться, натужно заскрипел серыми клеточками, а вот я едва не расхохоталась, рассматривая листы с жирными отпечатками пальцев и нехилым пятном от кетчупа.

– Мальчики, ну и зачем вам собачка?

– К-какая с-собачка? – попытался изобразить на лице удивление Ролли. Получилось из рук вон плохо. Сразу видно, в детстве его воспитанием сердобольная бабушка не занималась. Поэтому и остался этот экземпляр без музыкально-танцевально-художественно-театрального (нужное подчеркнуть) образования.

Еще раз покрутив в руках каракули и выдержав многозначительную паузу, в течение которой парни краснели, бледнели и обливались потом, поднимаю голову и строго смотрю на двух неадекватных боевиков.

– Обычная такая собачка. – Парни заметно побледнели, уже понимая, что я обо всем догадалась.

– С тремя клыкастыми головами, – принялась перечислять я, – около центнера весом и с очень скверным характером. – Подхожу ближе и интересуюсь злым шепотом: – Вы зачем, идиоты, Цербера вызвать хотите?

Конни недовольно толкнул приятеля в плечо:

– Я же говорил, что поймет!

Ролли промолчал и покаянно опустил голову с коротким ежиком светлых волос.

Парни уже прошли отборочные испытания в отдел боевой магии, поэтому с нетерпением ожидали конца учебного года, откровенно наплевав на занятия. Неудивительно, что от избытка нереализованной энергии их на глупости потянуло.

– Ну, и на кой он вам сдался? Экзотическое домашнее животное захотели? Или подумали, что быть боевым магом со всеми конечностями – банально и скучно? – Скрещиваю руки на груди. – Не думаю, что у вас получится ввести столь экстравагантную моду. Хорошо, если руки или ноги лишишься… – Мой задумчивый взгляд спустился ниже и замер где-то в области поясов парней. – А если собачка промахнется и оттяпает не то?

Синхронно прикрыв руками самое ценное, боевики переглянулись.

– Лин, – попытался оправдать собственную дурость Ролли, – понимаешь, я с Конни на первом курсе поспорил, что к концу обучения стану таким крутым магом, что…

– …что сможет задом наперед оседлать Цербера и сделать круг почета вокруг универа, – закончил за него Конни.

Скинув сумку на ближайший подоконник, запрыгиваю туда же и дарю ребятам свой коронный взгляд «ну вы и идиоты…».

– Ребят, сноска «Смертельно опасно» под описанием Цербера для вас звучит как вызов? – рассмеялась я, беззаботно болтая ногами. – Признаться, ничего более глупого и тупого еще не слышала.

– Вот и я ему то же самое сказал, – обрадовался поддержке Конни.

– Угу, – нахмурился Ролли. – За это я тебе нос и сломал.

Невольно улыбаюсь, вспоминая их первую драку.

Я тогда шла с тренировки от Крестного и совершенно случайно напоролась на двух первокурсников, в темноте городского парка выясняющих степень крутости друг друга. Слово за слово, толчок за толчком, и вот худые невзрачные подростки уже катаются по траве.

Итог превзошел даже мои скромные ожидания – штраф за порчу городского имущества, два сломанных носа, трещина в коленной чашечке и выбитый зуб. Собственно, с зализывания ран на соседних больничных койках и началась великая дружба двух боевиков.

Прошло четыре года, парни нарастили мышцы, научились превосходно сражаться, но, к несчастью, так и не поумнели.

– И чем же провинился перед вами сторож подземного царства? – трясу перед их лицами мятыми листами, исписанными формулами.

– Мы решили, что оставлять обещания невыполненными – это не по-мужски, – торжественно начал Ролли.

– И потом, – озорно улыбнулся Конни, – хочется знать, сможем или нет? Ну, ты понимаешь!

Я кивнула, соглашаясь. Действительно, понимаю. Проблема же заключалась в том, что мне тоже было дико любопытно, хватит ли у двух самых сильных боевиков универа силы, чтобы призвать Цербера, или нет.

Что поделать, если своя голова дурная, то нечего мечтать о том, чтобы прикрутить кому-то нормальную.

Более внимательно всматриваюсь в формулы и не глядя вытаскиваю простой карандаш из лежащей на подоконнике сумки.

Та-а-ак… И что тут у нас?

Нет, в принципе, поработали Ролли и Конни неплохо (и это несмотря на несданный зачет по Магическим составляющим и хвост по Аналитической магии, тянущийся аж с третьего курса). За исключением внешнего вида расчеты выглядели весьма пристойно.

Формула вызова была грамотно просчитанной и законченной во всех уровнях. Круг, которым ребята собирались удерживать подземного монстрика, проработан от и до.

– Защитные линии сами придумали? – по привычке покусывая кончик карандаша, спросила я, не отрываясь от проверки вычислений.

– Это Ролли, – с гордостью за приятеля произнес боевик.

– Круто, – искренне похвалила я и развела руками, – но Цербер на ваш зов не придет. Максимум из соседней деревни какого-нибудь Полкана выкинет… Тоже, кстати, весьма недовольного жизнью.

