# Стальной мотылек

Владимир Григорьевич Колычев

В собственном загородном доме убит бизнесмен Роман Панарин. Орудие убийства полицейские находят на территории отеля, принадлежащего бывшему спецназовцу Семену Арбатову. Он-то и становится главным подозреваемым. Вскоре следователям становится известно, что жена Панарина была любовницей Семена и бизнесмен незадолго до смерти узнал об этом. Мотив убийства установлен. Спецназовца арестовывают и заключают под стражу. Семен понимает, что его судьба решена – он сядет за преступление, которого не совершал. Но бывший спецназовец не намерен с этим мириться. Он бежит из изолятора и решает самостоятельно найти убийцу и тем самым доказать свою невиновность…

> © Колычев В., 2014

> © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014

## Глава 1

Вдох-выдох, вдох-выдох… Движения ровные, ритмичные, пока еще экономные.

Весна, люди пробуждаются от зимней спячки, планы на лето, которые совсем недавно казались чем-то далеким, обретают реальные очертания. Курортная пора впереди – море, пляжи, оценивающие взгляды со стороны. Там, на жарком берегу, лишний жирок под шубой не спрячешь, значит, нужно приводить фигуру в порядок. Потому и тянется народ к фитнесу.

Раз-два-три, раз-два-три… Энергия накапливается, концентрируется, пора переходить к выплеску, и лучше всего делать это на ускорении. Быстрее нужно, бодрее, резче…

Лида уже прошла три километра на электробеговой дорожке, качнула пресс на скамье, нагрузилась на силовой станции… Девушка она не бедная, у нее дома свой спортзал, но там ей не хватает общения. И занятие на гребном тренажере не шло ни в какое сравнение с тем удовольствием, которое мог предложить ей Семен Арбатов. Там у нее только полезное, а здесь еще и приятное…

Раз-два, раз-два… Тренажер гребной, а движения лыжные. До финиша совсем чуть-чуть. И Семен весь в напряжении, и Лида уже бьется в предвкушении взрывного исхода.

Сейчас Семена можно было остановить только силой, но дверь закрыта на ключ, они с Лидой без тормозов, а, кроме них, в номере никого нет. Кто ж их остановит?

Вдруг дверь с грохотом вылетела с дверей.

– Ну, ты и тварь!

В номер вошел плотного сложения мужчина с лысой головой и смешными ушками. Глаза редисками, нос картошкой. Жирок на подбородке трясется от гневной истерики. Немолодой он уже для напряженных силовых тренировок, далеко за сорок ему. Если он и качается, то в щадящем режиме и по настроению.

Зато его телохранители, видно, крепко дружат с тяжелой атлетикой. Рослые ребята, перекачанные. Такие шкафы так просто не падают. И знакомство с этими двумя типами ничего хорошего не сулило.

– Рома, я тебе сейчас все объясню! – хныкающим голосом простонала Лида.

– Да нет, это я тебе сейчас все объясню!

Рома на Семена даже не смотрел. Видимо, он воспринимал его как бездушное орудие измены. Как будто знал, что это Лида проявила инициативу, а не он. В принципе, так оно и было. Но Семен не собирался снимать с себя ответственность.

Его высверливал взглядом двухметровый детина с короткими обесцвеченными волосами. Черты лица грубые, резкие, суровые, но ресницы длинные и густые, словно накрашенные. И эти обесцвеченные волосы. Что-то не в порядке с мужиком…

Но какой бы ориентации ни был этот бугай, на Семена он смотрел с угрозой. Но команда «фас» еще не прозвучала, и Семен воспользовался моментом. Смахнув со спинки стула спортивные шорты, он быстро надел их. Увы, в его жизни это не первая такого рода ситуация, и он знал, чем все может закончиться – и для него, и вообще.

– Все, девочка моя, развод и девичья фамилия! – злорадно скривился рогоносец.

– Рома, но ты не можешь так! – Лида вскочила с постели, закрываясь одеялом. От возмущения и обиды из ее глаз брызнули слезы.

– Могу! – отрезал Рома.

Он резко отвернулся от жены и вышел из номера. На Семена он за все это время так ни разу и не посмотрел, но, увы, отмашку на него дал. Он ушел, а его телохранители остались – для того, чтобы уничтожить орудие измены.

И первым на Семена надвинулся крашеный блондин. Качки могли атаковать его разом, с двух сторон, но для этого кому-то из них нужно было заскочить на кровать. Это было несложно, тем более оправданно, да только напарник обесцвеченного напрягаться не захотел. Что ж, тем хуже для него…

– Эй, ребята, шли бы вы! – Семен махнул рукой в сторону двери. – Вам-то рога не ставили! Я, между прочим, тренер по фитнес-боксу!

– Между прочим! – фыркнул обесцвеченный.

Фитнес-бокс – это красивая игрушка для тех, кто хочет бить, но не желает получать в ответ. Это система эффектных ударов по боксерским грушам, лапам. Бей как и сколько хочешь, в ответку ничего не будет. В нокаут не отправят, челюсть не выбьют, нос не сломают. И для фигуры очень полезно. Той же Лиде очень нравилось…

– Я предупредил! – вскинул сжатые в кулаки руки Семен.

Обесцвеченный презрительно усмехнулся. Ну, не видел он перед собой опасного противника.

