Андрей Иванов, Василий Воронов
Негативистская конфликтология. Учебное пособие

© Иванов А. А., Воронов, 2014

© Издательство «ФЛИНТА», 2014

* * *

От авторов

В современном мире, когда гуманитарные технологии привлекают все больше внимания экспертов и широкой общественности, а образование становится объектом масштабного реформирования для соответствия веяниям времени и ожиданиям граждан, развитие новых отраслей знания и появление новых наук предстает вполне закономерным и логичным.

В связи с этим в последние годы в России ходит все больше разговоров о конфликтологии – дисциплине далеко не новой, но появившейся в учебных планах российских университетов и институтов сравнительно недавно. На эту науку была возложена ответственность воспитывать профессионалов, задача которых состоит не в поиске виновного в конфликте или наложении какого-либо наказания, а в помощи противоборствующим сторонам в нахождении наиболее оптимального, взаимовыгодного решения в сложившейся ситуации.

О перспективности такого подхода неоднократно писали и зарубежные, и отечественные специалисты. Например, по словам президента Центра «Судебно-правовая реформа» Р. Р. Максудова, «в обычных условиях большинство людей в состоянии сами наладить конструктивный диалог, преодолевающий разобщение, злобу и желание отомстить. Но криминальная или конфликтная и поэтому стрессовая ситуация, в которую попадают люди, часто “съедает” ресурс для построения диалога», вдобавок «эту способность нивелируют и современные урбанизированные формы жизни, когда жизнь в определенных ролях не требует и часто запрещает личностное общение друг с другом».

Иными словами, конфликтология призвана вырабатывать навыки конструктивного решения спорных ситуаций, что, без сомнения, является благородной задачей. Вместе с тем нужно учесть, что становление этой научной дисциплины в России проходило бессистемно, при отсутствии общепринятых норм и правил проведения исследований и формулировки выводов.

В результате, практически каждый специалист (особенно в научно-педагогической среде) подчас убежден в правильности собственного подхода, в то время как иные трактовки конфликтности признаются неверным, а то и антинаучными. Многие современные педагоги и исследователи часто исходят из позиций близких солипсизму[1], поэтому полагают собственную картину развития науки о конфликтах, подчас основанную на обрывочных представлениях, единственно верной и не подлежащей сомнению. В учебных планах российских вузов регулярно появляются все новые и новые «отраслевые» конфликтологические курсы: «Политическая конфликтология», «Экономическая конфликтология», «юридическая конфликтология», «Организационно-управленческая конфликтология», «Педагогическая конфликтология», «Этноконфликтология», «Наркоконфликтология» и т. д.

Это привело к тому, что от профессиональных философов, социологов, политологов, историков можно услышать мнение, что науки конфликтологии попросту не существует – это мифическая (в лучшем случае – синтетическая) дисциплина, созданная на стыке разных гуманитарных областей, и она не несет в себе никакой пользы ни для общества, ни для фундаментальной науки. Дипломаты считают, что конфликтологи покушаются на их монополию в разработке методов урегулирования международных столкновений; политологи рассуждают так же о конфликтах внутриполитических; социологов не устраивает использование их методологического аппарата современными конфликтологами; историки, в свою очередь, считают их дилетантами в вопросах изучения динамики конфликтных ситуаций.

Дошло до того, что в некоторых исследовательских работах и даже словарях стало тиражироваться мнение, будто между терминами «конфликтология» и «социология конфликта» необходимо поставить знак равенства, так как именно эта составная часть науки о конфликтах «претендовала на глобальный подход в изучении социальных процессов». С этой точки зрения, основная идея конфликтологии – «не в устранении конфликтов, а в уменьшении или устранении их разрушительного влияния и в использовании их позитивных возможностей». Конечно, нельзя не признать частичную правоту этих слов, однако это отражает лишь часть проблемного поля конфликтологии и является попыткой ее редукции. Для других авторов «конфликтология» – это просто синоним политологии или психологии. Наряду с этим некоторые исследователи вообще стремятся представить конфликтологию лишь описательной наукой, но никак не практико-ориентированной или прогностической: к примеру, профессор Киево-Могилянской академии А. Гирнык в одном из интервью 2014 г. сказал, что «конфликтолог, как и сова Минервы, уже в основном анализирует то, что произошло».

При этом в самом общем смысле изучение конфликтологии в высшем учебном заведении – это не столько ознакомление с идеями и фактами, которые необходимо механистически выучить, а более выработка навыка видения причинно-следственных связей между этапами конфликта и составляющими их событиями. Познание подобных связей в привязке к различным конфликтологическим концепциям обеспечивает усвоение и овладение студентами как базовыми мыслительными операциями, так и специальными методами урегулирования разногласий.

Как следствие, содержание образовательной программы по конфликтологии должно базироваться не только на точности приводимых примеров и достоверности сюжетов, но и на их проблемном, развивающем характере. Преподавателю конфликтологии в вузе требуется осознание того принципиального факта, что итогом его работы должно стать не ознакомление студентов с палитрой фактов и идей (о которых они могут самостоятельно узнать из учебной и научной литературы), а формирование и развитие у них креативности[2], неординарности мышления, воспитание творческого подхода к трудовой деятельности. Чем более необычным, непривычным для обучающихся будет подход преподавателя, тем больший интерес вызовут у аудитории его занятия и тем большее стремление к изучению курса будет проявлено студентами в попытке подтвердить или опровергнуть его слова. Ведь удивление студентов может вызвать появление оригинальных решений поставленных задач: учащегося необходимо ставить в ситуацию интеллектуального затруднения, из которого ему нужно самостоятельно найти выход.

