# Ветеран бандитских войн

Владимир Григорьевич Колычев

После дефолта предприниматель Олег Хорватов оказывается на грани разорения. Однако проблемы бизнесмена нисколько не беспокоят местных бандитов. Они требуют неподъемную для Олега сумму – свою долю за «крышу». Чтобы рассчитаться с вымогателями, Хорватов отдает им бизнес, машину и все накопленные деньги. Но бандитам этого мало. Они забирают «в счет долга» девушку бизнесмена. Это переполняет чашу терпения. Олег приходит в ярость, и справедливый гнев превращает его в настоящую машину для убийства. Бандиты это поняли очень скоро, но, как говорится, поздно пить боржоми…

© Колычев В., 2014

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


## Часть первая

### Глава 1

Пришла беда – открывай ворота. Дефолт девяносто восьмого сильно ударил по рублю, обрушив годами налаженную систему импортных поставок. А тут еще братва пожаловала. Как говорится, проблемы индейцев шерифа не волнуют…

Олег Хорватов угрюмо смотрел на смазливого паренька с обесцвеченными волосами. Черты лица у братка мягкие от природы, но выражение суровое, и глаза холодные, как зимнее небо. Бандитский кассир не кричал, не угрожал, просто пристально смотрел, вымораживая душу.

– Нет у меня денег. Не смогу я заплатить, – уныло сказал Олег.

Наум даже ухом не повел.

– Хоть убейте, нет.

Бандит с усмешкой вскинул бровь. Идея, дескать, не плохая, но ему нужны деньги, а не кровь.

– Банкрот я, – развел руками Олег. – Банкрот!

Не везло ему в жизни. Школу окончил, в университет на исторический без проблем поступил, четыре с половиной курса отучился, диплом был уже не за горами, когда случился конфуз. Сам виноват: со спиртным не рассчитал. Встречал Новый год, перебрал с водкой, утром проснулся в синяках. Оказывается, в студенческой общаге случилась пьяная драка, вмешался дежурный преподаватель, а Олег сломал ему нос. Все так и было, только сам он ничего не помнил. Уголовное дело заводить не стали, но из института он вылетел с треском. А декан еще проследил за тем, чтобы его забрали в армию.

Сама по себе армия его не пугала, но сильно смущал возраст сослуживцев. Ему шел тогда двадцать второй год, и он считался молодым, а «дедам» едва за девятнадцать перевалило. Полгода в учебке, а потом распределение в боевую мотострелковую часть. Причем часть была боевой в полном смысле этого слова, потому что выполняла задачу в Чеченской Республике. Через год часть отвели к месту постоянной дислокации, для Олега наступил долгожданный мир. А еще через полгода он вернулся домой.

Не должен он был идти в армию, но не повезло ему. Хотя и на судьбу грех было жаловаться. И в атаки он ходил, и в перестрелках участвовал и ни разу не был ранен. Хотя шрам на лице остался. Пуля высекла из камня осколок, который прочертил глубокую полосу над бровью.

После армии Олег даже не стал восстанавливаться в институте. Занялся мелкооптовой торговлей – дело пошло. Сейчас у него два склада в Турске – продукты, бакалея, спиртное. Он совершил большую ошибку – сделал ставку на импортные товары. В принципе, на этом и поднялся, но дефолт вонзил нож в самое сердце. Олег покупал товар за доллары, а продавал его за рубли, которые вдруг резко обесценились. И еще долларовые кредиты у него – с разорительными по ним выплатами.

А так хорошо все было. Быстро понял дело, расширил его, стал роскошную квартиру в центре города снимать, на «Мерседесе» ездить, и подруга у него фотомодель, дело к свадьбе шло. И вдруг тупик. Какое-то время он крутился, пытаясь выправить финансовое положение, переключился на отечественных поставщиков, но увы. Объемы продаж упали, обороты снизились, баланс ушел в минус. Даже не ушел, а свалился в штопор. И еще долги за бандитскую крышу росли из-за включенного счетчика.

– Сто восемьдесят тысяч долларов, – сухо сказал Наум. – Через месяц будет двести.

Долги за «крышу» копились уже почти год.

– Я же русским языком говорю, нет у меня денег! – Олег стукнул себя кулаком в грудь.

– Возьми кредит.

– Кредит? С моей кредитной историей? Да я в долгах как в шелках!

– Продай квартиру.

– Квартира съемная.

– Машина?

– Это тысяч десять, не больше.

Наум думал недолго.

– Отдашь свою фирму.

– От нее одни убытки…

Бандит взял ручку, лист бумаги, на память записал чью-то фамилию, имя и отчество, год рождения и даже номер паспорта.

– Отпишешь свой бизнес на этого человека. И машину… И квартиру, если она в собственности.

Эти слова прозвучали как приговор. Бизнес, словно подбитый самолет, окончательно вошел в штопор, а земля уже совсем близко. Выход только один – выброситься с парашютом, и хорошо, если бандиты позволят ему раскрыться…

– Я же говорю, мой бизнес вам прибыли не принесет.

– С паршивой овцы хоть шерсти клок, – усмехаясь, беспощадно сказал парень. – Завтра документы должны быть готовы. Вопросы?

Вопросов у Олега была масса, но выслушивать его никто не собирался.

Бандиты убрались, и Олег позвонил юристу – пусть составляет договор. Раз уж хотят братки взять на себя его долги и обязательства – флаг им в руки. А он, так уж и быть, выбросится с парашютом. Лишь бы купол раскрылся…

* * *

Черная полоса в жизни – будто тоннель, длина которого не известна. И хорошо, если в конце этого тоннеля виден свет. Олег старался не унывать. У него есть опыт, а главное, восемьдесят тысяч долларов, которые он откладывал на квартиру. До дефолта на эти деньги можно было приобрести большую квартиру в новом элитном доме, а сейчас – выкупить чуть ли не целый этаж, настолько доллар поднялся в цене. Но квартиру Олег покупать не торопился и неприкосновенный запас в оборот не выпускал. Он берег эти деньги до последнего…

Последний час его бизнеса пробил, а деньги остались. И теперь он мог стартовать с ними с новым проектом.

