Андрей Акулов
История дикой планеты

«Мысль – наилучший космический корабль!»

Неизвестный мечтатель

Пролог

Эту историю мне рассказал… точнее я ее нашел у себя в голове после того как… Нет. Расскажу все по порядку. Это было совершенно обычное утро – весна, суббота, солнце. Разделавшись со всеми сельскими заботами, я вышел из дому, отвязал Шарика – это мой сторожевой пес самой распространенной породы, и уселся на лавочку возле забора медитировать на прыгающие по старой дороге пыльные автомобили. Суббота же – утро, весна, солнце…

– Добра здравия, дед Гнат, – крикнул я старику соседу, спящему на лавочке вместе со своим старым псом.

Тот как всегда не ответил – совсем оглох старик. Прищурившись и выставив вперед руку – Шарик принялся лизать мне пальцы – я мысленно поприветствовал аиста, одиноко стоящего на столбе у дороги. В ответ аист захлопал огромными крыльями и, задрав голову к небу, закурлыкал весеннюю песню. Я улыбнулся, радуясь жизни, а он повернулся и заглянул мне прямо в глаза. Я оцепенел, как будто залпом выпил стакан спирта: вокруг все потемнело, и перед моим взором понеслись видения, словно я сидел в кинозале…

1

– Мур-р-р… В истории планеты, – лениво протянул десятилетний кот-подросток Ролл, склонившись над полупрозрачным планшетом, – выделяют три периода развития цивилизаций: ранний, средний и современный. М-мда…

Планшет – гибкий прямоугольник с текстом и всплывающими слайдами – шлепнулся на стеклянный стол, словно холодный блин и почти слился с поверхностью. Ролл поднял передние лапы, сладко зевнул, показав молодые острые зубки и потянулся, дугой выгнув спину. Затекшие мышцы напряглись, судорожно подергиваясь. По серому, с разноцветными спиралями телу пробежала серебристая волна. Кот сполз со стула, встал на четвереньки и быстро скрылся за дверью кухни. Хлопнул холодильник, взвизгнул проехавшийся по тарелке нож, и Ролл вернулся к столу уже на задних лапах, неся ломоть батона, толстомазаный сливочным маслом с красным покрывалом икры. Он вскарабкался на стул, откусил огромный кусок и стал водить глазами по экрану планшета:

– М-м-мр… А, вот!.. Цивилизации раннего периода представлены только примитивными приматами… – он откусил снова и, с наслаждением чавкая, пробежал глазами несколько строчек. – Они занимались главным образом охотой, собирательством, начальным земледелием и скотоводством… Мр-рам… Формируется обширный пантеон богов, в измененном виде кочующих в сменяемые друг друга культуры… Приматы разделяются на три вида: чернокожие, желтокожие и белокожие… Наблюдаются постоянные войны за ресурсы, ареалы обитания и столкновения на религиозной почве… М-м-м… Очаги цивилизаций движутся по поверхности планеты вместе с благоприятными условиями для жизни… На этом этапе ранние приматы уже сосуществуют с примитивными грызунами, кошачьими и псовыми видами млекопитающих.

Ролл закинул остатки бутерброда в рот и продолжил, откинувшись на спинку стула и поигрывая искусно расписанным хвостом:

– Средний этап развития характеризуется массовым переселением и смешиванием видов приматов… Развитие сельского хозяйства… Это понятно… Мр-р, – он облизал лапу и, пробежавшись глазами, продолжил.

– Установление веры в единого бога, несмотря на различия в толкованиях намерений божества, выраженных в откровениях религиозных лидеров, не соединяющихся в общую картину.

Религиозные и территориальные войны. Угу, мур-р… Научный прогресс. Изучение устройства вселенной. Мдамр-р… Начало теорицизма и работы с сознанием. М-мр-р… Кошачьи и псовые млекопитающие приобретают новый статус и становятся полноправными членами семей. У них развивается зачаточный интеллект. Увеличение продолжительности жизни… Ум-мр-р…

Ролл посмотрел поверх планшета. Там, на матово-белой стене пробежала строчка черных букв: «Дверь открыта. Добро пожаловать, Эол» и медленно растворилась в туманной белизне. Рядом, словно разбуженные ото сна всплыли: сокращенное до неузнаваемости чье-то расписание, столбики памяток, цифры, закладки, не отвеченные сообщения… и так же тихо исчезли. Это проснулась домашняя система, открыла дверь внизу и вернулась в режим ожидания, оставив на стене запись о своих действиях.

«Головастик будет через пять минут, если его не отвлекут, а такое с ним обычно не случается», – подумал Ролл и продолжил:

– Средний этап представлен индустриальной и союзной цивилизациями. Известно, что индустриальная цивилизация закончилась мировой войной, вспыхнувшей в результате перенаселения планеты и достижениями в военной индустрии… Развитие космонавтики… Ага-мр-р… Стоит особо выделить союзную, при которой были отменены государственные границы. Это сопутствовало прекращению войн, отказу от вооружения, объединению всех разрозненных культур в общее достояние приматов, которые к тому времени уже не разделялись по внешним признакам… Создание единого правительства… Объединение религий… Переход на общий язык. Открытие первых школ для котов и собак. Увеличение размеров мозга и тела у разумных млекопитающих. Мр-р… Та-ак… Первые два этапа объединяет вера в богов, воинственность и деление населения на касты по роду занятий, положению в обществе, происхождению и материальному состоянию…

– Мр-р-р, привет, полосатый…

Ролл подскочил на стуле и уставился в угол экрана. Там появилась ухмыляющаяся кошачья морда с растопыренными усами и мяукнула:

– Мыр-р мыр-р-р. Чего поделываешь?

– Привет, Риз. Историю повторяю: выпуск через неделю!.. Скорей бы уже.

– Чего так?

– Надоело жить в этой общаге с тупой собакой и приматом. Да еще родители.

– А куда подашься после выпуска?

– Не знаю еще. Думаю поколесить немного по свету, а там видно будет…

– Путешествовать?.. – Риз выпучил глаза. – В теле?.. У тебя что, сломалась капсула реальности?

– Мр-р… нет.

– Поставь себе первый уровень и наслаждайся укусами комаров на полярных болотах!.. Путешественник!

– Может, осяду где-нибудь, – мечтательно проговорил Ролл. – А ты?

– Я тут останусь. Меня хозяйка держит. Так и сказала: «Выпуск для тебя – только бумажка с печатью», – проговорила пухлая кошачья морда и быстро оглянулась.

– Ты же свободный кот! Иди куда хочешь!

– Да, но я не хочу уходить от нее, – Риз развел лапами. – Я и тут свободный кот и хожу куда хочу. Зачем ехать куда-то? Мне нравится помогать хозяйке писать картины-визуализаторы. Знаешь, она увлеклась религиозной и военной тематикой. Мы сейчас изучаем историю войн и религий, чтобы воплотить ее в устойчивой визуализации – это сейчас модно.

– История войны? – Ролл скривился. – В моем курсе такого нет. У меня лишь вскользь упоминается о войнах как о первобытном способе захвата территорий и решении религиозных споров у дикарей.

– Этого нет ни в одном официальном курсе, – оживился кот, – Это вообще раньше была запретная тема, забытая на тысячелетия. Сейчас писатели и художники всего мира копошатся в архивах.