И ростом Семен был чуть выше среднего, и плечи совсем не широкие, хотя и не узкие. Мускулатура вроде просматривается, но мышечная масса незначительная. Живот хоть и плоский, но не рельефный. Да и сам по себе фитнес-бокс ничего другого, кроме усмешки, не вызывал.

Качок обозначил прямой в голову, а ударил ногой в пах. От бедра ударил, очень резко и четко. А еще нога сама по себе мощная, тяжелая… Семен вдруг поймал ее, используя энергию удара, и протянул ее на себя, лишив противника устойчивости. Пытаясь удержаться, крашеный блондин открылся для удара, и Семен ударил его локтем в шею, а потом оттолкнул на второго качка и тут же запрыгнул на кровать, с ходу атаковав бугая, на руках у которого завис блондин. В этой ситуации можно было обойтись без всяких захватов и бросков. Точный удар в основание черепа, и громила без чувств, под тяжестью своего напарника, рухнул на спину. Еще пара добивающих ударов, и тишина…

– Ну, как тебе мастер-класс? – подмигнув Лиде, спросил он.

– Э-э… – Она стояла в углу комнаты и ошалело смотрела на него.

– Я думаю, на сегодня тренировки закончились…

Пока Лида одевалась, Семен привел в чувство блондина и велел убираться. Глянув на него глазами побитой собаки, качок взял своего дружка под руки, стал вытаскивать его из номера.

– Еще раз здесь увижу, убью, – с холодной усмешкой предупредил Семен.

Громилы убрались, он приставил к проему выбитую дверь и подошел к окну.

– На чем твой муж ездит?

– «Шестьдесят третий «мерин» у него.

Семен кивнул. Перед парадным входом в гостиницу стоял черный «Мерседес» представительского класса. К нему и подошли побитые телохранители. Блондин уже крепко держался на ногах, а его коллега все еще плыл.

Парни сели в машину, но уезжать не спешили. Видимо, босс выговаривал им. А может быть, отправлял их обратно к Семену.

– Чем он у тебя занимается?

– Ну, бизнес у него.

– Бизнес – понятие растяжимое.

– Ну, так у него там все и растянуто. По всей стране – от Москвы до самых до окраин, – уныло усмехнулась Лида.

– А что конкретно?

– Тебе не все равно?

Она так и стояла в углу комнаты, не собираясь оттуда выходить. Красивая женщина, сексапильная. И молодая. Лет двадцать пять, не больше, но грудь уже успела побывать под пластикой. Силикон ей не вшивали, но форму придали, причем, близкую к идеалу. Джинсы в обтяжку на ее стройных от природы ножках смотрелись потрясающе. Вроде бы и не блондинка она, но вместо мозгов у нее в голове ниточка, на которой держались уши.

– Да нет, уже не все равно, – покачал головой Семен, глядя, как «Мерседес» выезжает с парковки. – Как бы мне с твоим бодаться не пришлось, а он мужик рогатый. Преимущество у него… Мне теперь про него знать надо. Какой бизнес, какие связи.

– Ну, в Москве у него площади под магазины и офисы, – как о чем-то утраченном вздохнула Лида. – В Сибири алюминий, на Севере – сталь. Он в свое время в эти заводы деньги вложил, сейчас этим пользуется. Ничего не делает, а дивиденды капают. И в Москве деньги сами на счет поступают. Ну, бывает, от аренды кто-то отказывается или платить не может, но это мелочь. Нового арендатора найти не проблема…

– А если старый арендатор отказывается уходить?

– Как это отказывается?

– Ну, не хочу, и все тут. Денег нет, а все равно, не уйду. Как такого выгнать?

– Ну, через милицию… Через полицию, – поправилась Лида.

– А если без полиции?.. Телохранители проблемы решить могут? Или еще кто-то?

– Ну, Радика можно попросить, – пожала она плечами.

– Кто такой Радик?

– Друг его. Владелец охранной фирмы. Ребята там серьезные…

– Он этих ребят против меня подключить может?

– Ну, Радик для него что угодно сделает… – кивнула Лида. – Он перед ним в большом долгу. Но я не думаю, что Рома ему пожалуется. Он перед Радиком весь такой крутой, а тут жена рога наставила…

– Но как-то же он должен объяснить причину развода?

– Причину развода?.. Ну да… – пронзительно вздохнула она. – Он теперь со мной точно разведется…

– А что, было и неточно?

– Ну, первое предупреждение было… И второе… Третьего, сказал, не будет.

Семен усмехнулся. Видно, Рома не впервой застукал жену в чужой постели. Веселая у Лиды жизнь, но его это волновать не должно.

– А вдруг?

– Нет, на этот раз точно. Я его знаю… Что мне теперь делать? – Она выразительно посмотрела на Семена.

– Без понятия.

– Ну, мы же теперь вместе.

– У меня невеста есть, – покачал головой Семен.

– Врешь! Нет у тебя никого!

– Ключевое слово, никого. Нет никого и не надо, – возмущенно повел он бровью.

– Ой, да и не надо! – Лида нервно шагнула к дверям, но тут же остановилась. И взглянула на него с насмешкой обиженной девочки: – Номер-то хоть снять можно?

Семен кивнул. Для того и существуют гостиницы, чтобы сдавать номера.