На данный момент приходится констатировать, что из сознания многих научно-педагогических работников пропало понимание связи между знаниями, которые получает от них студент, и личностной позицией, формируемой в числе прочего на основании этих знаний. Бытует мнение, что информация сама по себе гарантирует определенный формат усвоения, и достаточно знать, скажем, об истории репрессивной политики в России в XIX–XX веках, чтобы стать идеологическим противником применения таких методов. Однако наличие знаний как таковых отнюдь не является единственным условием формирования общественно полезных качеств – эти качества нужно развивать на базе знаний, а для этого требуется создание определенной научной «оболочки» конфликтологических курсов.

Вдобавок, достижения студентов в вузе определяются не только суммой конкретных знаний, умений и навыков, но и совокупностью выработанных в ходе обучении личностных качеств, в том числе обеспечивающих психологическую готовность к профессиональной деятельности. В самом понятии личности оттеняются прежде всего интегративные социально-психологические особенности человека: мировоззрение, самооценка, характер, чувство собственного достоинства, ценностные ориентиры, принципы образа жизни, нравственные и эстетические идеалы, социально-политические позиции и убеждения, стиль мышления, эмоциональная среда, сила воли. Вот к их формированию и развитию и следует приложить свои усилия преподавателю конфликтологии. В древней «Книге Екклезиаста» сказано: «…во многой мудрости много печали», однако эти слова в нынешних условиях не вполне верны – в настоящее время в мудрости одних людей бывают скрыты печаль и бедствия других. Соответственно, быть полноценным конфликтологом без того, чтобы быть личностью (в полном смысле этого слова), невозможно – полученные навыки по управлению конфликтными ситуациями нельзя использовать в личных, корыстных целях.

В общем, нужно констатировать, что конфликтология – это наука, которая и существует, и не существует одновременно. С одной стороны, она есть на страницах научных изданий, а с другой – представления о ней преподавательского сообщества слишком сильно различаются, чтобы ее развитие в России было стабильным и поступательным. Хотя любой обществовед, наверное, согласится с мнением автора учебника «Психология конфликта» Н. В. Гришиной, что конфликт – это «важнейшая сторона взаимодействия людей, своего рода клеточка бытия», в реальности сейчас у каждого специалиста какая-то «своя» конфликтология.

Конфликтология – это наука-призрак, которой еще предстоит завоевать право находиться в ряду других гуманитарных наук, а для этого необходимо понять, каковы ее корни. Надеюсь, что настоящее издание поможет читателю разобраться в данном вопросе.

Иванов Андрей Александрович,

г. Санкт-Петербург,

24 февраля 2014 г.

Введение

Конфликты на протяжении долгого времени привлекали внимание политиков, ученых, религиозных деятелей, стремившихся найти способ мирного сосуществования различных социальных групп, цивилизованного урегулирования возникающих между ними споров, а также эффективные методы предотвращения войн и избегания насилия в отношениях между людьми. Веками мыслители выдвигали различные теории, призванные решить эти задачи, а государственные деятели воплощали в жизнь проекты, направленные на снижение уровня агрессии на различных уровнях социума. Своеобразным итогом этой деятельности стало создание целой системы мер по предупреждению и урегулированию конфликтных ситуаций в сфере политических, имущественных, семейных и иных отношений.

Ведущее место в этой системе до сих пор занимает судебна я власть, благодаря которой спорные ситуации решаются на базе письменных законов. Однако этот порядок урегулирования далеко не является идеальным и достаточно часто критикуется, поскольку граждане нередко не доверяют судам, процесс принятия решения в них является достаточно длительным, а законы подчас несовершенны. Судебным органам в разных странах мира могут быть присущи милитаризованность или излишняя политизированность. Законы в такой системе становятся средством организационного и административного контроля, построенного на выполнении количественных показателей.

В этой связи органичным ответом на запросы общества стало появление параллельно с судебными альтернативных методов разрешения конфликтных ситуаций. К примеру, в США еще в 1898 г. принимается «закон Эрдмана», согласно которому споры между железнодорожными компаниями и их сотрудниками по вопросам трудовых отношений (размера заработной платы, продолжительности рабочего времени и т. д.) могут быть разрешены без обращения в судебные органы.

Истоки подобных процедур могут быть легко найдены в исторических источниках, начиная с античных времен. Еще в IV веке до н. э. оратор Демосфен в известной речи «Против Афоба» (своего опекуна) прямо указывал на желательность внесудебного решения межличностных конфликтов:

«Если бы Афоб хотел… действовать по справедливости или предоставить наши спорные вопросы на третейское решение близким, не было бы никакой надобности ни в судах, ни в хлопотах».

Процитированный отрывок свидетельствует о том, что досудебный порядок урегулирования конфликтов представляется Демосфену более справедливым и соответствующим морально-этическим нормам общества, т. е. обладает целым рядом преимуществ перед судебным процессом.

В эпоху Средневековья примирительные процедуры, по данным правоведа А. Ф. Волкова, также активно поощрялись франкскими королями, а в кодекс английского короля Этельреда III (составлен на рубеже X–X I веков) даже было включено следующее положение: «если у человека есть выбор между примирением и правом, и он выберет мировое соглашение, то оно будет иметь ту же обязательную силу, что и судебное решение». В данном случае судебный и досудебный порядок разрешения спорных ситуаций признавались имеющими равную силу.

В конечном итоге западная политико-правовая мысль способствовала появлению к XX веку в странах англо-саксонской правовой модели (США, Великобритании, Австралии и др.) специальной процедуры урегулирования конфликтов, получившей название медиация

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Солипсизм – радикальное учение, признающее собственное индивидуальное сознание единственной несомненной реальностью и отрицающее объективную реальность окружающего мира.

Вернуться

2

Креативность – способность порождать не обычные идеи, отклоняться от традиционных схем мышления, быстро решать проблемные ситуации.

Вернуться