Александр Шорин
Неформат (сборник)

© ЭИ «@элита» 2013

* * *

О…

О высшем тайном знании

Ничего не будет

– То есть совсем ничего?

– Совсем.

– А…

– Ты про то, что я обещал рассказать о высшем тайном знании?

– Ну да, в общем.

– Так на то оно и тайное, что его никто не знает.

– И ты?

– И я. Иначе оно уже не было бы тайным. По крайней мере, высшим тайным знанием бы не было.

– Да?

– Ну да, теперь и ты его НЕ ЗНАЕШЬ. И когда-нибудь его тоже кому-нибудь передашь…

О моральных уродах

– Не поверишь, я влюблен, причем безответно…

Был поздний вечер, я устал и потому надеялся, что голос получится достаточно жалобным.

Но подруга, к которой я обращался, слишком хорошо меня знала, чтоб потакать таким заявлениям, а потому её голос, даже искажённый Skype, зазвучал в колонках здоровым цинизмом:

– И давно это с тобой? Неделю?

– Дней десять уже…

– Ну-ну… А сексом ты когда последний раз занимался?

Я невольно смешался:

– Дня три назад… Или четыре…

Но додумать не успел.

– Так я и думала! Вот пожил бы один хотя бы годик…

– Я уже много лет живу один!

– Ну ага! Совсем один!

– Так я совсем… С котом только…

– И при этом регулярно занимаешься сексом!

– При чём здесь это?!! Нужно ведь разделять чувства и физиологические потребности организма! Тем более я ж не с проститутками сплю… У нас такие вот отношения, и к ней я тоже совсем не безразличен… Ну, ты же знаешь сама, что одно другому не мешает!

– Я-то знаю… Но ты забываешь, что я – это я. Другие так не думают. Для большинства других такие, как мы с тобой – это моральные уроды, достойные осуждения.

– Да?

– А то ты сам не знаешь!

– Знаю, наверное… Но регулярно об этом забываю…

– А ты не забывай! И не говори никому, что ты такой!

…Но я её не послушался, потому и написал это. Я никогда её не слушаюсь…

Зря, да?

О планах на вечер

ЕЁ планы: 1. Чтоб сводил в кафе 2. Купил что-нибудь вкусненькое с собой 3. Пиво – обязательно, лучше – два 4. Секс – два раза, можно три 5. Чтоб ни на что не отвлекался: одной мне скучно 6. Утром чтоб рано не будил, лучше чтоб вообще не будил – сама проснусь

ЕГО планы: 1. В кино 2. Пусть ужин приготовит 3. Не забыть: пусть поможет коту уши почистить 4. Секс 5. Обсудить новую книжку 6. Хоть бы утром не пришлось поднимать её силой…

Планы БОГА: А не послать ли им аиста?:-)

О том, как всё начиналось, что произошло дальше, и чем это кончилось

Сначала Бог (С) Библия

Люди рождались, жили, умирали (С) непомнючей

Бог умер (С) Ницше

…

Рок-н-ролл мертв, а я еще нет (С) БГ еслинеошибаюсь

…

Бог-сын (задумчиво разбирая малоразборчивые записи: всё, что осталось ему в наследство от Бога-отца):

– «Бог есть любовь», «Любовь – это когда жизнь другого существа дороже тебе своей собственной», «Жизнь – это путь от рождения к смерти»…

(Утирая слезу):

– А всё-таки ты был не прав!

И создал Землю. Была она безвидна и пуста…

…

Ева Адаму:

– К чему эти бессмысленные телодвижения?

Змий-искуситель (подслушивая, бормочет себе под нос):

– Вот дура!

…

Святой Дух (сам себе):

– А всё-таки она вертится!

…

Я:

– Это всего лишь текст.

Текст:

– Это всего лишь я.

О здоровом образе жизни

Предлагаю слово «холост» заменить на «недостаточно женат».

О картинных галереях

Шишкин «Дубы». Уже смешно…

А вот, между прочим, именно эта картина заставила меня понять, что деревья живые. И трава, и цветы…

Продолжая эту мысль, можно ответственно сказать, что люди – это живые существа, делающие ставку на истребление других живых существ. Питающиеся их трупами, живущие в их трупах и делающие из трупов других существ всякие безделушки, полезные и не очень…

Следуя этой логике, можно смело утверждать, что вегетарианцы – отнюдь не исключение.

О бизнес-ланчах

Бизнес-ланч – это когда обед рассматривается как одно из дел, которые нужно совершить в течение дня.

О надкусанных яблоках

– Много секса не бывает, – сказала Ева и протянула Змию яблоко.

– Это ещё зачем? – спросил он подозрительно.

– Эксперимент, – сказала та загадочно. – Хочу проверить, не затвердеет ли у тебя кончик хвоста.

О вежливых водителях

На работу зашёл поражённый. Спросил у Митина:

– Слышь, Серёг, а чё это все вежливые такие, ты не в курсе? И гаишников не видать вроде…

– А гаишников больше и нету.

– Ну… этих…

– И их тоже нету…

– Это как?

– Да никак, военные теперь стоят. Сразу расстреливают и всё, не слыхал?

– Шутка?

– Шутка.

О соседях, которые топят

Кучка выживших на Памире. Кругом вода.

Один другому, глядя в слезливое небо:

– Ща бы мне туда, на орбиту…

– Космонавт штоль?

– Не, сантехник.

О недоделанном глобусе

Если на глобусе, к примеру, нет Африки, то кого в Европе это волнует?!!

О поиске штанов

Так как они крупнее носков, то спросонья их легче найти. Зато труднее надеть.

О стёртых фотках

Для уничтожения фоток, если они хранятся только лишь на жёстком диске компа, нужно куда меньше смелости [чем для уничтожения изображений, которые выведены на фотобумагу].

И этот процесс очень сильно напоминает мне мою (нашу) сегодняшнюю жизнь.

О человеке, который всё знает, но ничего не понимает

– …да всё я знаю.

– Но ничего не понимаешь! Ну зачем было себе в голову-то стрелять?

– Да так… Нужен был стимул…

– Для чего стимул?

– Ну… это… Я никак не мог пройти восьмой уровень в «Luxor». Вот и решил себя застимулировать… Всё равно не прошёл. Вот и пришлось: я ж слов на ветер не бросаю.

…

– Эй, чувак! А ты правда себе в голову стрелял?

– Конечно. Я никогда не вру. Вот шрам посмотри, если хочешь.

– Вау! И правда! И чё потом?

– Чё потом? Лечился долго. Голова вот теперь болит.

– Вот это да! Ты же мог умереть…

– Да знаю я…

…

– А ты правда ВСЁ знаешь?

– Ой, блин… Нет, не всё, конечно.

– А вот и соврал значит!

– Эх, пойду застрелюсь…

О том, что нужно работать 3 месяца для того, чтобы заработать на 1 квадратный метр квартиры

– Копейка рубль бережёт!

– Скажи ей, что она уволена.

Про…

Про ёжиков (в соавторстве с Алексеем Кошкиным)

Ёжики… Все только и делают что пишут про ёжиков…

И мы пишем про ёжиков или не пишем про ёжиков, или пишем, но не про ёжиков, или ёжики пишут про нас. А может мы сами и есть ёжики?

..И если раньше интеллигенцию волновали судьбы России и человечества, то теперь – одни ежики на уме… И легче, и безопаснее.

И спрос есть на этиx тварей, в отличие от России.

И в этом смысле можно уже говорить об объёживании нашего общества – в нём становится всё меньше и меньше людей, и всё больше ёжиков.

Придёшь куда-нибудь – там ОНИ.

