Ярослав Горбачев
Шестеренки Апокалипсиса

Глава 1

Первый человек попался ему ближе к вечеру, когда начало смеркаться. К тому времени Валера уже не первый час хрустел железнодорожной щебёнкой и порядком устал. Радость оттого, что удалось выбраться из леса, всё больше омрачалась осознанием: до сих пор не попалось никаких населённых пунктов и признаков недавнего присутствия людей. Даже пути, по которым приходилось идти, были давно заброшены, о чём говорили ржавые рельсы, старые трухлявые шпалы, проросшие тут и там между ними кустики и деревца.

Вообще, парень испытывал смешанные чувства. То, что он вышел хоть к какой-то цивилизации, пусть и явно где-то на задворках, сначала очень подняло настроение. Студент пятого курса технического вуза, который всю свою жизнь провёл в большом городе, вообще не был уверен, что не заплутает окончательно, не сгинет в окружении мрачных елей, цепляющихся за одежду сучковатыми лапами, утробно чавкающих мхов, норовящих засосать в своё чрево, гнилых пней и бурелома. Да и просто приятно было сменить дремучую, почти непроходимую чащобу на более-менее нормальную дорогу и чистое небо над головой.

Но беспокойство, вызванное происшедшим, никак не хотело отпускать. Хотя первый шок уже давно прошёл, это чувство постоянно поднималось из глубин сознания и завладевало разумом, будто шепча: «Оглянись!.. Задумайся!.. Попытайся понять, что случилось!..» Поэтому Валера, погружённый в себя и отрешённо, сквозь тягучую усталость в ногах, шагавший всё дальше и дальше, не сразу заметил неспешно бредущую прямо по курсу фигуру. Видимо, однообразие окружающей обстановки сыграло свою роль – внимание рассеялось, появилось ложное и опасное ощущение предсказуемости. Да и чего скрывать, зрение Валеры оставляло желать лучшего – тем более в призрачном свете неотвратимо надвигающихся сумерек.

Человек оказался неожиданно близко, показавшись из-за резкого поворота дороги, прогрызшей когда-то себе путь сквозь болото и лес. Валеру будто окатило ледяной водой, он сбился с шага. Парень стремился выбраться в обжитые места, но к столь неожиданной встрече не был готов. Нервозное состояние, дефицит информации, отсутствие понимания о происходящем с ним самим и со всем миром вокруг – всё это рождало в голове совершенно безумные мысли и идеи, многие из которых выглядели весьма неприглядно. Но человек шёл в ту же сторону, что и Валера, и заметно медленнее, поэтому – встречи было не избежать. Разве только, если замедлиться, или, наоборот, ускориться, и попытаться обойти по лесу. При одной мысли, что опять придётся лезть в эти заросли, передёргивало. К тому же далеко не факт, что получилось бы продраться по бездорожью с достаточной для обгона скоростью. Ну и… Не боялся же он, в конце концов?..

После недолгого замешательства парень загнал малодушные мысли поглубже и даже прибавил шагу, впившись взглядом в спину идущего впереди. Тот, то ли почувствовав чужое внимание, то ли услышав хруст камней, остановился и начал оборачиваться. На миг показалось, что сейчас всё будет, как в фильме ужасов. Оскаленная, окровавленная пасть, хищное выражение на морде, бывшей когда-то лицом, и бросок вперёд жуткого существа – зомби, вурдалака, оборотня, кого угодно. Валера беспомощно скользнул ладонью по карману джинсов, где всегда носил нож, и невольно скривился – его там не было.

– Здрасьте! – крикнул он ещё с расстояния, стараясь придать голосу побольше твёрдости и уверенности. Стараясь не подать вида, что ему страшно, реально страшно. И пытаясь ухватиться за хоть какую-то ниточку, привязывающую окружающую действительность к привычному, нормальному миру. – Не скажете, где тут ближайший город или деревня хотя бы?

Последнюю фразу получилось выговорить значительно спокойнее. Ведь этот замерший прямо посреди дороги всё-таки оказался нормальным, хоть и не внушал доверия своим видом, совершенно. Даже, пожалуй, в другой ситуации его внешность могла бы вызвать у Валеры приступ гомерического хохота. Потому что такого эталонного, будто из иллюстрации какой-нибудь энциклопедии, гопника парень за всю свою жизнь даже и не встречал никогда. Спортивные штаны «адидас», заправленные в носки, сдвинутая назад кепка, кроссовки, не обременённое интеллектом лицо. Валера улыбнулся – оказаться тут, в лесу, наедине с таким хтоническим и овеянным легендами персонажем… В другой ситуации, конечно, это могло бы показаться не таким уж смешным. Но по сравнению с изначальными опасениями это было ничто. Сильно успокаивало и то, что весовые категории у них были примерно одинаковые, да и в карманах штанов не было телефона, равно как и кошелька, и вообще всего того, что там обычно хранилось. Так что Валера с усмешкой подумал про себя: на вопрос «дай позвонить» заготовлен совершенно правдивый и безопасный ответ. Не говоря уже о том, что долгое невольное нахождение на природе, опостылевший молотый гранит под ногами, гнетущая неизвестность, недавний страх – всё это зарядило праведной злобой, готовой выплеснуться наружу в виде готовых крушить всё и вся сжатых кулаков. Тем не менее природная осторожность заставляла быть осмотрительным, внимательно наблюдать за незнакомцем.

– Здаров. Да я Пушкин, что ли? Закурить есть? – мерзкий гнусавый голос оказался под стать внешности. И бегающие глазки-буравчики… Которые упорно не хотели смотреть прямо, а всё время косились куда-то в сторону.

– Нет. У меня вообще ничего не… есть, – на этой фразе живот Валеры предательски заурчал. Да, он не ел всё это время. С трудом прогнав из воображения образ сочащейся соком жареной курочки, призывно раскинувшей свои ноги на блюде, парень демонстративно похлопал себя по пустым карманам и продолжил: – Очнулся в лесу, без вещей. Ничего не помню.

– Да? – На простоватом лице гопника появилось некоторое удивление, и он сплюнул в сторону. – Так со мной то же самое, ёмана. Это всё инопланетяне! Понял? Из-за них всё!..

– Что?! Какие, ять, инопланетяне? – Валера невольно сам перешёл на русский матерный, поддавшись влиянию. Вообще, обычно он старался не употреблять бранных слов, в основном из-за того, что его девушка, с недавних пор бывшая, очень болезненно к такому относилась.