– Хм… Война… Религия… В войнах бессмысленно убивают, а ресурсы тратят не на улучшение жизни, а на более изощренные орудия убийства, часто оправдывая это требованиями религии. Бессмысленно!

– О-о! Далеко не бессмысленно! Это двигатель древней истории, забытый в современном обществе… Вот, смотри.

– Ну, давай, – Ролл скривился.

По планшету поползла черная тень, мелькнули всполохи огня, и все заволокло сизым дымом. Послышались треск оружейных выстрелов и гром разрывов. Блеснул огонь, облизав края планшета – Ролл отпрянул от экрана – и в рассеивающемся дыму стали проступать горящие развалины. Что-то зашевелилось в тени, и кот увидел в отблесках пламени искаженное болью лицо молодого парня, он, стиснув зубы, перевернулся на живот и пополз. Когда солдат приблизился, стало заметно, что ног у него нет: из обугленных штанин торчали две разорванные культи, кровь толчками выплескивалась на обожженную землю, и в черных лужах отражалось зарево пожара.

– Это трагедия и триумф, страсть и боль, – сквозь канонаду и рев пожара пробивался голос Риза, – страх и отвага, ненависть и любовь – все смешивается в один клубок и горит, горит огнем!..

– Дикость! Убери это!..

Планшет мигом приобрел нейтральный матовый цвет.

– Постой-постой, это только начало! Смотри дальше!..

– Я даже не хочу больше слышать об этом!

– Ты просто не знаешь. Это сидит в каждом из нас, просто очень глубоко, но ты посмотри, посмотри на них… – размахивал лапами Риз.

– Фу!.. – перебил Ролл. – Для этого существует спорт! А если хочется пожестче – криминал и полиция… Ну ладно, чего хотел-то? Давай быстро, я занят.

– Ничего. Просто поболтать. Ты как? Про аномалии слышал?..

– Нет.

– Смотри.

На планшете появилась взволнованная толпа людей, сгрудившаяся вокруг полупрозрачной субстанции, распластавшейся на полу. Она шевелилась и нервно подрагивала, словно пыталась уползти, как показалось Роллу. Камера приблизилась, и сквозь мутноватый студень проступил искаженный рисунок пластикового пола. Вещество забурлило, вспенилось и вмиг исчезло, не оставив и следа. Толпа охнула.

– Ну? – спросил Риз. – Что ты думаешь?

– Думаю, что в сети можно найти всякую чушь!

– Об этом шумит весь ученый мир!..

– Спорить можно долго. Все, пока! – Ролл клацнул аккуратно подстриженным когтем по красному крестику над левым ухом обиженной мордочки, и картинка скомкалась в черную точку.

Ролл насупился, фыркнул и продолжил читать:

– Современный этап представлен свободомыслящей цивилизацией различных видов равноправных млекопитающих, но, несомненно, она не является окончательным проявлением стремления разумной жизни к совершенству… Это прямой потомок союзной цивилизации… Угу…

Главное достижение – законы Свободы, гармонично регулирующие жизнь каждого из видов разумных существ… Прекращение изучения истории войн и завоеваний. Ага!.. Что послужило принятию идеи всеобщего миролюбия и нравственности… Врожденная агрессивность полностью воплощается в спорте… Отказ от религиозного учения приводит к трансформации оного в управление состоянием сознания. Это породило новые фундаментальные науки, плоды которых успешно используются и развиваются в современном мире…

Дверь с легким шипением заехала в стену, и в комнату вошел бледный человек неопределенного возраста с лысой головой, похожей на дыню.

– Занимайся, Ролл, не обращай на меня внимания, – сказал Эол. Длинными костлявыми пальцами он отстегнул рычажок вакуумного замка серого термокомбинезона и стащил его с худого белесого тела.

Кот застыл в нерешительности. После секундного колебания все-таки сполз со стула, зажал планшет под мышкой и шмыгнул в маленькую дверцу между столом и шкафом, ведущую в кошачью комнату.

– Я сейчас ухожу работать, можешь продолжать готовиться, – крикнул Эол ему вслед.

Но Ролл уже закрыл дверь, фыркнул и прыгнул на небольшой диванчик. Тотчас комната взорвалась ярчайшими оттенками всех цветов радуги на черном фоне стен. Отовсюду пронзительно завизжало наложенное на глухое тарахтение дикое мяуканье.

– Стоп! – крикнул Ролл, остановив музыку, и стены потухли. – Я читаю.

Комната плавно посветлела, став матовой, и только кое-где по стенам медленно поползли едва заметные тени, словно облака. Еле уловимо для глаза белый цвет то розовел, то отливал синим, медленно зеленел, постепенно меняясь в оттенках.

Ролл любил читать. При таком освещении в голове легче и ярче рисовались образы. Они двигались и переносили читателя в воображаемый мир, словно засасывая прямо в гущу событий. И звук, тихий, почти не слышный… Особенно ему нравилось читать так о приключениях и научных открытиях, подключая планшет к видеостенам. На полях книги были отмечены кнопки, при их нажатии на стенах рисовались тенями картины происходящего на странице или в абзаце. Но неявно, чтобы не отвлекать, а только слегка намекая на происходящее смутными силуэтами.

Система формирования иллюзий, используемая Роллом, применялась при обучении людей визуализации, для удерживания образов и при конструировании целых систем образов. На основе этой технологии развились все современные методы исследования далекого космоса.

Эол повесил комбинезон в шкаф-чистку, туда же полетели мягкие сапоги. Переодевшись в домашний свободный костюм, он посмотрел на закрытую кошачью дверь.

Почему этот кот меня избегает? Каждый раз, когда мы встречаемся, Ролл норовит скрыться с глаз, будто что-то натворил. Впрочем, и его отец Бурый, когда был котенком, тоже избегал меня, но потом, когда встал на ноги, то чувствовал себя уже… если и не хозяином, то полноправным соседом. С Роллом будет так же…

Босые ноги приятно холодил пластиковый пол. Эол потянулся и прошлепал на кухню.

Он не любил выходить из дома. И не пошел бы никуда, а просто поговорил бы, не выходя из кабинета, будь это встреча с кем угодно, но… это была Анни. Кроме того, она сама пригласила его…

«При живом общении мы сможем прийти к более продуктивным выводам» – сказала она. У Эола внутри все сжалось, и он, заикаясь, промямлил в ответ: «Да-да, конечно… я тоже так думаю».

Они вместе работали в институте, точнее, трудились в одной сфере: исследование органической жизни на других планетах, подготовка к зарождению жизни и влияние на ее развитие.

Анни знала, что вытянуть его из дома не каждому удается, и когда он принял приглашение, сразу побежала в дом красоты.

Да, Эол не любил выходить из дома. И не потому, что боялся или чурался больших скоплений представителей всех разумных видов планеты: он просто любил свою работу. Вообще-то назвать работой исследование глубин космоса у Эола не поворачивался язык. В своем кабинете он проводил все свободное время и даже больше, порой засыпая прямо на столе-имитаторе вселенной или на диване для отдыха. Он не был каким-то особенным, и считать себя счастливчиком у него тоже не было оснований. Человеческое развитие шагнуло далеко вперед, и каждый работал в той сфере, в которой ему было комфортно и интересно – чаще всего в науке. Для других работ существовали менее развитые существа. Они прекрасно справлялись с ней и получали не меньшее удовольствие.

