Магия под контролем

Глава 1. Капучино «Мятный сюрприз»

Старинный рояль на небольшой сцене играл сам по себе —

ровно, чисто, слишком аккуратно.

Он не сбивался, не вздыхал между нотами и не пытался вставить лишний аккорд, что обычно делал по утрам.

— Значит, день будет длинный, — подумала Марфа.

И вдруг замерла.

Зеркало? Здесь, на стене? Откуда? Вчера его точно не было.

— Каждый день какой-нибудь сюрприз! — буркнула она.

Подошла поправить фартук.

В отражении на блузке сияла аккуратная брошь.

Красивая. Элегантная.

Такая, какую Марфа никогда бы себе не купила — слишком «парадная» и жутко дорогая.

Она машинально коснулась рукой места у воротника — пусто.

— Так… — сказала Марфа зеркалу. — Ты это… без самодеятельности тут давай, понятно? Смотри у меня!

Но зеркало даже и не думало останавливаться: глаза стали ярче, ресницы темнее, на щеках проступил румянец.

Марфа прищурилась.

— Слушай… если ты намекаешь, что я так лучше выгляжу — я и без тебя знала. Зеркало ничего не ответило. Но брошь осталась.

Марфа поправила фартук ещё раз, посмотрела внимательнее… И вдруг улыбнулась:

— Ладно! Только без фанатизма, слышишь?

Запах свежемолотого кофе тёплой волной катился по залу, пар лениво поднимался над чашками, а у окна уже устроились три ведьмы — шептались, листали меню и косились по сторонам так, словно ожидали подвоха.

Одна из них окинула взглядом зал и устало прокомментировала:

— Да у них тут, похоже, кикимора всем заправляет… надо же! Важная вся такая! О, уже к нам идет!

— Добрый день! Добро пожаловать в «Заколдованный Латте»! — произнесла Марфа своим привычным суховатым, но учтивым тоном.

— Столько всего чудесного в меню, сложно выбрать, глаза разбегаются! — кокетливо растягивая слова и театрально часто хлопая ресницами, сказала ведьма в шляпе с перьями.

— Если вы здесь впервые, рекомендую наш фирменный капучино «Мятный сюрприз».

Ведьмы переглянулись.

— Почему именно его? — подозрительно спросила ведьма с зелёными волосами.

— Потому что с ним день становится лучше, — коротко ответила Марфа. — Впечатления гарантированы. Потрясающе приятные сюрпризы.

— И у всех одинаковые? — спросила ведьма в сером.

— Ну что вы! У каждого — свой, абсолютно индивидуальный сюрприз!

— Очень интересно! Берём. Три «Мятных сюрприза», пожалуйста!

Марфа кивнула.

— Эффект от напитков обычно держится около часа. А хорошее настроение, как правило, остаётся на весь день.

Ведьма в шляпе с перьями удивлённо приподняла брови:

— Один и тот же напиток… а эффект разный? Как это вообще возможно?

— Но так не бывает! — подхватила ведьма с зелёными волосами. — Зелье даёт один эффект — один! Вот как Лилит это делает?

— Конечно! Где уж нам! Мы в Магических академиях не обучались! — усмехнулась ведьма в сером.

— Ладно тебе завидовать! Лучше скажи, что ты думаешь про джинна! — вмешалась ведьма в шляпе.

— А что тут думать? Знаю точно, что Лилит когда-то освободила его из лампы, и за это он ей подарил ковёр-самолёт!

— Скажешь тоже — ковёр-самолёт! Они уже тысячу лет не летают — аккумпутеры на нуле! Где их теперь менять? Да и траекторию полёта не установишь! — возразила ведьма с зелёными волосами.

— Аккум… чего? — переспросила ведьма в шляпе.

— Аккумпутеры, дорогуша! — вздохнула ведьма с зелёными волосами. — Допотопные накопители. Без них-то не взлетишь!

— Точно! Достался мне как-то один такой коврик, — вздохнула ведьма в сером. — Хотела полетать — так он в трубочку свернулся, хрюкнул пару раз и в кому! Называется «полетала»! Ага, а вот и наш заказ!

Марфа аккуратно поставила на стол три чашки:

— Приятного волшебства!

