# Миссис Тинкхэм выходит в город

Наталья Поваляева

Миссис Тинкхэм – дама, как говорят, "неопределенно-пожилого возраста". На голове у нее черный войлочный берет с птичкой и только в нем она позволяет себе выйти на улицу. Более точных сведений о ней нет. Известно только, что на вопрос о существовании мистера Тинкхэма (вдовой которого представляется эта старушка), она обычно отвечает: «Он покинул меня давно, давно!», и машет рукой куда-то в сторону набережной Виктории. Отчего некоторые простодушные слушатели полагают, что мистер Тинкхэм окончил свои дни в мутных водах Темзы.

Миссис Тинкхэм чрезвычайно общительна и всегда готова поговорить с незнакомцами, что нередко становится настоящим испытанием для туристов и тех, кто обосновался в городе недавно.

## Миссис Тинкхэм выходит в город

> На миг умерьте ваше изумленье

> И слушайте, что я вам расскажу…

Миссис Тинкхэм хорошо известна обитателям Мейден-лейн и соседних улиц, главным образом благодаря примечательному головному убору – фетровому черному берету, увенчанному черной же войлочной птичкой. В любое время года и в любую погоду миссис Тинкхэм надевает этот берет, и только в нем позволяет себе выйти на улицу.

Наша героиня – дама неопределенно-пожилого возраста, о чем свидетельствуют подсиненные седые пряди, выбивающиеся из-под орнитологического берета. Более точных свидетельств нет, равно как нет никаких сведений о том, существовал ли когда-нибудь мистер Тинкхэм, вдовой которого представляется миссис Тинкхэм. «Он покинул меня давно, давно!» – обычно говорит миссис Тинкхэм, когда ее спрашивают о покойном супруге, и машет рукой куда-то в сторону набережной Виктории, отчего некоторые простодушные слушатели полагают, что мистер Тинкхэм окончил свои дни в мутных водах Темзы.

Миссис Тинкхэм чрезвычайно общительна и всегда готова поговорить с незнакомцами, что нередко становится настоящим испытанием для туристов и тех, кто обосновался в городе недавно. Лишь коренные лондонцы, знающие толк в спонтанных разговорах со случайными собеседниками, способны по-настоящему оценить таланты миссис Тинкхэм. К счастью, такие ценители попадаются на пути нашей героини достаточно часто, чтобы поддерживать ее в добром здравии и бодром расположении духа.

* * *

> Останься здесь, не езди в Виттенберг.


Миссис Тинкхэм живет на Мейден-лейн в маленьком двухэтажном домике, который втиснулся между скобяной лавкой и китайской прачечной, словно пассажир в переполненный автобус.

Узкий фасад, покрытый здесь и там потрескавшейся грязно-розовой штукатуркой, на первый взгляд, ничем не выделяется среди других домов. Неприметная деревянная дверь с прорезью для писем и газет, крашеная, по меньшей мере, двадцать восемь раз, подкрепляет обманчивое ощущение обыденности. Однако стоит внимательному наблюдателю поднять голову и взглянуть повыше двери, как начинается интересное.

Единственное окно во втором этаже несет на себе явственный отпечаток личности хозяйки дома. Серые в белый горошек занавески с оборками всегда отдернуты так, чтобы был виден стоящий на подоконнике кактус в кокетливо сдвинутом набок сомбреро (какими нередко украшают бутылки с текилой), фарфоровый заяц с отбитым ухом и вырезанный из журнала коронационный портрет Елизаветы II. С внешней стороны к оконной раме приделана игрушечная веревочная лестница, на которой болтается некогда ярко-зеленый, но теперь поблекший от дождей и туманов плюшевый медведь.

Миссис Тинкхэм обожает прогулки, но никогда не покидает пределов Лондона. Каждый день в десять часов утра, надев берет с птичкой, она отправляется по одному из своих обычных маршрутов. Для каждого дня недели у миссис Тинкхэм имеется особый план передвижений, от которого она никогда не отступает. Ну, почти никогда. Лишь дважды ей пришлось нарушить распорядок: в первый раз из-за забастовки работников общественного транспорта она не смогла добраться до зоопарка, а во второй раз слегла с гриппом и провела полторы недели в постели.

Однако, не считая этих двух прискорбных случаев, миссис Тинкхэм всегда исключительно точно следует разработанному плану, так что если бы однажды все часы в городе вдруг встали, эта неприятность вряд ли огорчила бы жителей Мейден-лейн.

## Понедельник

> Свезли посланье старому Норвежцу…

По понедельникам миссис Тинкхэм ходит на почту. Писем она не пишет, посылок не отправляет, и, тем не менее, каждый понедельник ровно в 10:15 она входит в почтовое отделение на Стрэнде.

