# Неуправляемый таран

Владимир Григорьевич Колычев

Простой работяга Игнат Паустов влюбляется в первую красавицу провинциального Приморска – певицу Лию. И начинает преследовать ее, отваживая ухажеров и донимая признаниями в любви. А Лия мечтает о принце на белом коне. И в один прекрасный момент ее мечта сбывается. За Лией начинает ухаживать солидный бизнесмен Георгий Юршин, он покупает девушке квартиру, машину и устраивает певицей в собственный ресторан. Игнат в бешенстве. Он несколько раз пытается поговорить с Юршиным по-мужски, но безуспешно. За настойчивость бизнесмен жестоко наказывает парня: по указанию Юршина стражи порядка подбрасывают Паустову пистолет. Лучше бы они подкинули ему что-нибудь не столь опасное…

© Колычев В., 2014

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


* * *

## Часть I. 1990 г.

### Глава 1

Мутно-зеленые с белыми гребешками волны тяжело катились по морю, с шумом вспениваясь у самого берега. Шторм слабый, незлой и даже успокаивающий. В небе под солнцем и на ветру клубились дымчатые бездождевые облака. На обрывистом берегу над пологой полосой песчаного пляжа стоял черноглазый кучерявый парень и смотрел на море. Игнат Паустов стоял так, глядя вдаль до тех пор, пока не услышал за спиной шум подъезжающей машины. Он обернулся и увидел, как на него едет автомобиль с ярко горящими фарами. «Нива» цвета морской волны остановилась метрах в двадцати от него, хотя Игнату казалось, что машина продолжает движение. Но он не собирался убегать от нее. Сжав кулаки, двинулся к ней навстречу.

Из автомобиля вышел высокий широкоплечий парень в модной кожаной куртке и штатовских джинсах. И кроссовки у него фирменные – с белой высокой подошвой и косыми полосками. Игнат стиснул зубы, чтобы ничем не выдавать свою зависть. Увы, о таком прикиде он мог только мечтать. Ветхая ветровка на нем, старые синие брюки от школьной формы, разбитые туфли с подклеенной подошвой. И еще Игнат не мог похвастать физическими данными, которыми обладал щеголь из «Нивы». И ростом он пониже, и плечи у него поуже. Но это несоответствие не смущало его, и он решительно шел на штурм.

Игнат шел по улице, которая тянулась от моря к центру города. На этой улице за шиферным забором стоял небольшой краснокирпичный дом, в котором он хотел быть желанным гостем. Но, увы, его в этом доме не жаловали. Хозяева считали его хулиганом и лоботрясом, а их красавица дочь видела в нем прежде всего неудачника. Игнат все понимал. У Лии не тот еще возраст, чтобы думать о замужестве, но женихов она уже ищет. Причем богатых женихов… Алик с «Нивой» – это самое то. Тачки, шмотки из коттона, все дела… Одним словом, первый парень на деревне. Только зря он с Лией связался… Он этого еще не понимает, но Игнат уже готов объяснить ему ситуацию.

Лия вышла из калитки, весело улыбнулась Алику и помахала ему рукой. А улыбка у нее красивая, белозубая. И сама она – первая девушка на весь Союз. Игнат знал это совершенно точно.

Пышные вьющиеся волосы светло-русого цвета, невероятной красоты глаза обрамлены густыми черными ресницами, совершенной формы лицо… Все в ней совершенное, и сама она потрясающая. Во всяком случае, Игнат ничуть не сомневался в том. И сам он любил эту девушку глубоко и искренне…

Худенькая она, стройная, изящная. Ноги длинные сами по себе, а тут еще короткая юбка и туфли на шпильке делали ноги еще длиннее. И походка у нее легкая, летящая, а как она красиво покачивает бедрами… У Игната захватило дух от такой красоты, и он даже остановился, забыв о своем сопернике.

Он видел в Лие богиню, но Алик почему-то смотрел на нее как на шлюху. И усмехнулся, глядя на нее. Возможно, он знал про Лию что-то нехорошее, порочное. А может, он сам придумал о ней дурную историю…

Игнат еще крепче сжал кулаки. Возможно, ему привиделась скабрезная усмешка в уголках губ Алика, но в любом случае он должен действовать. Нельзя допустить, чтобы Лия уехала в машине с этим пройдохой. Он должен объяснить, что Алик всего лишь хочет поиграть с ней, чтобы сбросить затем за борт за ненадобностью…

– Эй, чувак, ты куда прешь!

Алик вытянул вперед левую руку, собираясь остановить прущего на него Игната. Затем поднес к подбородку правый кулак. Понял, что дело запахло жареным – встревожился, напрягся.

Игнат остановился, набычившись посмотрел на соперника. Он готов был хоть сейчас броситься в драку, но сначала пару слов для затравки.

– Свалил отсюда! – сквозь зубы процедил он.

– Пауст, ну сколько можно! – возмущенно протянула Лия и даже всплеснула руками, выражая свое недовольство.

– Пауст, я тебе сейчас по харе дам!

Алик отступил на шаг, приоткрыл водительскую дверцу. Не сводя с Игната хищно-насмешливых глаз, он снял куртку, положив ее на кресло. А куртку он снял неспроста. Под ней была майка-безрукавка, подчеркивающая ширину и рельефность его крепко накачанных плеч. Здоровенный он парень, мощный, и кулаки у него крепкие. А на правом плече наколка с эмблемой «ВДВ». Алик не так давно вернулся из армии. Отец ему по этому случаю машину подарил. Это Игнат знал, а то, что Алик служил в воздушно-десантных войсках – нет. А с десантниками, как известно, связываться опасно…

– Алик, надавай ему как следует! – злорадно глядя на Игната, восторженно сказала Лия.

Хотел бы Игнат спросить, за что к нему такое пренебрежение. Он же любит Лию, жить без нее не может, а она нос от него воротит. Был бы он каким-нибудь уродцем, тогда еще можно было бы ее понять. Но так внешность у него вроде бы ничего… А спрашивать было некогда. Да и зачем сопли пускать?