– Почему? – хором спросили расстроенные боевики.

– Вы интересуетесь причиной плохого настроения Полкана или причиной игнорирования ваших персон Цербером?

– Линка, не зли!

Фыркнув, я дернула застежку на сумке и, порывшись в необъятных глубинах, вытащила блокнот в крепкой черной обложке.

– Заклинание призыва списано с учебника? – дожидаюсь утвердительного кивка и только потом саркастически интересуюсь: – И почему два гения решили, что в учебнике общим тиражом более миллиона… Доступном каждому безмозглому студенту… Короче, с чего вы взяли, что она правильная?

На секунду оба парня замерли, обдумывая мои слова.

– Преподы нам врут! – воскликнул Ролли.

– Вот гады! – махнул кулаком Конни. Почему-то около моего носа.

– Каждый делает свое черное дело, – развожу я руками и хитро улыбаюсь, глядя на расстроенных боевиков. – Но друг моего друга знает человека, у которого в кабинете припрятано много чего интересного. И я даже знаю, на какой полке хранится то, что нам нужно…

– Лина! – обрадовался Конни, дружески обнимая меня за плечи. – Мы говорили, что обожаем тебя?

– Еще не успели, – сразу подобрела я и спрыгнула с подоконника. – И на будущее: просить что-то у женщины начинайте именно с этой фразы.

Парни покладисто закивали и помогли мне разложить листы, после чего я открыла блокнот и принялась пояснять.

– Вот смотрите, – приступаю к чертежу новой схемы удержания, – надо создать нечто похожее на магическую удавку.

– Зачем? – почесал стриженый затылок Ролли, которому, очевидно, не хотелось снова садиться за расчеты.

– А голодного и злого пса ты как собрался оседлать? – интересуюсь у недогадливого парня, старательно вырисовывая нужные линии. – Если сделать что-то подобное, – продолжила я просвещать будущее боевой магии, – то вы, два гения, сможете частично контролировать действия Цербера.

Конни нахмурил брови и низко склонился над блокнотом.

– И как мы до этого сами не додумались? – рассеянно прошептал он, а я пожала плечами и принялась за работу.

За пару минут набросав новую структуру формулы, мы совместно подумали и решили добавить еще парочку дополнительных параметров. Первый – поглощение шума, так как боевики решили проводить вызов на поле за центральным корпусом, а второй – изменение физических характеристик.

Никто из нас Цербера в глаза не видел, за лапу с ним не здоровался, соответственно, истинных размеров легендарного стража подземного мира лаэрдов не знал. Учебникам мы решили больше не доверять, потому, прикинув все за и против, оставили трехголовому псу размеры небольшого пони.

Аккуратно написав в углу странички нужные уравнения, я отдала боевикам новые чертежи и отправила на пары – дорабатывать все остальное.

Как раз в этот момент прозвенел короткий звонок, означающий пятиминутный перерыв, и толпа студентов со вздохами облегчения на ходу, перерастающими в истеричные возгласы, устремилась в коридор.

Я со скоростью реактивной метлы забежала в нужную аудиторию, игнорируя людской поток, спешно покидающий ее, и направилась в сторону задних рядов, высматривая рыжую макушку своей соседки по комнате.

Та, как я и предполагала, нашлась за самой последней партой и пребывала в ласковых объятиях послеобеденного сна.

– Наточка! – потрясла я рыжую ведьму за плечо.

– … – послала подруга.

– Нат, я серьезно! Проснись!!!

Подруга с видимым трудом подняла голову с парты и сонно посмотрела на меня ярко-зелеными глазами.

– Чего надо? – сердито рыкнула она. – Не видишь, что ли, я тут гранит науки грызу!

– Дай ключи от комнаты и порть зубы дальше.

Натка кинула на меня еще один сердитый взгляд разбуженного человека и полезла в сумку на поиски связки.

– Сколько уже можно их терять? Каждый раз одно и то же… – недовольно ворчала она, выгребая прямо на стол кучу всякой мелочи, необходимой для каждой уважающей себя девушки.

– Подари мне колокольчик, – предложила я, – повешу его и точно не потеряю.

– Я лучше тебе цепь подарю и наручники! Прикуешь себя к связке и будешь так ходить, – предложила более радикальный вариант подруга, передавая предмет обсуждения.

– Не ворчи, – хватая ключи, посоветовала я ведьме и пригрозила: – А то сплетничать с тобой перестану!

– Шантажистка, – обиженно надулась Наточка.

– Это, кстати, одна из причин, почему ты со мной дружишь.

Подруга недовольно дернула рукой, дескать, проваливай скорее, и опять легла на парту.

Что я там говорила? Любят меня? Помнят? Ценят? Ну-ну…

* * *

Забежав в комнату и закинув сумку с вещами, я вышла из общежития и, весело напевая, потопала в административную часть. Сегодня на пары я не собиралась, решив вознаградить себя еще одним лишним деньком подзатянувшихся летних каникул, а вот письма ВУДу – великому и ужасному директору – сдать нужно обязательно сегодня.

