# Призрачная погоня

Юрий Иванович

Борис Ивлаев возвращается домой в родной мир и спешит скрыться в глухой деревеньке Лаповка. Да только не суждено ему отсидеться в покое и безопасности, решая набежавшие проблемы. Старый дом на окраине заполнен чужаками, а родные люди в плену. Приходится действовать крайне жестко, зачищая все следы, затем забирать своих, и уже всем вместе уходить в Рушатрон, столицу мира Трёх Щитов…

© Иванович Ю., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

## Пролог

Затаив дыхание, идущая впереди колонны воинов девушка замерла. Постояла, прислушиваясь, и только после этого сделала аккуратный шажок вперёд. Затем медленно наклонилась и выглянула за странно искривлённый угол дома. Рассматривая очередной участок улицы, почти сразу досадливо хмыкнула. И было от чего расстраиваться: предстоящий кусок пути выглядел сложнее, чем все оставшиеся позади вместе взятые. Любой обладающий здравым смыслом человек, рассмотрев обилие ловушек, ям и попросту готовых рухнуть зданий, благоразумно отступил бы. Даже местные маги высшей ступени, так называемые носители Трёх Щитов, долго бы думали, прежде чем продолжить путь. Тем более что уже две невосполнимые потери отряд разведчиков понёс. Ещё шестеро товарищей выбыли из строя из-за тяжёлых ран и сейчас оставались в палатках, в пригороде этого странного и неприступного города.

Но идущая на острие всего отряда девушка и не подумала отступать. Тем более что в конце прямого участка улицы, в просвете между высотными домами в семь этажей, она сумела рассмотреть главную цель экспедиции. О чём и поторопилась заявить застывшим сзади метрах в двадцати товарищам. Причём делала это, не сходя с места, только полуобернувшись:

– Есть! Вижу здание Сияющего Кургана-2! Кусочек, и вдалеке, но половину этой проклятой улицы мы всё-таки прошли!..

Последнее слово вырвалось у неё из груди вместе с болезненным сжатием страховочных верёвок. Смертельную опасность своему лидеру товарищам удалось заметить и своевременно выдернуть её в тылы. Пока сжавшееся тело буксировали по жёсткому каменному покрытию изуродованной улицы, возле самого угла здания рухнула внушительная часть фронтона и кусок крыши. Не успела ещё пыль толком осесть, как и весь неровный угол здания просел, горой битого камня, кирпича и разного мусора перекрывая добрую часть улицы.

Несколько человек помогли подняться девушке и отряхнуться, тогда как массивный, лысый мужчина не удержался от ругани как раз в адрес чудом спасённой соратницы:

– Ну и сколько можно валить впереди всех?! Прислушайся хоть немного к нашим словам!

– Моё мнение неизменно, – сердилась она. – Кроме меня, никто не пройдёт. Я легче любого из вас и лучше всех замечаю ловушки. Так что не начинай в сотый раз.

– Если с тобой что-то случится, то даже наличие в этом городе сотни Курганов уже никому не понадобится. Да и нам придётся попросту ложиться и умирать.

– Сплюнь! И вы все знаете, что я страшно везучая. Если бы сразу шла впереди, у нас бы не было ни погибших, ни раненых.

– Мария! – теперь уже к девушке обращался другой воин, почти полностью облачённый в рыцарские доспехи и держащий шлем в руках. – Не испытывай наше терпение! Эйтраны обязаны подчиняться своей императрице, но не в данном случае! Больше ты в авангарде не пойдёшь…

Сказал, и тут же отпрянул, настолько быстро подскочила к нему Мария Ивлаева, и хорошо, что шпаги при ней не оказалось в тот момент. Но кинжал уже поблёскивал в руке:

– А как ты сможешь мне это запретить? Попробуешь удерживать силой? Или воспользуешься умениями Трёхщитного?.. Ха! Ведь знаешь, что ничего не получится, так зачем даром воздух сотрясаешь? – После чего, пряча кинжал, вернулась на прежнее место и стала раздавать команды: – Обвалившийся угол – это прекрасно! Он нам пятую часть открытого пространства зачистил. Приступаем к прощупыванию следующего участка! Пращники – вперёд! Рыцари, надели шлемы и выдвинули катки перед собой. Остальные: проводим разминирование ловушек и преград, бросая камни и куски брёвен. Начали!..

И странный отряд разношёрстных воинов, с не менее странными приспособлениями стал выдвигаться на новый участок улицы, обходя язык громоздящегося щебня. Разве что лысый воин перекинулся несколькими фразами с рыцарем, стараясь, чтобы Мария не услышала:

– С одной стороны, понимаю, насколько спешка обоснованна. Но и чрезмерная одержимость императрицы совершенно в данном случае неуместна.

– Согласен. А ещё лучше было бы в эту Шартику нам пробираться без её присутствия в отряде.

– М-м?.. Тут я с тобой не согласен. Без неё мы бы так быстро не прошли. Белые кречи совсем не ту информацию в своих лапах имели… А то и надолго застряли бы на самой границе. Лишь благодаря её задумке с проходом четвёрками получилось.

– Ладно, пусть так… Но сейчас давай поторопимся встать к ней как можно ближе. Может, хоть собой прикрыть успеем в случае очередной напасти…

И оба поспешили к лидеру, а также в одном лице и командиру медленно продвигающегося вперёд отряда.

## Глава первая. Вериги прошлого

Ядовитый дым «мухоморного» дерева из пяти костров образовал перед нами настоящее облако. Через подобную преграду вряд ли прорвётся что-то живое, но мы с лихорадочной поспешностью продолжаем возводить баррикаду из камней и срубленных стволов. Но в то же время в сознании всё чётче проявляются недоумение и досада:

«Чего это мы тупим?! Не лучше ли взбираться на крутые склоны по сторонам? Уж всяко туда никто из монстров не заберётся!.. А то и вообще убегать…»

С большим усилием воли я заставил себя оставить на земле очередной булыжник, разогнулся и глянул в наши тылы. Там виднелась хорошо мне знакомая, массивная и непоколебимая башня «Пирамида». Ну и почему, спрашивается, не спрятаться там? Или в наше отсутствие её захватили враги?

Подумать над этим мне не дал пробегающий мимо Леонид Найдёнов. При этом он не только крикнул на ухо, но и толкнул шутя в плечо:

– Не спи, замёрзнешь! И чего это ты прекратил работать? Для тебя же стараемся!

Что меня поразило, сам он был во фраке, с тросточкой и в котелке. И с маленькими приклеенными усиками. То есть в полном облике знаменитого комика. Однако никакие камни при этом или брёвна, в отличие от остальных копошащихся вокруг нас товарищей, не таскал. Он просто делал вид, что упоённо дирижирует каторжанами тростью, словно он дирижёр, а все прочие оркестранты. И носился при этом с места на место. Совсем у него это несмешно получалось, хотя лучше клоуна, чем он, я в своей жизни не встречал.

– Всё дурью маешься? – нашёлся я с ответом. – Чарли Чаплин недоделанный!.. И вообще… Чего это ты…

Абсурдность ситуации угнетала меня всё больше и больше. Мой лучший друг, которого в разных мирах знали под именами Лев Копперфилд, Чарли Эдисон и Чарли Чаплин, по всем моим соображениям не мог находиться на Дне. Как я тут же припомнил, он должен меня ждать в пантеоне Хорса, возле Борнавских долин. Если ему донесли мои последние слова… Так с какой стати он не там?

Хм! И почему я здесь?!

Опять забрезжившее понимание происходящего сдвинулось в сторону окружающими событиями. Кто-то крикнул:

– Они прошли! Прорвались сквозь дым!

Пришлось после этого, подхватив увесистую палку в виде дубины, бросаться следом за всеми на баррикаду. Недоумение родилось попутно по поводу отсутствия у меня нормального оружия, любимого арбалета или хотя бы того же метателя, из которого специальные ножи выстреливались мощными пружинами. И уже на созданной баррикаде, с каким-то парализующим сознание ужасом, я стал наблюдать за выходом монстров из дыма.