– Так там, – кивок в небо, – не видел, что ли?

– Н-нет… – Смутные сомнения вдруг начали кристаллизоваться и собираться в подобие понимания. Вернее, парень осознавал, что ни черта не понимает, – но было ощущение, что разгадка вот-вот проявится.

– Ты из лесу, да? Ну ясно, ёмана. Потому и не видел. Там, сверху, целая тарелка висит, понял? Во-о-он такая… – гопник развёл руками в стороны для убедительности, показывая размеры.

– Не видел… Хотя этого уже хватает, – Валера красноречиво посмотрел наверх, на серое однообразное небо. Нет, не затянутое тучами – а просто серое, бесцветное. Будто весь мир внезапно сделали чёрно-белым. Да и замерший лес вокруг, словно перед бурей – ведь за всё время, с тех пор как Валера тут очнулся, не шевельнулся ни один листик, не запела ни одна птица, не пролетел ни один комар… Даже паутина не налипала на лицо. Окружающее очень сильно походило на остановленный кадр киноленты. И никак не хотело вязаться со всем прошлым жизненным опытом, наоборот, ничуть не стесняясь, выпячивало напоказ свою неестественность и чуждость. Что случилось, почему всё так, чем можно объяснить происходящее – Валера не представлял.

– А чё ты помнишь, последнее-то? До того, как сюда попал?

– Последнее – на небо смотрел. Там было свечение какое-то, как северное сияние… Может, это связано?

– По-любому, ёмана. Я тоже посмотрел на эти штуки сверху… А потом – сразу лес. Слушай, это, пацан. У тебя куртка классная, дай поносить, а?

– Что?!. – Валера аж взвился, тут же отскочив назад и встав в стойку.

– Да шутка это, эй, ты чё, ёмана? Расслабься, хе-хе-хе, – мерзко, как гиена, залаял гопник. И протянул руку: – Я Евген.

– Валера, – чуть поколебавшись, всё же ответил парень.

– Я вот чё думаю. Не к добру это. Тарелка, что мы в лесу оказались… Надо вместе держаться, понял? А то мало ли чё, ёмана…

– Да если инопланетяне на тарелке прилетели – им всё равно, что одного человека валить, что двух. Мы для них как неандертальцы…

– Не ан дер кто, ёмана? Сам такой!

– Ну, неандертальцы – люди каменного века. Дикари. Обезьяны. Вымершие…

– Ты это, не умничай. И не юли. На вопрос-то отвечать будешь, нет?

– Да пошли, я против, что ли, – Валера даже удивился такому напору и тому, как его собеседник резко меняет настроение – вот он доброжелательный и почти вежливый, а вот – начинает быковать… Студент из благополучной семьи, он к такому не привык. В школе, конечно, попадались те ещё кадры, – но за время учёбы в университете это всё давно позабылось.

И они продолжили свою дорогу по жалобно хрустящему щебню, бурому не то от железнодорожной грязи, не то от ржавчины, теперь уже вдвоём. Новый попутчик Валеры пошёл посередине, между рельсами, всем своим видом показывая нежелание сдвинуться в сторону. Ничего не оставалось, кроме как пристроиться с краю, где удобные шпалы в основном были до верху завалены камнями. Правда, с другой стороны, нет и худа без добра – так можно было шагать шире, не подстраиваясь под слишком короткие промежутки.

Спустя пару минут Валера, которого тяготило молчание, заговорил:

– Ты откуда, кстати?

– Из Новгорода.

– Великого?

– Ага.

– Ничего себе! А я – из Питера. Это рядом, конечно, но всё же…

– Да, муть какая-то, ёмана. Вон, зырь назад – кусок тарелки торчит.

Валера обернулся. Пробежавшись взглядом вдоль тянущихся вдаль бурых полосок рельс, поднял глаза выше, к верхушкам неподвижных деревьев. И – действительно, разглядел что-то странное в просветах между листвой. Сильно удивившись при этом, как же умудрился не обратить на такую громадину внимания раньше. У парня засосало под ложечкой – ему реально стало страшно. Ситуация, в которую он невольно угодил, да и вообще всё вокруг ему всё меньше и меньше нравилось. Удивление ещё не прошло, как по хребту, царапая холодными когтями, побежали мурашки, а в душу стал проникать леденящий не страх даже – настоящий ужас. Показалось, что нечто невыразимо чуждое смотрит оттуда, издалека, что оно готово сорваться с места, сожрать жалкую букашку, возомнившую себя властелином мира и вершиной пищевой цепочки… И вдруг захотелось куда-нибудь спрятаться, так, чтобы не было видно с неба. А то мало ли что… Какие-то мгновения парень даже всерьёз обдумывал мысль снова скрыться в лесу, хотел предложить такой вариант. Но посмотрел на внешне невозмутимого спутника, решил всё же оставить мысли при себе.

Догнав его, и не подумавшего ждать зазевавшегося спутника, и поминутно оглядываясь на висящую в небе тарелку, Валера снова пошёл рядом. Сделал ещё несколько попыток начать разговор – но они все глохли, едва только начавшись. Оба невольных попутчика были заметно уставшими, да и Евген вообще, по всей видимости, не горел желанием общаться. Компания этого немногословного и со всех сторон подозрительного типа начинала тяготить. Так же как и то, что приходилось идти теперь медленнее. Ведь понемногу темнело, а встречать ночь не пойми где не хотелось совершенно. Странное серое небо будто набухало и всё сильнее давило на землю тьмой, это действовало на нервы. К тому же было всё так же тихо – ни ветерка, ни шороха, будто мир умер…

Опостылевшая за много часов железнодорожная колея уже буквально начинала бесить, а то, что дороге не видно конца, напрягало всё сильнее. Жалобно урчащий в животе голод и сушившая горло жажда не давали раздражению разрастись, перейти в активную фазу, и до времени задвигали его подальше, на задворки сознания. Однако злость тихо тлела, готовая выплеснуться в любой момент.