Ведьмы склонились над чашками. Пар вился над поверхностью мягкими кольцами — тёплый, свежий, с тонким ароматом мяты.

Они сделали первый глоток.

И — на секунду — забыли, что обсуждали.

Напиток оказался удивительно нежным.

— Это… это просто идеально… — выдохнула ведьма в шляпе.

Но магия «Мятного сюрприза» никогда не заставляла ждать слишком долго.

Первой изменилась ведьма с зелёными волосами. Она моргнула, провела рукой по прядям — и замерла.

Локоны вдруг чуть дрогнули, словно их поддел ветер, который слишком хорошо знает своё дело. Ещё одно едва заметное движение — и причёска стала такой, что её не смог бы повторить даже самый суперталантливый фей-стилист.

Гладкие волны. Натуральный блеск, как будто каждая прядь была заговорена на успех.

Ведьма медленно потянулась к сумочке, выудила зеркальце, щёлкнула —

и едва не упала со стула.

— Это… же… ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ УКЛАДКА! Как из последнего журнала мод!

Она повернула голову направо — идеально! Налево — ещё лучше. Ещё раз — просто чтобы убедиться, что это не иллюзия.

— Всё! — объявила она громогласно, захлопнув зеркальце. —

К парикмахеру больше ни ногой! Каждое утро бегом сюда!

Подруги прыснули.

Но через секунду ахнули уже они.

Шляпа ведьмы — огромная, с перьями, слегка перекошенная после долгой дороги, — вдруг дрогнула. Как будто вздохнула. Потом раз — и преобразилась прямо на глазах: изменила форму, выровнялась, стала элегантнее, потемнела до глубокого мятного цвета, блестящего, как свежая глазурь, а перья превратились в тонкие, сияющие, полупрозрачные пёрышки.

Шляпа выглядела так, будто её создали специально для королевы летнего бала.

— Это же… из последней коллекции Глимериана! Только вчера смотрела его показ! Моя шляпа?! — прошептала её хозяйка.

— Ну хоть у шляпы карьера сложилась, — вздохнула ведьма в сером.

Она тоже отпила свой капучино — и вдруг встала, выпрямилась и неожиданно для самой себя начала профессиональную распевку:

— До-о… до-о… ре-е… ре-е… ми-и… фа-а… соль…

Чистый, глубокий контральто прозвучал так уверенно, словно она всю жизнь занималась вокалом.

Ведьмы опешили.

— Голос… — прошептала ведьма в сером. — У меня голос! Я хочу спеть свою любимую песню!

— Спеть?! Тебе же медведь на ухо наступил! Ты сроду в ноты не попадала! — удивилась её подруга.

Но ведьма уже выскочила из-за стола и рванула на сцену.

— Кристалл давайте сюда! — прокричала она на бегу.

Она схватила микрофон, осторожно взяла первую ноту, вторую и сразу запела чисто, уверенно, голосом, которого у неё никогда не было, но о котором она мечтала всю свою жизнь.

Рояль будто только этого и ждал: на мгновение прислушался, тут же подстроился и подхватил мелодию.

Ведьма в шляпе быстро вытащила из сумочки маленький магический кристалл.

Он мигнул и пропел тонким голоском:

— Запись света активна. Улыбнитесь!

— Видео! — приказала ведьма.

Кристалл снова мигнул, поднялся в воздух и начал плавно двигаться вокруг сцены, снимая происходящее.

Две остальные ведьмы переглянулись и тут же ринулись на сцену.

Шляпу от известного кутюрье и безупречную укладку непременно нужно было продемонстрировать.

Через секунду обе уже подпевали, старательно не выпадая из кадра.

Клиент за соседним столиком поднял руку, не отрывая взгляда от сцены.

— Нам тоже сюда пять «Мятных сюрпризов», пожалуйста!

Марфа тяжело вздохнула.

— Ну всё, пошёл дурдом по заявкам… Никогда не знаешь, с какой стороны этот «Сюрприз» тебя «засюрпризит»…

Песня закончилась, и через минуту все три ведьмы уже снова сидели за своим столиком, склонившись над кристаллом.

— Девочки… — заключила ведьма с зелёными волосами, просматривая видео. — Мы шикарны.