– А почему ты лежишь? – спросила Вика.

Осуждения в ее голосе не было, но угадывалось удивление человека, привыкшего пахать от рассвета до заката. Дескать, как это так – рабочий день уже начался, а Олег все еще дома.

Вика с утра приготовила завтрак, убралась на кухне, приняла душ, высушила и уложила волосы, сейчас она заканчивала макияж. Она искренне считала, что это важная и очень ответственная работа. И как это так, она вся в делах, а Олег бьет баклуши.

Не так давно Вика числилась в местном модельном агентстве, мечтала о Парижах и Миланах, а сейчас успокоилась. Ей, оказывается, и дома хорошо, а Олег тому только рад. Женщина должна раздеваться перед своим мужчиной, а не перед всеми вообще и фотографами в частности. А тело у Вики красивое, и она легко могла согласиться даже на эротическую фотосессию. Тем более предложения были…

– Жду, когда кровать превратится в печку, – вздохнул он, глядя в потолок. – И увезет меня по щучьему велению, по моему хотению… А куда увезет… Куда в сказке печка уехала? К принцессе. Так у меня есть принцесса.

– Это ты про меня?

– Ну а про кого?

Вика пыталась стать королевой красоты местного масштаба, два раза участвовала в конкурсах, но выше третьего места не поднялась. Спокойная у нее красота, мягкая; она очаровывала, но не ослепляла. Темно-русые волосы, правильные и милые черты лица, глаза, как два лесных озера с чистой водой. Взгляд обычный, без поволоки, черты лица четкие, но лишенные чувственности, которой обладают яркие красотки. И при этом Вика казалась очень женственной и довольно-таки сексуальной.

– Принцессы живут в больших каменных палатах, едят с золота и серебра, ездят на роскошных каретах, – вздохнула Вика.

Красота у нее такая же спокойная, как и она сама. Не вздорная она девушка, не истеричная, даже покладистая, но при этом себе на уме. И не простая. Ездить на дорогой машине, жить в роскошной квартире, одеваться по последней моде и в брендовые вещи – вот и вся «мелочь», которая нужна Вике для полного счастья. Муж для нее всего лишь источник благополучия. И поводов для беспокойства за нее нет, пока с обеспечением без проблем. Но лафа закончилась…

Олег помнил, как познакомился с ней. Заметил Вику среди гостей на свадьбе у своего друга, сам подошел к ней, заговорил. Она тогда не восприняла его всерьез, улыбалась ему мило, но отстраненно. Все изменилось, когда она увидела его «Мерседес». А потом он отвез ее в свою квартиру, там она и осталась.

Но в то же время он и сам не воспринял ее всерьез, думал скоротать с ней ночь и разбежаться. Но сначала он просто не захотел, чтобы она уходила, потом привык к ней и наконец влюбился.

Олег не строил иллюзий на ее счет и готовился к тому, что им придется расстаться. Готовился, но не хотел этого, потому голос его звучал грустно.

– Что, извини? – не поняла она.

– Фамильное золото и серебро ушло с молотка, каменные дворцы превратились в воздушные замки. И карета уехала к другому хозяину.

– Это ты о чем? – Вика обеспокоенно глянула на него.

– Нет у меня больше ничего. Фирму и машину забрали бандиты.

– Да нет! – встревоженно улыбнулась она.

– Я банкрот!

Какое-то время Вика переваривала информацию.

– И что теперь? – наконец спросила она.

– Ничего… Ничего хорошего.

– И как же мы теперь будем жить?

– Плохо. Жить будем в шалаше, ходить пешком, есть макароны с хлебом и одеваться в секонд-хенде.

– Одеваться в секонд-хенде? – возмущенно протянула Вика.

– А макароны с хлебом тебя устраивают? – совсем невесело улыбнулся он.

– Ну, можно и без хлеба. Но одеваться в секонд-хенде!.. Олег, ты меня убил!

– А ходить пешком?

– Можно и пешком, – пожала она плечами. – Если хорошо одеваться…

– А куда будешь девать свой гардероб? В шалашах не предусмотрены шкафы.

– Ну ты же образно про шалаш?.. Ну, если это дорогая квартира, снимем попроще.

– А дальше что?

– Ты у меня мужчина практичный, не пьющий. Что-нибудь придумаешь.

– Уже придумал… В деревню ко мне поедем.

– В деревню? К тебе?.. – задумалась Вика. – Зачем?

– Землю пахать. Там сейчас столько земли гуляет…

Олег знал, о чем говорил. Отец его в начале девяностых организовал свое фермерское хозяйство и даже добился определенных успехов. Дом построил в открытом поле – с большим хоздвором для техники. Солидный дом получился, двухэтажный, с подвалом и мансардой, только вот закончить отец его не успел. И дом ему пришлось строить и землю пахать… В общем, надорвался папа, два года уже прошло, как его нет. Мать на хозяйстве и сестра с мужем, а Олег в городе.

Сельское хозяйство привлекало его исключительно как источник для продовольственных товаров, а своими руками возделывать землю желания не было. Но совесть его нет-нет, да кольнет. Отец так рассчитывал на его помощь, а он в институт после десятого класса сбежал. И после армии в родном селе не остался…

– Ты шутишь? – внимательно посмотрела на Олега Вика.

– Нет. Земля у нас отличная, урожай хороший дает – озолотиться можно.

– А где я там одеваться буду?

– Ну, до Турска всего ничего.

– А гулять где?

– Ночных клубов у нас, к сожалению, нет, но можно гулять под луной… Идешь под луной к реке, вокруг поля, впереди березки, река. Пляж там, заходишь, и сразу глубоко. И вода чистая… Главное, чтобы поля колосились…

От Юрловки до Турска всего сорок пять километров. В принципе, недалеко. Ну, еще три-четыре километра от села до самого дома. Места там красивые. Сама ферма посреди поля стоит, но рядом река с лесополосой вдоль нее. От дома до реки всего ничего…

Все это Вика знала и без него. Пару раз Олег возил ее в Юрловку, правда, к реке она ни разу не спускалась: не вдохновляли деревенские красоты. Городская она. Во всяком случае, она себя таковой считала. И не важно, что в Турск она приехала из маленького городка. От города там одно только название…

– Зачем полям колоситься? – не поняла Вика.