Он ударил Алика кулаком в лицо, но тот отбил удар. Поставил блок и врезал Игнату кулаком в челюсть. И тут же в ход пошла нога. Пропустив первый удар, Игнат отступил на шаг. Он пошатнулся, но не упал. И все же ногу блокировать не смог. Алик ударил его пяткой в грудь, да с такой силой, что Игнат не смог удержаться на ногах. Он упал, но тут же поднялся. Голова гудела после удара, но не кружилась. И дыхание не сбито… Можно продолжать.

Лия ехидно усмехалась, глядя на него, Алик желчно улыбался, закрывая руками лицо и корпус. Он в боевой стойке и готов к отражению атаки. Сам он атаковать не собирался, в этом Игнат усмотрел его слабость. Только вот в самой обороне он не находил уязвимых мест. Руки там, где надо, ноги в готовности нанести ответный удар.

И все-таки он рванул вперед. Левой рукой в голову, правой в живот… Алик отбил и один удар, и второй, и сам ответил двойкой. Игнат пропустил удар кулаком в нос и в ухо, но на ногах удержался. И даже смог достать Алика в челюсть. Правда, тут же согнулся от врезавшейся в живот ноги и подался назад. Он должен был удержаться на ногах, но, увы, не смог и плюхнулся на пятую точку опоры. Но тут же поднялся на ноги, с лютой злостью глядя на врага.

– Ну что, еще? – спросил Алик. Он улыбался все так же ядовито, но в его взгляде уже не было снисходительности.

Игнат кивнул и снова рванул в атаку. На этот раз Алик встретил его ударами на опережение. Правым кулаком ударил в голову, левым – в корпус, ногой – в печень. Первые два удара Игнат пропустил, а ногу смог поймать в захват. Он шагнул вперед, поднимая вверх захваченную ногу, и вместе с Аликом упал на землю. В падении Алик попытался перевернуть противника на спину, но Игнат не позволил ему оказаться сверху. Он совладал с мощью противника и сам уложил его на обе лопатки. И еще ударил его головой в лицо. Сильно ударил – из носа у Алика хлынула кровь.

Но эта кровь лишь разозлила Алика. Он скинул Игната с себя, уложил на спину и ударил кулаком в лицо. Однако Игнат в долгу не остался. Он извернулся и со всей силы ткнул противника согнутым пальцем в глаз. Алик взвыл от боли, ослабил хватку, Игнат этим воспользовался и вырвался из-под него. Но и Алик вскочил на ноги, вскинув к подбородку кулаки. Он отчаянно моргал, растерянно глядя на Игната. Казалось, он не мог понять, как это заведомо слабый противник может биться с ним чуть ли не на равных. И еще Алик очень хотел, чтобы Игнат признал свое поражение.

И Лия этого же хотела, но при этом она и не сомневалась в том, что Алик возьмет верх.

– Ты чего такой дикий? – пытаясь перевести дыхание, спросил он.

Игнат ничего не сказал. Он ударил ногой – неожиданно, быстро и точно. Алик поставил блок, но Игнат смог его пробить. Он ударил ногой в пах, снизу вверх. Алик аж подпрыгнул от боли. Но тут же сам ударил Игната ногой.

Пропустив удар в живот, Игнат отступил. И снова стал готовиться к атаке.

– Может, хватит? – спросил запыхавшийся Алик, в недоумении глядя на соперника.

Вместо ответа Игнат снова ударил его. Разогнался, прыгнул и ударил кулаком в голову. И снова попал кулаком в нос. Он еще не успел коснуться ногами земли, как Алик отшвырнул его.

Игнат упал, но Алик не добивал его, хотя мог. Он уже со страхом смотрел на своего противника. Из носа хлестала кровь, ухо красное после удара, под глазом надувался фингал. Он уже рад был выйти из боя, возможно даже уступив сопернику. Но Игнат не собирался с ним ни о чем договариваться. Он поднялся и снова ринулся в атаку.

Алик пропустил удар, ответил мощной двойкой, но Игнат снова врезал ему кулаком в нос. Тут же добавил локтем в челюсть. Алик подался назад, пытаясь прийти в себя, но Игнат такой возможности ему не дал.

Он в бешенстве молотил Алика кулаками, а когда тот упал, стал добивать его ногами. И бил до тех пор, пока тот не запросил пощады.

– Харэ, харэ, я все понял! – пуская кровавые пузыри, простонал Алик.

Игнат остановился, отошел от жертвы. Голова кружилась и раскалывалась от боли. Распухшее от ударов лицо пульсировало и горело, дикая усталость валила с ног. Но Игнат не упал. Перед глазами все плыло, но это не мешало ему смотреть, как Алик садится в машину и уезжает. Но при этом он не мог видеть, где находится Лия. Надо было повернуть голову, чтобы поймать ее в поле зрения, но Игнат не мог этого сделать. Казалось, одно неловкое движение, и голова взорвется от боли.

Алик уехал, а Лия осталась. Игнат с трудом повернул к ней голову, сфокусировал взгляд. Она смотрела на Игната большими от возмущения глазами. В ее взгляде было все что угодно, злость, ненависть и даже восхищение, но только не благодарность.

– Пауст! Я тебя просила? – приложив пальцы к своим вискам, простонала она.

Игнат повернулся к ней спиной и побрел к своему дому.

Он жил недалеко от Лии, учился с ней в одной школе, пока не ушел в ПТУ. В школе он ее не замечал, а прошлой осенью случайно увидел и обомлел.

Какое-то время он робел перед Лией, терялся, затем взял себя в руки, подошел к ней на дискотеке, пригласил на танец. Она даже позволила себя проводить домой и даже поцеловать на прощание. А на обратном пути он столкнулся с ее отцом, который возвращался домой под градусом. Игнат опьянел от любви, тот – от водки, и у одного крыша не на месте была, и у другого. В общем, слово за слово, кулаком по морде…

Игнат получит тогда в нос, но и сам поставил фингал под глазом Василия Петровича. И не он первый начал, надо сказать. А крайним сделали его. С тех пор он дебошир и бездельник, но Лия бросила его не только поэтому. Хахаль у нее новый появился. Сначала на отцовской машине к ней подъезжал, затем перешел на костыли. С тех пор к Лие ни ногой. Потом еще один появился… Теперь вот Алик уносит ноги.