«Розу ветров» построил его отец. Давно это было, еще в середине девяностых. Широко он размахнулся – трехэтажное здание, двадцать четыре номера, ресторан, банкетный зал, магазин. Квартиру продал, дачу, в долги влез, но проект поднял. Только вот дела не очень хорошо пошли. Вроде бы и место хорошее – перекресток Окружной московской дороги с шоссе, до столицы каких-то тридцать пять километров. И вдоль транспортные потоки шли, и поперек. Но при этом гостиница ни к одной дороге вплотную не подступала, с бетонки нужно было ехать двести метров, с шоссе – все четыреста. А вокруг деревья, которые нельзя вырубать. Место хорошее – тихое, уютное, но ни с одной дороги мотель в глаза не бросался. Положение спасали рекламные плакаты, но свободных мест было много в любое время дня и ночи. Кое-какую прибыль мотель приносил, но выгодным проектом отец его не считал.

В начале двухтысячных он решил продать мотель, но хорошую цену взять за него не смог, а задаром отдавать плод своих трудов не захотел. Хорошую цену ему дали в банке, в виде кредита, под залог «Розы ветров». На эти деньги он построил гостиницу в Сочи. Мама не верила в успех этого нового дела, отговаривала отца от авантюры, но это был классический случай, когда женщину нужно послушать, чтобы сделать все наоборот. У отца уже три мини-гостиницы на побережье, и он всем доволен. И Семена к себе звал. Он бы поехал, но слишком жаркий и влажный климат не для него. Ему больше по душе трескучие морозы и снег по пояс. Да и мотель оставить не на кого, а продавать его желания не было.

Он же помнил, как отец строил гостиницу, сколько сил и нервов на это дело потратил. И еще помнил, как они без собственной квартиры маялись, мыкаясь по углам. А после школы до самой армии Семен работал здесь администратором.

В армии он застрял надолго. Служил в Дагестане, в спецназе МВД, там же и остался на контракте. В двадцать четыре года вернулся домой и сразу занялся гостиницей.

С тех пор, как в Москве резко поднялись цены на гостиницы, дела пошли в гору. И еще неподалеку от мотеля расцвел пышным цветом охраняемый коттеджный поселок. Семен сделал капитальный ремонт, убрал магазин и ресторан, а на их месте оборудовал фитнес-клуб и салон красоты. И еще у него есть фитнес-бар на втором этаже.

Но ресторан ему нужен, и он его заново строит. Здание во внутреннем дворе уже подвели под крышу, отделочные работы начались, еще немного, все будет сделано. Там и ресторан будет, и сауна. Есть еще место для второй гостиницы, с номерами эконом-класса.

Неплохо у него дела идут – и номерной фонд спросом пользуется, фитнес и салон красоты также приносят доход. Но свободные места в гостинице все-таки есть, и если клиент просит, никаких проблем.

Лида сняла номер, но еще до наступления ночи за ней приехал муж. Сказал, что готов ее простить, и увез домой. Семену осталось только гадать, когда Рома вынесет ей очередное китайское предупреждение…

Мягкий он этот, Рома, глупый. Семен бы на его месте Лиду не простил… А ему пришлось побывать на его месте. В постели с другим он свою девушку не заставал, у него было чуть по-другому. Его невеста сказала, что полюбила мужчину своей мечты, а вскоре вышла за него замуж. Через пару лет развелась, пришла к Семену с повинной, но получила от ворот поворот. А ведь он любил ее. И сейчас любит. Потому и не женился до сих пор…

## Глава 2

Снайпер стрелял с угловой анкерной опоры высоковольтной линии. Забрался туда по раскосам опорной конструкции, а вниз спустился с помощью веревки, которую, по всей видимости, забрал с собой. И оружие с собой унес. Возможно, осталась гильза, но найти ее не так просто. С высоты она могла отлететь довольно далеко. Но если она есть, оперативники ее найдут.

А пулю уже нашли. Она прошла навылет и застряла в стволе красивой темнохвойной ели. По предварительной версии, стреляли из «СВД».

Антонина осторожно прикоснулась пальцем к шершавой, подернутой ржавчиной стальной опоре.

– Не бойтесь, товарищ капитан, не убьет! – улыбнулся лейтенант из уголовного розыска. – Тут и заизолированно, и заземлено.

Совсем еще мальчишка, чуть больше двадцати лет. Под носом еще не высохло, а взгляд уже насмешливо-покровительственный. Как же, следователь – женщина в юбке, наверняка беспомощная.

Антонина хмуро посмотрела на него. Как это ни обидно осознавать, она сама дала повод для насмешки, наверняка у нее был глупый вид, когда прикасалась к опоре.

– Здесь по-другому написано, – кивнула она на жестянку с предостерегающим текстом. – Не влезай – убьёт.

– Не влезай – убьешь! – усмехнулся лейтенант.

И молодой он, и невзрачный. Антонина даже не запомнила его фамилию. Майор Глазов его представил, а у нее в одно ухо вошло, в другое – выскочило.

Что-то в этом роде самое произошло и с жертвой киллерского выстрела. Пуля попала мужчине в правое ухо, а вышла через правую щеку.

– Товарищ лейтенант, вы гильзу нашли?

Фигляр вытянулся в струнку, приложил руку к пустой голове и повернулся к Антонине спиной. А она по узкой тропинке отправилась к своему внедорожнику. Возможно, этим же путем уходил и киллер, если так, он мог обронить что-то по пути. Антонина не надеялась на это, но под ноги все-таки смотрела. А, может, он ушел другим путем, и неплохо было бы провести по следу собаку. Кинолог вот-вот должен подъехать, но его есть, кому встретить.

