Преподобный Антиох Монах
Всеобъемлющее собрание (Пандекты) Богодухновенных Святых Писаний

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

ИС 14-408-0862

Перевод, комментарии П. К. Доброцветова

Редакция перевода Д. Е. Афиногенова

Преподобный Антиох Савваит как представитель Палестинского монашества и его «Пандекты»

В мае 2014 года исполнилось 1400 лет трагическим событиям взятия персами Иерусалима в 614 году, сопровождавшимся массовыми убийствами и пленением византийского христианского населения Иерусалима. Издательство «Сибирская Благозвонница» предлагает читателям публикацию перевода известного в древности произведения монашеской письменности «Пандекты Богодухновенных Писаний» преп. Антиоха Монаха[1], жившего в VI–VII веках в Палестине и ставшего очевидцем тех событий.

Сведений о самом авторе сохранилось совсем немного. Преподобный Антиох был монахом (а некоторые его называют даже игуменом[2]) Великой лавры святого Саввы в Палестине в первой половине VII века. Родился он в селении Медосага, которое находилось в 20 км от Анкиры в Галатии (Малая Азия)[3]. Антиох «принял постриг в Атталинском монастыре в Анкире, затем перешел в Лавру преп. Саввы Освященного близ Иерусалима, где и подвизался до своей кончины»[4].

Антиох, Евстафий – игумен Атталинского монастыря и преп. Савва Освященный. Манускрипт St. Sabbas, 76 (X в.)

В то время Византия переживала один из самых драматичных периодов своей истории – войну с Персией (602–628). В начале этой войны персы оккупировали восток империи – Палестину, Сирию, Малую Азию, Египет, и даже осадили Константинополь. В Палестину персы, возглавляемые военачальником Шахрваразом, вторглись в конце 613 – начале 614 года. Им активно помогали внутренние враги византийцев – иудеи, жившие на территории Византии: «Сотрудничество персов и иудеев было полным… Они стекались, чтобы записаться в персидскую армию», многие становились проводниками персов. Из 150–20 тысяч живших в Палестине иудеев, по подсчетам таких авторитетных историков, как Гиббон и Ролинсон, доля записавшихся в персидскую армию иудеев могла составлять от 26 тысяч до 36 тысяч человек[5], то есть более 10 % от их общей численности.

Местные же арабские племена, до сих пор связанные с византийской властью договоренностями, почувствовав ее ослабление и наступивший хаос, стали нападать на жителей этой богатой византийской провинции, начались грабежи. Арабы грабили и монастыри, в том числе захватили и Лавру святого Саввы: «В Великую Лавру преподобного Саввы мародеры ворвались за неделю до падения Иерусалима. Иноков, не пожелавших покинуть обитель (таких было сорок четыре), мучили в течение многих дней, пытаясь выведать, где хранятся сокровища, после чего убили всех до единого»[6]. Об этих трагических событиях рассказывается в послании преп. Антиоха к Евстафию, игумену Атталинского монастыря в Анкире, земляку преп. Антиоха («Послание Антиоха, монаха Лавры святого Саввы, Евстафию, игумену Атталинского монастыря города Анкиры в Галатии, от тамошних святых отцов»). Преп. Антиох сообщает, что остальная братия во главе с игуменом Никомедом успела покинуть монастырь и скрыться в Аравии (то есть на территории за Иорданом). Некоторые монахи, как, например, Стратигий, укрылись в Иерусалиме[7] и стали свидетелями и участниками последовавшей катастрофы[8]. Какое-то время спустя братия Лавры святого Саввы, спасшаяся бегством от захватчиков и грабителей в Аравию, вернулась в монастырь и, увидев убитых собратий, с великим плачем и почестями погребла их[9].

В конце апреля – в мае 614 года началась трехнедельная осада Иерусалима, закончившаяся падением города, несмотря на героическое сопротивление его защитников. Иерусалим подвергся чудовищному трехдневному разграблению и разрушению. Разные источники называют разное количество убитых – от 34 тысяч до 90 тысяч. При этом в жестокости местные иудеи превзошли захватчиков. «Иерусалимские евреи были на стороне персов и при взятии ими города принимали деятельное участие в избиении христиан», – пишет А. А. Васильев[10]. Шахрвараз оставшимся в живых жителям города обещал жизнь, но иудеи собрали большую сумму денег (каждый вложил по своему достатку) и на них выкупали пленных византийцев и убивали их[11]. Около 35 тысяч пленников, включая Иерусалимского патриарха свт. Захарию, были собраны на Елеонской горе, а затем через Дамаск отправлены в Персию. Персы завладели и величайшей святыней христианского мира – Крестом Господним. Его также вывезли в Персию. Было разрушено около трехсот монастырей и церковных строений, среди которых храм Воскресения Христова (храм Гроба Господня), построенный святым императором Константином и святой императрицей Еленой, церковь святого Стефана и др. Управление тем, что осталось от Иерусалима, персы на некоторое время вверили иудеям[12].

Трагедию взятия Иерусалима в христианском мире трудно оценить[13]. Преп. Антиох, как явствует из его «Пандектов», был в числе бежавших с аввой Никомедом и, соответственно, очевидцем произошедших событий.

Произведение, известное под названием «Пандекты Богодухновенных Священных Писаний», преп. Антиох составил по просьбе игумена Евстафия около 620 года[14]. Это творение преп. Антиоха, а также «Пасхальная хроника» и повествование Антиоха Стратигия считаются источниками сведений о взятии Иерусалима, современными самим описываемым событиям (другие авторы – Феофан, Михаил Сириец и Агапий писали об этом же позже). Кроме того, «Пандекты», безусловно, яркая страница в истории византийской церковной письменности.

Из предисловия преп. Антиоха видно, что братия игумена Евстафия после захвата персами окрестностей Анкиры в Малой Азии (около 619 года), спасаясь бегством, покинула монастырь и вынужденно скиталась по разным местам. Книги из монастырской библиотеки были, по всей видимости, утрачены, и потому преп. Антиох составляет сборник выдержек из Писания и отцов, который мог бы стать источником духовного утешения для странствующих братий и утоления «голода слышания слова Божия» (Ам. 8:11). По словам Дерваса Читти, «Евстафий, игумен одного монастыря возле Анкиры, подобно многим, бежавший еще до прихода персов, обратился к Антиоху с просьбой дать ему краткое изложение содержащегося в Писаниях учения, которое он мог бы носить с собою»[15].

Последующие события жизни Антиоха Монаха нам неизвестны, но Греческая Церковь чтит его память в лике преподобных 24 декабря, перед Рождеством Христовым по новому стилю. В Русской же Церкви нет отдельного дня празднования его памяти, и память этого святого совершается в Соборе преподобных отцов, в подвиге просиявших, в субботу сырную перед Великим постом[16].

В службе святым отцам, в обители святого Саввы просиявшим (первое издание – в Афинах в 1986 году), мы встречаем следующие песнопения в честь преп. Антиоха:

Тропарь. Глас 3

Оставив все земное, удалившись к подвижникам в пустыню, отче Антиох, преподобный, и просвещенный благодатию Святого Духа, ты просиял как писатель богоглаголивый, богоносец, с дерзновением Христу молись, да подаст благочестивым великую милость.

Кондак. Глас 3

Светило светлейшее и сиятельное ты показался концам Церкви блистаниями своих трудов сияя и писаниями твоими всех радуя, божественный отче Антиох, сего ради твою память совершая, мы верно воспеваем сущего над всеми Бога.

Величание

Свет умный Утешителя в сердце восприняв, писатель искусный явился весьма полезных Пандектов, богомудрый и блаженный Антиох.

Непонятное слово «Пандекты» в названии творения преп. Антиоха требует объяснения. Его можно перевести буквально как «вмещающие в себя всё», «всеобъемлющий словарь или энциклопедия»[17], следовательно, это произведение, имеющее характер флорилегия[18], претендует на широкий охват тем популярного характера. Упоминание же о Богодухновенных или Святых Писаниях свидетельствует о прежде всего библейской составляющей данного сочинения (хотя, отметим, лишь библейской цитацией преп. Антиох не довольствуется, а привлекает и святоотеческие источники). С этой точки зрения «Пандекты» Антиоха можно охарактеризовать как своего рода обширную энциклопедию нравственно-аскетического учения, базирующуюся на Священном Писании и отцах Церкви. Здесь «преп. Антиох с помощью многочисленных цитат вкратце изложил всю премудрость, заключенную в Священном Писании и трудах святых отцов Церкви, которую он постиг через собственный духовный опыт»[19].