Но и сам Игнат еле живой. С прежними хахалями было немного проще. Но чем тяжелее победа, тем она ценнее. Трудную победу одержал Игнат, только вот радости он не чувствовал. И лицо в кровь разбито, и Лия не хочет быть с ним. Девчонки любят победителей, но Лия не из таких. Ей нужен богатый жених, и не важно, чмошник он или нормальный…

Игнат свернул за поворот, прошел немного и остановился возле двухэтажного дома за железным забором. Красивый дом, большой, и живут в нем богато. А все потому что хозяин – браконьер. Дядя Митя два раза уже срок мотал за это дело, но как только начинается путина, дома его не застать. Он и сейчас где-то на лимане, через который идет на нерест севрюга и осетр. Там у них целая мафия…

Почему бы Игнату этим делом не заняться? Есть у него надежные друзья, с ними можно было бы начать браконьерствовать. Опасно это, но прибыльно. Тем более риск – благородное дело, особенно если на кону стоит самая красивая в мире девушка. Хочет Лия богатого жениха, что ж, она его получит…

### Глава 2

Завтра улечу в солнечное лето,
Буду делать все, что захочу…

Бодрая песня, озорная, про солнечное лето, где так все легко и просто. И красиво. Лия хотела попасть в такую жизнь, может, потому исполняла эту песню с особым, сумасшедшим воодушевлением. А голос у нее звонкий, глубокий…

Зал взорвался аплодисментами, когда она закончила петь. Такого Лия не ожидала. И даже залилась краской от смущения. А еще ноги вдруг от волнения ослабли. Когда выходила на сцену, не волновалась так, как сейчас. Думала, споет пару песен под аккомпанемент школьного ВИА, сорвет несколько хлопков, и все. А тут вдруг овации.

А пара песен уже спета, и завуч сворачивает лавочку. Все, концерт окончен, всем пора в спортзал, где накрыт праздничный стол. Повторения на бис не будет, но Лия и не была к этому готова.

Аплодисменты стихли еще до того, как опустился занавес.

– Отлично!

Игорь Ковальчик подошел к ней с небрежностью великого музыканта. Обнял ее за талию и поцеловал в щеку. Как будто так и надо.

Лия посмотрела на него большими от удивления глазами. Это что еще за наглость?

Ковальчик руководил ансамблем, он устроил ей этот выход на сцену. Но ему еще целый год учиться в школе, а Лия уже выпускница. Он еще сопля зеленая, а ведет себя как заправский бабник.

Внешне он чем-то напоминал Игната. Такой же стройный, чернявый и смазливый. И, насколько знала Лия, от девчонок у него не было отбоя. Но Игнат боец по своему духу, а этот – размазня. Лия видела, как Леша Грач разбирался с ним за школьным туалетом из-за какой-то девчонки. Игорек чуть ли не на коленях перед ним ползал, чтобы Леша его не бил. Игнат на его месте сам бы Лешу по стенке размазал…

Игнат красавчик, и характер у него хороший, но Лия понимала, что ей с ним не по пути. Шалопай он. Учится в ПТУ на тракториста-механизатора и в ус не дует. Отслужить в армии, устроиться в совхоз на работу, жениться, детей нарожать, бухать по праздникам – вот и вся перспектива в жизни. Сначала пить по праздникам, затем по пятницам, а там – каждый день…

Тот же Алик в институт собирался поступать. Отец ему квартиру в Краснодаре уже купил… Богатый у Алика отец. В рыбинспекции большой человек, а это золотое дно. А у Игната родители в совхозе пашут. На кой он ей такой нужен?..

– У тебя талант, девочка, – ничуть не смущаясь, деловито сказал Игорек.

Похоже, он не понял намека.

– Ну, я не знаю… – улыбнулась польщенная Лия.

Ее позвали на сцену просто как выпускницу, никто и не ожидал, что она устроит такой фурор.

– И я не знал… Но у тебя талант… – с важным видом подмигнул ей Ковальчик. – А талант нужно развивать… Хочешь на большую сцену?

– На большую сцену? – задумалась Лия.

Вроде бы и не мечтала она быть великой певицей, но раз уж ей суждено стать таковой, то почему бы и нет? Это слава, цветы, аплодисменты, море поклонников. И прежде всего красивая жизнь. А еще среди поклонников может оказаться настоящий принц…

– Хочешь, хочешь! – нахально подмигнул ей Ковальчик. – Кто не хочет!

– Я подумаю…

Лия и не прочь была бы поговорить на эту тему, но только не с Игорем. Он сам по себе ноль без палочки. Играет плохо, а поет еще хуже. И еще у него нет своих песен. И как бы он тут ни распускал хвост, его слова ничего не стоят. Ну, у нее талант. И на большую сцену она хочет. Но чем он может ей помочь? А ничем!

– А чего тут думать? С таким голосом – прямо в Москву! – Одной рукой Ковальчик обнял ее за талию, а другую направил в сторону. – Без Москвы никак… У тебя есть кто-нибудь в Москве?

Лия вдруг поняла, что на сцене, кроме них двоих, никого нет. Занавес опущен, музыканты разошлись, родители где-то на пути к спортзалу.

– Нет, – убрав руку с талии, покачала головой Лия.

– А у меня там сестра живет. Знаешь, где работает?

Лия покачала головой. Не знает она, где работает сестра Игорька и враки слушать не желает.

– Костюмером она работает, в самой «Комбинации»! – Ковальчик энергично ткнул пальцем в потолок.

И снова его рука оказалась у Лии на талии.

– И что с этого?

– Ну, ты могла бы пожить у нее… Она бы тебя в группу пристроила.

Его рука скользнула вниз, пальцы мягко сжали упругую ягодицу.

– Далеко пойдешь! – ехидно усмехнулась Лия, разворачиваясь к нему лицом.

– Если не остановят, – улыбнулся Игорек.

Он убрал руку, но тут же снова положил ее на талию.

– Остановят. Когда по физиономии схлопочешь.

– Что? – нахмурился он и нервно схватил ее за руку.

– На хрен, говорю, пойдешь! И не остановят! – злорадно усмехнулась Лия.

– Ты это, базар фильтруй! – Игорек до боли сжал ее предплечье.

– Пусти!

– Нельзя со мной так! – прошипел парень.