В устройстве современного объединенного социума главенствовал закон Свободы, который подразумевал понятие «дело жизни» – каждый член Свободного Общества занимался только любимым делом. Начальное образование было направленно на поиск такого занятия, а далее шло уже профессиональное обучение, длившееся ровно столько, сколько требует будущая профессия. Случались и ошибки в изначальном выборе «дела жизни», но это легко решалось переобучением.

Естественно, не все сферы деятельности пользовались популярностью, но благодаря роботизации эти ниши были благополучно заполнены: инженеров, занимающихся роботостроением, было предостаточно.

Все домашние заботы Эол предпочитал разделить между домохозяйкой кошкой Мисси и электронной домашней системой, на микропроцессоры которой ложился весь груз ухода за жителями квартиры. Чем конкретно занималась Мисси, для Эола было полной загадкой. Ее он старался избегать и, услышав звонкий голосок в прихожей, тут же прятался в кабинете…

– А-ай!..

Из-за угла вырулило блюдце пылесоса, и босая нога ученого, зацепившаяся ногтем большого пальца, чуть не опрокинула полезное устройство. Пылесос взвизгнул потерявшими опору колесами и покатил дальше, как ни в чем не бывало.

Эол схватился за палец, пульсирующий от боли. Теплая, вязкая струя полилась на пол.

«Как теперь работать? – мелькнула мысль. – Боль будет все время отвлекать и не даст сосредоточиться. А сейчас как раз надо было исследовать новую область в галактике № 3385Р00А48М729Е71954. И где сейчас эта Мисси, когда она так нужна?»

Он проскакал на одной ноге, оставляя на полу дорожку кровавых капель, в большую комнату, где недавно занимался Ролл, и простонал:

– Где аптечка?

На стене замигал курсор, и высветилась надпись: «Шкафчик № 14 – Аптечка», а в строке «Загрязнение» замигало: «Точечное загрязнение» и побежала строчка координат каждого пятнышка крови. На срочный вызов домашний блюститель порядка выехал незамедлительно. Пылесос быстро справился с кровавыми следами по дороге к шкафчику № 14 и уже путался под ногами, ловя капли чуть ли не на лету.

– Да, уйди ты! – Эол подскакал к дивану, плюхнулся и стал заматывать палец бинтом с остро пахнущей мазью.

На стене вновь замелькали буквы: «Дверь открыта. Добро пожаловать, Мисси».

Эол не любил голос домашней системы и отключил звук, чтобы не слышать постоянных: «кончилось молоко», «протечка в узле № 48», «температура выше нормы…» и все в том же духе. К тому же от постоянного нытья с легким, едва уловимым приказным тоном Эола никогда не оставляло чувство, что это он является работником по дому.

В обязанности Мисси входило читать эти сообщения и по мере необходимости, а также своей врожденной безответственности, устранять все проблемы, заказывая недостающие продукты, запуская сбившиеся программы домашней техники и вызывая ремонтников.

Почти бесшумно открылась дверь.

– Где все, мр-р-р?.. Что у вас тут стряслось? Вот я сейчас шла вдоль, мяу, э-э… – донеслось из прихожей певучее звучание голоса Мисси, похожее на трель колокольчиков. – Как ее? Улица… ну, не важно. Вот там только что… О-ой!.. Что случилось!? – она бесшумно подбежала, чуть виляя хвостом и неся передние лапки перед собой, словно в них была невидимая сумочка.

От некогда белого цвета ее меха практически не осталось и следа. Все лапы были выкрашены в черную сеточку. С розового воротничка на шее по всему телу брызгами разлетались мелкие алые крапинки. Они росли, краснели, багровели и сливались с чернотой лап и хвоста с наращенным веером пушистых золоченых ворсинок на радужном кончике, что придавало ему сходство с пером павлина.

Ее мягкие, теплые подушечки пальцев нежно обхватили ногу Эола:

– Больно?.. – она сочувственно подняла большие, с черными стрелочками глаза, но тут же стала кружиться вокруг, стараясь что-то увидеть под неумело намотанным бинтом. – Ох!.. Ох!.. И некому вызвать врача!.. Сейчас…

– Не надо врача, – простонал Эол.

Поздно.

– Эол, что случилось? Ты заболел? – на стене появилось озабоченное лицо в очках.

– Ничего-ничего, доктор Вернц. Здравствуйте.

– Добрый день. Я вижу, вы поранились. Скоро буду, не волнуйтесь. Проведу по страховке, так что будете спокойно отдыхать. С вашей профессией это просто необходимо.

– Доктор, не надо приезжать. Я уже перебинтовался и. я не собирался вас тревожить по такому пустяку. Это вышло случайно, – Эол покосился на Мисси.

– Как это не надо?.. У тебя там перелом! Я вижу… вот, – встряла кошка.

– Мисси, ничего страшного. Просто ушиб ногу об м-м… – скривился ученый.

– А кровь!? Откуда кровь!?

– Небольшая ранка и все. Я уже перебинтовал. Мисси, займись домом. Извините, доктор. До свидания, – Эол пожал плечами.

Вернц кивнул и отключился.

– И ты должна была приготовить обед к моему приходу, а на кухне вчерашние объедки…

Единственным способом избавиться от заботы этой кошечки – было ткнуть ее мордочкой в обязанности. Эол это знал и нагло пользовался своим знанием.

Глаза Мисси увеличились вдвое, хвост качнулся:

– Уже иду, мур-р… – она легонько запустила острые коготки с розовыми кончиками Эолу в ногу и улыбнулась.

«Она не обиделась», – подумал он.

Мягко ступая на задних лапках, Мисси прошла в коридор и через секунду вернулась. В коготках она держала зефирку:

– Вот, мр-р… Через пять минут жду тебя на кухне, милок, мр-р…

– Принеси мне в кабинет, пожалуйста. Я буду работать.

Мисси пожала плечами, отвернулась и поплыла прочь из комнаты, еле слышно мурлыча какую-то мелодию и виляя хвостом в такт.

Эол проводил ее взглядом: она не обиделась, она всегда была такой. Со временем менялась только расцветка шерсти в цвет моды, да периодически появлялась новая стрижка. Но манеры не изменились с тех самых пор, как Бурый привел ее в дом. «и это фамильярное «милок» просто выводит из себя», – думал Эол, жуя сладкий зефир.

– А где Ролл? – донеслось из кухни.

– У себя, – ученый встал и поспешил в кабинет, прыгая на одной ноге.

– А Бурый не появлялся?

– Со вчерашнего дня не было, – он открыл дверь своего убежища.

– Ро-олл, малы-ыш, мур-р… смотри, что я тебе принесла-а…

Эол захлопнул дверь и все разом стихло. Ни один звук не проходил через эту защиту. Все. Тут его территория и войти сюда можно только с его разрешения. В кабинете царил вечный полумрак. Черные стены, казалось, отсутствуют вовсе, и вокруг пустота, вакуум.

Эол уселся за пульт управления, быстро проверил рабочую почту. Там не было ничего нового, кроме утвержденного задания на исследование спиральной галактики № 3385Р00А48М729Е71954, кое-каких рекомендаций и ранние записи по ней.

Ничего необычного не ожидалось: несколько десятков планет с подходящими для возникновения жизни условиями на основе кислорода и углерода.

Сегодня ему надо было только правильно настроиться, попытаться поймать сигналы галактики и проверить координаты первой планеты в списке. Он тут же занялся последним.