Антонина вернулась к дому, где случилась беда. Дежурный следователь здесь, судмедэксперты, даже начальник городской криминальной полиции подъехал. Антонина тоже начальство, второй человек в городском следственном отделе. Убийства – ее профиль. И, увы, ее хлеб.

Пруд с водопадной горкой, декоративный камыш, два настоящих белых лебедя. И труп мужчины на берегу. Рядом с телом лежал пакет с просыпанным зерном. Вышел человек к водоему, птиц хотел покормить, как он это делал по утрам. Тут и раздался выстрел…

Телохранитель увидел, как он упал, вычислил направление выстрела и даже успел заметить, как с опорного столба спускается какой-то человек. И у самой опоры он побывал, хоть и запоздало, но все же.

Антонина ехала на службу, когда произошло убийство. Ей позвонили, и она, бросив все, прибыла на место, в коттеджный поселок, мимо которого тянулась высоковольтная линия электропередачи…

Она еще раз обвела взглядом дом – огромный, красивый, интересный в архитектурном плане. В таком особняке жить бы и жить. Но не судьба. Видно, владелец дома кому-то перешел дорогу.

Жену покойного Антонина нашла на кухне. Молодая красивая женщина с большими раскосыми глазами сидела за барной стойкой, перед ней стояла рюмка, от которой на расстоянии пахло валокордином. В пальцах дымилась сигарета. Курила женщина быстро, нервно.

– Здравствуйте…

Красотка сначала закатила глазки. Дескать, достали ее. Затем, пересилив себя, показала на соседний стул.

– Примите мои соболезнования, – сухо посочувствовала Антонина.

– Да ладно, для вас это обычное дело…

– А для вас?

– Вот только давайте без наводящих вопросов, – поморщилась женщина.

– Я так понимаю, вы супруга покойного?

– Панарина Лидия Аркадьевна. Паспорт дать, или так запомните?

– Законная супруга?

Лидия снова изобразила недовольство, поднялась, вышла из комнаты, вернулась с паспортом, который небрежно положила на стойку. Хотела швырнуть документ, но в последний момент сдержалась.

Антонина спешно просмотрела его. Действительно, законная супруга покойного Панарина.

– Прописка, я смотрю, московская.

– Квартира у нас там, что здесь такого?

– Да нет, ничего… Давно здесь живете?

– Да уже третий год, а что? Какое это имеет отношение к делу?

– А что имеет отношение к делу?

– Так я и знала, что вы спросите! – насмешливо фыркнула Лидия.

– И, тем не менее, кого вы подозреваете в убийстве?

– Без понятия!

– Что, совсем никаких подозрений?

– Ну, враги у Ромы, наверное, были, – пожала плечами молодая вдова.

– Наверное?

– Ну, бизнес у него не такой напряженный, как раньше… Недвижимость у него в Москве, он ее в аренду сдает. Сдал – деньги получил, и никаких проблем.

– И много недвижимости?

– Я не вникала… Да и не хочу вникать…

– А кто унаследует состояние?

– Ну, я не знаю, что там в завещании. – Лида отвела в сторону глаза. И, как показалось Антонине, сделала это стыдливо. То ли знала все, но не хотела в этом признаваться, то ли за ней был какой-то грех, который мог лишить ее законного наследства.

– Ничего, это мы узнаем…

Со стороны двери послышались шаги. К барной стойке подходил начальник криминальной полиции, низкорослый кряжистый мужчина средних лет. Если бы Антонину спросили, как должен выглядеть матерый мент из уголовного розыска, она бы непременно показала на Скважина.

– Я вам не помешал? – спросил он вежливо, но в то же время без желания разводить церемонии.

– Мне бы хотелось поговорить с гражданкой Панариной, – покачала головой Антонина.

– У меня всего пара вопросов… – не отступался подполковник.

– Ну, хорошо, – сдалась она.

Скважин уже третий десяток лет в розыске, он в этом деле собаку съел. Не грех у него поучиться, если, конечно, он взял верный след. Явно неспроста взялся за Панарину подполковник. Судя по его въедливому, хищно-ироничному взгляду, что-то наверняка нащупал.

– Лидия… э-э…

– Можно просто по имени. – Женщина заметно напряглась под его взглядом.

– Лидия, я тут с телохранителем вашего покойного мужа говорил.

– И что? – еще больше занервничала она.

– На днях у вас был семейный скандал.

– Ну, было и было! Это моя личная жизнь, и никто не имеет права лезть в нее! – с бледным видом возмутилась Лидия.

– Муж застукал вас… э-э, с тренером по фитнесу.

– Ну, во-первых, не с тренером. А во-вторых, какое это имеет значение?

– Так это не простой тренер. Видел я ваших громил, а он их одной левой… Может, он и стреляет так же?

– Это вы о чем?

– Артем Емельянович, ну, вы, прямо как слон в посудной лавке! – Антонина выразила возмущение, но при этом подмигнула Скважину. – Дама перед вами, а вы, как дикий татарин на нее с саблей. Гусаром нужно быть!

Скважин кивнул. Он все понял и принял ее игру.

– Лидия, вы можете не отвечать на этот вопрос, – сказала Берестова. – Это действительно вмешательство в вашу личную жизнь…

– Ну, Семен всего лишь делал мне массаж, – замялась Лидия. – Рома не так все понял… У нас с Семеном ничего такого не было…

– Ничего такого чего? – спросил подполковник.

– Серьезных отношений не было.