— Мы — легенды, — гордо заявила ведьма-певица.

Они рассмеялись.

— В сторис!

Кристалл радостно пропищал:

— Публикация отправлена в Магическое Облако! У вас уже 3 лайка… 7 лайков… 12 лайков…

— Ммм, растёт, — довольно улыбнулась ведьма-певица. — Как тесто на заклинании.

— Да… Вот это сюрприз так сюрприз! Ни слуха, ни голоса, а тут на тебе: голосистый соловей, звезда сцены! — усмехнулась ведьма в шляпе.

— Я всегда знала, что у меня талант! — парировала новоиспечённая певица с часовым сроком годности.

— Конечно. Просто очень глубоко прятался. Настолько глубоко, что без магического капучино археологи бы в жизни не нашли!

— Девочки, это точно он! Настоящий! — вдруг воскликнула ведьма с зелеными волосами.

— Кто?

— Джинн! Вон он, у кофемашины!

Ведьмы одновременно вытянули шеи, а потом, не сговариваясь, поднялись из-за стола. Любопытство оказалось сильнее здравого смысла.

Через секунду они уже стояли у стойки, изображая глубокий интерес к пирожным, названия которых никто из них не читал.

— Красавец какой… И с документами! — восхищённо прошептала ведьма в сером.

— Конечно, с документами! Он же бухгалтер!

— Джинн-бухгалтер?! Странно! А желания? Желания… он исполняет? — робко спросила ведьма в шляпе. — Непременно нужно узнать!

У кофемашины негромко звякнула чашка.

— Исполняет желания? Бесплатно?! Я что, похож на лампообразного идиота?!

Джинн слегка приподнял бровь, едва заметно улыбнулся — сдержанно, спокойно — и пошёл к служебной двери, явно давая понять, что вопрос не заслуживает дальнейшего обсуждения.

— Дамы, Азрафин — он просто бухгалтер, он не лампоспособный! — сказала Марфа.

— Не лампоспособный?! — разочарованно протянула ведьма в сером.

— А жаль…

Ведьмы переглянулись, хихикнули и снова уткнулись в кристалл.

Конечно, Марфа была не до конца откровенна, и да, она знала правду — тайну джинна без лампы. Но тайна — она на то и тайна, что не всем нужно её раскрывать.

А в зале тем временем веселье только набирало обороты. Новые сюрпризы один за другим вызывали то восторг, то умиление, то взрывы смеха.

День и правда выдался долгим и сумбурным.

Наконец, к закрытию кафе опустело.

Марфа собрала со столов последние пустые чашки и уже развернулась к стойке, когда рояль на сцене взял лишнюю ноту. Совсем тихо. Почти вежливо. Она остановилась на секунду, прислушалась, потом вздохнула и внезапно вспомнила про утреннюю брошку, достала кристалл связи:

— Лилит… а у нас тут на стене зеркало проявилось. Такое… себе на уме и с изощрённой фантазией.

— Зеркало? — Лилит вздохнула. — Похоже, осталось от прежних хозяев. И, судя по всему, переезжать не собирается. Составляй отчёт в Службу Магического Контроля. Мы обязаны сообщать в СМК о таких находках, да и правильно: пусть проверят — кто знает, на что оно способно. Не хватало нам ещё здесь странствующих артефактов неизвестного происхождения.

Марфа быстро справилась с отчётом, закрыла кафе и решила, что пора заняться делами поважнее. Её ждала особая тетрадь в комплекте с волшебным самопишущим пером.

Стоило только сказать:

— Начинаем записи в дневник!

Тетрадь сама открывалась, перо встряхивалось и зависало над бумагой в полной боевой готовности. Но для посторонних её страницы были надёжно запечатаны заклинанием.

Из дневника кикиморы Марфы

Вот сегодня день прям с утра не задался! Сначала эта, извините за выражение, «клиентка» — фея взяла «Фраппе Удачи». И что бы вы думали? Уронила кружку прямо мне на юбку, а потом её блёстки осели у меня в волосах. И я весь день бегала, как ёлка, только без гирлянды. Макс сказал: «Марфа, это же мило!» Ага. Очень мило. Особенно когда блёстки щекочут нос, и я чихаю радугой!