Не нужны ей поля и река тоже. Если отдыхать, то в ночном клубе, если купаться, то в море… Красиво жить не запретишь.

– Без полей пейзажа не будет. А без пейзажа – чего гулять?

– Ты не шутишь? – разочарованно глядя на Олега, покачала головой Вика.

– Может, и шучу… Ты со мной поедешь?

– Ну, если нужно.

Вике пришлось сделать над собой усилие, чтобы выдавить из себя слова согласия. Но тем не менее сбегать от Олега она не собиралась, хотя и могла. Может, и не признавали ее первой красавицей города, но мужчинам она очень нравилась. И молодая она, всего-то двадцать один год… В общем, ей не сложно будет устроить личную жизнь и без Олега. Причем хорошо устроить…

– Нужно!

– Тогда поеду… А отпуска у нас будут? Ты будешь возить меня в Милан? – совершенно серьезно спросила девушка.

Олег смотрел на нее удивленными глазами. Никак не думал он, что Вика способна на такие жертвы ради него. А Милан он ей обеспечит. Тем более, ни в какую деревню он ехать не собирался. В Москву они поедут, там он и начнет новое дело. Стартовый капитал есть, желание работать никуда не делось. И главное, у него есть ради кого жить…

– Милан будет и Париж. Все будет. И в деревню мы…

Он не договорил. В дверь кто-то позвонил, и Вика вышла в прихожую.

– Кто там?

Вике ответили, и она открыла дверь. Прихожая тут же наполнилась громкими грубыми голосами. И в спальню вломился угрожающего вида детина.

– Здесь он, пацаны! – глядя на Олега, осклабился парень с узкими, низко посаженными глазами под «скальными» надбровьями.

Кожаная куртка нараспашку, поверх футболки – толстая золотая цепь с крупным крестом. Глаза злые, хищные, глумливые.

Олег вскочил с кровати, и в это время послышался девичий вскрик.

– Пусти!

Похоже, Вика барахталась в чьих-то грубых объятиях.

Олег рванул в прихожую, но на пути у него стоял громила.

– Не бойся, мы твоей телке не больно вставим! – ухмыляясь, сказал он.

Олег не мог похвастать могучим ростом и косой саженью в плечах, но метр восемьдесят два – тоже не плохо. И плечи у него не узкие, уж точно шире, чем бедра. Но все же бандит не воспринимал его всерьез: Олег был для него коммерсантом, который по факту не может за себя постоять. Если громила действительно так думал, то его нужно было проучить. Впрочем, об уроках вежливости Олег сейчас думал меньше всего. Ему нужно было смести преграду со своего пути, прорваться в прихожую и спасти Вику.

А громилу он ударил кулаком в живот. Высоко вскинул руку, будто целился в лицо и резко и с силой опустил ее вниз. Движением в плечевом суставе он подпружинил руку, и кулак ткнулся точно в солнечное сплетение. Ожидал громила от него такой прыти или нет, но удар он пропустил. И тут же Олег добавил ему локтем в челюсть. Удар удался, громила подался назад, споткнулся и вывалился в прихожую. Вслед за ним туда выскочил и Олег.

Из прихожей он увидел Вику. Она сидела на диване, а рядом стоял еще один бугай, он и держал ее рукой за ворот халата. Похоже, она понимала, что сопротивление лишь усугубит ситуацию, поэтому сидела смирно. Бандит не пытался раздевать ее, укладывать на спину, но Олег все равно должен был дать ему бой.

Но до братка, который держал Вику, он так и не добрался. В прихожей находился еще один бугай, он-то и встретил его быстрым и точным ударом в голову. Олег едва успел уклониться. Но тут же последовал второй удар. Тяжелый кулак на скорости врезался в голову, и Олег поплыл. А сзади его ударил по ногам детина, через которого он уже почти прорвался…

Олег упал, и бандиты обрушились на него со всей своей мощью. Голова у него не чугунная, хватило нескольких ударов, чтобы он потерял сознание.

В чувство его привел резкий запах, это кто-то сунул ему под нос склянку с нашатырем. Он полулежал на полу в гостиной, лопатками упираясь в боковину кресла. И на руках у него путы, и на ногах. И Вика была связана. Ее поставили на колени, грудью прижали к стулу, в этой позе и связали. Вернее, привязали к стулу. С ней можно было делать все, что угодно…

Один бандит стоял в дверях, другой сидел на диване, а третий опустился в кресло, поставив на столик пузырек с нашатырным спиртом.

– Ну и как тебя зовут, кроха? – обращаясь к Вике, глумливо спросил атлет с низким широким лбом.

На Олега он даже не смотрел, как будто его здесь и не было. Зато детина с узкими глазами похабно ухмылялся, глядя на него. Он явно рвался в бой – Олегу добавить, а к Вике залезть под юбку. И все к этому шло.

– Я же говорила, – хныкающим голосом сказала девушка.

– Еще скажи.

– Вика.

– И откуда ты, такая красивая Вика, здесь взялась?

– С Олегом познакомилась, живу с ним… Отпустите меня!

– А это все от твоего Олега зависит. Он денег нам должен. Если он отдаст нам долг, мы тебя не тронем. Он отдаст нам деньги, Вика, как ты думаешь?

– Не знаю… У него нет…

– Может, хватит ломать комедию? – зло спросил Олег. – Я же расплатился с Патриком, фирму ему отдал.

– Долги ты ему отдал, а не фирму! – сквозь хищно-угрожающий прищур глянул на него широколобый.

– Так я же предупреждал… Нет у меня ничего, банкрот я.

– Если ты банкрот, зачем ты Вике такой нужен? Да, Вика?