– Ничего личного, только массаж?

– Артем Емельянович! – Антонина снова одернула Скважина. – Не надо так… Лидия Аркадьевна хочет сказать, что не собиралась замуж за Семена.

– Ну, она-то, может, и не собиралась. А Семен, может, и хотел бы жениться… на богатой вдове. Как его фамилия?

– Не знаю, – пожала плечами Лидия.

– Он же тренер, у него должен быть бейджик. Или там только имя?

– Да не было у него бейджика. У других был, а у него нет. Да и не тренер он. Ну, тай-бо преподавал, это у него хорошо получалось… А так он хозяин гостиницы.

– Какой гостиницы? – спросила Антонина.

– Ну, тут рядом. «Роза ветров» называется. Пешком дойти можно. Салон красоты, фитнес…

– Хозяин «Розы ветров»? Семен? – Антонина постаралась взять себя в руки.

– Ну, да, «Роза ветров»…

– И вас, Лидия, с этим Семеном застукал муж?

– Я же говорю, там только массаж, – Панарина невольно отвернулась.

Если она не врала, то уж точно вводила в заблуждение. Массаж – понятие растяжимое…

Перед Семеном Арбатовым трудно устоять, уж Антонина знала это по себе.

Она заканчивала школу, когда Семен вернулся из армии. Они гуляли с подругой, а он шел им навстречу, в форме – на груди орден, на голове краповый берет. Красивый парень, видный, а, главное, герой. Антонина дара речи лишилась, когда он к ней обратился.

Когда познакомились, Семен пошел провожать ее, а она всю дорогу молчала, как дура. Растормошилась только в подъезде своего дома от его поцелуя. Так принц пробуждает ото сна спящую красавицу…

А потом в ее жизнь ворвался настоящий принц на белом коне. Семен служил по контракту на Кавказе, она ждала его, но появился Илья, и она потеряла голову. У него был серьезный бизнес, он очень хорошо зарабатывал, имел машину, дом, но Антонину его материальное благополучие не волновало. Она была очарована им самим, а он, как на грех, предложил ей руку и сердце. А тут Семен вернулся, пришлось извиниться перед ним и распрощаться…

Но с Ильей жизнь, увы, не заладилась. И года не прошло, как он загулял. Да и она поняла, что никогда не любила его…

После развода она попыталась вернуться к Семену, но, увы. Он прошел обряд посвящения в братство закоренелых холостяков, за это Антонину и поблагодарил. Он говорил с ней в шутливом тоне, с беззлобным юмором, но послал всерьез…

– Еще один вопрос, Лидия. Ваш муж каждое утро выходил кормить лебедей? – спросил Скважин.

– В последнее время, да, – кивнула Панарина.

– Семен знал об этом?

– Откуда?

– Ну, может, вы ему говорили?

– Я?.. – задумалась женщина. – Да нет, не говорила…

– А Семен бывал у вас дома?

– Зачем ему это?

– Ну, может, у вас настроение было плохое, а массаж мог взбодрить вас… Мало ли что может прийти на ум, когда муж в командировке…

Антонина должна была одернуть Скважина, но ей было не до того. Все мысли крутились вокруг Семена, это раз. А, во-вторых, она ревновала Панарину как свою соперницу. Не было у нее прав на Семена, она это понимала, но ревность – чувство бесконтрольное…

В кухню неожиданно вошел тот самый скоморох в лейтенантском звании и доложил, что собака взяла след. Преступника поймать не удалось, но нашлась винтовка – причем не абы где, а под забором, который окружал внутренний двор гостиницы «Роза ветров»…

## Глава 3

Стена должна быть идеально ровной, углы – строго прямыми, но с кривыми руками трудно достичь идеала.

– Да это обман зрения, начальник. – Строительный бригадир смотрел на Семена серьезными глазами, в глубине которых таилась насмешка. – Сейчас белой грунтовкой пройдем, и все «будет хоккей».

– Хоккей бывает разным, – покачал головой Семен. – Бывает хорошим, бывает плохим. Бывают хоккеисты, а бывают фигуристы… У тебя тут не хоккей, у тебя фигурное катание…

– Да нормально все, начальник, – ощерился парень, обнажив желтоватые зубы.

Вначале бригадир вел себя прилично, больше молчал, чем говорил, но очень скоро его гниловатая сущность вылезла наружу. Ребята у него в бригаде вроде нормальные и первое время работали на совесть, а сейчас начали гнать откровенную халтуру. И виноват в этом был бригадир. Ему бы поскорее закончить работу да на другой объект переключиться. Понять его можно, но не нужно. Семену качество необходимо, за брак он платить не собирается.

– А если я с тобой фальшивыми деньгами расплачусь, тоже нормально будет?

– Какими фальшивыми? – угрожающе дернулся бригадир. – Ты так не говори!

– А то что? – удивился Семен. – С работы снимешься!

– У нас тут все нормально, понял? И не надо тут!

– А может, все-таки надо…

Семен ударил его не сильно, но точно в солнечное сплетение. Со стороны могло показаться, что он всего лишь прикоснулся к противнику. Но бригадир шарахнулся назад, как будто в него ткнули электрошокером.

– Эй, ты чего? – дрожащим от страха голосом спросил он.

– Ничего. А если стены не выправишь, будет чего.

– Да выправим, не вопрос.

– Халтура мне тут не нужна, ты должен это понимать.

