OlRi Iv
Я свидетель, осина дерево смерти
Рассказы

ВАСЯ

Вася сидел на корточках и сосредоточенно смотрел на гладь воды. Он неподвижно сидел так долго, что не мог определить который теперь час, не замечал, что ноги его затекли, а пальцы рук стали покалывать от напряжения. Рыба не ловилась.

– Ни карасика, ни пескарика кошке на ужин, – мог бы подумать Вася, но даже этой простой мысли у него в голове не было.

– Дядя, я рыбку поймал.

Вася не услышал голос.

– Дядя, я рыбку поймал, – голос стал более отчётливым.

Вася краем глаза посмотрел на того кто потревожил его одиночество.

– Дядя, я рыбку поймал.

Слева, немного сзади него стоял мальчик лет пяти. Одет он был в видавшие виды, стоптанные, с оббитыми носками ботинки, брюки «с чужого плеча», закатанные у щиколоток и ватное пальтишко, застегнутое на одну пуговицу.

– Что за мать, – мелькнуло в голове у Васи: – Пуговицы ребенку не пришила.

Из полурасстёгнутого пальто виднелся вязаный свитер серо-неопределённого цвета с растянутым воротником, из которого торчала тоненька детская шея. Весь наряд ребёнка завершала шапка – ушанка со спущенными ушами без веревочек. Вася отвернулся, ну какое ему дело до чужого ребёнка.

– Дядя, я рыбку поймал, – мальчик был настойчив.

Вася ещё раз обернулся на голос. Действительно, у мальчика был кусок лески, который он бережно приподнимал левой рукой, а правой поддерживал блестевшую чешуёй маленькую рыбку. Лицо мальчика было спокойным, а огромные серые глаза грустными.

Вася молча пожал плечами и посмотрел на свой поплавок, который стоял в воде не шевелясь.

– Дядя, я рыбку поймал.

– Какой навязчивый пацан, – подумал Вася и решил не оборачиваться.

– Дядя, я рыбку поймал для Вас.

Вася сплюнул и всем телом, повернулся в сторону говорящего.

Мальчика рядом не было, но из-за деревьев вышел худенький парень лет двадцати. Парень мог бы казаться красивым, если бы не сильная сутулость и жесткая складка у губ.

Вася тряхнул головой, но мальчик не появился, а парень не исчез.

– Где мальчишка? – Вася не узнал свой голос.

– Какой мальчишка?

– С рыбкой.

– С рыбкой, – парень повторил, растягивая слова, словно пел.

– Да, с рыбкой.

– Он вырос.

Вася еще раз тряхнул головой: – Что значит вырос?

– Почему ты не взял рыбку, которую он для тебя поймал? – ответил вопросом на вопрос парень.

– Я не привык брать чужое.

– Это была твоя рыбка.

– Я свою, ещё не поймал.

– Я дам тебе рыбу, у меня здесь за излучиной сети стоят.

У парня в руках появился садок полный крупных сазанов и лещей.

– Сам поймаю, – Вася отвернулся.

Парень присел рядом на корточки, положил садок с рыбой перед собой. Рыба от прикосновения с землёй зашевелилась.

– Посмотри, она именно такая, какая нужна тебе.

– Чужое не беру, – в голосе у Васи появилась смесь злобы и досады.

Парень поднялся, но садок с рыбой не тронул.

– Жаль, мне так хотелось помочь тебе.

– Шел бы ты своей дорогой, – Вася поднялся с корточек.

Парня не было. На земле лежал пустой, старый, ржавый садок, видимо забытый много лет назад кем-то. Вася поднял его, размышляя как можно приспособить находку.

– Не получится.

Вася вздрогнул, садок из его рук выпал и скатился в воду, не издав ни звука, ни всплеска, поверхность воды осталась гладкой как стекло.

– Пойдем со мной, – голос у мужчины был хриплым.

Вася присмотрелся, глаза у стоявшего перед ним были мутные, словно небо в дождливую погоду, сеть глубоких морщин шла от них к вискам. Запёкшиеся гнойники на веках вызывали чувство брезгливости.

– Я рыбу ловлю, – сказал как отрезал Вася.

– Река, – мужчина потёр подбородок.

– Да, река, – Вася не хотел смотреть в глаза незнакомцу.

– А вода стоит.