– Нет! Я с Олегом хочу! – всхлипнула девушка.

– Он же банкрот!

– Все равно!

– Не в деньгах счастье? – глумился широколобый.

– Не в деньгах…

– А в чем? В крутых перцах? Так мы сейчас отсыплем… Адык, выбирай, или ты на Вику первый, или терпиле по морде надаешь?

– Не-е, лучше на бабу! – осклабился узкоглазый.

– Тогда чего стоишь, раздевайся!

Громила стал расстегивать брючный ремень, и Олег не выдержал:

– Не надо! Есть у меня деньги!

– Ух ты! – обрадовался широколобый. – Адык, одевайся!

– Э-э, че за дела? – набычился детина.

Но ремень застегнул. И на Олега глянул испепеляюще.

– Сколько? – спросил старший.

– Восемьдесят тонн.

– Не хило!..

Все деньги находились в одном тайнике, и сейчас Олег жалел об этом. Хотя бы напополам их разбить. Одну половину отдать, как будто больше ничего нет, а вторую оставить себе… Но деньги придется отдавать целиком.

– Где деньги?

– Мне нужны гарантии… Я отдаю вам деньги, а вы оставляете Вику в покое.

– До или после? – с издевкой ухмыльнулся Адык.

– До! – Олег резко повернул головой в его сторону, но в глаза ему смотреть не стал.

– Будут тебе гарантии, мужик, – кивнул широколобый.

Олег объяснил, где находится тайник, в каком месте нужно было взломать плитку. Широколобый остался в комнате, а двое отправились на кухню. Минут через десять они вернулись.

– Нет там никаких денег! – злорадно глядя на Олега, сказал Адык.

И на старшего глянул, подмигнув ему.

– Сейчас уже нет, а только что были.

– Я не понял, ты что, не веришь мне? – Адык шагнул к Олегу и, не останавливаясь, ударил его ногой в грудь.

И тут же на голову опустился тяжелый кулак. Олег выдержал этот и несколько последующих ударов, но в конце концов лишился чувств…

### Глава 2

Тяжелые времена настали – с одной стороны, братва поджимает, с другой – менты. Мало того, что мусорская масть житья не дает, так еще и бизнесменов под себя подбивает. Банкиры и коммерсанты под красную крышу отходят если не с удовольствием, то близко к тому. А еще по городу прошла волна банкротств: не выдерживает бизнес остроты дефолта, закрываются частные лавочки. А кто еще остается на плаву, тот уже не может платить по-прежнему…

Но бизнесом заниматься можно. И нужно. Рома Патрикеев знал бизнесменов, которым кризис пошел на пользу. Отечественное производство, например, голову поднимать начинает, строительный бизнес уже ожил. А главное, объемы грузоперевозок выходят на прежний уровень. Девочки упали в цене, зато наркота неплохо расходится…

Наркотой и девочками Патрикеев торговал в Турске, а грузоперевозками занимался в Москве и Питере. Фирму образовал, транспорт закупил, работу организовал, в одну компанию все объединил. Все у него там работает, и главное, практически без криминала. Конкуренты не досаждают, менты не трогают – красота. Зато в Турске можно влететь – или пулю пропишут, или срок впаяют. И зачем так собой рисковать, если деньги можно зарабатывать практически без криминала?

Патрикеев поморщился, глянув на пьяную физиономию Гоши Амбала. И как с такими людьми работать? Залить глаза в сауне, взорвать косяк с анашой, трахнуть бабу в бассейне – вот и все, что таким нужно. С такими понятиями об удовольствиях запросто можно потерять берега и вляпаться в историю. И было такое. Сколько раз Амбала приходилось вытягивать из ментовки…

– Патрик, братан! – Амбал полез обниматься.

Пьяный, потный после сауны, сам жаркий, как печка. И вообще, что это за фамильярность?.. Патрик полыхнул взглядом, удерживая его на расстоянии.

В принципе, он и сам не прочь был прожариться в парилке, выпить холодного пивка, поплавать в бассейне с голозадыми русалками, но все хорошо в меру, а Гоша практически жил в сауне – причем очень весело: сегодня с одной девочкой, завтра с другой. И проституток к нему возят, и честных девочек, которых принуждают силой. Так и под статью загреметь недолго. А если менты возьмутся за Гошу, они тряхнут и его босса. И все это может очень нехорошо закончиться. Это раньше можно было беспределить по-черному, и ничего, а сейчас это чревато нехорошими последствиями. Тот же Аскольд со своей братвой может вилы поставить. Подсунет Гоше девственницу-одиночку, спровоцирует на зверский секс, а потом под ментов бросит…

Патрик нутром чуял, что назревают нехорошие события, потому и рвался в Москву. Завязать здесь и продолжить там – такой расчет. И деньги на банковских счетах серьезные, и бизнес солидный, пятикомнатная квартира на Каланчевке, дом за городом строится. Женой снова обзаведется, чтобы все как у людей…

– Все веселишься? – с осуждением спросил Патрик.

– Да так, собрались вот, – дыхнув пивным перегаром, улыбнулся Амбал.

Рома качал головой, глядя на бригадира. В Москву надо ехать, но и Гошу здесь оставлять нежелательно. Рано или поздно этот дятел нарвется на крупные неприятности, как бы не развязали ему язык. А знает он много… Зачищать его надо, и чем скорее, тем лучше. Но нет пока исполнителя. Своих пацанов на Гошу не натравишь, а залетных киллеров у него на примете нет.

– Что-то часто собираетесь.

– Да нормально все!.. Деньги подготовил, можешь забирать… Да, еще Хруст звонил, деньги везет, восемьдесят зеленых тонн. С «Оптэкспорта» сняли…

Патрик молча кивнул. Знал он про эту фирму, докладывали ему. Он сам дал Амбалу отмашку на Олега Хорватова. Так не бывает, чтобы коммерсант вышел из выгодного дела без денег. А «Оптэкспорт» занималась реальными делами, бабки там крутились неслабые. И даже после банкротства должно было хоть что-то остаться. И не ошибся он, если с Хорватова смогли снять восемьдесят тысяч долларов. По нынешним временам это большие деньги.

