# Бешеная свора

Владимир Григорьевич Колычев

Охранник автосалона Трофим откровенно пялился на сногсшибательную Марьяну, любовницу банкира Тропинина, за что был жестоко избит и уволен без выходного пособия. О конфликте узнает конкурент Тропинина бандит Нестор. Он предлагает озлобленному и оскорбленному Трофиму отомстить банкиру, и тот, не задумываясь, соглашается. Бывшему охраннику поручено сблизиться с Марьяной и через нее добыть секретную информацию о бизнесе Тропинина. Трофим с азартом берется за дело и начинает ухаживать за Марьяной, не догадываясь, что он – всего лишь пушечное мясо в кровопролитной бандитской войне…

> © Колычев В., 2014

> © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014

## Глава 1

Рабочий день в самом разгаре, посетители автосалона курсировали по смотровой площадке, рассматривая выставленные на ней машины. Высокий статный парень в униформе охранника должен был наблюдать за ними, но его внимание застопорилось на роскошной блондинке, которая ослепительно улыбалась на фоне новенькой иномарки. То ли девушка украшала своим присутствием автомобиль, то ли, наоборот, машина усиливала ее очарование?

Спортивный «Ауди» производил сильное впечатление. Волнующие формы, совершенная аэродинамика, завораживающая готовность к прыжку. Двести двадцать пять лошадей под капотом, автоматическое переключение скоростей, литые диски, кожаный салон, климат-контроль. Трофим о такой машине мог только мечтать. Но при всем при этом он понимал, что таких автомобилей много, десятки, даже сотни тысяч, а девушка, которая садилась в него, всего лишь одна. Единственная и неповторимая. И ему вовсе не нужно ломать голову над вопросом, кто кого украшает. Для него и так все предельно ясно…

Красивых женщин тоже много, но среди них мало необычных, таких, как гром среди ясного неба, – ярких, ослепительных и оглушительных. Эта блондинка из них – из невероятных и умопомрачительных. Глаза – ярко-синие, как океан над Марианской впадиной, и такие же глубокие. Высокие скулы, мягкие утонченные черты лица, чувственные губы, чарующая белозубая улыбка. Мелкие кудряшки светлых волос, пышная грудь под белым легким сарафаном, тонкая талия, изящные щиколотки…

Трофим загляделся на это чудо, и надо было как-то вытаскивать себя в реальность. Смотровая площадка большая, новых машин много, и если кто-то вдруг что-то царапнет, ему придется компенсировать хозяйские убытки за свой счет.

Он уже спускался на землю, когда блондинка вдруг заметила его. Глянула с кокетливой иронией в глазах, улыбнулась вроде бы смело, но с застенчивостью еще не совсем испорченной девушки. Но все это длилось одно мгновение. Красавица сфотографировала Трофима, мысленно занесла его в картотеку тайных поклонников и тут же забыла о нем. Ей нравилось быть в центре внимания, но это вовсе не значило, что она готова влюбиться в первого встречного, тем более охранника, у которого за душой ничего, кроме зарплаты. Ей нужен мужчина, который может делать очень дорогие подарки, такие как спортивный «Ауди».

Этот мужчина и стоял рядом с ней, деловито разговаривая с кем-то по мобильнику. Среднего роста и возраста, лысый, брюхатый, с выпученными глазами над острым крючковатым носом. Дорогой летний костюм, туфли из крокодиловой кожи, а руку с телефоном он держал так, чтобы можно было разглядеть швейцарский «Ролекс» на его запястье. И еще его статус подчеркивал амбал в черном костюме, под пиджаком у которого угадывался пистолет в кобуре.

Лысый заметил, с какой увлеченностью Трофим смотрит на его спутницу, нахмурил хлипкие брови, небрежным движением пальца подозвал к себе.

Трофим подошел к нему на негнущихся от волнения ногах. Он смотрел, как девушка садится в машину за руль. Подол сарафана слегка приподнялся, обнажая красивые ноги, жаль, что не по всей длине.

– Эй! – Лысый щелкнул пальцами перед его носом.

Он понял, куда смотрел Трофим, и это ему совсем не нравилось. Чудесная красавица была его собственностью, а непонятно кто на нее зарится…

– Гляделки сломать не боишься? – зло спросил «папик».

– Извините.

Раскаяние Трофима было вполне искренним. Да и в любом случае, клиент всегда прав.

– Пошел! – небрежно махнул рукой лысый.

За такую грубость можно было схлопотать по фейсу, поэтому амбал-телохранитель предупредительно надвинулся на Трофима, готовый прямо сейчас обрушиться на него с кулаками, но команда «фас» не последовала.

Трофим постарался забыть о прекрасной девушке и о связанном с ней инциденте, переключился на работу, время от времени посматривая на площадку, где были выставлены «Ауди».

Хозяин автосалона еще только строил крытый павильон для иномарок, поэтому «Ауди», «Мерседесы» и «БМВ» стояли под открытым небом наравне с отечественными «Ладами». Машины могло побить крупным градом, но Трофима это не волновало. Вот если кто-то поцарапает машину, тогда ему придется ответить. А тот же лысый мог сделать это намеренно, назло ему. Автомобиль не купит, а пакость сделает…

Но лысый решил купить. Трофим понял это по той радости, которую выразила блондинка. Сдержанно выразила, без бурных проявлений. Но глаза у нее засветились, и «папика» своего она поцеловала, когда он подставил ей щеку.