Первый пункт программы – почтовые открытки. Вращающаяся стойка с открытками (изображающими преимущественно виды Лондона) стоит в фойе прямо у входа. Миссис Тинкхэм долго изучает открытки, берет в руки то одну, то другую; переворачивает, словно бы желая обнаружить тайные письмена на обратной стороне; иногда одобрительно улыбается, иногда презрительно хмыкает. Затем, так ничего и не выбрав, отправляется к одному из окошек и спрашивает, нет ли открыток с видами Бедфордского маяка (Йоркширского Ведьминого камня, Дуврских подводных мозаик, Брайтонских королевских развалин и прочих несуществующих достопримечательностей). Почтовые работники, хорошо знающие миссис Тинкхэм, с удовольствием включаются в игру и сообщают, что открытки с Ведьминым камнем как раз закончились накануне, но ожидаются на будущей неделе в среду, а Брайтонские развалины, согласно новейшим археологическим исследованиям, более не считаются королевскими, а потому тираж открыток спешно изъят из обращения.

Отдав друг другу должное, миссис Тинкхэм и работники почты расстаются. Однако покидать почтовое отделение наша героиня вовсе не собирается: скользя рассеянным взглядом по просторному залу, миссис Тинкхэм выбирает следующую жертву. Например, вон та милая женщина в клетчатом плаще – лет тридцать пять, усталые глаза, внушительная сумка с продуктами. Миссис Тинкхэм, кряхтя, присаживается рядом с женщиной в клетчатом плаще. – Не возражаете, милочка? – спрашивает миссис Тинкхэм, кокетливо поправляя птичку на берете. – Нет, конечно – пожалуйста, присаживайтесь, – равнодушно улыбаясь, говорит женщина, продолжая заполнять бланк для отправки бандероли.

Миссис Тинкхэм вытягивает тонкую шею, заглядывает в бланк, а когда женщина с недоумением поднимает голову, миссис Тинкхэм невинно моргает и молвит:

– Я вижу, вы отправляете бандероль. Ох, эти бандероли – так хлопотно! Я, знаете ли, сегодня отправила пять бандеролей и восемь писем! Вообразите!

– У вас, видимо, много родственников и друзей, – бормочет женщина в клетчатом плаще, продолжая писать.

– О, да! – восклицает миссис Тинкхэм и с готовностью продолжает: – Племянники в Шропшире, двоюродная сестра в Девоншире, три кузины в Йоркшире и еще, представьте, сводный брат в Норвегии!

– О! – говорит женщина в клетчатом плаще и начинает судорожно рыться в сумке.

– Знаете, норвежцы такие странные – совсем не такие, как мы, – понизив голос, загадочно шепчет миссис Тинкхэм. – Попробуйте угадать, что они едят на Рождество?

Женщина в клетчатом плаще морщится от досады и цедит сквозь зубы:

– Право же, понятия не имею, что они там едят на Рождество, мэм!

– Жареную лису!!! – неожиданно громко вскрикивает миссис Тинкхэм, так что ее собеседница роняет на пол ручку, а несколько посетителей почты тревожно оглядываются на странную старуху с птицей на голове.

Женщина в клетчатом плаще испуганно смотрит на миссис Тинкхэм, но та, выдержав театральную паузу, широко улыбается и молвит:

– Я пошутила!

Миссис Тинкхэм заливается звонким смехом, в то время как ее собеседница, натянуто улыбаясь, бормочет извинения, спешно подхватывает свои вещи и ретируется к одному из окошек. Миссис Тинкхэм машет ей вслед и желает хорошего дня, после чего, удовлетворенно вздохнув, перебирается на новое место.

На большом диване возле окна сидит молодой человек в джинсах и черной футболке с красной надписью «FUCK YOU ALL!» На коленях у него – раскрытый ноутбук; молодой человек яростно молотит по клавиатуре, одновременно ритмично притоптывая ногой в громадном подкованном ботинке. В ушах у него наушники.

Миссис Тинкхэм мелкими шажками, как бы в нерешительности, подходит к дивану и спрашивает, нельзя ли ей присесть. Молодой человек никак не реагирует, и, сочтя, что таким образом он выражает свое согласие, миссис Тинкхэм опускается на диван рядом с ним.

– Даже не знаю, как поступить, – говорит миссис Тинкхэм, – что предпочесть… Может быть, обычной почтой? Или все же курьерской доставкой? А может, экспресс… Как вы думаете?

Молодой человек не отвечает, продолжая молотить по клавишам ноутбука и дрыгать ногой. Миссис Тинкхэм замечает наушники и, немного поколебавшись, легко дергает за шнур. Правый наушник вываливается из уха, и молодой человек, наконец, замечает собеседницу.