Директора Рохана почему-то в студенческом городке боялись все. Хотя на моей памяти этот маленький, абсолютно лысый мужчина никого не проклял (ну, так чтобы очень сильно или смертельно), никого строго не наказывал (дежурства и ночная помывка туалета руками – «цветочки» по сравнению с тем, какую изощренную фантазию порой проявляли другие преподы).

Да и вообще был директор человеком весьма спокойным и сдержанным. На глупости студентов много внимания не обращал, за учебным процессом следил, но опять-таки сквозь пальцы, что доставляло немалое облегчение и обучающимся, и преподавателям.

Однако факт оставался фактом – боялись ВУДа жутко!

Зайдя в здание административной части, я поднялась на второй этаж и заглянула в приемную. Обнаружив полное отсутствие молоденькой секретарши, я решила нагло штурмовать самую занятую крепость нашего универа.

Ну, если, конечно, робкий стук в дверь можно назвать штурмом.

– Директор Рохан, к вам можно?

Мужчина поднял голову, сверкнул лысой макушкой и, подслеповато прищурившись, сфокусировался на мне. Судя по потерянному взгляду, мысли директора были где-то ну очень далеко.

– В приемной никого не было, – вношу ясность в ситуацию и тут же испуганно отступаю назад. – Если вы заняты, я зайду позже.

– Проходите, студентка Де ла Варга, – нахмурил кустистые брови директор, – я как раз о вас думал…

После этих слов почему-то захотелось не зайти, а вылететь обратно в коридор и заколотить за собой массивные створки, но я вовремя взяла себя в руки.

Директор был одним из немногих в университете, с кем можно было не играть привычную роль скромного, пусть и выдающегося, ботаника-теоретика. Он знал, кто я, на какие гадости способна, и давно смирился с моим вредным характером.

– Вот бумаги, – кладу на стол увесистый пакет, перетянутый тесемкой, и призывно смотрю в сторону чайного столика.

Директор проследил за моим взглядом и понимающе кивнул.

– Мне тоже чайку сообрази, – разглядывая эльфийские печати, попросил он и тут же пожурил: – Что-то ты запоздала с практикой. Другие вернулись две недели назад.

– Небольшие задержки в пути, – соврала я, ставя перед ним чашку чая и подсовывая тарелку с печеньем в качестве отвлекающего маневра.

Не отрываясь от просмотра бумаг, директор сделал шумный глоток и буднично поинтересовался:

– Как свадьба?

Сердце от неожиданности пропустило удар, а руки панически затряслись, едва не отправив в полет кофейник.

– К-к-какая свадьба?

Пожилой маг оторвался от бумаг и подозрительно посмотрел в мою сторону.

– Ну, не твоя – точно, – усмехнулся он и внес ясность: – Мне тут на днях письмо из Гиза пришло. Король Максимельян велел передать «пламенный привет» Ангелине Де ла Варга, – директор сделал небольшую паузу, наблюдая за моим бесстрастным лицом, и добавил: – А потом король долго и настойчиво интересовался, часто ли с моими студентами происходят несчастные случаи. Из чего я сделал вывод, что кое-кто опять дергал тигра за усы.

Мягкое место запоздало предупредило, что неприятностей нам не избежать, и умолкло, так и не подкинув умных идей.

– Директор Рохан, вы все не так поняли…

– Да уж, да уж… – согласно покивал маг, откладывая присланную характеристику и попутно стряхивая с колен крошки от печенья. – Тут и понимать, собственно, нечего. Моя любимая студентка помогла сорвать свадьбу самого короля Максимельяна. Хорошо хоть, что загадочная сбежавшая невеста – это не ты…

Покаянно опускаю голову. А что тут скажешь: да – помогла подруге, да – сорвала свадьбу, да – виновата… Но не раскаиваюсь!

– Хотя бы весело было? – совсем другим тоном поинтересовался мужчина.

– Ага, – признаюсь честно. – Макс так орал…

И я принялась делиться подробностями с жадно ловящим каждое мое слово магом. Все-таки кто бы что ни говорил, а любопытство с годами не проходит.

– Весело, – подвел итог директор, как только я закончила, и тут же посерьезнел: – Как спина?

– Ну, пока хожу на своих двоих, – непроизвольно касаюсь металлических спиц корсета, спрятанного под одеждой. – Эльфийская магия сделала свое дело – позвонки срослись очень быстро. Юлий сказал, что даже корсет можно снять в ближайшие пару недель. Так что надеюсь, что в скором будущем буду летать, как и прежде…

– Это-то меня и пугает, – вздохнул директор.

Как оказалось позже, интуиция у ВУДа была отменной.

* * *

Выбежав из административной части и неторопливо дойдя до невысокого двухэтажного здания почты, где обитали наши летающие обезьянки, я потянула массивные двери.

Радостно тренькнул за спиной колокольчик, а навстречу рванул добрый десяток крылатых почтальонов. Они прыгали у самых ног, требовательно поднимая маленькие ручки вверх, и счастливо попискивали, привлекая мое немного рассеянное внимание.