Когда все было готово, Эол откинулся на спинку стула и скривился от пульсирующей боли в пальце. Где Мисси с обедом?.. Он глянул на часы: прошло уже сорок минут. Начинать на голодный желудок не хотелось.

– Мисси! Обед готов?.. – крикнул он в приоткрытую дверь.

– Обед?! Мяу… Ну конечно! Минутку и все будет, – донеслось сквозь ритмичное мяуканье музыки. – Тут у нас много неотложных дел…

Эол покачал головой:

– Дверь будет открыта.

Что означало на самом деле: «Я уже не могу ждать, и это переходит всякие границы».

Он вернулся за пульт. Через пять минут дверь тихонько отворилась, и в темный кабинет проникла полоска света вместе с белой мордашкой.

– Эол. Не отвлекаю? Все готово, – Мисси вкатила маленькую тележку. На белой скатерти стояло несколько блюд, закрытых блестящими куполами-крышками.

Ученый не поворачивался. Надо было дописать длинный набор букв и цифр, пока он еще ясно стоял перед глазами. Эол тряхнул головой: Мисси как всегда вовремя…

– Приятного аппетита, мр-р… – прозвенела она в самое ухо, щекоча шею коротенькими золочеными усиками, и вышла, мурлыча себе под нос.

Эол торопился. В животе заворочалось, заворчало в предвкушении… Чего? Полуфабрикаты? Едкий запах проник в нос. Что она там делала все это время?.. Когда Бурый только привел Мисси в дом, она была… да всегда эта кошка была такой, только раньше она притворялась, что ей нравится готовить. Эол даже купил ей поварскую установку с анализаторами и датчиками вкуса. Теперь она покоилась в углу, постепенно зарастая сверху всяким мусором, и использовалась только как тумбочка. Интересно, что в ней сейчас хранит Мисси? Эол уже не раз предлагал ей пройти переобучение, но эта кошка только злилась на него за такие слова и принималась убеждать, что домохозяйка – это и есть ее призвание. Доказывала же она свое предназначение, обычно выпекая какое-нибудь печенье.

Ученый с силой вдавил последнюю цифру и развернулся к столику.

Даже дверь не закрыла. она это специально! «Нет… Ну что это я, в самом деле, – подумал он и попытался улыбнуться, но вышло как-то криво. – Все наладится…»

Эол схватил вилку и целиком отдался делу утоления голода.

Встреча с Анни прошла совсем не так, как это грезилось накануне. Он во всех подробностях представлял себе утреннее свидание, но все равно вышло как-то не так. Все пошло не так с самого начала. Нет. Это была не ее вина и не чья-либо вообще. Просто так получилось… Эол не привык к общению с женщинами наедине, тем более в такой обстановке, а кафе было как будто специально предназначено для свиданий. Наивные сердечки кругом, цветы, эта музыка. Может, именно это его и смутило? Показалось слишком открытой демонстрацией намерений. Намерений кого?.. Анни?.. Ведь кафе выбирала она…

Эол перестал жевать, и ложка зависла на полпути.

Дурак!.. Зачем я все время говорил о работе?.. А она слушала и молчала… Это все неловкость… Я болтал как… как Мисси! А она молчала… Вот же дурак!.. Боязнь прямого общения?..

Но, несмотря ни на что, после этой встречи он впервые шел домой пешком. Даже не шел, а танцевал, загадочно улыбаясь немногочисленным прохожим. Ему не хотелось думать о том, что все прошло не так и… точнее ему казалось, что все прошло именно так, как и должно, пусть и немного отличаясь от задуманного ранее, но все равно прекрасно!..

Эол приоткрыл дверь и тихонько выкатил тележку прямо в звуковую стену из кошачьей музыки, похожей на визг десятка связанных хвостами котов. Сквозь незатейливую мелодию слышались два или три одновременно работающих телеканала, неизвестное шипение и:

– Киса, послушай меня, подруга, мур-р, ты – красивая кошка, зачем тебе менять уши?..

Звуконепроницаемая дверь оставила этот вопрос без ответа. Все. Теперь за работу! Эол сел за пульт, закончил вводить координаты и запустил эмулятор вселенной.

Вся комната вмиг почернела, словно взмыла в космос. Вокруг засияли холодным блеском мириады звездных скоплений. Внизу у двери чуть заметно крутилась родная синяя планета, размером с мяч. Галактика, в которую предстояло отправиться, еле заметно подсвечивалась красным светом где-то на потолке, скрытая тысячами других близких и далеких звездных систем. Сегодня был пробный виртуальный ознакомительный полет. Только, чтобы зафиксировать в памяти галактику, звезды, планеты и их спутники. Найти планету под номером Т03 и попытаться стать ее обитателем, а самое главное – проследить точную кривую отраженного планетой света до наблюдателя – Эола и даже дальше. Изучение начнется именно с этого света. В нем видна вся история планеты: от зарождения до нынешнего состояния. Практически это путешествие во времени назад в прошлое планеты и ее обитателей, если такие есть.

Следующий этап – это влияние на живые организмы с целью изменить направление движения эволюции, если такое необходимо, зарождение жизни, где это возможно и переселение человеческого разума к гоминидам. Но об этом еще было рано думать. Сейчас только начало исследований.

Эол лег на холодный металл антигравитационного стола. Слегка поморщился от неприятного ощущения. Рука привычно нащупала кнопку, и он мягко воспарил над зеркальной гладью установки. Сладко потянулся, хрустнул суставами, принимая привычную позу. Мысли потихоньку успокаивались, палец на ноге немел: ему похоже нравилось висеть в воздухе.

– Поехали, – скомандовал себе ученый.

Пространство вокруг пришло в движение. Звездная картина начала медленно приближаться. Сбоку исчезла синева родной планеты. Эол ускорился, и холодный безжизненный космос поглотил его, сделал одинокой песчинкой в беспредельной глубине вселенной. Движение сквозь пространство постепенно стало подчиняться воле. Немного привыкнув к управлению, он перешел на сверхсветовую скорость и через несколько секунд подлетел к красному гиганту. Он мог бы это сделать в один миг, но ему нравилось испытывать чувство контролируемого полета. Эол замедлился и немного полюбовался завораживающим видом старой звезды. Вокруг гиганта вращались не менее двадцати планет, а чуть в стороне длиннохвостая комета отдалялась, уходя в глубины космоса.

Окончательно освоившись, Эол вышел на курс нужной галактики и в мгновение ока подлетел к первым звездам. Тут, в середине спирали и была его первая цель – небольшая планета с железным ядром, имеющая все шансы стать обитаемой.

Через секунду перед ним появилась обычная звездная система, достаточно молодая, но уже сформировавшаяся. Третья от желтой звезды красавица находилась в своем первозданном буйстве, словно кипящий котел. Вся затянутая серыми клубами туч, смешанных с дымом, пылью и пеплом, планета только готовилась стать матерью для миллиона живых организмов.

Эол какое-то время полюбовался издалека, быстро облетел ее по кругу и нырнул в тягучие облака, лежащие одеялом прямо на темно-рыжей каменистой земле, изрезанной потоками застывшей лавы.

Тот, кто воссоздавал планету, не потрудился уделить внимание деталям, и при ближайшем рассмотрении она стала совсем «неживой». В глаза бросались криво, угловато построенные искусственным интеллектом первобытные лавовые пейзажи: одинаковые горы на горизонте, кратеры, вулканы и даже камни под ногами имели схожую между собой форму. Будто единожды созданный участок поверхности размножили и перемешали по всей планете. И это даже не было воссозданием реальной части этой планеты: бесчувственная фантазия искусственного интеллекта, слегка подкорректированная человеком.