Яд мухоморных стволов не оказал на тварей Дна никакого влияния. Не чихали и даже не кашляли! Первыми вынырнули чинно и медленно катящиеся байбьюки. Три четырёхметровых шара мускульной плоти, зубов и бронированной кожи катились в ряд, наверное, и не сомневаясь, что снесут нашу хлипкую преграду, не заметив оной. Но что мне сразу показалось опаснее, если не сказать ужаснее, так это четыре тервеля, ползущие следом. И тоже в ряд! Гигантские слизняки крокодилы шли, как на параде, и уже сам факт, что два вида, два антагониста целого уровня атаковали сообща, окончательно ввёл мои мозги в ступор. Такого не могло быть по умолчанию! Потому что не могло быть никогда!

– Они их укротили! – выкрикнул рядом кто-то радостно и с облегчением. Ему вторили голоса иных товарищей, заметивших восседающих на гребнях монстров людей. Тогда как я напрягся ещё больше. И вместо того, чтобы присматриваться вперёд, опять непроизвольно оглянулся назад. Окинул взглядом башню, сам поражаясь всплывшей в памяти подсказке:

«Так ведь «Пирамидка» рухнула! Её срезало Отсекателем! Еловая жизнь! Откуда же она вдруг восстала из руин? Или это новая башня?.. Просто сильно похожая на прежнюю?..»

И вновь пришлось поворачиваться обратно, потому что мои товарищи неожиданно начали радостно свистеть и улюлюкать, словно подбадривая кого-то. Глянул и обомлел: все они уже давно расселись на окружающих нас склонах, оставив меня одного в центре баррикады. А там, среди всех, и мой друг Лёня, надрывно кричащий голосом циркового конферансье и размахивающий тросточкой:

– Спешите видеть! Наш доблестный Миха Резкий! Он же – Иггельд, почётный герой империи Альтру! Он же – знаменитый справный барон Цезарь Резкий; он же – уникальный Светозарный; он же – непревзойдённый Михаил Македонский; он же – вездесущий Борей; он же – подросший в росте Борис Ивлаев! Сразит-т-тся! С великим-м-ми! Наездниц-ц-цами!

Я уже и сам рассмотрел людей, восседающих парами на загривках смертельно опасных для всего живого тервелей. И мне так жутко, натурально поплохело. Потому что я опознал совсем неуместные здесь парочки!

Ксана Молчун и Зоряна. Как они сговорились со своей антипатией друг к другу?

Катя Ивлаева и Всяна Липовая. Вера Ивлаева и Снажа Мятная. Две пары близняшек, перемешавшиеся между собой? Мир сошёл с ума!

И последняя пара, наиболее опасных и наименее ожидаемых в общей команде: Мария Ивлаева и вашшуна Шаайла. В голове не укладывалось, как это Машка смогла найти общий язык с ведьмой?

Но ещё хуже обстояло с моей логикой. Никак не мог понять: каким образом они все оказались на Дне? И почему в одной команде? Да все против меня? Обидно! Только и оставалось крикнуть другу:

– Лёнь, что за цирк тут творится?! – как вдруг ко мне кто-то прижался сзади и нежно прошептал знакомым голосом:

– Не переживай, Борей, я с тобой! И буду сражаться за тебя!

Даже не оборачиваясь, я узнал девушку: Мансана! Та единственная, искренняя и добрая, которая меня полюбила, когда я ещё оставался в теле физически ущербного, изогнутого травмой парня, никому не нужного и всеми презираемого. Она первая меня встретила улыбкой в Рушатроне! Она первая, кто показал мне новый мир империи Моррейди, кто ознакомил с Сияющим Курганом и всеми традициями поморов. Ну и она единственная, кто сразу увидел во мне мужчину, настоящего друга, истинного защитника. И хоть была завлечена вначале в спальню с помощью шоколада, в конечном итоге полюбила искренне и со всей страстью. А на второй день повела домой знакомить с родителями. Меня! К тому времени ещё недоростка, ничего собой внешне не представляющего и считающегося дикарём с Пимонских гор.

Нет, со всеми остальными женщинами из команды наших противников я тоже как бы был в хороших, если не сказать в «горячих» отношениях. Но если уж разбираться, то всем им от меня вечно что-то было надо. Они чего-то требовали, добивались, угрожали, капризничали и скандалили. Только одна Мансана вела себя мило, непосредственно, мирно и относилась как к родному.

Наверное, по этой причине я вдруг расслабился, вспомнил наши с ней кувыркания в постели, прикрыл глаза и, протянув руку назад, стал ощупывать прохладный, манящий женский пупок и всё, что ниже его.

Тем более брутальным и неуместным оказался толчок в правое плечо, а затем и сердитый голос Леонида:

– Ты чего творишь?! Да ещё и прилюдно?! Замёрзнешь ведь!

В самом деле, от его слов вдруг стало холодно, холодно! А рука ощутила, что женское тело выстужено напрочь и даже обжигает холодом. Мало того, через приоткрытые глаза удалось рассмотреть размытые, но уже нависшие прямо надо мной пасти тервелей. С их ужасных клыков стекала слюна, норовя упасть мне прямо в лицо. Из глоток пахло чем-то кислым и перебродившим. А вокруг пастей поблёскивали широкие наконечники рыцарских копий, готовых уже в следующий момент вонзиться в мою плоть.

Конечно, меня это возмутило: с чего это женщины решили меня убить?! За ласковые поглаживания тела Мансаны? Всего лишь?!

И я попытался резко (от страха и возмущения!) открыть глаза. Получилось с большим трудом… и я…

Стал просыпаться!

## Глава вторая. Встречай, родимая земля

Картинка резко изменилась, хоть и виделась в густом полумраке. Передо мной кусок пола, застеленный ковром. Прикроватная тумбочка. На её фоне хорошо (благо моему ночному и магическому зрению!) виден серпанс-управленец, которого я назвал Вторым. Это он толкает меня настойчиво в правое плечо. От него не совсем приятно пахнет кислым маринадом (ну правильно, сам ему вчера с вечера это любимое лакомство в тазик наливал!). Лежу я на животе. На мне – толстенное пуховое одеяло. Но моя левая рука из-под одеяла вылезла и судорожно поглаживает холодную-прехолодную подушку, мешавшую мне в изголовье. Холодно. Очень холодно! Волосы (или что там от них осталось?), похоже, побелели от инея.

Зато мозги тотчас стали кристально чистые, я всё понял и всё вспомнил.

«Я – на Земле! И мне снился кошмарный сон, словно я ещё на каторге Дна. Я в чужом доме. Вилла Казимира. Или дача?.. За окном лютая зима. Печи, натопленные с вечера эрги’сом, окончательно остыли. Дом прогреться не успел, а потому и выхолодился моментально. Да и не приспособлен он, скорее всего, к зимовке в нём. А Второй меня будит явно преднамеренно… Знать бы ещё почему?..»

Ну это как раз проще всего. Левую руку прячу под одеяло, а правую выставляю на мороз. Нащупываю чип этого квазиживого существа из мира Альтру, зажимаю его в ладони и грубо спрашиваю:

«Чего надо?»

«Негативное изменение окружающей обстановки! – докладывает серпанс, как вышколенный солдат. – Снаружи здания собираются враждебные индивидуумы, настроенные крайне агрессивно. Анализ их диалога показывает, что они собираются штурмовать данную обитель. Но заметили твои следы, Иггельд, и теперь ждут подкрепления».

– Эпическая гайка! – с этим восклицанием я пулей вылетел из-под одеяла. Быстро оделся, рванул на второй этаж. Потому как окна первого были солидно задраены наружными ставнями из толстенных листов железа. Уже наверху, прилипши к промёрзшему стеклу, принялся наблюдать за окружающим виллу пространством. Притопавший за мной следом серпанс сам всунул мне в руку правый уголок своего тела в виде громадного мешка. Нащупав чип, я потребовал:

«Предоставить запись разговора!» Хорошо всё-таки иметь такого помощника, который проходит сквозь стены, может подслушать кого угодно и остаётся при этом невидим простым обывателям. А! Он ещё и на снегу следов не оставляет! Так что теперь могу слушать, соображать и думать, как мне выкрутиться из сложившейся ситуации.