– Извините, ребят, – выворачиваю пустые карманы, – ничего нет.

Опечаленные такой несправедливостью, малыши обиженно махнули хвостами и унеслись по узкому коридору в общий зал.

– Привет, Лежебока, – поприветствовала я лежащую на стойке черненькую саламандру, – для меня что-нибудь есть?

Ящерица приоткрыла один глаз, молча указала краешком хвоста на внушительную кучку писем в небольшом ящичке на стене и продолжила «работать».

Выудив стопку, осторожно закрыла за собой двери и выбежала на улицу, на ходу рассматривая послания. Как и следовало ожидать, большая часть из них принадлежала перу разгневанного Макса. С невероятной красочностью король описывал, что и как мне грозит, если я попадусь ему на глаза.

Все письма заканчивались одинаковой припиской: «Где Мари? Все равно поймаю, так ей и передай».

Усмехнувшись, засунула всю пачку во внутренний карман и с нетерпением рванула угол конверта без обратного адреса.

«Привет, Ангелок!

Надеюсь, вы успели смотаться раньше, чем Макс понял, кто замешан в моем побеге.

Все идет, как мы и планировали. Узнала кое-что новое, но хвастаться раньше времени не хочу. В любом случае скоро увидимся и поговорим.

Сбежавшая невеста».


Улыбнувшись коряво написанным строчкам с парой клякс по краям, быстро прячу листок вместе с остальными письмами и вприпрыжку бегу в сторону столовки.

* * *

Притормозив на входе и в поисках местечка оглядев пространство, заставленное круглыми столами, замечаю свою соседку по комнате и уверенно иду по направлению к ней.

– А я говорю – в этом году у них просто нет шансов! – громко доказывала Наточка сидящей напротив второкурснице.

– О чем спор? – отодвигая свободный стул и вешая на спинку свою куртку, поинтересовалась я.

– О, Линка, ты уже освободилась! – обрадовалась подруга и тут же начала жаловаться: – Представляешь, ВУД решил в этом году перенести Зимнюю серию игр по бакетболу, поэтому отбор в команды начинается уже через две недели. Поговаривают, что в этом году на финальную игру приедут представители Лиги и возьмут лучших игроков!

А дальше понеслось…

Если все другие девушки могли часами говорить про модные шмотки, то ведьмочка с такой же страстью читала аналитические лекции по бакетболу.

– Кстати, Ангел, а ты будешь пробоваться в этом году? – в лоб спросила лучшая подруга, лукаво сверкая зелеными глазищами.

Сколько помню, соседка по комнате всегда старалась привить мне любовь и желание играть, но, видимо, у меня чересчур толстая кожа, не способная воспринимать прекрасное.

Невинно улыбнувшись, развожу руками и выдаю привычную отмазку:

– Натусь, спорт – это не про меня. – Потом подумала и для ясности добавила: – Предпочитаю качать интеллект, а не мышцы.

Натка хмыкнула, вспомнила мои многочасовые тренировки в клане и продолжила прерванный спор с сидящей напротив второкурсницей. Поскучав еще пару минут, я оставила громко ссорящихся девушек и отправилась грабить буфет.

По дороге набрела на сдвинутые вместе столики, за которыми пыхтела извилинами моя любимая группа теоретиков.

– Привет, ребят!

– Лина! – радостно воскликнул староста, а все остальные синхронно подняли головы от учебников и заулыбались.

В университете есть свои правила разделения, главное из которых звучит так: если у тебя много магии и таланта – учишься на престижных отделениях, если у тебя только кроха резерва размером с небольшую горошинку – демонстрируешь свои таланты в теории.

Собственно, этим мы старательно и занимались всей группой на протяжении последних пяти лет.

Большая половина группы, как и я, отсвечивает красной макушкой.

Еще на первом курсе кто-то из наших прогневал Натку, тогда еще только начинающую свои косметические эксперименты. При этом напрочь позабыв о том, как опасно бывает доводить до ручки ведьму. Мстя накрыла всех разом: и парни, и девушки проснулись с ярко-алым пожаром на голове.

Разгневанные теоретики со мной в первых рядах потребовали у Натки вернуть всем прежний цвет волос, но ведьма только развела руками, предложив нам самостоятельно найти способ избавиться от алых прядей. Так началась наша с ней дружба и совместные – безуспешные – попытки очистить структуру волос от красного пигмента.

Весь первый год наша группа стыдливо прятала волосы под шапками или всячески пыталась закрасить безумный цвет. Но со временем большинство студентов привыкло, а кое-кто с младших курсов выкрашивался специально. Теперь, спустя пять лет, красный цвет волос стал отличительным признаком принадлежности к теоретикам.

Улыбнувшись друзьям-товарищам, я присела рядом, заглянула в первую попавшуюся тетрадь и поинтересовалась:

– Как дела?

В ответ прозвучал слаженный стон.

– У-у-у…

– Преподы просто взбесились!

– Столько задавать в первые учебные недели – это беспредел какой-то…

– А еще нам вместо положенных в день трех пар Основ теории поставили четыре…

– Кстати, мисс Колючка снова разошлась с бойфрендом, так что отрывается теперь на нас!