Менеджер сиял: его ждал свой процент от продажи. Клиент сделал выбор и вместе со своей осчастливленной подружкой в сопровождении телохранителя отправился в административное здание. Трофиму же оставалось только завидовать очередному хозяину жизни. И девушка у «папика» самая лучшая, и машину в подарок ей он мог себе позволить.

Но так уж устроена жизнь – кто-то в чаше изобилия купается, а кому-то хрен с горчицей. И к этому нужно привыкать…

Трофим и сам бы хотел заняться бизнесом, но у него для этого не было первоначального капитала. И образование среднее. Плюс два года в армии. Отец на заводе в горячем цеху здоровье гробит, мать в магазине продавцом работает, а он в охранники подался. Повезло ему, в автосалон устроился, третий месяц уже здесь, за все время ни одного нарекания. И зарплата отличная – пять тысяч рублей в месяц. В армии командир отдельной роты до трех тысяч недотягивал, а тут целых пять.

Но в армии сейчас и тридцать тысяч можно получать, если с боевыми выплатами. Война сейчас в Чечне идет, Хаттаба «мочат», но Трофима там нет. И не было. Хотя он рапорт подавал. И желание было, и возможность, только вот не успел. На дембель он уходил, когда из их роты стали набирать людей в сводный батальон. Можно было остаться на контракт, но ему хотелось домой. Может, зря он дембельнулся?..

Костя Кленов увел клиентов, через полчаса вернулся, открыл машину, поставил под стекло табличку «Продано».

– Поздравляю! – подойдя к нему, не очень весело сказал Трофим.

– Да чего уж там!

Губы у Кости тонкие, а когда он улыбался, они, растягиваясь и утончаясь, исчезали, казалось, вовсе.

– Когда забирают?

– А завтра номера с утра организую и отгоню.

– С доставкой на дом?

– Любой каприз за деньги клиента… А у тебя что за интерес? – с колкой иронией спросил Костя.

– Ну, интересно.

– Видел я, как ты на Марьяну пялился.

– На Марьяну?

– Ну, на эту… – Костя похлопал по спинке кресла, на котором сидела блондинка. – На нее машину буду оформлять…

– Жена, любовница? – У Трофима пересохло в горле, поэтому слова дались ему с трудом.

– Дочь.

– Дочь?!

– Приемная дочь богатого «папика»! – фыркнул Костя.

И поднял обе руки, вытянув указательный палец правой, а пальцами левой изображая «ноль». Счет один – ноль в его пользу.

– Кто такой?

– Так я тебе и сказал! Информация конфиденциальная… Я смотрю, ты запал на Марьяну! Мой тебе совет, забудь. Не по твоему Сеньке ее шапка…

Трофим нахмурился так, словно Марьяна была его женщиной.

– Все, все, ухожу!.. – ухмыльнулся Костя, проницательно глянув на него. Он прошел шагов пять, остановился и, не оборачиваясь, бросил: – «СВТ-банк». Очень серьезный дядя. И очень ценный клиент.

Кленов ушел, оставив Трофима в раздумье. Видимо, «папик» Марьяны имел какое-то отношение к «СВТ-банку», возможно, управлял им или даже владел, но ему-то какое до этого дело?

Он обратил внимание на молодого человека в джинсовом костюме с блошиного рынка. Сначала парень терся вокруг «семерок», потом перешел к «десяткам», а сейчас его внимание привлек «триста двадцатый» «БМВ». Ясно же, что ему такая покупка не по карману, значит, гнать его надо отсюда – вежливо, но настойчиво.

Но только Трофим шагнул к нему, как появился Костя.

– Трофимов! – нахмуренно позвал он. – Тут с тобой поговорить хотят. – И увлек его за собой к проходной. – Только быстро!

За проходной Трофима ждал амбал-телохранитель. Чуть в стороне от него стоял черный «шестисотый» «Мерседес» последней модели. Заднее стекло пошло вниз, и он увидел Марьяну, которая глянула на него виновато и с сожалением. Стекло не успело опуститься, как стало подниматься снова. Видимо, «папик» велел его закрыть.

Амбал вдруг протянул к нему левую руку, а сам ударил правой – в корпус, точно в солнечное сплетение.

Что-то подобное Трофим и ожидал, только вот блокировать удар не успел. Зато дыхание задержал, и пресс напряг. И все равно от боли его едва не скрутило в бараний рог. Ощущение такое, будто многотонное таранное бревно ударило. Удивительно, как он устоял на ногах. Более того, еще и ударил в ответ.

Амбал не готов был к его «лоу-кику», а Трофим как раз находился в удобном положении для такого удара. Он ударил справа по ноге телохранителя – практически со всей силы и точно.

В школе Трофим занимался боксом, был чемпионом города, занимал призовые места на первенстве области. А в армии увлекся кикбоксингом. В достаточной степени этот вид единоборств освоить не удалось, но «лоу-кик» удавался ему как никакой другой удар. И так удачно он въехал, что противник просел на отсушенной ноге. И тут же в ход пошли кулаки. Сначала Трофим зарядил в подбородок, оглушая противника, затем провел боковой в челюсть.