Потом это странное зеркало…

Да ещё и Лилит высказалась: «Марфа, будь добрее, посетители ценят атмосферу».

Ага, добрее… Будешь тут с такой клиентурой! А я, если хотите знать, и есть эта самая атмосфера, только не ароматическая! Вот!

Вообще-то Лилит, конечно, права. Просто день сегодня и правда — какой-то сплошной «Фраппе Неудачи». И что интересно: каждый раз смотришь на нашу хозяйку Лилит и думаешь: вот она, ведьма, которая может сварить кофе даже из тёмной материи. Такие странные напитки придумывает — и откуда столько фантазии? Меню постоянно обновляется — не успеваешь даже запомнить, что гостям первым делом предлагать.

А Макс — этот наш кофейный гений с медалью от самого принца — исполняет всё точь-в-точь, все её рецепты, до миллиметра. Он, конечно, конченый трудоголик, но талантливый, аж зависть берёт. Может из пенки хоть лебедя сделать, хоть портрет твоей тёщи.

А ведь у него даже магии нет, он вообще из мира людей, случайно к нам попал. И поди ж ты — нашли они друг друга с Лилит. Да так нашли, что аж до свадьбы дело дошло. Редко такое бывает.

Пиксель, естественно, сначала встретил Макса в штыки. Придирался ко всему подряд, но сейчас вроде успокоился. Ну и правильно: если ты ведьмин фамильяр, то и веди себя скромнее. Пиксель-то у нас существо заметное: такое огромное, чёрное, пушистое, разговорчивое, котообразное чудище с хвостом, ну, короче, тот ещё кот!

Хотя в своём деле он, надо признать, мастер. Всё знает, всё починит, да и вся безопасность кафе и замка Лилит вообще на нём. Но когда дело касается сливок или мороженого, куда всё его здравомыслие девается — неизвестно.

А слухи, что он якобы набрал вес, по его словам, сильно преувеличены: «Это не жир, а шерсть и защитная прослойка».

Но мы с ним, как ни странно, ладим. Он ворчит, я ворчу… Но кто-то должен ворчать! Кто-то должен следить, чтобы это сумасшедшее кафе не утонуло в пене и наивных мечтах.

Да я просто стараюсь держать этот бардак в порядке.

Но всё равно переживаю за каждого. Только знать им об этом совершенно необязательно.

Пусть думают, что у меня сердце из чугуна.

Иногда, правда, хочется бросить всё и ускакать домой на болото — далеко-далеко, где никто не будет проливать мини-латте на мои тапочки. Но куда я от них убегу? За ними же присмотр нужен.

Да и, честно говоря, заработок очень даже неплохой, опять же, еда и проживание бесплатно.

Живу как принцесса — в замке! Красота! Спасибо, конечно, Лилит за такую щедрость.

Из замка в кафе — волшебная дверь, не нужно по лесу в дождь шнырять. Я, конечно, кикимора болотная, но не до такой степени.

Глава 2. Странствующие артефакты

В Службе Магического Контроля (СМК) трудились маги высшей категории.

К их скорости нужно было привыкнуть: исчезают на секунду — и уже снова здесь.

Проверять зеркало приехала сама Мадам — так за глаза называли начальницу ОМА — Отдела Магических Артефактов.

Появление столь важной персоны было неудивительно.

К зеркалам у них особое отношение: если зеркальный код взломан — это уже неприятности национального масштаба.

Мадам была строгой до идеальности: ни лишнего движения, ни лишнего слова.

Она направила на зеркало огромный кристалл и методично «просветила» его вдоль и поперёк.

Зеркало в процессе стало ярко-красным.

Наверное, от страха.

Потом Мадам достала прибор, подозрительно напоминающий медицинский стетоскоп, и стала прослушивать зеркало, как врач пациента, — внимательно, с лёгким прищуром, явно проверяя магические вибрации.

Наконец она выпрямилась и, не меняя выражения лица, составила заключение.

Копия оного была торжественно вручена Марфе со словами:

— Настоятельно рекомендую ознакомиться всем, — она обвела взглядом присутствующих, — пока не поздно.