Ребята жаловались еще пару минут, а потом поток стенаний прервался горестной фразой:

– Мы не переживем этот год!

Фраза была ритуальной и говорилась каждый год в первые недели обучения, когда отдохнувшие за лето преподы начинали срываться на студентах.

Заверив, что все будет хорошо, я попрощалась с ребятами и поторопилась взять еды, пока вновь не набежала голодная очередь. Следом за мной в очереди пристроилась главная сплетница универа – Вероника.

– А у нас новый предмет в расписании – азы Темного искусства, – порадовала меня девушка. – Преподаватель еще не приехал, но говорят, – Вероника понизила голос и доверительно зашептала, – это будет Темный…

Известие, мягко говоря, не порадовало.

То, что обмен опытом в овладении магией между Темными и Светлыми рано или поздно должен был произойти, знали все. Слухи о сотрудничестве между магическими школами и университетами гуляли по Светлым землям все лето, но я, если честно, до последнего не могла поверить, что разговоры обретут реальность.

Взяв себе жареной картошки и большую тарелку салата, я вернулась за столик, где Наточка уже в полном одиночестве допивала черный кофе.

– Ты чего такая кислая?

– Не выспалась, – украдкой зевая в кулачок, призналась подруга. – Полночи варила краску, а стоило прилечь, как у соседей снизу что-то начало активно взрываться, – а потом резко сменила тему: – Ты уже слышала про возможный наплыв Темных?

Киваю, старательно поглощая горячую картошку.

– Думаешь, действительно приедут? – задумчиво накручивая на палец прядь рыжих волос, спросила девушка.

– Натуль, я же не гадалка, откуда мне знать, – пожимаю я плечами. – Темные – весьма специфические ребята, от них можно ждать чего угодно. Даже такой глупости…

– А я бы очень хотела, чтобы к нам приехал Темный. Желательно не один! – мечтательно закатила глазки Наточка. – И все как на подбор сильные, красивые, сексуальные…

– Земля вызывает Мечтательницу. Прием! – потрясла я подругу за руку. – Мечтательница, спустись с метлы на землю.

Натка фыркнула и неохотно поднялась из-за стола.

– У меня еще четыре пары, – закидывая сумку на плечо и быстро допивая остатки кофе, сообщила девушка. – Позаботишься об ужине?

Киваю и, проводив взглядом высокую подтянутую фигуру подруги, вновь переключаюсь на обед.

С чем у нас тут салатик сегодня? М-м-м… мои любимые помидорки черри!

* * *

Следующая пара учебных дней прошла как в кошмаре без перспектив проснуться или навалять кровожадным монстрам.

Я не поднимала головы от учебников, наверстывая пропущенное и тихо матеря озверевших преподов. Натка, помимо обычных практических заданий травников и левых заработков, умудрялась еще как-то готовиться к отборочным в команду.

В конечном итоге к выходному после первой недели мы подползли без сил и каких-либо желаний.

– Если так дальше пойдет, то до самих игр я не доживу, – пожаловалась подруга, закидывая грязную форму в корзину с бельем.

– Аналогично, – киваю на кипу учебников, принесенных из библиотеки, и горстку домашних заданий и контрольных, которые я взяла в качестве заработка.

Мы с минуту печально помолчали, потом ведьмочка порывисто вскочила на ноги и подошла к шкафу.

– Надо отвлечься! – решительно заявила она, кидая в меня купальником и пляжным полотенцем. – Пошли купаться!

Идея окунуть кипящий мозг в прохладную воду показалась мне очень заманчивой, поэтому я торопливо закрыла учебник и встала.

Сборы заняли минут пятнадцать, после чего мы с уже большей жаждой жизни в глазах выбежали на улицу.

Учебный городок магии (или в простонародье УГМка) занимал большую территорию, отделенную от города высоким забором и кучей охранных заклинаний.

Здесь располагались две небольшие школы и Университет магии и ворожбы, в котором нам с Наткой посчастливилось учиться.

На территории помимо учебной, административной частей и общежитий располагались четыре спортивных комплекса, несколько закрытых полигонов, подземный бункер для опытов с особо нестабильными заклинаниями и большой парк.

В парке имелся небольшой, но глубокий пруд, который был облюбован студентами и школьниками в качестве любимого места отдыха и свиданий. Туда-то мы с Наткой и держали путь, надеясь найти местечко поспокойнее и немного отвлечься от студенческой рутины.

Мы как раз огибали административную часть со стороны бокового входа, чтобы сократить расстояние, когда Натка неожиданно дернула меня за рукав туники.

– Лин, смотри, – кивнула она в сторону небольшой группы, толпящейся у запасных дверей. – Это еще кто?

Пожимаю плечами, пытаясь рассмотреть неизвестных.

Всего на крыльце стояло человек двенадцать. Среди них были сразу опознаны директор Рохан и профессор Барадос, а вот остальных я прежде никогда не видела.

По виду это были наши ровесники – высокие парни и одна миниатюрная девушка, не по погоде одетая в широкий темно-коричневый плащ.