– Действительно стоит, – подумал Вася и подёргал удочку.

Поплавок по-прежнему стоял в воде, словно приклеенный, не качнувшись и не ответив на подёргивания удилища.

– Здесь всё не живое, незнакомец вытащил сигарету.

– Пацан поймал рыбку, – возразил Вася.

– Потому что не для себя.

– Я тоже не для себя.

– Для кого?

– Для кошек.

– А ещё для кого? – усмехнулся мужчина.

– Для собак.

– И всё?

Вася не хотел отвечать, сел на корточки и слегка дёрнул удочку. Незнакомец был настойчивым и не собирался уходить. Он смял выкуренную сигарету, достал новую, закурил и сел рядом с Василием на корточки. Вася с шумом вздохнул.

– Тяжело? – спросил мужчина.

– По-разному, – процедил Вася.

– Знаю что тяжело, сам виноват.

– Да пошёл ты, – огрызнулся Вася.

– Рад бы, но не могу. – голос мужчины был спокойный и безразличный.

Оба помолчали.

– Я могу тебе помочь, – незнакомец сделал паузу, ожидая ответ.

Вася молчал.

– Тут у меня капканы стоят на ондатру, если поможешь, соберём зверьков и все шкурки твои.

– Мне не надо.

– Надо, жизнь изменишь.

– Поздно.

– Ещё есть время изменить. Зря у мальчишки рыбку не взял.

– Бычок, – презрительно фыркнул Вася.

– Зато от души и мне легче было бы.

– Тебе-то от чего?

– Не пришлось бы капканы ставить.

– Так ты о ком беспокоишься? – Вася дёрнул удочку, почувствовал натянувшуюся леску, но поплавок по-прежнему стоял без движения.

– О себе.

– А парень с рыбой тоже с тобой? – Вася уловил связь между тремя людьми.

– С нами.

– И много вас?

– Нас?

– Да, вас.

– Много, двадцать одна тысяча девятьсот, а если учитывать високосные года, то больше, – незнакомец беззвучно пошевелил губами: – Двадцать одна тысяча девятьсот пятнадцать, минус сегодняшний день.

– Сегодняшний, почему минус?

– Он еще не прожит.

– Здесь по близости есть спец учреждения?

– Те, о которых ты подумал, нет, – не весело усмехнулся незнакомец.

– Я пожалуй домой пойду.

– Иди, – незнакомец затушил сигарету, встал и посмотрел на поплавок.

Вася начал наматывать леску на старую, видавшую виды катушку. Леска шла плавно, катушка слегка потрескивала.

– Так можно тянуть всю оставшуюся жизнь.

– Это моё дело, – огрызнулся Вася.

– Конечно твоё, – голос незнакомца изменился.

– Отстань.

– Не дерзи старшим. – в голосе появились знакомые властные нотки.

Вася дёрнул леску, но поплавок не отреагировал на рывок.

– Дураком жил, дураком помрёшь.

– Да я тебя! – Вася бросил удочку, вскочил на ноги и резко замахнулся, посмотрев незнакомцу прямо в глаза.

– Папа? – рука повисла на полпути.

– Да какой я тебе папа! – старик с растрёпанными, редкими волосами шамкнул беззубой челюстью.

Вася потёр кулаком глаза.

– Это я, Вася.

– Вижу, не слепой, – кашлянул старик.

– Я рыбу ловлю.

– Я и говорю, дурак.

– Река не течёт, – удивление в голосе у Васи было бесконечным.

– И не текла никогда.

– Я ловил раньше.

– Ловил, когда я хотел, – старик самодовольно выпятил грудь.

– Что изменилось?

– Всё, ты больше не нужен.

– Кому, не нужен? – недоумение застыло в глазах Васи.

– Мне и моим детям.

– У меня семья.

– Видимость.

– Я им не нужен? – Вася съёжился, словно от холода.

– Они тебе не нужны.

– Не правда!

– Ты не способен меняться и менять свою жизнь, – старик источал презрение.

– Пап! – в глазах у Васи заблестели слёзы.

– Повторяю, ты не моей крови.

– Я догадывался, – Вася бросил взгляд на поплавок.

Поплавок слегка качнулся.

– Они предлагали тебе изменить всё с самого начала, – старик презрительно сощурил глаза.