Семен весело подмигнул бригадиру и отправился в гостиницу. В парадном холле кто-то с кем-то разговаривал, все бы ничего, но Семен услышал знакомый голос.

– Девушка, давайте быстрей, – в требовательном тоне поторапливала Антонина.

И тут же в кармане у Семена зазвонил телефон. Это звонил администратор, видно, по требованию незваной гостьи. Он не стал отвечать на звонок, просто вошел в холл.

– Семен Дмитриевич, тут как раз к вам! – отнимая от своего уха телефонную трубку, сказала Юля.

Семен даже не глянул на нее. Все внимание на гостью.

Антонина давно уже не та юная девушка, с которой он познакомился десять лет назад. Теперь это зрелая женщина и самая красивая, во всяком случае, для него. И форменный мундир ей к лицу…

– Здравия желаю, товарищ капитан, – с усмешкой проговорил он.

– Семен, у меня к тебе разговор… Это очень важно.

– Ну, если очень…

– И наедине. – Антонина многозначительно глянула на девушку.

– Ну, если товарищ капитан настаивает… – И он увлек ее за собой на второй этаж. Там, прямо посреди коридора, и остановился.

– В кабинет не надо, – сказала она.

– Да у меня и нет кабинета, – усмехнулся Семен. – Здесь поговорим.

– А Лидию ты где принимал?

– Лидию? Какую Лидию?

– А у тебя их что, много?

– Это ты о чем?

– Тебя застал с ней Роман Панарин, было такое?

– Он что, жалобу в прокуратуру накатал? – изумленно повел он бровью.

– А ты не знаешь, что с ним?

– Не знаю. И знать не хочу.

– Его убили.

– Убили?! – нахмурился Семен. – И что?

– За тобой сейчас приедут.

– За мной?! – оторопело протянул он. – Я здесь при чем?.. Думаешь, что я убил его из-за Лиды?

– Это не я так думаю. Хотя все показывает на тебя… Сейчас здесь будет полиция.

– Я никуда убегать не собираюсь! – возмущенно мотнул головой Семен.

– Не надо убегать, да я тебя и не отпущу. Ты под подозрением, а у меня служебный долг… Но нам нужно поговорить, так, чтобы нам никто не помешал. Ты мог бы открыть какой-нибудь номер, там нас не сразу найдут…

Семен пожал плечами, провел Антонину в номер, в котором убиралась горничная, выставил ее за дверь и попросил никому не говорить, где он. Женщина спрятала лукавую усмешку. Она не знала, кто такая Антонина, и решила, что это очередная интрижка молодого босса.

Антонина подошла к окну, глянула вниз.

– Ну вот, подъехали.

Семен тоже посмотрел вниз и увидел полицейскую машину, из которой выходили какие-то люди в штатском.

– Положение очень серьезное, – сказала она. – Панарина убил снайпер, а возле твоей гостиницы нашли орудие убийства – «СВД».

– «СВД»?! Возле гостиницы?

– Собака след взяла, вышла к забору гостиницы, где лежала брошенная винтовка.

– То есть это я стрелял? – оторопело спросил Семен. – Выстрелил, вернулся к мотелю, бросил винтовку, перелез через забор…

– Выходит, что так, – внимательно смотрела на него Антонина.

– Бред какой-то… Если это я стрелял, почему собака дальше не пошла? Почему на меня не вышла?

– Она потеряла след.

– Сама потеряла, или преступник заглушил?

– Да, там была табачно-перцовая смесь…

– Замечательно. Выходит, я полный дурак! Убил Панарина, вернулся в гостиницу, бросил винтовку, а потом присыпал след… Пальчики-то с винтовки хоть стер?

– Пока не знаю.

– Ты что, серьезно меня подозреваешь?

– У тебя был конфликт с Панариным, – немигающе смотрела на него Антонина. – И в армии ты был снайпером…

– Да, и «СВД» из Чечни привез.

– Теоретически это возможно.

– А ничего, что мы там с «СВД» не работали? «Винторез» был, «Взломщик» был, а «СВД» не было… Ты что, действительно меня подозреваешь?

– Я обязана тебя подозревать.

– Майора хочешь получить? – раздраженно усмехнулся он, глянув на ее погоны.

– Это здесь ни при чем… Я должна тебя подозревать, но не хочу. И не могу… Но мне нужно с тобой поговорить, убедиться в том, что это не ты стрелял…

– А чего здесь убеждаться? – Семен протянул к ней руки. – Можешь понюхать, порохом они не пахнут.

Антонина кивнула, нежно взяла его за запястье и обнюхала кисть руки. Она как бы исполняла свой служебный долг, но ее глаза при этом чувственно затуманились.

– Я мог работать в перчатках. И переодеться мог. Пусть ищут одежду, я не против. Мусор еще не вывозили, так что флаг в руки.

– Искать будут. И постановление на обыск будет. За ним уже поехали.

Кто-то шумно прошел по коридору, и слух уловил грубые мужские голоса.

– Нас уже ищут, – с упором на первое слово сказала Антонина.

– Да я и не скрываюсь, – Семен шагнул, было, к двери, но вдруг раздался громкий стук:

– Антонина Евгеньевна! Открывайте, мы знаем, что вы здесь!

Она раздосадованно вздохнула и, бросив Семену:

– Не бойся, я тебя в обиду не дам, – открыла дверь. Но в номер никого не впустила, сама вышла в коридор, плотно закрыв ее за собой.