– Может, это и есть те самые Темные? – пошутила я и потянула соседку в сторону. – Идем, а то наше любимое место займут.

Рыжая ведьмочка кивнула и покорно пошла следом за мной, на ходу возобновляя свой рассказ про утреннюю тренировку. Перехватив ручку пляжной сумки, я шагала рядом, старательно улыбаясь солнечному дню и перспективе немного расслабиться, как неожиданно чей-то взгляд обжег мои лопатки и заставил резко повернуться.

Толпы, одетой в темно-коричневые плащи, около запасного входа больше не было, зато на ступеньках стоял высокий темноволосый мужчина. Поймав мой взгляд, он нахально улыбнулся и, нисколько не смущаясь, продолжил пристально нас изучать.

И вот что удивительно: я была на сто процентов уверена, что никогда не видела лица этого странного незнакомца, но что-то в его высокомерном взгляде и манере держаться было до боли знакомо.

Обеспокоенная моим резким движением, подруга тоже повернулась:

– Что случилось?

То ли наш подозрительный взгляд пробудил в мужчине совесть, то ли его напугал маниакальный блеск в глазах Наточки, но незнакомец отвернулся, прерывая зрительный контакт, и уверенно зашагал к боковому входу.

– Странно это как-то, – озвучила мои мысли ведьмочка и тут же легкомысленно уточнила: – Тебе не кажется, что меня немного полнит эта футболка?

Закатив глаза, я заверила подругу, что и футболка, и фигура в идеальном состоянии, потом схватила ее за локоть и торопливо потащила по дорожке к парку.

## Глава 2

> Ночные приключения, или Очень буйная «спящая красавица»

После ленивого отдыха на пляже уснула я на удивление легко и приятно, а вот пробуждение было не сказать чтобы «вау!».

Судорожно вдохнув, я резко села и осмотрелась по сторонам.

Тело мелко дрожало, стараясь избавиться от мерзкого ощущения холода. Обняв себя за плечи, посидела еще пару минут, стараясь успокоить разбушевавшееся сердце.

Рядом тихонько сопела Наточка, обнимая плюшевого медведя. С завистью глядя на ее счастливое лицо, я собралась с силами и выползла из теплой постельки. Потянулась, нашарила в темноте свой рюкзак, приготовленный специально для таких случаев, и тихонько вышла из комнаты. Чтобы хоть немного разогнать по сонному телу кровь и согреться, весь путь от комнаты до первого этажа преодолела легкой рысцой, а вот менять пижаму на положенный по форме костюм пришлось в туалете, рядом с платформами перемещений.

Черный облегающий комбинезон помог согреться и окончательно проснуться. «Боевой наряд для моей девочки» подарил Крестный на день рождения, напихав в каждый стежок убойных заклинаний на все случаи жизни.

Закрепила поверх комбинезона широкий ремень с запасом дротиков и пристегнула на бедро парочку кинжалов, следом натянула высокие сапоги, где в специальных кармашках дожидалось своего звездного часа оружие.

Любой другой наемник сказал бы, что этого оружия мало, но я всегда предпочитала брать на задания только необходимый минимум. Ведь важно не количество, а то, насколько грамотно человек может использовать имеющиеся ресурсы.

Выйдя из туалета, на ходу стянула волосы в высокий хвост и, накинув поверх теплый плащ, зашла в зал перемещений. Одна из платформ, та, что находилась дальше всех и была скрыта от основного входа небольшой перегородкой, горела нетерпеливым алым пламенем и еле слышно потрескивала от сдерживаемой магии.

Если портал уже активизирован, значит, босс в нетерпении. Нужно поторапливаться!

Встаю на плиту и привычно шагаю в пространство, где меня встречает холодный ветер, скользнувший в складки одежды, шелест листвы и молодой стажер.

– С прибытием…

Киваю, и, торопливо перебирая ногами в высокой траве, иду следом, попутно оглядывая место и вдыхая ароматы трав.

– Городской парк?

– Да, – кивнул парень и пояснил: – Западная часть, сюда почти никто не ходит. Слишком далеко от главного входа с центральной аллеей… – Он передернул плечами, а затем еле слышно буркнул: – И жутко.

Впереди показалась группа людей. Впятером стояли они тесным кружком и о чем-то негромко переговаривались.

– Консультант прибыл, – сухо доложил начальству мой сопровождающий и заспешил к темно-серым высоким палаткам, виднеющимся в стороне.

– Кошмарной ночи, – поприветствовала я мужчин, вставая вместе со всеми в кружок.

В темноте было сложно узнать всех присутствующих, но это в мою задачу и не входило. А невысокую коренастую фигуру начальника я узнаю из тысячи таких же и в более темных условиях.

– Ангел, – приветливо кивнул босс, протягивая смятый клочок бумаги, – глянь на это…

Мужчина, стоящий справа, щелкнул пальцами, создавая небольшой шарик света. Поблагодарив за помощь, стаскиваю перчатки и разворачиваю мятый комок.