Говорили вначале трое, явно подкравшиеся или подошедшие к воротам виллы-дачи с плохими намерениями. Причём третий подошёл позже первой пары и сразу командирским тоном рыкнул на своих подельников:

– Чего стоим, задроты? Снимайте замок, открывайте ворота, сейчас Дуб подъедет! Будем шмонать объект по полной.

– Сам ты задрот! – скорее лениво, чем зло, отозвался второй голос. Следом за ним, но с нотками паники и страха заговорил третий:

– Нельзя туда рыпаться, не иначе как засада. Положат нас тут всех. Как пить дать положат!

– Да вы чё мелете? – сердился первый, но громкость голоса сбавил на три оборота. – Какая засада?! Три дня следим за всеми участками, всех охранников Казимира высчитали! Не может тут быть кто-то из них! Вчера утром я лично проходил и через забор дом осматривал…

– Ну, и?.. – всё с той же ленцой бросал второй. – Были здесь следы? Заметил кого?

– Никого! И следов не было.

– Ха! А сейчас есть… Смотри, какие странные: словно кто-то вышел из дома, пятясь задом, дошёл до беседки, повалялся в сугробе, а потом обратно в дом поспешил. Причём ступая чётко в свои же следы.

С минуту стояла тишина, видимо, теперь уже втроём присматривались к внутренностям участка. Потом первый не выдержал, срываясь на длинную матерную руладу. Переводилась она на обычный язык так:

– Ты смотри, как интересно получается! Сексуальные чудеса, переходящие в излишества! Это же сколько там этот ублюдок прятался? И почему до сих пор не превратился в сосульку? Дом-то не отапливается, насквозь промёрз.

– А вдруг там нечистая сила завелась? Домовой? Или леший? – еле слышно прошептал с каким-то глубинным ужасом третий подельник. Но на его вопросы последовало только пренебрежительное хмыканье.

Видимо, второй считался в банде экспертом по наблюдениям и толковому анализу обстановки. Вначале успокоил третьего:

– Монах, хорош нести пургу о нечистой силе! – потом стал объяснять первому подельнику: – Не сказал бы, что не отапливается. Видишь, снега на дымоходе не стало? Растаял к утру. Значит, ночью топили. А что дыма не было, так могли газом из баллона котёл кочегарить. Да и окошки на втором этаже, которые без ставен, вон как заиндевели. Вчера ещё прозрачные были, а сегодня узорами из-за внутреннего тепла покрылись.

– То есть там…

– Именно! Как минимум одного «скандинава» оставили для охраны. А он, видимо, вчера от одиночества мозгами поехал или в баньке перегрелся, вот к сугробу и выходил охладиться. Так что звони Дубу, пусть прикидывает, кого собрать, чтобы всем скопом на штурм идти.

Вскоре последовал звонок третьего по мобильному телефону, во время которого он передал неизвестному представителю древесных всю полученную наблюдателями информацию. После чего буркнул подельникам совсем расстроенным тоном:

– Сильно орал… Приказал отойти от ворот и не отсвечивать. Через полчаса сам приедет с пацанами…

Троица тотчас стала уходить, но фразу второго я расслышал ещё отчётливо:

– Жалко, что в сторожке два жмура валяются. Если кто из жителей посёлка нагрянет, их тоже мочить придётся…

Вот такие тут у нас дела! Отсиделся, называется, в тиши и покое! И я аккуратно пригладил обожжённую кожу на голове. Жест, совсем непохожий на почесывание затылка. Немедленно прикинул по времени: минут пятнадцать прошло, как я проснулся, значит, время ещё есть. Ну и, начав подготовку к встрече нежданных гостей, попутно задумался о том, куда я так нехорошо влип.

Появившись здесь вчера, обожжённый, чуть ли не насквозь прожаренный, я решил день, а то и два отлежаться, прийти в себя, подлечиться ускоренной регенерацией и только потом выбираться к людям. Иначе чего их пугать-то своим красным, покрытым волдырями лицом, отсутствием бровей с ресницами, да выгоревшими на голове волосами. Не поймут-с! За ночь регенерация боль снять успела, а вот с задачей вылечить ожоги явно не справилась. Да и усталость, странная апатия меня буквально вечером с ног валила, соображал даже плохо. Только и радовался, что живым выскользнул из смертельной ловушки, которую устроили на меня шаманы и кардиналы когуяров.

Что поразило, так это изменения в серпансе-администраторе. Кажется, переход между мирами сбросил какие-то блокировки или запреты в его программировании. И он, чисто случайно ответив на мой малозначительный вопрос про обучение, подтвердил:

«Имеется в наличии программа обучения магическим эрги’сам. По всем четырём категориям. Загрузить в твоё сознание, Иггельд?»

Конечно, я не стал кочевряжиться! В кои веки это квазиживое существо (как и его непослушные собратья!) соизволило мне приоткрыть воистину великие тайны империи Альтру, достойные моего магического потенциала. Беда только, что обладателем желанных знаний я стал, а вот успел их опробовать с вечера только самую малость.

А всё потому, что холод в доме и пустота в желудке всё-таки не дали шансов на закрепление всего учебного материала. Зато заставили сообразить, как запустить котёл, закинув туда парочку медленно тающих эрги’сов, да как выесть половину съестного запаса, который отыскался на кухне и в кладовке. А обильная жратва в моём положении – чем не повод для тихого счастья?

Мало того, уже разлёгшись на кровати, радовался ещё по двум иным поводам.

Первый: не по своей вине я нарушил клятву, данную империи Альтру. То есть мне как почётному гражданину с титулом Иггельда теперь не придётся нести ответственность за то, что я не остался на Дне, не дал должные ориентиры пробивающемуся на Просторы Вожделенной Охоты отряду, не принял его, не защитил и… прочее, прочее, прочее. Иначе говоря, убыл с места своего обязательного (если учитывать клятву) присутствия. Учитывая, что клятву у меня буквально вырвали шантажом, я и так не собирался оставаться на Дне. Но теперь у меня совесть совершенно чиста. Тамошними лифтами я не пользовался, и только по причине сложившихся (не по моей воле!) обстоятельств меня вышвырнуло в иной мир. Счастье, что я заранее успел рассмотреть значок Земли с контрфорсом и шагнул в портал нужного направления.

Второй повод для радости сильно тускнел от усилий моей проснувшейся совести. Потому что и женщинам я обещал вместе с ними подняться из каторги в мир Набатной Любви. А уже после необходимой конфронтации с гаузами, космическими колонизаторами, мчаться в мир Трёх Щитов на спасение трио Ивлаевых. Обещал… но! Тоже не получилось. И тоже – не по моей вине.

Однако в данном вопросе я пытался уговорить свою совесть резонными рассуждениями и фактами:

«О ком там волноваться? Все они – Светозарные! Все – боевые, умные, ловкие и непобедимые. Это я гаузам не завидую, когда толпы отчаянно настроенных, практически бессмертных женщин вернутся в верхний мир и начнут наводить там порядок. Да ещё используя при этом инструкции, которые я им передал от имени империи Альтру. Вон как они лихо, играючи справились с шаманами и предателями в Планетарии. Сами без царапинки остались, а врагов снесли, уничтожили не напрягаясь. В любом случае мне с дамами пришлось бы расстаться всего через парочку часов, так что мой уход только и можно считать чуточку преждевременным. Всё, что я мог, я им дал!»

Совесть, правда, попыталась вякать что-то там по поводу «слишком много дал и не в то место!» и «отец обязан быть при детях!», но я живо заткнул неуместный фонтан укоров, сославшись на неадекватную обстановку:

«Цыц! Не до разборок сейчас! Тут бы выбраться отсюда без проблем…» И уже командуя непосредственно серпансу:

«Выбраться наружу и предпринять всё возможное, чтобы приближающиеся к дому индивидуумы сюда не попали. Технику, на которой они прибудут, всю не ломать, одна единица транспорта нам пригодится. Мобильной связи – лишить. Затем, получив от меня сигнал, выдвинуться к дальнему дозору нападающих на въезде в посёлок и сделать всё, чтобы они оставались на месте до моего прибытия!»