Изображение преп. Антиоха в рукописи «Пандектов» из собрания СТСЛ (XIX в.)

Однако, судя по всему, это название (по которому даже самого Антиоха иногда именовали Антиохом Пандектом) более позднее, а сам Антиох назвал свое сочинение просто: «Сто тридцать глав». И либо его адресат игумен Евстафий, либо более поздний исследователь[20] или переписчик сделали дополнительное надписание: «Книга, содержащая Господни заповеди, а также их толкование, а также соответствующее им и вытекающее из них учение», а еще позже назвали ее «Пандектом»[21].

Труд преп. Антиоха был предназначен для монахов. Он состоит по преимуществу в изложении нравственных заповедей, направленных на борьбу с грехом и на практику добродетелей. Преп. Антиох стремился, чтобы его трактат стал своего рода кодексом монашеской жизни[22]. Впрочем, в силу популярного характера «Пандекты» выходят за рамки своего основного назначения и могут принести духовную пользу всякому христианину.

«Пандекты» включают 130 слов (или глав), посвященных различным темам, в основном касающимся нравственно-аскетической проблематики, а именно – приобретения добродетелей и борьбы со страстями. Есть также и непосредственно аскетические главы о борьбе с помыслами, молитве и т. п., имеющие сугубо монашеское содержание.

После слов «О вере» (которая служит фундаментом всего христианского нравственного учения) и «О надежде» преп. Антиох говорит о различных пороках и противоположных им добродетелях. С 86-го слова и далее автор касается в «монашеском преломлении» таких тем, как труд, бедность, гостеприимство, безмолвие, псалмопение, молитва и т. д. Последние слова посвящены страху Божию, любви Божией и Царству Небесному. Видно, что «Антиох продолжает аскетическое предание Палестины в современном ему поколении, придавая ему в то же время более богословскую окраску, хотя и простую»[23]. Богословские рассуждения мы находим в слове «О вере», где кратко раскрывается православное учение о Святой Троице, и в заключительном 130-м слове «О Царстве Небесном», где излагается христология на основе ороса Халкидонского Собора 451 года. Есть в «Пандектах» и полемическая заостренность, которая проявляется, когда речь идет о борьбе с еретиками и иудеями. В том же 130-м слове преп. Антиох приводит (на основе «Панариона» свт. Епифания Кипрского) перечень ересей (более чем 70 наименований) и еретиков (18 имен), с тем чтобы напомнить игумену Евстафию о необходимой бдительности в странствиях при возможных встречах с иноверцами. Выражением антииудейской полемики служит повествование в слове 84 «О снах» о монахе, принявшем иудаизм из-за диавольского внушения во сне и жалким образом завершившем свою жизнь.

Заканчиваются «Пандекты» так называемым исповеданием, своего рода молитвенным излиянием автора пред Богом, напоминающим плач ветхозаветных пророков (в особенности Иеремии) о разорении Иерусалима и пленении народа Божия халдеями (вавилонянами), только на сей раз новыми халдеями – персами. Здесь преп. Антиох молится о прекращении гнева Божиего на народ верных – православных христиан и о перемене его на милость.

Можно сказать, что это произведение написано на стыке библеистики и аскетики. Выстраивая свое сочинение, «Антиох следует методу объявления темы каждой главы в одном или больше предложениях и подтверждает данную тему множеством библейских и святоотеческих цитат. И хотя построение материала иногда выглядит неупорядоченным и чтение глав не всегда увлекательным, данное сочинение привлекало к себе внимание монахов той эпохи, так же как и последующих, и сослужило серьезную службу в монашеском нравственном учении»[24].

Иллюстрация из греческого издания «Пандектов» 1991 г. с предисловием свт. Нектария Эгинского

Как предполагает исследователь Панайотис Христу, сам автор определяет части, на которые разделил свой труд, как главы; в греческих изданиях они названы словами, а в латинских – гомилиями. Однако, говорит П. Христу, можно с вероятностью сказать, что «либо сам Евстафий, либо другой монашеский предводитель переработал его труд, придав главам форму монашеских оглашений»[25], то есть проповедей для монахов, где часто встречаются обращение «братия» и славословие Богу как традиционные элементы подобного жанра.

И хотя «Пандекты» нельзя назвать простым цитатником (фрагменты из Писания и святых отцов объединены в единый текст авторской речью), тем не менее по объему цитаты превышают авторский текст. И в этом проявляется смирение преп. Антиоха: главная задача преподобного – дать место слову Божию, Откровению; к тому же он повинуется Евстафию, просившему составить главы именно из библейских цитат. Однако подбирает эти цитаты на определенные темы преп. Антиох исходя из собственного духовного опыта, что само по себе уже представляет ценность. Очевидно, что игумен Евстафий рассчитывал именно на это, прося Антиоха написать такой труд.

Поэтому наибольший объем текста занимают библейские цитаты – всего около 2500. Из Ветхого Завета наиболее часто цитируются книги Премудрости, Сираха, Псалтирь. Из Нового Завета – Послания апостола Павла и Евангелия. В главах иногда просматривается определенный порядок цитирования. В начале главы после авторского вступления цитируется Ветхий Завет.

Евангельские слова Христа автор поставляет в конце главы, для смысловой «весомости». Глава обычно заканчивается славословием Богу. В предлагаемом русскому читателю издании новозаветные цитаты приводятся по синодальному переводу Библии; ветхозаветные цитаты, если их греческий текст и синодальный перевод совпадают, даются по синодальному переводу, в противном случае они приводятся на церковнославянском. Иногда же для лучшего понимания фразы современным читателем, не всегда хорошо знакомым с церковнославянским языком, приходилось ее «комбинировать» из синодального и церковнославянского текстов.

Игумен Евстафий просил преп. Антиоха составить сокращенное переложение учения Священного Писания, Антиох не ограничился этим и обратился также к учению отцов Церкви и церковных писателей, потому и название книги (где упоминаются лишь «Богодухновенные и Святые Писания») не «покрывает» собой всей полноты ее содержания[26]. Святые отцы Церкви и церковные писатели, цитируемые автором, по большей части относятся к тем, кого принято называть доникейскими[27], то есть жившими до 325 года. Преп. Антиох дает выдержки из творения Климента Александрийского «Кто из богатых спасется», приписывая его свт. Иринею Лионскому (впрочем, в сохранившихся произведениях св. Иринея данного сочинения не обнаруживается). Это повествование о юноше, крещенном апостолом Иоанном Богословом и затем, по нерадению местного епископа, которому апостол доверил его воспитание, впавшем в грехи и ставшем главарем шайки разбойников, но затем вновь призванном к покаянию святым апостолом (слово 122). Также мы встречаем цитаты из Посланий к ефесянам, смирнянам, траллийцам, филадельфийцам, магнезийцам, св. Поликарпу сщмч. Игнатия Богоносца (слова 1, 23, 85, 111, 112, 124); Послания к филиппийцам сщмч. Поликарпа Смирнского (слова 74, 96, 114, 123); «Послания о девстве» псевдо-Климента Римского (слова 1, 17, 18, 21, 22, 47, 86, 91, 96, 97, 98, 99, 111, 112, 122, 127, 130); «Пастыря Ерма» (по большей части из раздела «Заповеди» и немного из «Подобий») (слова 15, 25, 29, 61, 66, 74, 77, 79, 85, 94, 98, 106, 110, 122, 127).

Церковная письменность IV–VI веков представлена выдержками из «Церковной истории» Евсевия Кесарийского, фрагментами или аллюзиями из творений Евагрия Понтийского «О молитве»[28], преп. Нила Синайского «О восьми лукавых духах» (слова 18, 23, 24), трактата «О Божественных именах» из «Ареопагитского корпуса» (слова 1, 123).