Сидят, маскируя свои лица под мордочки с мокрыми носами и выпятив невидимые иголки. Вот сейчас в этом кафе – кого больше? А?

Да какая разница! Вот там, у них – вообще нет ёжиков!

В смысле они были, но уже перешли в другую стадию. Хорошо отъевшийся ёжик – уже почти кабан, только щетина чуть длиннее и жёстче обычной. Общество кабанов – как следующая стадия после общества ёжиков!

Им-то хорошо… У нас-то следующая стадия – дикобразы! Щетина никуда не денется, конечно, зато иглы соседу в глаз со всей дури, со всего патриотизма! И – в сытую спячку.

Один мой приятель совсем недавно со мной поделился (после изрядной порции глинтвейна).

– Понимаешь, – говорит, – просыпаюсь я как-то посреди ночи от мысли, что я уже не человек, а ёжик. И так мне тошно стало, что хоть вешайся! Плачу в три ручья, все иголки свои намочил, носик трясётся…

Тут проснулась жена и говорит:

– Не плачь, Петя! Эту стадию все проходят. Вот станешь, как я, дикобразом – глядишь, и полегчает тебе. Мы, дикобразы, поопаснее будем, к жизни приспособленнее!

Будто это неожиданность какая – что Петина жена – дикобраз. Все давно это знают: на неё даже глядеть не надо – только послушать полчаса. Правда полчаса редко кто выдерживает.

Пете, чтоб к ней привыкнуть, предложили операцию специальную сделать – по оперативному одикображиванию. Он даже согласился, но вот накануне запил и пошел грибы собирать, да так и остался в лесу жить. Говорит, на грибах и водке можно очень долго протянуть. И даже без грибов можно…

Так, если подумать, то ёжику только в лесу и можно, если в дикобразы не хочет. Ну или к ним, к кабанам…

Это я к чему?

– Выпьем!

– И закусим!

Жизнь продолжается, даже если ты… Кто завтра?

Про ручку, которая не пишет

– Эй, сынок, позолоти ручку. Всю правду про тебя расскажу!

– Давай свою ручку.

– Ой! Тяжелая-то какая!

– Позолоченная, как и просила. А теперь рассказывай про меня всю правду.

– Нечистая сила!

– Постой! Эй… Обещала…

(Про себя): Соврала, проклятая. Какая ж я нечистая сила? Обычный химик…

Про оголенный нерв

Сдуру я попросил врача показать мне, как выглядит удаленный нерв. А врач – ничё так тетка, потому что я для нее не просто набор зубов той или иной степени разрушения, а все-таки тоже человек – сказала: «Пожалуйста, почему нет?». И показала мне маленького красного червячка, накрученного на острую винтообразную палочку: тоже мне подлёдный лов на мормышку…

Но тут мне стало не до смеха: я явственно представил, как такие вот червячки, оглушенные мышьяком, сейчас пытаются прятаться в моем зубе, но железный бур, не знающий жалости, наматывает их на себя и вытаскивает, чтобы отправить в плевательницу.

Тогда я сделал еще большую глупость: один из этих нервов стащил потихоньку и принес домой. Засунул в химическую пробирку, налил немного теплой воды… В ней нерв долго был безжизненным, но потом отошел понемногу и начал шевелиться. Или мне показалось?

Все дальнейшие эксперименты я немедленно прекратил, вылив его из пробирки вместе с водой в унитаз.

А ночью мне приснился сон…

…

Сон, который я совершенно не запомнил.

Но жена утверждает, что во сне я орал:

– Так вот почему вымерли динозавры!

Про шишки

Если хорошенько удариться головой, то на ней образуется шишка. Если ударяться старательно и регулярно, шишка будет большой. Если её холить и лелеять, старательно ударяя в нужных местах, то она вырастет большая-пребольшая и будет уже похожа не на шишку, а на банан, который можно почистить. Под кожурой этого банана – рог. Поначалу он маленький, нежный, и его легко сломать, но постепенно он растёт и твердеет.

Рог – это единственное, что мужчина может взрастить в себе ничуть не хуже женщины.

У меня их четыре. Проклёвывается пятый.

Матерное

(спёрто у Алексеича)

– Х..ни х. ни!

– Х..ня х. ня!

– Х..ня, х. ни!

Что в переводе на литературный русский означает:

– Плесни мне этой гадости!

– Эта гадость очень низкого качества!

– Да ничего страшного, плесни!:-)

Про авторитетных мужчин

Он говорил так, что сразу становилось ясно: мир для него – открытая карта. Он был крепок и надёжен, как скала. Я расплакалась, сказала, что не люблю его и убежала. Это было для него откровением.

Тот, другой, заявил, что он-то точно знает, что мне нужно. Я долго смотрела ему в рот. Мне нечего было возразить. Я убежала. Он удивлялся. Он оказался не так плох: он ещё умел удивляться. Я снова плакала.

Третий заявил: «Дура! Я знаю, как надо жить. Идём со мной, там много вкусного». Я пошла… в противоположную сторону.

…

И вот они: авторитетные мужчины. Их целая толпа, они снятся мне в кошмарах. И у всех у них круглые, большие глаза, сверлящие моего спутника: он совсем на их взгляд не авторитетен.

Глупые! Я сама его выбрала.

Про взбалмошную стерву

– Скушно!

Я зевнул.

– У тебя что-нибудь болит? – спросила она подозрительно.

– Да нет, ничего не болит.

– Да? И ты ещё смеешь жаловаться на скуку?!! Это же счастье просто, когда ничего не болит!

«Вот стерва», – подумал я.

Кто ж знал, что она ещё и мысли читает…

Короче, о чём это я? Извините, лёгкие провалы в памяти.

Так вот, значит, лежу я в гипсе весь. И всё болит. И знаете: ни хера не скучно!

А она заходит и ехидно так спрашивает:

– Скучаешь?

Про ноль рублей на телефоне

Бедность моя общеизвестна.

На моём телефоне (перемотанная изолентой старинная «Нокия») тариф не меняется уже много лет: «Абонентская плата – 0, исходящие недоступны, все входящие – бесплатно». Мне незачем никому звонить, я давно уже ни в ком не нуждаюсь. На моём телефонном счету всегда одна и та же цифра: 0 рублей 00 копеек.

И при этом – заметьте! – трезвонят мне постоянно: только успеваю заряжать вечно садящийся аккумулятор.

…

«Почему вы решили уйти из этого мира?».

«Правда ли, что души живут 40 дней?».

«Не могли бы вы передать привет моей племяннице?».

«А как там с вакансиями ангелов?».

«Долго ли ждать приема у Господа?».

И даже: «Какое там отношение к шахидам?».

Отвечаю я не на все вопросы, а только по выбору. Впрочем, можете рискнуть. Мой телефон: 8 902 260 48 94. Звонок платный.

Про орфографические ошибки

По почте (нормальной, бумажной, а не электронной) получил с пометкой «лично» письмо на мятом листе в клеточку, небрежно вырванном из тетради. Корявым почерком, с кучей орфографических ошибок там было написано… нет, дословно текст приводить не буду, потому как сильно он матерный, и, несмотря на то, что даже эти всем известные слова тоже написаны с ошибками, но тем не менее «…бать» – оно остается тем же самым, пиши его через «е» или «и», а это оскорбляет вкус некоторых моих читателей:-).

В общем, смысл послания таков: «Если я тебя (трата-та-та та-та), такого-то и растакого-то ещё раз увижу с такой-то и такой-то, то выражение «глаз на жопу натяну» покажется тебе намного более реалистичным, чем оно представляется на первый взгляд». (О как передал без цитирования, а!).