К счастью, идти так оставалось уже недолго: впереди показался какой-то просвет, и, не сговариваясь ускорив шаг, спутники быстро вышли к железнодорожному переезду. Там их ждало неожиданное зрелище. На обеих полосах и даже на обочинах дороги стояли машины – огромная пробка, тянувшаяся настолько, насколько хватало глаз. Причём, судя по всему, все когда-то двигались в одном направлении, будто убегая от чего-то… Когда-то – потому что шины практически у всех автомобилей были спущены, металл на многих уже начала покрывать ржавчина, не говоря о том, что тут и там виднелись битые стёкла и фары.

– Что тут происходит, ёмана? – Евген задал явно риторический вопрос.

– Скорее, происходило… Вряд ли что-то хорошее.

– Слушай… А ты веришь в зомби? Вдруг случился этот… Зомби-апокалипсис, понял?

– Не верю. Вернее, не верил… Сейчас, кажется, готов поверить во что угодно. Но – может, это просто какая-то старая свалка?

– Свалка, ага… Вон джип почти новый, ёмана! Ну, был новым недавно. Никто бы в своём уме не избавился от него. Да и не так они выглядят, свалки эти… Тут явно что-то нечисто, это я тебе говорю, понял?

Валера не ответил, но молча согласился. На что-то естественное и нормальное всё происходящее вокруг походило мало. Особенно небо. Всё что угодно можно было бы объяснить, но не его… И висящую там тарелку. Невольный взгляд нашёл её всё так же неподвижно висящей где-то там, вдалеке.

– Пошли, пошмонаем. Может, найдём чего…

– Э-э-э…

– Да не дрейфь! Зуб даю, хозяева не вернутся, – с этими довольно страшными, если задуматься, словами Евген направился к машинам. И Валера последовал за ним, поколебавшись только совсем чуть-чуть. Сначала осторожно, а потом – всё смелее и смелее, он начал залезать в те машины, что были открыты, и у которых были разбиты стёкла, а через какое-то время даже решился на то, чтобы самому вламываться в те, где оказывалось заперто. Помогала в этом найденная в одном из первых же обследованных автомобилей фомка.

Как назло – ничего действительно полезного долго не попадалось ни первому, ни второму. Только аптечки, огнетушители, гаечные ключи, компрессоры, высохшие влажные салфетки, прочий хлам… Пара сумок, куртка, в которой явно валялись по земле и всю извозили в масле. Оранжевые безрукавки. Всё это добро извлекалось наружу, сваливалось в кучу, но практическая применимость его была сомнительной. Не попадалось ни крошки съестного, ни единого засохшего сухаря, не говоря уже о воде… Учитывая всё более и более сгущавшуюся тьму, перспектива спать прямо здесь, посреди леса, голодным и изнывающим от жажды становилась всё более реальной. Но тем не менее, поиски были не напрасны – в конце концов их ждало кое-что очень интересное.

Когда Евген окликнул Валеру, тот как раз с досадой и всё крепнущим – куда уж дальше? – раздражением вылезал из очередной легковушки. Оглянувшись на звук, парень увидел машущего рукой спутника. Тот высунулся из кузова съехавшего в кювет армейского грузовика, с ещё различимой сквозь ржавчину чёрной краской на госномере.

– Эй, ходь сюды! Тут чё-то везли, ёмана… Помоги вытащить, а?

Валера неспешно подошёл, встал под кузовом и с несколько отстранённым любопытством помог извлечь наружу металлический ящик со странной эмблемой сбоку – перевитыми между собой разноцветными спиралями, которые при первом взгляде напоминали клубок ниток.

– Так, посмотрим, чё тут служивые везли…

Крякнув, Евген одним резким движением вскрыл монтировкой крышку ящика – будто всю жизнь этим занимался. Хотя, кто знает – может, оно так и было… Запустив руку внутрь, спустя пару мгновений гопник без всякой торжественности извлёк наружу что-то слегка блеснувшее в скудных остатках вечернего света.

– Ого! Это они чё, ювелирный вынесли, что ли?

Ящик был доверху заполнен тускло переливающимися браслетами. Секунду поколебавшись и оценивающе посмотрев на спутника, крутившего в руках безделушку, Валера тоже взял одну. Евген не стал препятствовать.

– Знаешь, не похоже на бижутерию… Может, часы? Смотри, тут типа экрана что-то.

– Хм… Секретные разработки, ёмана? – гопник мерзко хихикнул собственной несмешной шутке и натянул браслет себе на левую руку. – Да, это не для девок делалось…. На мужску… Что?!!

Валера дёрнулся от резкого вскрика своего спутника и уставился на него расширенными глазами.

– Он затянулся! Мля, мне не снять его! Что за х… – вопли гопника вдруг оборвались, а взгляд застыл, будто он всматривался куда-то.

– Эй, что случилось? С тобой всё в порядке? Евген! Женя!..

– Нормуль… Ни хрена себе штучка… – пробормотал, будто не слыша, спутник Валеры, начав странно шевелить перед собой руками и тыкая в воздух пальцем. Спустя пару секунд он протянул руку в ящик, достал и натянул второй браслет. Валера увидел, как «экран» безделушки блеснул, а кольцо блестящего металла тут же жадно стянуло подставленное ему запястье. Не было видно никаких сочленений и движущихся сегментов – наоборот, было похоже, будто оно просто ужалось, словно резинка.

– Что происходит? Что за фигня вообще?

Евген, всё так же ничего не отвечая, медленно скрестил руки на груди – так, что браслеты коснулись друг друга и внезапно вспыхнули яркой вспышкой.

– Заряда ему не хватает, ёмана… – всё так же глядя в никуда и водя по воздуху руками, бормотал Евген. Валера перевёл взгляд на браслет, который крутил в руке. Повинуясь внезапному наитию, схватил и быстро натянул его, а следом – ещё один. Две вспышки, и металлические кольца сели как влитые. Очень странное чувство – будто надел часы. Пользуясь в обычной жизни для того, чтобы посмотреть время, мобильным телефоном, Валера уже и позабыл давно, каково это. А сейчас – будто в детство вернулся, где с гордостью носил часы, подаренные отцом…

Все эти мысли-ощущения пронеслись в голове за считанные мгновения. А потом…

Комплекс индивидуального усиления приветствует вас. Осуществить привязку?

Не пойми откуда взявшиеся буквы высветились прямо перед глазами, в воздухе. Там же, снизу, мигнуло две кнопки:«Да» и «Нет».

Валера, сам не поняв как, заставил нажаться первую кнопку.

Состояние заряда – 5 единиц. Рекомендуется подзарядить батареи. Осуществить переход в спящий режим?