Эол улыбнулся. Конечно, не стоило рассчитывать на подлинные ландшафты и правдоподобное состояние планеты. Все-таки это предварительный, даже скорее путеводный макет, сотворенный на основе света, шедшего многие миллиарды лет. В реальности планета уже давно выглядит совершенно иначе. Хоть это и модель, но – Эол покачал головой – редко встречаются такие плохо слепленные экземпляры. Сотрудник, который занимался этой системой, вбил результаты сканирования в программу воссоздания, и она сотворила это… Интересно, он хоть видел результат? И ведь наверняка так будет со всей галактикой.

Эол поднял осколок камня. Квадратные искусственные углы булыжника мгновенно преобразовались в естественные сколы, трещины и наплывы раскаленной лавы с причудливым разноцветным узором.

– Вот так должна работать визуализация! – сказал он и с силой швырнул камень.

Кусок породы влип в небольшой холм, словно в разогретую смолу, и мгновенно весь видимый пейзаж преобразился, превратившись в скалистую пустыню, разорванную кратерами и вулканами, каньонами и взъерошенными пиками. Подул ветер, срывая потоки пыли с острых выступов. Скалы засверкали кристаллами соли. В низко нависшем небе блеснула молния, ударил гром, и ветер принес первые струи дождя. Капли звонко застучали, зашипели на затвердевшей, но все еще горячей лаве, словно на сковороде, зашлепали по мелкой скальной крошке. Планета ответила возмущенными струями пара, шипя и клокоча как вечно недовольная старуха. Напор усилился, ударяя первобытную землю потоками влаги, и уже потекли извилистые ручейки. Сливаясь вместе, они устремились по старому лавовому руслу, теряясь в нагромождении скал.

Ученый улыбнулся.

Да! Вот такой она была! Эол это знал – сработал закон Притягивания реальности, запечатленной в древнем свете от далекой планеты. О!.. Что это за зрелище! Какое чувство первооткрывателя возникает, когда впервые видишь планету, воскрешаешь ее из прошлого. А ведь планета хороша! Ее ждет большое будущее. Как она выглядит сейчас?.. Неизвестно. Но такую ее точно еще никто не видел!..

Поток мутно-рыжей воды под ногами сковырнул булыжник, и забинтованный палец Эола обожгла резкая боль. Яркость красок, резкость, контраст – все разом исчезло. Появились углы комнаты, стены, потолок, на которые проецировалось корявое изображение далекой планеты.

– Глупый пылесос!

Палец пульсировал.

«Однако, – подумал Эол, – что первично: боль или падение камня?» «Точнее, спонтанный приступ боли спровоцировал видение падения камня мне на ногу, или этот случайно упавший булыжник вызвал боль? Хм. Все же, сначала открылась рана, а затем сработал закон Притягивания визуализации к реальности. Отсюда и появившийся камень, упавший на ногу», – рассуждал Эол, паря над столом. – «Или сначала визуализируемый осколок свалился на ногу и, запустив закон Притягивания, теперь наоборот, реальности к визуализации, вызвал боль. Нет, тут все не так просто. Здесь задействованы мои болевые ощущения в пальце, чего не должно быть в нормальном эксперименте с визуализацией, значит, это побочный эффект воссозданной реальности. К тому же, это визуализация прошлого планеты. Да. Но все же…»

Он стал вспоминать историю науки о визуализации: вначале был открыт закон Притягивания реальности к визуализации – иными словами, чем реалистичнее воссоздавался мысленный образ какого-либо предмета, действия или даже целого мира, тем быстрее сама реальность стремилась воплотить в себе воображаемое явление. То есть, если долго визуализировать что-то, то это обязательно появится в жизни. Но это процесс медленный и ненадежный. Он не принес практической ценности и был благополучно забыт. Но такое знание дало толчок к открытию закона Притягивания уже визуализации к реальности, заключающийся в воссоздании реальности из визуализации ее образа, при этом фантомное тело экспериментатора фактически переносится в визуализируемую вселенную в ее действительном воплощении. Оба эти явления развились в науку изучения далекого космоса…

Перемотанному пальцу стало тепло и сыро: кровь проступила сквозь бинт, и первые капли уже полетели на отполированный стол. Замигала еле заметная надпись на стене: «Точечное загрязнение».

Эол нажал кнопку отмены действия антигравитации и плавно опустился на металлическую поверхность: поработать больше не получится. Да и для первого раза достаточно. Надо только еще немного посидеть с цифрами, полностью рассчитать кривую света и… Эол встал и заковылял к двери: позже можно будет проверить старые проекты.

– Ничего страшного, Мисси, не случилось, – начал он, едва только щелкнул замок, – Просто бинт ослаб, и рана вновь начала кровоточить…

– Я уже думала… Мяу! Стучу-стучу, а он молчит!.. Доктор Вернц уже весь перенервничал!.. А у тебя закрыто! Эол, ты почему закрылся!?

На ближайшей стенке появилось лицо в очках.

– Извините, доктор, – Эол поклонился и повернулся к Мисси. – Мой кабинет звуконепроницаем, ты что, не помнишь? Я же сказал, что работаю.

– Но почему? А случись что? Вот как сейчас!..

Между ног протиснулся пылесос.

– Принеси бинт, Мисси. Доктор, еще раз извините, все в порядке.

Лицо в очках кивнуло и исчезло. Тут же дом взорвался кошачьей музыкой.

– Тишина! – выпалил Эол и поковылял к дивану.

Звук разом стих, но через секунду послышалось пение Мисси:

– Мур-мур-мур-мур-мур-миау-мр-р-р-ми-мау.

– Мисси! Помолчи, пожалуйста!

– Как скажешь, милок, – она появилась в дверях, стоя на задних лапах и виляя хвостом.

Палец тотчас перестал болеть. На ее теле белела коротенькая маечка и крахмальная волнистая юбочка с бордовой каймой, а на голове аккуратненькая шапочка медсестры с жирным красным крестом. В руках она держала аптечку и огромный, словно насос, шприц. «И когда она успела переодеться?» – подумал Эол.

– Будет немного бо-бо, котик, – сказала Мисси и принялась развязывать бинт.

– Что!? К-к… – он поперхнулся.

– Ну-ну… Мр-р-р. Ты же мужчина!

– Но…

– Сидите смирно, больной, или придется сделать укольчик, – она сверкнула глазами, а хвост нервно вздрогнул.

Эол вздохнул и откинулся на спинку дивана: эта кошка все равно сделает по-своему, иначе опять вызовет доктора.

– Ну, вот и молодец. Что тут у нас?.. Ап!..

Резкая боль обожгла палец. Он загорелся, пульсируя волнами жара, и разразился потоком теплой жидкости. Эол чувствовал, как кровь полилась на пол.

– Все-все-все… Все уже позади. Сейчас перебинтуем, и будешь как новенький. Смотри, что ты наделал… – обернулась она к пылесосу, уже заляпанному сверху кровью, но все так же бодро воюющему с точечным загрязнением. – Убирай теперь. Ну… вот… и… все.

Эол осмотрел аккуратную повязку и улыбнулся:

– Спасибо, Мисси.

– Мур-р-р?.. – кошечка повела ушами и наклонила голову.