– Там и бабло взяли, и телку, – осклабился Амбал.

– Телку?! – поморщился Патрик.

– Так Хорватов сколько нам бабок торчит? А сколько отдал?.. А телка знатная! Баляс и деньги везет, и телку… Ты раздевайся, брат, у нас пар легкий, пиво холодное.

– И телки по беспределу? – осуждающе глянул на него Патрик.

– Да почему по беспределу? Сама отдастся… А ты чего, брат? Что-то не так? – нахмурившись, спросил Амбал.

– За беспредел влететь можно.

– Влететь за любые дела можно… Что-то ты всего бояться стал, Патрик?

– Я боюсь? – опешил от такого нахальства Патрик.

– В Москву, смотрю, зачастил. Что там у тебя за дела, брат?

Этот вопрос запросто можно было расценить как наглый наезд, но Патрик решил не обострять ситуацию.

– Надо будет, узнаешь! – резко сказал он.

– А надо будет? Свинтить от нас хочешь?

Такого беспредела Патрик не ожидал даже от Амбала. Дисциплина в бригаде железная, и никому не дозволялось говорить с ним в таком тоне.

– Гоша, ты попутал! – Он не спрашивал, а констатировал факт.

И смотреть уничтожающим взглядом он умел. И челюсть сломать – без проблем. Амбал и ростом выше, и в плечах шире, но Патрик точно знал, что может сбить его с ног с одного удара. И сам Гоша это знал, поэтому стал утухать.

– Извини, брат, что-то нашло! – Он с виноватым видом постучал себя по голове.

Патрик кивнул, пристально, из-под бровей глядя на него. В принципе, он готов был простить Амбала за его наглость. Можно даже признать его правоту. Да, у него действительно есть реальный бизнес в Москве, и он собирается заняться им конкретно и основательно. Возможно, он выйдет из общего дела. Только вот на кого можно будет оставить братву? На Амбала? Но так он беспредельщик и за базаром не следит. Есть еще Сырец, он хоть и не такой авторитетный, как Амбал, но с делом справится…

Давно уже пора поднять эту тему, расставить все точки над «i». Патрик медлил, но раз уж пошли слухи, больше тянуть нельзя. Только вот с разговором торопиться не надо, а то Абмал решит, что перед ним отчитываются. Сначала кости в сауне прокалить, потом пивком взбодриться, ну и девочку можно дернуть – почему бы и нет?.. Ну а потом, как бы между прочим, и о главном…

И бояться ничего не надо. Московский бизнес Патрик организовал на свои деньги. Там у него верный человек, который все решает, отчитываясь только перед ним самим, дела идут, деньги на раскрутку поступают, отдача уже реальная есть… И не важно, что «свои деньги» – это половина от поступлений в общак. В конце концов, Патрик имел право на эту львиную долю. Он людей собирал, на войну их за место под солнцем выводил. Без него ничего бы не было, и тот же Амбал работал бы сейчас грузчиком где-нибудь на складе у Хорватова…

Рома неторопливо разделся, Амбал с угодливым видом проводил его в парилку, отхлестал веничком, не уставая извиняться и каяться за свою несдержанность.

Он охлаждался в бассейне, когда появился Баляс. Заискивающе поздоровался с боссом и загадочно подмигнул Амбалу.

– Телку привез? – недобро глянул на него Патрик.

– Э-э… Девочка супер! – расплылся в улыбке «бык».

– Сюда ее давай! – распорядился Амбал.

– Так это, не хочет… – замялся Баляс.

– На аркане давай!

– Без аркана давай! – скривился Патрик.

Он вышел из бассейна, закутался в простыню, прошел в массажный кабинет, где под присмотром «быка» находилась подружка Хорватова.

Девушка с ужасом смотрела на него. Она дрожала, как заяц под кустом в страхе перед волком. Кожаная курточка на ней, джинсы, блузка порвана…

Патрик свирепо глянул на «быка», и тот исчез, тихонько закрыв за собой дверь.

– Как зовут? – спросил он, разглядывая девушку.

Красивая она. Глаза глубокие, выразительные, черты лица одухотворенные… И что-то знакомое во внешности.

– Вика, – выдавила она.

– Где я тебя видел?

– Не знаю, – не глядя на него, мотнула головой девушка.

– Но я тебя где-то видел… «Мисс Турск – девяносто семь»! – вспомнил он.

– Да… Только я не стала «мисс», – сказала она с полным равнодушием к давней своей неудаче.

– А как же «Мисс Очарование»?

Да, он помнил эту девушку. Она стояла на сцене в купальнике и нежно улыбалась. У всех улыбки резиновые, а у Вики – все натурально, от души. Он тогда еще подумал, что неплохо было бы закрутить с ней роман. И закрутил бы, если бы не Вера, которая ходила за ним по пятам, ревнуя и устраивая скандалы по каждому поводу. Но сейчас он свободен, а Вика перед ним.

– Ну, это утешительный приз…

– Да, но ты реально всех очаровала. И меня в том числе.

– Ну, может быть, – робко улыбнулась она.

Вике сейчас не до того, чтобы обсуждать события двухгодичной давности, но все-таки он смог затронуть тщеславную струнку в ее душе.

– Ты это, извини, ребята погорячились. Мозги у них не в том месте.

Девушка с надеждой посмотрела на Патрика. Похоже, она увидела в нем своего заступника.

– Не должны они были тебя сюда тащить.

– Отпустите меня! – тихо и с замиранием попросила она.

– И куда ты пойдешь?

– Домой! – Вика удивленно глянула на него.

– С кем ты живешь? С Хорватовым?.. К нему хочешь?

– К нему.

– Так он же банкрот!

– Ну и что?

– Зачем он тебе такой?

– Затем, – девушка опустила голову, как будто поняла, что не отпустят ее.