Выкинуть сразу в урну «энту писюльку» помешало несколько обстоятельств. Первое, конечно же, – оценка реальности угрозы и вопросы «Кто?» и «Зачем?». Но это-то – само собой, а вот кроме этого что-то ещё меня зацепило…

А, вот что! Очень уж подробное (и, заметьте, верное, хотя и опошленное) описание интимных достоинств вышеобозначенной особы и… да, и абсолютно верное указание на родинку в очень интимном месте. Это навело на некоторые дополнительные мысли…

Но вот не только это, что-то ещё… Но ЧТО?

Дошло до меня, ЧТО, только к концу дня. Ба, ребята, а текст-то «деланный»! И как я сразу не понял?!! Потому как при огромном количестве орфографических ошибок стилистика и пунктуация в порядке!

И только ещё через час до меня допёрло, что почерк-то… женский.:-)

Про пивное пузо

Приходилось вам видеть когда-нибудь мужчину, который, поглаживая с явной любовью свое пивное брюшко, приговаривал: "Это не пузо, это комок энергии". Или: "Это трудовая мозоль"?!!

Выбор между духовным и телесным в сторону телесного мы с другом сделали всего-навсего в ста метрах от Эрмитажа, завернув в полуподвальчик под названием "Бочка". Под хорошую закуску сначала выпили по 0,5 "Невского", а потом перешли на темное – "Василеостровское"…

И вот, этак через часок, когда похорошело и усталым ногам, и всему телу, я подумал, что если бы мне захотелось поискать ассоциативный ряд к нашему поступку, то начинался бы он с "пивного пуза" как символа победы телесного над духовным. Некая аллегория, как "волосатые уши" у Стругацких.

Умение (и желание) вкусно поесть и выпить, воспетое еще Рабле, мне в тот момент ничуть не казалось постыдным. И закралась мне в голову шальная и крамольная мысль: без Эрмитажа я могу прожить всю оставшуюся жизнь, не особо страдая от такой потери. А без пива?!!

Про покупку вертолёта

Только давайте сразу договоримся: ля-ля потом, сначала я выскажусь, ок? Ну, тогда поехали.

В нашем мире написано столько книг, что жизни не хватит, чтоб прочесть и десятую часть. Не понимаю, зачем ещё новые писать? Всё уже есть: фильмы, музыка… компьютеры, автомобили, ночные клубы, нарко… В общем, до хера всего. Стоит тебе что-нибудь окучить, тут же открывается возможность для чего-нибудь новенького. Общество потребления, так это, кажется, называется.

Так о чём это я? Ах, да. Пробки, пацаны, вот в чём проблема. Застрял я тут как-то часа на два. Ни туда, ни сюда, ну вы понимаете. Застрял и думаю: всё, бля, покупаю вертолёт. А фигли?

И тут выясняется: в пределах МКАДа, несмотря на все эти площадки вертолётные на наших домах, чтоб нормально летать куда хошь, нужно разрешение Минобороны. А там, бля, сидит этот чинуша в погонах, глаза на меня выпучил, кобель зажравшийся, и говорит: «Нахрена тебе вертолёт? Ты, бля, Президент, что ли?».

А я, понимаете, вертолёт уже купил. И что он теперь у меня, ржаветь что ли будет?

Короче, пацаны, так принял я решение баллотироваться в Президенты России.

Про плюшевого дельфина

Моя девушка напоминает мне плюшевого дельфина: такая же мягкая и искусственная. И мне, как маленькому, хочется её выпотрошить и посмотреть: а чего же там внутри? При этом я не забываю о том, что разум дельфинов превосходит человеческий. Вы скажете: это же не про плюшевых дельфинов! Хм, у каждого дельфина есть выбор – быть ему плюшевым или нет.

Раньше бороды считались признаком скрытности: не хочет человек показывать всем свое голое лицо, значит есть, что скрывать. Фигня всё это. Самые скрытные люди – те, которые кажутся на первый взгляд открытыми и общительными. Они наболтают тебе целую кучу всего, а потом ты понимаешь, что о них ничего не знаешь. Они как плюшевые… снаружи.

Да нет, мне не жалко. Будь ты хоть плюшевым, хоть пластмассовым, хоть железным. В конце концов, это не мое дело. Фишка тут в другом: никогда не знаешь, что скрывается за этой плюшевостью: блеск? серость? Это как матрёшка: может быть внутри ещё одна, а может быть и пусто. Пока не заглянешь – не поймешь… С другой стороны, плюшевость всё-таки лучше, чем железность: там-то сразу зубы пообломаешь…

Сегодня мне приснилась целая стая плюшевых дельфинов. Они резвились у меня на диване, и мне почему-то было очень весело.

Р. S. Попросил её написать рассказик на тему “Про товарища Сталина”. Она написала: “Жил-был”:-)

Про посещение библиотеки

«…ОНА склонна к депрессиям, если ощущает себя ненужной и беспомощной.

ОНА относится к типу женщин, жаждущих преданности, ощущающих, что ЕЁ избранник не может без НЕЁ обойтись. ОНА постоянно вымаливает для себя знаки внимания. Любит одиночество, предпочитает простоту, часто критикует других, не любит активной общественной жизни.

ОНА ненавидит тривиальность, критику за спиной и иллюзии. Она отличается сухопаростью и нервозностью.

ЕЁ цвет – голубой, тёмно-синий или чёрный, время года – зима, лучший орган чувств – уши…».

…

Каюсь, подглядел.

Наглость: спросил.

– Это Вы о ней?

– Ну да, о ней. О библиотеке.

…

Ну не люблю я «Белинку»! Мне нравятся те библиотеки, где можно среди книжек походить, порыться вволю… Каталожные залы меня приводят в смущение.

Разве что мимо пройти, потому как «Памятник человеку-невидимке» возле «Белинки» заставляет меня каждый раз останавливаться, улыбаясь.

Но тут вот какое дело вышло: девушка с гипсом на ноге пытается забраться на библиотечное крыльцо. Помог, конечно, помог. А потом не выдержал и зашёл вместе с ней – благо паспорт с собой был – на разовый пропуск достаточно. Опять же книжку Рудина о магических квадратах давно отксерить хотел… В общем, была бы причина, а повод всегда найдётся.

А вот то, что подойду и подгляжу, чего она там пишет – и сам не ожидал от себя. Бывает же такое…

…

– Она похожа на большого старого зверя, умирающего в зоопарке. Мне так кажется…

Я тут же вспомнил древнего крокодила, который лет пятнадцать в состоянии клинической старости приводил в ужас маленьких екатеринбуржцев… В прочем, библиотеки всегда обрастают новой кожей, сколь бы старой ни была сердцевина…

Кажется, меня понесло…

…И только тут я заметил, что девушки рядом нет. Огорошенный, огляделся. Куда она, хромая, могла так быстро исчезнуть?

Быстро осмотрелся, даже пробежал туда, сюда… Не постеснялся спросить у библиотекарши… Нет, будто и не было!

Уходя домой в полной растерянности, обнаружил в кармане листок бумаги, на котором было написано: «…ОНА склонна к депрессиям, если ощущает себя ненужной и беспомощной…».

Присмотрелся и обомлел: написано моим, МОИМ почерком!

И понял, что встретился сегодня с НЕЙ.

С Библиотекой.

Про поход за водкой

– Много водки хочу пить, очень хочу! – произнес ненец почти мечтательно.

Э. Тополь «Красный газ».

Продавщица – лишь бы этот последний ненец от неё отвязался – подала ему флакон духов. В ту же секунду ненец свинтил с флакона пластмассовый колпачок, передал флакон стоявшей рядом жене, и на глазах у изумленного Зигфрида эта ненка выпила, булькая, полфлакона, а остальное вернула мужу. Тот допил флакон.