«Внешняя» мудрость, то есть заимствования из языческих философов, историков и поэтов, в данном произведении отсутствует (в отличие, например, от такого произведения IX века, как «Пчела»).

В целом достаточно широкий спектр литературы, использованной в «Пандектах», свидетельствует о сохранности и богатстве библиотеки Лавры святого Саввы того времени, о том, что она продолжала оставаться важным центром создания и копирования рукописей[29], несмотря на внешние коллизии.

Что касается влияний и образцов для написания «Пандектов», то среди таковых можно назвать, во-первых, Евагрия Понтийского с его «Антирретиком» из восьми сотниц – подборкой библейских цитат против восьми главных страстей, которыми подвижник должен противоречить диаволу, искушающему его страстными помыслами. Во-вторых, по словам Панайотиса Христу, «Пандекты» имеют своим прообразом «Правила нравственные» и «Правила подвижнические» свт. Василия Великого, однако, как отмечает исследователь, все же уступают им, не имея ни методичности «Правил нравственных», ни оригинальности «Правил подвижнических»[30].

Изображение монаха-каллиграфа в манускрипте IX в.

Внес преп. Антиох свой, пусть и небольшой, вклад в православное литургическое предание. В сочинении преп. Антиоха содержатся несколько авторских молитв, некоторые из них вошли в православное богослужение: в слове 19-м – молитва, читаемая на повечерии; в слове 84-м – молитва, вошедшая в вечернее молитвенное правило («Молитва 2-я святого Антиоха ко Господу нашему Иисусу Христу»); в слове 85-м – молитва, читаемая после 12-й кафизмы. В нашем издании, чтобы читателю было легче ориентироваться в книге, эти и другие подобные им молитвенные тексты отмечены на полях словом «молитва». Предполагается также, что преп. Антиох составил и известную молитву «Иже на всякое время и на всякий час, на небеси и на земли…», повторяемую при чтении каждого из часов и на великом повечерии[31].

И несмотря на то что, по словам Г. Барди, учение Антиоха не вполне оригинально и собрано из многочисленных цитат (от себя добавим, что преп. Антиох к такой оригинальности и не стремился), по оценке другого известного исследователя древнего монашества, «в любом случае никто не назовет этот труд незначительным»[32], его называют «знаменитым»[33]; свт. Нектарий Эгинский в своем предисловии к изданию 1906 года писал, что «в целом это произведение представляет собой прекрасную систему нравственного богословия»[34], а свт. Феофан Затворник отметил, «что эту Пандекту справедливо можно назвать богооткровенным христианским нравоучением».

Нужно признать, что это сочинение по-прежнему актуально для православного читателя. Оно стоит в одном ряду с такими уже давно изданными на русском языке произведениями аскетической святоотеческой письменности, как произведения преп. Нила Синайского, «Поучения» преп. аввы Дорофея и «Лествица» преп. Иоанна Лествичника, а его автор, как личность и церковный писатель, – в одном ряду с такими представителями монашеской традиции Великой лавры (либо близкими к ней или часто посещавшими ее), как основатель Лавры преп. Савва Освященный, его биограф – Кирилл Скифопольский, преп. Иоанн Дамаскин, блж. Иоанн Мосх, свт. Софроний Иерусалимский и Феодор Абу-Кура.

Творение преп. Антиоха было весьма популярно и востребовано в Византии и ее культурном ареале, как на Востоке, так и у славян, а также в Древней Руси, о чем свидетельствует сохранность «Пандектов» на греческом, славянском (начиная с X века) и арабском (на рубеже XI–XII веков) языках.

Как пишет диакон В. Василик, на славянский язык «Пандекты» были переведены в X веке в Болгарии; древнейший из сохранившихся славянских списков этого произведения относится к XI веку, «списки XV–XVI вв. многочисленны. Многие поучения из него попали в состав “Пролога”»[35].

«Композиция [этого произведения] вдохновила в XI веке Никона Черногорца составить подобный флорилегий из 63 глав под названием “Истолкование Господних заповедей” или “Пандекты”, навеянный захватом турками Антиохии и ее окрестностей в 1084 году. Герасим, которому он адресовал свое произведение, был также монахом монастыря св. Саввы, и “Пандекты” были переведены на арабский язык вскоре после своего составления также монахом монастыря св. Саввы»[36].

«Пандекты» были помещены в «Великие Четии-Минеи» свт. Макария, митрополита Московского. Это обстоятельство, по-видимому, объясняет наличие ссылок на преп. Антиоха (шесть раз) и многочисленных цитат из «Пандектов» (из 196 поучений в тридцати главах – 42 из «Пандектов») в поучениях преп. Серафима Саровского, помещенных в «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря»[37]. Так, полностью из цитат из «Пандектов» составлены четыре главы поучений преп. Серафима: «2. О вере», «4. О любви к Богу», «26. Против излишней попечительности», «27. О печали». Преп. Антиох – самый цитируемый автор в этом собрании поучений преп. Серафима, что говорит о многом: столь великий русский святой, почитаемый во всем православном мире, читал преп. Антиоха, вдохновлялся им в своих подвигах и поучал духовных чад его строками.

Вид монастыря св. Саввы Фото иером. Феодора (Юлаева)

«Пандекты» и позже привлекали внимание наших соотечественников. В рукописном архиве сохранился перевод «Послания к Евстафию» и слова 1-го («О вере») свт. Феофана Затворника; в библиотеке Свято-Троице-Сергиевой лавры есть рукописный русскоязычный перевод «Пандектов», выполненный неизвестным автором XIX века.

Что касается печатных изданий «Пандектов», то они привлекали внимание книгопечатников еще издавна. Первое печатное издание, латинский перевод, «Пандектов» вышло в Париже в 1543 году (Pandectes Scripturae Divinitus Inspiratae sancti patris Antiochi ante annos quidem ab hinc nogentos ab authore aeditus nunc vero primum donatus Latio per Godefridu Tilmannum Cartusiae Parisiensis ex professo monachum. Parisiis, 1543). Следующее печатное издание, на сей раз латинский перевод вместе с греческим оригиналом, вышло в «Патрологии» Миня (Patrologiae cursus completus (series Graeca). T. 89. Col. 1421–1856. Paris, 1857–1866). Греческий текст отдельно выпускался дважды: трудами свт. Нектария Эгинского в 1906 году в Афинах (Αντιόχου εκ της Γαλατίας Μοναχού της Λαύρας του αγίου Σάββα Πανδέκτες των Θεοπνεύστων Αγίων Γραφών. Εκδίδοται προς ηθικήν των Χριστιανών ωφέλειαν υπό Νεκταρίου Κεφαλά Μητροπολίτου Πενταπόλεως. Αθήνα, 1906) и затем был переиздан в 1991 году в Салониках. В России выходили в свет только церковнославянские переводы «Пандектов»: в издании «Четий-Миней» (Декабрь 24. Стб. 1864–2183) и частичные издания из славянских рукописей[38].

Пока готовилось нынешнее издание, вышел в свет румынский перевод «Пандектов» (Ale celui sfinti parintelui nostrum Antioch Pandectul, monah al Lavrei Sfintului Sava 130 de capete care cuprint pe scurt toata invatatura Scriptulilor de Dumnezeu insuflate / Traducere din limba greaca veche de Adrian Tanasescu-Vlas. Sofia; Bucuresti, 2014), что подтверждает актуальность данного произведения. Тем более важным оказывается, что столь известный для христианской аскетической традиции текст на русском языке публикуется полностью впервые.

Монастыри Палестины в VII веке

Перевод «Послания к Евстафию» и «Пандектов» преп. Антиоха Монаха и предисловия к ним выполнен по изданию в «Патрологии» Миня: Patrologiae cursus completus (series Graeca) (далее – PG). T. 89. Paris: Migne, 1857–1866. Col. 1421–1856. В квадратных скобках приводятся номера колонок по «Патрологии» Миня. Перевод с греческого и комментарии – П. К. Доброцветова, редакция перевода – Д. Е. Афиногенова.

