Шри Ауробиндо, Мать
Об истинной красоте

Сознанье красоты и благодати,
Познанье, что с постигнутым едино,
Сменило разобщенность чувств и сердца
И увлекло весь мир в свои объятья.

Шри Ауробиндо. Савитри

Красота как выражение божественного

Именно через Красоту Божественное проявляется в физическом, так же как в ментальном через Знание, в витальном через Силу и в психическом через Любовь.

Когда мы поднимаемся достаточно высоко, мы обнаруживаем, что эти четыре аспекта растворяются один в другом, чтобы образовать единое светоносное, могущественное, прекрасное, всевмещающее, всепроницающее любящее Сознание.

Только ради вселенской игры это единое Сознание разделилось на несколько направлений, или аспектов проявления.

* * *

В физическом мире из всех вещей именно красота лучше всего выражает Божественное. Физический мир – это мир форм, а совершенство формы – это красота. Красота воспроизводит, выражает, проявляет Вечное. Ее роль состоит в том, чтобы привести всю проявленную природу в соприкосновение с Вечным через совершенство формы, через гармонию и чувство идеального, которое возвышает и ведет к чему-то более высокому.

Мать

* * *

Красота – это особое божественное Проявление в физическом, так же как Истина в разуме, Любовь в сердце, Сила в витальном. Супраментальная красота – это высочайшая божественная красота, проявляющаяся в Материи.

* * *

Бог как красота, Шри Кришна во Вриндаване, Шьямсундара, это не только Красота, Он также есть Любовь, и без совершенной любви не может быть совершенной красоты, а без совершенной красоты не может быть совершенного наслаждения.

* * *

Общая сила Наслаждения – это любовь, и особая форма, которую принимает радость любви, это видение красоты. Любящий Бога любит все во вселенной и он объемлет также Всеблаженного и Всепрекрасного. Когда вселенская любовь наполняет его сердце, это решающий знак того, что Божественное овладело им; и когда он получает откровение Всепрекрасного повсюду и может ощущать все время блаженство его объятий, это решающий знак того, что он овладел Божественным. Единство – это кульминация любви, но именно это взаимное обладание дает ей одновременно высочайший взлет и широчайшее распространение ее интенсивности. Это основание единства в экстазе.

* * *

Красота – это Ананда, принимающая форму, но эта форма не обязательно должна быть физической. Можно говорить о прекрасной мысли, прекрасном действии, прекрасной душе. То, о чем мы говорим как о красоте, есть Ананда в проявлении; за пределами проявления красота теряет себя в Ананде или, можно сказать, красота и Ананда становятся неотличимо едиными.

* * *

Красота и наслаждение, какую бы форму они ни приняли – и мы можем говорить здесь о них как об одном целом, – обладают нестареющей юностью, пребыванием в вечном мгновении, бессмертным присутствием.

* * *

Наслаждение – это душа бытия, красота же – интенсивное впечатление, концентрированная форма наслаждения.

* * *

Любовь и Красота – силы Ананды, так же как Свет и Знание – силы Сознания. Сила присуща Сознанию и может быть названа частью Божественной Сущности. Ананда присутствует всегда, даже когда Сатчитананда принимает безличный аспект или предстает как единственное сущностное Бытие; но Любовь нуждается в Любящем и Любимом, Красота нуждается в проявлении, чтобы показать себя. Точно так же и Сознание присутствует всегда, но Знанию необходимо проявление, чтобы стать активным, должны быть Познающий и Познанное. Вот почему проводится различие между Анандой, которая относится к сущности, и Красотой, которая является силой выражения Ананды в проявлении. Это, конечно, философские различия, необходимые для ума, чтобы думать о мире и о Божественном.

Шри Ауробиндо

* * *

В мире форм недостаток Красоты – такой же большой изъян, как и недостаток Истины в мире идей. Ибо Красота – это преклонение, которое Природа воздает верховному Владыке вселенной; Красота – это божественный язык в форме. Сознание Божественного, которое не выражено вовне пониманием и проявлением Красоты, было бы неполноценным сознанием.

Но истинную Красоту столь же трудно открыть, понять и особенно воплотить в жизнь, как и любое другое выражение Божественного; это открытие и это выражение требуют такой же безличности и отречения от эгоизма как и открытие Истины или Блаженства. Чистая Красота универсальна, и нужно универсализировать себя, чтобы видеть и распознавать ее.

О Господь Красоты, сколько же оплошностей я допустила по отношению к Тебе и сколько их я продолжаю допускать… Даруй мне совершенное понимание Твоего Закона, чтобы я могла больше не отступать от него. Любовь была бы несовершенной без Тебя; Ты – одно из самых совершенных ее украшений, Ты – одна из самых гармоничных ее улыбок. Иногда я неправильно понимала Твою роль, но в глубине своего сердца я всегда любила Тебя. И даже самые произвольные, самые радикальные учения были не в силах погасить огонь того поклонения, которое я с самого детства воздавала Тебе.

Ты не есть то, что люди тщетно думают о Тебе, Ты не привязан исключительно к какой-либо частной форме жизни: можно пробудить Тебя, заставить Тебя сиять в каждой форме; но для этого нужно открыть Твой секрет.

О Господь Красоты, даруй мне совершенное понимание Твоего Закона, дабы я больше не преступала его и дабы Ты мог стать во мне гармоничным венцом Господа Любви.

* * *

О Красота, ты мой путь к Божественному.

Мать

* * *

Многие мыслители считают, что красота и благо – это одно и то же, и хотя эта идея может быть не вполне правильно выражена, она, если взглянуть на нее с правильной точки зрения, представляет собой не просто истину, но фундаментальную истину бытия. Согласно нашей собственной философии весь мир произошел из Ананды и возвращается в Ананду, и триада, в которой Ананда может выражать себя, это Радость, Любовь, Красота. Видеть божественную красоту повсюду в мире, человеке, жизни, природе, любить то, что мы видим, и черпать чистое незамутненное блаженство в этой любви и этой красоте – таков предначертанный путь, по которому человечество в целом должно восходить к Богу. Это достижение Видьи через Авидью, Единого Чистого и Божественного через многообразное Его проявление, о котором снова и снова говорят Упанишады. Но блаженство должно быть чистым и незамутненным, не замутненным эгоистическими эмоциями, не замутненным болью и злом. Восприятие хорошего и плохого, красивого и некрасивого, которое омрачает наше понимание и наши чувства, должно быть заменено акханда расой