Иномирское существо даже не ответило мне. Только отпустил чип – оно и провалилось сквозь пол. Дисциплина! Исполнительное создание, но как бы его очеловечить? Может, заставить после получения приказа говорить «Так точно!»? Или: «Есть, сэр!»? Нет, с «сэром» – это я зря. Ещё не хватало мне всякие тошнотворные англицизмы использовать, когда в иных мирах в основном всеобщим языком служит только чуточку анахроничный русский. Пусть уж лучше отвечает проще… скажем, «Принято!»

Всё это я обдумывал на бегу, в страшной спешке. Слетел вниз, приготовил найденный вчера полушубок и валенки, повесив их на вешалку у самой двери. Честно говоря, в таком старье по городу бомж постесняется ходить, но ничего лучшего в доме не нашлось. Да и то валялось в грязном чуланчике, среди подобных, совсем ненужных вещей. Хозяин виллы Казимир наверняка привёз на всякий, самый пожарный случай. Остальную-то одёжку я быстро подобрал и примерил, благо в шкафах тряпья оказалось достаточно, а вот тёплого, так сказать, по погодке, ничего не нашлось. То есть одет я был прилично, но не для большого мороза, там без тулупа далеко не уйдёшь. Пусть он и рваный, но пригодился… Планировал в этом шмотье выбираться к дороге. Коль сторожа пропустили бы…

Кстати, упоминание бандитов о двух жмурах особо не понравилось, это наверняка – два трупа. Получается, что они сторожей того… совсем не пожалели. Пошли на мокрое дело без всякого колебания. Из этого следует, что интересы тут замучены страшные, кровавые и глубоко грязные. То ли криминальные разборки между авторитетами, то ли конкретный наезд на того самого Казимира. Мне он при кратком знакомстве показался парнем жёстким, решительным, недоверчивым к посторонним. Вполне возможно, что просто крупным бизнесом ворочает, а его хотят прижать. Причём прижать несколько странным способом: обыскивая тщательнейшим образом загородную, мало посещаемую виллу. И догадаться нетрудно зачем: что-то тут есть такое, что перекрывает убийство как сторожей, так и случайно нагрянувших в посёлок свидетелей.

И чего мне так не везёт в этих Черкассах? В прошлый раз чуть не умер, хорошо хоть в больницу успели отвезти сердобольные друзья Казимира, да и врачи кудесниками оказались: вымыли у меня из желудка два лишних Первых (увы, совсем неуместных там!) Щита. Да и впоследствии споила одна тварь сонным зельем, продав меня на работу в цирк. Ух! Сволочи! За карлика меня приняли! Но нет худа без добра: в цирке я познакомился с Леонидом Найдёновым, а потом и сам цирк благополучно сжёг. И это я в то время не имел у себя под рукой ни щепотки магических умений. Ха! Тогда как сейчас…

Одно перечисление того, что у меня есть внутри, и того, что я умею, – это уже угроза всему человечеству. Потому что не было в мироздании людей, внутри которых жило два непревзойдённых симбионта: Первый Щит и так называемый груан. Уж как они там между собой ужились и меня при этом на атомы не распустили – ума не приложу. Устаканились они во мне, сотрудничать стали, меня из всяких неприятностей вытягивать, от страшных болезней и ядов ограждать. Так судьбе и этого оказалось мало: она сделала меня Светозарным. Да ещё и полным обладателем пятнадцати груанов, носимых в специальном поясе. А подобных людей этот самый пояс защищает лучше всякой брони. Конечно, под очередь зенитных снарядов подставляться для проверки не хотелось бы, но уж всяко-разно несколько автоматных очередей в упор моя вуаль защиты выдержит. И это я находился только в начале пути к высшему магическому совершенству, которое давалось при достижении ранга носителя Трёх Щитов.

Ага! Вспомнил! Я ещё и редкий счастливчик, которому Лобный камень Сияющего Кургана предложил возложить на себя руки. За это меня наградили торжественным гимном, прозвучавшим с какими-то странными скрипами и скрежетом. По утверждениям поморян, все подобные счастливчики получают в дар некие способности, полезные умения и немалую славу. К сожалению, я не успел все нюансы узнать, изучить и тем более применить в полной мере к себе. Обстоятельства сложились трагично, меня тогда выкрали из столицы злобные кречи, летающие пособники людоедов-зроаков. А когда я второй раз попал в Рушатрон, и уже в ипостаси почти выросшего парня, мне тоже не удалось толком задержаться и повторно пообщаться с Лобным камнем.

Иначе говоря, получи я должные знания, был бы круче гор, сильнее ураганов и непобедимее, чем Маугли. Но, честно говоря, мне и так хватало. Разобраться бы ещё с тем, что имею. И с тем, что мне в сознание забросил Второй. Да и самое главное, что все мои умения и вуаль защиты Светозарного на Земле никуда не делись. И не уменьшились. Как и груаны в поясе не потеряли своего волшебного свечения. Специально перед самым сном проверил.

Так что встречи с бандитами я не опасался. Скорее злость на них появилась и охотничий азарт закипел. А причина тут совсем не в том, что меня с удобной лёжки согнали. Да и не в том, что приходится раньше времени появляться на людях в таком неприглядном виде. И не в том, что ещё ночью ко мне пришла здравая мысль: «Надо срочно выкупать эту виллу у Казимира! Стратегически важное место тут оказалось. Не ровён час все порталы на Землю, где контрфорс в виде одной стрелочки, из иных миров сюда ведут!» То есть я уже считал данный дом наполовину своей собственностью.

Нет, меркантильность и дальний расчёт ни при чём. Тут чувство справедливости возымело решающее действие: ни за что убить сторожей – это уже беспредел. Ну вот ни за что не поверю, что невинных людей нельзя было усыпить или хотя бы оглушить. И за такое бесчинство следует наказывать смертной казнью. Прямо на месте. Без суда и следствия. По этому аспекту я после каторжных месяцев на Дне потерял последние крохи неуместной к тварям толерантности и человеколюбия.

Так что кому-то сегодня придётся проститься с жизнью.

И закончив все приготовления, я вновь занял самое удобное место возле маленького оконца на втором этаже виллы.

## Глава третья. Тем временем в Рушатроне

Заседание Большого Имперского Совета уже второй час шло двояко, неоднозначно. С одной стороны, довольно скучно, до оскомы. С другой – в страшном нетерпении и ажиотаже ожидания. Всем была известна повестка дня, все её прочли по сто раз, пока выслушивали бытовые, текущие проблемы империи и как можно с меньшими спорами и проволочками принимали нужное решение. Император тоже не капризничал, не возмущался и не пытался поймать докладчиков на упущениях и противоречиях. Хоть и кривился иногда, но согласно кивал после принятия очередного вердикта и нетерпеливым жестом подгонял председательствующего. Мол, давай дальше.

Старый маршал, ведущий заседание, тоже желал бы начать оглашение списка с самого последнего пункта. Прекрасно видел общее раздражение и нетерпимость ожидания. Но закон есть закон: вначале решаются внутренние проблемы империи Моррейди, а потом уже обо всём ином позволено рассуждать, что её окружает. Традиция, не прерываемая даже кровопролитными войнами с внешними врагами.

Выстояла традиция и в этот раз. И наконец облегчённо вздохнувший маршал огласил присутствующим высшим сановникам империи:

– Ну и последний пункт обсуждений нашего Совета. Мы должны выслушать доклад министра иностранных дел и принять решение об установлении дипломатических отношений с новообразовавшимся государством. Напоминаю, доклада мы ждали давно. Полного доклада, без всяких купюр, домыслов или недомолвок. Поэтому попрошу тишины, господа! Прошу тебя, Вайль.