Семен подошел к окну, глянул вниз. Еще одна полицейская машина появилась, и автоматчик у входа стоит. Второй этаж – высота небольшая, и окно легко открывается, но убежать будет не просто. Да и не собирался он этого делать…

Он взлохматил волосы, пытаясь причесать ошалевшие мысли. Собраться надо, сосредоточиться.

Жаль, что не успел он выяснить у Антонины, когда, в какое время стреляли в Панарина. Если это случилось ночью, то дело дрянь. Ночью он спал один и, в принципе, мог покинуть гостиницу незаметно для дежурного администратора. Выйти через черный вход, пересечь задний двор, зайти в недостроенное здание ресторана, забраться на крышу, а оттуда спрыгнуть вниз, как раз на тропку, которая вела к коттеджному поселку. Тем же путем мог и вернуться…

Дверь снова открылась, и в номер вошел коренастый мужчина с грубым лицом. Он был в штатском, но и в этой овечьей шкуре в нем угадывался матерый ментовский волчара.

– Вот, значит, ты какой… – сказал он густым с хрипотцой голосом, с мрачной иронией глядя на Семена.

– Какой такой?

– Да щечки у Антонины Евгеньевны красные. Не помню, чтобы с ней такое было… Она у нас дама строгая, серьезная. Я бы сказал, неприступная. А тут вдруг, как девочка… Давно у тебя с ней?

– Вы всегда так, с глупых вопросов серьезный разговор начинаете? – хмуро спросил Семен.

– А разговор у нас будет серьезным?

– Когда убили Панарина? В какое время?

– А ты на часы не смотрел, когда стрелял?

Семен разочарованно вздохнул, сел за стул и затих.

– И что это значит? – спросил мент.

– Я Панарина не убивал, ничего про это дело не знаю и ничего сказать вам не могу, – отчеканил Семен. – Если вы в этом сомневаетесь, забирайте меня в отделение, закрывайте, предъявляйте обвинение, тогда будем разговаривать, в присутствии адвоката…

– Это тебя Антонина так научила? – с каверзной усмешкой проговорил полицейский.

– Антонина меня ничему не учила. Она подозревает меня не меньше вашего.

– Для этого есть основания?

– Да. Я служил в армии, был снайпером. А служил я шесть лет.

– В армии? Шесть лет?

– Если точнее, во внутренних войсках. В Дагестане. В спецназе МВД.

– В Чечне был?

– Практически там и пропадали.

– В спецназе МВД? А берет у тебя какой был?

– Краповый.

– Всем такой дают?

– Нет, только тем, кто заслужил… Вы думаете, я вас обманываю?

Семен не скрывал своего удивления. Во-первых, такими вещами не шутят, а, во-вторых, его биографию пробить будет не трудно.

– Да нет, не думаю. Просто привычка такая, во всем сомневаться… МВД – это плохо.

– Почему?

– Не жалуют нашего брата в тюрьме.

Семен внимательно посмотрел на мента, непонятно, то ли сочувствует он, то ли злорадствует.

– Я туда не собираюсь.

– Тогда почему не оправдываешься? Про алиби мог бы сказать.

– А для чего я, по-вашему, спрашиваю, когда Панарина убили?

– Сегодня его убили. В восемь утра. Если точней, в восемь часов десять минут, – ответил мент.

– Значит, кто-то видел, как его убили.

– С чего ты взял?

– Ну, я не знаю… – усмехнулся Семен. – Может, киллер записку в лежке оставил, ну, с указанием времени… А может, у ваших экспертов инопланетное оборудование появилось, которое позволяет устанавливать время убийства с точностью до минуты?

– Нет у нас инопланетного оборудования. Телохранитель видел, как Панарин упал. И за киллером погнался, только не догнал…

– А собака ваша где?

– Какая собака?

– Ну, которая след взяла. Почему она меня не обнюхивает?

– Да нюх ей отбило… Знаешь, чем?

– Догадываюсь. И как след сбивать, знаю. И как «схроны» в лесу ставить. Вы бы в жизни винтовку не нашли, если бы я хотел ее спрятать…

– А ты не хотел?

– Товарищ… Не знаю, кто вы по званию…

– Подполковник Скважин… Да уж, облажался ты, парень, с винтовкой…

– Я?!.. Собаку со следа сбить догадался, а винтовку спрятать – нет. Вам самому не смешно?

– Но у тебя же были отношения с Лидией Панариной?

– Отношения были, а планов на нее – нет.

– Конфликт у тебя с телохранителями Панарина был?

– Ну, так с ними, а не с ним.

– Я слышал, ты отработал этих ребят. Но ведь могли появиться другие. Это ведь проблема. А нет человека, нет проблемы…

– Еще я мог жениться на Лиде. Я молодой, а она еще моложе… У нее, наверное, дом большой, денег много, – усмехнулся Семен.

– А что в этом смешного? Бывает и такое.

– Есть еще более простая причина.

– Например?

– Например, в восемь утра десять минут я разговаривал с дежурным администратором.

Семен снял с телефона трубку, набрал двухзначный номер и вызвал администратора.

Юля не заставила себя ждать.

– Да, Семен Дмитриевич! – вымученно улыбнулась она, с тревогой глядя на Скважина.

– Юля, где я был сегодня в восемь часов десять минут?

– Э-э… Ну, вы со мной разговаривали…

– Очень хорошо! – Подполковник взял ее за руку, вывел из номера, минуты через три вернулся.