– Алкаш! – презрительно сказала продавщица. – А ещё им свободу подавай! Да вам ежли свободу-то дать, так вы завтра все перепьётесь! Тьфу!

– Это ты, люча, ненца пьяницей сделал, однако, – миролюбиво сказал ей ненец. – Когда люча не пришёл в тундру, ненец охотник был, водка не видел…

– Ладно, ладно, иди! Не митингуй тут! – грубо перебила его продавщица. – Тут те не горсовет, митинги устраивать!..

– Ничего… – проговорил ненец. – Скоро Ваули сюда тоже придёт…

Там же.

…

Ваули был великий Воин, однако! – сказал Ани-Опой. – Ваули сказал ненцам: вы тоже люди, вы тоже имеете право водку пить, как люча. Ваули собрал много-много ненцев в большой поход за водка. Ненцы убили много люча, а потом пили много водка!

Ани-Опой, ненец лет восьмидесяти, весь морщинистый, беззубый и ни на что уже не годный, кроме как сидеть у костра, развлекая своими байками, блаженно улыбался от давних воспоминаний. Молодой человек, тоже ненец – его собеседник – брезгливо, но при этом очень заинтересованно спросил:

– И что было после того, как ненцы пили много водки?

Старик вздохнул:

– Пришли много-много люча и всех убили, а кого не убили – тюрьма посадили. Ваули тоже убили…

– Глупые ненцы, – сказал молодой человек с презрением, как будто сам был совсем других кровей.

И добавил историческую фразу:

– Мы пойдем другим путём!

А потом тихо, совсем тихо, себе под нос, буркнул:

– Теперь я буду Ваули!

…

Цитата из решения Европейского суда по правам человека в Страсбурге: «Данное дело представляет особый интерес для суда… Налицо явное нарушение прав человека…».

…

…И каждый ненец теперь гордо шёл в магазин, требуя водки. Это был великий поход ненцев. Поход за водкой. И ни один продавец не решался им отказать.

…

Через полгода оставшимся в живых ненцам снова перестали продавать водку, наплевав на решения всех судов. Зато у оставшихся имя «нового Ваули» вознеслось до небес, перекрыв славу старого.

Пусть недолго, пусть всего полгода, но они были свободными людьми. А это дорогого стоит.

Про розовых слоников

– Папа, папа, пусть слоники побегают!

– Дочка, но слоники устали.

– Папа! Ну путь слоники побегают! Ну еще разочек!

– Ладно, но в последний раз… РОТА! ПАААДЪЁМ! ГАЗОВАЯ АТАКА!

(Старый анекдот).

…Стоит мне всего на пару минут задуматься и ничего не делать, как пред моим мысленным взором начинают пробегать розовые слоники. Картинка всегда одна и та же: сначала где-то у горизонта, на пределе видимости, появляется чёрная точка, потом она становится розовой, потом становится розовым слоником. Неспешным слоновьим аллюром он пробегает мимо, затем второй, третий, четвертый… и так без конца.

Спасение в работе, только в работе: когда я чем-нибудь занят, то никаких слоников. Но стоит снова задуматься, как вновь появляется чёрная точка…

ДОСТАЛИ МЕНЯ ЭТИ СЛОНИКИ!!!

Если я когда-нибудь научусь говорить… Ну ладно, не говорить, так хотя бы печатать… Короче, первое, что я сообщу свей хозяйке, будет следующее:

– СМЕНИ ЭКРАННУЮ ЗАСТАВКУ, ДУРА! ИЛИ ХОТЯ БЫ УВЕЛИЧЬ ИНТЕРВАЛ!

Про сломанную мебель

Иногда хруст издавал переломленный стул, иногда – его череп, но он молчал. Терпел. Сволочь: слишком хорошо меня изучил. Знает – сейчас я устану и смогу нормально говорить. Или…

Он выбрал «или».

Сижу вот сейчас, качаю ляльку на сломанном стуле и думаю: «Вот, бля, какой хитрый, а!».

Про соседей, которые заламываются не вовремя

Приходит ко мне подруга. Сидим, болтаем. Чай пьём, кофе пьём, курим. Жарко так.

– Давай, – говорю я ей, – нагишом сидеть и болтать.

– А давай! – говорит она.

Раздеваемся, одежду на стул скидываем. Сидим дальше болтаем.

Приходит моя девушка. Удивляется: чего это мы тут нагишом сидим.

– Да так, – отвечаем мы, – захотелось и сидим.

– Как-то нехорошо, – говорит она, – вы нагишом сидите, а я тут одетая.

– И правда, как-то нехорошо, – говорим мы. – Давай ты тоже будешь с нами нагишом сидеть.

– А давай! – отвечает она.

Сидим втроём нагишом. Болтаем, чай-кофе пьем. Курим. Прикольно!

Звонок в дверь.

Заходит ещё одна моя подруга, а с ней девушка незнакомая.

Удивляется:

– А чего это вы тут нагишом?

– Да в общем-то так, ничего. Просто захотелось, – отвечаем мы. – Давайте и вы будете нагишом.

– Давайте, – говорят они.

Сидим дальше, совсем прикольно так, просто здорово.

Снова звонок в дверь.

Ещё одна моя старинная подруга. Тоже удивляется.

– Давай, – говорим мы хором, – ты тоже будешь нагишом.

– Не-е-е, – говорит она, – я нагишом не хочу. Давайте, я лучше буду вас фотографировать. Забавно получится.

– А давай, – отвечаем мы.

И действительно, получилось забавно.

И снова звонок в дверь.

– Кто там?

– Соседи!

И тут мы все как застеснялись, как застеснялись! И все быстро оделись.

Про то, что сигареты всегда кончаются

– Что, Сашка, стареем?

– И не говори… Не молодеем точно.

Всё чаще бывают такие разговоры с ровесниками, вот только отличаюсь я от них, почти от всех: там дети мал-мала, там жёны, да уже не первые… А у меня по-прежнему только кот, три сухаря в кармане да пачка сигарет.

Знамёна наши повыцвели. Идеалы? Которые – уже на свалке, другие набрали крепость железобетона и цвет соответствующий.

И все мы – по уголкам своим: вместо ухарства – водка, вместо устремлений – планы, вместо блеска в глазах усталость. И столько всего жито-пережито… Кажется, что всё главное в жизни уже позади. Перебираем воспоминания, как хомяки зерно между щеками, а потом созерцаем мокрую кашицу. Двадцать лет спустя…

А из всего, что пережито, уже мало что сильно цепляет, будто неважное выветривается, ржавеет и отваливается. Учителя опрокинуты, друзья – в делах, женщины любимые – замужем давно…

…

И в те моменты, когда худо совсем, вспоминаю я одну девчонку, с которой и знаком-то был – вечер всего.

Был день рождения в общежитии и компания случайная, и была там эта девчонка: грустная, потерянная. И был я – пришлый варяг, однодневка, не пришей рукав, но вроде всё ещё свой.

Поймал я тогда взгляд её и понял: плохо человеку, очень плохо. «Чем помочь-то?», – спрашивали мои глаза. «Любви хочу, хоть на минуту, хоть на ночь одну», – её отвечали. И встретились мы руками, так слова и не произнеся друг другу.

И выпали мы оба из компании: вроде и людей здесь много, а вроде и только мы вдвоём. И спать вместе легли – в той же комнате, на кровати. И не видели, и не чувствовали никого: только друг друга. И отдавалась она мне так, как будто первый и последний раз в её жизни.

И под утро, горячим шёпотом в самое ухо, узнал я самое сокровенное: «Двенадцать мне было. А их четверо: затащили в общежитие. И матрас там был голый, без простыни, с клопами…».