А челюсть у амбала тяжелая, крепкая, будто чугунная. И сам он огромный, тяжеловесный. Кулаки Трофим не отбил, но в какой-то момент ему показалось, что его удары не причиняют никакого вреда. И все-таки продолжал бить. Прямо с левой, справа наотмашь…

Все четыре удара в голову нашли цель, но амбал даже не качнулся. И ответил размашистым хуком. Трофим нырнул под руку, собираясь провести очередной удар. Но не провел. Амбал вдруг провалился вправо – в направлении своего удара – и завалился на бок. Все-таки смог Трофим отправить его в нокаут.

Но сознания противник не потерял. И пистолет остался при нем. Поэтому Трофим ударил его ногой в живот – раз, другой. И бил до тех пор, пока амбал окончательно не затих, и только тогда повернул назад.

Оглянувшись, он увидел, как телохранитель поднялся, с видом побитой собаки сел в «Мерседес» на переднее сиденье, и машина с места взяла в карьер.

Трофим вернулся к себе, а через полчаса его вызвал к себе начальник службы безопасности автосалона.

– Ну, и что это значит, Трофимов? – угрюмо глядя на него, спросил коренастый мужчина с мышиными глазками и бульдожьими щеками. – Ты должен охранять порядок, а не нарушать.

– Так меня же ударили. Я защищался.

– Ну, защищался… – Косарев отвел глаза в сторону. – А не надо было защищаться!

– Почему?

– А потому… Знаешь, кого ты избил?

– Телохранителя.

– А чьего телохранителя? То-то же… Господин Тропинин – очень важный, а главное, нужный человек, а ты его, Трофимов, обидел. Сначала на спутницу его пялился, потом избил его телохранителя… Короче. Я должен принять меры, – сочувствующе развел руками Косарев. – И я их принял. Ты уволен, Трофимов. Расчет получишь в бухгалтерии… Ну, чего смотришь на меня? Мне сказали – я сделал, все, давай.

Трофим угнетенно кивнул и вышел из кабинета. Видимо, Тропинин позвонил директору салона, тот вызвал к себе Косарева и велел наказать провинившегося охранника. Если так все и было, то сопротивление бесполезно. Не хотелось увольняться и оставаться без работы, но делать нечего. К тому же Трофим сам виноват. Не надо было пялиться на Марьяну…

## Глава 2

Автосалон закрывается – посетители расходятся, а охрана остается. И Трофим должен был задержаться до утра, но увы. Деньги за первую половину июня и трудовая книжка в кармане, а настроение – в заднице.

Тропинин сейчас балдеет где-нибудь в ресторане с красавицей Марьяной в обнимку или везет ее в апартаменты, у него все в этой жизни кучеряво, а на других ему плевать с высокой колокольни. У Трофима проблемы из-за него, но кого волнует чужое горе?..

Тропинин сумел выбиться в люди – у него деньги, банк и красивая любовница. Наверняка ему это далось непросто, и деньгами приходилось рисковать, и своей жизнью. Сейчас он на коне, но ведь это не дает ему права плевать на всех, кто ниже. Сначала под телохранителя Трофима бросил, потом начальству нажаловался. Вот как поступать с такими… Набить бы ему морду, но как это сделать?

Об этом Трофим и думал, когда подходил к остановке. Но, как неожиданно выяснилось, кое-кто думал, как добить его самого. Он напрягся, увидев двух плотного сложения парней, шедших к нему от черного «Чероки». Короткие стрижки, солнцезащитные очки, белые рубашки, черные брюки. Оружия Трофим не увидел, но эти ребята могли бы справиться с ним и голыми руками. Непросто им будет, но шансов у них более чем…

В армии Трофима учили видеть и запоминать все, вплоть до мелочей. Да и на службе в охране он практиковал память, наблюдая за машинами и людьми, которые возле них крутились. Волновался он, когда шел к тропининскому телохранителю, но все-таки смог запомнить «Гранд Чероки», который стоял метрах в пятидесяти от «Мерседеса». И другие машины там стояли, но сейчас память выдала именно джип. Возможно, атлеты в белых рубашках подъехали к нему именно на этом «Чероки».

– Ты чего напрягся, пацан? – спросил плосколицый парень с багровым рубцом на подбородке.

Он остановился в трех шагах от Трофима. Его дружок, такой же бугай с узким выпуклым лбом и лошадиной челюстью, поравнялся с ним и застыл как вкопанный.

– Вам чего?

– Да поговорить бы, – кивнул в сторону своей машины плосколицый.

– О чем?

– О ком. Из-за кого тебя уволили?

– А кто вам сказал, что меня уволили?

– Мы знаем. Мы все знаем, – усмехнулся узколобый. – Мы не с Тропининым, мы против него. Мы враги твоего врага, так что давай…

Трофим покачал головой. Почему он должен верить этим непонятным людям? Может, его в ловушку заманивают? Здесь, на открытом пространстве, у него хоть какие-то шансы, а в тесной машине он станет легкой добычей.

– Мы следили за Тропининым, – хмуро глянув на своего дружка, сказал плосколицый, – а выследили тебя. Видели, как ты Каракула уделал. Нам такой боец нужен.

– Кому вам?

– Охранная фирма у нас. Я так понимаю, пацан, ты остался без работы. Есть варианты… Давай, не ломайся, – показал плосколицый на машину. – А то сравнения пойдут. Не в твою пользу.

Не хотел Трофим садиться в машину, но все-таки он сел.

За рулем их поджидал крепкий на вид парень с обесцвеченными волосами и пиратской серьгой в ухе. Все та же белая рубашка на нем, хотя ему больше подошла бы черная футболка с «веселым Роджером» и косынка с черепами. Он даже не обернулся, когда Трофим оказался на заднем сиденье.

