Андрей Полищук
Недозволие один

Ветер играючи раскидывал её волосы в стороны, а она что и делала, как предавалась моменту, в котором ей довелось, как и мне оказаться. Сильным, с фиолетовой пылью ветер неистово нагнетал ситуацию вокруг, наполняя всё тёплом и какой-то невероятной силой, какую мне тяжело было даже представить; здесь же она чувствовалась всею полной грудью, даже наполняя лёгкие и всё тело странными микроорганизмами. В какой-то момент сила переполнила меня настолько, что я не выдержал и упал рядом с нею, так и не увидев, чем закончилась её история. Девушки, что пошла дальше, чем нам позволяли...

«На Недозволие один вам категорически запрещается две вещи:

Первое. Входить в контакт с любыми местными инопланетными созданиями. Второе — покидать периметр городка, в котором мы находимся. То, что за ним, сильно чувствует всё, что внутри каждого из вас, начнётся всеобщая паника, и нам конец. Это же всем понятно? Сила, что таит в себе эта планета, настолько велика, что её невозможно почувствовать, но она испытает каждого, кто хотя бы попытается это сделать».

Речь окончилась. Тот, кто её вещал, был никем иным, как капитан Ротов Павел Леонидович; его повысили после того, как они силком установили здесь контроль, и теперь он буквально заправлял этим местом, хоть и прислушивался ко всем нововведениям, что приходили к нему с большой земли. Забавно, когда его повышали, они устроили тут такую гулянку, которая и подняла их чувства до весьма повышенных пределов; перешагнув границу дозволенного, местные создания, достаточно подпитавшись всем этим, пришли и практически сравняли тут всё с землёй. Капитан выжил, но даже те, кто его тогда наградили, либо покинули этот мир, либо вернулись навсегда больными. Но планета подошла к Земле уж больно близко, военное вмешательство продолжалось, так как пока она не двигалась дальше, нужно было что-то делать; велика вероятность столкновения и глобальной катастрофы надвигалась на родную планету, и изучение продолжалось.

Спустя много лет это всё словно сильно устаканилось. Капитан выступал крайне редко и со временем перестал появляться на людях совсем. Его речи продолжали передаваться ежедневно два раза в день по громкоговорителям и несли с собой силу, которую тот заложил в неё. Ну надо сказать, нападения прекратились извне, и всё, что было известно планете, лишь то, что она остановилась и больше не представляла собой опасности для Земли. К тому времени шаттлы военных летали сюда куда реже, чем шаттлы с туристами и с теми, кто решил вообще переехать жить сюда. Коммерция пришла на планету второй. Новые жилые районы города, новые кварталы и торговые комплексы. Он строился с опасной скоростью, но никто уже не препятствовал этому. Единственный его руководитель так и не сменил свой пост и правил Недозволие один весьма успешно.

Мы с женой прилетели сюда примерно в самом разгаре заселения, но не в самом начале, знаете, когда ваш жилой комплекс выглядит уже чуть лучше, чем то, что строилось в спешке, когда появилась необходимость. У нас уже были и лифты помассивнее, и вид интересный, и дворики, ох какие мы видели дворики на этих сумасшедших рендерах. Мы подъезжали к нашему ЖК и лицезрели необычайные идущие вокруг города тучи.

— Это желюси, — неожиданно произнёс водитель, видя, как все, кто едет в его автобусе, предназначенном именно для новосельцев, сильно открытый корпус прозрачного пластика которого открывал всё, что только можно увидеть, и мы видели, а он пояснял дальше, — да желюси, вид спокойной пыли, эти микроорганизмы безвредны, да и в город не залетают. Это единственное, что осталось от тех существ, что могли выпитать из вас все чувства и тем самым явить силу, что заставит вас опуститься на колени. Говорят, что эта пыль есть ничто иное, как самая красивая декорация к победе над целой планетой человечества. Ведь ещё десяток лет назад никто бы и подумать не мог, что у нас получится. У нас раз, и получилось.

Я не выдержал и спросил:

— А какими на самом деле силами им это удалось? Ну я имею в виду, так ли они были действительно оправданы и что они сделали, ведь нет полной картины?

Он покачал утвердительно и добавил:

— Да, картина отсутствует, так как планета всё ещё проходит этап разработки специальных служб, и всё это держится в строжайшем секрете.

В общем, как я уже сказал, известного-то мало было. Действительно, до этого тут полегло много людей, даже когда планета остановилась полностью и больше не двигалась. А в какой-то момент нам по новостям передали, что по изучениям активности чувственных колебаний учёным удалось получить полную картину и зараза остановилась. Прекратила все свои атаки и больше ни разу не сдвинулась с места.

Мы быстро обосновались. Соседи весьма отличные люди, магазины, парки, всё, что тут строили, казалось необычайно крутым и новым, все те возможности, что существовали доселе в строительстве, здесь открывались на максимум, и это было неописуемо красиво. Каждый раз, когда прогуливались с любимой до дома, мы не переставали восхищаться этой планетой, забывая даже о её весьма странном, дарованном людьми названии «Недозволие один». Да тут действительно до сих пор действовало достаточно много запретов, но и приписка «один» будто намекала, что где-то могло быть и второе, и третье Недозволие, как многие обсуждали свои мысли, но дальше обсуждений это никогда не уходило.

Я устроился механиком на одну из станций технического обслуживания прилетающих кораблей, жена же пошла простой воспитательницей в детский сад, что так же было очень востребованной работой в условиях постоянно расширяющихся территорий и прибывающего населения.