Иллюстрации заимствованы из книг: Patrich Joseph. Sabas, Leader of Palestinian Monasticism. A Comparative Study in Eastern Monasticism, Fourth to Seventh Centuries. Dumbarton Oaks Studies, 1995; The Sabbaite heritage in The Orthodox Church from the fifth century to the present. Orientalia Lovaniensia analecta, 98. Leuven, 2001 и из рукописи XIX века в библиотеке СТСЛ.

П. К. Доброцветов

[COL. 1420] Книга, содержащая Господни заповеди, а также их толкование, а также соответствующее им и вытекающее из них учение

Пролог к настоящему сочинению

Сей Антиох совершенно отрекся от всего мира и безмолвствовал в монастыре великого Саввы в Иерусалиме немалое время; уединившись [от мирских забот], [он] упразднился и уразумел спасительную заповедь, повелевающую: упразднитеся и разумейте (Пс. 45:11). И так собрав богатство Духа, не замедлил передать эти богатства нуждающимся [в них], принеся плод сторицею (ср. Мф. 13:8), преумножив талант, как верный, благоразумный и добрый раб (ср. Мф. 25:21), чтобы быть благословленным благолюбивым Владыкой.

Сей-то Антиох в те времена, когда звериный замысел и убийственное устремление персов опустошило всю землю от восхода солнца, подвластную Ромейской державе, и достойным жалости образом увлекло ее в свое подчинение, [сей Антиох,] воспользовавшись этими самыми [событиями] как каким-то благовременным поводом, составил некоторую священную книгу из Божественных речений [Писания], как он и сам в ней ясно говорит об этом, [Col. 1421] наименовав ее и предложив ее для величайшей пользы тех, кто с тех пор и доныне читает ее.

Послание Антиоха, монаха лавры Святого Саввы, Евстафию, игумену Атталинского монастыря города Анкиры в Галатии, от тамошних святых отцов, содержащее в себе 130 глав, а также молитвенное исповедание

Поскольку ты написал мне, честный отче Евстафие, что ты претерпел и перенес великую скорбь, был подавлен, переходя с [одного] места на [другое], из [одной] страны в [другую] страну из-за страха перед все охватившей халдейской бурей, что приходилось тебе испытывать голод и жажду, но не [от недостатка] хлеба и воды, а, как сказано, [от недостатка] слышания слова Господня (Ам. 8:11). Но из-за того, что вам невозможно переносить [с места на место] тяжелые книги, ни в местах, в которых вы оказались, легко найти то, что ищете, вы повелели моему ничтожеству вкратце, сжато изложить все Божественное Писание, Ветхий и Новый [Заветы], так, чтобы эта ноша, с одной стороны, не была тяжестью для нас, а с другой стороны, чтобы не упустить ничего из относящегося к пользе и спасению души, – то я последовал вашему повелению, тотчас собрал все интересующее вас из Божественного Писания, объединив в сто тридцать глав и разграничив одно и другое, чтобы при чтении не произошло слияния и смешения. Это я послал вашему боголюбию, так что, получив, воздай подобающее славословие и благодарность Богу, Который силу Свою в немощи совершает (2 Кор. 12:9). Нас же вознагради благоприятными своими молитвами, чтобы и мы с благодарностью Богу довершили оставшееся время нашей жизни. Если же что-нибудь, как это бывает, ты найдешь [несовершенным], то просим в этом извинения из-за необразованности для [исполнения] повеления. Поскольку же ты написал нам в письме, честный отче, о том, чтобы мы рассказали тебе и о святых отцах нашей Лавры: истинно ли есть то, что, как вы говорите, вы услышали от многих об их жительстве и убиении, каковым известиям трудно поверить, – то я счел необходимым для начала вкратце поведать вам [Col. 1424] о них, чтобы, [с этого начав,] затем присовокупить и главы из Священных Писаний.

А об их добродетельном жительстве не время сейчас писать, да и не под силу нашему языку. Одно только скажу: что люди эти поистине были божественные (если только вообще их людьми можно назвать, а не Ангелами), от юности в подвижничестве, безмолвии и [других] трудах ради благочестия состарившиеся, старцы священнолепные, седые волосами и разумением, благие, смиренномудрые, скромные, целомудренные, правдивые, непорочные, праведные, богочестивые, удаляющиеся от всякого дурного дела, имеющие все блага без недостатка, исполненные Божественной любви. Некоторые из них, достигши пятидесяти и шестидесяти лет, вовсе не выходили из Лавры. Некоторые из них ни в церковь не приходили, ни города не видели с того времени, как стали монахами, – всяческими добродетелями украшенные, земные ангелы, небесные человеки, так что и такой конец восприняли и стяжали победные почести.

Когда пришли измаильтяне в нашу Лавру за неделю до взятия Святого Града и все священные сосуды из церкви похитили, то большинство отцов тут же удалились. В Лавре же остались терпеливые рабы Христовы, не желавшие покидать это место. Варвары схватили их и безжалостно многие дни мучали, предполагая найти сокровища у тех, которые в этом мире ничего не имели, и в конце концов, не добившись цели и обезумев от ярости, стали рубить всех на части. Блаженные, просияв лицом, с радостью и благодарением Господу предали [Ему] свои души, так как имели большое желание разрешиться и быть со Христом (Флп. 1:23). Тела их оставались непогребенными в течение многих дней. И тут прибыли мы из Аравии, и авва Никомед, увидев отцов – сие достойное жалости зрелище, потерял сознание и был поднят почти замертво. Модест ¹ же преподобнейший, придя, все останки святых собрал, омыл их и, оплакав, обвив святые и многострадальные их мощи, положил в гробницах для отцов. Совершив по ним обычное [в таких случаях] правило, он произнес над ними слова Исаии, говоря: мужие праведнии вземлются, и ник-тоже разумеет: от лица бо неправды взяся праведный. Будет с миром погребение его (Ис. 57:1); и: Праведных же души в руце Господней, и не прикоснется их мука. Непщевани быша во очию безумных умрети… они же суть в мире… упование их безсмертия исполнено; и вмале наказани бывше, великими благодетельствовани будут, яко Бог искуси их и обрете их достойны Себе… и яко всеплодие жертвенное прият я. [Col. 1425] И во время посещения их воссияют (Прем. 3:1–6). И сказав это о святых отцах наших, он призвал всех нас не оставлять места нашего, но доблестно терпеть искушения, вспоминая Господа, говорящего: тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь (Мф. 7:14), и Апостола: многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Небесное (Деян. 14:22). Последовав его увещаниям, мы оставались в Лавре около двух месяцев. И когда вновь пронесся слух о нашествии варваров, то, испугавшись, мы бежали в монастырь вблизи Святого Города, примерно в двадцати стадиях ², называемый [монастырем] аввы Анастасия, в котором в то время не было никого. И прожив в нем около двух лет, мы были вновь призваны вышеупомянутым преподобнейшим Модестом вернуться и поселиться в нашем [прежнем] месте. Убежденные добрым его советом, одни из нас тотчас вернулись и поселились в Лавре, а другие немного замедлили из страха пред соседствующими сарацинами, а третьи остались в том монастыре вместе с преподобнейшим игуменом Иустином, принявшим монашество еще в Лавре, проведшим в ней многие годы и отличившимся многими добродетелями, так что он был почтен и пресвитерским достоинством. Сей богочестивейший Иус тин большое собрание [монахов] в том самом монастыре привлек благодатью Христовой, содержа неопустительно правило Лавры и прочее [монашеское] установление, и не найти было ни во всей Палестине, ни в другой киновии столь духовного устроения. Она процветает и возрастает ежедневно и, преуспевая, подобно Исааку, становится великой, и мы по этому догадываемся, что во всякой нашей стране просиявает прекрасно, словно светила, семя святого отца нашего Саввы. Мы же, смиренные, благодатью Божией и усердием вышеупомянутого преподобнейшего Модеста в тишине пребываем более, чем в недавние годы, благодаря и прославляя единого Бога, умерщвляющего и животворящего и единого творящего чудеса великие (ср. Пс. 135:4). Ибо умилосердилась к нам Его благость, и в великое преуспеяние привел Он место наше, насколько это позволяли обстоятельства, ради прежде послуживших Ему искренне в этом месте святых рабов Его. Подарила Его благость нам отца и пастыря, достойного Его Промысла, преподобнейшего Фому, обладающего ведением и украшенного всяческими добродетелями, еще с юного возраста подвизавшегося в безмолвном жительстве, – кроткого, братолюбивого и сострадательнейшего, смиренного сердцем, к молитве и правилу [монашескому] усерднейшего. Посему и Бог при руководстве его вывел на широту ³ его учеников. Число же убиенных отцов по именам – сорок четыре. Память их совершается в мае месяце пятнадцатого [числа]. Благодатию же Христа и усердием вышеупомянутого преподобнейшего отца нашего [Col. 1428] Модеста населены и остальные монастыри пустыни. Вот так, честный отче Евстафие, то, [что произошло] с нашими святыми и Лаврой, рассказал я вашему боголюбию, и другие благие вести, приносящие радость вашей душе и [душе] всякого христианина, который услышит об этом, я вам возвещаю ныне. Ибо упомянутый преподобнейший Модест печется не только о монастырях пустыни, но и о городе [Иерусалиме] и о всей округе. И Бог содействует ему во всем. Ибо воистину сей новый наш Веселеил или Зоровавель, исполненный Духа Святого, воссоздал сожженные [варварами] честные храмы Господа нашего Иисуса Христа, такие как Святое краниево место ⁴ и Святое Его Воскресение ⁵, и почитаемый дом Честного Креста, и Мать церквей и святое Его Вознесение ⁶ и прочие чтимые храмы ⁷. Так что благодаря этому мы имеем добрые надежды на будущее, и особенно те, кто приходит в эти святые места на поклонение из внешних стран, и все прославляют Бога, Которому подобает всякая слава, честь и поклонение ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Антиоха Монаха предварительное рассуждение