Узколобый занял переднее кресло рядом с водителем, а плосколицый подсел к Трофиму.

– Салтан, – протянув для знакомства руку, представился он.

Это могла быть ловушка, но, если даже так, поздно пить «Боржоми».

– Трофим.

Салтан жал руку крепко, будто проверяя ее на прочность, но Трофим лишь усмехнулся. Ладонь у него крепкая, кистевые мышцы сильные.

– А зовут как?

– Трофим. Трофим Трофимович Трофимов.

– Нормально, – ухмыльнулся узколобый. Он оборачиваться не стал, но представился: – Джут.

– Дела у нас такие, пацан, – сказал Салтан. – Нам заказали Тропинина, с ним надо решать.

Трофим ощутил холодок в животе. Он догадывался, что эти ребята следили за банкиром неспроста, но не ожидал услышать столь откровенное признание. Киллеры видели, как он дрался с телохранителем Тропинина, поэтому и взяли его на прицел. Расчет простой – Трофим зол на Тропинина и, чтобы отомстить, готов на многое, а может, и на все.

– Ты меня слышишь? – спросил Салтан.

– Ну, слышу.

– Ты, наверное, не догоняешь, кто он такой, этот козел, – криво усмехнулся Салтан. – Банкир он. Банк у него свой. Нужен кредит, идешь к нему, берешь под проценты. Нормальный вариант, да?

– Обычное дело, – кивнул Трофим.

– Обычное дело, когда ты банкиру торчишь. А необычное – когда банкир кому-то торчит. Он деньги у человека взял, а отдавать не хочет. А если не хочет, то его нужно заставить… Мы деньги должны у него забрать.

– Деньги?

– Ну, не жизнь же… А ты что подумал, пацан? – ухмыльнулся Салтан.

– Да ничего.

– Ну да, ничего. Видел бы ты себя в зеркале…

– Да нет, нормально все.

– Мы не киллеры. Мы такими делами не занимаемся… А если бы занимались, ты бы ничего не узнал… Короче, Тропинин должен нам кучу бабла, и мы должны с него получить. Вопросы?

– Мне какое до этого дело?

– Такое. Теперь ты работаешь с нами.

– Кто сказал?

– Я сказал… Я людей насквозь вижу, сразу могу сказать, подходит нам человек или нет. К нам, чтобы устроиться, отбор пройти нужно, а тебя сразу берем, безо всякого… Слушай, а может, ты думаешь, что мы бандиты?

– Я думаю?

– Думаешь. И бандиты мы, и киллеры. А мы всего лишь частная охранная фирма. И ты уже работаешь у нас. Если хочешь с нами, будешь с нами, если не хочешь, будешь склады охранять. С нами – штука бакинских в месяц плюс премия. Если с Тропинина получим, каждому по пять зеленых тонн. А на складах – две с половиной тысячи в рублевых. Какой тебя вариант больше устраивает?

– Я даже понять ничего не успел, а ты уже загрузил, – покачал головой Трофим.

– В нашем деле сразу надо включаться. Мы вот сразу включились, поэтому ты уже с нами… В армии служил?

– Ну да.

– Где?

– Спецназ ракетных войск, противодиверсионная рота.

– Спецназ? Спецназ – это хорошо. Кикбоксингом занимаешься?

– Боксом занимался, а в армии ногами работать научился.

– Видел я, как ты «лоу-кик» провел, супер… – кивнул Салтан. – Да, судимость есть?

– Нет.

– Это хорошо, а то у нас с этим строго. Слышь, Слет, он реально думает, что мы бандиты!

В ответ водитель всего лишь мотнул головой. Не бандиты они, только кто им поверит? Как будто Трофим не знал, что выбивание долгов – это чисто бандитское занятие. И работают сейчас бандиты под вывеской охранных агентств.

– Ну, так что, ты с нами? – спросил Салтан.

– А что с Тропининым делать?

– Разговор с ним уже был, он ничего не понял. Кости ему переломать надо.

– А убивать?

– А ты хочешь?

– Нет!

– И правильно. Киллеры нам не нужны… Ну, так что?

Трофим пожал плечами. Он готов был заключить сделку с самим дьяволом, лишь бы добраться до Тропинина и пересчитать ему ребра. Но как-то уж подозрительно все. Эти парни его даже не знают, а уже предложили ему рисковое дело. Ну да, они видели, как он уделал тропининского телохранителя, но ведь это не повод. Или повод? И драться Трофим умел, и мотивация у него будь здоров…

– Слет, в отдел кадров давай! – распорядился Салтан.

Трофим не дал ему утвердительный ответ, но это его мало беспокоило. Как будто он знал, что от его предложения невозможно отказаться.

Джип взял курс на машиностроительный завод и вскоре затерялся в лабиринтах промзоны. Бетонные заборы с колючей проволокой, башенные краны за ними, безликие коробки цехов и металлические конструкции. Серый, унылый пейзаж нагнетал тоску и усиливал подозрения. Трофим старался не падать духом.

Машина свернула с дороги, ткнулась носом в железные ворота с красными звездами на них. Трофим заметил хорошо сложенного парня в черной униформе и с пистолетом в оперативной кобуре. Он вышел из контрольно-пропускного пункта, на котором красовалась вывеска с пятизначным номером войсковой части, подошел к машине, движением руки велел опустить стекла, заглянул внутрь и, увидев Трофима, спросил:

– Это кто такой?