– Да!.. Хороший… костюм.

– Тебе нравится? – она закружилась, демонстрируя себя со всех сторон.

– Да. Да-да!.. Очень!..

– Тут не висит? – Мисси повернулась задом.

– Нет. Все сидит как надо.

– Мур-мур-мур-мур-мур-миау-мр-р-р-ми-мау-ми-и-мяу… – она вышла, пританцовывая и размахивая огромным шприцем.

«Бурому точно понравится», – улыбнулся Эол, провожая ее взглядом. Он сполз со спинки и растянулся на диване, сунув под голову руку.

Может, позвонить Анни?.. А что сказать? «Привет, Анни! Как дела!?» Нет. «Здравствуй, Анни. Я рад снова видеть тебя…» М-м… Нет. Может, «Анни!? Не ожидал! Прошу прощения. Я работал и случайно сказал «аннигиляция» и система неправильно поняла… но я рад такой случайной встрече…». Нет. Как-то… по-детски… Анни… Анни…

Перед глазами появилась она. Эол был мастером визуализации, и сейчас они улыбались друг другу гораздо смелее и откровеннее, чем недавно в кафе. Анни была красива по меркам любого из представителей разумной жизни по простой причине – в ее лице и теле были полная симметрия и гармония: большие зеленые глаза, маленький носик, небольшой ротик с наливными губками, грудь, талия, бедра. «Не обошлось без корректировки ДНК при зачатии», – подумал Эол. Но, надо отдать должное ее родителям, они не сотворили из Анни копию какой-нибудь популярной в то время звезды. Она не была похожа на однотипных высоченных белокурых ровесниц с широкими плечами, тогда, кажется, была популярна спортсменка-воительница Гром из реалити шоу «Драконы Конделунии», искусно молотящая всех подряд, и Анни не пришлось менять имя и внешность. Хотя, кто знает?.. Но ее взгляд… Его нельзя было вывести в лаборатории. Он делал из Эола голого мальчика на центральной площади, медузу на берегу, истукана; и в тоже время смельчака, отчаянного исследователя далеких планет, героя!

А может, просто: «Анни, я хочу…». Она смущенно поправила черные вьющиеся волосы, опустила глаза и прильнула к нему…

– Анни… – проговорил Эол мечтательно.

Стена покрылась рябью, и через мгновение появилось слегка удивленное женское личико. Большие зеленые глаза улыбнулись:

– Эол?..

Он подскочил. Руки забегали по дивану, стараясь угнаться за беспокойным взглядом:

– Я… Я работал… и случайно сказал «аннигилировать» и… вот… – уши налились горячим соком. Что я несу?

– Что же ты собрался аннигилировать? – она засмеялась и заложила за ухо прядь коротких ровных волос смоляного цвета.

– Нет-нет. Ничего. Это я так… думал.

– Что у тебя с ногой?

– Какой ногой!? Ах, это. Стукнулся случайно.

– С нашей работой – это серьезная травма, – сказала девушка. – Тебя в визуализации за палец еще никто не кусал?

– Нет-нет. Все в порядке, только упал камень… – Эол принялся рассматривать свой новый бинт.

Анни звонко расхохоталась:

– Пока не перестанет болеть – еще и не такое будет. Вообще-то это сильно мешает работать и создает помехи в реальности визуализации, так что не спеши делать отчеты о кровожадности обитателей своей планеты.

– На той планете еще и жизни-то нет… только очень кровожадные камни, – он улыбнулся. – Я изучал первоначальный макет… Вот и все…

Эол замолчал, уставившись в пол. Анни тоже что-то теребила в руках.

Пауза затягивалась. Эол это чувствовал. Все, теперь он уже ни за что не сможет посмотреть на нее. Надо прощаться. Еще мгновение и он просто отключит систему…

– Ну, ладно, – сказала Анни. – Пока. Звони еще.

– Да-да. Конечно…

Она исчезла. Эол плюхнулся на диван. Обхватил горящие уши и улыбнулся: сработал закон Притягивания реальности к визуализации. «Надо быть осторожнее с образами… Но… Все не так плохо! Они поговорили! Пусть и не очень. но они больше узнают друг о друге, общаются, делятся новостями. Вот… ногу повредил. Она поинтересовалась моим самочувствием. Пошутила про работу… Опять работа… Хотелось сказать, какая у нее красивая прическа… У нее новая прическа! А я даже не заметил этого»… Эол провел ладонью по лысине: «Может, и мне сделать прическу?..».

Серой тенью прошмыгнул Ролл.

– Ролл, малыш, дай-ка я тебя… – донеслось из кухни. – Мяу-у, ми-иу…

Что-то звонко разбилось, послышалась возня, клацанье когтей по полу, смех, шипение и тяжелое дыхание.

Эол закрыл дверь кабинета и все стихло. Он запустил голографию набора аминокислот и долго всматривался в медленно вращающиеся в воздухе модели. Затем сменил их на изображения простейших белков, перешел к спиралям ДНК и РНК, хромосомам и закончил простейшими клетками.

Не то чтобы это надо было каждый раз делать: Эол прекрасно знал и уже тысячу раз их визуализировал, но он хотел настроиться на работу.

Сейчас ему предстояло отправиться на давно изучаемую планету Е07 или «Рыжик», как называл ее Эол. Планета находилась в соседней галактике и вращалась вокруг небольшой звезды.

Вбив координаты и запустив эмулятор вселенной, ученый лег на стол.

Он не стал тратить время на полет и в одно мгновение оказался в нужном месте. Планета Е07 висела совсем рядом как огромный баскетбольный мяч.

– Привет, Рыжик, – сказал Эол и стал медленно спускаться к краю наступающей на планету темноты.

Скорость тут уже была лишней. Надо полностью погрузиться в визуализацию, стать частью этой планеты, пусть и нереальной, фантомной, но чувство присутствия должно быть максимальным, граничащим с реальным пребыванием на враждебной планете в ее реальном времени.

Эол почувствовал притяжение. Стала припекать в спину звезда. Дыхание затруднилось и походило на питье ледяного жидкого пластика. «Достаточно», – подумал он и окружил себя подобием прозрачного податливого скафандра. Тотчас стало легче дышать. А мир вокруг прямо затрещал враждебностью, словно злясь на человека, который закрылся в уютную скорлупу от его невероятной силы. Эол погрузился в лиловые облака углекислого газа, на секунду ускорился, чтобы поскорее пройти мутный кисель, и притормозил почти возле самой земли. Плавно опустился рядом с кипящим источником и осмотрелся.

Неподалеку огромная скала выходила из земли, словно нос корабля, вздымающегося над бушующим океаном. За ней начиналось рыжее озеро, куда медленно тек ручей. Эол пошел пешком к водоему. Нет, он мог и подлететь, но хотелось просто пройтись. Под ногами хрустела пенистая лава, из земли вырывались струйки пара, в каждой лужице шипели, клокотали пузырьки газа. Планета жила.

Ученый взобрался на самый пик скалы и уселся, свесив ноги. Вдали ярко-красная звезда заканчивала свой бег по горизонту. Еще чуть-чуть и она нырнет в рыжее озеро. Красота!