– Нет-нет, не надо! Что ты такое-то?.. – пробормотал про себя парень.

Перед работой, комплекс настоятельно рекомендуется настроить. Желаете сделать это сейчас? Да/Нет

«Да!»

Введите позывной!

«Глаз!» – так ещё одноклассники прозвали его, за «хорошее» зрение. Сокращение от «Соколиный Глаз». Да, на удивление среди них было несколько, видевших очередную экранизацию Фенимора Купера.

Выберите энергетические настройки!

Под приглашающей надписью материализовалось несколько бегунков непонятного назначения… Валера нажал на видневшуюся ещё ниже кнопку «Пропустить». Что это и для чего нужно, он не понимал, поэтому, опасаясь напортачить, просто оставил параметры по умолчанию.

Базовые улучшения…

Подождите, идёт сканирование носителя…

10 %… 20 %… 50 %… 100 %!

Доступны базовые улучшения:

Повышение производительности сердца и надёжности сердечно-сосудистой системы. Ожидаемый эффект: 176 %. Энергозатраты: 950 единиц. Время улучшения: 76 часов.

Расширение диапазона пригодных для дыхания составов воздуха, увеличение производительности и объёма лёгких. Ожидаемый эффект: 215 %. Энергозатраты: 750 единиц. Время улучшения: 60 часов.

Ускоренная нейтрализация и выведение из организма ядов и токсичных веществ. Ожидаемый эффект: 245 %. Энергозатраты: 600 единиц. Время улучшения: 48 часов.

Увеличение прочности костной ткани, связок и суставов. Ожидаемое улучшение: 245 %. Энергозатраты: 1800 единиц. Время улучшения: 144 часа.

Увеличение прочности и эффективности сокращения мышечной ткани. Ожидаемое улучшение: 315 %. Энергозатраты: 1700 единиц. Время улучшения: 136 часов.

Улучшение кровообращения мозга. Ожидаемый эффект: 145 %. Энергозатраты: 400 единиц. Время улучшения: 32 часа.

Оптимизация и ускорение нервной системы. Ожидаемый эффект: 193 %. Энергозатраты: 800 единиц. Время улучшения: 64 часа.

Общее усиление иммунитета. Ожидаемое улучшение: 217 %. Энергозатраты: 1000 единиц. Время улучшения: 80 часов.

Повышение остроты слуха. Ожидаемый эффект: 190 %. Энергозатраты: 400 единиц. Время улучшения: 32 часа.

Восстановление и повышение остроты зрения. Ожидаемый эффект: 315 %. Энергозатраты: 400 единиц. Время улучшения: 32 часа…

Валера ошалело смотрел на все эти надписи и цифры, и у него никак не получалось поверить в их реальность. Что это такое перед ним? Чья-то злая шутка? Неужели сейчас, вот просто выбрав эту опцию – восстановление зрения, – он снова станет видеть всё чётко и ясно, без всяких линз, очков и операций? Да ни за что, это же бред какой-то!

Но… Как парень ни заставлял себя критично относиться к реальности и осуществимости этих открывшихся внезапно перспектив, поверить в них уж очень хотелось. Окажись всё правдой – получалось, у него на руках настоящее сокровище! К тому же после серого неба и висящей в нём тарелки можно было ожидать чего угодно. Поэтому Валера продолжал завороженно читать, всё дальше и дальше… Половина информации проходила мимо, из-за того, что внимание постоянно сбивалось, отвлекаясь на бурлящие внутри мысли. Но последние пункты заставили вновь встрепенуться и позабыть обо всём.

…Базовая процедура омоложения. Ожидаемый эффект: 10,5 %. Энергозатраты: 2900 единиц. Время улучшения: 232 часа…

Омоложения?.. Он даже помотал головой, стараясь стряхнуть наваждение. Конечно, сейчас такая вещь ему была нужна не больше, чем слону пятое колесо, но… Знать, что ты всегда можешь стать моложе – это же мечта любого человека!..

Дальше читать Валера смог лишь после того, как с немалым усилием заставил себя вновь сконцентрироваться.

Настоятельно рекомендуется! Базовое общее усиление. Ожидаемый комплексный эффект: 133 %. Энергозатраты: 1400 единиц. Время улучшения: 120 часов.

Специальные улучшения доступны только после выбора базового направления развития. Выбрать базовое направление развития?

«Да!».

Доступны базовые боевые направления развития:танк, штурмовик, стрелок, пулемётчик, гренадёр, разведчик, кавалерист, санитар, машинист, сапёр.

Доступны базовые небоевые направления развития:охотник, агроном, животновод, врач, портной, слесарь, инженер, строитель.

Специальные и дополнительные направления развития открываются после повышения коэффициента эффективности до двадцатого уровня.

И нечто похожее на курсор рядом, замершее будто в ожидании выбора.

Встряхнувшись, Валера выбрал«Выход». Потом, всё это потом… Ведь если то, что сулят эти заветные браслеты – правда, спешить ни в коем случае нельзя. Особенно учитывая низкий заряд и отсутствие понимания, как его увеличить.

Вновь вернувшись в реальность, парень тут же столкнулся с изучающим взглядом Евгена, в кои-то веки смотревшего прямо.

– Чё, тоже примерил? Как тебе штуковинка эта, а, ёмана? Чё выбрал?

– Да посмотрел пока только… А ты?

– Ага, тоже… – Глаза гопника опять убежали куда-то вниз и в сторону. У Валеры почему-то не возникло сомнений, что собеседник врёт.

Евген кинул обратно в ящик ещё одну пару браслетов.

– Что, не получилось несколько надеть?

– Не, не даёт… Говорит – эта штука, только одна может быть.

– Ладно, браслеты это хорошо… Но только – жрать-то что будем? Ты хоть что-нибудь нашёл съестного?..

– Не. Ничего нет, ёмана… А брюхо крутит уже! Пошли дальше, машины трясти…

И они вновь вернулись к прерванному занятию. Уже почти совсем стемнело, на небе, как раньше солнца, теперь не видать было ни звёзд, ни луны. Искать приходилось на ощупь, ведь никаких фонариков, понятное дело, ни у кого не было.