Затем элегантным жестом подхватила свой портфель и добавила с лёгкой небрежной полуулыбкой:

— И всем волшебного дня!

Мадам исчезла так же безупречно, как и появилась — только в воздухе остался лёгкий дымок.

Макс тут же вытянул шею:

— Ну и что там?

Марфа мрачно развернула лист.

— Так… «Объект категории «зеркало», зарегистрированный под именем «Люмен»…»

Она вскинула брови.

— Ага. У него, значит, ещё и имя есть. Слушайте дальше. «Изоляция и насильственное перемещение объекта не рекомендуются в связи с признаками хрупкой и нестабильной психики артефакта…»

Она подняла глаза:

— Психика у зеркала. Ты понял, Макс? У зеркала! А мою психику они, случайно, проверить не хотят? После общения с этими, извините за выражение, умными и ранимыми индивидо-предметами интерьера?

Пиксель лениво потянулся:

— У людей чайник просто свистит. А у нас сначала обижается, потом требует уважения.

— Вот именно! О! А вот это вообще прекрасно: «Консультация специалиста по магической психокоррекции на текущем этапе зеркалу не требуется».

Макс нахмурился:

— На текущем этапе?

Марфа взмахнула рукой.

— Нет, ну, вы видали? Для них уже и специальных психотерапевтов вывели.

Марфа снова уткнулась в бумагу.

— «Попытки убеждения допускаются исключительно в корректной и вежливой форме…»

Макс осторожно спросил:

— А если невежливо?

Марфа быстро пробежала глазами строчку ниже:

— Сейчас узнаем… «Давление, угрозы, манипулятивные практики и иные формы психоэмоционального воздействия не рекомендуются…»

Пиксель хмыкнул:

— Всё. Твой обычный стиль общения официально запрещён.

Она снова посмотрела в лист и вдруг замолчала.

— Что там? — спросил Макс.

Марфа медленно прочитала:

— «Владение артефактом не является обязательным условием для наступления ответственности. Достаточным основанием признаётся нахождение объекта на территории субъекта…»

Подняла голову.

— Отлично. То есть я его не покупала, не выбирала, оно само завелось у меня на стене, а отвечаю всё равно я? А вот это уже вообще ни в какие ворота! — Марфа прищурилась и заговорила с притворным канцелярским выражением, явно копируя манеру Мадам слегка растягивать слова:

— «Принудительное возвращение объекта владельцу невозможно. Допускается исключительно добровольный возврат при наличии согласия артефакта». Как вам такое?!

Макс моргнул:

— То есть… вернуть его хозяину нельзя?

— Насильно — нельзя, — сказала Лилит. — Только если Люмен сам согласится.

Марфа медленно опустила лист:

— Прекрасно. Теперь мне ещё и с зеркалом договариваться.

— Вежливо, — напомнил Пиксель.

— Да поняла я уже! — огрызнулась Марфа. — Оно у нас тут, оказывается, не просто имущество, а тонкая чувствительная натура с правом голоса.

Феликс, официант, до этого слушавший с открытым ртом, осторожно вставил:

— А ещё Мадам сказала, что такие артефакты очень чувствительны к перемене места. Поэтому лучше оставить его там, где оно само решило находиться. Так… спокойнее.

— Кому спокойнее? — Марфа прищурилась. — Ему?

— Всем, — спокойно сказала Лилит. — Если артефакт сорвать с места, потом можно получить объект с травмированной психикой неизвестно где.

— А если оно совсем взбесится? — Марфа подбоченилась.

— Тогда изоляция и наблюдение, — ответила Лилит.

— Волшебно. То есть пока оно просто капризное — это моя проблема. А как станет совсем психованным — уже государственная.

Марфа фыркнула и дочитала ещё строчку.

— Ага! А вот и вишенка на торт… «В случае отказа от сотрудничества предусмотрена гражданская ответственность, а также уголовная ответственность по статье сто сорок первой: за халатное либо небрежное обращение с артефактами, обладающими нестабильной психикой, повлёкшее угрозу жизни, здоровью и самооценке граждан…»

Макс расширил глаза:

— Самооценке?

— Да, Макс. Самооценке. Что оно с твоим отражением может вытворять, даже страшно представить.