Говорит в Песнях [Песней] премудрый Соломон: Шестьдесят суть цариц и осмьдесят наложниц, и юнот, имже несть числа (Песн. 6:7). Мы же, как нам доступно, шестьюдесятью царицами называем одобренные книги, то есть шестьдесят находящихся в Ветхом и Новом Завете, и восьмьюдесятью нарекаем неодобренные так называемые апокрифы. Наложницами (παλλακαί) же они называются как не имеющие собственного слова и незаконнорожденные. Юнотами же называются речения новой проповеди церковных учителей из-за чистоты их слова, потому что юнотами чистые называются. Ибо сказано: Да поищут… царю девицу юную… и обретоша суманитяныну, [Col. 1429] чтобы согрела его (3 Цар. 1:2–3). То есть небесные помышления и речи сладкопевцев: Согреяся сердце мое во мне, и в поучении моем разгорится огнь (Пс. 38:4). Ибо сонамитянка толкуется как «небесная». И: Пшеница юношам и вино благоуханно девам (Зах. 9:17). Ибо непорочные насыщаются от одождения небесным хлебом, пребывающим в жизнь вечную (ср. Ин. 6:27), и питие их – из чаши истинной Лозы (ср. Ин. 15:1). И: Чистых глаголы честны (Притч. 15:26), по Писанию. А имже несть числа называются в силу множества и неизмеримости их учения. Из ткани тех шестидесяти цариц немногие нити взяв, мы сотворили пояс, чтобы согреть читающих с верой. Так же как ткань, из многих частей состоя, в единый хитон бывает соединяема, так и все изречения Богодухновенных Писаний собраны в Господень хитон Домостроительства, который тленным через подобную нам страдательность восприняв от Святой Преславной Приснодевы Марии, Он соделал нетленным, чтобы нас, подпавших тлению, освободив, претворить в нетление. Опоясание же имею в виду не то – иудейское, пророком Иеремией спрятанное и испортившееся у реки Евфрат (Иер. 13:1–7), но опоясание новой благодатью, которое Господь наш явил. Ибо Он препоясался и умыл ноги Своим ученикам (Ин. 13:5), чтобы, очистившись от нечистоты древней закваски, стали они новым тестом, у которых ноги прекрасные, благовествующие мир (Рим. 10:15), наступающие на змей и скорпионов и на всю силу вражью (Лк. 10:19). Благолепием этого препоясания Христос облачил Свою Церковь, прикрывая наш позор и произошедшую от преступления Адама наготу, как сказано: растерзал еси вретище мое, и препоясал мя еси веселием (Пс. 29:12). В это мы облачаемся из Божественных Писаний.

Ибо, исследуя их (ср. Ин. 5:39), мы обретаем жизнь вечную, Самого Господа нашего Иисуса Христа – истинного Бога нашего. Но время призывает нас далее изложить по порядку упомянутые главы в славу и похвалу Святой и Живоначальной Троицы, то есть Отца, Сына и Святого Духа, во веки веков. Аминь.

Слово 1
О вере

[С помощью] Господа, содействующего и слово утверждающего, начнем прежде с речей о вере, а затем возьмемся и за последующее. Прежде всего, должно веровать в Бога, что Он есть, и ищущим Его воздает (Рим. 11:6). Ибо вера вовек пребудет. И Праведный верою жив будет (Евр. 10:38). Настоящий праведник от веры веру имеет действенную, веру возрастающую, веру преисполняющуюся, веру, просвещающую на добрые дела, чтобы прославлялся Бог всяческих. Вера – начало прилепления к Богу. Совершенный верующий есть «камень в храме Бога, уготованный в Домостроительство Бога Отца, возносимый на высоту орудием Иисуса Христа, то есть Крестом, [словно] посредством веревки, – Духом» ⁸. Вера для человека есть проводник, а любовь – путь, возводящий в Царство Небесное. И таковой становится богоносцем, то есть христоносцем, и храмом Божиим, и свято шествующим ⁹, и украшенным всем из заповедей Иисуса Христа. И начало жизни через веру и любовь ничему [другому у такого] не предпочитается. Но о вере говорю действенной, поскольку вера без дел мертва (Иак. 2:20) сама по себе. Дела же веры – любовь, радость, мир, долготерпение, милосердие, благость (Гал. 5:22–23), смиренномудрие и похвала о Господе, упование на Бога, чтобы распять плоть, упокоиться от всяких дел, как упокоился и Бог от Своих (Евр. 4:10), взять крест свой и последовать за Ним (Мф. 10:38), жить Духом, достичь Духа, и такая вера и вменяется в праведность. Это есть дела веры. Верою стремящийся посредством заповедей, долу достигает вышнего Иерусалима ¹⁰ (ср. Гал. 4:26). Если же мы имеем такую веру, то мы – в вере и стоим в ней твердо, то и в Господе обитаем прекрасно. Говорит же и Господь через Пророка: Очи Мои на верные земля, посаждати я со Мною (Пс. 100:6). Так же и Иеремия: Господи, очи Твои (зрят) на веру (Иер. 5, 3). Говорит и Петр: покажите в вере вашей добродетель (2 Пет. 1:5), любовь; и опять-таки: назидая себя на… вере (Иуд. 20:2); Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою (1 Пет. 5:8–9). И Павел: уверовав в Него, запечатлены обетованным Святым Духом (Еф. 1:13). И опять-таки: А паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскаленные стрелы лукавого (Еф. 6:16). И еще: Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом. В ней свидетельствованы древние… Все сии умерли в вере (Евр. 11:1–2, 15). И еще: Правда Божия через веру… на всех верующих (Рим. 3:22). И еще: чтобы нам получить обещанного Духа [Col. 1433] верою (Гал. 3:14). И в другом месте: Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность… А не делающему, но верующему в Того, Кто оправдывает нечестивого, вера его вменяется в праведность (Рим. 4:3–5). И продолжает далее: Итак по вере… дабы обетование было непреложно для всех, не только по закону, но и по вере потомков Авраама, который есть отец всем нам… А впрочем не в отношении к нему одному написано… но и в отношении к нам; вменится и нам, верующим в… Иисуса Христа, Господа нашего (Рим. 4:16, 21–24); Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа (Рим. 5:1). И к Тимофею: держись правды, веры, любви, мира со всеми призывающими Господа (2 Тим. 2:22). И еще: без веры угодить Богу невозможно (Евр. 11:6). И Иоанн: А заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа (1 Ин. 3:23), что вы, веруя… имеете жизнь вечную (1 Ин. 5:13). Господь Иисус Христос, истинный наш Бог, говорит: Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой. Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него (Ин. 7:38–39). И опять-таки: Кто же верный и благоразумный раб? (Мф. 24:45), и другое: вера твоя спасла тебя, иди с миром (Лк. 7:50). И Марфе: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет (Ин. 11:25). И ученикам: Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит (Ин. 14:12). И: Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную (Ин. 6:47). И опять: веруйте в Бога, и в Меня веруйте (Ин. 14:1).