Лия зло смотрела на него. Сейчас ей, как никогда, не хватало Игната. Его бы сейчас сюда, он бы живо начистил этому недоноску… Но нет Игната. Пропал он куда-то. С тех пор как он избил Алика, почти месяц она его не видела. Ему и самому сильно досталось. Может, обиделся он на нее и махнул рукой? Хотелось бы надеяться на это… Но в то же время ей не хватало Игната. Может, и не нужен он ей, но без него скучно. А сейчас ей нужна была его защита. Но не пришел он на выпускной вечер… А ведь она думала о нем, когда пела. Хоть и вскользь подумала, но все же…

– Я сказала, пусти!

– Ты же больше так не будешь?

Игорек отпустил руку и снова попытался обнять Лию. Вокруг никого, все где-то далеко, никто ничего не увидит. Ведь она же будет умницей…

Лия шагнула назад, размахнулась и влепила Ковальчику пощечину.

– Эй, ты чего! – возмущенно протянул он.

Но Лия его не слушала, она повернулась к нему спиной и, сдвинув край занавеса из бордового плюша, спустилась со сцены в зал.

Может, Лия и казалась ветреной, но на самом деле она вовсе не простая. И зря Игорек повел себя с ней, как с дурочкой из переулочка. Она знает себе цену, пусть ее знают и другие…

Она отвязалась от недалекого Игорька, но на этом ее приключения не закончились. Праздничное застолье плавно перетекло в дискотеку, и Костя Жарков пригласил ее на медленный танец. Он смущенно молчал, пока играла музыка, напряженно передвигал ноги, сопровождая ее в танце. А когда повел к столу, шепнул вдруг на ухо, что им нужно поговорить. Лия не отказалась, вышла с ним во двор и под фонарем над волейбольной площадкой выслушала признание – насколько сбивчивое, настолько же и страстное. Пощечину она Косте не влепила. Напротив, поцеловала его – сначала в щеку, а потом в губы. А после извинилась перед ним и вежливо послала на все четыре стороны. Костя был неплохим парнем, но никогда ей не нравился. И еще он был из простой семьи…

Костя вздохнул, с обреченным видом вжал голову в плечи и ушел. Причем ушел в другую сторону от спортзала, в темноту школьной аллеи.

Лия пожала плечами, с жалостливой улыбкой глядя ему вслед. Нехорошо она поступила с парнем, но не отвечать же взаимностью всем, кто признается ей в любви. К тому же это опасно. Для Кости. Игнат может вернуться в любое время. Насколько Алик казался крутым, но после встречи с Игнатом ни слуху о нем, ни духу. А как заливался соловьем на свиданиях.

Лия услышала за спиной звуки шагов. Уж не Игнат ли это? А может, Алик образумился?.. Или это Игорек со своими грязными намерениями?..

Но Лия увидела перед собой совершенно незнакомого мужчину. Вернее, она видела его уже – в зале, когда пела. Он завороженно смотрел на нее и также зачарованно слушал, как она поет. Немолодой уже мужчина, интересный, солидный. Крупные, но приятные черты лица, улыбчивый взгляд уверенного в себе человека, запах дорогого одеколона, притягательное ощущение мужской силы. Хорошо пошитый костюм из дорогой материи подчеркивал его немаловажный статус.

– Я вам не помешал? – вкрадчиво спросил он, проникновенно глядя на Лию.

– Я вас не знаю, – нахмурилась она.

Вдруг это какой-то маньяк, выслеживающий красивых девушек. Увидел, как Лия вышла на улицу, и направился за ней. Дождался, когда она останется одна, и пошел на нее, как торпеда – на корабль. А она относительно далеко от спортзала, под козырьком которого толпились курильщики. Их можно позвать на помощь, но если незнакомец закроет ей рот и утащит в темноту, как Фредди Крюгер – в убийственный ужас кошмарных снов…

– Георгий Сергеевич Юршин, – представился мужчина.

– Ира Юршина – ваша дочь?

– Совершенно верно, – улыбнулся он.

Ира Юршина училась в параллельном классе, и Лия не удивилось, что она никогда прежде не видела ее отца.

– Ну, тогда проводите меня, Георгий Сергеевич. – Лия направилась к спортзалу.

Но Юршин пальцами коснулся ее предплечья.

– У меня к вам серьезный разговор.

Лия остановилась.

– Ну, конечно…

Вряд ли Георгию Сергеевичу больше сорока лет. Что называется, мужчина в самом расцвете лет. И трудно поверить, что он испытывал к выпускнице лишь дружеское расположение. Лия не исключала, что ее пытаются закадрить, а роман со стареющим ловеласом ей вовсе не улыбался. И не важно, что Юршин приглянулся ей. В мире и без него много интересных мужчин…

– Я работаю директором ресторана «Приморье».

– И что с того? – спросила Лия, осаживая себя.

Она уже не хотела никуда уходить. Ресторан «Приморье» находился в южной, курортной части города. Директор столь солидного заведения котировался высоко, так что не стоило гнать его от себя. Вдруг знакомство с ним пригодится.

– У нас отличный ресторан, но плохая музыка. А у вас отличный голос. Я слышал, как вы поете.

– Ну, голос, может, и есть, – согласилась польщенная Лия. Юршин солидный человек, а не вздорный балабол вроде Игорька, и от него приятно услышать комплимент.

– Опыта только нет. Я ведь в первый раз на сцене…

– Опыта нужно набираться. Опыта, умения, а там и на большую сцену… Я бы мог предложить вам выступить у нас в ресторане. Ансамбль у нас есть, а певицы нет…

– А вы думаете, я хочу быть ресторанной певицей? – Лия удивленно повела бровью, но не возмутилась. Что ни говори, а лучший ресторан города – это вариант. И еще это признание таланта. Ну, опыта поднабраться можно.

– Я же вас не заставляю.

– Да, не заставляете, – в раздумье кивнула она.

– И два раза не предлагаю, – голос его вдруг затвердел.