Но вскоре Валере, наконец, повезло – в одной из машин нашёлся небольшой рюкзачок, с несколькими пачками сухарей внутри и с вставленной в боковой карман пластиковой бутылкой, наполовину заполненной водой. Правда, радость оказалась неполной – с шипением открученная пробка выпустила наружу мерзкий запах затхлости.

– О, сухарики, неплохо! Жаль, пивка нету… – материализовался откуда ни возьмись Евген.

– Сам-то нашёл чего? – немного неприязненно спросил Валера.

– А то. – Щёлкнуло, и в воздухе метнулся огонёк.

– Зажигалка?

– Угу.

– Круто. Значит, можно попробовать вскипятить воду… Найти бы в чём.

– Так в бутылке и вскипятим.

– А не расплавится?

– Не, нормуль. Давай сюда… Фу-у-у! Как насерил кто, ёмана. Не, не буду это пить, даже кипячёное. Дристать неохота.

– Вот и я про то же… В принципе, пустых-то бутылок много, даже больших, на пять литров. Найти бы речку какую…

– Так пошли искать. Ты туда, я сюда…

– Ну можно… Кстати. Не поднимешься на насыпь, не посмотришь световые пятна в небе? Ну, знаешь, как от городов обычно?

– А чё сам-то не сходишь, не посмотришь, а? Нашёлся командир! Я те шестёрка, что ли?..

– Так я вижу плохо… А посмотреть бы надо. Вдруг не туда идём.

– А-а-а! Четырёхглазик! Токо очков не выпало, хе-хе!

– Не смешно. Сам вон, без сигарет мучаешься…

– Да, ёмана… – Евген заметно погрустнел. – Ладно, потопали искать уже. Свисти, если найдёшь…

– Ага…

И они разошлись – парень пошёл по дороге ещё дальше, от переезда, а его спутник – в противоположную сторону. Брошенные машины, замершие едва различимыми густыми сгустками темноты, лес, обступивший со всех сторон, две стены которого ощущалаись почти физически, мёртвая тишина – всё это напрягало и даже пугало. И особенно остро напряжение стало ощущаться, когда Валера остался один. Кто бы мог подумать, но он поймал себя на мысли, что хочется вернуться назад. Не самая приятная компания Евгена казалась теперь действительно желанной. Спустя какое-то время ещё и начало казаться, будто кто-то смотрит в спину. Парень начал время от времени оборачиваться, – но, понятное дело, никого не видел. Изо всех сил сдерживая поднимающиеся волны панического страха и порывы броситься назад, Валера продолжал идти вперёд, осторожно ступая и стараясь не шуметь.

К его огромному облегчению, не успел он отойти и нескольких сотен шагов, как послышалось слабое журчание и повеяло прохладой, и в почти непроглядной темноте с трудом удалось различить очертания ограждений моста. Как показалось, даже дохнуло слабым ветерком. Валера начал спускаться, практически на ощупь, на четвереньках и ногами вперёд. Несмотря на предосторожности – сразу же едва не съехал вниз, из-за осыпавшейся из-под ног земли. Сердце бешено забилось, парень постарался продолжить спуск ещё аккуратней – что было не очень удобно, учитывая две большие пластиковые бутыли в одной руке, и фомку, которую ни за что не хотелось оставлять, – в другой. Но пронесло, удалось отделаться лишь промоченным кроссовком – после того, как в очередной раз нащупывал опору, Валера неожиданно угодил им прямо в воду.

Аккуратно нагнувшись и быстро наполнив обе бутыли – не до конца правда, а как получилось, – он полез обратно наверх. Представил прохладную живительную влагу во рту и еле-еле удержался, чтобы не отведать сырой водицы на месте, прямо из неудобного широкого горлышка. Очень не хотелось потом сидеть по кустам… Выбравшись на дорогу, парень решил не свистеть – почему-то очень не хотелось шуметь. Просто начал возвращаться, так же как и раньше, крадучись. Правда, теперь ещё и омерзительно чавкая промокшей обувью… И продолжая, на всякий случай, оглядываться.

А потом сзади раздался хруст, в оглушительной тишине прозвучавший удивительно громко. И Валера тут же, позабыв обо всём, сломя голову помчался обратно по дороге. Волна неконтролируемого ужаса накрыла с головой, с нею ничего нельзя было поделать. Этот безобидный, казалось бы, звук словно отпустил натянутую тетиву. Не видя толком дороги, разбрызгивая с таким трудом добытую воду, парень понёсся сквозь темноту. Больно врезался куда-то коленом, в глазах аж потемнело, упал, вскочил снова. Побежал дальше, боясь остановиться хоть на секунду и сдерживая желание оглянуться назад… И едва не ударил фомкой внезапно появившегося прямо перед собой Евгена.

– Эй, легче, парень! Ты чё, ёмана?

– А, это ты… – задыхаясь и хватая ртом воздух, Валера развернулся назад и стал до рези в глазах всматриваться в темноту. Совершенно бесполезно – он ничего не видел.

– Так чё случилось-то?

– Хрустнуло там что-то.

– Хрустнуло? – Евген засмеялся.

– Да, хрустнуло, – немного обиженно, ответил парень. – Я за всё время до этого не слышал ни одного звука вообще, кроме собственных шагов. А тут – хрустнуло.

– Так ты, наверно, сам и хрустнул!

– Не… – уже не так уверенно ответил Валера. В конце концов – и правда, чего он испугался? Может, это он действительно сам и был причиной того звука? Наступил на провод, или ещё на что… Или – послышалось…

– Воду-то нашёл?

– Да, вот… – одну бутылку Валера уронил, из второй, судя по всему, много разлилось. Но тем не менее что-то там всё равно плескалось.

– Чё так мало-то?

– Сходи, набери. Я туда ни за что не вернусь… Пока не посветлеет, по крайней мере. Так что нету желания?

– Ладно, давай сюда. А то и правда, хрустнет ещё чего… Буду, как ты, бегать, ёмана, – снова заржав, Евген забрал бутылку и, щёлкнув зажигалкой, подсветил себе.

– Можешь огонёк прикрывать? Издалека видно.

– Да чё ты шуганый-то такой?

– Не шуганый, а осторожный. Вон, давай там между машинами устроимся… Э, постой, ты прямо так пить собрался? Можно же заразу какую схватить! Кто его знает, откуда эта река течёт…

– Хорошо, хорошо, ёмана. Уговорил. Будем кипятить.