Итак, как полагаю, достаточно представили мы свидетельств о вере из Божественных Писаний. Веру же имею в виду в Отца и Сына и Святого Духа, в Единосущную и Животворящую Троицу, в Которую и веруем. Необходимо также для ясности представить читателям изречения и свидетельства из Святого Писания, о чем говорится. «Мы видим, что посредством всякого богословского размышления Богоначалие священно воспевается или как Монада и Единица – по причине простоты и единства сверхъестественной неделимости, коей, как единящей силой, мы соединяемы… как Троица по причине триипостасного выражения ¹¹ сверхсущественной плодовитости» ¹². Мы говорим, что все богоначальные имена богословы относят к Сверхсущной и Единосущной Троице: Бог, Господь, Святой, Благой, Свет, Жизнь, Истина, Вседержитель, Всемогущий, Господь Саваоф, то есть [Господь] воинств (1 Цар. 17:45), и всеми другими [именованиями] от богословов Он священно воспевается, как можно узнать от Самого Богоначалия, Которое Само о Себе учит: что ты называешь Меня благим? никто не благ, как только один Бог (Лк. 18:19). И [обращается к] тем, которые в [притче о] винограднике: я добр (Мф. 20:15); Дух Твой Благий (Пс. 142:10); и к Моисею: [Col. 1436] Аз есмь Сущий (Исх. 3:14); и Иоанн: что было от начала (1 Ин. 1:1), и: пришедший (1 Ин. 5:6); и Вседержитель: Господь имя Ему (Ис. 47:4); и: Дух истины, Который от Отца исходит (Ин. 15:26); и к Фоме: Я есмь путь и истина и жизнь (Ин. 14:6); и: Освяти их истиною Твоею и слово Твое есть истина (Ин. 17:17); Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит (Ин. 15:26). И тотчас же: Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину… Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам (Ин. 16:13–14), и далее: Все, что имеет Отец, есть Мое; потому Я сказал, что от Моего возьмет и возвестит вам (Ин. 16:15); и далее: как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет (Ин. 5:21) и Дух Животворящий (1 Кор. 15:45), Бог есть дух (Ин. 4:24); и: все от Бога, все Им и для Него создано (Кол. 1:16); и: Все чрез Него начало быть (Ин. 1:3); и: послеши Духа Твоего и созиждутся (Пс. 103:30); и: Словом Господним небеса утвердишася, и Духом уст Его вся сила их (Пс. 32:6); и кратко говоря, Само Богоначальное Слово о Себе сказало: Я и Отец одно и все Твое Мое и Мое Твое. (Ин. 10:30; 17:10). «И опять же принадлежащее Отцу и Его Сыну обще и Богоначальному Духу, как то: Божественные дела, святыня, источающая и неоскудевающая причина» ¹³ в том, что сказано: идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28:19). Из всего же сказанного видно, что всякое богословие соединительное есть и разделительное. И ни соединительное не позволительно разделять, ни разделительное – сливать ¹⁴. «Итак, объединяющие именования относятся ко всецелой Божественности… Таковы: “Сверхблагое”, “Сверхбожественное”, “Сверхсущественное”, “Сверхживое”, “Сверхмудрое”, а также все выражения отрицания, предполагающие превосходство; и все понятия причинности, как то: “Благое”, “Красота”, “Сущее”, “Порождающее жизнь”, “Мудрое”; и все другие наименования, которые Причина всего благого получает по Своим боголепным дарам. Признаки же раздельности – сверхсущественные имена и особенности Отца, Сына и Духа: они никак не могут быть переставлены или использованы как полностью общие» ¹⁵. Приняв же Божественное знание через веру, не пребудем в неведении о данной нам благодати, за которую воистину пострадал Господь. Ибо ради этого и миро принял на главу Господь (Мф. 26:7), чтобы облагоухать Церковь нетлением. Посему никто да не намазывается зловонием неверия князя века [сего], и не отступим с правого пути, чтобы нам было возможно воспринять надежду вечных благ и вечной жизни во Христе [Col. 1437] Иисусе, Господе нашем, Которому слава во веки веков. Аминь.

Слово 2
О надежде

От веры перейдем к занимающей второе место [по порядку] надежде, ибо вторая, напояемая первой, приносит плод в тридцать, шестьдесят и сто крат (см. Мф. 13:8). Нет ничего выше, чем утвержденная надежда. О любви же, которая на третьем месте упоминается, но на первом месте стоит среди всех добродетелей, мы еще расскажем далее. Первый же был Енос, который был [сын] Сифа, – праведник от праведника; сей упова призывати имя Господа Бога (Быт. 4:26). Ибо те, которые руководятся надеждой на Бога, к Нему Самому возводятся и просвещаются сиянием Его вечного Света. Давид-царь, состарившись, не мог согреться в оправданиях своих, попросил себе девицу – соманитянку, чтобы согревала его (3 Цар. 1:3). Соманитянка же переводится как «небесная». Но не познал ее царь, то есть не растлил свою небесную надежду. Смотри же, что говорит Писание: И аще уснета два, тепло има будет (Еккл. 4:11). Вера, если имеет надежду, делает свое дело и согревает обладающего, как говорит блаженный Петр: [Посему, возлюбленные,] препоясав чресла ума вашего, бодрствуя, совершенно уповайте на подаваемую вам благодать в явлении Иисуса Христа, как послушные дети (1 Пет. 1:13–14). И Сирах: кто надеялся на Господа – и был оставлен? или кто пребывал в страхе Его – и был постыжен? (Сир. 2:10). И Псалмопевец: Блажен муж, емуже есть имя Господне упование его (Пс. 39:5); и: да возвеселятся вси уповающии на Тя (Пс. 5:12), и опять-таки: на Него упова сердце мое, и поможе ми, и процвете плоть моя (Пс. 27:7) от Его помощи; и других руководил, говоря: Уповайте на Него, весь сонм людей: излияйте пред Ним сердца ваша, яко Бог Помощник наш (Пс. 61:9); и: Уповай на Господа и твори благостыню (Пс. 36:3); Открой ко Господу путь твой и уповай на Него, и Той сотворит (Пс. 36:5). И Исаия: [Col. 1440] уповахом на имя Господне и память, еяже желает душа наша (Ис. 26:8). И вновь Павел: мы спасены в надежде. Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо если кто видит, то чего ему и надеяться? Но когда надеемся того, чего не видим, тогда ожидаем в терпении (Рим. 8:24–25); и: твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду, которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий (Евр. 6:18–19). И продолжает: ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, [должен молотить] с надеждою (1 Кор. 9:10). И в Евангелии от Луки о Симеоне говорится: Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня (Лк. 2:26). И не умертвил надежду, но чаял Возлюбленного Искупителя и Спасителя мира и, взяв Его на руки, радостно рек: «Отпусти меня, Владыка, в вожделенное Царство Твое, ибо я получил воздаяние надежды моей на Христа Господня», Ему же слава во веки. Аминь.