– Они?

– Да, тот ты в пять лет, тот ты в двадцать лет, тот ты в тридцать лет, но у тебя душа раба. Ты всё время держался за удочку, которая заброшена в реку, которая не течёт.

Вася виновато опустил голову, скользнул взглядом по траве, взял в руки удилище, подёргал его и неожиданно для себя сломал о колено.

– Пошло, – услышал он откуда-то издалека.

Вася оглянулся. Старика не было. Никого не было. Он с сожалением посмотрел на брошенные обломки.

– Двинулось, – сказал голос сзади.

Вася посмотрел на поплавок. Поплавок медленно крутнулся на месте и подхваченный течением стал удаляться к излучине реки.

– Движение, это жизнь, – сказал тот же голос.

– Жизнь это движение, – подхватил голос по тоньше.

– Вот теперь будет жить, – голоса слышались издалека.

– Да буду, – Вася посмотрел на небо и зажмурился от яркого света ударившего в глаза.

– Сильный, – тонкий голос слегка приблизился.

– Да, я сильный, – Вася открыл глаза.

Перед ним был чистый белый потолок, белые кафельные стены и пол.

КТО ХУЖЕ ТАТАРИНА

Телевизор орал на всю квартиру. Ведущие то и дело предлагали пожениться.

– Пожениться это хорошо. – хохотнул дед и отключил звук во время рекламы.

– Угу, – выдохнула из себя его внучка.

Дед был глуховат и не услышал скепсиса в её голосе.

– Я б себе бабёнку тоже присватал, – дед мечтательно сощурился.

– Мне кажется, в ноябре Вам восемьдесят пять исполнится, – она всегда называла деда на Вы.

– Да, но я ещё поживу!

– Кто б сомневался, – тихо сказала внучка.

– Меня Бог любит, ведь хранит же он меня столько лет, – дед самодовольно провёл рукой по лбу.

– Знаем, – взгляд девушки скользнул по потолку.

– Живу, работаю, деньги капают, – дед характерно помусолил большим и указательным пальцами.

– И такое бывает, – согласилась внучка.

Дед не замечал едких замечаний девушки: – Эх, умерла бы моя Елена пораньше, тогда, когда мне было только пятьдесят, я бы на молодой женился и ещё детей развёл, и выучил, и на ноги бы поставил, финансы позволяют. Есть деньжата!

Очередная реклама закончилась, и дед включил полную громкость. Невесты на экране пели пронзительными голосами, не попадая в ноты, и плясали что-то среднее между танцем живота и хип хопом.

– Ты вон ту выбирай, – советовал дед жениху.

– Почему? – спросила внучка.

– Ей ещё тридцати нет.

– Так ведь жениху уже шестьдесят! – удивилась девушка.

– Ну и что? Зачем ему старуха? – удивился дед.

– Так другой сорок один всего.

– Всё равно старуха! – дед утвердительно махнул головой.

– А ведущие тоже старухи?

– Нет, – протянул дед: – Мне бы пошли за первый сорт.

– Так им по пятьдесят, – уточнила внучка.

– Я Елене обещал на молодой не жениться, но и старуху – развалину за себя не брать, – важно сообщил дед.

– Женщине, которая сюда приходит, сколько лет?

– Это домработница и меня пока устраивает, – дед презрительно скривил губы.

– Что ж она тогда свою ночную рубашку и косметику под подушкой прячет? – ухмыльнулась внучка.

Старик не услышал её последнюю фразу. Началась очередная реклама. Дед отключил звук и повернувшись к внучке спросил, – Собака у отца есть?

– Есть, – утвердительно кивнула внучка.

– Приеду, заберу, – пригвоздил дед.

– Но папа не отдаст, он её любит, – возразила девушка.

– Другую заведёт, мне обученная нужна.

– Я не стала бы так утверждать, – произнесла внучка и подумала: – Чёрт меня дёрнул сказать что собака есть.

– На Новый Год приедем с Игорьком, посоветуем твоему отцу как жить, – реклама закончилась, дед включил звук.

– Папе неделю назад исполнилось шестьдесят.

– Я знаю, – пренебрежительно бросил дед и пересел к телевизору почти вплотную.

– Он, вроде как сам, знает как жить, – внучка закусила губу.

– Ты, домой, когда приедешь, узнай, сколько там у вас дачи стоят, я себе дачу куплю!

– Мы себе тоже хотели дачу купить.

– У вас денег нет, – фыркнул дед.

– Мы заработаем, – в голосе у внучки не было уверенности.

– Я куплю, мне ваш климат нравится, зимы тёплые, – дед сделал звук у телевизора тише.

– Ой, у нас последние три года ветры дуют, морозы днём по минус двадцать, а ночью все тридцать. И снег лежит, никуда не проехать.

– Ничего, мы с Игорьком приедем сами посмотрим, – стоял на своём дед.

– У нас дома ремонт.

– Крыша есть?

– Есть, – врать, что крышу снесло ураганом было не возможно.

– Нам с Игорьком хватит.

– Так машину некуда поставить, а под окном если, то угонят, – словно за соломинку ухватилась внучка.

– Не угонят.

– У нас город очень криминальный, просто ужас!

– Отец куда машину ставит? – спросил дед.

– В гараж.

– Освободит гараж, мы в него свою загоним, – дед не терпел возражений.

– Как же ездить по городу будете?

– Отец твой нас возить будет.

– Он на работе целыми днями, – внучка сделала очередную попытку отстоять отца.

– Отпуск возьмёт.

– Он уже брал.

– Без содержания возьмёт, – у деда на всё был ответ.

– Тогда нам не на что будет жить. – внучка плохо скрывала удивление и возмущение.

– Не обедняете!

– У нас папа полы снял, чтобы новый постелить, но не успел, – ей показалось что это веский аргумент

– Во всех комнатах?

– В двух.

– Но одна комната с полами есть? – уточнил дед.

– Есть.

– Нам с Игорьком хватит.

– А у нас в ней мыши и крысы живут.

– Много? – удивился дед.

– Очень, – выпалила внучка.

– Кошку заведите, – посоветовал дед.

– У нас шестнадцать кошек, – девушка сама удивилась тому что сказала.

– Пятнадцать? – недослышал дед.

– Да, пятнадцать, – внучка не стала уточнять первоначальное количество кошек.

– Всех мышей и крыс переловили?

– Не успевают.

– Выбросить всех кошек и купить одну, которая ловит, – скомандовал дед.

– Так зима скоро, – девушка набрала в лёгкие побольше воздуха.

– Всё равно немедленно выбросить, – дед повторил приказ.

– Экзюпери говорил что мы…

– Мне Экзюпери не указ, – перебил её дед: – К нашему приезду кошек выбросить и приготовить комнату.

– У нас зимой эпидемию гриппа обещают.

– Мы с Игорьком каждую зиму делаем прививки от гриппа, – дед отмёл в сторону угрозу заболеть.

– Папе нельзя делать прививки, – сообщила внучка.

– Кто сказал? – удивился дед.

– Врач.

– Плохой врач. Прививки всем к нашему приезду сделать! – дед не терпел возражений.

– Мама против прививок.

– Много разговаривает, – деда перекосило от упоминания о невестке.

– У нас зимой вода замерзает в трубах, мы канистрами её возим.

– Утеплить! – дед продолжал давать команды.

– Так в земле не глубоко провели.

– Принять меры!

– У папы нет времени, – девушка защищала отца как умела.

– Отец на охоту ходит? – дед пропустил мимо ушей фразу о времени.

– Нет, он в этом году даже путёвки не покупал, – соврала внучка.

– Ничего, я себе и Игорьку разовые куплю.

– А у нас все охот хозяйства частные и туда путёвки не продают.

– Ерунда, – дед был непоколебим.

– Охрана в угодьях всех штрафует на огромные суммы.

– У меня деньги есть, заплачу штраф, – дед улыбнулся при воспоминании о деньгах.

– Так штраф через суд берут, могут оружие отобрать, – испугала деда внучка.

– Ты за меня не бойся! – дед по-своему понял её испуг.

– Да, я вроде как не боюсь, – сама себе под нос произнесла девушка.

– Я ещё тот старый поршень, я жить хочу полной жизнью.

– Да, конечно, – вздохнула внучка.

– Я Игорьку так сказал, ты меня береги и уважай, а за мной не пропадёт.

– Папа Вас тоже уважает.

– Уважение уважению рознь, – дед назидательно поднял указательный палец вверх.

– Да, папа помнит мультик.

– Что за мультик?

– Про «кто похвалит меня лучше всех».

– Не знаю такого мультика, – программа про поженимся закончилась, дед выключил телевизор и поднялся со стула.

Раздался звонок, девушка подхватила свою сумку, нашарила в ней телефон, поднесла его к уху.

– Доча, как ты там? – голос отца звучал участливо: – Ты уж прости, что тебе пришлось поехать.

– Папа, дед собирается к нам в гости. Извини, я тебе ничем помочь не могу.

ЗЕМСКИЙ ДОКТОР

Трр – трр – трр – настойчиво зазвенел звонок, прибитый в прихожей к стене над входной дверью.

– Кого там ещё нелёгкая принесла? – зевнув, скрипучим голосом, спросил старик и отхлебнул из чашки чай.

– Сейчас посмотрю, – ответила ему старуха и пошаркала к входной двери.

– Кто там?

– Это я соседка, откройте.

Старуха погремела ключами, повернула задвижку и открыла дверь. За дверью стояла сгорбленная женщина, в глазах у которой стояли слёзы.

– Катерина Витальевна, помогите.

– Что случилось? – старуха сделала шаг назад.

– Мужу плохо, скорую вызвали, уже полтора часа ждём, а её всё нет, а мужу всё хуже и хуже.

– Да чем же я могу помочь? – старуха развела руками.

– Сынок ваш ещё не уехал?

– Здесь он, – старуха стала понимать что к чему: – Сейчас я его позову. Он поможет.

– Я знаю у вас сынок врач. Уж вы извините, что мы его потревожили. Мы понимаем, что он отдыхать приехал, но может он к нам поднимется, посмотрит на мужа.

– Сейчас я его разбужу.

– Спасибо, – женщина прижала руки к груди.

– Вы идите, а он следом придёт.

Женщина ушла, а старуха, прикрыв за ней дверь, пошла вглубь квартиры. Остановившись в дверях маленькой комнаты заставленной коробками, она сказала: – Петруша, там соседка пришла, просит помочь, у неё муж заболел.

– Я занят, – недовольно ответил Петруша не поднимая голову и не выпуская иголку из рук.

– Надо Петруша помочь человеку, а то неловко получается, я им рассказывала, какой ты хороший врач общей практики и что ты депутат земского собрания Галиновского сельского поселения.

– Есть такое, – Петя поднял голову от обёртки, лицо его расплылось в самодовольной улыбке: – Им бы скорую вызвать.

– Так вызвали давно, но у нас такой город, такой город, – вздохнула старуха.

– Город, а проблемы сельские, – хмыкнул Петя.

– Так ты сходи Петюня, помоги человеку, вдруг помрёт, что соседи скажут? А ведь нам тут жить, – вздохнула старуха.

– Нам через три дня уезжать, а мы еще и половину коробок не привели в порядок, – вступила в разговор жена Пети. Она подняла голову, отодвинула от себя обёртку от шоколадки и воткнула иголку в игольницу.

– Я быстро схожу, а ты пока отдохни, – обратился к ней Пётр.

– Он быстро, ты Светочка не сердись, а я тебе чайку принесу, – голос у старухи был жалобно просящий.

– Ладно, одна нога там, другая здесь, – скомандовала Света.

– Что там, у соседа может быть? – поинтересовался Петя у матери.

– Там страшного ничего нет, давление у него скачет, ты ему укол сделай и на том спасибо, – подсказала старуха.

– За десять минут управлюсь. Вот только не знаю, сколько с них денег спросить, – Петя провёл языком по губам.

– Как всегда, чем они лучше, – откликнулась Света.

– Что с них спросить можно, мать? – Петя обратился к старухе.

– Ой, Петюня не проси у них денег. Они к нам хорошо относятся.

– Ко мне в Галинке все хорошо относятся, так я что должен из-за этого от зарплаты до зарплаты без денег сидеть, – проворчал Петя.

– Петюня, когда им родня гостинцы привозит, они с нами обязательно делятся.

– Это их выбор, – потянулась Света.

– Ладно, только ради тебя сделаю исключение, – Петя вышел, а старуха пошла в кухню, наливать невестке чай.

Светлана посмотрела в окно, за которым сгустились сумерки и перевела глаза на коробки аккуратно сложенные в две стопки: – Восемьдесят штук в одной коробке, двадцать четыре коробки сделаны, ещё над шестнадцатью коробками корячиться, чай она мне принесёт, мне кофе необходим.

Старуха осторожно, чтобы не расплескать поставила чашку чая перед Светланой.

– Сахар положили?

– Нет, я помню, миленькая, что ты без сахара пьёшь, – старуха робко заглянула Светлане в глаза.

– Печенье есть?

– Нет, миленькая, а ты с шоколадкой попей, вон у вас шоколада сколько!

– Ма-а-ма! – Светлана сделала ударение на первый слог. – Он уже год как просроченный!

– Вспомнила, у меня сгущёнка есть.

– Свежая? – Светлана наморщила лоб.

– Третьего дня купила.

– Не надо, я себе гоголь-моголь сделаю, – Светлана встала и пошла на кухню. Старуха пошаркала следом, предано глядя ей в спину.

Светлана была любимая невестка, в семье её уважали за деловые качества и умение вовремя услужить старикам. По мнению свекра, Светлана была идеальной парой для их сына, а сын был их гордостью.

Зелёный абажур мягким светом освещал ровный ряд начищенных кастрюль на полке. Чайник гордо стоял на буковой подставке, пёстрые подхваты висели на крючочках рядом с белоснежным полотенцем. Старуха присела к столу и подперев рукой щёку задумчиво уставилась в окно: – Совсем темно, Петя что-то задерживается.

– Дел по горло, – Светлана тряхнула миксером: – Неужели скорая помощь до сих пор не приехала?

– Я сейчас схожу наверх, посмотрю что там случилось, – засуетилась старуха.

– Сходите, напомните Пете, что он в отпуске, – Светлана с шумом поставила миксер на стол.

– Уже иду, – старуха поправила на плечах шаль и вышла вон.

– Так уютно, аж спать хочется, – Светлана попробовала сбитый гоголь-моголь, поморщилась и вылила его в мойку, затем поднялась на носки, прикоснулась к абажуру. Абажур закачался, и пятно света закачалось вслед за ним. Светлана взяла из холодильника солёный огурец, надкусила его с хрустом, опять поморщилась, бросила надкусанный корнишон в мойку в пятно взбитого гоголь – моголя и вышла из кухни.

Старуха вернулась и сразу прошла в комнату невестки.

– Ну что там? – недовольно спросила Светлана.

– Скорая помощь ещё не приехала.

– Я не про скорую спрашиваю.

– Соседу чуть лучше.

– Меня сосед не интересует.

– Петруша укол сделал, ждёт.

– Чего ждёт, у моря погоды?

– Лекарство подействует, и он придёт.

– А кто будет на обёртках даты менять?

– Хочешь, я помогу? – старуха с готовностью двинулась к столу, на котором лежала груда шоколадок.

– Да где вам мама с вашими глазами! Обертку, фольгу или этикетку повредите, и считайте, что деньги на ветер выбросили.

– Может дед поможет?

– Спит он давно, и десятый сон смотрит.

– Петруша сказал, что тебе отдохнуть можно.

– Я сама решаю, что мне можно.

– А вот и я, – Петя, широко улыбаясь, неслышно появился в проёме двери.

– Я спать, – старуха поправила кончик воротника на рубашке сына.

– А мы с тобой сейчас начнём работать, – Петя потер ладони.

– Не успеем, – вздохнула Светлана.

– Можем задержаться на один день.

– Работаем до одиннадцати, и спать, – Света поставила на стол очередную коробку с шоколадом.

– Иголки где?

– Тут были.

Петя включил настольную лампу, сел к столу, взял иголку и потрогал кончик пальцем: – Завтра надо новые иглы купить и по тоньше, эти затупились уже.

– Скажу матери, она купит, – Светлана принялась за работу.

Утром, пока все спали, старуха замесила тесто и приготовила начинку. Сынок наезжал в гости к ним по два раза в год, и каждый раз это был для стариков праздник. Пирожки с джемом, капустой, картошкой и мясом должны были радовать сыночка, а булочки напоминать счастливое детство.

– Мне с капустой, – в кухню вошёл взъерошенный, не совсем проснувшийся старик.

– Тише ты, сына разбудишь, – цыкнула на него старуха.

– Молчу, молчу, – старик осторожно надел шапку, накинул на плечи куртку и прошел на балкон. Он сел на табурет и стал смотреть поверх крыш на небо. Стая голубей сделала круг над домами и опустилась на козырёк крыши.

– Прилетели, дармоеды? – дед был рад поговорить хоть с кем-нибудь: – Крупы на вас не напасёшься, попрошайки!

Балконная дверь приоткрылась, и рука старухи просунула в щель тарелку с пирожками: – Сиди здесь, а я в магазин за молоком схожу. Петруша просил раньше девяти не будить.

Старуха ушла. Дед посидел ещё немного, съел пирожки, кинул крошки голубям и пошёл досыпать. Проснулся он от тихого разговора.

– Я вам так благодарна, – это был голос соседки.

– Наш Петя всегда всем на помощь приходит, он у нас самый уважаемый человек в деревне.

– Он такой умный, – льстила соседка.

– Да, такого специалиста ещё поискать надо, – хвалилась старуха.

– Он очень благородный человек, – соседка старалась подлизаться изо всех сил.

– Он специалист.

– Высшее образование у многих, но не всем знания даются, – соседка умилялась на все сто.

– У нас и невестка образованная, – старуха стала хвалиться невесткой.

– Для такого как ваш Петя другая жена не подойдёт.

– Она у нас юрист, – старуха гордо подняла голову.

– Хорошая специальность.

– Она все законы знает.

– Красивая пара, – эхом отозвалась соседка.

Дед повернулся на другой бок, сквозь сон отметив про себя: – Врач и юрист действительно не плохое сочетание.

– Ну, я пойду, – соседка повернулась к двери.

– Будьте здоровы, – старуха закрыла за ней дверь.

В девять часов прозвенел будильник. Петюша, приученный вставать по первому звонку, двинулся в ванну. Затем он заглянул на кухню к матери.

– Мама ты чудо, пахнет моими любимыми булочками.

– Старалась. Соседка с утра приходила.

– Опять её мужу плохо? – поморщился Петя.

– Нет, всё хорошо. Спасибо пришла сказать.

– Спасибо карман не тянет, – за спиной Пети появилась Светлана.

– Так она спасибо принесла, – старуха показала рукой на стол.

На столе стоял трёхлитровый баллон с мёдом.

Петя подошёл ближе, открыл крышку и понюхал: – Мёд, похоже, настоящий. Будем считать, что я вчера недаром вечер потерял.

– Соседка просила сказать, что ты очень хороший врач, – просияла старуха.

– Вместо этой новости лучше бы второй баллон с мёдом принесла, – Светлана проснулась с плохим настроением.

– Вот пирожки съедите, и я вам оладушки или блинчики поджарю, к медку.

– Мы их с твоим вареньицем оприходуем, а мёд пусть пока стоит, – Петя приобнял мать.

– А ещё соседка сказала, что вы красивая пара, – старуха попыталась улучшить настроение невестки.

Но не тут-то было, настроение у Светланы было хуже не куда, и старуха поспешила ретироваться. Голуби склевали все крошки, которые им оставил старик и расселись на подоконнике. Солнце светило в окно и радостно отражалась в стеклянных дверцах навесных полок. Наступивший день обещал быть ярким и не морозным. В такие дни, если они приходятся на выходные, люди бросают все дела и, взяв санки или лыжи, идут гулять семьями.

– Вы бы погуляли немного, – предложила старуха невестке.

– Нам надо уехать до Нового года.

– Весь смысл доставить товар к празднику, – Петя сел за стол.

Позавтракав, Пётр и Светлана ушли в свою комнату, а старуха начала готовить обед.

– Мам, если пойдёшь в магазин, купи нам новые тонкие иголки, – крикнул из своей комнаты Пётр.

– Обязательно куплю, – старуха выключила огонь под кастрюлей, накрыла нашинкованные овощи полотенцем, оделась и пошла в магазин.

Снег хрустел под ногами, дышалось легко, сердце не тянуло, не жало и не кололо. Боль, давно поселившаяся в коленках, молчала, и старухе казалось, что она сбросила пару десятков лет. Встречные люди улыбались и несли полные пакеты покупок. Канун Нового Года еще не наступил, но праздник уже витал в воздухе. Кое-где на балконах торчали верхушки сосен и ёлок. Витрины магазинов, украшенные яркими игрушками, дополняли ощущение любимого с детства праздника.

– Обязательно куплю мандарины и попрошу старика принести пару ёлочных лап, – старуха расплатилась за иглы и пошла домой.

Петя доел последний пирожок, запил его остывшим чаем, и вышел в прихожую навстречу матери: – Хороша погодка?

– Хороша, снежок чистый, мягкий, – старуха вытащила из сумки пачку с иголками.

– Обед как скоро будет? – Петр взял иголки.

– Будет, Петенька, сейчас вот только пальто повешу, – старуха поспешно стала расстегивать пуговицы.

Уже через минуту на плите булькал бульон в кастрюле, шипело масло в сотейнике и нож, в руках старухи, резво нарезал лук.

– Что же Вы мама такая бестолковая! – возмущенный голос невестки вывел старуху из состояния задумчивости.

– Что я не так сделала? – старуха удивлённо заморгала глазами.

– Вам русским языком было сказано, купите тонкие иголки.

– Я купила.

– Вы набор купили, а в нём ни одной подходящей иглы.

– Не ори на мать, – за спиной у Светланы появился Петя.

– Я не ору, я возмущена до глубины души. Новый Год на носу, нам домой пора, или ты хочешь эту работу на виду у всей деревне делать?

– Успокойся. Мама не специально так сделала.

– Ещё не хватало, чтобы специально!

Старуха села на табурет, лук в сотейнике стал гореть, распространяя по кухне чад.

– Вот теперь по её милости без обеда останемся, – Светлана вылила в сотейник стакан воды. Масло вспыхнуло, язык пламени лизнул стену. Старуха охнула и схватилась за сердце.

– Что за шум? – старик решил поучаствовать в делах семьи.

– Ничего страшного, у мамы немного подгорел лук.

Старик повел носом, убедился в том, что лук действительно сгорел и пошёл назад в свою комнату.

– Мама, поймите, мы с Петей очень занятые люди, от Вас требуется только одно, делать только то, что Вам говорят.

– Сделаю, как скажете, – старуха не могла унять дрожащие руки.

– За иголками я сам схожу, – Пётр взял жену за плечи и вывел из кухни.

Ощущение праздника и лёгкости исчезли. Взгляд у старухи погас, глаза сделались мутными, и в лице появилось что-то собачье. Словно во сне она запустила в кастрюлю картофель, морковь, капусту, посолила, помешала и присела к столу. Петя вернулся из магазина, его плечистая фигура мелькнула в дверях, но старуха не стала окликать сына.

В день отъезда Петя и Светлана перетащили запакованные коробки с шоколадом к двери и отправились на стоянку за машиной.

В приоткрытую дверь заглянула соседка: – Катерина Витальевна, ваши уже уезжают?

– Да, отпуск заканчивается.

– И вы с ними уезжаете погостить?

– Нет, мы со стариком дома остаёмся.

– Смотрю гостинцы вы им накупили, – соседка кивнула на ящики.

– Нет, что вы, откуда у нас столько денег, это мои купили к Новому Году для магазина.

– Так у них и магазин есть? – удивилась соседка.

– У друзей магазин, а они, вроде как дорогу оправдать, ему сдадут.

Внизу на лестнице послышался звук шагов. Соседка попрощалась и ушла, а из комнаты вышел старик, он уже был готов идти вниз к машине. Петя и Светлана, держась под руку весело, подталкивая друг друга, вышли из лифта. Очень быстро они перенесли свой груз в машину, и наступил момент прощания. Все присели на дорожку, помолчали.

– Ну, всё, пора, – Петя хлопнул ладонями по коленям и встал.

Старик засуетился и первым вышел вон, следом, предварительно приложившись к щеке старухи, вышла вон Светлана. Петруша крепко прижал мать к груди, с шумом расцеловал её в оби щёки и двинулся следом за женой. Переступив через порог, он остановился, потом вернулся, вошел на кухню, взял в руки баллон с мёдом, аккуратно прижал его к груди и пошёл к выходу.

– Вам с отцом мёд нельзя, он давление поднимает и сахар в крови, а мне можно и нужно, сердце укреплять буду, – он ещё раз поцеловал мать и закрыл за собой дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.