Надо работать. Эол спрыгнул на край рыжего озера. Возле самой земли замедлился, но не коснулся ногами поверхности, а стал стремительно уменьшаться в размерах. Мир вокруг, наоборот, взорвался всеохватывающим ростом. Камни под ногами превратились в горы, закрыв горизонт. Песчинки, пыль – все росло и бурлило. Наконец мир превратился в полупрозрачный туман, с вибрирующими комочками материи. Под ногами они находились на одинаковых расстояниях друг от друга и старались придерживаться своих мест в причудливой решетке. Некоторые структуры, словно осколки, летали в воздухе, ударялись друг о друга и разлетались как бильярдные шары. Все пространство вокруг было заполнено различными сгустками и двигалось, при этом невероятно быстро дрожа.

Эол стал всматриваться в пролетающие скопления в надежде увидеть знакомые формы. «Как будто все составляющие молекул жизни на месте и прослеживается кое-какое сходство с нужным порядком, но процесс не стабилен», – подумал он и визуализировал молекулы аминокислот. Все вокруг словно по сигналу заметалось, запрыгало, и сгустки стали копировать созданные фантомы Эола. Миру словно скомандовали принять нужную форму, и он незамедлительно, со скоростью лесного пожара стал распространять строй молекул.

– Хорошо. Уже гораздо быстрее. А если сразу так?..

Эол увеличился в размерах, завернул спирали ДНК и воспроизвел молекулы РНК. Мир, как будто вспоминая прошлый урок, заколебался, но ненадолго и выдал завитки молекул.

– Молодец, Рыжик! А это тебе знакомо?

Он увеличился еще и воссоздал простейшую живую клетку. На этот раз мир стал неуверенно, с опаской соединять молекулы, формировать связи, но только до того момента, пока не воспроизвел первую модель клетки. Все вновь загорелось стремлением к копированию, мгновенно последовав примеру, и уже сотни самостоятельных живых клеток окружали Эола.

– И последнее… Нет. Догадайся сам, Рыжик… Ну… Ну?.. Молодец!..

Одна клетка вздулась, напряглась и разделилась надвое. Остальные, следуя ее примеру, взорвались диким желанием размножаться.

Эол увеличился и уже с достаточной высоты смотрел, как несколькими волнами распространяется, словно зараза, жизнь.

– Ну, дальше без меня, – он приобрел свой нормальный размер.

«Даже если эти клетки не выживут, а скорее всего так и будет, они оставят память о себе, о возможности соединяться и принимать устойчивые формы, способные самовоспроизводиться и развиваться в нечто большее – в разумную жизнь», – думал Эол, вглядываясь в горизонт.

Звезда уже почти полностью утонула в озере, раскрасив его кровавокрасным цветом. Зловещие черные тени поползли из щелей и закутков, словно армия тьмы. Струи пара горели красным огнем, будто причудливые деревья в адском лесу.

– Пока, Рыжик! Как-нибудь проверю, что у тебя получается, – сказал Эол и взлетел, плавно ускоряясь, пока пространство вокруг не замелькало. Вскоре он замедлился и подлетел к голубой планете, называемой «Домом».

Быстро написав отчет, Эол открыл дверь кабинета.

В общей комнате на диване сидел огромный пес Рок – давний друг и сосед. Черная лоснящаяся шерсть покрывала все мускулистое тело собаки, только на морде и ногах виднелись коричневые пятна. Маленькие черные глазки пристально всматривались в изображение на стене. Острые уши были направленны туда же. Взгляд выражал полную солидарность с говорившим со стены толстым лохматым псом. Одно ухо быстро повернулось к Эолу и тут же заняло прежнее место.

– Привет, – буркнул пес и побарабанил коротким хвостом по дивану.

«Вы должны сказать, что вас возмущает невежество некоторых людей…» – громогласно заявил лохматый пес со стены.

– Что говорят? – Эол сел рядом.

«Разве слова на золотых табличках, выгравированные самим богом, не являются доказательством истины, в них заключенной?..»

– Новое послание от Пророка…

«Я призываю вас сказать «Нет» лжи псевдоученых, которые отрицают божественную суть вселенной. Если вы слышите речи о том, что разум главенствует над всем – это ложь. Вы должны прямо сказать тому глупцу, который так думает – ты лжец!..»

– Рок, тебе все это не кажется чушью? – Эол скривился, будто в надкушенном яблоке увидел жирного червяка. – Мало того, вредоносной чушью.

«Если вы не примете бога – дьявольские аномалии поглотят вас и ваших детей. Они появляются потому, что вы отрекаетесь от меня – великого Пророка!»

– Ну, может, он и слегка перегибает, но в его словах есть доля правды. Вот что такое эти аномалии? – Рок повернулся.

– Пока мы не знаем, но…

– Может, это все-таки дьявольские проделки? – сказал пес и, выждав паузу, повернулся к Пророку.

«Сатана ужу проделал дыры в нашем мире. Аномалии растут и вскоре охватят всю планету, если вы, грешники, не примете меня как Спасителя!»

– Не стоит всему неизвестному сразу приписывать божественное или дьявольское начало – это присуще первобытным существам, но никак не разумным индивидам в эпоху развития науки, – медленно проговорил Эол.

– И все же, вы не знаете, что это, а он – посланник бога и знает точно! – Рок показал на стену. – Бог открывается не всем, а только тем, кто принимает его, – говорит Пророк, и я верю ему.

Лохматый пес на стене сложил лапы в молитвенном жесте, вытянул морду к небу и, закрыв глаза, тихо завыл.

– Надо не верить, а изучать. Наука – это безжалостный хлыст для бога, который нещадно гонит любое божество прочь с освещенной пониманием территории вселенной в темные, пока еще лишенные описательных законов уголки мироздания.

Рок скривил морду и издал губами лошадиный звук:

– Пр-пр-пр-пр-р-р…

– Я имею в виду, что наука забирает у религии неизвестное, которому всякие пророки приписывают божественную суть. В древности первобытные существа не знали, как образуется гром и молния, и логичным для них умозаключением было отнести эти природные явления к проявлению высших сил. Сейчас – аномалии. Они находятся в области неизвестного, и Пророк, приписывая их проделкам сказочного сатаны, пытается запугать и тем самым покорить умы простых обывателей. В древние времена у религии была просто громадная власть над умами. В ее пользовании были небеса, космос и земные недра, боль, страх и любовь, даже сны принадлежали религии. С тех пор прошло много времени, и наука загнала некогда могущественного бога в рамки древнего фольклора, сказок и притч. А этот Пророк воскрешает истлевший труп божества.

– Бог вечен!

– Не более чем любой из нескольких тысяч известных истории богов, полностью вымерших, перекочевавших в легенды, сменивших имена и превратившихся в сувениры для туристов. Вот у Пророка какой бог?

– Бог один. Имена разные, но бог – один!

– Разным именам богов поклонялись по-разному: одним на алтарь подносили бьющиеся сердца, другим кровь, третьим танцы, четвертым молитвы и так далее. Одни почитали целомудрие, а другие оргии. Одни пугали и наказывали, другие утешали и защищали. А если это все нужно одному богу, то все религиозные ритуалы теряют какой-либо смысл. Точнее: делай что хочешь – богу все подходит и воскрешенный Пророком всевышний не исключение, – сказал ученый.

– Все те, кто поклонялся ложным богам, просто заблуждались…

– Заметь, миллиарды людей на протяжении тысячелетий правления огромного количества различных богов заблуждались, и только горстка псов удостоилась праведного знания? Ты понимаешь, что все последователи вымерших религий считали, что они служители истинной веры?