А Рома действительно не хотел ее отпускать. Слишком красивая она, чтобы доставаться какому-то лоху… А Вика не просто красивая, она еще и очаровательная… И еще Патрик понял, что в нее можно влюбиться.

– Да ты не бойся, никто тебя насиловать здесь не собирается, – сказал он.

Вика подняла глаза и пытливо, с надеждой посмотрела на него.

– Ну, может, и собирались, но теперь ты под моей защитой. Я здесь главный… И на моих пацанов не надо думать, они у меня нормальные. Но иногда у них сносит крышу.

– Отпустите меня домой! – робко попросила девушка.

– А дома что?

Рома не хотел, чтобы она уходила. Вика должна стать его женщиной, и он уже готов на многое ради этого. На многое, а может, и на все.

– Я хочу домой!

– Один момент…

Он вышел из массажного кабинета, подозвал к себе Баляса и спросил про Хорватова. Где он, что с ним?

– Так это, дома оставили…

– Вику забрали, а его оставили… Ты идиот?

– Э-э… А что надо было?

– А если он ментам стукнет? И за Вику предъявит, и за деньги.

– Так это ж, кто ему поверит…

Патрик ничего не сказал, он просто внушительно посмотрел на «быка». И тот все понял.

– Ну, сделаем, не вопрос, – кивнул Баляс.

Рома повернулся к нему спиной. Он всего лишь намекнул, а бандит все правильно понял. Задача, считай, поставлена, и если Баляс ее выполнит, то можно будет поощрить его – забрать с собой в Москву. Там без силового прикрытия никак, и ему нужны верные, надежные люди. И от наездов отбиваться надо, и грузы сопровождать… Он заберет с собой самых лучших, а здесь останется отстой. И без Амбала, которого нужно зачистить… Патрик решил не объясняться с ним. Залетного киллера у него нет, но ведь он и сам вполне способен пустить ему пулю в лоб. Выманить его куда-нибудь на природу, там и грохнуть без всяких свидетелей… А можно и в Москву к себе позвать, дом свой недостроенный показать. Там лес рядом, река с глубокой водой…

Он отпустил Баляса, оделся, привел себя в порядок и стремительно, с яростью во взгляде зашел в массажный кабинет. Вика задрожала, как осиновый лист, глядя на него.

Он сел на диван рядом с ней, и девушка отодвинулась от него.

– Да ты не бойся, с тобой ничего не будет… – глядя в потолок, сквозь зубы сказал он. – Потому что я с тобой… Со мной ты как за каменной стеной. А без этого никак, когда вокруг такие уроды… Совсем с катушек съехали, беспределят по-черному. Самому от них спасаться надо… Ты понимаешь, о чем я?

– Нет, – тихонько, словно мышка, пискнула Вика.

– И они не поняли… Не надо было Хорватова трогать. И тебя сюда тащить не надо было… Беспредел на беспределе и беспределом погоняет! – Рома чувствовал себя актером – в театре одного зрителя. Хотелось, чтобы это был еще и театр благодарного зрителя.

– Что с Олегом? – разволновалась красавица.

– Поверь, я здесь ни при чем… Уезжать отсюда надо. И чем скорей, тем лучше. Хочешь со мной в Москву? Там у меня квартира в центре, дом за городом, бизнес, все дела. И никаких бандитов. Чисто бизнес – без всякого криминала. И жена мне нужна…

Но Вика пропустила эти посулы мимо ушей.

– С Олегом что?

– Нет его больше.

– Как нет?

– Да так и нет. Задушили.

– Как задушили? – встрепенулась девушка.

– Я же говорю, с этими уродами невозможно работать!

– Его что, убили?

Патрик удивленно смотрел на эту тихую мышку, которая сейчас готова была вгрызться ему в горло своими маленькими зубками.

– В общем, да. Приношу свои соболезнования!

– Какие соболезнования! Ты убил его! – заистерила Вика.

– Я же сказал, что не ставил такой задачи. Я вообще из дела выхожу, в Москву перебираюсь. Там жить буду, без всякого криминала. А эти сами пусть варятся…

– Зачем ты его убил? – девушка в гневе ударила его кулаком по плечу.

И в ответ получила звонкую пощечину; это привело ее в чувство. Она растерянно хлопала глазами, в страхе глядя на Патрика.

– Я его не убивал! Ты меня поняла? – И он посмотрел на нее – жестко, в упор.

Девушка тупо кивнула.

– Ты сама жить хочешь? – спросил он.

– Хочу!

– Тогда нам нужно отсюда уходить. Слышишь, нам нужно! Нам!.. Ты теперь вместе со мной. А если не со мной, то пропадешь… Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – сказала она, завороженно глядя на Патрика.

– Тогда поехали.

Рома взял Вику под руку и увлек за собой. Она покорно вышла из сауны, села к нему в машину. И только там сказала, что хочет видеть Олега.

– В лес его вывезли, там где-то закопали. Меня в этом винить не надо.

Вика уронила голову на грудь и всю дорогу хранила молчание. И не сопротивлялась, когда он привез ее в свой дом за городом.

Не самый большой дом, всего триста квадратов полезной площади, зато место живописное, и рыбалка рядом. И охрана серьезная. А отделка и обстановка всем на зависть, только Вика как-то не очень реагировала на эту роскошь.

– В Москве у меня еще круче дом будет. А пока есть квартира, в центре. Там супер, тебе понравится.

Рома не узнавал себя. Никогда он еще не тратил так много слов на женщину, не бахвалился перед ней. Надо было показать обстановку и молча дождаться похвалы, а он практически стелился перед Викой. Но если это происходит, значит, перед ним необычная женщина. Возможно, он даже влюблен. И еще он должен увезти ее с собой…

– Я не хочу в Москву, – покачала девушка головой.

– А «Мисс Москва» стать не хочешь?

– Я уже вышла из этого возраста.

– Тогда станешь «Миссис Москва». Для этого нужно выйти замуж, можешь рассчитывать на меня.

– Я не хочу замуж.

– У тебя будет все. Даже больше, чем ты пожелаешь…

– У меня есть все.