И на душе у Лии стало тревожно. Что, если сейчас ей предложили путевку в красивую жизнь? Это же не случайное совпадение, что Юршин подошел к ней именно сейчас. Сначала Ковальчик сделал ей предложение насчет сцены, затем он. Первое предложение несерьезное, второе – более-менее, а затем поступит и третье, возводящее к звездным высотам. Ресторан «Приморье» находился неподалеку от нового летнего кинотеатра, где летом выступали известные отечественные исполнители. Вдруг в ресторан заглянет администратор какой-нибудь знаменитой группы, увидит Лию и сделает ей предложение, которое станет для нее трамплином в звездную жизнь… Это знак, что Юршин подошел к ней именно сейчас. Это предзнаменование. Но если она откажется, то все вернется на круги своя…

Училась Лия не очень хорошо, аттестат у нее неважный, вступительные экзамены в институт она провалит, как пить дать, даже нечего и пытаться. Да и нет желания учиться дальше. А что делать после школы? Выпуск уже, считай, состоялся, завтра она – взрослый человек. А удачно выйти замуж пока не получается. Мать у нее в ателье кроит и шьет, и ей придется этим заняться. Все пальцы исколет, пока дождется принца под алым парусом. А парусов этих, говорят, на всех не хватает. Как бы не зачахнуть в старых девах у окна с видом на море…

– Ну, я бы хотела…

– Тогда завтра, в пятнадцать ноль-ноль я буду ждать вас в ресторане. Или уже сегодня, – скупо улыбнулся Юршин.

Он уже смотрел на Лию как начальник на подчиненную, но именно это и успокаивало. Он не пытался строить из себя вершителя судеб, как это делал Игорек. Юршин всего лишь сделал интересное предложение, оставив за ней выбор.

Лия согласилась, и он ушел. И даже руки к ней не тянул, как это делал Игорек в расчете на благодарность…

И Лия ушла. Домой. Не захотела она встречать рассвет с однокашниками. Не тот у нее уже уровень, чтобы идти в ногу со всеми…

### Глава 3

Рыбой пропахло все – одежда, волосы, руки. Но это был запах удачи. И не очень-то хотелось от него избавляться. Но в ресторан в рабочей одежде не пойдешь. И вымыться надо.

С новым прикидом Игнат уже разобрался. Джинсы фирменные купил, кроссовки – примерно такие, как он видел у Алика, футболку с орлом на фоне штатовского флага. О таких шмотках он мог только мечтать, но теперь это реальность. Хотя вряд ли обыденная…

Ловить осетра – дело непростое. Особенно в запретное время, когда зверствует рыбнадзор и рыбоохрана. У матерых браконьеров вроде дяди Мити связи в этих структурах, и техника у них серьезная, и сети отличные. У них работа поставлена на широкую ногу, а Игнату такой размах только снился. Команда у него небольшая, всего четыре человека, из двух лодок только одна с мотором. Сети-аханы плели сами, ставили их по ночам, и улов по темноте снимали, чтобы на охрану не напороться. Да и матерых браконьеров они опасались. У них ведь не только катера с мощными моторами, но и ружья. И даже автоматы. А конкуренты никому не нужны…

Трудно пришлось Игнату, но все обошлось. И улов они взяли щедрый. Одних только икорных осетров за месяц подняли несколько десятков, а счет севрюге шел на сотни. Щука, судак, лещ, окунь, бычок – это вообще без счета. И осетровой икры насолили, и севрюжьей. Кеша Дашок по этой части спец. Рыбу вялили, коптили, да и для свежей рынок сбыта находился. Этим занимался Вадик Хомич. У него мотоцикл с люлькой, и с перекупщиками он договаривался. Когда сам ездил рыбу сбывать, когда в компании с Леней Герасимовым…

Все хорошо. И рыбы много взяли, и, главное, на рыбоохрану не нарвались. И с конкурентами без проблем. Не зря же по камышам прятались. Лиманы в районе Приморско-Азовска – это не просто водоемы, а целые лабиринты с запутанными проходами и протоками. Там целую дивизию при желании спрятать можно.

Все хорошо. Только загадывать на будущее не хотелось. До сегодняшнего дня везло, а что будет дальше, не известно. Никому не хотелось в тюрьму, отсюда и страх. Устали они от нервного напряжения, поэтому, смотав удочки, вернулись домой. Чтобы отдохнуть и перевести дух.

А домой вернулись с полными карманами денег, которые выручили за проданную рыбу. И часть улова привезли с собой. И всю икру: отборной осетровой килограммов сорок, а севрюжьей – почти два центнера. Это ли не богатство? И радость за добычу была, и ощущение досады. Раньше нужно было этим делом заняться, столько времени зря упустили. Не по дискотекам нужно было шляться, а лиманы и плавни осваивать. Впрочем, они еще молодые, у них все впереди.

Игнат услышал звук подъезжающего мотоцикла, вышел из дома. Точно, Хомич подъехал, и Дашок с ним. И эти в новом прикиде. Не зря же они рисковали своей свободой. Герасима с ними не было. Отец его запряг в огороде работать, да и нельзя ездить по городу на мотоцикле вчетвером.

– В кабак? – подмигнул Игнату Дашок.

Он сидел в люльке, высунув наружу одну ногу, видимо, новыми джинсами хотел похвастать. Шутка ли, за сто пятьдесят рублей купил. У него отец за месяц столько не зарабатывал.

– В кабак, – кивнул Игнат.

Вообще-то его больше всего тянуло к Лие. Пройтись перед ее домом, показать себя в обнове, но Дашок тянул его в ресторан «Приморье». И тянул не только для того, чтобы хорошенько гульнуть. Через этот ресторан можно было толкнуть осетровую и даже севрюжью икру. Причем по хорошей цене. Во всяком случае, Дашок так утверждал, а с ним спорить бесполезно, легче согласиться… Да и сам Игнат краем уха слышал, что в «Приморье» хорошо берут отборную икру.

– С ветерком давай! – Дашок повелительно хлопнул Вадика по ноге, когда Игнат занял свое место.

«Урал» взревел, рванул с места и помчался в сторону Курортной набережной.