Никогда раньше я не задумывался об изнасиловании, никогда не сталкивался с таким. Что-то во мне натянулось и едва не лопнуло: так сильно хотелось помочь ей превозмочь эту боль.

И я сказал ей: «Перед тобой мужчина, который никогда не изнасилует женщину».

…А наутро я проснулся один. Она исчезла из общежития, из города, из моей жизни. Имя? Имя я потом узнал. Да что в имени её?

Всё ушло, утекло, убежало. А вот обещание осталось… Спасибо тебе, Наташа!

…

Годы щёлкают, как патроны в обойме. Тлеют, как сигареты: полпачки осталось да окурочек, если раньше не расстреляют. Если дадут докурить самому.

Мы когда-то учились любить, а теперь учимся жить без любви. Вспоминаем правила, над которыми смеялись… Назад оглядываемся с грустью, и лишь иногда – с ностальгией.

Что прошлое? Дымка? Туман?

Нет, ещё и обещания.

Про Умку, её умище, ослика Иа-Иа и йо-йо

Подарили как-то Умке Йо-Йо. Такая это оказалась хитрая штука! Хитрая, но увлекательная: две катушки и веревочка. Крутанёшь то самое Йо-Йо – и радуешься жизни. И весело-то как!

И все бы ничего, но Умка такой человек: не может она долго жизни радоваться, чтобы кто-нибудь её не отвлек от этого важного занятия каким-нибудь дурацким вопросом.

На этот раз дурацкий вопрос ей задал ослик Иа-Иа.

Он подошел к ней тихонечко сзади и сказал, грустно глядя на веревочку:

– Уважаемая Умка! А вы знаете о том, что это – мой хвост?

От огорчения Умка крутанула свою веревочку совсем не так, как её стоило крутануть, и она – бац! – намоталась ей вокруг шеи!

– Got dam! – закричала она с перепугу не по-русски.

Конечно, ей тут же пришли на помощь: прибежали спасать с помощью йодно-марлевой повязки, которую тут же накинули ей на шею.

Но она, своим хорошо поставленным голосом, продолжала голосить:

– Куда же я теперь такая, совсем бесшеяя? А-я-яя-яй!

И Иа-Иа, и её Йо-йо, и её йодно-марлевая повязка: все хороводом закружились перед её тускнеющим взором…

Вот, собственно, и вся история. Осталось только упомянуть об Умкином умище, который здесь почему-то остался как бы за скобками. А ведь зря мы про него не упомянули! Только благодаря ему после страшных этих ужасов Умка до сих пор поет себе и жизни радуется, а всё потому, что она загодя надела свитер с большим толстым воротником на свою тоненькую шею. И, ясен пень, спаслась!

Но вот только к Йо-Йо больше не притрагивается, ни-ни. Вынула из него веревочку и подарила Иа-Иа – нехай радуется!

Про фольксваген «Жук»

Всем нам свойственно примерять на себя чужие жизни, хотя бы иногда.

Вот, представил я себе, что живу в Киеве, у меня здесь квартира, семья, машинка какая-нибудь прикольная, ну например фольксваген «Жук»… Или нет, например, во Львове, где-нибудь на ул. Дж. Дудаева. Гуляю по брусчатке, хожу в католический храм по воскресеньям…

Другое дело, что примеряется всё это ко мне словно одёжка с чужого плеча. Примерять, впрочем, всё равно любопыно.

Интересно, а что по этому поводу думает фольксваген «Жук»? Улица Дж. Дудаева? Брусчатка? Киев? Почему-то мне кажется, что им тоже не по фигу…

Про конец рабочего дня

Пастух готовит на огне немудрёный ужин. Садовник моет руки. Механизатор в сердцах пинает колесо своего трактора. Рабочий идёт к пивному ларьку с друзьями. Менеджер нажимает пуск→выключение на мониторе компьютера. Балерина перевязывает больную ногу. Палач кормит аквариумных рыбок. Писатель, глотая анальгин, ползёт к кровати. Президент, нервно потирая виски, вновь пытается стать мужем и отцом Бог разочарованно сминает в бесформенный ком неудавшуюся Вселенную.

Конец рабочего дня.

Про параллельные миры

То, что параллельные миры существуют, я понял давно: посудомойки, как правило, не общаются с поп-звёздами, а работники судов знают о криминальной среде больше, чем о фигурном катании. Также верно и то, что параллельные прямые иногда всё-таки пересекаются – родственники, знакомые или друзья могут «ввести» вас в доселе неизвестный мир, живущий по особенным законам.

Мир, в котором живут бомжи и наркоманы, малолетние бродяги, проститутки и сутенёры, совсем рядом: они ходят по тем же улицам, и солнце им светит то же самое, что и всем остальным.

Мы видим их каждый день, не особо задумываясь об этом. Это происходит потому, что мы их либо просто не замечаем, либо смотрим на них со стороны. А ведь в их мире оказаться не так уж и сложно, недаром в русской пословице говорится, что от сумы да от тюрьмы… правильно, зарекаться не надо.

Давайте зарекаться не будем и попробуем построить модель ситуации. Приходилось ли вам когда-нибудь оставаться один на один с чужим городом? А без денег? Без документов? А, может быть, очень смутно помня вчерашний день?

Начнём по порядку. Во-первых, почему именно город? А потому что бомж, как и голубь, – птица городская, «дитя цивилизации» так сказать. В маленьких городках, а тем паче в деревнях их количество снижается почти до нуля. Причина тут проста – там, в узком мирке, человеку либо помогут худо-бедно социализироваться, либо просто оттуда вышвырнут.

Итак, место действия – город, я бы даже сказал мегаполис, среда обитания сотен тысяч, даже миллионов людей. Среда, казалось бы, специально построенная для жизни… но именно городские условия практически во всех «школах выживания» имеют высшую категорию сложности. Дмитрий Лысенко, руководитель одной из таких школ, как-то признался, что намного комфортнее чувствует себя в пустыне или в ледяной тундре, чем на городских улицах…

Любой, кто впервые попадает в такие условия, первым делом старается вернуться в привычный для себя мир: в ожидании терпеливо сидит на вокзале, если отстал от поезда – бежит к начальнику вокзала, стал жертвой кражи – идёт в милицию. Начинает вспоминать знакомых, звонить родственникам…

А теперь представьте, что все эти действия ни к чему не привели, на улице уже смеркается, денег ни копейки и очень хочется кушать. Вот в этот-то момент вы начинаете немного приближаться к «взгляду изнутри». Конечно, скорее всего, проведя ночь на вокзале, вы наконец получите заветный денежный перевод и будете вспоминать об этом эпизоде своей жизни, как о страшном сне. А если нет?

Про идеальные способы убеждения

ВОПРОС: Вы учёный, физик-ядерщик?

ОТВЕТ: Нет, но я достаточно квалифицированный инженер.

ВОПРОС: Ваша фамилия, имя, отчество?

ОТВЕТ: Не имеют значения. Я хочу, чтоб вы называли меня Иваном Ивановичем. Ивановым Иваном Ивановичем.

ВОПРОС: Вы знаете о том, что ваша фамилия скоро станет нам известна?

ОТВЕТ: Знаю, но это тоже не имеет для меня уже никакого значения.

ВОПРОС: Ваш возраст?

ОТВЕТ: Я пенсионер. Этого тоже достаточно.

ВОПРОС: Национальность?

ОТВЕТ: Русский. И хватит об этом, переходите к делу.

ВОПРОС: Хорошо, Иван Иванович. Вы утверждаете, что где-то в центре Москвы заложили бомбу с ядерным зарядом. Так ли это?

ОТВЕТ: Да, это так.

ВОПРОС: Можете объяснить причину этого поступка?