Рок только фыркнул в ответ.

– Почитай историю развития религий и последствия ее внедрения в массы, Рок, – Эол развернулся на звук мягких шагов.

В комнату вошел Ролл с бутербродом в лапах. На макушке кота красовался модный полосатый колпак, похожий на длинный носок, туго натянутый на голову и свесившийся налево. Расположение болтающегося кончика в молодежной кошачьей среде означало настроение его владельца.

– О!.. Ролл, будь добр. Ты сейчас как раз изучаешь историю. Выскажи свое мнение о Пророке.

«Собаки – это избранные существа! Им послано откровение! Через меня говорит сам Создатель!..» – громогласно объявил Пророк.

– Бред! – Ролл состроил идиотскую рожицу и пальцем сбил кончик колпака на лоб, что означало: «Вы все глупы, один я все понимаю правильно». – Это даже обсуждать – бред! Мур-р… – добавил он и скрылся в своей комнате.

«Совет Свободных надо очистить от сатанистов, его должны возглавить собаки. Они – избранные существа!..»

– А это уже интересно!.. – Эол поднял брови.

На экране появилась упитанная короткостриженая обезьяна в строгом костюме:

«В мире переполох! Сам Создатель Вселенной послал нам Пророка для борьбы с сатанистами! Что мы будем делать? Что ответит Совет Свободных? – с каждым заявлением длиннорукий диктор менял позу, поворачиваясь к аудитории то левым, то правым боком, при этом театрально взмахивая кистью, как бы посылая информацию зрителю. – А теперь о других новостях. Как вы уже знаете, множество травоядных представителей разумной жизни продолжают забастовку. Они не довольны политикой Совета Свободных. Основное требование парнокопытных – это прекратить использовать их мясо в пищу после естественной смерти. Как вам такое?.. Ну и конечно ущемление прав крыс на свободу волеизлияния о месте жительства со стороны воинствующих котов-сатанистов не может остаться без внимания и помощи от Совета Свободных… или они давно забыли свои обязанности?.. Или они заключили договор с дьяволом?..»

– Коты-сатанисты!? – Эол посмотрел на Рока.

Пес пожал плечами.

– Это уже прямое разжигание межвидовой ненависти! Зачем ты смотришь эти новости? – спросил Эол.

Рок сдвинул брови и посмотрел, словно не понимая вопроса:

– Я хочу быть в курсе всех событий.

– А тебе не приходила мысль об однобокости таких «новостей», что ты получаешь отредактированную, отшлифованную, измененную в угоду воинствующей религиозной группе, напичканную вставками и двойным смыслом информацию, далекую от реальности?

«Будь ты хоть пес, крыса или корова, но ты должен знать правду…» – заявила обезьяна.

– Это самый популярный собачий канал. И зачем им врать мне?

– Может, затем, что им выгодна твоя реакция? – спросил ученый.

– Не знаю. Мне просто нравится и все, – пожал плечами Рок.

– Почему бы тебе не смотреть хоть иногда Свободный канал?

– Мне нет дела до лживых каналов.

– Лживых!? Но… там ведь даже нет комментатора? Там ты будешь смотреть на реальные события, – Эол поднял брови, – без редактуры и подтекста. Ты увидишь все своими глазами и сделаешь вывод сам.

– Зачем делать вывод самому, если можно послушать грамотный пересказ событий?

– Рок, еще раз объясню. Ты видишь и слушаешь специально подготовленную, выверенную пропаганду с вложенным, завуалированным смыслом…

– Это и есть новости! – отрезал пес.

– К тому же тут делают акцент на принадлежности зрителя к негласной коалиции между псами, крысами и травоядными, созданной виртуально и не имеющей ничего общего с реальностью. Всех остальных же, включая Совет Свободных, делают врагами, обвиняя в бездействии и называя сатанистами – с детства знакомым понятием, слышанным в сказках, притчах и песенках. Выражение кот-сатанист мгновенно формирует его отрицательный образ, посредством вспыхнувшей негативной эмоции, связанной со словом «сатанист». Это как красная тряпка для быка.

Рок взглянул на Эола непонимающим взглядом.

– Эм… – ученый скривился. – Тебя используют, как… извини, туалет, который еще и платит посетителям за это.

Опять появился лохматый оратор.

«Псы, я несу вам слово божье!.. Я – Пророк! И кто отречется от меня – тот попадет в лапы сатаны!..»

Из-за маленькой дверцы появился Ролл. Колпак на голове был откинут назад, что означало: «Я занят, горд собой и не намерен с вами общаться». Но Эол все же повернулся к нему:

– Ролл, кто самый муркисский кот?

– Я конечно! – он остановился и поднял колпак торчком. – Мур-р-р, ладно, кот Валентайно, браво ему! – он откинул колпак направо: «Я в хорошем настроении и не прочь повеселиться» и, подпрыгивая, поскакал на кухню.

– Вот видишь, Рок. У каждого есть свой возрастной, интеллектуально-уместный, внутривидовой кумир. И как ты заметил, у Ролла – это кот-певец, у Мисси э-э… не знаю, а у тебя – пес Пророк…

– Пророк мне не кумир. Я не полностью разделяю его взгляды и со многим не согласен, но он популярен среди собак – это правда. А я предан действующим властям, долгу, присяге и мой кумир – пес Кордон из «Белых клыков!»

– Ты же знаешь, что «Белые клыки» верны Совету Свободных?

– Конечно, знаю.

– Тогда зачем ты смотришь это?

Рок промолчал.

Ролл широко улыбнулся, выпучил глаза и закрутил колпак жгутом: «Вы несете чушь, мой мозг заворачивается».

– Я хочу посмотреть заявления Совета Свободных о Пророке, – сказал Эол. – Не возражаешь, Рок?

– Гав!

– Хорошо. Свободный канал. Пророк.

На стене появился лысый мужчина в комбинезоне как у Эола, стоящий за трибуной с веером микрофонов.

«За последнее время участились поступления и трансляции видеозаписей пса-Пророка, проповедующего новую религию и призывающего к беспорядкам. Совет Свободных надеется на сознательность всех свободных видов млекопитающих и их осведомленность в религиозных вопросах, так же рекомендует не поддаваться панике впечатлительным гражданам и помнить о нравственных идеалах нашего общества…»

Ладно, Рок, не увлекайся, – сказал Эол, ткнул пса в плечо и пошел на кухню.

2

Наконец-то все было готово. Несколько часов Эол потратил, чтобы воссоздать точную кривую отраженного света от планеты Т03 или «Незнакомки», как он теперь ее называл, зная, что, в конце концов, имя придется сменить буквально сегодня или завтра после того, как она впервые предстанет в своем теперешнем обличии. Все зависело от самой планеты: как долго она не сможет обзавестись жизнью и насколько глубоко разовьется эта жизнь, если вообще сможет зародиться самостоятельно.

Эол вдавил кнопку эмулятора и воспарил над столом. Прямо на него из бесконечности вселенной тянулся едва заметный туманный туннель, закручивающийся причудливой спиралью во всех мыслимых направлениях и теряющийся где-то за скоплением звезд родной галактики. Свет далекой Незнакомки мягко ложился на глаза, словно дымка. Некоторое время перед глазами клубились серые тучи. Но Эолу надо было видеть именно поверхность планеты, да и эта облачность была еще только завесой помех. Но главное было – настроиться и поймать свет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.