Ресторан «Приморье» находился в центре города, но в самом начале набережной, вдоль которой располагались пансионаты и базы отдыха. Неподалеку от ресторана находились здания райкома партии, горсовета и отделения милиции, но это не мешало собираться здесь темным личностям. Впрочем, для местных воров и прочих уголовников имелся отдельный, банкетный зал, а обычных курортников и горожан принимали в общем, большом зале, к которому примыкала открытая летняя веранда, где можно было посидеть просто за кружечкой пива. Но драки здесь все равно случались, не обходилось и без поножовщины. Не очень хорошую славу имел этот ресторан, но Игната ничуть не пугала перспектива провести здесь вечер. Он и сам с усам, и Дашок с Хомичем не дураки подраться.

– Ну, с богом!

Дашок выбрался из коляски и, увлекая Игната за собой, направился к ресторану. Хомич остался с мотоциклом. Лихих людей в городе хватало, так что «Урал» запросто могли угнать. Или на запчасти разобрать, или покататься…

Дашок смотрелся внушительно. Метр девяносто рост, косая сажень в плечах. Мощная у него комплекция, но фигура какая-то несуразная. Задница вроде бы и не выпуклая, но тазовые кости крупные, поэтому размер в этой части тела равнялся ширине плеч. Голова большая, лицо круглое, нос и щеки в веснушках. Непослушные выгоревшие на солнце волосы торчали, как Дашок их ни укладывал. Мощный он парень, но какой-то дубоватый. Впрочем, это не мешало ему чувствовать себя королем. И в ресторан он зашел с таким видом, как будто собирался открыть дверь ногой.

На веранде были заняты два столика – какие-то курортники неспешно потягивали пивко, поглядывая на виднеющееся за соснами море. Не штормит сегодня, поэтому вода сине-зеленого цвета даже у берега.

У входа в закрытый зал стоял средних лет официант в черной жилетке поверх белой рубашки и с полотенцем, накинутым на руку. Он внимательно посмотрел на Кешу, глянул на Игната и отошел в сторонку, давая понять, что путь свободен. Но делал он это так, как будто шел на великое одолжение. Вежливая улыбка даже не тронула его губы. Не того полета посетители, чтобы приветствовать их. Но в то же время и не последние они люди, новая с иголочки «фирма» тому свидетельство, а раз так, то милости просим. Хотя и без особой радости.

Но проходить мимо официанта Кеша не торопился.

– Слышь, браток, мне бы с кем-нибудь насчет икры перетереть. У нас есть тут немного, – он многозначительно похлопал по небольшой спортивной сумке, которая висела у него на плече.

– Много? – хоть и натянуто, но все же улыбнулся парень.

– Пару кило…

– Ну, можно глянуть…

Официант показал им на стол в дальнем конце веранды и, настороженно посмотрев по сторонам, сам направился туда.

Дашок на ходу достал из сумки пол литровую банку черной икры, поставил ее на стол.

– Да не свети ты! – озираясь, цыкнул на него официант.

Он сел за стол, взял банку, зачерпнул из нее столовым ножом, стал разглядывать икринки на свет, затем попробовал на вкус.

– Отборный серяк, – кивая с улыбкой, сказал Дашок.

Икринки были крупными, светло-серого цвета, одна к одной. Что называется высший сорт. И вкус отличный.

– За пятнашку возьму. Сколько здесь, полкило? Семь пятьдесят.

– За пятнашку?! – оторопело протянул Дашок. – Ну ты в натуре!

Он угрожающе сжал могучий кулак, и официант испуганно втянул голову в плечи.

Игнат тоже не прочь был врезать этому хитровану. Черную икру можно было купить в магазине по сорок рублей за килограмм. Но так там не икра, а слизь одна, здесь же зернышко к зернышку. Такую икру только по баночкам расфасовывать да на импорт гнать, за валюту. Пятнадцать рублей за килограмм выглядело как плевок в душу. А оскорбления Игнат спускать не привык…

– А сколько вы хотите?

– Да, сколько вы хотите? – послышался вдруг незнакомый мужской голос.

Официант аж подпрыгнул от испуга. Он обернулся и в состоянии, близком к панике, уставился на статного мужчину в сером костюме. Игнат тоже посмотрел на незнакомца. Загорелое, с мелкими морщинками лицо, глубокие залысины в хлипких черных волосах. Держался этот тип с уверенностью хозяина жизни.

– Георгий Сергеевич! – пролепетал официант.

– Мы же говорили с тобой на эту тему! – пристально глядя на парня, сквозь зубы сказал мужчина. И махнул рукой, отсылая официанта прочь. Он собирался поговорить с ним позже, а сейчас хотел узнать, что за товар предлагает Дашок.

– Ну, мы бы хотели… – начал было Кеша.

Но Георгий Сергеевич повернулся к нему спиной, увлекая за собой. Дашок принял его приглашение, Игнат тоже последовал за ними, но мужчина повел рукой, отсылая его в сторону. При этом он даже не глянул на Игната. Не удостоил, что называется, взглядом.

Игнат заказал пива, сел за стол. Он уже начинал вторую кружку, когда появился Дашок. Вид у него был не очень радостный.

– Что-то не так? – спросил Игнат.

– Да нет, всю икру возьмут. Даже севрюжью.

Кеша сел за стол и замер, остекленелыми глазами глядя куда-то вдаль. Игнат сходил к стойке, принес ему пива. Дашок механически взял кружку, припал к ней и не отрывался до тех пор, пока в ней не осталось ничего, кроме пены.

– А цена?

– Смотреть надо. У нас же не только крупное зерно… – сказал Дашок и снова ушел в себя.

– Алле, гараж! – Игнат щелкнул пальцами у него перед носом. – Ты чего такой?

– Он сказал, что нам с икры слезть надо, – Дашок осмысленно посмотрел на него. – Ну, Георгий Сергеевич. Он здесь директор… Так и говорит, с икры слезть надо. Не наше это, сказал, дело.

– А он кто такой?

– Я же говорю, директор кабака…

– А я думал, министр рыбного хозяйства, – усмехнулся Игнат.

– Министр не министр, а завязки у него крутые. Он тут всех знает, кто при делах. И знает, что чужих здесь не любят…

– А кто здесь чужой? Это наш город.

– Город наш, а рыба – нет. Тут без нас все схвачено. Без нас все поделено. Мы в этом деле лишние. От нас избавиться могут…

– Как?

– А стукнут ментам, и все дела.

– Это тебе Георгий Сергеевич сказал?