– Все нормально, свой это. На работу берем.

– Пусть выйдет.

Трофим вышел, и охранник без всякого зазрения повернул его лицом к машине и обыскал, охлопав ладонями бока, живот и ноги. А потом еще велел предъявить документы. Просмотрел паспорт, быстрым цепким взглядом сравнил фотографию с оригиналом.

И все это время с крыльца пропускного пункта за ним наблюдал второй охранник. И у этого пистолет в кобуре, он хоть и не доставал оружие, но готов был к этому. В случае чего он должен был подстраховать своего напарника.

Охранник велел Трофиму сесть в машину, а сам ушел вместе с его паспортом. Сказал, что нужно занести данные в журнал учета посетителей.

– У нас тут строго, – пояснил Салтан.

Как это ни странно, процедура досмотра успокоила Трофима, хотя и не сняла всех сомнений.

– Не думай, что здесь шалтай-болтай, – снисходительно усмехнулся Джут.

Охранник вернул документы, ворота открылись, и машина въехала во двор воинской части. Плац с трибуной и плакатами, за ним – столовая, штабное здание, одноэтажная казарма, с которой буквой «г» стыковался спортзал. И все строения из белого силикатного кирпича. На какой-то миг Трофиму показалось, будто он попал в свою родную часть, в которой здания по чьей-то высочайшей воле поменялись местами, а со столовой счистили штукатурку.

В его части строения выглядели убого, а здесь окна заменены были на пластиковые, все крыши одинаковые, из вишневого цвета металлочерепицы. Асфальт свежий, травка скошена, деревья покрашены, клумбы цветут и благоухают. Только вместо солдат здесь охранники в черной униформе и с оружием. И на плацу никто не маршировал, хотя на спортплощадке Трофим заметил группу парней в одинаковых спортивных шортах и белых футболках. Один подтягивался на турнике, а остальные стояли в шеренге, наблюдая за ним. Инструктор в спортивном костюме что-то записывал.

Машина объехала плац и остановилась на разлинованной парковочной площадке, откуда можно было подъехать к зданию штаба, во всяком случае, ширина дороги это позволяла. Но проезд был закрыт, даже запрещающий знак здесь установили.

На парковке Трофим заметил два серебристых микроавтобуса «Фольксваген», три «Чероки» и один черный «Гелендваген». А у здания штаба стоял новенький «БМВ» семьсот двадцатой модели. Только «бумер» и мог парковаться возле штаба.

Возле «Гелендвагена» стояли два качка и о чем-то мирно переговаривались. У этих такая же униформа, как и у Салтана, – белый верх, черный низ.

Салтан и Джут поприветствовали парней, вскинув вверх сжатые кулаки, те ответили им тем же. Трофим скупо кивнул в знак приветствия, но качки проигнорировали этот жест, хотя посмотрели на него цепко, пытливо.

Салтан отправился в штаб, а Джут провел Трофима в столовую. Здание использовалось по своему назначению, только обстановка здесь как в самом настоящем ресторане. Шторы, люстры, мрамор. Сплит-системы исправно кондиционировали воздух. Большую часть зала занимали попарно сдвинутые столы под белыми накрахмаленными скатертями, салфетки горками, сервировка. Дальний угол занимала барная стойка с зеркальной витриной, на которой красовалась заграничная выпивка. В зоне бара стояли небольшие круглые столики с мягкими вокруг них креслами.

Один столик был занят. Три парня в черной униформе пили кофе и курили за тихим разговором. Из спиртного на столе ничего не было. Джут поздоровался с ними сухо, надменно, как будто это были представители какой-то низшей касты.

Бармен отсутствовал, но Джута это не смутило. Он сам занял место за стойкой, достал сок из холодильника, наполнил стаканы. Один поставил перед Трофимом, а другой осушил прямо на месте, после чего включил кофеварку. Из подсобного помещения вышел парень в черной жилетке поверх белой рубашки.

– Все нормально, Глюк, я тут сам, – небрежно махнул рукой Джут.

– Может, поужинать хотите? – спросил парень.

– Можно. Только не сейчас.

– Ну, как знаете.

Он исчез, а Джут быстро приготовил кофе и подсел к Трофиму за барную стойку.

– У нас тут чисто коммунизм. Для своих все бесплатно. Только «бухло» за деньги, – хмыкнул он, кивком головы показав на витрину с выпивкой. – Штука баксов за бутылку.

– За какую?

Насколько понимал Трофим, водка должна была стоить меньше, чем, например, виски.

– За любую! Это штраф такой. Не важно, сколько выпил, по-любому штука.

– Сухой закон?

– Все как в армии. Это же армейская часть. Была. Рота охраны здесь когда-то стояла, завод охраняли. Раньше завод на оборону работал, а сейчас чисто на себя. Сейчас мы здесь охраняем.