– Все у тебя было с Хорватовым, но его больше нет. И ты об этом знаешь… Знаешь, что делают с опасными свидетелями? – жестко спросил он.

Вика испуганно вжала голову в плечи. Она не дура и все понимала.

– Пока ты со мной, никто ничего тебе не сделает…

Он провел ее в гостевую комнату на втором этаже.

– Располагайся. Я постараюсь, чтобы ты чувствовала себя здесь хозяйкой.

Патрик не стал распускать руки. Во-первых, Вика никуда от него не денется, поэтому незачем и спешить. А во-вторых, он боялся разочароваться в ней. Так часто бывает – хочешь женщину, сил нет, а после постели с ней мечтаешь об одиночестве. А он не хотел выгонять Вику.

### Глава 3

Заходящее солнце заглядывало в окно и светило в глаза. Олег обвел взглядом комнату, на полу в которой очнулся. Обстановка вроде знакомая, но где он, пока не понятно. Туман в голове, затор в мыслях. А голова раскалывается от боли, во рту засуха, как после сильного похмелья. Но алкоголь здесь ни при чем, Олег точно это знал.

Он кое-как поднялся, вышел в прихожую, глянул на себя в зеркало. Разбитое лицо опухло, на нем синяки, засохшая кровь. И тело болит, как будто по нему танком проехали…

Очень сильно его били. И он вспомнил, кто это был. Бандиты к нему приходили, деньги требовали. А еще Вика с ним была. Где она?

Олег обошел квартиру, но Вики нигде не видно. И тайник на кухне взломан… Восемьдесят тысяч в нем было, но бандиты забрали у него спасательный круг в штормовом море бизнеса. Но деньги – дело наживное, а вот Вику не вернуть. Возможно, бандиты утащили с собой, может быть, уже где-то насилуют. Если случилось страшное, в живых ее не оставят.

И что теперь делать? Олег точно знал только одно – он должен идти к бандитам, разбираться с ними, спасти Вику. Его могут убить, но ему все равно.

Он не мог выходить на улицу с разбитым лицом. Голова кружилась, нутро выворачивалось наизнанку – верный признак сотрясения мозга. «Скорую» вызывать надо, в больницу ехать. Но вопреки всему он вышел на улицу и направился к остановке. Машины у него нет, поэтому придется обращаться к бомбиле. Патрик заседает в ночном клубе «Атас», там у него штаб-квартира. Туда Олегу и нужно.

Он вышел из подъезда, и в это же время во двор въехал коричневый «Гранд Чероки». Голова плохо соображала, поэтому Олег не придал этому факту значения. А зря. Машина подъехала к нему, из нее вышел Адык. Олег дернулся, но тот схватил его за руку.

– Братан, ты чего? – весело спросил бандит. – Нормально все.

– Вика где?

– Так это, тебя ждет. Патрик подъехал, спросил, почему она без тебя. Сказал за тобой ехать. Нормально все, мужик. Никаких больше к тебе претензий. Ты уж извини, что так вышло! Давай, поехали, Патрик тебя ждет.

Адык помог ему забраться в машину, сам сел рядом. А широколобый бугай, который сидел спереди, обернулся к нему.

– Ну и рожа у тебя, Шарапов! – весело проговорил он, протягивая ему руку.

Олег даже не шелохнулся. Не собирался он жать руки этим уродам.

– Я не понял, мужик, ты что, брезгуешь? – возмущенно протянул широколобый.

– Да ладно тебе, Баляс! Не видишь, на измене мужик! Весь в потерях!

– В каких потерях? Если б мы его телку трахнули, другое дело. Повезло тебе, чувак! Сам Патрик за тебя подписался!.. Слушай, Адык, может, грохнем его? И скажем, что так и было!

– Гонишь?! – возмутился узкоглазый. – Патрик сказал – пацан сделал. Симак, давай в «Атас»!

Олег закрыл глаза. Он знал Патрика, общался с ним. Крутой он мужик, жестокий, но не беспредельщик. И не маньяк, которого хлебом не корми, дай только наехать на кого-нибудь, унизить, втоптать в грязь… Конечно, Патрик не подарок, но здравого смысла он точно не лишен. И договориться с ним можно…

Возможно, не все так плохо, как рисовало его воображение. Если так, то можно чуть-чуть расслабиться.

Боль в голове не стихла, но из нескольких точек растеклась по всему объему черепной коробки. И тошнота уже не одолевала, зато навалилась дикая усталость. Еще чуть-чуть, и случится обморок, Олег это понимал, но не пытался взбодрить себя…

– Эй, что это с ним? – донеслось откуда-то издалека.

– Да отключился. Пусть.

Сначала стихли голоса, а затем отключилось сознание. Когда Олег пришел в себя, машина продолжала ехать, но уже не по гладкой асфальтированной дороге. Это даже не загородное шоссе, а какой-то ухабистый проселок.

Олег осторожно приоткрыл один глаз, посмотрел за окно. Линия электропередачи над обочиной, чуть дальше – лесополоса.

– Как он там? – спросил Баляс.

Олег закрыл глаз и притворился будто в обмороке.

– Да в отрубе… – отозвался Адык.

– Это хорошо. Не будет мучиться. Симак, давай сворачивай!

Машина свернула вправо и пошла под уклон – видно, к реке, вдоль которой густо разросся лес. Олег понял, что не отведут его к Патрику. И Вику он больше не увидит. Убивать его везут. Сейчас вытолкнут из машины и пристрелят, как собаку. Или топором по голове, чтобы пули не тратить. А там или в землю, или на дно речное. Олег понимал, что шансов выстоять против трех бандитов у него нет. Он же не Стивен Сигал, чтобы убивать голыми руками. Вот если бы у него был ствол…

А ствол он видел – под курткой у Адыка. И Баляс вооружен, и Симак. И Адык справа от него, и Баляс – с этой стороны они и будут выходить из машины. Только один Симак воспользуется левой дверью. Если ошеломить его, взять нахрапом, то шанс выжить есть. К тому же Симак не такой мощный, как его дружки…

Машина остановилась, и Олег дернул за дверной рычажок. Дверь не открылась, но он не растерялся и дернул снова. Когда дверь заблокирована, требуется двойное нажатие…

– Эй, ты куда? – заорал Адык.