Вайль Гранди являлся ровесником маршала и его приятелем с молодости. Разве что внешне выглядел более тучным и неповоротливым. Зато не переставал блистать умом и организаторскими способностями. Единственный его минус – так это туманные словоблудия и любовь к поддержанию интриги во время любого разговора. А также излишний артистизм во время речей, непомерный пафос и слишком уж страстное вхождение в роль истинного сказочника. Министр внешних сношений, главный дипломат империи и шеф внешней разведки, он сам только сегодня утром прибыл в столицу именно для данного доклада. До этого он месяц находился чуть ли не на передовой, на фронте противостояния со зроаками, лично собирая по крохам сенсационную информацию и пару раз находясь на волосок от смерти. По крайней мере, именно так успели поведать адъютанты министра, его помощники с сопровождающими охранниками, которые и сами падали с ног от усталости.

С чего господин Гранди начал изумлять Совет, так это с показа огромной карты, которую два помощника живо развесили на стене. Выждав минуту эффектную паузу, пока все пристально рассматривали изменения на хорошо знакомой картине, он приступил непосредственно к самому докладу:

– Скажу сразу, что я сам ещё совсем недавно не верил в образование нового государства. Но теперь могу утверждать со всей уверенностью: никакого нового государства нет! А есть… новая империя! Которую вы и видите на карте в виде залинованного красными полосками пространства. А почему империя? Да потому что она сама себя так и называет: империя Герчери. Символ на флаге: женщина с крыльями ласточки. Она является богиней любви нового государства и помещена в подобие пирамиды. Та, в свою очередь, в круг. С одной стороны круга стилизованная молния, с другой – полукруг, разделённый на три секции. Цвет флага фиолетовый…

– Да какая нам разница! – раздражение Дьюамирта Второго, императора Моррейди, тут же получило поддержку гулом и степенным киванием представителей Совета. – Пусть хоть горчично-апельсинового цвета их флаг будет. Ты давай о самом главном рассказывай! Не издевайся!

Министр с укором глянул на императора, цокнул языком в осуждение такой поспешности, но перечить не стал. Хотя наверняка хотел похвастаться ещё не одной кучей с таким трудом собранных мелочей и деталей. Сразу шагнул чуть ли не в финал своего доклада:

– В итоге ныне империя Герчери объединяет в себе всю северо-западную часть империи зроаков, включая их столицу Лордин, затем – княжество Тайланов и Шартику, царство мёртвых ешкунов. – После чего немножко подумал и пробормотал: – Ничего не забыл из самого главного?.. Да нет, всё сказал…

Естественно, что за такую наглость на министра ополчились все присутствующие. Гомон голосов сразу разбился на крики, весьма и весьма нелицеприятные для господина Гранди, но он только руками развёл, добавляя при этом:

– Как потребовало его императорское величество…

На что уже сам император милостиво махнул рукой:

– Ладно тебе ёрничать! Давай со всеми подробностями. Потому что итоги твоего доклада мы и по карте видим: почти пятая часть империи людоедов оказалась в руках наших потенциальных союзников. А как это случилось? И ладно бы только от Гадуни часть оторвали, но как они умудрились княжество к себе присоединить? И самое главное: Шартика. Там же никто не живёт! Или мёртвые ешкуны вдруг ожили?

– О ешкунах ничего мне лично не известно. И почему Шартика вошла в состав нового государства – объясню чуть позже. Принцесса Катерина пообещала, что поведает всё в подробностях в своё время. Зато основное воинство Герчери состоит из массивных, здоровенных воинов, которые называют себя эйтранами. Они умудряются сражаться со зроаками на равных, а порой и превосходят в силовом противостоянии. В схватках с ними людоедам даже их близость к центру собственной империи не даёт легендарную силу. О чём свидетельствует позорная сдача столицы. Хотя есть мнение, что новой империи удалось воспользоваться наиболее благоприятным моментом. Все воинские формирования зроаков сконцентрировались для мщения за убийство своего прежнего императора на востоке у царства Трилистье и на западе, вдоль Леснавского царства. Как раз на западе они захватили крепости Ледь и Грохва, а потом и находящиеся между ними Борнавские долины. И там оказались связаны боем с силами интернациональных полков, которым леснавский царь роздал баронские наделы на Ничейных землях. Вот тут оказавшиеся в глубоком тылу у людоедов эйтраны одним рывком прошли к столице и захватили Лордин. А затем – и весь северо-запад до сих пор непобедимой Гадуни.

– Но ты так и не сказал, откуда эти воины взялись? – стал уже откровенно нервничать Дьюамирт Второй. А старый маршал ему вторил:

– И кто ими руководит? Кто встал у руля нового государства?

– Откуда они взялись – неизвестно. Только утверждают, что их из иного мира привела на бой императрица, дочь великой богини Герчери. Ради неё и по её слову они готовы на любой подвиг и на любое свершение. А вот что касается их императрицы Марии… А также её сестёр, принцесс Веры и Катерины…

Министр вновь попытался создать интригу в докладе, взяв очередную паузу, но вовремя заметил, что его дипломатические наработки уже и так привели весь Совет в бешенство. Не следовало перегибать палку в подаче материала. Поэтому Вайль Гранди лишь прокашлялся и довольно бодро продолжил:

– …Они ещё совсем недавно являлись подданными нашей империи. Конкретнее: выходцами с Пимонских гор. Ещё конкретнее: недавно воевали в полку «Южная Сталь». Мстили за своего погибшего от лап зроаков то ли брата, то ли родственника. По непроверенным данным, являются потомками какого-то князя. По другим сплетням, считаются родственниками зуавы Апаши Грозовой. А род Грозовых до своей гибели на полях сражений считался княжеским.

– Постой! – остановил его маршал. – Если они наши воины, то получается, они отныне дезертиры?

– Ни в коем случае! Потому что командир полка «Южная Сталь» Дункан Белый соединение расформировал, сделав своих подчинённых гражданскими людьми. Причина: вручение каждому баронства на Ничейных землях. Так как это автоматически считается лишь усилением борьбы со зроаками, то наш император расформирование полка подтвердил. Любой воин стал бароном и останется им, если сможет защитить свой лен. Так хитро дело обставил леснавский царь. Увы, Ничейные земли людоеды отбили, новоназванных баронов изгнали и широкий коридор вдоль всей границы продолжают удерживать. Потому у нас и не было до сих пор прямого сообщения с новыми союзниками. Но! Пятую часть своей территории враги всего человечества потеряли. Столицу глупо проворонили. Имперскую казну и сокровищницу отбить даже не пытаются. Такое впечатление, что они сражаться с новыми врагами категорически не хотят и всячески избегают даже мелких стычек с ними. Вполне возможно, что боятся. В том числе и строго держат вдали от нового фронта те формирования тайланцев, которые ещё остались в составе их регулярных войск. Да и вообще они этих лысых предателей, которые сейчас всеми силами пытаются вернуться в собственное княжество, перевели в интендантские подразделения и даже оружие у большинства позабирали. Хотя есть и фанатики среди лысых, продолжающие воевать против людей, как и прежде.

Император успел заметить оговорку министра:

– «Не было до сих пор»? Следовательно, как я понял, прямое общение с представителями Герчери уже налажено?

– Именно! – господин Гранди не удержался от счастливой улыбки. – Доклад ещё и на треть не предоставлен, но раз вопрос задан, сообщу радостную новость. Я потому и спешил невероятно в столицу, что вместе со мной из Леснавского царства выехала моя коллега, главный дипломат Герчери, её высочество, принцесса Катерина Ивлаева-Герчери. И думаю, что уже завтра она лично сможет поведать нам всем историю своего государства. По крайней мере, мне лично она такое обещание дала: «Всё расскажу! Но только на Совете и в присутствии императора». Опережая ваши дальнейшие вопросы, скажу: дипломатическая миссия прибыла с северной границы Леснавского царства. А туда они добрались именно по мёртвой и неприступной ранее для живых существ Шартике. Так что… делайте выводы сами, ваше императорское величество и господа.

Сделал паузу. С достоинством прокашлялся. Демонстративно отпил воды из поданного стакана. И под нахмуренными взглядами слушателей, которые явно не хотели «делать выводы», продолжил доклад.