Слово 3
О вкушении пищи

О вкушении пищи так говорит Приточник ¹⁶: Аще сядеши вечеряти на трапезе сильнаго, разумно разумевай предлагаемая тебе, и налагай руку твою, ведый, яко сицевая тебе подобает уготовити: аще же несытнейший еси, не желай брашен его (Притч. 23:1–3). И другой говорит: Сел ли еси при трапезе велицей, не разверзи на ней гортани твоего и не рцы: много на ней есть. Помяни, яко зло есть око лукаво. Лукавнее ока что есть создано? Сего ради о коей-либо вещи слезит. Идеже аще узриши, не простирай руки и не гнетися с ним в солило. Рассуждай, иже суть искренняго, от тебе самого, и от всяцей вещи размышляй. Яждь яко человек предлежащее ти и не пресыщайся, да не возненавиден будеши. Престани первый ради наказания и не пресыщайся, да не преткнешися. И аще сядеши посреде многих, первее их не простри руки твоея. Коль довольно человеку наказанному малое (Сир. 31:12–16). И Моисей: Внемли себе, вкушая, да не принесеши всесожжений твоих на всяком месте (Втор. 12:13). И Павел: Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию (1 Кор. 10:31); и: принимайте без споров о мнениях. Ибо иной уверен, [что можно] есть все, а немощный ест овощи (Рим. 14:1–2). И продолжает: Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест… Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он или падает (Рим. 14:3–4). И опять-таки: Кто ест, [Col. 1441] для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога (Рим. 14:6); Ради пищи не разрушай дела Божия, и продолжает: Все чисто, но худо человеку, который ест на соблазн (Рим. 14:20); и: Блажен, кто не осуждает себя в том, что избирает. А сомневающийся, если ест, осуждается, потому что не по вере (Рим. 14:22–23); Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем (1 Кор. 8:8). И Приточник: не прельщайся насыщением чрева (Притч. 24:15), ибо душа в сытости сущи сотам ругается, души же нищетней и горькая сладким являются (Притч. 27:7). Апостол же, признавая пищу чистой, говорит: то, что Бог сотворил, дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением. Ибо всякое творение Божие хорошо, и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением, потому что освящается словом Божиим и молитвою (1 Тим. 4:3–5). И: Для чистых все чисто (Тит. 1:15); и: собираясь на вечерю, друг друга ждите (1 Кор. 11:33). Говорит же и Закон: И ясти будеши, и насытишися, и благословиши Господа Бога твоего (Втор. 8:10). И Давид, благодаря, сказал: Дал еси веселие в сердце моем: от плода пшеницы, вина и елеа (Пс. 4:7–8). И опять-таки: Яко насытил еси душу тщу и душу алчущу исполнил благ (Пс. 106:9). Благой же Господь, желая, чтобы мы стали умеренными, говорит: Когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им почетнее тебя, и звавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, придя, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 14:8–11). И сего для разумения и пользы достаточно. Прекрасно же вспомнить и Иова. Ибо он говорит: Аще же и хлеб мой ядох един и сирому не преподах от него: понеже от юности моея кормих якоже отец (Иов. 31:17–18). И снова Господь: когда делаешь обед или ужин, не зови друзей твоих, ни братьев твоих, ни родственников твоих, ни соседей богатых, чтобы и они тебя когда не позвали, и не получил ты воздаяния. Но, когда делаешь пир, зови нищих, увечных, хромых, слепых, и блажен будешь, что они не могут воздать тебе, ибо воздастся тебе в воскресение праведных от Бога (Лк. 14:12–14), Ему же слава во веки веков. Аминь. [Col. 1444]

Слово 4
О чревоугодии

Всем необходимо утеснять чрево и удерживать его. Особенно тем, кто желает работать Богу. Прекрасно [сказано, что] лучшее – мера во всем (πᾶν μέτρον ἄριστον) ¹⁷. Без удержу есть – [станешь] похожим на перегруженный корабль, ибо тело нуждается в пище, а не в наслаждении (τροφῆς δεῖται, οὐ τρυφῆς), в довольствовании малым, а не в пресыщении, в самодостаточности, а не в роскоши. Потому что те полезны телу, полезны и душе, поскольку порождают здоровье, силу и крепость, а эти обоим вредят, и не только здоровье разрушают, но и порождают тяжкие болезни. А ясное доказательство этому, что лучше избравших жизнь в изнеженности довольствующиеся малым аскеты – смышленые, и целомудренные, и здоровые. Порабощенный же пищей взращивает наслаждения. Потому что как множество дров поднимают великий пламень, так и множество пищи поднимает вожделение. Многоценные яства услаждают гортань, кормят же неусыпающего червя невоздержания. И как высохшая земля рождает терния, так и ум чревоугодника взращивает позорные помышления. Монах-чревоугодник становится не чем иным, как носителем чрева; [он] вычисляет дни памяти мучеников, а воздержанный подражает их жизни ¹⁸. Чревоугодник ничем другим не хвалится, как только широтой и пространностью чрева, хранилищем ценной для него житницы навоза. Но Дух, обитающий в чревоугодливом человеке, опечаливается и, не вынося зловония, удаляется от него. Так же, как дым отгоняет пчел, так и чревоугодник – благодать Святого Духа. Итак, лучше избежать сластолюбивых искушений чрева и простой пищей удовлетворить потребности тела, чтобы не уподобиться народу, порабощенному чреву в пустыне. Ибо сказано: И седоша людие ясти и пити и воссташа играти (Исх. 32:6). И в своем не умеренном едении и питии они позабыли заповедь Божию и впали в идолобесие. Прекрасно же их наследникам пишет апостол Павел: Их конец – погибель, их бог – чрево, и слава их – в сраме, они мыслят о земном (Флп. 3:19). И далее: Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то и другое (1 Кор. 6:13). И опять-таки: Если же за пищу огорчается брат твой, то ты уже не по любви поступаешь. Не губи твоею пищею того, за кого Христос умер (Рим. 14:15). И продолжает: Ибо такие [люди] служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных (Рим. 16:18). И снова: Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные – жизнь и мир (Рим. 8:6), ибо благодатью утверждается сердце, [Col. 1445] а не пищей. И опять-таки: Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе (Рим. 14:17). И разве наслаждение и роскошь, как сказано, не есть пища для червей? Поскольку роскошь есть не что иное, как пища для змей, как и Иаков, порицая рабов чрева, написал, говоря так: Вы роскошествовали на земле и наслаждались; напитали сердца ваши, как бы на день заклания (Иак. 5:5). И Господь неверующим иудеям говорит: истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились (Ин. 6:26). И продолжает: Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий (Ин. 6:27). Ему же слава и держава во веки веков. Аминь.

Слово 5
О пьянстве

Пьянство более тяжко, чем обжорство, и особенно воспрещается Божественным Писанием. И преступно им тщеславиться, как некоторые мыслящие по-мирски похваляются своим опьянением. Ибо пьянство производит не что иное, как исступление ума и бедность. И тело делается слабым и изнеженным. Конечно, хорошо и угодно (1 Тим. 2:3) ради телесной болезни употреблять немного вина. Поскольку таким же образом, как если земля орошается влагой умеренно, то чистое семя, в нее бросаемое, возрастает с приращением, если же многими водами напояется, только терния и волчцы (Евр. 6:8) приносит, – так и земля сердца: если умеренно вином пользуется, то приносит семена чистые и естественные, если же промокает от многопития, то во всех своих помыслах приносит терния. Более того, делает пьяного для неразумных посмешищем, а для разумных – предметом плача. Ной, как говорит Божественное Писание, муж праведный, испи от вина [Col. 1448] и упися, и лег обнаженным, и не потому, что пьяницей был, но, будучи неопытным в употреблении вина, стал посмешищем для неразумного Хама, разумными же сыновьями был прикрыт (Быт. 9:21–23). Бежим же, братие, от беса пьянства, чтобы не стать посмешищем для него, но лучше бодрствованием себя укрепим, чтобы стал совершен человек (2 Тим. 3:17) вместе с владычественным началом ¹⁹ (σὺν τῷ ἡγεμονικῷ) [души], как и Приточник, повелевая, говорит: не буди винопийца… всяк бо пияница… обнищает (Притч. 23:20–21).