– Писал мужчина, – докладываю негромко, старательно вглядываясь в записку. – Сильный наклон – однозначно левша. У него небольшое искривление позвоночника, из-за чего левое плечо немного выше правого, что характерно, на правую ногу он опирается с большим весом. Опытный следопыт может заметить разницу в отпечатках подошв.

Сильный нажим пера и особенности некоторых букв подсказывают, что человек энергичен, подвижен и весьма эмоционален. Могу даже предположить, что это молодой парень – в возрасте до двадцати четырех лет, бесшабашный и самоуверенный. Чернила не представляют интереса, а вот бумага странная – высшего сорта. Советую отдать на полный анализ волокна.

Поднимаю голову и осматриваю задумавшихся мужчин. Все в капюшонах, плащах, но продрогли даже сильнее, чем я.

– Как думаешь, шифр? – низким голосом спросил один из них, плотнее запахивая на груди плащ.

Я повертела бумажку в руках, внимательно вглядываясь в плохой почерк писавшего. Они что, действительно считают, что банальный список покупок может быть хитроумно засекреченной шпионской перепиской?

– Нет, – опускаю подбородок, скрывая не вовремя появившуюся улыбку, и только совладав с эмоциями, поднимаю голову, чтобы возвратить улику мужчине. – По мне, так это скучнейшие в мире каракули.

Сотрудники отдела переглянулись с шефом, и только после многозначительных перемигиваний тот как бы между прочим полюбопытствовал:

– Ужинала не слишком плотно?

Тяжело вздохнув, достаю пузырек с противорвотным, ибо, если босс спрашивает об ужине, значит, осматривать придется труп.

* * *

– Тяжело быть шибко умной и догадливой, – тихонько буркнула себе под нос, присаживаясь на корточки рядом с покойничком.

Кто-то из мужчин помог стянуть с жертвы покрывало и отступил подальше, чтобы не мешать порядком удивленному консультанту.

– М-да… – протянула я, дергая завязки плаща и откидывая его в сторону, чтобы не запачкать в крови. – И впрямь, аппетитного мало…

Неизвестный был располосован на две части, по срединной линии тела начиная от шеи. Отодвинутая в стороны кожа на животе давала превосходный обзор внутренних органов, ребра разворочены и торчат вверх. Если бы не зелье, то лицезреть бы окружающим процесс прощания желудка с пищей, а так пока держусь.

Кстати, чья-то рвотная масса уже украшает лужок неподалеку. Интересно, и кто это у нас такой впечатлительный? Вроде босс не держит у себя неженок. Да и в управление порядка отбираются только те, кто и не такие кошмары видывал.

– Его нашел гражданский? – поинтересовалась я, надевая маску и приступая к осмотру тела.

На улице было очень холодно, и несмотря на то, что костюм активировал одно из плетений и поддерживал нормальную температуру, руки и лицо нещадно мерзли под порывами ветра.

– Можно сказать и так, – кивнул помощник босса по прозвищу Гамбит. – Один из стажеров пошел с группой на задание, удалился по зову природы, а тут…

– Разделанный кусок мяса стал орать «занято»! – неловко пошутила я и вопросительно посмотрела на сосредоточенно хмурящего лоб шефа. – Кстати, а с каких пор стажеров вместе с основной группой посылают? Помнится, меня оставляли сторожить кабинет, несмотря на все заверения в моей боеспособности.

Мужчина сердито посмотрел на консультанта сверху вниз:

– С тех самых, Ангелочек, как студенты твоего любимого Универа магии и ворожбы начали отмечать начало учебного года, воссоединение друзей и прочую фигню. – Его правая щека едва заметно дернулась. – Из-за твоих коллег по парте, их постоянных попоек и нарушений, – продолжил негодовать начальник управления, – половину моего отдела отправили на помощь обычным патрульным! Подумать только, – печально покачал головой он, – мои элитные бойцы вынуждены возиться с этим детским садом…

Я улыбнулась и, прикрыв ехидство серьезным тоном, поинтересовалась:

– Напомнить, когда у нас церемония по поводу сдачи практики?

– Не надо, – переступая с ноги на ногу, чтобы хоть немного согреться, помотал головой мужчина. – Мои ребята этот черный день календаря обвели во всех ежедневниках…

Улыбнувшись, я сняла уже ненужную маску, подышала на озябшие во время осмотра пальцы и встала.

– Мужчина, двадцать три, может, чуть больше, – надевая плащ, принимаюсь делиться наблюдениями. – Одежда, ботинки, одеколон – все новое и, безусловно, дорогое. Значит, труп при жизни имел или солидный счет в банке, или дико богатых родственников. На пальцах следы чернил – скорее всего, работал он в типографии. – Обхожу тело по широкой дуге. – На мысках ботинок крошки гранитной взвеси. Возможно, незадолго до смерти побывал в какой-то пещере или гроте.

Мужчины непроизвольно кивнули, подтверждая мои догадки, и покосились чуть в сторону от виднеющихся невдалеке палаток.