И спросил, о чем Семен с ней разговаривал. Ему нужно было знать содержание разговора чуть ли не слово в слово. Но Семен не врал, и о чем говорил с Юлей, помнил.

Не смог Скважин поймать его на лжи, расстроился, но виду не показал.

– Сразу надо было сказать, когда киллер стрелял, не пришлось бы из пустого в порожнее переливать, – усмехнулся Семен.

– Ну, Юля девушка симпатичная, а ты парень, так понимаю, не промах…

– Грязные намеки на мою чистую репутацию? Нехорошо, товарищ подполковник.

– А репутация чистая?

– Я, может, и гулящий, но я не женщина. И жены у меня нет. Да и вы не священник, чтобы мой моральный облик обсуждать. И давайте закончим разговор, товарищ подполковник. У меня много дел, а вы меня задерживаете.

– Ишь как расхорохорился! Сначала обыск произведем, персонал опросим…

– Производите. Опрашивайте. Ничего не найдете. И ничего не узнаете… Кстати, после Юли я с Риммой разговаривал, это мой зам по салону красоты, она как раз на работу приехала… Потом с уборщицей в фитнесе… Потом со строителями… Я тут на виду был, если не верите, можете опросить всех…

– И опросим, – кивнул Скважин. – И узнаем.

Семен кисло улыбнулся, глянув на мента. Не нравилось ему его настроение. Похоже, подполковник уже мысленно отпраздновал успех в раскрытии уголовного дела.

– Делайте, что хотите, только без подстав.

– Ну, это ты зря…

– Мы в двухтысячном году одного подполковника из Москвы сопровождали. На засаду напоролись. В горы уходить пришлось. Мы этого подполковника на себе тащили. Я и Пашка Левков, двое нас тогда осталось. А подполковника сильно ранило…

– Это был не я, – усмехнулся Скважин.

Похоже, он решил, что Семен пытается его разжалобить.

– Не вы. Тот подполковник уже полковником успел стать. Точнее, генерал-полковником. Заместитель министра МВД. Я думаю, он добро помнит. А как связаться с ним, я найду…

Семен смотрел на Скважина пристально и сердито. Не убивал он Панарина, и алиби у него есть, и пусть мент оставит надежду повесить на него чужой труп. И воевал он, и подполковника спасал, который за одиннадцать лет очень высоко взлетел. Были еще и другие знакомые генералы…

Есть у него алиби, так что пусть все идут к черту.

## Глава 4

Постановление на обыск – важный документ, но сейчас он и гроша ломаного не стоил. Впрочем, Антонину это ничуть не огорчало.

Постановление обладало юридической силой, но не имело смысла, и даже Скважин это понимал.

– Алиби у Арбатова, полное алиби, – с трудом скрывая свою досаду, сказал он. – Не мог он стрелять в Панарина… А след к нему ведет… Такое ощущение, как будто подставляют его. Грубо подставляют, чтобы нас на ложный след навести…

Антонина кивнула. Она придерживалась такого же мнения.

Не стал бы Семен бросать винтовку возле гостиницы, для него это слишком глупо. Нервы не выдержали – это не для него. Да и как могли сдать нервы, если преступник воспользовался специальной смесью, чтобы заглушить след?

– Кто-то знал, что у Панарина конфликт с Арбатовым был, – в раздумье продолжал Скважин. – И этот кто-то справки о нем навел… Я так понял, вы его давно знаете?

– Десять лет уже.

– Он вам что-нибудь про свою службу рассказывал?

– Ну, было иногда…

Про войну Семен рассказывал редко, но метко. Если начнет, то надолго затянет.

– Какого-то генерал-полковника спас… – забросил удочку Скважин.

– Ну, тогда он подполковником был…

– А сейчас?

– Сейчас он заместитель министра МВД.

Антонина назвала фамилию подполковника, про которого когда-то ей рассказывал Семен. Давно рассказывал, когда тот еще и генералом не был.

– Серьезный он мужчина, этот Арбатов, – заметил Скважин.

– Три ордена у него, – кивнула она.

– И покровитель у него серьезный.

– Ну, я не думаю, что Семен станет жаловаться. Не такой он человек, – пожала плечами Антонина.

– Может, не такой, может, такой… Надо бы у него про Панарину выяснить. Может, она знала, что Арбатов служил снайпером, сама его и подставила. Баба она… э-э… шустрая… Может, с кем-то спуталась, а потом с этим кем-то и навела нас на Арбатова… Мы поедем, а вы, Антонина Евгеньевна, могли бы остаться. Надо с ним насчет Панариной поговорить.

Берестова удивленно повела бровью. Вообще-то она, как следователь, должна давать поручения уголовному розыску, которым руководил Скважин, а не наоборот.

– Я думаю, вам это интересней, чем мне, – усмехнулся Скважин.

– Ну, может быть…

Скважин иронично улыбнулся, козырнул и был таков. Вид у него был такой, как будто он делал ей одолжение. Как будто знал, что она сама хочет остаться с Семеном. А ведь это действительно было так…

Семена она нашла у стойки администратора.

– Еще вопросы, товарищ капитан? – вроде бы весело, но с настороженностью во взгляде спросил он.

– Думаю, их будет еще больше.

– Так алиби есть.

– Алиби нашлось, а осадочек остался.

– Осадочек надо снять.

Он увлек Антонину за собой на второй этаж, своим ключом открыл дверь в номер и, опускаясь на диван, сказал: