# Пятизвёздочный жених

Марина Николаевна Белкина

Подруг не выбирают. Даже таких, как Лизка… Женихов не проверяют. Даже если это Лизкин жених. Эти простые правила Маша Литаврина выучила наизусть. Но чего не сделаешь во имя женской дружбы?! Впрочем, надо отдать должное Лизавете – на этот раз подруга сменила ориентиры и вместо пухлого «кошелька на ножках» выбрала настоящего красавца. Такого не грех и проверить. Главное, чтобы Маша не капитулировала перед прекрасным принцем сама. А то женская дружба такие вещи не прощает!

## Глава 1

Лехе кажется, что, когда я жму на тормоз, машина на полном ходу влетает в бетонную стену. Да, у моего инструктора по вождению своеобразное чувство юмора. Смотрите и учитесь, сейчас я покажу вам высший пилотаж! Медленно отпускаю сцепление и нежно-нежно трогаю педаль тормоза. Вуаля!

И учебная «десятка» плавно остановилась у бордюра! Леха едва не влетел в лобовое стекло, но ухватился за ручку дверцы.

– Молодец, Маш. Сегодня ты просто превзошла саму себя! – едко произнес он.

Инспектор ГИБДД, принимающий экзамен по вождению, кашлянул у меня за спиной и протянул документы. А это могло означать только одно…

– Не сдала? – выдохнула я, взглядом приглашая Леху оценить творящийся здесь беспредел.

– А как ты хотела? – Леха невозмутимо принялся загибать пальцы: – Забыла пристегнуться, полмаршрута проехала на ручнике, заглохла под знаком и чуть не сбила пешехода!

– Да он выскочил, как черт из табакерки!

– Тот дедуля с бидоном?! Да ты прикалываешься! – Леха покровительственно похлопал меня по коленке. – Вот ты брюнетка, а машину водишь, как типичная блондинка! Ты случайно не крашеная?

Если верить известному радиоафоризму о том, что шутка, повторенная дважды, в два раза смешнее, я сейчас должна просто помереть от хохота, потому что слышу эту «остроту» раз в сто пятый.

– Почему же крашеная? Это мой натуральный цвет, – натужно улыбнулась я, открывая дверцу машины.

На тротуаре в ожидании своей очереди на экзекуцию топтались курсанты. Дама маленького роста прижимала к груди диванную подушку. Девица в мини-юбке, опасно покачиваясь на высоченных шпильках, старательно красила губы. Нервно курили трое парнишек в идиотских рэперских штанах, тех, что болтаются где-то в районе коленок.

– Ну, как? – подскочил ко мне один из рэперов.

Вместо ответа, словно белым флагом, я помахала ведомостью. Парнишка участливо поцокал языком:

– Типа не сдала? И в который раз?

– Во второй, – ответила я честно, как путана клиенту.

– Ну, ничего, в следующий – уж обязательно!

С сомнением кивнув, я поплелась к метро, но не успела сделать и пары шагов, как позади послышался оклик инструктора:

– Эй! Рассеянная с улицы Бассейной! – Он высунулся из открытого окна «десятки». – Ничего не забыла?

Вот голова садовая! Оставила в машине сумочку. Впрочем, сумочкой этот парашют можно назвать весьма условно. Изрядно потрепанный, с мультяшной аппликацией и остатками разноцветного бисера на замызганных ручках – сей аксессуар давно не имел ничего общего с модными тенденциями и здравым смыслом. А я все не могла расстаться с нелепой торбочкой. Она навевала оранжевое настроение.

Пришлось вернуться.

– Тяжелая! Там кирпичи? – Леха сделал вид, что собирается расстегнуть молнию.

Я рывком выхватила сумку из его хищных лап и любовно прижала к груди.

– Нервная какая! Золото партии у тебя там, что ли?!

Кошелек с тремя сотнями, допотопный мобильник, косметичка – терять нервные клетки абсолютно не из-за чего. А так напряглась я просто потому, что не люблю, когда трогают мои вещи.


На город ватным одеялом опускалась жара. Автомобили томились в пробке, как кусочки рагу в попыхивающей кастрюльке. Пестрый поток людей устремился к источнику живительной прохлады – входу в метро.

Я сдула челку со лба. Ну и пекло! Хотя, пожалуй, еще нет и двенадцати? Намереваясь узнать время, посмотрела на дисплей мобильного. Ух, ты! Семь пропущенных, и все от Лизки. Щелкнув кнопкой, я набрала ее номер.

– Твой маскировочный куст еще жив? – строго спросила Лизка.

Не то чтобы я была такой уж безудержной охотницей за всякой дичью. Плащ в виде маскировочного куста достался в качестве рекламного дара журналу, в котором я когда-то работала. Эта престранная штуковина долго пылилась на одной из редакционных полок, потом поучаствовала в праздновании Хеллоуина, да так и осела в недрах моего балкона.

– Зачем тебе маскировка? Неудачно подстриглась? – съязвила я. – Не переживай, волосы не зубы – отрастут!

– Нет, это бред… Есть идея получше, – задумчиво проговорила Лизка и добавила решительно и даже как-то кровожадно: – Что ты делаешь сегодня вечером? Хочу пригласить тебя в одно место!

– В качестве маскировочного куста? – испугалась я.

– В качестве моей лучшей подруги! В шесть, в той итальянской кафешке на проспекте, помнишь? У них там панакота сумасшедшая!

И, не дожидаясь моего ответа, Лизка отключилась.

Ненавижу, когда она так делает. Интересно, почему Лизке даже в голову не приходит, что я могу отказаться? Не пойду! Да и с какой радости мне тащиться на другой конец города? Настроение хуже некуда. Хотя «сумасшедшая» панакота – это аргумент…


Иногда Лизка меня просто бесила!

Она называла мутью мой любимый фильм «Черная кошка, белый кот» Кустурицы, изображая рвотные позывы.

Путала Джейн Остин с Джейн Эйр.

Ежемесячно оставляла в салоне красоты сумму, равную годовому бюджету небольшого африканского государства. Причем тратила эти деньги на какие-нибудь обертывания цветками папоротника, собранными тайскими девственницами на растущую луну.

Но особенно раздражала ее ехидная улыбочка в ответ на все мои слезные просьбы уничтожить негативы фотографий с той школьной вечеринки! Бр-р! Лизка знала слишком много… Впрочем, и я владела ее тайнами. А может, именно в этом и заключался главный секрет нашей двадцатилетней дружбы? Человек, который знает о тебе все, обладает особой притягательностью. С ним легко быть самим собой.

Тем летним вечером в кафе я решилась открыть Лизке еще одну страшную тайну. Об экзамене по вождению. Что ни говори, а у моей подруги было одно неоспоримое достоинство – она, как никто, умела поддержать в трудную минуту.

– Мария, ты олигофрен? Не в состоянии сдать вождение с тринадцатого раза? – поддержала подруга. – Мартышка с гранатой, вот ты кто!

– Просто тринадцать – несчастливое число! – принялась оправдываться я. – К тому же принципиально не хочу давать на лапу, а они меня валят! Еще и инструктор попался психопат! Представляешь, стоит только тронуться с места, отнимает руль и орет, как контуженный: «Газ! Тормоз!» За коленку все норовит схватить, озабоченный! А еще ржет: «Водишь, как блондинка. Ты что, крашеная?»

– Маш, а ты ведь и правда крашеная! – прыснула Лизка.

Я вздохнула:

– Иногда мне кажется, что проще тебя убить, чем попросить молчать…

Да, еще одна «страшная» правда. Я натуральная блондинка. Ну, не признаваться же в этом инструктору по вождению? Все анекдоты про блондинок мне припомнит! А «замаскировалась» я недавно, несколько месяцев назад.

После окончания журфака я нашла место службы, леденящее душу своей бесперспективностью. В журнале об охоте «Добыть бизона». Вкалывала там два года. Думала: набью руку, обрету бесценный опыт. Но статьи и интервью мне не доверяли, так что целыми днями приходилось разносить кофе и сидеть в «Одноклассниках». В общем, самое ценное, что удалось вынести из «Бизона», был маскировочный куст.

Мучениям пришел конец, когда подруга похлопотала за меня перед своим очередным ухажером, шеф-редактором одного не самого центрального телеканала. И вот, с Лизкиной легкой руки, карьера пошла в гору – уже четыре месяца я трудилась журналистом программы «Женские штучки» и обожала новую работу. Интервью с интересными людьми, темы сюжетов, не имеющие ничего общего с бизонами, – вот оно, счастье! Иногда я даже появлялась на экране. Как раз по этому поводу стилист программы и выкрасил мои светлые волосы в коньячный цвет. В рамках телевизионного имиджа.

Намотала на палец блестящий локон и улыбнулась. Подруга перехватила мой взгляд.

– Не жалеешь, что из-за новой работы пришлось перекраситься?

– Нет, конечно! Так и сгинула бы в этой могиле неизвестного журналиста, если б не ты! Лиз, я так тебе благодарна!

– Да ну, брось, – засопела она. – С другой стороны, все мечтают попасть на телевидение, а я помогла тебе в этом. Как знать, может, и ты мне когда-нибудь поможешь…

Лизка не бестактна, скорее простодушна, словно ребенок. А дети, как известно, еще и весьма ловкие манипуляторы.

– Хочешь попросить меня о какой-то ответной услуге? – догадалась я.

– Ну, не то чтобы об услуге… Так, о пустячке, – начала юлить она. – Кстати, у кого бедра шире, у меня или у той официантки?

Даже не взглянув в сторону дамы с подносом, я выдала единственно верный ответ:

– У официантки!

Дама, оказавшаяся слишком близко, презрительно фыркнула.

– Очень вкусный десерт, – заискивающе улыбнулась я ей.

Когда-нибудь я прибью Лизку! На самом деле, она ангельски хороша! Напоминает Монику Белуччи. Причем в ее лучшие годы. Блестящие темные волосы ниже плеч, карие глаза, кукольное личико, ноги от ушей. Раньше Лизка была моделью, даже немного поработала в Милане. Правда, очень быстро вернулась, заявив, что больше не намерена вкалывать, как папа Карло. Но дело не в этом. Даже карьера гламурной вешалки и личный фан-клуб, численность которого чуть больше, чем у Роберта Паттинсона, не убедили Лизавету в собственной неотразимости. Загадка!

– Так о чем ты хотела попросить? – напомнила я. – Зачем понадобился маскировочный куст? Выкладывай!

– Я влюбилась!

– Ну, тогда все понятно! И кто счастливчик?

– Парень с сумасшедшей харизмой!

Я скептически вскинула брови. Знаю я Лизкиных «харизматичных» парней! Все – как на подбор – маленькие, толстенькие, раздувающиеся от собственной важности.

– Очередной пузырь? – не смогла удержаться.

– Нет, на этот раз и вправду внешне интересный. Девицы вокруг Алекса так и вьются! Когда мы вместе, он ведет себя достойно, но что он делает без меня? Представляешь, на выходных собирается за город к друзьям, а с собой не зовет! Почему? – Горестно вздохнув, Лизка отхлебнула из своей чашки. – Сначала я хотела проследить за ним при помощи маскировочного куста, а потом придумала кое-что получше…

– Еще лучше?!

Подруга хищно посмотрела на мой бюст.

– Давай устроим Алексу тест-драйв!

– Какой еще тест-драйв?

– Проверим, на что он способен! По вечерам Алекс любит зависать в кафешке рядом со своим офисом. Ты явишься туда и попытаешься его соблазнить. Вот и посмотрим, поведется он или нет!

– Хочешь доверить тест-драйв своего парня мартышке с гранатой? А вдруг я возьму и соблазню его всерьез? – поддразнила я.

– Нет, ты проверенный боец и на такую подлость не способна. А потом – у нас разные вкусы, он тебе не понравится. Смотри!

Она достала из сумочки фотографию и положила передо мной. Я решительно отодвинула карточку.

– Нет, Лизка, это бред! Вечно ты ищешь приключения на свою пятую точку!

– Да где ж это видано, собственному мужику подругу подкладывать! – возмутилась из-за моей спины официантка.

Видимо, во время нашего разговора повелительница подносов отиралась где-то рядом, и словосочетание «пятая точка» подействовало на нее, как красная тряпка на быка.

– Отобьет она его, как пить дать, отобьет! – презрительно бросила официантка, разворачиваясь на каблуках.

В возмущении я схватила ее за передник.

– Подождите! Почему вы так считаете? Нет, вы скажите!

После непродолжительной борьбы официантка воспользовалась запрещенным приемом (подносом), вывернулась из моих цепких объятий и позорно спряталась на кухне.

– Лизка, давай сюда фотку! – с вызовом потребовала я. – Говори, в каком кафе он будет?

– Будьте любезны, госпожа Мата Хари, снимок объекта. Надеюсь, эта миссия окажется выполнима?

## Глава 2

Туфли. Красные с золотыми завитушками, на пятнадцатисантиметровых шпильках.

Плюс красное дизайнерское мини-платье. Правда, мини оно на Лизке, а на мне, прямо скажем, миди, безудержно стремящееся к макси. Сразу видно, что с чужого плеча. И с чужого бюста – грудь так и лезет из корсета, как дрожжевое тесто из кастрюли.

Ну, и еще по мелочи – чулки, черные в сеточку.

Итого – две мои зарплаты. Нехило. Лизка настоятельно советовала надеть еще и бриллиантовый гарнитур ее маман, но я наотрез отказалась! Ведь тогда эта авантюра вообще тянула бы на полбетакама[1]. Подержанного, разумеется, но все-таки…

Словом, когда я переступила порог кафе, в голове, как в калькуляторе, крутились одни цифры. Объект удалось вычислить сразу. Он сидел за столиком у окна с чашкой кофе и газетой. Должна признать, новый Лизкин пузырь и вправду выглядел не совсем типично. На вид лет тридцать. Темно-русые волосы, клетчатая рубашка с коротким рукавом, подчеркивающая широкие плечи, и никакого пивного животика.

Я решила, что Юстасу пора познакомиться с Алексом, и пошла на сближение – приземлилась на стул рядом с ним.

– Простите! Вы позволите воспользоваться вашим телефоном? Мобильник из сумки вытащили!

Объект оторвался от газеты и окинул меня оценивающим взглядом. И тут, по всемирному закону бутерброда, кто-то позвонил мне прямо в сумку! Я с изумлением уставилась на визжащую торбу, старательно делая вид, что мы с ней не знакомы. Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу.

– Это, кажется, вас, – хмыкнул объект.

Пришлось ответить.

– Ну как? – возбужденно заорала мне в ухо Лизка-дурында. – Уже кадришь его?

Я быстро нажала на кнопку отбоя и вырубила мобильник.

– Один знакомый культурист, – пояснила я. – Сходит по мне с ума.

– А вам не показалось, что у него женский голос?

– Он… злоупотребляет анаболиками!

Объект усмехнулся и уставился в стол, кажется, потеряв ко мне интерес.

Поерзала на месте. Что ж, Лизку можно только поздравить. Этот крайне сознательный красавец предпочитает флирту пристрастное изучение мебели в городских кафе. А может, просто я не в его вкусе…

– Красивые туфли. Они расписаны под хохлому? – промолвил сознательный красавец, продолжая смотреть в стол.

Я вдруг сообразила, что стол стеклянный, и вот уже несколько минут коварный объект изучал мои ноги. Ладно, будем считать, что я ничего не заметила.

– Ну, спасибо вам… за все и до свидания!

– Постойте! Может, посидим еще? – предложил объект, глядя куда-то мимо меня.

Я проследила за его взглядом. За дальним столиком в углу из-за развернутой газеты высунулась и снова скрылась печальная лысая голова.

«Он гей! Хочет заставить своего любовника ревновать!» – пронеслось у меня в голове.

– Я не гей, и это не мой любовник, – сказал объект. – Посидим еще минут пятнадцать, выйдем вместе, так надо. А потом я довезу вас до дома, идет? Кстати, меня зовут Александр, для друзей – просто Алекс, а вас? – И он улыбнулся, на щеках появились ямочки, которые казались слишком нежными для его мужественного лица.

Предчувствие чего-то неизбежного промелькнуло, как ночная птица.

– Так как вас зовут? – повторил он.

– Аполлинария! – выпалила я.

А что такого? Между прочим, в жизни каждого человека может случиться минута, когда он забудет собственное имя! Это все игры подсознания. Так считаем мы с Фрейдом. Но почему подсознание подсунуло именно это имя? Старик Фрейд наверняка намекнул бы на какие-нибудь комплексы, а возможно, даже на потаенную мечту стать музой гения, и ошибся бы! Все намного проще. Аполлинарией зовут мою непосредственную начальницу, которая постоянно выносит мне мозг.

Тут в кафе ввалилась большая шумная компания, и несколько официантов бросились сдвигать для них столики в центре зала.

– Пойдем, – сказал Алекс, решивший воспользоваться суматохой, чтобы скрыться из поля зрения лысого.

Он поспешно бросил на стол купюру и подал мне руку.

Постоянно мысленно возвращаюсь в тот момент. И почему я не сказала: «Останусь здесь, люблю по вечерам торчать в кафе одна!»? Почему? Нет! Я побежала за ним, как оголодавшая крыса за куском сыра!


Смешавшись с шумной компанией, мы выскользнули из кафе и бросились в сторону автостоянки. Алекс распахнул дверцу черной «Ауди», и я плюхнулась на кожаное сиденье. В животе булькали пузырьки веселого азарта, как в детстве во время игры в «казаки-разбойники». Нам все-таки удалось благополучно ускользнуть от лысого типа!

Взвизгнув, машина рванула с места.

– Моя сумка! Я забыла ее в кафе! – закричала я. – Там ползарплаты, мобильник, но это все ерунда. Там мои исходники!

– Какие еще исходники? – Опешив, Алекс дал по тормозам.

– Самые обычные. Кассеты с отснятым материалом, интервью и картинка, а у меня завтра монтаж. Мы должны вернуться!

– Ты режиссер?

– Тележурналист! – раскололась я.

– Ладно, жди меня здесь, – бросил он через плечо, выскакивая из машины. – Маша-растеряша!

Прошло несколько минут, и вдруг со стороны моей дверцы послышался страшный удар, как будто в «Ауди» влетел лось! Я выглянула в окно и вскрикнула. Лысый тип из кафе, который оказался огромным бугаем, колошматил Алекса головой о машину! Сердце бешено застучало, я вцепилась в ручку дверцы. Что же делать?!

Он и сам справился – отшвырнул бугая. Стукнувшись об один из припаркованных автомобилей, лысый шлепнулся на асфальт. Алекс бросился к «Ауди» и распахнул дверцу. С моей стороны. Видимо, еще не совсем отошел после драки.

Я вдруг почувствовала себя героиней кино с погонями и в порыве вдохновения перемахнула на водительское место. Похоже, я была убедительна, потому что Алекс, запрыгивая на пассажирское кресло, бросил мне ключи. Я поймала их грациозным жестом и завела мотор. На этом грациозность кончилась.

– Чего ты ждешь? Поехали! Он садится в свою машину! – прикрикнул на меня Алекс.

Я вдавила педаль в пол. Автомобиль прыгнул с места, как раненый бык на корриде, и иноходью поскакал на выход. В этот момент на стоянку заруливал внушительных размеров джип. Я поняла, что не успеваю затормозить! Но не зря же я вот уже год брала уроки в автошколе и тринадцать раз сдавала экзамен – кое-какой опыт экстремального вождения имелся! Я бросила руль, закрыла глаза руками и пронзительно завизжала.

Нет, все-таки я гений заездов в объезд! Или объездов в заезд? Не важно! Во всяком случае мне удалось виртуозно избежать ДТП с джипом! Ладно, не мне, а Алексу. Руль был в его руках, и мы мчались по проспекту. Благо не слишком загруженный.

Я посмотрела в зеркало заднего вида. Внушительный джип перекрыл выезд со стоянки машине лысого. Водитель стоял на дороге и что-то кричал нам вслед.

Тут Алекс свернул с проспекта, и мы запетляли по дворам.

– Сбрось скорость! Что ты вцепилась в руль, ты мне мешаешь! Тормоз! Газ! Да что с тобой? Ты что, крашеная? – заорал он, хватая меня за коленку.

Возникло смутное ощущение дежавю, и я скосила глаза. Показалось, что рядом сидит мой психопат-инструктор.

Тем временем нервный пассажир совсем разуверился во мне как в Шумахере и решил взять все в свои руки. В правую – руль, а в левую – мою ногу, которой он пытался жать на педали. Небритая щека почти касалась моей. Я метнула взгляд на его губы, четко очерченные, чувственные. Интересно, какие они на ощупь, подумала я и…

– Жми на тормоз!!!

И я нажала. Но не на тормоз, а на газ. Перепутала. И мы влетели в мусорные баки…


Несколько секунд мы сидели в молчаливом оцепенении. Потом Алекс выскочил из машины и принялся бегать вокруг «Ауди», вдохновенно размахивая руками и что-то бубня со страшным лицом оперного певца, который пытается взять верхнее «си». Через стекло не было слышно, что именно он говорил. Но шестым чувством я поняла – что-то трехэтажное. На всякий случай, заблокировала дверцы авто. Люди с неадекватным поведением всегда вызывали у меня опасения.

Когда Алекс немного успокоился и закурил, я решилась показаться ему на глаза.

– Прости! – вздохнула я, выбираясь из авто. – Насколько все плохо?

Тот факт, что я разбила его машину, нас как-то сблизил, и мы перешли на «ты».

– Поправимо. Только фара, – усмехнулся Алекс, выбрасывая бычок.

В густеющих сумерках он прочертил между нами огненную дорожку.

– Очень злишься?

– Нет, ты же меня спасала.

– Я… что-то могу для тебя сделать? – преданно спросила я и моментально прикусила язык! Сейчас он скажет: «Можешь кое-что. С тебя десять тысяч баксов!»

– Можешь кое-что, – ответил Алекс и, притянув меня к себе, поцеловал.

Его губы оказались мягкими и нежными.

Не знаю почему. Наверное, из-за пережитого стресса, я отреагировала на поцелуй странно. Чуть не задушила Алекса, обхватив руками и, кажется, даже ногами, а через пару секунд отпрыгнула от него метра на два, как горная коза.

Алекс тяжело дышал и выглядел абсолютно ошарашенным. Не знаю, какое лицо было в этот момент у меня, но Алекс, пристально глядя мне в глаза, почему-то вскинул руки ладонями вперед. Так делает полицейский в американском боевике, показывая, что он безоружен, психу, захватившему заложника.

– Ну, все, мне пора, – скороговоркой протараторила я, озираясь, в какую сторону лучше дать деру.

– Я тебя подвезу!

Он сгреб меня в охапку и фамильярно запихнул к себе в машину.


«Это Лизкин парень! Это Лизкин парень», – мысленно твердила я, как мантру, пока мы ехали к метро. Я старалась не смотреть на него, с пристрастием изучая свой маникюр, и подняла глаза, только когда машина затормозила. В каком-то дворе.

– Это не метро! – возмутилась я.

– Знаю, у меня здесь дело, решил заехать по дороге. Пойдем, хочу тебе кое-что показать.

– Не сомневаюсь. Но, пожалуй, подожду тебя здесь.

Решила, что сбегу, как только он уйдет. Алекс, видимо, это понял и никак не желал оставить меня в машине одну. Хотя, учитывая обстоятельства нашего знакомства, может, он боялся оставить наедине со мной свою тачку?

После долгих и нудных разбирательств я все-таки уступила.

– Пойду, но прежде объясни, чего хотел тот лысый тип. Мы от него еле удрали!

Алекс смутился.

– Связываться не хотелось, он бывший клиент моего детективного агентства.

– И чего он взъелся? Или все бывшие клиенты хотят тебя убить?

– Это не интересно. Не забивай себе голову…

– Я остаюсь в машине!

Алекс окинул меня пристальным мрачным взглядом.

– Он нанял нас, чтобы проследить за женой. Подозревал ее в супружеской измене.

– И что же случилось потом?

– Там оказалось все чисто. Она не гуляла, влюблена в мужа, как кошка. Даже сделала татуировку с его именем в паху, представляешь? Я предложил снять слежку, но этот Отелло вбил в свою лысую башку, что жена изменяет ему со мной. Бред! А сегодня, я так понимаю, решил сам за мной проследить. Думал, что, если он увидит меня с девушкой, это его как-то… успокоит, но парня опять сорвало с катушек. Просто псих. Так бывает.

Я знала, бывает.

– А как тебе стало известно о татуировке в паху его жены?

– Я профессионал, – ответил Алекс, пряча улыбку. – Пойдем. И сумку свою не забудь, Маша-растеряша! Прости, как-то язык не поворачивается называть тебя Аполлинарией.


Он взял меня под руку и подвел к нарядному подъезду, похожему на вход в бутик. Мы спустились вниз по крутой лестнице и, миновав еще одну дверь, оказались в кромешной тьме. Щелкнул выключатель. Комнату осветил свет зеленого абажура, и я шумно вздохнула. Мы очутились в доме бабушки-интеллигентки в смешной шляпке, которая кутается в японскую шаль, повсюду носит томик Мандельштама.

Отсвет абажура падал на круглый стол со старинной пишущей машинкой и пожелтевшей газетой. На рассохшемся деревянном комоде сидели фарфоровые куклы в поблекших кружевных платьях. Со швейной машинки с элегантными коваными ножками скалился чугунный утюг, зажав в хищных зубах букетик полевых цветов. Красавец граммофон навострил золоченое ухо, а на ширме у стены, уронив пухлые рукава-фонарики, висело расшитое бисером бархатное платье. Наверняка винтажное! Несмотря на жаркий вечер, в полуподвальной комнате было прохладно. Пахло сыростью и безвозвратно утекшим временем.

– Это ретро-салон моей двоюродной сестры.

– А где она достает все эти вещи?

– Скупает у коллекционеров, ездит по блошиным рынкам. Она у нас хранитель тайн. Утверждает, что каждая винтажная вещь – это тайна.

Динь-динь-динь! Послышался серебристый перезвон, и из глубины ретро-салона вальяжно выплыл черный котище. Его массивную шею украшала цепочка с маленьким колокольчиком.

– Цепной кот? – рассмеялась я.

– Это Матвей, он здесь главный хозяин.

Матвей посмотрел на Алекса круглыми янтарными глазищами и требовательно мяукнул. Тот присел и принялся чесать кота за ухом. Матвей снисходительно замурлыкал и плюхнулся на бок. Ни белого «галстучка», ни «носочков», абсолютно черный котище! Хотела поплевать через плечо, но как-то постеснялась.

Я подошла к искусственной елке, украшенной старинными игрушками: картонными ангелами, медведями с баянами на железных прищепках, зайцами в костюмах Пьеро и выцветшими сосульками. Еще там была дивная собака с фарфоровой головкой и стеклянный дирижабль. Все это казалось таким странным и волшебным, как во сне – новогодняя елка посреди жаркого июля. В комнате, доверху набитой тайнами.

Поддавшись очарованию момента, я сняла с ветки прозрачный шар с бабочкой внутри. Бабочка закрутилась, как веретено. Я завороженно улыбалась и вдруг перехватила взгляд Алекса. Он наблюдал за мной, скрестив руки на груди и опираясь о книжный шкаф. Волосы в живописном беспорядке, пристальный взгляд карих глаз, потертые джинсы. Соблазнительный и таинственный, как киногерой. Бабник! Наверняка привозит сюда всех своих девиц: Лизку, татуированную жену лысого и еще вагон и маленькую тележку! Все они кружат вокруг него, словно бабочки вокруг огня… Я вдруг разозлилась.

– Хочешь чего-нибудь? Вермут? Мартини «Асти»?Решила поставить Алекса на место.

– Никакого мартини «Асти»! – строго сказала я. – Только вермут!

Он передал мне стакан в медном подстаканнике и завел граммофон. Комната наполнилась звуками старинного романса. Алекс подошел и церемонно поклонился, приглашая на танец.

– Спасибо, но я что-то сегодня без кринолина и бальную карту дома забыла…

Он посмеялся и даже по-дружески похлопал меня по плечу, но было ясно, что на уме у этого плута. Другой рукой Алекс вцепился в мое запястье, видимо, чтобы я опять не взбрыкнула.

Вдруг комната закружилась под звуки старинного романса, как веретено. В ушах зазвенело. Динь-динь-динь! А может, это был всего лишь колокольчик Матвея?

– Даже не мечтай, – тихо сказала я.

– Почему?

В полумраке его глаза показались совсем черными.

– Я похожа на женщину, которая спит с первым встречным? – надменно спросила я.


Куда девался второй чулок? Спокойно! Испариться из этой комнаты он никак не мог! И зачем я их только надела! Кто вообще носит чулки летом?! Выползая из-под круглого стола, я стукнулась головой. Взвизгнула и тут же зажала рот рукой, покосившись на спящего на полу Алекса. Пыльный луч света, прокравшийся в окошко под потолком, щекотал его щеку. На губах – блаженная улыбка, ресницы отбрасывают тень в пол-лица. В моей жизни был только один более красивый мужчина, рядом с которым я просыпалась. Джордж Клуни. Одно время над кроватью висел его постер. Я вздохнула, закатив глаза. И… нашла чулок! Он зацепился за шнур абажура. И как только сюда попал? Ох, лучше даже и не вспоминать!

Подхватив сумку, я бросилась к выходу, но замерла – что-то заставило меня обернуться. На комоде в окружении фарфоровых кукол развалился черный котище. Он буравил меня янтарным взглядом и вдруг подмигнул одним глазом! Наверное, сказался недосып, но я вздрогнула всем телом, по спине побежали мурашки. Снова возникло желание поплевать через левое плечо, но я не стала. Зачем? Все самое ужасное уже произошло…

Я неслась по улице так, словно убегала от своры маньяков. Свежий утренний воздух окончательно выветрил из головы хмель шальной ночи. Что я натворила? Как я могла?! Пигалица, выпрыгнувшая из красного «Мини Купера», смерила меня презрительным взглядом. Это потому, что она знает! Знает, что я сделала прошлой ночью! Провела ее с парнем лучшей подруги, почти сестры! Разве может быть что-то кошмарнее? Нет! Это вовсе не пигалица, а жеманный паренек в розовых джинсах. Впрочем, какая разница?

Я верю в закон бумеранга. Возмездие или… как там это еще называется? Если ты делаешь кому-то подлость, она прокатится от человека к человеку по Вселенной, как снежный ком, обрастая всякой пакостью, и – р-раз! Накроет твою жизнь настоящим стихийным бедствием!

Я бежала к метро, вжав голову в плечи. Предчувствовала, Возмездие не заставит себя долго ждать – с крыши непременно упадет кирпич и размозжит черепушку, как грецкий орех. Или меня собьет машина. Или разорвет на куски терактом в метро. В душном переполненном вагоне сердитая толстуха обдала запахом прогорклых духов и отдавила ногу. Пока это было единственным покушением на мою жизнь со стороны Высших сил.

На подходе к дому голова уже шла кругом от черных мыслей. У самого подъезда я столкнулась с соседкой.

– Машутка! Что у тебя с лицом?!

– А что такое?

С тревогой дотронулась до щеки. Может, лицо покрылось мокнущей экземой?

– Вся сияешь! Ты что, влюбилась?

## Глава 3

«Лизка! Я последняя сволочь! Но дело в том, что это проверочное свидание как-то сразу вышло из-под контроля. Сначала на нас напал маньяк, потом я разбила машину, а потом был этот долбаный ретро-салон. О, именно он всему виной! Там такая тлетворная обстановочка… Я будто попала в параллельную реальность, в другое время! Все было, как во сне, а значит, не на самом деле! И я – это вроде бы и не я, а он – не твой парень, понимаешь?» Нет, она не поймет…

# Примечания

1

Бетакам – здесь: профессиональная телевизионная камера.