– Намекнул, что и такое может быть… А еще в плавнях шмальнуть могут. Шмальнут и рыбам на корм… Зря мы сюда сунулись. Самим надо было икру толкать…

– Давай сами толкать, – пожал плечами Игнат.

– Да нет, я уже договорился, с нас теперь не слезут…

– Ну, эта партию здесь толкнем, а потом сами сбывать будем…

– Когда потом? Нельзя нам больше… На этот раз нас простили, а если еще раз на нерест сунемся, кончат нас…

Игнат и сам понимал, в какое опасное дело они ввязались, но и отступать не хотелось. Большая икра – это большие деньги, а они ему очень нужны.

– Ну и что, будем сворачивать лавочку?

– Да не хотелось бы, – вздохнул Кеша.

Ему, как и всем, нужны были деньги, но жизнь дороже. Похоже, он уже смирился с мыслью, что с браконьерством придется завязать.

– В совхоз пойдешь, землю пахать? – скривил губы Игнат.

– Кто-то же должен этим делом заниматься…

– На тракторе будешь работать, жену себе доярку найдешь. А к ней Георгий Сергеевич подъедет, молочка попить. Тебя увидит и скажет, что ты чужой у своей доярки. Ты чужой, а он свой. Тебе нельзя с ней, а ему можно. Ты ему поверишь? И доярку свою отдашь?

– Ты что-то не то говоришь, – нахмурился Дашок.

– Да то я говорю!.. Понты твой Георгий Сергеевич колотит! Возомнил тут о себе!

Игнат хотел сплюнуть на пол, выражая свое презрение к хозяину этого заведения, но вдруг увидел Лию и оцепенел. Она шла по цветочной аллее, легкой, плывущей походкой приближаясь к ресторану. Волосы распущены, короткое серебристое платье плотно облегает стройное тело, каблучки звонко стучат по тротуарной плитке. Она понимала, что все вокруг смотрят только на нее, поэтому на губы наползала улыбка. Она и не хотела улыбаться, но ее распирало от чувства гордости за себя.

Она зашла на веранду, сделала шаг и увидела Игната. И даже на мгновение остановилась, опешив от неожиданности. Но тут же спохватилась, улыбнулась, обнажая белые красивые зубы, и последовала дальше. Ее улыбка была адресована кому угодно, но только не ему. Игнат хоть и неплохо одет, но ему до нее далеко, как вороне до Луны.

### Глава 4

Музыка нас связала,
Тайною нашей стала.
Всем уговорам твержу я в ответ,
Нас не разлучат, нет…

Игнат во все глаза смотрел на Лию. Она действительно невероятная девушка. Только само совершенство может так петь. Голос у нее замечательный, и в такт она попадает легко, играючи. А от ее красоты кружилась голова…

После разговора с Георгием Сергеевичем, Дашок расхотел гулять в ресторане, но Игнат его уговорил. Он узнал, зачем Лия пришла в «Приморье», и пожелал здесь остаться. Он хотел посмотреть на нее, послушать, как она поет. И смотрел он на нее, и слушал. От восторга у него захватывало дух, а ревность хватала за горло. Девушка же не просто так попала в это злачное место, кто-то ее сюда протащил. Возможно, через постель. И сделать это мог тот же Георгий Сергеевич…

И еще на Лию пялились все посетители. Женщины видели в ней шлюху, а мужчины надеялись, что она действительно такая. Да и как не надеяться, если на ней такое короткое платье? Да и телом она двигала в такт музыке очень эротично.

Игнат и любил ее, и ненавидел. И с каждой поднятой рюмкой все сильней становилось желание схватить ее в охапку и утащить отсюда на самый край света. Он готов был жить с ней в шалаше. Но ведь она не захочет…

Зал был полон, пустовали только два забронированных у самой эстрады столика. За один из этих столиков и сел невысокий коренастый мужчина неславянской внешности. Его можно было принять как за армянина, так и за грека. А он и был греком. Игнат узнал в нем Паппоса, местного авторитета. Видел он его пару раз у дискотеки, он подъезжал туда со своими «быками» – каких-то девчонок привозил. Девчонки танцевали, «быки» их охраняли, а Паппос цедил косяк в машине. Он и сейчас тянул косяк, наполняя зал запахом горящей конопли. И плевать, что анаша под запретом. Паппос в городе большая величина, менты перед ним на цырлах ходят. Так это или не так, но говорили, что Паппоса даже начальник милиции боится. Он же не просто авторитет, а в законе. Хотя кто-то говорил, что сняли с него воровскую корону. Но, скорее всего, это слухи. Недругов у него хватает. Как бы то ни было, Игнат не знал человека, более авторитетного в городе, чем Паппос.

Вор занял один забронированный столик, а за другим разместились его быки. Их было двое, и у одного вид устрашающий, и у другого. И рожи у них уголовные, и оскалы звериные. Один плотного сложения, широкоплечий, другой худощавый, но, судя по движениям, резкий и стремительный. И на кулаках они могли навалить любому, а еще пики у них наверняка. А может, и волыны под рубахами спрятаны…

А Игнат чувствовал, что ему придется иметь дело и с Паппосом, и с его быками. Не нравилось ему, как вор смотрел на Лию. Он пожирал девушку глазами, наверняка мысленно уже лез к ней под платье.

Он подал знак одному своему быку, тот подошел, получил какое-то задание и покинул ресторан. Лия еще не закончила петь, а он уже вернулся с букетом цветов. Паппос вальяжно похлопал «быка» по плечу, взял букет и полез на сцену. Эстрадный помост низкий, меньше полуметра высотой, и Паппос без всякого труда забрался к Лие. Вручил ей букет, обнял за талию, что-то стал говорить на ухо.

Игнат дернулся, вскочил со своего места, но Лия и без него оттолкнула Паппоса. И так это удачно у нее получилось, что мужик едва не свалился со сцены. Одна его нога повисла в воздухе, но он каким-то чудом смог удержать равновесие, а затем все-таки спустился вниз. Паппос послал Лие воздушный поцелуй, оправил пиджак и с хорошей миной при плохой игре отправился в банкетный зал, откуда пришел. Его «быки» последовали за ним.