Он попытался схватить Хорватова за плечо, но Олег оказался быстрей – выскочил из машины и рванул назад. Как он и предполагал, Адык и Баляс выскакивали из машины через правую дверь. Бандиты заметили, какое направление выбрал Олег, ломанулись за ним, а он резко сдал назад и бросился на Симака, который выходил из машины с его стороны. Причем выходил он, вынимая из кобуры пистолет.

В распоряжении Олега были всего секунды две. Именно столько понадобится Адыку, чтобы обогнуть машину и наброситься на него сзади. Надо спешить. Олег с разгона оттолкнулся от земли и прыгнул на Симака, коленкой ударив его в грудь. Парень ударился спиной об открытую дверь, стал падать, а Олег, пользуясь моментом, вырвал у него из руки пистолет.

Адык был уже близко, еще чуть-чуть, и он его схватит. Олег запрыгнул в открытую дверь, перескочил через водительское сиденье. Самым идеальным вариантом было бы сесть за руль, закрыться и рвануть напролом через лес, пользуясь мощью многосильного и, главное, заведенного мотора. Но, увы, на это у него не было времени.

Он насквозь проскочил машину. Адык успел схватить его за ногу, но не смог удержать. Только туфля и осталась в его руке.

– Стой, сука!

Олег больно наступил босой ступней на острый камень, но это его не остановило. С прытью насмерть испуганного зайца он бросился в кусты.

– Мочи его, Баляс! – заорал Адык.

Позади послышались выстрелы, но пули прошли мимо, срезав с куста несколько веток.

Олег скрылся в кустах, но выстрелы продолжались. Пули сбивали ветки, дырявили листья, еще чуть-чуть, и одна из них зацепит его самого. Нужно было ложиться на землю, но и это не спасение. Адык и Баляс пойдут за ним, поймают в прицел, и все… Но не зря же Олег так рисковал, чтобы раздобыть оружие. Вырвал свой шанс на спасение в безнадежной борьбе, осталось им воспользоваться. А стрелять он умел. Он служил в мотострелковых войсках, на занятиях по боевой его не учили падать, перекатываясь через плечо, как это делают спецназовцы. Но залегать на землю при малейшей опасности его научила сама война. Ему приходилось штурмовать чеченские селения, ходить в атаку и даже убивать.

Олег упал, по-пластунски заполз за бугорок. Только сейчас у него появилась возможность осмотреть ствол. Это был обыкновенный «макаров», или «мухобойка», как ее называли в войсках. Это, конечно, не спецназовский пистолет с особой кучностью боя, но для своего класса оружие отличное. Если, конечно, руки не кривые и глаз не косой. Олег не хотел убивать, все-таки это мирная жизнь, а не война. И бандиты, как это ни странно, обладали такими же гражданскими правами, как и он, в том числе и на жизнь. Да смертный грех будет потом тяготить душу…

Сам он атаковать не собирался, но, если бандиты ринутся за ним, выбора у него не будет. И когда они появились, он взял на прицел Адыка. А стрелять из пистолета его научили на блокпосту, на котором стоял их взвод на последнем месяце боевой службы. Оружие имелось, патронов навалом, а полигоном было все, что находилось в радиусе выстрела. А стрелять приходилось не столько ради военной науки, сколько в целях устрашения. Шумовой эффект есть, значит, живет застава, и нечего к ней лезть. Правда, куда больше он упражнялся в стрельбе из автомата – как в обыденной обстановке, так и в пылу настоящего боя. И сейчас он в бою. Или он, или его – третьего не дано.

Первая пуля прошла у Адыка над головой. Ему бы упасть, а бандит замер в нерешительности. Похоже, он так и не понял, что беглец обзавелся трофейным оружием. Олег выстрелил снова, и только тогда бандит понял, что дело швах. Но пока он падал, раздался третий выстрел. На землю падало уже безжизненное тело, во всяком случае, Олегу так показалось.

Баляс оказался сообразительней. Он и упал вовремя, и даже перекатился через бок, сменив позицию. И выстрелил два раза, причем довольно точно. Олег прижал голову к земле, и это спасло его от пули. При этом он успел заметить, как противник поднял руку с пистолетом, затворная рама которого зафиксировалась в крайнем заднем положении. У Баляса закончились патроны, и чтобы перезарядить пистолет, он должен был вернуть затвор в исходное положение, выщелкнуть пустую обойму, вставить полную. А это время, которым воспользовался Олег.

Он поднялся с земли, рванул к противнику. Моральные принципы оставались за гранью, которую он перешагнул, нажимая на спусковой крючок. Он уложил Баляса двумя выстрелами в голову, нагнулся над телом Адыка, хладнокровно приложил пальцы к шее. И один готов, и другой, значит, за тылы можно не переживать.

Так же хладнокровно он забрал у Адыка пистолет, который сам просился в руку. И рванул к машине, пока безоружный Симак не дал деру. Он помнил, что забрал у бандита пистолет, но понимал, что в машине мог оказаться еще один ствол, а возможно, даже целый арсенал. Поэтому он продвигался к цели быстро, но осторожно.

Машина была на месте, но Симака Олег не увидел. Зато услышал, как трещат кусты по ходу движения. Какое-то время он прислушивался, по звуку пытаясь понять, что делает Симак. Или к бою готовится, или уносит ноги. Оказалось, последнее.

Олег подобрал свою туфлю, обулся и побежал за ним. Время было упущено, да и сам он не в том состоянии, чтобы выдержать быстрый темп, который задал бандит. Казалось, беглеца не догнать, поэтому Олег просто выстрелил в воздух. Смешно это или нет, но подействовало. Бандит юркнул за дерево и затих за ним. Скорее смешно, если Симак – трус. Но если у него ствол, будет не до смеха.