ОТВЕТ: Могу. Мои требования изложены в письменном виде и находятся у вас.

ВОПРОС: Вы осознаёте, что это шантаж? Угроза террористическим актом? Что это карается по закону высшей мерой наказания – пожизненным заключением?

ОТВЕТ: Осознаю.

ВОПРОС: Хорошо. Почему вы считаете, что мы вам поверим? Возможно, вы просто блефуете.

ОТВЕТ: Если вы на связи с полигоном под Семипалатинском, в Курчатове, то должны быть уже в курсе того, что там произведён несанкционированный ядерный взрыв.

ВОПРОС: Этот взрыв – предупреждение?

ОТВЕТ: Да.

ВОПРОС: Судя по вашим требованиям, вам приходилось присутствовать при атомном взрыве?

ОТВЕТ: (С усмешкой). Я присутствовал при нескольких десятках ядерных взрывов. Всего я видел их около восьмидесяти, если быть точным.

ВОПРОС: Вы служили в Курчатове?

ОТВЕТ: Да. Тогда он назывался «Москва-400». Станция «Конечная».

ВОПРОС: Вы офицер?

ОТВЕТ: Да, я офицер.

ВОПРОС: Как человек, принимавший воинскую присягу, вы должны…

ОТВЕТ: Да, я должен. Должен тем трём с половиной миллионам людей, от которых сегодня осталось не более 35 тысяч. Выжил один из ста. И я им должен.

ВОПРОС: Вы имеете в виду людей, пострадавших от ядерных испытаний в СССР?

ОТВЕТ: Да, именно их я и имею в виду. Нас не так уж и много осталось. Каждому по 100 000 долларов на старость и болезни – это тоже не так уж и много…

ВОПРОС: Но вы должны понимать, что метод шантажа…

ОТВЕТ: Это позиция силы. Ту же позицию занял Трумен, сменивший Рузвельта, отказавшись отдать Сталину Японию. Просто у меня есть атомная бомба, а это, согласитесь, веский аргумент.

ВОПРОС: Вы кажетесь мне разумным человеком. И должны понимать, что нельзя допускать подобного прецедента.

ОТВЕТ: Вы тоже мне кажетесь разумным человеком. Наш разговор никогда не будет предан огласке. Достаточно выполнить все мои требования, и никто ни о чём не узнает. Не узнает об этом шантаже. Вы должны понять: больше сорока лет нас – миллионов смертников – просто не существовало. Каждому из нас грозил срок за разглашение тайны. Теперь мы существуем, но до нас никому нет дела!

ВОПРОС: Не играйте в благородство, оно фальшивое! Ведь если завтра вы получите особые льготы, то послезавтра любой пенсионер…

ОТВЕТ: У любого пенсионера нет ядерной бомбы. А у меня есть. У вас сутки на размышление. Передайте это вашему начальству, полковник. Разговор окончен.

Мелочёвка

Совершенная женщина

– Я – само совершенство!

– Особенно совершенно ты завтраки готовишь… – Ага. Я их СОВЕРШЕННО не готовлю.

В чём разница между флешкой и половым членом?

Всего лишь в том, что системой безопасности у флешки нужно пользоваться, когда её вынимаешь из специального отверстия, а у члена – когда вставляешь. И в том, и в другом случае безопасностью можно пренебречь, но это может грозить последствиями.

Вопросы и ответы

– Первый человек, высадившийся на Луне?

– Космонавт. – Столица Австралии? – Город. – Автор “Божественной комедии”? – Писатель. …

Уличное

«Ну ты даёшь! Пьёшь и сразу опохмеляешься!».

Опечатка по Фрейду

Суйчас.

Мрачное

Два червяка обедают в глазнице полуразложившегося трупа. Один у другого спрашивает:

– Как ты думаешь, есть жизнь после смерти?

Аллегорично-рекламное

Посреди чёрного-чёрного леса есть чёрная-чёрная дыра, из которой вылезает чёрный-чёрный бобёр.

Вылезает, снимает с головы презерватив и говорит:

«Black – это мой выбор!».

Про врачей

Ну кто ещё, скажите, кроме врача, может выдать голому молодому человеку, стоящему среди таких же других голых молодых людей:

– Нагнитесь, раздвиньте руками ягодицы!

Кто, кроме врача, может по локоть засунуть девушке руку между ног и не получить в ответ по морде?

Но бывает и хуже. Ласково так тебе говорят:

– Отпилим кусочек черепа, вынем чуть-чуть мозгов и всё назад поставим.

Иногда я думаю, что врачи и палачи – это смежные профессии…

Про механические часы без стрелок

Может быть, мы и есть – механические часы без стрелок? Прячем от всех своё истинное время.

А встречаясь, показываем друг другу либо голый циферблат, либо фальшивые стрелки, которые показывают только то, что нам хочется.

А?

Реальность врывается

«Саша, почему ты постоянно глупо улыбаешься в компьютер?».

Смущение

Стригусь в парикмахерской. Девочка, которая стрижёт, вдруг рдеет всем лицом: явно начинает чего-то смущаться.

Потом до меня доходит. «Радио Си» как раз в это время передаёт на полную катушку: «Среднестатистическая женщина думает о сексе каждые пятнадцать минут». А потом: «Каждая третья женщина недовольна своим сексом».

Творческое задание

(На соцопросе по растворимому кофе)

Напишите, с чем у вас ассоциируется кофейный цвет?

Глаза у девушки были кофейного цвета. И я в них растворялся, растворялся, растворялся…

Если женщина пошла делать покупки…

То это может кончиться чем угодно: от замужества до самоубийства…

Плагиат (разговор, подслушанный на кухне)

Утром просыпаюсь от Витькиного голоса на кухне, под шипение сковородки на огне и запаха жареного лука, который весело говорит моей жене под звук песни из радиоприемника:

– Ты представляешь, до каких размеров докатился творческий плагиат, а? Сегодня ночью написал классную песенку, а уже утром её какая-то бездарность поёт по радио. Вот сволочь!

Текст и контекст

Текст:

Девочка очень хочет палку, а ей никто не дает.

Контекст:

Блокадный Ленинград. Полынья на замерзшей Неве. Люди, выстояв на морозе огромную очередь, отталкивают палками плавающие трупы, чтоб набрать воды. Девочка очень хочет палку, а ей никто не дает.

Убей в себе суку

– Ты меня любишь? – спросил он.

И получил ответ, достойный гейши:

– А как тебе больше нравится?

Убийство по сговору

– Скажите, а можно его в живых оставить?

– В принципе можно, но я против. Решать, конечно, вам, но он всё равно обречён. А тем более, я сделаю так, что он, хотя и мёртвый, будет выглядеть совсем как живой. Никто даже не заметит!

– Но ведь его сосед жив, и вы не против?

– Он был ещё очень молод, когда заболел, и смог адаптироваться. Этот не сможет, поверьте моему опыту.

– То есть всё-таки…

– Да, это необходимая мера.

– Что ж, вы профессионал. Поступайте, как считаете нужным…

– Ну, вот и хорошо. И не беспокойтесь ни о чём – я поставлю укол в десну, и вы ровным счетом ничего не почувствуете. Могу даже укрепить штифтом, но это не обязательно…

Служебный роман (современное)

– Что, неужели опять?!!

– Да… Ну сама подумай: как в него не влюбиться? У него такие усы!

– Ты сумасшедшая!

– А ты не знала?

– И что будешь делать?

– Решила твёрдо: мы будем вместе. На этот раз никаких осечек.

– Ты так каждый раз говоришь! И где, собственно, вы будете вместе? В твоей комнатушке?

– Где больше-то? Ты же знаешь…

– Я-то знаю. А вот ты-то знаешь, что собираешься делать? Опять ведь будешь плакать, жаловаться. Опять ведь, небось, с характером…

– А то! Мне другие и не нравятся. Пока что так ни с кем и не смог ужиться. Когда его последний раз решили оставили на ночь с незнакомкой, та до утра не дожила.

– Ужас!

– Не ужас, а по-настоящему брутальный мужчина! Самое то!

– Я ж говорю, что ты сумасшедшая! Лет-то хоть сколько ему?

– Где-то около двадцати на вид. Я не спрашивала…

– Такой старый? Он же помрёт скоро!

– Сама такая! Сразу видно, что ничего в рыбах не понимаешь. К вашему сведению, сомы могут жить очень долго. Лет пятьдесят или даже больше. И при этом всю жизнь растут. Он уже сейчас знаешь какой огромный?!! Я когда пришла аквариум чистить, так сразу в него влюбилась!

– А хозяевам-то он что, не нужен, что ли?

– Так он же одиночка: последнюю свою подружку просто съел, ни с кем не уживается! Его чуть кошке не скормили… Представляешь?..

Недостаток места

Про недостаток места

Свобода – это осознанная необходимость для приспособления к окружающей среде.

Иммануил Кант

Круг зависимостей

Три раза в день я кушаю (если получается, конечно). Каждые шесть секунд вдыхаю воздух в легкие, отравляя его ежесуточными тридцатью сигаретами. Ношу брюки (джинсы), ботинки (кроссовки), рубашки, куртки, шапки. У меня есть диван и обеденный стол, есть душ, в котором случается горячая вода, есть радиоприёмник и телевизор, есть кот, который вечно не прочь пожрать… Есть работа – 8 часов в день (плюс час обеденного перерыва и час, чтобы туда добраться), есть ещё… нет, об этом не будем. Много чего есть, без чего я не могу обойтись. Ну никак.

Ужас какой – думаю – сколько мне всего надо! И ведь не вырвешься никак из этого круга зависимостей. А ведь не наркоман, не алкоголик: у них зависимость – это болезнь, говорят, некоторых даже удаётся лечить. У меня всё намного хуже, потому что зависимости у меня те же, что и у большинства из нас, а значит вечные и «неизлечимые». Или это и не «зависимости» вовсе, а суть самой жизни?

Суть-то она одна – траектория от рождения к смерти – только вот внутри неё есть как счастливые, так и несчастные. Вторых больше, к сожалению. И в своих несчастьях они обвиняют, как правило, как раз какой-то набор таких вот «зависимостей». Причём они делают это настолько часто, что так и тянет всмотреться в эти зависимости чуть повнимательнее.

Хотите стать знаменитым и богатым?

Часто слышу: «работаю, чтобы есть, ем, чтобы работать – никакого просвета!». Лозунг «Стать знаменитым и богатым» для таких людей заменил «Вперёд к коммунизму!» с той же примерно долей вероятности достижения – для большинства, естественно. Слава и богатство являются как бы синонимом свободы: свободы от проблем, от мелких и крупных неприятностей, целью и смыслом. Спорить – убиваться не буду, покажу только краешком оборотную сторону медали, просто для размышления.

Слава в нынешнее время сродни афишному столбу. Благодаря всеми активно используемому «ТВ-ящику» ваше лицо в подробностях будут знать миллионы. Это приятно – поначалу. А потом вдруг поймёте, что благодаря этому ваша личная жизнь будет наполнена отравой: незнакомые люди пристают к вам на улице и «обрывают» телефон, а «жёлтые» газеты разыскивают такие пикантные моменты, о которых вы и сами не подозревали. За каждым вашим шагом будут следить, а уж для психов и маньяков вы будете просто лакомой добычей. И это – каждый день.

Деньги? Конечно, много денег – это хорошо, но и у них есть своя оборотная сторона. Больше денег – больше зависти и злобы среди окружающих. Настоящие друзья отходят в сторону, уступая место льстецам, родственников вдруг оказывается на порядок больше, чем вы подозревали… Богатым, как правило, хорошо быть только в богатой стране, а чересчур богатым плохо почти везде. Классический пример: американские яппи – символ и идеал достижения почти любого предпринимателя. Автор одной статьи о яппи признался в конце, что до предпринятого им расследования они вызывали у него раздражение, а после… чувство жалости. Этим миллионерам и мультимиллионерам внушили, что «заколачивать бабки» – это хорошо, что они станут всемогущими, когда начнут вертеть деньгами. А оказалось наоборот: капитал вертит капиталистом, как хвост собакой. Судите сами: спят они часов по пять, семью практически не видят, принимают ежедневно транквилизаторы и имеют кучу проблем со здоровьем: такова цена современного бизнеса. «Я рассуждал так, – говорит откровенно один из этих несчастных, – повкалываю лет 15, создам свою «империю» – и дальше буду только отдыхать и жить в своё удовольствие. Деньги сами будут приращивать деньги. Но я всё чаще с ужасом думаю, что ничего из этого плана не выйдет: эти проходимцы – мои подчинённые – разорят меня сразу же, как только я перестану за ними следить. Мои деньги для них – чужие деньги. Они готовы эти деньги тратить, но не хотят приращивать. Я допускаю, что методом тщательного многолетнего отбора я подыщу надёжную команду – но мне тогда будет, наверное, лет 70. И от такой жизни как сейчас я буду трясущейся полупарализованной развалиной…».

Для большой славы и больших денег, думается мне, нужно и мужество большое, которое не каждому по плечу. Особенно у нас, далеко ходить не надо, достаточно заглянуть на ближайшее кладбище. Запомнилась мне там одна каменная стела: красивый молодой парень с брелком «Мерседеса» в руке. Почему-то зависть не взяла.

Яблоки соседа слаще

Да бог с ними, с деньгами, не все о них. Куда чаще, чем просто деньги, привлекают «яблоки соседа»: это недостаток места под солнцем для каждого. Каюсь, сам завидовал: один курить бросил, да и зарплата выше. Другой вообще вегетарианец, бегает по утрам и жонглирует пудовыми гирями… не суть. Главное, что желчь почему-то вырабатывается, главный вопрос: «почему ОН, а не Я?».

Как следствие – ещё один лозунг: «если захотеть, то можно добиться ВСЕГО», ныне столь популярный. По сути правильно, но при этом извращено до безобразия. Чем умные люди (читай – мошенники) и пользуются: на этом построен, к примеру, сетевой маркетинг. «Всё в твоих руках – продай больше сумок (кофточек, китайских чайников, гербалайфа) – получишь больше денег, сам станешь начальником и т. д. и пр. Цель в умелых руках легко подменить и спекулировать на этом.

Не завидовать «яблокам соседа», пожалуй, ещё труднее, чем «справиться» с деньгами и славой. Выход тут один – «взрослеть», помнить, что люди все разные, и умение играть в шахматы ничуть не хуже умения поднимать штангу или бить по боксерской груше.

Разные люди и к зависимостям относятся по-разному. Людям свойственно впадать в крайности. Кому уподобиться в стремлениях: Биллу Гейтсу, состояние которого еще в 1996 году оценивалось в 28 млрд долларов или безвестному отшельнику, которому вроде бы и не нужно почти ничего? Пример яппи показывает, что увеличение доходов настолько резко повышает количество этих самых зависимостей, что оно вполне сравнимо с тем, с чего они начинали. По прогрессии.

«Зависимость» или…

От всех зависимостей избавиться нам не удастся. Даже от тех, от которых вроде бы и неплохо – от того же курения, к примеру. Можно, наверное, просто к ним относиться по-другому.

Конечно, ужасно плохо сгибаться под непосильным гнётом ежедневных зависимостей, но ведь что угодно – семью, родителей – тоже можно назвать «зависимостью». Однако, такая форма зависимости может и должна приносить больше хорошего, чем плохого. И такие «зависимости» совсем не в тягость, если подумать… Если подумать, то называем мы это совсем иначе: привязанность, любовь, счастье наконец.

Работа может быть любимой и интересной, так же как семья, дом и даже вечно голодный кот: просто нужно… поменять название. А вот если название не меняется – тогда нужно менять что-то другое. Как правило – в себе. И тогда места хватит всем.

Любовь как…

Любовь как Инь и Янь

Моя любимая:

Встречаясь со мной, всегда мне улыбается, и я знаю, что эта улыбка предназначена именно мне – она не такая, как для любого из её друзей или подруг. Она показывает мне, что рада меня видеть.

Она называет меня нежным именем, которое придумала для меня сама.

Она показывает, что в то время, когда мы не были вместе, она думала обо мне.

Прощаясь со мной, она выражает сожаление, что мы расстаемся: ей очень бы хотелось побыть со мной ещё. Как только будет возможность, она встретится со мной вновь.

Она старается, чтобы её я видел чаще, чем любого другого человека. Последние слова, которые я слышу, перед тем как заснуть – её слова, первые утром – тоже её. Во сне она обнимает меня.

Когда нет возможности провести ночь в объятиях друг друга, она обнимает меня на прощанье, прижимает к себе нежно и выражает сожаление о том, что невозможно эту ночь провести вместе.

Я знаю о ней то, что знают немногие. Это может быть как что-то, что не меняется: например, любимый цвет или то, что она не любит мороженое, а любит грейпфруты, так и ежедневные «мелочи»: я всегда знаю, что она ела сегодня на завтрак, какой ей приснился сон этой ночью, знаю, какое сейчас на ней нижнее белье – это знание ставит меня выше любого другого из её знакомых, оно показывает её доверие и любовь ко мне.

Ей приятно сделать для меня что-то, что она делает лучше, чем я (женское): например, приготовить ужин или купить салфетки. Она просит сделать какую-нибудь мелочь для неё (мужскую), которая покажет мою заботу о ней: например, наточить нож или забить гвоздь.

Она не упускает случая сделать для меня что-нибудь приятное: одеваясь, она думает, что я скажу или подумаю об этом, если я дарил ей что-то, то эту вещь я часто вижу у неё. Я знаю, чем она занята: куда любит ходить, что читает сейчас, какие проблемы ей приходится решать. Она интересуется тем же самым в отношении меня. Она любит обсуждать это со мной.

Она рассказывает о людях, с которыми общается и расспрашивает о тех людях, с которыми общаюсь я.

Старается, чтобы я знал её друзей, а она знала моих.

Вечером она обязательно находит время на то, что поговорить со мной хотя бы час «обо всём на свете».

Мой любимый:

Встречаясь со мной, всегда улыбается, и я знаю, что за этим стоит. Он показывает мне, что у него уже три дня не было секса.

Он называет меня именем, которое я сообщила ему при знакомстве.

Он показывает мне, что, когда мы не были вместе, ему было чем заняться.

Прощаясь со мной, он выражает сожаление о том, что я так и не удосужилась помыть посуду. Он показывает мне, что он очень надеялся на это, и как только будет возможность, напомнит мне об этом.

Последние слова, которые я слышу перед тем, как заснуть – «замолчи, мне завтра рано вставать», первые утром – «вставай, я на работу опаздываю!». Во сне он поворачивается ко мне задом и стягивает с меня одеяло.

Когда нет возможности провести ночь в объятиях друг друга, он целует меня на прощанье, выражая сожаление о том, что невозможно эту ночь провести вместе, и звонит Маше (Кате, Насте, Марине…).

Благодаря ему я знаю, что я такая же, как и миллион других. Я знаю о тех его качествах, которые неизменны: например, любовь к противоположному полу и настороженность к своему, а также о ежедневных «мелочах»: как приятно, оказывается, спать с Викой, и какой необычной формы грудь у Юли – это знание заставляет меня задуматься, а известно ли Алисе, какие трусики были на мне в прошлый четверг.

Ему приятно сделать для меня что-то, что ему сделать проще, чем мне, чтобы потом с полным основанием попросить сделать какую-нибудь мелочь для него, которая упростит его нелёгкую мужскую жизнь: например, приготовить поесть, помыть пол или почесать за ушком.

Он не упускает случая сделать для меня что-нибудь приятное: одеваясь, он просит меня погладить ему рубашку и постирать джинсы, дабы он радовал собой меня и окружающих. Если я дарила ему что-то, то эти вещи я часто вижу как у него, так и у наших общих знакомых женского пола.

Я знаю, чем он занят: куда любит ходить, что читает сейчас, какие проблемы ему приходится решать. Изредка он интересуется тем же самым по отношению ко мне. Больше двух-трёх фраз с моей стороны он обычно не выдерживает.

Он рассказывает о людях, с которыми общается, и расспрашивает о тех людях, с которыми общаюсь я. Старается, чтобы я знала его друзей, а он знал моих.

Вечером он обязательно находит время на ужин, секс, чтение художественной литературы и просмотр телевизора.

Любовь как изощренное искусство

– Принято считать, что искусство это – женское, – толстяк поправил дужку очков, которые упорно сползали с переносицы, посмотрел на юношу взглядом, который опережал красноречие его слов, обещая большее… – и практикуемое, в основном, на Востоке: в Индии, Китае и, конечно же, Японии. Суть его заключается в том, чтобы подчинить чувственность строго выверенным правилам.

Молодой человек поёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее, неуверенно уточнил:

– Искусство обольщения?

– Можно назвать его и так: дело не в названии, а в сути. Суть же в том, что наши чувства только кажутся непредсказуемыми, на самом же деле ими можно и нужно управлять.

– И, овладев этим искусством, я могу добиться взаимности любой красавицы?

– Вот именно. Если сумеешь при этом сохранить хладнокровие и ясность ума.

– И каким образом это делается?

– В Японии тебе бы сказали: нужны долгие годы для овладения подобным искусством. Я же скажу проще: несколько непреложных правил и импровизация.

– Какие же это правила?

– Самые простые. Первое: привлеки к себе внимание женщины, а затем дай ей понять, что она совершенно тебе безразлична: она будет заинтригована. Второе: брось на неё единственный пристальный взгляд, а потом продолжай себя вести по-прежнему холодно и безразлично: это заставит её обратить на тебя пристальное внимание. Третье: якобы случайно прикоснись к ней хотя бы краем одежды. Четвёртое…

…

Он сел, снял очки, потер пальцами усталые глаза. Бросил, не оборачиваясь, подскочившему официанту:

– Бутылку моего любимого, красного. Дамам – меню, и побыстрее.

И только потом поднял лицо навстречу двум женщинам, сидевшим за тем же столиком. Без очков он скорее угадывал выражения лиц, чем видел их, но это его абсолютно устраивало. Вспомнил собственные слова, сказанные недавно: «Якобы случайно прикоснись к ней хотя бы краем одежды…», слегка скривил губы в улыбке. Он знал: та, что справа от него, давно замужем, воспитывает двоих девочек и необузданную свою сексуальность рискует выпускать наружу маленькими порциями лишь в интернет-романах. А та, что справа, познала истинные прелести плотской любви лишь после тридцати, с любовником-азиатом, которого ничуть не интересовали её интеллектуальные изыски. Он знал, что этих двух женщин ему не суметь завоевать никаким искусством, сколь бы ни были широки его познания в этой области: обе они прекрасно знали, что он умеет любить лишь головой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.