– Вот тут, – осторожно указываю на край куртки, припорошенный желтой пыльцой, – налипшие лепестки. Значит, либо наш неизвестный страдал изощренной манией топтать по ночам городские клумбы, либо сидел в засаде среди ароматно благоухающих кустов и нервно ощипывал лепестки.

– Хм…

Один из присутствующих мужчин вытащил из кармана небольшой блокнот и принялся что-то в нем быстро черкать. Все остальные также продолжали с интересом смотреть на меня в ожидании еще какой-нибудь полезной для дела информации.

Пришлось продолжать делиться наблюдениями.

– Думаю, на бедолагу напали двое, – осматривая примятую траву возле трупа, сообщила я. – Один удерживал магически и попутно развлекался тем, что ломал трупу пальцы, возможно, пытал. Когда пальцы закончились, в игру вступил второй, демонстрируя повадки самого настоящего зверя.

– Почему зверя? – удивился Гамбит, тоже доставая блокнот.

Еще раз смотрю на развороченную грудь жертвы, пытаясь подобрать слова.

– Способ и рана нетипичны, – пояснила я. – Края рваные, ножом так не разрезать. Есть ощущение, что его терзали когтями, пытаясь добраться до внутренних органов.

– Так, может, это дикое животное? – спросил один из мужчин.

– Отпечатков следов лап на теле и траве нет, – качаю головой. – Не знаю, как вы, а я себе хищника-эстета, ужинающего с повязанной вокруг шеи салфеткой, представить не могу, – улыбаюсь и развожу руками. – Да и потом, животное, решившее поживиться чьими-нибудь внутренностями, будет их вырывать зубами, а здесь… Вы, кстати, в курсе, что у парня аккуратно вырезан желудок?

Лица присутствующих заметно вытянулись, давая понять, что отчет медиков оперативники управления еще не получили. Не сговариваясь, мужчины склонились над телом, с повышенным интересом разглядывая внутренности жертвы.

– Кто, а главное, зачем это сделал? – глянул на меня Гамбит.

– Искать убийцу – это уже не моя задача, – виновато улыбаюсь я. – Могу добавить, что парень сопротивлялся и долго бегал по лесу. Возможно, уходил от погони. На этом все.

Шеф кивнул остальным, повернулся ко мне и дружески хлопнул по плечу.

– Спасибо, Ангел, – поблагодарил мужчина и кивнул в сторону палаток – велел ждать. – Наши уже прочесывают местность, так что тебе лучше задержаться, – пояснил он. – Вдруг найдем еще… что-то.

Палатка стоит всего в паре метров и призывно манит приятным желтым светом, вырывающимся сквозь плотную ткань. Я, покладисто кивнув, прячу руки в карманы и бегу туда, куда послали, но, завидев знакомую фигуру, меняю траекторию своего пути.

Меня тут же стиснули в крепких объятиях.

– Привет, мой любимый кошмар! – улыбнулся Руслан, выпуская из захвата мое тщедушное тельце.

Улыбнувшись в ответ, делаю шаг назад и невольно любуюсь красивым парнем.

С Русланом мы познакомились в романтическом возрасте, когда я еще сидела на горшке, а светловолосый приятель пошел в первый класс Магической школы. Несмотря на три года разницы в возрасте и совершенно разный уровень магии, мы весело проводили время в школе, затем в универе, а потом, когда Ру получил диплом и поступил на службу в управление, стали видеться только на работе.

За последний год он сильно изменился. Пропала подростковая угловатость, тело стало более мощным, движения приобрели взрослую уверенность, но особый шик придавала парню новая стрижка и коварная улыбка соблазнителя.

– Я прям знал, что отец позовет именно тебя, – протягивая чашку кофе, подмигнул парень.

Тихонько взвизгнув от радости, протягиваю загребущие ручонки к вожделенному напитку.

– Конечно, знал! Ты, небось, над душой стоял и клянчил, – осторожно дуя на горячий напиток, подначила я приятеля. – Просто признайся, что дико скучал все лето, пока меня не было.

Ру поднял руки вверх, признавая свое поражение.

– Сдаюсь, великий консультант, – весело засмеялся он и лукаво улыбнулся: – Тебе, кстати, что показывали?

Делаю большой глоток и тихо жмурюсь от удовольствия.

– Каракули и растерзанный труп, – созналась я и тут же с любопытством уточнила: – А что, есть еще что-то?

Губы Руслана расплылись в коварной улыбке, и он принялся что-то невнятно бормотать про тайну следствия и прочие неинтересные глупости, положенные по уставу управления безопасности.

– Сжалься надо мной, паразит! – жалобно заглядываю я в глаза друга детства.

– А что мне за это будет? – тут же сориентировался приятель.

– А что хочешь? – делаю небольшой глоток из чашки.

Рука Руслана непонятным образом оказалась у меня на талии, после чего меня прижали к мощному боку приятеля.

– Свидание, – шепнул боевик на ушко.

Я осторожно отодвинулась, так чтобы не обидеть друга, и погрозила ему пальцем. За эти годы я как-то привыкла считать Руслана чем-то неизменным и невероятно удобным, старательно игнорируя его уже далеко не дружеский интерес к моей скромной персоне.