Трофим кивнул. У него отец работал на этом заводе, в горячем цеху, на стальном литье. В прошлом завод, помимо гражданской продукции, выпускал спецвагоны для межконтинентальных баллистических ракет. В девяностых годах эту тему зарезали по настойчивой просьбе заокеанских «друзей», но завод не встал. Обычные вагоны здесь выпускались, маневровые и магистральные тепловозы, за бугор уходило чугунное и стальное литье. Завод выживал, как мог. И выжил. А сейчас новые времена, государство возвращается в тяжелую промышленность, и на завод пришла правительственная программа. Техническое перевооружение началось, станки с числовым программным управлением поступают, новые машины плазменной резки, сварочные полуавтоматы, все такое прочее…

Все это Трофим знал, но на заводе работать не захотел. Тяжелый там труд, а зарплата не ахти. Кто-то вкалывает за копейки, а кто-то наживается на этом. Например, эта охранная фирма. И часть в порядок привести – большие деньги, а столовая какая – ни дать ни взять ресторан. Видно, завод порядком отстегивал за охрану…

– Это – быстрое реагирование. – Джут кивком головы показал на парней в униформе. – Посты на местах, а эти здесь. Если вдруг что, группа на выезд. И стволы у них реальные. У нас тут все серьезно…

– Да я не сомневаюсь. А почему вывеска армейская? – спросил Трофим, показывая в сторону контрольно-пропускного пункта.

– Ну, для солидности… Мы себя особо не афишируем. Зачем? Клиентская база у нас есть, мы с ней работаем. А кому надо, тот сам нас найдет. Или мы сами найдем… – ухмыльнулся Джут.

– А клиентская база – это завод?

– И завод, и все, что рядом.

– И по долгам работаете?

– И по долгам… Босс у нас очень добрый человек. Очень! – Джут вскинул вверх два сомкнутых пальца правой руки. – Людям добро делает, деньги занимает. Думаешь, все добро помнят? Нет. Есть люди, которые не хотят отдавать. Да и какие они после этого люди?

– Не делай добра, не получишь зла, – усмехнулся Трофим.

– Вот-вот, мы это зло по полной выгребаем. Думаешь, оно нам надо за Тропининым бегать? А бегаем! И за ним бегаем! И за другими!

– Но так не забесплатно же.

– Ну да, деньги нам нужны, – сказал Джут, косо глянув на Трофима. – И тебе тоже.

– И мне, – легко согласился он.

Деньги ему нужны, и чем больше, тем лучше. Стартовый капитал надо сколачивать, чтобы потом в дело его пустить. Действительно, почему бы не поднять свой собственный бизнес?

Раньше он как-то не думал об этом, а сегодня в его сознании произошел целый переворот. И причиной тому – Марьяна. Такую красавицу охранник не заинтересует, такой нужен человек при бабках. А раз так, надо стать таким человеком. И к своей цели Трофим готов идти, не думая о цене…

В столовую широким шагом вошел Салтан. Брови нахмурены, взгляд суровый, сосредоточенный.

– Отдел кадров дал добро, – сказал он, усаживаясь за стойку. – Сегодня у тебя, пацан, боевое крещение… Сильно бить не надо, кости ломать тоже, но сделать нужно так, чтобы надолго запомнилось.

Салтан смотрел на Трофима, не требуя согласия. Казалось, он точно знал, что новичок не откажется от опасного задания. Видимо, действительно разбирался в людях…

## Глава 3

Мальчики-мажоры в армии не служат, головы под пули не подставляют, родителей цинковыми гробами со своими трупами не огорчают. Сытая у них жизнь, веселая. Гульбарий в ночных клубах, тачки заграничные, шмотки брендовые, девочки форсовые…

Трофим нарочно накручивал себя, собираясь на выход. Он должен был набить морду такому «золотому мальчику», который на днях нахамил одному очень уважаемому в городе человеку. Мажор должен получить урок вежливости, и Трофим готов был его преподать.

Ночной клуб «Динамо» славился на весь город еще в те времена, когда Трофим учился в школе. Уже тогда сюда с улицы не пускали. Он как-то пытался пройти со своей подружкой, но мордастый громила даже на порог его не пустил. Девчонке дал добро, а ему – нет… Так обидно ему тогда было.

И сейчас Трофим не смог бы пройти фейс-контроль. Спортивный костюм на нем дешевый, из тех, которые выдают в армии для занятий в спортзале, на ногах тренировочные тапочки из той же оперы. Одним словом, вид совершенно непрезентабельный. Зато боевой.

А вот Салтана с Джутом пропустили в клуб без всяких проблем. Они сейчас там – за мажором посматривают, коктейли потягивают. Девчонок, может, и не снимают, но стриптизерш глазами лапают. Они взяли на себя самую интересную часть работы, а всю грязь оставили новичку.

Салтан и Джут в клубе, Слет за рулем, Трофим рядом с ним. Машина припаркована напротив клуба, через дорогу от него, серебристый «Пассат» мажора под наблюдением. Слет многословием не отличался, но Трофиму и не хотелось с ним разговаривать. О чем говорить, когда и так все ясно. Задачу он получил, силы и средства в наличии, исходная позиция занята, направление на цель изучено. И разведка в действии…

Он уже знал, на кого работает Салтан со своей командой. Нестор у них старший, он и директор охранной фирмы «Лейб-Страж», и крутой в прошлом авторитет. И в настоящем тоже. Трофим слышал о заводской братве, которая держала Промышленный район Каменодольска, главным там был известный на весь город Метель. В девяносто восьмом его застрелили, в городе началась смута, по ночам на улицах стреляли. В этой обстановке Трофим уходил в армию. А когда вернулся домой, от грозной бандитской славы заводской братвы осталось только воспоминание. Из былого могущества остался Нестор со своей охранной фирмой. Раньше о нем никто не слышал, а тут вдруг прорезался.