– Какого хрена… – начинает он, но миссис Тинкхэм не дает ему закончить:

– Так вот, я не знаю, как поступить – а вы как думаете? Как лучше отправить его в Норвегию?

– Кого? – ошалело глядя на старуху, спрашивает молодой человек.

– Не кого, а что, – разъясняет миссис Тинкхэм. – Самокат. У вас есть самокат? Хотя, для самоката вы, пожалуй, уже великоваты… Но вот мой внучатый племянник – он живет в Норвегии со своими родителями, они нефтяники, знаете ли… Так вот, ему десять и он попросил прислать самокат. И я вот затрудняюсь, как же его отправить. Вы мне не поможете?

Молодой человек засовывает в ухо выдернутый наушник и, захлопнув ноутбук, вскакивает с дивана. Через пару секунд он исчезает в дверях, бормоча ругательства.

Миссис Тинкхэм довольно улыбается и, немного подождав, выходит на улицу вслед за молодым человеком. Возле почтового отделения стоит красный почтовый ящик, а возле него стоит солидный мужчина в деловом костюме и опускает письмо.

Миссис Тинкхэм устремляется к нему.

– Отличные эти почтовые ящики, не так ли, – светским тоном молвит наша героиня. – И такой благородный красный цвет!

– Вы правы, мэм, – живо отвечает мужчина, – синие или, упаси Господь, желтые испортили бы все дело!

– Я вижу, вы знаете толк в этих делах! – одобрительно кивает миссис Тинкхэм. – Представьте, эти ящики придумал мой прапрадедушка! Он служил почтмейстером при дворе королевы Виктории. Тогда в Лондоне туманы были не те, что сейчас – иногда среди бела дня собственной руки не увидать! А уж почтового ящика – тем более. Вот мой прапрадед и придумал делать их красными, чтобы даже в тумане было хорошо видно.

– Что вы говорите?! – выражает изумление мужчина в деловом костюме. – Вот мне повезло! Шел отправить письмо, и наткнулся на знаменитость! Не дадите ли мне автограф – от имени вашего прапрадедушки?

Миссис Тинкхэм подмигивает мужчине, тот с пониманием подмигивает ей в ответ – два настоящих лондонца всегда оценят такие моменты. Затем собеседник откланивается и отчаливает по своим делам, а миссис Тинкхэм, выполнив обязательную программу для понедельника, отправляется на прогулку по набережной.

## Вторник

> Я буду краток. Принц, ваш сын, безумен.

По вторникам миссис Тинкхэм ходит в парк выгуливать вязаного бегемота. Бегемот достаточно крупный – величиной с диванную подушку, не заметить его сложно, так что по пути от дома до парка миссис Тинкхэм успевает в полной мере насладиться реакцией прохожих. Синяя шерсть, из которой связан бегемот, кое-где расползлась, и из образовавшихся прорех торчит серая ватная набивка, которую миссис Тинкхэм периодически запихивает назад узловатым указательным пальцем, приговаривая: «Вот так, вот так, потерпи немного! Совсем поистрепался, старый пень!»

О том, что бегемот не намного моложе своей хозяйки (а может быть, и старше), свидетельствуют его глаза. Трудно сказать, какими они были при рождении бегемота, но теперь он глядит на мир двумя непарными пуговицами (правая – позолоченная, с рельефным узором, имитирующим геральдическое переплетение, от старого твидового пальто миссис Тинкхэм, а левая – простая пластмассовая, розовая, была найдена нашей героиней аккурат возле входа в китайскую прачечную на Мейден-лейн).

В дождливые вторники миссис Тинкхэм оборачивает бегемота полиэтиленовой пленкой или, за неимением таковой, просто натягивает на него прозрачный пакет – погода не должна стать помехой прогулке! Всем лондонским паркам миссис Тинкхэм предпочитает парк Сент-Джеймс, и ходит туда всегда одним и тем же маршрутом: с Мейден-лейн свернуть на Бедфорд-стрит, затем выйти на Стрэнд, а там и до Трафальгарской площади рукой подать.

На площади миссис Тинкхэм делает привал и кормит голубей. Иногда, под настроение – и если погода благоприятствует – наша героиня дает небольшое представление для туристов: насыпает прямо себе на голову (а точнее – на неизменный черный берет) немного хлебных крошек, а когда голуби, теснясь и пихаясь, пытаются склевать их, начинает неистово отмахиваться бегемотом и кричит: «Ах, вы, твари похотливые! А ну, брысь от моей птички! Ишь, поналетели! Проваливайте!»

Представление неизменно встречает восторженный отклик среди публики; туристы фотографируют облепленную голубями миссис Тинкхэм, некоторые снимают на видеокамеры.