## Глава четвёртая. Лёгкая разминка боем

Первым начал действовать мой серпанс, специализирующийся на управлении за́мками. По силе он уступал своему боевому собрату, носящему по Просторам Вожделенной Охоты по два всадника, но вот по сообразительности… Оставалось только любоваться его действиями.

Многочисленная группа поддержки прибыла на двух вместительных джипах. Для таких вездеходов кое-как расчищенная от снега дорога посёлка не являлась сложным препятствием. Поэтому они приближались к воротам на очень приличной скорости. Только вот когда следовало уже сбросить газ и начать торможение, передовая машина, наоборот, взревела двигателем и, ещё больше набирая скорость, пронеслась мимо виллы. Затем, никуда не сворачивая, так и врезалась на ближнем повороте в каменные столбы ограды соседнего участка, снося несколько из них и превращаясь от удара в крайне непритязательный металлолом. И это ещё сидящим в ней типам повезло по причине больших сугробов на обочине. Те погасили основную силу удара, иначе внутри остались бы одни инвалиды.

А так уже через пару мгновений через открытые с трудом дверцы стали вываливаться воины здешнего бандитского формирования. Ругательства, которыми они сыпали во все стороны, наверняка в самих Черкассах можно было расслышать. Но водителю всё-таки досталось больше всех: его буквально вынесли наружу, не столько оказывая первую помощь, как пытаясь поставить его на ноги или привести хотя бы в чувство щедрыми порциями словесного яда.

Второй джип вполне нормально успел затормозить прямо возле ворот, и оттуда, из-за руля, выпрыгнул несомненный главарь данной ватаги. Тот самый Дуб. Да и ругался он таким шикарным басом, что запросто мог бы составить конкуренцию лучшим славянским певцам богемной оперы и припухшей эстрады. Ну и понятно, что его проклятия неслись в адрес пострадавшего водилы:

– Козлина безрукая! И безмозглая! – Эти выражения ещё считались литературными, хотя и сильно просторечными. Орал он, совершенно забыв о кровавом деле, ради которого большинство банды сюда и припёрлось: – Будешь у меня сто лет отрабатывать за машину!

Среди пассажиров первого джипа отыскался некий правдолюбец, который заступился за подельника:

– Дуб, тут что-то не так. Я сам видел, как Шаров руль выкручивать пытался и на педали тормоза со сцеплением давил. Но всё словно намертво заклинило. Только и успел проорать несколько раз «Дьявол!».

– Хорошо, что черти ему не мерещатся с похмелья! – разорялся главарь. – Дышит? Не помрёт? Ну и бросайте его! Сносите ворота! Живее! Оружие на изготовку!.. Ах, ё…

И только начав движение, словно поскользнулся и, высоко задрав обе ноги, грохнулся на спину. Ну упал человек, с кем не бывает. Зима всё-таки! Тем более что остальные уже бросились ворота выламывать и калитку. Только один тип из троицы шедших пешком по улице бандитов оглянулся на шефа, который со стонами стал подниматься, и истово перекрестился. Тот самый Монах, наверное.

На этом неприятности для грабителей не окончились. Того, кто успел перекусить специальными щипцами цепь с замком, неожиданно ударило током. Он с завыванием, глядя в ужасе на свои переставшие слушаться пальцы, уселся в сугроб. Трое остальных, навалившихся на ворота, вдруг сломали их невероятно легко. Они грохнулись на открывшееся пространство, а потом коварно оказались придавлены сверху железными створками. Двое мгновенно вскочили на ноги, а вот третьему хорошенько приложило по позвоночнику. И он теперь ворочался по снегу с криками: «Не трогайте меня! Сам отлежусь!..»

Здоровяк, который одним ударом плеча высадил калитку, пробежал после этого всего два метра. За что-то зацепился ногами и с грохотом покатился на клумбу с обвязанными тканью пеньками роз. Но зимняя обмотка не все кончики прутьев закрывала, поэтому харю бандита порвало в нескольких местах. И он, заливая кровью снег, пытался стянутым с себя шарфом промокнуть лицо, прикрыв кровоточащие раны.

Апогеем всего было падение почти всех остальных грабителей и вырвавшиеся после этого крики непонимания, а то и неподдельного ужаса:

– Меня ударили в спину!

– А мне ноги подсекли!

– У меня ноги вообще словно отнялись!

Учитывая, что оружие в начале акции все держали на изготовку, то у большинства оно просто выпало из рук или было обронено в попытках оказать себе первую помощь. Только двое удержались на ногах, замерев на месте. Один из них стоял в створе калитки, тот самый, который крестился, но теперь он ещё и шептал:

– Бесовщина! Истинная бесовщина!

А я только смотрел на это всё и радовался: этак Второй и сам со всей шушерой справится. Но к собственной глупости, прибывшие оказались слишком настойчивые. Или «…ну совсем тупы-ы-ые!», если смотреть на всё со стороны врача-психиатра Задорнова. Пошатывающийся главарь прошёл осторожно в центр всей живописно раскиданной группы и спросил вначале у них:

– Чего это вы? – большинство пялилось не на него, а на виллу, поэтому и он на неё глянул. Сложил два и два, после чего понял, кто может быть повинен в неразберихе и кто в ней больше всего заинтересован: – Эй, на даче! Кто там есть? Покажись, сука!

И повёл стволом своего пистолета по окнам второго этажа. Словно выбирал, куда выстрелить. Убивать я его не стал, просто самым маленьким мягуном легонько толкнул. Пистолет гад не выронил, хоть и пропахал в сугробе полосу в три метра, врезаясь в забор. Но на ноги вскочил быстрее, чем после первого падения. К тому моменту и большинство его подручных поднялись, пребывая явно в растерянности. Ну и я почему-то решил дать им последний шанс к выживанию: просто пугнуть хорошенько, да и пусть бегут, куда глаза глядят. О покойниках в сторожке я в тот момент как-то забыл.

Потому сбежал вниз и вытолкнул наружу направляющие наружной ставни. Та выпала, являя миру уже заранее открытое окно и меня, всего такого загадочного, со злобным оскалом на лице:

– Ну и чего вам здесь надо? – говорить тоже постарался сиплым, уверенным баском. И поставленной цели добился.

Себя-то я в зеркале с утра уже успел увидать, так что мой испуг давно прошёл. А вот ремесленники от разбоя так и затаили дыхание, рассматривая меня. Настолько моя неземная красота их в ступор вогнала. Как ни странно, первым на меня отреагировал самый трусливый в компании. Продолжая креститься, но уже с утроенной скоростью, он запричитал:

– Нечисть бесовская!.. Говорил ведь, что здесь чертовщина творится!..

За ним и главный бандит заговорил, обращаясь ко мне. Причём так, что я сразу понял: эти урки готовы погибнуть, но полученное от кого-то задание выполнить:

– Страшило, ты это… нас не запугивай! Мы и не таких уродов чернобыльских видывали! А лучше в дом впусти и дай спокойно наши вещи забрать. Пять минут, и мы уходим! Слово афганца!

О! Он ещё и воевавшим оказался? И как только такую гниду его товарищи где-то там не пристрелили? А скорее всего и не был он в Афгане, просто среди своего блатного окружения «понты кидает» и врёт безбожно.

Мне стало чуть интересно:

– А что за вещи-то?

– Сами не знаем. Приказано вот этим устройством воспользоваться при поиске. А в тех вещах маячок упрятан, вот мы и отыщем.

Левой рукой он и в самом деле показывал мне какое-то устройство в виде планшета. Но правой – крутил пистолетом, словно собираясь начать пальбу. Скорее всего он бы сразу начал стрелять, но моё слишком наглое поведение и наплевательское отношение к собственной безопасности сильно смущали. Как и тот факт, что главарь не знал, есть ли кто ещё в доме. Начнёт стрельбу, а тут в ответ и полоснут со второго этажа из автоматов. Поэтому и высматривал, поэтому и не решался. И судя по его дальнейшим словам, принял меня чуть ли не за представителя своего племени грабителей и убийц:

– А ты чего здесь прячешься? В бегах, что ли? И кто такой?

Наверное, Дно меня испортило. Да и самоуверенность била через край. Подобные вопросы, да ещё таким тоном от какого-то козла я получать считал ниже своего достоинства. Отвечать на них – тем более. Хотя и в самом деле только вчера бежал от неминуемой смерти и как бы в самом деле тут прятался.

Поэтому сам выдал последнее предупреждение-приказ:

– Если хотите остаться в живых, бросить оружие и лечь лицом вниз!

– А не слишком ли ты борзеешь, скандинав? – вдруг отозвался один из бандитов. Причём один из самых осторожных, потому что он так ни разу и не упал и стоял рядом с одиноким кирпичным столбом, который располагался между снесёнными воротами и калиткой. И с оружием обращался поухватистей, чем остальные. Придётся его убирать первым.

Зато второй, присевший возле солидной мраморной скамейки и копошащийся с мобильным телефоном, вдруг заявил:

– Дуб, мои оба телефона не работают! – Когда только успел оба осмотреть?

Тут же почти все полезли за своими трубками и стали тыкать кнопочки да жать на сенсоры. Ага! Сейчас! Там, где побывало уникальное существо-администратор, ничего работать из электроники не станет, если оно не обеспечено высшей технической защитой империи Альтру. Кстати, мелькания Второго уже не вижу, значит, убыл к главным въездным воротам посёлка. Теперь придётся действовать одному. И я опять крикнул:

– Лечь! Считаю до трёх! Раз…

Главарь начал стрелять первым, ему подтявкивали пистолеты его подельников. И каждый сделал по три-четыре выстрела. Я же, затаив непроизвольно дух, с особым вниманием присматривался к своей защите, обретённой на Дне. Вуаль Светозарного заискрилась всеми цветами радуги, слегка прогнулась и заходила ходуном, отводя пули в сторону. Ни одного касания к телу. Даже одежда не пострадала.

Чего я и добивался, пытаясь провести испытания моей защиты! Пистолетные пули она держала великолепно, и в будущем можно этим пользоваться без малейшего опасения.

Когда стрельба стихла, отморозки уставились на меня выпученными глазами, высматривая на мне дырки и ожидая, когда же я всё-таки упаду. Лишь один набожный среди них вдруг заскулил и стал пятиться назад со словами:

– Сгинь, сгинь, нечистая сила!

Он уже собрался метнуться за забор, а я – упокоить отморозка парализующим мягуном, как своего подельника, полуобернувшись, одним выстрелом в лоб уложил главарь:

– Достал меня этот Монах!.. О! Нормальные патроны! Оказывается… А я распереживался, что нам всем холостые подсунули. И рука не дрожит…

К этому моменту я уже начал уничтожать всех. Жаль, что самый осторожный и ушлый среди них сместился за столб. Но теперь первым пал главарь группировки. За ним стали оседать на снег и все остальные. Кто хватался за сердце, кто за голову: зависело от попадания сердцевины бросаемого мягуна. Там, где она проносилась, в живом теле оставалась кашица из перемолотых сосудов, мышц и артерий. Естественно, что ни сердце после этого, ни мозг работать и одного мгновения не станут.

И только на того, кто спрятался за столбом и уже полностью разрядил в мою сторону свой пистолет, пришлось отправить сгусток силы сродни тарану массивным грузовиком. Даже лишнюю силу вложил в созданный эрги’с: столб рассыпался, разлетелся мелкими осколками. Зато вставленный внутрь опоры железный стержень с отходящими петлями для ворот только чуточку согнулся. А тело бандита разорвало пополам и разбросало самым непритязательным способом. И ладно, что кровяными пятнами часть дороги обрызгало, так ещё и кусками кирпича в трёх местах повредило джип, предназначенный для моей дальнейшей поездки. Благо хоть лобовое стекло не разбилось, и вмятины оказались по левому борту, а то бы на каждом повороте местные гайцы меня останавливали. Или кто тут сейчас на дорогах свирепствует? И как с ними придётся договариваться, если всё-таки остановят?

С этими мыслями я спокойно вышел наружу, прихватив заготовленный драный полушубок и вскочив обутыми ногами прямо в валенки. Холодно всё-таки! Я уже и в окне замёрз стоять! И пальцами ног шевелил с трудом. Странно, что вуаль Светозарного меня не греет. А если бы я умирать начал от холода, она бы и тогда не шевельнулась?..

Можно было и трупы раздеть, тёплая одёжка на них красовалась отменная, но мне чего-то противно стало такими вещами пользоваться. Старьём – и то приятнее укрыться, чем носимым этими навозными жуками.

«Правда, на Дне я таким привередливым не был, – мелькнуло в сознании, пока пробирался по двору и присматривался к телам. – А тут с чего такая щепетильность?.. Похоже, по причине, что мир родной, поэтому и сволочи местные кажутся более противными, чем в ином мире…»

За воротами отправился ко второму джипу, с досадой размышляя, что же делать с покалеченным водилой. Не скажу, чтобы я сильно переживал об очередном упокоении, но судьба меня избавила от выбора. То ли у пострадавшего ребро было сломано о руль, и он умер от кровоизлияния в лёгкие, то ли часть мягуна до него долетела, предназначенная его подельникам. Но финал в любом случае для раненого прискорбный.

Так что я не задержался возле изувеченной машины, отправился к «своей». Первым делом глянул на замок зажигания! Пуст! Да оно и понятно: ворьё, угоняющее чужие машины, к своим «колёсам» относится особенно трепетно. Даже при такой экстренной обстановке водитель ключи в карман сунул. Значит, придётся идти обыскивать главаря. Но прежде чем двинуться по скрипучему снежку назад во двор, почувствовал жар по всему телу. Ага! Всё-таки вуаль заработала! Решила меня спасать от холода!

И так как стало жарко, моментально сбросил с себя тулуп и закинул его на заднее сиденье. А уже подходя к месту предстоящего мародёрства, вспомнил, что у меня совсем нет местных рубликов. Да и какие-нибудь «у.е.» не помешали бы. Золота и драгоценных камней при мне – банк обзавидуется, а вот расходной мелочи беспросветный нолик. Кто же в дальнюю дорогу без наличного капитала выбирается? И я уже с настоящим азартом приступил к обыску остывающих тел. Куда и брезгливость подевалась. Только и пришло в голову оправдание:

«А что? Законные трофеи, добытые в бою!»

И не пожалел впоследствии. Подобрав одну из шапок, довольно споро накидал в неё собранные бумажники и всё, что на скорую руку отыскалось в карманах у бандитов. Ключи от джипа отыскались в первую очередь. В том числе и запасные. К оружию даже не прикасался. Документы тоже не проглядывал. Банковские и кредитные карты меня совершенно не интересовали. Всё оставлял в бумажниках, а те – в шапке. А потом живо выпотрошил добычу и рассортировал полученные дензнаки разных государств и сообществ. Итог позволял уверенно заглянуть в завтрашний день. Около двадцати тысяч местных гривен. Полторы тысячи долларов. До двух тысяч евро, не хватало парочки червонцев. И даже рублями запасливые ребята оказались затарены: сорок пять тысяч крупными банкнотами и горка мелкими.

Вроде должно хватить почти на все случаи жизни, но именно слово «почти» меня заставило замереть возле трупа главаря, когда уже возвращался к машине.

«А что они здесь пытались отыскать? Скорее всего именно наличку или золото. Приедет следственная бригада, дом обыщут от фундамента до антенны телевизионной на крыше. Находку изымут, дом арестуют, Казимира – неизвестно. Оно мне надо? Особенно если хочу эту «дачу» выкупить? Ни в коем случае не надо! Уж лучше самому забрать из дома это нечто ценное да и передать впоследствии хозяину в знак своих добрых намерений. Уж тогда он мне точно не откажет в продаже недвижимости».

Подхватил устройство и двинулся обратно в дом. Разобраться в управлении поисковика хватило пары минут. Даже инструкцию успел просмотреть, где говорилось: «…маяк фиксируется на дистанции в десять метров при самом благоприятном режиме и в пяти метрах – при засилье железобетонных конструкций». Кто бы сомневался… Да и прозвучавшее из уст главаря обещание отыскать нужную вещь «…за пять минут!» обнадёживало.

Только вначале прошло десять минут, во время которых я оббежал домину дважды. Затем пошёл на третий круг, более тщательно и медленно. Ушло ещё десять минут. И тоже безрезультатно! Подумал, догадался сходить к беседке и к сараю. Ещё четверть часа, и окончательно прорвавшееся вслух раздражение:

– Обманули! Еловая жизнь! Знать бы ещё, кого именно? Этих уродов – их наниматели? Или меня развели, как мальчика-недоростка?..

Хорошо хоть время меня не поджимало, а охранные функции на внешнем периметре нёс неутомимый Второй. Хотя почему не поджимало? Могли ведь и подельники заинтересоваться долгим молчанием банды в эфире. Особенно если уже знают о начавшемся обыске на вилле. Могут забеспокоиться, поднять на ноги купленных ими оборотней в погонах и устроить облаву на дорогах. Это мы знаем, проходили. Помню, после сожжения одного поганого цирка и уничтожения губернатора с его женой-наркоманкой невообразимое на дорогах творилось. До сих пор мы с Леонидом в розыске находимся. Наверное…

Так что желательно сматываться отсюда как можно быстрее. Потому отключил прибор, в сердцах сплюнул да и потопал к джипу. Проходя мимо шапки с трофеями, подхватил её и положил на фундамент, оставшийся от столба. Огненный эрги’с – и от всего собранного осталась лишь кучка горячего пепла. Чем больше загадок будет у следствия, тем меньше когда-нибудь ко мне будет претензий.

Усаживаясь, валенки оставил на снегу. Потом чуток подумал и закинул их на пол у задних сидений. Туда же забросил и планшет поисковика. А чтобы он не ездил по полу всего салона, засунул его во внутренний карман тулупа. Ни к чему оставлять предметы с моими отпечатками и следы на месте преступления, пусть и такие несуразные. Хотя и пожалел запоздало, что сразу не сжёг. Но не возле же машины это делать?

Мотор заурчал мерно, уверенно, и уже через пяток минут я подкатывал к небольшому домику сторожей. У шлагбаума стояло три дорогих, пусть и под слоем грязи не блестящих автомобиля. Что сразу меня напрягло. Ну один – сторожей. Второй – оставшихся в засаде бандитов. А третий чей? Или сторожа форсят, каждый приезжая на транспорте, вряд ли доступном простому работяге? Обидно, если кто из «дачников» приехал и мой серпанс не успел спасти невинных людей. Могут убрать, как нежелательных свидетелей.

Остановил машину рядом с домиком, не заглушив мотор. Дождался примчавшегося Второго, который приподнялся в районе сиденья, и ухватился за уголок с чипом. Выслушал доклад и только тогда облегчённо вздохнул и стал выбираться наружу.

Пожилая пара оказалась зазвана бандитами внутрь, но уж настолько кровожадными, как остальные, они не оказались. Попросту надели на головы нечаянных свидетелей мешки, привязали их к стульям и стали обыскивать. Тут и подоспел мой услужливый управленец. Блокированные живые его не интересовали, подвижных он просто сбил с ног и оглушил, ну и все телефоны превратил в бесполезные сгустки горелых схем и оплавленного пластика.

К сожалению, сторожа и в самом деле оказались мертвы. Их тела были грубо сброшены в маленькую кладовку для инвентаря. Всё это я осмотрел тихо и осторожно. Затем обыскал оглушённых, немного подумал и забрал бумажники с деньгами и документами целиком. А причина была проста: один из них пусть и не совсем идеально, но оказался на меня похож внешне. Вдруг да пригодится?

Несмотря на беззвучное движение, меня всё равно услышали взвинченные до предела пленники:

– Кто здесь? – раздались дрожащие голоса из-под мешков. – Что здесь творится? Немедленно нас отпустите!

Постоял возле них, жалея и думая, как им быстрее помочь. Очень не хотелось, чтобы они меня увидали. Уж больно внешность у меня в данный момент примечательная. А мне ещё ехать и ехать до родной Лаповки в сравнительно далёкую Россию. Первоначально ничего не смог придумать, как пробормотать невнятно:

– Вы успокойтесь и не переживайте, всё будет хорошо. Чуть позже я вас освобожу.

После чего помчался проверять пришедшую мне в голову идею. Ведь могло оказаться, что автомобиль лежащих на полу бандитов как раз записан на похожего со мной парня? Могло? Так почему бы этим не воспользоваться? И я удовлетворённо хмыкнул, когда найденные в полноприводном «Ниссане» документы владельца машины совпали с его паспортом. Ключи тоже подходили идеально. Пусть и новая машина казалась не такой шикарной, зато тоже вполне ничего как по мощности, так и по проходимости. И легче, чем джип главаря преступников.

Теперь следовало подумать, чтобы очнувшийся бандит при первом же допросе не заявил о пропавшей машине. Убить его, что ли? Но может, и не заслужил человек, раз нечаянных свидетелей третировать не стал. Значит, пусть живёт? Но долго, очень долго вначале поспит.

Своими усыпляющими эрги’сами я пользовался много в последнее время. И давно заметил, что чем больше вложишь энергии в магическое действо носителя Трёх Щитов и чем масштабнее она по всему телу усыпляемого распределится, тем дольше клиент валяется в отключке. До пятнадцати часов доходило. Так что в этом случае следовало именно так поступить. Найдут его здесь потом без документов, и уж тем более сразу никто машины не хватится. Пока разбудят через сутки, пока суд да дело, я уже давно в своём сельском доме от цивилизации спрячусь.

Поэтому поднапрягся да и приголубил каждого из оглушённых бандитов огромной порцией усыпляющей энергии. В сумме в бессознательности сутки точно будут только лежать и сопеть в две дырочки. Никакие медицинские препараты их не разбудят. Хочу надеяться… Жаль, что личной энергии после всех своих деяний у меня осталось только чуть больше четверти запаса. Придётся в дороге наверстать чем-нибудь съестным.

«Эпическая гайка! Так у меня же ничего нет! – спохватился я. – Денег полные карманы, но ни в магазин зайти с моей харей, ни в ресторане перекусить. Вот же напасть!.. К дому Казимира возвращаться за консервами и сухарями?.. А может, у этих что завалялось?..

Глянул за сиденье, не поленился проверить багажник «Ниссана». В самом-то деле нашлось нечто: сумка с пятью бутылками водки и тремя бутылками греческого коньяка «Метакса». Но хоть бы шоколадка где-нибудь завалялась для закуски!

Выискивать бутерброды убитых сторожей мне и в голову не пришло. Зато вновь отправляясь в домик охраны, случайно заглянул в машину связанных посельчан. И чуть слюной не захлебнулся от увиденного. Я ведь и не завтракал сегодня, что, учитывая усиленную регенерацию, могло привести вскоре к голодному обмороку. А там на заднем сиденье стояло три коробки с невероятным количеством деликатесов из супермаркета. Начиная от колбас и сливочного масла и заканчивая баночками с селёдкой и греческими оливками. Не удивлюсь, если и мои любимые шоколадки со сгущёнкой отыщутся. Оставалось только уладить организационные вопросы, ибо воровать не хотелось, не было в том малейшей необходимости. И вновь нависши над пленниками, я поинтересовался:

– У вас что, банкет намечается?

– У меня сегодня день рождения, – с готовностью отозвался мужчина. – Гости через… скоро съезжаться начнут.

– И на какую сумму закупились продуктами?

– На три тысячи пятьсот гривен! – первой ответила женщина. – Там чек есть!

– Да бог с ними, с деньгами! – тут же стал вполне искренне уверять мужчина. – Берите что надо, не стесняйтесь.

Нынешнего курса гривны я не знал (честно говоря – и старого тоже!), поэтому поинтересовался:

– Триста пятьдесят евро хватит?

– Вполне! – твёрдо заверил. – Даже лишнее!