И снова: Кому горе, кому молва? кому судове? кому горести и свары? кому сокрушения вотще? кому сини очи? Не пребывающим ли в вине, и не назирающим ли, где пирове бывают? (Притч. 23:29–30). И продолжает: не упивайтеся вином, но беседуйте ко человеком праведным (Притч. 23:31). И другой: в вине не мужайся, многих бо погуби вино (Сир. 31:25). И опять-таки: Иже есть сладостен в виннем пребывании, во своих твердынех оставит безчестие (Притч. 12:11). И снова: Не буди винопийца (Притч. 23:20); и: не пользует безумному сладость (Притч. 19:10). Невинно [вино], укоризненно же пиянство, и всяк пребываяй в нем не будет премудр (Притч. 20:1). И пророк Осия о древнем народе: вино и пиянство прият сердце людей Моих (Ос. 4:11). И Исаия, порицая проводящих время в пьянстве, рек: Горе востающим заутра и сикер гонящим, ждущим вечера: вино бо сожжет я (Ис. 5:11). И опять: сии бо вином суть прельщени (Ис. 28:7). Как он, и Иоиль вопиет: Отрезвитеся, пиянии, от вина своего и плачитеся: рыдайте, вси пиющии вино до пиянства, яко отъяся от уст ваших веселие и радость (Иоил. 1:5). Плакать и рыдать подобает над любителями опьянения, ибо поистине пьянство есть дело позорнейших и заблудших людей, как и Иов, некоторыми побуждаемый, говорит: да заблудят же яко пияный (Иов. 12:25). Те же, которые благочестно желают жить и правым путем незаблудно шествуют, слушают Апостола, говорящего: не упивайтесь вином, от которого бывает распутство (Еф. 5:18). И опять: пьяницы Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6:10). И: сластолюбивая вдова заживо умерла (1 Тим. 5:6). И продолжает: Итак, не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Его также именуют Антиохом Палестинским, Савваитом и даже Пандектом.

Вернуться

2

Patrology. The Eastern Fathers from The Council of Chalcedon (451) to St. John of Damascus († 750) / Ed. by A. Berardino. Cambridge, 2006. P. 300.

Вернуться

3

A Dictionary of Christian Biography, Literature, Sects and Doctrines / Ed. by W. Smith and H. Wace. Vol. 1. London, 1877. P. 122.

Вернуться

4

Василик Владимир, диакон. Антиох // Православная энциклопедия. Т. 2. М., 2001. С. 499.

Вернуться

5

Stratos A. M. Byzantium in the Seventh Century. Vol. 1. Amsterdam, 1968. P. 108.

Вернуться

6

Читти Дервас. Град пустыня. Введение в изучение египетского и палестинского монашества в христианской империи. СПб., 2007. С. 251.

Вернуться

7

Patrich Joseph. Sabas, Leader of Palestinian monasticism. Washington, 1995. P. 192.

Вернуться

8

См.: Марр Н. Я. Антиох Стратиг: Пленение Иерусалима персами в 614 г. СПб., 1909.

Вернуться

9

Память сорока четырех монахов, в Лавре святого Саввы избиенных, празднуется Православной Церковью 16 мая (29-го по новому стилю).

Вернуться

10

Васильев А. А. История Византийской Империи. Время до Крестовых походов. СПб., 1998. С. 268.

Вернуться

11

Stratos A. M. Byzantium in the Seventh Century. Vol. 1. Amsterdam, 1968. P. 109.

Вернуться

12

Stratos A. M. Byzantium in the Seventh Century. Vol. 1. Amsterdam, 1968. P. 109–110.

Вернуться

13

Как писал академик Н. П. Кондаков, «это было бедствие, неслыханное после взятия Иерусалима при Тите, и на этот раз непоправимое: для этого города уже не было потом эры, подобной временам Константина… отныне город и его здания приходят в упадок, со ступеньки на ступеньку… Персидское нашествие разом снесло наносную, искусственную греко-римскую культуру Палестины, разорило земледелие, обезлюдило города, уничтожило на время или навсегда монастыри и лавры, прекратило торговлю» (Кондаков Н. П. Археологическое путешествие по Сирии и Палестине. СПб., 1904. С. 173–174; цит. по: Васильев. История Византийской Империи. Время до Крестовых походов. С. 268–269).

Вернуться

14

Bardy G. Antiochus // Dictionaire de Spiritualité. T. 1. Paris, 1937. P. 701.

Вернуться

15

Читти Дервас. Град пустыня. С. 256.

Вернуться

16

Василик Владимир, диакон. Антиох // Православная энциклопедия. С. 499.

Вернуться

17

См.: Lampe G. W. H. A Patristic Greek Lexicon. Oxford, 1978. P. 1001.

Вернуться

18

Флорилегий (лат. florilegium – цветник) – сборник цитат из творений святых отцов и церковных писателей.

Вернуться

19

Синаксарь. Жития святых Православной Церкви / Автор-составитель иеромонах Макарий Симоно-петрский. Т. II. М., 2011. С. 739–740.

Вернуться

20

Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Θεσσαλονίκη, 1992. Σ. 404.

Вернуться

21

Ibid.

Вернуться

22

Bardy G. Antiochus // Dictionaire de Spiritualité. T. 1. P. 701; Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Σ. 405.

Вернуться

23

Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Σ. 404.

Вернуться

24

Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Σ. 405.

Вернуться

25

Ibid. Σ. 404–405.

Вернуться

26

Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Σ. 404.

Вернуться

27

Ibid. Σ. 405.

Вернуться

28

«Влияние Оригена и Евагрия прослеживается в течение VI века у духовных наставников Газы, а также у Маркиана Вифлеемского (ум. 492) – важной фигуры Палестинского монашества после Халкидона – предшественника Саввы и Феодосия как архимандрита монахов. Под именем Маркиана сохранилось краткое переложение Евагриевского трактата “О молитве”, в котором автор упоминает о практическом характере этого труда, но ведущем его к гностической цели монашеской жизни. Этот труд продолжает быть читаем несмотря на анафему его автору; так, мы находим следы вышеупомянутого краткого переложения в “Пандектах” Антиоха Савваита, написанных в первой декаде VII века» (Perrone Lorenzo. Palestinian monasticism. The Bible and Theology // The Sabbaite heritage in The Orthodox Church from the fifth century to the present. Orientalia Lovaniensia analecta, 98. Leuven, 2001. P. 248).

Вернуться

29

Patrich Joseph. Sabas, Leader of Palestinian monasticism. Washington, 1995. P. 190–191.

Вернуться

30

Χρήστου Παναγιώτης Κ. Ελληνική Πατρολογία. Τόμος Ε. Σ. 405.

Вернуться

31

Синаксарь. Жития святых Православной Церкви. Т. II. С. 740.

Вернуться

32

Читти Дервас. Град пустыня. С. 256.

Вернуться

33

Patrology. The Eastern Fathers from The Council of Chalkedon (451) to St. John of Damascus (750) / Ed. by A. Berardino. Cambridge, 2006. P. 300.

Вернуться

34

Αντιόχου εκ της Γαλατίας Μοναχού της Λαύρας του αγίου Σάββα Πανδέκτες των Θεόπνευστων Αγίων Γραφών. Εκδίδοται προς ηθικήν των Χριστιανών ωφέλειαν υπό Νεκταρίου Κεφαλά Μητροπολίτου Πενταπόλεως. Θεσσαλονίκη, 1991. Σ. 9.

Вернуться

35

Василик Владимир, диакон. Антиох // Православная энциклопедия. С. 499.

Вернуться

36

Patrich Joseph. Sabas, Leader of Palestinian Monasticism. A Comparative Study in Eastern Monasticism, Fourth to Seventh Centuries. Dumbarton Oaks Stu dies, 1995. P. 329.

Вернуться

37

Серафим (Чичагов), сщмч. Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря. М., 2005. С. 96–121.

Вернуться

38

Амфилохий (Сергиевский), архим., Срезневский И. И. Выписки из списка «Пандекта» Антиохова XI в. // ИОРЯС. 1858. Т. 7. Стб. 41–47, 147–155; Амфилохий (Сергиевский), архим. Исследование о «Пандекте» Антиоха XI в., находящемся в Воскресенской Новоиерусалимской библиотеке. М., 1880; Пандект монаха Антиоха / Изд. под набл. О. М. Бодянского. М., 1913; Popovskij I., Thomson Fr. I., Veder W. R. The Troickij sbornik Nijmgen, 1988. (Полата кънигописьная; № 21–22). S. 64–157; Popovskij I. Die Pandekten des Antiochus Monachus. Nijmegen, 1989 (см.: Василик Владимир, диакон. Антиох // Православная энциклопедия. Т. 2. М., 2001. С. 499).

Вернуться