Спустя какое-то время колдовства в темноте появился небольшой костерок из всякой горючей мелочёвки и мусора. Из большой пятилитровой бутыли воду перелили в маленькую, на полтора, и уже ту подвесили над огнём, при помощи верёвки и палки.

Гопник остался следить за процессом, а Валера отошёл в сторону и зашёл за угол какой-то машины. Там он подложил на асфальт сложенную в несколько раз картонную коробку и тяжело опустился на неё, оперевшись спиной на колесо. Лицом сел, само собой, туда, откуда недавно прибежал, испугавшись непонятного звука. Тревога и беспокойство хоть и чуть поутихли, но окончательно всё никак не хотели отпускать, и одна мысль оставить ту, условно опасную, сторону сзади, подставить ей беззащитные тылы, заставляла всё внутри сжиматься и холодеть. С другой стороны – парень понимал, что страх скорее всего не обоснован, и старался хотя бы внешне не проявлять его… И, конечно же, он не видел мелькнувшую вдалеке, между машинами, безмолвную и бесшумную тень.

Зато вдруг осознал, насколько замотался. Расслабленные, наконец, ноги налились тяжестью, натруженные за этот долгий день ступни горели, чуть побаливали натёртые мозоли – последствие студёной болотной воды и того, что кроссовки после встречи с нею высохли далеко не сразу… Да и вообще не хотелось двигаться – хоть даже поднять руку с холодного асфальта и переложить себе на колени. Мысль же о том, что может понадобиться куда-то идти и что-то делать, казалась просто чудовищной.

Со стороны Евгена раздался щелчок, заставивший вздрогнуть, а потом – удивлённый возглас. Валера чуть напрягся, но потом расслабился, услышав уже куда более спокойное бормотание спутника.

– Эй, ходь сюды! Посмотри на это, ёмана! – послышалось чуть более громко. Причём гопник тоже вроде говорил приглушённо. Проникся, что ли?..

Валере ничего не оставалось – пришлось вставать… Стараясь двигаться тише и смотреть во все глаза по сторонам – пусть ничего и не было видно – подошёл к спутнику.

– Вот, глянь-ка на это, – Евген подпалил свёрнутую газету наподобие факела и повернулся к одной из машин, у которой был поднят капот.

– И что там?

– Ты смотри, смотри…

Валера посмотрел – и ничего не увидел.

– Я это… Не вижу что-то ничего, – нехотя признался он, внутренне подготовившись к очередной шутке со стороны.

– Так всё верно, ёмана. Потому и не видишь, что там ничего нету! Ничего, понял?..

– Как нет ничего?

– Я уже третью машину проверил. Хотел масла слить, бензин-то проверял уже, нет нигде. Капот открыл, подсветил… Смотрю, а там – ничего, понял? Пошёл к следующей… Потом ещё… И получилось, что они все – будто выпотрошенные.

– И что?

– Да кто его знает. Чё-то подумалось, странно это. Неспроста, ёмана. Да к бабке не ходи, неспроста!

– Наверняка. Только вообще-то всё, что произошло за сегодня – или уже за вчера, не знаю, сколько времени сейчас – оно одинаково странное. И всё явно неспроста…

– По-любому. Ладно, закипело там вроде.

Не сказать, конечно, чтобы это было самое вкусное в жизни Валеры питьё – но уж точно одно из. Все соки, лимонады, вина и экзотические напитки не шли ни в какое сравнение с этими каплями обычной кипячёной воды из закопчённой пластиковой бутыли. И плевать на специфичный привкус, плевать, что обжёг язык – это было просто божественно.

С трудом удалось заставить себя оторваться и оставить на потом, чтобы было чем запить скудный ужин из нескольких пачек сухариков. Евген, которому отошли несколько из них, громко хрустел и чавкал, – но даже это не могло испортить наслаждение моментом. Все страхи и опасения наконец отошли на второй план.

– Ну чё, по койкам?

– Куда?

– Спать, говорю, пошли. Один хрен темно же. Чур, вон та – моя!

– Что твоя?

– Машина, говорю. Я вон в той сплю…

– А-а-а…

На сытое – хотя какое сытое, одно только название – брюхо мозг Валеры начал тормозиться и работать с перебоями. И парень счёл за лучшее взаправду переместиться в горизонтальное положение, оставив все заботы на следующий день.

Он завалился на заднее сиденье какого-то автомобиля, захлопнув все двери. И в этот момент вдруг отчётливо осознал своё полное одиночество. Раньше просто некогда было задуматься ни о чём таком, всё время приходилось решать какие-то сиюминутные задачи, думать получалось только о более приземлённых вещах. А тут вдруг навалилось… Парень с тоской вспомнил родителей, друзей, знакомых. Отчаянно хотелось верить, что у них всё хорошо и в порядке, – но возможности убедиться в этом, к сожалению, пока не было. К счастью, длилось такое состояние недолго, усталость не дала долго предаваться тоске. Глаза сами собой закрылись, а мысль прервалась, не окончившись.

Глава 2

Он проснулся резко – вот спал как убитый, не видя сновидений, а вот – лежит с широко открытыми глазами, не двигаясь, и пытается понять, что же его разбудило. Уже слегка светало, хотя всё ещё было достаточно темно. Сколько времени точно, определить не представлялось возможным – но похоже было, что где-то от четырёх до шести.

Лёгкий стук по корпусу автомобиля заставил напрячься. Рука, которая даже во сне не отпускала фомку, сжала нагретый металл ещё сильнее. Валера продолжал лежать неподвижно, хотя и напрягся весь, готовый к рывку. Стук повторился, потом ещё и ещё… И тут до парня дошло, что это всего лишь набирающий силу дождь. Парень невольно порадовался, что оказался под крышей, и не страшно промокнуть – не хотелось даже думать о том, что было бы, если бы пришлось заночевать где-нибудь в лесу или на дороге, без возможности укрыться от разбушевавшейся непогоды.

Как всегда во время дождя, пробудилось какое-то инстинктивное беспокойство – всё ли укрыто, не намокнет ли что. Тут же сам себе усмехнулся – всё найденное накануне, конечно же, валяется прямо на земле, и может оказаться жертвой стихии. Но идти сейчас, убирать всё это, желание отсутствовало напрочь. Не такие уж там ценности собраны.