Игнат облегченно вздохнул. Лия смогла за себя постоять, но радовало его не только это. Лия никому не позволяла прикасаться к себе, значит, она вовсе не шлюха. А ведь она должна была знать, кто такой Паппос и чем ей грозит конфликт с ним. Знала, но не испугалась…

Вор ушел, а Лия продолжала петь. А потом вдруг появился Георгий Сергеевич, дождался, когда она закончит, и увел ее с собой – в банкетный зал…

Игнат махнул стопку водки, нервно достал сигарету, лихорадочно закурил. Не очень-то охотно Лия шла за своим начальником. Не сопротивлялась, но шла за ним как на поводу. Как жертвенная овца на заклание шла. Похоже, директор ресторана повел ее к своему дорогому гостю. Как телку к быку повел… Паппосу не нужны были песни, поэтому все музыканты остались на месте. Ему нужна была сама солистка. А он под кайфом и запросто может завалить Лию прямо на столе. А потом еще и своих быков на нее спустить.

Игнат затушил сигарету в тарелке с остатками еды, поднялся из-за стола.

– Ты куда? – встревоженно спросил Дашок.

Игнат молча показал на дверь, за которой находился банкетный зал. Кеша все понимал. Он знал о его чувствах к Лие и догадывался, что с ней сейчас может происходить. Но поведение Игната не одобрял, потому что не хотел неприятностей для себя.

И все-таки он поднялся, хоть и неуверенно, но пошел за ним.

Игнат открыл дверь и зашел в банкетный зал. Один бык стоял у дверей, другой прижимал к стенке Георгия Сергеевича, а Паппос, уложив Лию на стол, пытался пристроиться к ней. Одной рукой он крепко держал ее за горло, а другой раздвигал ноги, втискиваясь между ними. Девушка хрипела, выпучив глаза, но почти не сопротивлялась. Похоже, она боялась, что насильник задушит ее.

Видимо, Паппос решил отомстить ей за собственное унижение, поэтому и послал за ней Георгия Сергеевича. Мужик понял, какую услугу оказал вору, но было уже поздно. Он и хотел заступиться за Лию, но бык с ожесточением прижимал его к стенке и рычал ему в лицо.

А на Игната зарычал бугай, который стоял у двери. Он смотрел на него большими от возмущения и удивления глазами. Его разозлило появление непрошеного гостя, а удивило то, что Игнат смог открыть дверь. Возможно, он думал, что дверь закрыта на ключ…

– Эй, какого хрена?

Игнат понимал, насколько опасно иметь дело с этим типом, но все мосты уже сожжены. Да и не мог он уйти, зная, что здесь происходит. Он резко шагнул к бугаю, с силой толкнул его плечом в грудь. Но тот лишь пошатнулся и раскинул руки, чтобы сгрести его в охапку. Однако Игнат, пользуясь представившейся возможностью, ударил противника локтем в солнечное сплетение. Но и этого, увы, оказалось мало, чтобы вывести его из игры. Громила чуть согнулся и все-таки заключил его в медвежьи объятия. Но Игнат и не думал сдаваться. Он схватил быка за причинное место сразу двумя руками. С силой сжимая, крутанул по часовой стрелке.

Громила захрипел от боли, но противника не отпустил, напротив, еще крепче сжал руки. Но Игнат тоже усилил хватку и вращающий момент.

А Паппос уже оторвался от Лии. Он встревоженно смотрел на своего попавшего в переплет быка. А его второй боец, оставив директора, спешил на помощь своему дружку, на ходу выхватывая из-под штанины нож.

Но именно этот нож и сыграл с ним злую шутку. Кеша стоял как соляной столб, не зная, что делать. Игнату надо было бы помочь, но так не хотелось связываться с Паппосом. Однако, увидев нож, он рванул на него.

Кого-то вид ножа вгоняет в ступор, а Дашка он бесил. Нож – это смерть, значит, нужно убивать самому, чтобы не стать жертвой. И Кеша готов был убивать. А удар у него мощнейший. И воровский бык смог в этом убедиться.

Приемами самбо Кеша не владел, поэтому он всего лишь слегка подался назад, когда в него метнулась рука с финкой. Лезвие чиркнуло его по груди, и тут же последовал ответный удар. Дашок бил наотмашь, со всей своей дурной силы. Кулак угодил воровскому в ухо. И тут же последовала добавка слева и снизу. Бык, подпрыгнув, наскочил на стол и, перевернув его, свалился на пол.

А Игнат дожал своего противника. Сначала громила перестал выть, захрипел, а затем, разжимая объятия, без чувств рухнул ему под ноги.

Паппос отступал, в замешательстве глядя на непрошеных гостей. Он, похоже, не мог понять, что причиной столь крутого наезда стала Лия.

– Ну, ты и мразь! – в бешенстве заорал на него Игнат.

Краем глаза он заметил, как Георгий Сергеевич крадется к двери. Но ему сейчас не было до него никакого дела. Ведь не он же пытался изнасиловать Лию. Хотя он такой же козел, как и Паппос.

Лия никуда не уходила. Оправляя платье, она завороженно смотрела на Игната.

– Базар фильтруй! – продолжая пятиться, зыркнул на парня вор.

Но вот он остановился. Понял, что Кеша не собирается атаковать его, а Игнат не казался ему серьезным противником. Невысокого роста Паппос, но плотный, кряжистый, руки сильные, кулаки мощные. И еще выкидное перо у него в пиджаке оказалось.

Правда, пока он доставал нож, Игнат, запрыгнув на столик, с высоты ударил его ногой в грудь. Паппос упал на спину, Игнат навалился на него и, не позволяя ему закрыться руками, ударил головой в лицо. Затем локтем, снова головой, а когда противник обмяк, он стал бить его кулаками, наотмашь…

Паппос вырубился, а он в бешенстве продолжал молотить кулаками. Если бы этот гад стал насиловать Лию, а она выключилась, разве бы он остановился? Нет. Игнат тоже не думал останавливаться…

– Эй, хорош!

Дашок схватил его за руку, потянул на себя. Но сам чуть не попал под раздачу. Игнат резко поднялся, развернулся к нему, в запале размахнулся. Но не ударил. Его остановил вид крови, которой была залита футболка Дашка.

– Тебя порезали! – ткнув в него пальцем, сухо сказал он.