Заводская группировка контролировала весь Промышленный район, со всеми жилыми предприятиями, микрорайонами, рынками, торговыми и прочими коммерческими точками, но Нестор ограничился только заводом. Ну, еще охрана прочих промышленных и коммерческих объектов на законной договорной основе. Никаких бандитских «крыш» и всего такого прочего. Во всяком случае, так говорил Салтан. А как оно на самом деле, Трофим не знал. Да и вникать особо не хотел. Меньше знаешь, крепче спишь.

Хотя от такого принципа нужно было отходить. Кто прячет голову в песок, в жизни ничего не добивается. А ему нужно взять высоту, с которой можно было бы подлететь к Марьяне…

Слет приложил к уху телефонную трубку, что-то выслушал, кивнул в ответ и выразительно глянул на Трофима – жертва покидает клуб, пора идти на перехват.

Трофим надел солнцезащитные очки, натянул козырек бейсболки, вставил в рот капу так, чтобы она увеличивала губы. И ворот спортивной куртки поднял.

Мажор не заставил себя ждать, он подходил к своей машине в обнимку с белокурой красоткой в короткой юбке. В плохом освещении девушка чем-то напоминала Марьяну, и это разозлило Трофима. Почему-то кто-то получает все, особо для этого не напрягаясь, а кому-то приходится рисковать своей свободой, чтобы получить путевку в красивую жизнь.

Парень открыл правую переднюю дверцу, подал девушке руку, помогая ей сесть. Она хихикнула, погружаясь в салон. И без того короткая юбка задралась, но красотка и не думала ее оправлять. Сейчас мажор сядет в машину, положит руку ей на коленку, а она только рада будет…

– Эй, чувак, ты откуда? – запаниковал парень, увидев надвигающегося Трофима.

– Привет от Антона Даниловича!

Мажор должен был знать, от кого прилетела «ответка». Должен был знать, за какие грехи пострадал.

А он пострадал.

Трофим обозначил прямо в голову, но ударил ногой в пах – со всей силы, так, чтобы мажор хотя бы на эту ночь потерял интерес к своей белокурой красавице. А когда парень согнулся, с прыжка ударил его коленкой в нос. Ударом с ноги разогнул его и провел «двойку» в челюсть…

Мажор упал, и на этом все закончилось.

Трофим перешел дорогу, но в джип садиться не стал. Он двинулся вдоль по тротуару, свернул за угол и уже там дождался машину.

– Нормально, брат! – похвалил его Слет.

Не успел Трофим перевести дух, как появились остальные.

– А девочка где? – возмущенно спросил Салтан, закрывая за собой дверь.

– Какая девочка? – опешил Трофим.

– Ну, с которой мажор был. Блондинка в мини.

– Так не было же договора… – удивленно посмотрел на него Трофим.

– Ну, ты, в натуре! – хохотнул Салтан. – Купился, да?.. Ну все, давай на базу! – обратился он к Слету.

Салтан не собирался отпускать Трофима. Дело у них сегодня, поэтому ночевать они должны в офисе охранной фирмы. Установка у них такая. В принципе Трофим не возражал.

На этот раз его не стали обыскивать при въезде и документы не спрашивали. Машина подъехала к двухэтажному жилому зданию, в котором когда-то размещались офицерские квартиры.

– Выходим, братва! – скомандовал Салтан.

Он провел Трофима в двухкомнатную квартиру на втором этаже. Свежий ремонт, не самая дорогая, но приличная мебель, большой телевизор в зале.

– Здесь будешь спать, – показал он на велюровый диван.

Джута и Слета здесь не было: они скрылись в соседней квартире.

– Нормально, – кивнул Трофим.

– Есть хочешь?

– Ну, можно…

– Устраивайся пока. В душ можешь сходить, полотенце дам.

Так Трофим и поступил. Ополоснулся в душе, снова влез в спортивный костюм, который можно было использовать вместо пижамы. Он еще чистый, кровью мажора не заляпанный, так что все путем.

Салтан пожарил яичницу на сале, нарезал сыр, достал бутылку водки. Трофим выразительно глянул на него, когда он поставил на стол стаканы.

– Чего смотришь? Нормально все. После дела можно… В клубе нельзя было, а сейчас можно. Хорошо ты мажора уделал, не вопрос.

– Да чешуя! – с небрежностью победителя отозвался Трофим.

– Чешуя. Противник, прямо скажем, никакой. Но, по-любому, с боевым крещением тебя, пацан!

Они выпили, закусили, и Трофим почувствовал приятное тепло, через кровь растекающееся по всему телу.

– Переживаешь? – спросил Салтан, пристально глядя на него.

– По поводу?

– Ну, с корабля и сразу на бал.

– Очнулся – гипс! – усмехнулся Трофим.

– Ну, типа того… Ты видел, фирма у нас большая, людей много, а что это за люди? Сторожа, вохровцы. Они здесь только обучение проходят, а потом по точкам. А мы здесь живем. Мы – элита! И ты в элиту попал, сечешь фишку? Мы лучших отбираем, люди годами ждут, чтобы к нам попасть, а ты раз, и в дамках. Нормально, да?

– Да я как бы и не напрашивался, – насупился Трофим.

– Да ты расслабься, я же не предъявляю… Меня самого так же, как и тебя, в бригаду взяли. Пошел в охрану наниматься, меня на ринг выставили, все как обычно. А знаешь, кто против меня вышел? Метель против меня вышел. Он боец такой – любого отметелит. Тебе до него как до луны. А я все три раунда продержался. Проиграл, правда, но чисто по очкам. Он сказал, что ему такие люди нужны… Я, как и ты, армию отмотал. Два года в армии, а потом сразу в зону, за драку, тоже на два года. В общей сложности четыре года от звонка до звонка, такие, брат, дела. И здесь уже пять лет. Знал бы ты, пацан, как нас здесь менты прессовали. Ничего, выжил, человеком стал. Вот, хата у меня здесь, и еще в городе квартира, магазин свой и автосервис…

– Магазин свой? – удивленно повел бровью Трофим.

– А ты думаешь, Нестор нас тут на подножном корму держит? Нет. Он и сам реальные деньги поднимает, и мы у него нормально имеем… Думаешь, мы бандиты? Правильно думаешь… – усмехнулся Салтан. И снова потянулся за бутылкой. – Только вслух ничего не говори. Мы не банда, мы – мафия. И мы реальные дела делаем. Со скуки не помрешь, это я тебе обещаю.

– Да я это уже понял, – невесело усмехнулся Трофим.

– Что, очко жим-жим?

– Да нет.

– Жим-жим, я же вижу… Матом клянусь, я сам офигел, когда в эту бодягу влез! Думал, все! Или застрелят, или менты повяжут. Жив, как видишь. И не в зоне… А я застал времена, когда мы с орловскими на «стрелки» выезжали. С южаками повоевать пришлось. Стрельба, мочилово, кровь. Еще и менты подключились, пацанов снопами вязали… Ничего, прорвались. И жизнь у нас теперь, как в гостях у сказки. Никакой стрельбы, никаких трупов…

– Вообще никаких трупов?

– Ну, чтобы вообще, так не бывает… Если Тропинин бабки не отдаст, что с ним прикажешь делать? Если не отдаст, придется «мочить».

Трофим внутренне напрягся. Что, если его и взяли в банду ради такого дела? Сейчас приручат, поднатаскают, а потом отправят на убийство. Он и стрелять умеет, и мотив у него есть…

– А тебе что, слабо его «замочить»? – удивленно спросил Салтан.

– Ну-у… – замялся Трофим.

Не хотел он никого убивать, но и признаваться в этом желания не было. Он же не какой-то там лох сопливый… Не хотел он убивать, но ему нравился статус крутого парня.

– Что, слабо?

– Да нет…

– А чего так напрягся?

– Ну, будет конкретное предложение, будет и конкретный разговор.

– Это верно, – одобрительно улыбнулся Салтан. – У нас реальные дела… Повезло тебе, пацан, у тебя сегодня удачный день. За это надо выпить!

Он разлил по стаканам остатки водки, поставил бутылку на пол и поднял стопку. Трофим чокнулся с ним, выпил, бросил в рот холодный кусок яичницы, вдогонку кинул кусок хлеба.

– Если за «колючку» вдруг попадешь, веди себя там правильно, – думая о чем-то своем, сказал Салтан. – Спокойно веди себя, чисто по понятиям. И на людей зазря не бросайся. Это так только кажется, что в тюрьме хаос, на самом деле там все ровно, все по полочкам. Там сразу видно, кто ты, правильный человек или баклан дешевый. На людей будешь кидаться, бакланом назовут… Чего смотришь, как неродной? В сказках тоже тюрьмы бывают. И тебя запросто могут закрыть… Что, страшно?

– Ну, радоваться, конечно, нечему, – пожал плечами Трофим.

– Да ты не колотись, нормально все будет. Это я так, на всякий случай…

Еще сегодня утром, когда Трофим шел на службу, присматривать за машинами, ничего не предвещало проблем, и вдруг закрутилось. Сначала с банкиром сцепился, затем с братвой связался, и еще прошел боевое бандитское крещение, за которое полагалось уголовное наказание – за хулиганство как минимум. И суток не прошло, а жизнь уже и в крутой поворот вошла, и скорость набрала. Как бы в пике не завалиться…

– Да ты не зависай, пацан, нормально все. Никто тебя на Тропинина не дернет, – махнул рукой Салтан. – Если вдруг что, для этого специальные люди есть. Они его сделают и обратно на дно лягут. Я этих людей даже не знаю. И ты их никогда не увидишь. Ты меня понимаешь?

– Ну да.

– Это хорошо, что понимаешь. И я должен тебя понимать. Будет взаимопонимание, будет и работа… Ты с предками живешь?

– Ну да, с родителями.

– Брат, сестра есть?

– Да нет, один я.

– Считай, что теперь братья у тебя есть. Я, Джут, Слет.

– Запомнил, – кивнул Трофим.

– Жить здесь, на базе, будешь, в моей хате. Я редко ночую, так что чувствуй себя как дома. Реально забудь, что ты у меня в гостях, брат, – совершенно серьезно смотрел на него Салтан.

– Ну, как скажешь…

– Лафы у тебя не будет. Мы тут курсы телохранителей открыли, начнешь заниматься. На общих основаниях будешь заниматься. Но все в казарме будут жить, а ты – здесь. Потому что ты свой пацан. Ты теперь элита. Все у тебя будет, и деньги, и положение. Главное, чтобы ты вел себя правильно. А я смотрю, пацан ты реальный. Поверь, я редко в людях ошибаюсь… – Салтан вдруг хищно сузил заледеневшие глаза. – А если ошибаюсь, то потом очень-очень злюсь. Могу даже убить. Ты меня понимаешь?