С такими мыслями Валера опять отошёл в царство грёз и вновь проснулся уже много позже. Дождь всё так же колотился о корпус и стёкла машины, шелестел в кронах деревьев, но по сравнению с первым пробуждением стало заметно светлее. А ещё мерзкая промозглая сырость жадно забиралась под одежду, туда, где ещё хранились остатки тепла. И парень понял, что у него зуб на зуб не попадает – это, видимо, и разбудило его.

Вылезать наружу, где разгулялась непогода, очень не хотелось. Но выхода, к сожалению, не было… Открыв дверь, Валера сморщился от влетевших внутрь брызг и студёного ветра – оказывается, то, что он посчитал сначала за холод, это было ещё тепло. Резко выскочив наружу, он тут же ощутил, как одежда начала намокать, а несколько капель попали за шиворот. Быстро огляделся, и, сориентировавшись, резво припустил в ту сторону, где накануне сваливал найденное добро. Накинуть ту запачканную в масле куртку сейчас было бы в самый раз.

Однако все «богатства» плавали в луже и представляли собой печальное зрелище. Поэтому, спасаясь от холодных водяных струй, Валера запрыгнул внутрь того самого вчерашнего армейского грузовика. И столкнулся нос к носу с Евгеном.

– Утречка, – осклабился гопник. При свете дня его лицо, заметно заросшее щетиной, казалось даже более неприятным, чем накануне.

– Доброго… Ты что тут делаешь?..

– Так это, ревизию провожу. Богатства своего.

– Своего?

– А чьего же ещё, ёмана? Я нашёл? Я. Какие вопросы-то?

– Да никаких… Если что, я половину найденных сухарей тебе отдал. Не помнишь?

– Сравнил тоже. То сухари, а это… Это же огромные деньги!

– Деньги?

– Ага. Знаешь, за сколько эти штуки можно загнать? О-о-о-о…

– Ну, хорошо. Разбирайся тогда с богатством своим. А я пойду…

– Да ладно, остынь. Чё ты в самом деле? Хочешь, десять процентов тебе? Только помоги перепрятать…

– Перепрятать?

– Ну да. А то, мало ли кто ещё в этом лесу оказался. Не делиться же, ёмана?..

– И куда хочешь прятать?

– Да чёрт его знает… Не думал пока…

– Под мост? Где я воду набирал?

– А что, идея! Кто туда полезет? Ну так чё, ты в теме?

– Ага. Давай так – я возьму браслетов сейчас, сколько в рюкзак влезет. На больше не претендую. И помогаю остальное перетащить под мост. По рукам? – Валера постарался скрыть усмешку – больно забавляла жадность гопника и его зыбкая надежда разбогатеть. Но парень не стал вслух озвучивать свои мысли и сомнения, которых было полно. Пусть Евген витает в облаках и считает, что заключает выгодную сделку.

– Точно больше не хочешь? Ну тогда лады. Давай вылазь, я подавать буду…

– Может, сам вылезешь?

– Да какая разница, всё равно оба промокнем!..

– Ладно, постой. За рюкзаком сбегаю сначала… Сейчас вернусь.

Валера выпрыгнул и со всех ног припустил обратно, к плавающей в воде куче трофеев. Выудив оттуда промокший насквозь рюкзак, старый, советского типа, прибежал обратно и заскочил с ним под тент.

– Вот, сюда и напихаю… – стараясь не замечать жадный взгляд Евгена, быстро набил внутрь браслетов, сколько влезло, и затянул верёвку на горловине.

– Готово. Пошли таскать…

Положив два ящика, довольно тяжёлых, друг на друга, они взялись за них – Валера спереди, Евген сзади – и быстро зашагали в сторону моста. При свете дня от вчерашних страхов не осталось и следа, вообще всё происшедшее казалось глупостью и игрой воображения. Даже эти странные браслеты. Куда более реальной проблемой был мерзкий дождь, уже промочивший одежду насквозь, и пробирающие до костей сырость и холод.

Но когда они дошли до моста, Валера увидел кость. Сначала он не понял, что это. Специально свернул чуть в сторону, подошёл поближе и наклонился, чтобы лучше разглядеть. Кость была большая, явно принадлежавшая при жизни кому-то достаточно крупному, и свежая – о чём говорили не до конца обглоданные кусочки мяса.

– Эй, ты чё?..

– Видишь?

– Ну, вижу, ёмана. И?

– Вот отсюда я и слышал вчера хруст.

– Крысы, может.

– Ага, конечно, крысы… Короче, я бы посматривал по сторонам.

– Ладно, ладно, будем посматривать. Только давай ящички сначала перенесём, лады?

– Да перенесём уж…

Под мостом ждала ещё одна «приятная» неожиданность: густо-жёлтая вода речки текла среди наваленных груд всевозможного мусора, автомобильных покрышек, бутылок…

– И мы пили вчера ЭТО?..

– Да ладно тебе. Кипятили же!

Чтобы перенести весь груз, пришлось сделать где-то пару десятков ходок. Это позволило наконец согреться, несмотря на одежду, набухшую от воды и мерзко прилипавшую к телу. Но Валера понимал, что это временно, в последний раз возвращался уже бегом – просто для того, чтобы не остывать.

– Эй, ты куда?

– Греюсь! Давай подсушимся, найдём каких-нибудь дождевиков-зонтиков и потом пойдём только, а? А то, чёрт знает, сколько ещё пилить-то!

– Ага, ну давай…

Добравшись до того места, где накануне закончили мародёрку, Валера стал быстро обыскивать нетронутые машины, на предмет горючих материалов, сухой одежды, да и съестного заодно. Есть-то уже опять хотелось, и довольно сильно. Он доставал всё – старые выцветшие журналы, атласы дорог, тряпки, канистры, к сожалению – все, как на подбор, пустые… Найденное переносилось в грузовик. Несколько быстрых вылазок в лес, недружелюбно встретивший мокрой травой и ветками, позволили набрать хвороста и наломать веток, как очень хотелось надеяться, влажных только снаружи.

– Блин, где бы костёр запалить? Давай, может, тент с грузовика снимем, и натянем между деревьями?

– Нафига? Давай в грузовике прямо и разведём?

– В кузове?

– Ну так а чё? Дырку только сделать сверху…

– Ладно, я тогда туда всё несу… Подпалишь?

– Ага, щас… – Евген выбрался из очередной машины, которую потрошил, с креслом в руках.

– Думаешь, будет гореть?

– Это – сиденье. Сиденье для того, чтобы сидеть, понял? А не чтобы жечь…

– А-а-а… Комфорту захотелось…

– Типа того! Чё бы нет-то, ёмана?..

Недолго думая, Валера последовал примеру товарища и перетащил в кузов грузовика ещё одно сиденье, для себя.

У них долго не получалось развести огонь – даже когда-то сухой хворост успел достаточно намокнуть, а бумага серьёзно отсырела. Проблему решила пара скомканных пластиковых тарелок, жутко чадивших мерзким чёрным вонючим дымом, но зато занявшихся «на ура». И вскоре в кузове грузовика стало очень дымно, но зато – почти тепло.

– Евген… А нас с неба не засекут, эти? А то дымовуху тут устроили…

– Ты чё, вообще всего боишься?

– И ничего я не боюсь…

– Ага, конечно. Совсем ничего!

– Иди ты…

– Хе-хе. Да ладно, слышь, не очкуй! На улице вон дождь стеной, сквозь него не видно ни черта. Да ты и сам говорил – чего им до нас, не ан дер… Как там?

– Тальцев… Ну-ну…

Валеру доводы спутника не убедили, но он решил – будь что будет. Прилетят маленькие зелёные человечки, значит прилетят. Главное, что не к хладным трупам. Парень устроился на своём сиденье, предварительно с трудом заставив себя раздеться, чтобы просушить одежду над огнём, а также стянув и поставив рядом с костром промокшие насквозь кроссовки. На себя накинул несколько найденных в машинах вещей, явно не первой свежести, но вроде бы тёплых. Еды найти так и не получилось, живот активно высказывал протесты сложившейся ситуации, но – хотя бы проблема с питьём теперь решалась дождевой водой.

Незаметно, Валера опять задремал. И к реальности его вернул матерный возглас Евгена.

– Что случилось?

– Ты только посмотри на это, ёмана! Там снег пошёл!

– Снег?

Неохотно вылезая из уютного кокона, образованного несколькими куртками, Валера высунулся наружу. И тоже выругался.

Снег валил стеной, причём стало заметно холодней. Это опять рождало всякие нехорошие подозрения и скверные мысли. А вдруг случилась война, с теми же инопланетянами? И то, что они сейчас наблюдают – начало ядерной зимы? Или чего-нибудь такого рода? Конечно, многое всё равно не поддавалось объяснению… Но некоторые факты, наоборот, очень хорошо ложились на такой сценарий.

И парня вновь пробрало. То страшное и неведомое, от чего он изо всех сил старался отгородиться и что старался не замечать, делая вид, что всё в норме – оно вновь нависло грозной тучей над головой… И деваться от него было некуда. Валера ощущал себя щепкой, которую бурная река с огромной скоростью несёт куда-то. Бьёт о камни, бросает, накрывает волнами. И совершенно не утруждает себя объяснениями, зачем она это делает, и куда её в итоге принесёт.

– Ну, и что делать-то будем?

– Да чё думать-то тут, ёмана! Надо к людям выбираться. Здесь останемся – околеем и с голоду сдохнем, да и чё тут делать…

– Ну это понятно. Вопрос был, как. Думаю, надо бы собрать всё, что можем унести, и с собой взять… Я бы тент снял, кстати. Если что, его можно на манер палатки использовать. Жаль, сиденья с собой не утащишь…

– Ага. Так и сделаем. Я ещё рюкзак нашёл, и сумку… Ща, соберу своё. Только тент этот тяжеленный, сам потащишь. Если сможешь.

Евген тоже отложил себе браслетов, причём – гораздо больше, чем набрал Валера. Но до сих пор они были просто свалены кучкой в углу в грузовике. Теперь же гопник старательно и любовно перекладывал «свои прелести» в добытую тару.

А Валера окинул взглядом то, что смог найти. И решил, что всё, что ему нужно – это только одежда, чуть заржавевший мультитул, разводной ключ – мало ли, понадобятся – топорик-фискарь, да нож. Ну и, само собой, отобранные себе браслеты и пара бутылок с водой.

Быстро приспособив всё, что нашлось, к рюкзаку, парень выпрыгнул наружу. Снег был мокрый, но всё же не такой всепроникающий, как дождь. Две надетых друг на друга куртки, одна с капюшоном, и кепка, позволяли довольно спокойно относиться к щедро сыплющейся с небес белой крупе.

Дожидаясь Евгена, Валера встал в сторонке. Рассеянно окинул взглядом округу… И весь подобрался, увидев две приближающиеся фигуры.

– Эй! Сюда кто-то идёт!

– Да? – Евген тут же настороженно высунулся из кузова грузовика, совсем низко – изнутри вовсю валил дым от почти потухшего и оттого особенно сильно чадившего костра. – Ого! Ты посмотри, какие крали к нам пожаловали! А ты, я смотрю, и правда редкостный трусишка… Девок тоже боишься, да?

– Крали? Девок? – Валера прищурился и мысленно обругал себя и своё плохое зрение. Пробираясь между машинами, к ним целенаправленно брели две особи женского пола. И это было явно не то, из-за чего стоило поднимать шухер… Хотя, с другой стороны, данное событие не являлось и таким уж ординарным.

– Ага, девок, ёмана. Э-ге-гей, девчонки, заходи на огонёк! Смотрите, какие классные парни вас тут ждут!

– К-классные, з-закурить нету? – Егвену ответил чуть хрипловатый и низковатый, но чрезвычайно приятный голос.

– Не, сами страдаем… А вы откуда? Не знаете, где тут город или село ближайшее?

– Т-тоже с-сами ищ-щем… С-слушайте, в-выруч-чайте. Пр-родрогли д-до к-костей – с-сначала под д-дождём мокли, т-теперь ещ-щё и х-холодно с-совсем ст-стало… А у в-вас тут к-костёр в-вроде, д-да?

Две незнакомки приблизились уже настолько, что Валера смог их разглядеть. Обе были высокие, молодые, и обе определённо очень сильно мерзли. Одна, которая говорила, являлась жгучей брюнеткой, в коротенькой кожаной курточке, туго обтягивающих джинсах, высоких сапожках на каблуке, что смотрелось несколько инородно в такой глуши. Другая была одета в трикотажный спортивный костюм и… сразу очень понравилась Валере. Что-то в ней было такое, своё, домашнее, открытое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.